Глава 36. Не наша судьба

Ⅰ

Patricia Lalor (Alex G cover) – Change

      Конец октября был как никогда холодным. Мрачная и зловещая атмосфера, царившая на улицах Англии, заставляла кровь застывать в жилах у несчастных маглов и волшебников. Виной тому, конечно же, были Пожиратели смерти и хаос, который шел с ними рука об руку. Казалось, что ни один день не проходил без злодеяний темных магов.       Однако даже в такие непростые времена некоторые могли найти в своей жизни моменты, которые на время помогали им отвлечься от ужасов, происходящих в мире, и почувствовать капельку радости и умиротворения.       Даже в жизни Валери и ее близких, которые находились в самом эпицентре событий, порой мелькали светлые дни, благодаря которым они ощущали себя по-настоящему живыми и счастливыми.       И вот в один из таких дней, когда опасность была далеко, Валери вместе с Римусом и детьми отправилась на прогулку по окрестностям Норы.       Мишель весело щебетала с Сирис, аккуратно толкая коляску младшей, а та в свою очередь широко улыбалась и пыталась повторить легкие слоги. Следом за ними шагала супружеская пара, которая никуда не торопилась и беззаботно разговаривала о жизни.       – Гермиона написала, что собирается вместе с Гарри в Хогсмид, – объявила молодая волшебница и посмотрела на супруга. – Всё-таки мы поступили правильно, когда посоветовали Гарри признаться в своих чувствах.       – Конечно, – согласился мужчина. – Если бы не твоя беседа с Гарри, то его отношения с Гермионой развивались с той же скоростью, что и наши, – усмехнулся он. – Так что ты говорила про Хогсмид?       – Гарри пригласил Гермиону на прогулку, – ответила Вэл. – Они так часто там бывают в последнее время, и я стала всё чаще задумываться о том, что мы могли бы вернуться в тот дом в Хогсмиде. Что скажешь?       – Надоела деревенская жизнь, и тебе захотелось вернуться в более людное место? – сощурив глаза, спросил Римус. – Или же стало мало места для увеличившейся семьи? – он улыбнулся и посмотрел на Мишель, которая в этот момент говорила Сирис о птицах, поющих вокруг.       Валери проследила за его взглядом и не смогла сдержать теплой улыбки, появляющейся у нее на лице каждый раз, стоило ей только посмотреть на детей.       – Думаю, девочкам хватило бы даже маленького уголка, главное, чтобы они были вместе, – ответила она. – А что касательно твоего первого вопроса, – она снова повернулась к супругу, – то меня абсолютно всё устраивает в деревенской жизни, и детям тут хорошо, но всё же… – последовал тяжелый вздох, – мне кажется, мы загостились.       – Молли и Артур точно так не думают, – заявил Римус и обнял жену за плечи. – Наш отъезд встревожит их, и к тому же жить подальше ото всех – лучший из возможных вариантов, особенно сейчас, – он сделал паузу. – Если нам действительно суждено, то мы обязательно вернемся в Хогсмид, когда станет безопасно.       – Наверное, ты прав, – согласилась волшебница. – Сейчас и правда стоит держаться вместе. Просто… – она задумалась. – Не хотелось бы, чтобы наше присутствие сильно докучало Молли и Артуру.       – Наша гостеприимная миссис Уизли обидится, если узнает, что ты так говоришь, но не беспокойся, я сохраню это в тайне, – улыбнулся мужчина и оставил поцелуй на женском виске.       Вэл ничего не ответила, а лишь прижалась к супругу ближе.       Они продолжили прогулку, но уже молча, слушая лишь обрывки фраз Мишель и пение еще не улетевших птиц.       И всё же долго молчание пара не хранила, через некоторое время Валери снова заговорила:       – После прогулки я сразу же отправлюсь в Хогвартс. Отец хочет, чтобы я пришла к нему вместе с Гарри.       – Ты что же, волнуешься перед встречей с отцом? – с напускным удивлением спросил Римус.       Вэл недовольно фыркнула и ответила:       – Меня беспокоит не встреча, а скорее ее мотивы, – она нервно начала прокручивать свое обручальное кольцо. – В последнее время мы редко видимся, так как отец постоянно куда-то исчезает. И вот когда представилась возможность встретиться, он не предлагает навестить нас, а вызывает меня в школу на дополнительное занятие Гарри.       – Успокойся, – мужская ладонь накрыла женскую. – Ты скоро всё узнаешь. Не стоит волноваться раньше времени. К тому же у тебя появится возможность выяснить, куда твой отец постоянно пропадает.       Девушка выдохнула и согласно кивнула, сказав:       – Думаю, ты прав.

Ⅱ

Mage Tears – i'm going to fail my class

      – Так и зачем же ты меня позвал? Не сувенир ли хотел подарить из очередного путешествия? – саркастично спросила Валери и сложила руки на груди.       Гарри удивленно посмотрел на крестную мать. Он и не ожидал, что, едва переступив порог, девушка начнет показывать свое недовольство вечным отсутствием ее отца.       – В следующий раз я обязательно вернусь с подарком, дитя мое, – спокойно ответил Альбус Дамблдор и подмигнул дочери.       Вэл, понимая, что родитель уже привык к ее тяжелому характеру, решила не продолжать демонстрировать недовольство. Она улыбнулась одним уголком губ и, убрав ранее сложенные на груди руки в карманы, сказала:       – Хорошо, буду ждать.       Поттер сделал небольшой шаг в сторону волшебницы, чтобы встать ближе, и прошептал:       – Как быстро вы со всем разобрались.       Люпин лишь пожала плечами, не произнеся ни слова.

Nicholas Hooper – Dumbledore's Speech

      – Раз этот вопрос закрыт, предлагаю перейти к не менее важным делам, – подал голос Альбус Дамблдор, привлекая внимание присутствующих к себе. Он встретился взглядом с юношей и буднично спросил: – Как твои дела?       – Хорошо, сэр, – в тон директору ответил юный волшебник.       – Нравятся новые уроки? – мужчина задал ещё один вопрос и в ответ получил утвердительный кивок. – Я слышал, профессор Слизнорт очень тобой доволен.       Гарри смущенно улыбнулся, ведь понимал, что его успехи в зельеварении были лишь благодаря учебнику никому неизвестного Принца-полукровки. Он посмотрел на Валери, которая подмигнула ему, зная об этом секрете.       – Он переоценивает мои способности, сэр, – заявил юноша.       Дамблдор по обыкновению усмехнулся, а после со всей серьезностью уточнил:       – Правда?       – Несомненно, – прозвучал уверенный ответ.       – А как твои внеклассные успехи? – с ноткой веселья директор задал следующий вопрос и слегка склонил голову на бок.       – О чем это ты? – спросила Вэл, которая до этого момента лишь слушала разговор.       Ее крестник в ответ лишь в смятении развел руками, а вот отец с детской наивностью ответил:       – Ну, я заметил, что Гарри много времени проводит с мисс Грейнджер. Вот я и подумал, что…       – А! Нет, нет, что вы, – как-то слишком резко воскликнул Поттер. – Она замечательная, и мы просто дружим, сэр.       Валери одёрнула его за рукав и вопросительно вскинула бровь, но Гарри покачал головой, намекая, что не собирается обсуждать с директором Хогвартса свои взаимоотношения с Гермионой.       – Раз так, то извини меня, – с ноткой сожаления проговорил Альбус Дамблдор. – Я просто полюбопытствовал, – он с задором в глазах посмотрел на своих собеседников, давая им понять, что ему и так всё известно. – Но хватит болтовни, – мужской голос приобрел более серьезное звучание. – И вам, верно, интересно, зачем я позвал вас сегодня?       – Конечно! – хором ответили Поттер и Люпин.       Великий волшебник молчаливо встал из-за письменного стола и направился в сторону стеллажей.       – Ответ кроется здесь, – он остановился у небольшого шкафа с прозрачными стеклянными стенками, в котором хранились тысячи флаконов. – Перед вами воспоминания. В данном случае о конкретном человеке, Волан-де-Морте, или, как его раньше звали, Томе Реддле. – Он открыл дверцу, достал одну из склянок и продолжил: – Вот в этом пузырьке содержится воспоминание о нашей с ним первой встрече, – он протянул руку юноше. – Гарри должен это увидеть. Это важно.       Взяв предложенный предмет, Гарри подошёл к столу, над которым уже парила неглубокая металлическая чаша с вырезанными на ободке рунами.       – Что это? – шагая за крестником, спросила Валери.       – Омут памяти, – ответил тот и под согласный кивок директора Хогвартса вылил содержимое пузырька в чашу, а затем погрузил туда лицо.       Девушка, широко раскрыв глаза, наблюдала за этой сценой несколько секунд, пока не прозвучал мужской голос.       – Он делает это не в первый раз, – сказал Альбус Дамблдор. – Ты ведь это знаешь.       – Да… – почти бесшумно протянула Вэл. – Просто… Я никогда этого не видела, – она резко посмотрела на отца. – Ты всегда говорил о том, что мне не стоит пользоваться Омутом памяти. Тогда зачем я сейчас здесь? – она начинала злиться из-за окружающей ее недосказанности. – Историю о твоей первой встрече с Томом Реддлом я знаю с твоих слов, а значит, я здесь не ради нее.       – Ты абсолютно права, милая, – согласился великий волшебник. – Ты здесь не ради истории или Омута памяти, – он посмотрел на магический артефакт. – Я считаю, что его использование может негативно сказаться на твоем прорицании. Это ведь тоже один из способов получения информации.       – И ты боялся, если я хоть раз посмотрю туда, то заблокирую возможность предвидеть события? – уточнила волшебница, вскинув бровь.       Дамблдор согласно кивнул и сказал:       – Когда-нибудь, я надеюсь, и события прошлого будут тебе открыты наравне с будущим. – Он взглянул на дочь и наконец-то ответил на волнующий ее вопрос: – Я позвал тебя для того, чтобы предупредить. Как ты уже знаешь, Гарри выпала нелегкая судьба, и с годами это становится всё более очевидно.       Повисла пауза, которая для Валери была сравнима приговору.       – К чему ты ведешь? – хмуро спросила она.       Волшебник, который знал о многих событиях будущего, серьезно посмотрел на дочь и заявил:       – Я хочу, чтобы ты, невзирая ни на что, не вставала у него на пути и позволила исполнить судьбу.       – Ты просишь меня о том, чтобы в случае опасности я просто оставалась в стороне и наблюдала? Это же немыслимо! – возразила Вэл.       – Защищать его от опасности можно и не мешая судьбе, – уверял девушку Альбус Дамблдор. – В его жизни есть много людей, готовых прийти на помощь, и это не просто так. Всё было решено задолго до всех этих событий. И что бы вы ни делали, он всё равно придёт к намеченной точке.       – Какой еще точке? – Люпин не теряла попыток разобраться во всем.       – Об этом я сказать не могу, – заявил великий волшебник. – Однако запомни один очень важный момент: ты должна быть рядом с Гарри, но никогда не заслоняй его собой. – Заметив, что дочь пытается возразить, он добавил: – Я закрываю эту тему, пока не пришло время.       Разговор подошёл к концу, и точку в нём поставил вздох юного волшебника, за которым последовал вопрос:       – Вы знали, сэр? – Он сглотнул. – Тогда...       Оба присутствующих посмотрели на Гарри.       – Знал ли я, что встретил самого опасного темного волшебника всех времен? – Задал риторический вопрос Альбус Дамблдор. – Нет… Если бы знал… - Он задумался. - За время, проведенное в Хогвартсе, Том Реддл сблизился только с одним учителем. – Он внимательно посмотрел на Гарри и Вэл и спросил: – Догадываетесь, с кем именно?       Всё было настолько очевидно, что ни юноше, ни его крёстной матери не понадобилось много времени, чтобы понять, о ком речь.       – Вы позвали профессора Слизнорта не просто зельеварение преподавать? – Всё же уточнил Поттер.       – Нет, конечно, – без сомнений ответил Дамблдор. – У профессора Слизнорта есть то, что мне требуется. И так просто он с этим не расстанется.       – Ты говорил, профессор Слизнорт захочет Гарри в коллекцию, – подала голос Валери.       – Так и есть, – согласился мужчина.       – Я должен ему подыграть? – Не отрывая глаз от омута памяти, спросил юный волшебник.       – Да… – ответ сорвался с губ директора школы словно мольба.

Ⅲ

Christian Loffler feat. Mohna – Haul

      – Так значит, историю о первой встрече твоего отца и Волан-де-Морта ты знаешь только со слов, но сама не видела? – спросила Гермиона, когда Валери закончила накладывать на свой кабинет оглушающие чары.       Молодая волшебница посмотрела на пару, разместившуюся у ее стола, и с легкой досадой ответила:       – Да, всё верно.       – Но почему? – возмутился Гарри. – Омут памяти всегда находился у Дамблдора, и он мог показать тебе все необходимое.       – Отец сказал, что использование Омута памяти может негативно сказаться на моих видениях, – ответила Вэл.       – Откроешь новую функцию, и старая закроется? – уточнила Грейнджер.       Люпин, оперевшись на преподавательский стол, посмотрела на нее и согласно кивнула, а после не выдержала и заявила:       – Но самое обидное, что мне даже не дали возможность хоть ненадолго заглянуть в то воспоминание о первой встрече отца с Волан-де-Мортом. Вдруг я бы могла увидеть там что-то важное, – печальный вздох сорвался с женских губ.       – Зачем тогда Дамблдор вызывал тебя? – неожиданно прозвучал вопрос от Гарри, стоило только комнате погрузиться в тишину.       Валери устало провела по лицу ладонью. Она до последнего хотела скрыть эту информацию.       Гермиона, заметив, что настроение девушки резко стало печальным, подошла к ней и, разместившись рядом, спросила:       – Что-то ужасное произошло?       – Нет… – выдохнула Вэл. – Отец просто, как всегда, говорил загадками что-то о судьбе.       Грейнджер переглянулась с другом, но тот никак не прокомментировал эти слова, но спустя несколько секунд всё-таки сказал:       – Не стоит сильно вмешиваться в чью-то судьбу, ведь у каждого она своя.       Люпин, почти не удивившись, посмотрела на него и спросила:       – Он и с тобой что-то обсуждал?       – Нет, – уверенно ответил Гарри. – Просто во время одного из занятий сказал эту фразу как бы между слов.       – Но зачем? – не понимала юная волшебница.       – Отец любит говорить загадками, – пожала плечами Валери. – Но уверяю вас, в скором времени мы поймем, о чем он говорил.       Все, словно заворожённые этой сложной фразой, погрузились в молчание, каждый был занят своими мыслями.       Вэл, будучи очень чувствительной и переживательной, размышляла о том, что же имел в виду её отец, когда просил «не закрывать Гарри собой». Она не понимала, как быть рядом с крестником и при этом не мешать ему следовать своей судьбе.       Кроме того, она не могла забыть о других детях, за которых несла ответственность. Сирис и Мишель были слишком малы, чтобы столкнуться со всеми опасностями, окружавшими их семью. Если младшая ещё не осознавала всего происходящего, то старшая уже пережила потери: сначала она потеряла родителей в младенчестве, а совсем недавно — бабушку и дедушку, которые воспитывали её все эти годы. Никто не хотел, чтобы ребёнок снова столкнулся с этой трагедией.       – Как дела дома? – прозвучал неожиданный вопрос.       Валери, слегка растерявшись, посмотрела на Гарри, который ждал ответа на свой вопрос с искренним интересом.       – И правда, – поддержала юношу Гермиона. – Как дела у Сирис и Мишель?       – Оу… – наконец-то пришла в себя Вэл. – Всё отлично. По-прежнему дружно уживаемся в Норе. Молли хлопочет вокруг девочек и пытается дать нам с Римусом и даже Сириусу советы о том, как воспитывать детей. Хотя, честно говоря, Сириусу самому не помешало бы получить несколько уроков о хорошем поведении.       – Он неисправим, – посмеиваясь, прокомментировал Поттер.       – Да, – улыбнулась Люпин. – А кстати, где Рон?       Гарри и Гермиона переглянулись и синхронно закатили глаза, что заинтриговало Валери еще больше.       – Рональд отправился на свидание с Лавандой Браун, – с легким недовольством все же ответила юная волшебница.       – Кажется, вы не сильно рады за друга, – заметила Вэл.       – Ну, Лаванда нам, мягко говоря, не нравится, – осторожно сказал Поттер и стал ожидать реакции старшей собеседницы.       – Почему же? – вскинув бровь, спросила та. – Мне казалось, что она милая.       – Она такая легкомысленная и навязчивая, что это просто невозможно терпеть, – заявила Грейнджер. – После недавней игры по квиддичу Лаванда просто не отлипает от Рона. Мы даже не можем обсудить важные темы, которые не предназначены для лишних ушей, ведь эти уши всегда поблизости.       – Гермиона даже решила, что Лаванду подослали, чтобы следить за нами, – едва не разменявшись, добавил Гарри.       – Гарри! – возмущенно воскликнула юная волшебница.       Валери понимала, что если не вмешается, то этот спор не смогут скрыть даже оглушающие чары.       – Вам не стоит так остро реагировать на Лаванду, – несколько в воспитательной манере заговорила волшебница. – Все подозрения относительно нее основываются лишь на том, что вы не привыкли видеть рядом кого-то еще. Но нельзя забывать о том, какие изменения произошли между вами двумя, – она посмотрела сперва на Гермиону, а затем на Гарри и многозначительно улыбнулась. – Я полагаю, что это могло вызвать у Рона чувство одиночества, а Лаванда вовремя оказалась рядом, чтобы поддержать его.       Подростки задумались. Казалось, что слова более опытного человека и правда немного остудили их пыл.       – Я постараюсь быть добрее к Лаванде, – выдохнула Гермиона.       – Я тоже, – согласился Гарри.       – Отлично! – торжественно произнесла Вэл и хлопнула в ладони. – А сейчас я хотела бы обсудить с вами, как развиваются ваши отношения?       Ожидая ответ, девушка направилась в сторону шкафа, в котором хранила все необходимые предметы для чаепития. Так она намекнула, что разговор будет долгим.       Поттер и Грейнджер молниеносно переглянулись, но затем смущенно отвели взгляд.       Валери обернулась, чтобы посмотреть на них, и тогда Гарри, шагая в ее сторону, заговорил:       – На самом деле, между нами почти ничего не изменилось, потому что мы и раньше всё свободное время проводили вместе, – он посмотрел на подругу, которая согласно кивнула и тоже направилась, чтобы помочь. – И всё же, мне кажется, – продолжил он, разыскивая в шкафу любимый чай, – что даже наши повседневные посиделки стали немного другими.       Вэл передала подошедшей Гермионе чашки и спросила:       – Ты тоже так считаешь?       – Да, – робко ответила та и, развернувшись, направилась к столу.       В это время Гарри уже нашел всё необходимое и, посмотрев на крестную мать, спросил:       – Понимаешь, о чем мы?       Люпин согласно кивнула и сказала:       – Вам больше не приходится отрицать свою влюбленность, и вы можете открыто ее демонстрировать, но от этого становится неловко.       – У тебя с Римусом так было? – одновременно спросили влюбленные подростки, понимая, что у них наконец-то появилась возможность узнать побольше о первой и единственной любви молодой волшебницы.       Вэл усмехнулась. Она понимала, что это была одна из тех тайн, которую так хотели узнать Гарри и Гермиона.       – У нас с Римусом не совсем… классическая история любви, – заговорила молодая волшебница. – Думаю, вы достаточно повзрослели, чтобы узнать все подробности, – она разлила готовый чай по чашкам и, сев за свой стол, сделала глоток.       Юные слушатели, взяв свои напитки, разместились напротив и с интересом посмотрели на девушку.       – Мы готовы, – сказала Гермиона, сложив руки перед собой в замок.       – Даже я не уверена, что готова к этому, – посмеиваясь, заявила Валери, но когда увидела недовольство на лицах напротив, приняла более серьезное выражение лица и сказала: – Но всё же начну… Как вам известно, мы с Римусом нравились друг другу еще со школьных времен. И кажется, что это было очевидно для всех, кроме нас.       – Почему так часто происходит? Почему мы просто не можем рискнуть и рассказать о чувствах? – задала вопрос юная волшебница.       – Может, нам нравится находиться в подвешенном состоянии, – пожала плечами Люпин. – Ведь пока ты не признался, можно жить фантазиями и лишь гадать, а что же там на самом деле: любовь или просто дружба, – она сделала еще один глоток чая. – Но однажды произошло то, что изменило наши с Римусом отношения даже без признания. Заранее предупреждаю, что так лучше не делать, – со всей серьезностью проговорила она. – Это случилось после вечеринки в честь окончания школы. Пандора, мама Полумны, снова предложила всем свое новое зелье безмятежности, и, поддавшись его влиянию, мы с Римусом ушли с вечеринки немного раньше.       Последняя пара слов прозвучала так быстро, что Гарри и Гермиона едва их расслышали, но, логически догадавшись, они улыбнулись и немного покраснели.       – А Сириус как-то с намеками говорил, что ваша с Римусом история началась задолго до твоего возвращения, – юноша произнес эти слова и смущенно отвёл взгляд.       – О ужас! – Вэл закрыла лицо руками. – Ну он и трепло, – пробормотала она в ладони, но затем опустила их, открыв перед подростками своё раскрасневшееся лицо, которое, казалось, пылало от смущения. Затем, сделав глубокий вдох, она продолжила: – Да, наша история с признанием затянулась. Когда мы проснулись утром, то решили, что не стоит придавать всему произошедшему особого значения, ведь это было следствием действия зелья, и всё в таком духе, – она театрально развела руками. – Тем не менее, наши с Римусом отношения изменились. Мы словно стали ближе друг к другу. Я уже без стеснения могла обнять его или поцеловать в щёку, а он мог взять меня за руку и переплести наши пальцы. Это казалось таким… естественным, – задумчиво заключила она и посмотрела в окно. – Честно говоря, тогда я думала, что между нами не может быть ничего, кроме странной дружбы. Я считала, что Римус не моя судьба. Хотя Лили постоянно говорила мне, что нужно открыть свои чувства.       – И когда же ты поняла, что готова признаться? – спросил Гарри, потрясенный рассказом девушки.       Та грустно улыбнулась и ответила:       – Перед нападением Волан-де-Морта… Мы с Лилс несколько дней обсуждали мое признание, и она посоветовала, что как только Римус вернётся, я обязательно должна с ним встретиться и всё рассказать, – она усмехнулась. – Но не вышло.       Валери заглянула в глаза крестника и, словно увидев в них давно умершую подругу, ощутила, как по ее щеке скатилась одинокая слеза.       – Но ты смогла признаться после возвращения, – бодро проговорила Гермиона, решив поддержать погрустневшую волшебницу. – Уверена, Лили бы гордилась тобой, она ведь именно этого и хотела.       – Ты права, – женское лицо озарила теплая улыбка. – Вот такая история любви. Не знаю, насколько это вам поможет понять то, что сейчас происходит между вами, но хоть что-то. Другого опыта у меня не было, – посмеиваясь, заключила она.       – Я рад, что ты поделилась со мной этой историей, – улыбнулся Гарри.       – И я, – вторила ему Гермиона. – И думаю, что нам с Гарри будет гораздо легче справиться с возникшей неловкостью, нежели это было у вас с Римусом.       – О-о-о! – протянула Вэл. – Ну в этом я уверена. И еще очень надеюсь, что все трудности, с которыми пришлось столкнуться нам, никогда не встанут на пути у вас.       – Ну а даже если и столкнемся, то от судьбы не убежать, – Гарри рассмеялся, но его смех звучал слегка обеспокоенно.