4. Слабости

      Никому на свете  не дано быть идеальным…

*   *   *   *   *

       – Эй, босс.        – Как обычно, Бык?        – Ты уж постарайся там за меня.        – Ловлю на слове. Пять мешков внутренностей, не забыл?        – И еще два разрыва.        – По крайней мере, из них сыплются не пауки.        – А пауков намного проще разрубить напополам.       И пара наемников (одна из которых – леди Инквизитор) понимающе улыбаются друг другу.

*   *   *   *   *

      У Адаар не слишком хорошо получается контролировать лед, но она старается, потому что Быку нравится, как разлетаются осколки демонов, расколотые его топором.       Бык не особенно часто думает о защите, но он старается, потому что Адаар каждый раз нервничает, видя его кровоточащим с головы до ног.       Они прощупывают друг друга, пробуют на вкус чужие привычки и пристрастия. Но иногда Бык громко заявляет, что порой неплохо ощутить запах подгорелого мяса в бою – помогает настроиться на возвращение в таверну и плотный обед, тогда как Адаар показательно-скучающе спрашивает, собрал ли он шрамы от всех известных на Тедасе демонов, или стоит поискать еще одного Кошмара для завершения коллекции.       И они оба понимающе улыбаются друг другу.

*   *   *   *   *

       – Босс, тебе бы не помешало обновить гардероб.        – Да уж наверняка, – вздохнула однорукая леди Инквизитор, тоскливо поглядывая на валяющиеся на полу штаны. – Лелиана будет в восторге: я наконец-то начну носить платья.        – Готов поклясться, подол у них будет в лучшем случае до колена.       Адаар ухмыльнулась.        – И с удобными разрезами до бедра. А тебе, как моему самому верному спутнику, обязательно пошьем камзол.        – Пощади, босс, – Бык закатил единственный глаз. – Наша мадам все еще силится обрядить меня по орлейской моде.        – М-м… тебе бы пошел мундир. Приталенный. С изумрудами.        – А тебе – платье с корсетом, – мстительный голос Быка переместился чуть ближе, и по обнаженной коже спины пробежало стадо мурашек. – И шнуровкой отсюда… вот до этого самого места.        – У-у-ф-ф… и… как мне… предлагается ее зашнуровывать?        – У тебя всегда есть я.        – Прямо-таки всегда-всегда?        – А на случай моего отсутствия… м-х, – очередной (и весьма чувствительный!) поцелуй пришелся как раз в то место, где предполагалось заканчиваться шнуровке, – так уж и быть, закажем тебе шелковую сорочку.        – В паре с которой будет замечательно смотреться твоя наемничья куртка?        – Читаешь мои мысли, кадан…        – Эй! У меня вообще-то встреча с послами через час.        – Значит, у нас еще масса свободного времени.        – Ну ты и ненасытный…        – Весь в своего Инквизитора.       И пара сидящих на кровати любовников понимающе улыбаются друг другу.

*   *   *   *   *

      …Но настоящая любовь – это ведь и означает принимать друг друга со всеми слабостями.