4 глава - Узы

Казалось, будто я пролежал на кровати несколько часов, прежде чем услышать до боли знакомый стук в дверь, который я не слышал уже годами. Не теряя ни мгновения, я потянул за дверную ручку и увидел на пороге широко улыбающегося Лиама. В коридоре зашелестели тени, проверяя нет ли за ним хвоста. Я жестом пригласил его зайти, спиной прислонившись к двери, когда тот оказался в комнате. Окинув пространство довольным взглядом, парень присвистнул. — Вот тебе и причина метить в Главы Крыльев. Лиам обернулся, чтобы взглянуть на меня, и я просто не смог сдержать улыбки. Как же я был рад снова его видеть. — Не по нраву то, что свою комнату ты делишь со ста пятьюдесятью кадетами? — я выгнул бровь, веселясь. Блондин пожал плечами. — Всяко лучше, чем делить её с твоей храпящей задницой. Я подошёл и с силой прижал его к своей груди, обнимая. Он здесь. Он жив. Он похлопал меня по спине и глухо проговорил в моё плечо: — Я тоже по тебе скучал, брат. Я немного отстранился от него и все ещё держа его за плечи, окинул парня быстрым взглядом. С нашей последней встречи он значительно возмужал, успел набрать мышечную массу. — Хорошо выглядишь, — кивнул я с одобрением, — Крепко. Лиам тоже отодвинулся, его глаза так же прошлись по моим рукам к груди. — А ты выглядишь чертовски нелепо. Я не сдержал громкого смеха. Боги, как же приятно было вновь смеяться. — Нелепо? Вот когда ты будешь каждое утро сидеть верхом на драконе, чтобы потом оказаться на матах для спаррингов, тогда и поговорим о нелепости. Парень фыркнул, качая головой, и сел за маленький круглый стол в углу комнаты. Он откинулся на спинку стула и, нагнувшись назад, принялся балансировать, одной рукой держась за угол стола. Так в стиле Лиама, что у меня при виде этого невольно сжалось сердце. Всё никак не мог поверить, что он здесь. Он хлопнул по гладкой поверхности стола, приглашая меня сесть. — Ну, рассказывай всё, что мне нужно знать. Я так и сделал - объяснял, что это место из себя представляет, как улавливать крупицы правды во всём этом потоке лжи от профессоров, какие вопросы задавать. Я рассказывал ему о предстоящих испытаниях, о том, что доверять не стоит никому, даже товарищам по отряду. Сказал ему о будующем испытании - пройти через Полосу препятствий, и о том, что время и штрафы там практически ничего не значат, главное - выжить. С каждым моим следующим словом Лиам всё больше и больше мрачнел, былая улыбка сходила с его лица. — Так из этого училища и вправду прямая дорога в загробный мир к Малеку?.. — наконец подал он голос. — Не в нашем случае, — заверил я парня, — Мы точно справимся. Он кивнул, но я прекрасно понимал, что он мне не верил. Наверняка он сейчас думал о тех четырёх, которых мы потеряли за год, о тех двоих, которые не смогли пересечь парапет. — Что насчёт поставки оружия? Я поматал головой. — Тебе пока не стоит об этом беспокоиться. Мы с этим вполне справляемся. Тебе сейчас надо думать лишь о том, как бы связать себя с драконом. — Да, сэр — он поднял вверх большой палец, полный сарказма. Бросив короткий взгляд на часы, он поднялся на ноги. Стул громко скрипнул, — Чёрт. Мне уже пора возвращаться. Я притянул его к себе и, заглянув прямо в глаза, повторил:  — Мы. Справимся. С. Этим. Парень нахмурился, он искал в моих глазах что-то, за что смог бы зацепиться, опору для себя, и я её ему дал. Я глядел на него прямо, уверенно. В моих глазах не было место страху. Наконец он кивает и разворачивается к двери, но прежде чем выйти, спрашивает: — А кто была та девушка, от которой ты взгляд оторвать не мог? Живот неприятно скрутило. — О ком ты? Нет, я сразу понял, о ком он говорил. — Ну, та, низенькая, с серебряными волосами. Она показалась мне знакомой. Прежде чем ответить, я сделал глубокий вдох.  — Вайолет Сорренгейл. У Лиама отвисла челюсть. — Бреннан.. — Да, его младшая сестра. — Но я думал, что она учится на писца.. Разве весь наш план не построен именно на том, что она будет снабжать нас разведанными данными через несколько лет. Я пожал плечами. — Значит нам нужен новый план. Парень смотрел на меня озадаченно, словно бы пытаясь собрать весь пазл воедино. — Но почему она здесь? — он обводит комнату руками. Я потёр виски. — Я склоняюсь к тому, что её сюда сослали следить за нами. Шпионить и потом докладывать… Пока сам не понимаю. Челюсть Лиама с силой сжалась, а в глазах зажглась решимость. — Бреннан хотел бы, чтобы мы ее защитили. В глубине души я тоже это знал. Вот почему мои тени следовали за ней на парапете. Вот почему я чуть не раскрыл себя, рискнув перевести её в своё Крыло. Я понятия не имею, на чьей она стороне в этой войне. Но знает ли она вообще, что здесь есть стороны, на которые можно встать? В любом случае, нужно держать её рядом. — Она уже успела нажить себе врагов, — перед глазами был образ спокойной, но в тоже время яростной девушки, чей кинжал пролетел в паре сантиметрах от яиц Барлоу, — Да ты и сам понимаешь, что некоторые из меченых захотят её убить. Генерал Сорренгейл приговорила наших родителей к смерти. Это же будет так символично, если они убьют её дочь там, куда послали умирать их самих. — Но мы не можем этого допустить. — Я знаю. Я не позволю, — я положил руку на его плечо и заставил повернуться обратно к двери, — Всё под контролем, Лиам. Просто сосредоточься на том, чтобы остаться в живых. Он оглянулся на меня, решив поспорить, но я глядел на него сверху вниз, пока парень наконец не сдался. — А теперь иди-ка ты нахер, чтобы я смог выспаться, — говорю я напоследок и выталкиваю его за дверь, а мои тени помогают мне в этом. Я вернулся в свою комнату, когда до меня донесся его негромкий смех в коридоре. ____________ Я, конечно же, не спал. Если не считать обморока от полного истощения, я не спал с тех самых пор, когда мой отец покинул Аретию шесть лет назад, чтобы объявить о нашем отделении от Наварры. Я лежал на своей кровати в полной тишине и несколько часов только и думал о проблеме с Вайолет Сорренгейл. Как бы я ни старался понять насколько много она уже знает, мне не удавалось даже представить масштаб проблемы. Мне нужно было больше информации. Ещё даже не рассвело, когда я направился к Архивам, сгущая ночную тьму вдоль стен, чтобы скрыть своё присутствие. К восходу солнца я знал о ней ровно столько, сколько могли бы мне поведать о человеке здешние документы. Родившаяся в июле, она была третьим ребенком генерала Лилит Сорренгейл. Её старшие брат и сестра, оба были всадниками. Старший брат, Бреннан, погиб в битве за Дралор шесть лет назад. Хоть всё это и было ложью, но я понимал, что это являлось той информацией, которую она получала все эти годы. Её отец умер в течении следуюших двенадцати месяцев после гибели сына. Сердце заныло, когда я осознал какую горечь потери она пережила за один лишь год. Первые шесть месяцев своей жизни она провела в лазарете, борясь с болезнью, которая передалась ей от матери во время беременности. Тут не указано, как и что именно произошло, что показалось мне странным. Обычно записи из квадранта целителей почти идеально дотошны. Она прожила в Басгиате всю свою жизнь. Я проверил ещё и данные о Рианнон, просто чтобы убедиться – их ничего не связывает. Но вот Аэтос... Бинго. Их семьи соседствовали. Так они дружили семьями? Ну, это имеет смысл. Могу себе представить их ужины в семейном кругу, полковник Аэтос сидел за одним концом стола, а генерал Сорренгейл за другим, Даин и Вайолет тайно переглядывались, секретничая. Разница у них лишь в один год. Может быть они и не вместе, но у них определённо должна быть своя предыстория. Я почти пропустил список её занятий, которыми она занималась во время школьных каникул каждую зиму. Но тут мой взгляд зацепился за несоответствие в конце списка. Каждый год она проводила с Маркемом в квадранте писцов. Каждый год, кроме последнего. В этом году она провела его с майором Гиллстедом, обучаясь, чтобы стать всадницей. Изменение было настолько внезапным, что казалось важным. В этих документах не было ничего помимо того, что указывало бы на то, что она хотела стать одной из нас. И всё же шесть месяцев назад, бац, и она начинает тренироваться, дабы вступить к нам в квадрант всадников. Не имея за спиной годы обучения, она наверняка умрёт здесь. Почему же её мать допустила это? Это ведь было самым настоящим смертным приговором. Имелась лишь одна причина, по которой она могла бы такое допустить: она послала её сюда, чтобы разоблачить нас. Я шел с этими мыслями в свой квадрант, и ощущал, как горько оседали они в моей голове. Лишь это имело смысл. Но это всё не вязалось с тем, что говорил о ней Бреннан, с тем какие планы с её участием мы строили или с тем, что в ее глазах жил страх. Может быть, она и сама ещё не поняла, частью чего стала. Я так увлёкся рассуждениями, что даже не заметил, как столкнулся с Гарриком в ротонде, у лестницы. Боди стоял прямо за ним. Они оба - дети отступников, как и я, и так же упорно боролись за то, чтобы занять в этом месте свои заслуженные места старшего офицера и командира секции в моём Крыле. — Ксейден, мы тебя уже обыскались, — недовольно говорит Гаррик. Я пожал плечами.  — …Ранний утренний полёт. Гаррик нахмурился. «Ложь», — всё ещё сонным голосом сообщает Сгаэль, — «Все знают, что я никогда не встану так рано». — Мы должны были встретиться, чтобы обсудить… — Боди не заканчивает предложение, пристально глядя на меня. Говорить свободно мы не могли, так как нас окружали толпы кадетов. Черт. Дата и место нашей первой встречи с детьми отступников. Совсем об этом забыл. Всё время думал о зачислении Вайолет Сорренгейл и о её возможных тайных мотивах. Такая встреча именно то, что она могла бы использовать против нас, так что придётся быть гораздо осторожнее в планировании. Стоило мне подумать о Вайолет, и она совершенно неожиданно появляется в центре ротонды будто бы из ниоткуда. Свет из окон оседал на серебряных прядях её волос, заставляя их блестеть словно серебро. Девушка останавливается и поворачивается прямо в мою сторону, словно бы почувствовав мой взгляд. Гаррик говорит что-то, но я не обращаю на него внимания, мои глаза были прикованы к Вайолет. Она смотрела прямо на меня, а её тело было напряжено, рука так и тянулась к одному из её кинжалов на рёбрах. Интересно... Она боится меня. Или она просто хочет умереть, если рискнёт бросить их в меня на расстоянии двадцати футов, пока нас разделяет высокая лестница. Не уверен, что даже я смог бы бросить кинжал с такого расстояния. Секунду спустя оттуда же, откуда вышла и Вайолет, выходит Аэтос. Ого, да эти двое вообще ни о чём не заботятся. Я разочарованно изогнул бровь. Да они даже шпионить не умеют. На вряд ли это была какая-то тайная встреча секретного агента с Командованием. Ну, только если они не пытаются убедить меня в том, что этого не было. Боги, я становлюсь параноиком. Толпа вокруг них редеет. Кадеты спешат на свои занятия. Аэтос драматично затолкнул Вайолет себе за спину, как будто бы он смог бы ей хоть как-то помочь, пожелай я навредить ей по-настоящему. — Я знаю, что ваши родители крепко повязаны, — крикнул я и все кадеты вокруг обернулись на мой голос, — Но вам двоим обязательно было вести себя настолько очевидно? Аэтос поднял на меня взгляд, а рука вытянулась перед Вайолет словно щит. — Дай-ка угадаю, — говорю я, — Друзья детства? Или даже первая любовь? Вайолет что-то прошептала ему на ухо. Это чертовски меня взбесило. Аэтос кивнул, всё так же не сводя с меня глаз, будто силясь понять, в какую секунду я решу двинуться с места. Как будто мои тени уже не кружили над ними и не могли сковать их со всех сторон, прежде чем они успеют догадаться. То, что они не дооценивали меня до такой степени, казалось тем ещё оскорблением. Вайолет, возможно, ничего и не понимает, но если Аэтос думает, что в схватке я его не одолею, то он глубоко ошибается. — Верно, — отвечает ей парень, даже не понижая голос до шёпота, — Но тебе – может.  Он обернулся к ней и его лицо вмиг смягчилось. — Я ожидал, что ты будешь лучше скрывать свои привязанности, Аэтос, — я не торопясь спускался к ним по ступеням. Хотелось бы, чтобы он держался от неё подальше. — Беги, Вайолет. Сейчас же, — приказывает Аэтос, а его мышцы напрягаются. Вайолет побежала к двери Академического Крыла и распахнула её. Его реакция подтвердила мои опасения: он определил её в свой отряд, потому что у него есть к ней определённые чувства. Хоть и есть шанс того, что это не так, но я всё же больше не могу предполагать то, что она оказалась в его отряде по тем причинам, в которых я её подозреваю. То, что он защищает её, не означает, что они сговорились против меня. Не ускоряя шаг, я спускался вниз, не отказывая себе в возможности посмотреть на то, как плескалось пламя в глазах Аэтоса, которому больше не приходилось играть роль командира отряда перед своей любовью детства. Он тоже попытается унести ноги? Или предпочтёт столкнуться со мной лицом к лицу? Руки парня сжались в кулаки, а сам он не спешил делать шаг назад. Кодекс запрещает мне вредить ему, и он точно это знает, но это не означает, что я не могу заставить его немного попотеть. Я остановился на расстоянии вытянутой руки от него, и молча выжидал пока он заговорит первым. Аэтос выпрямляется по стойке смирно:  — Командир Крыла? — Мне неизвестно, что позволяла себе твой прошлый Командир Крыла, Аэтос. Но я крайне не рекомендую тебе иметь какие-либо отношения с первогодкой из своего отряда, — по его вспыхнувшим в гневе глазам стало понятно, что он понял, о каком именно недоразумении прошлого года я говорил. — Сэр, Кодекс-.. — ..Не запрещает этого напрямую. Я в курсе, — чуть склонив голову я изогнул одну бровь, — И всё же я крайне не рекомендую, Аэтос. Мне плевать, что говорит Кодекс. Трахай кого хочешь со своего курса. Я хочу, чтобы первогодки полностью сосредоточились на обучении. Включая Сорренгейл. Понятно? Стоило мне произнести её имя и я кожей почувствовал удивление Гаррика и Боди, стоящих позади. Видимо они сейчас строят в голове семейное древо, что я успел сделать ещё вчера. Аэтос кивнул. Его губы горько кривились, пока он пытался следить за тем, чтобы с них не слетели слова, которые адресовались бы мне и моему мнению. Он ждал, пока я его отпущу, но я специально тянул время, позволяя тишине затянуться. Выждав, я наконец бросил одно единственное: — Вольно. И он поспешил к той же двери, за которой скрылась Вайолет.