Часть 1. Глава 3. Новая семья для Гарри

Сонни как раз кормила Гарри обедом, когда они вернулись. Комната уже воспринималась такой родной, что Сандра даже подумала, что и не обязательно им столовую делать, здесь обедать гораздо уютнее. — Ма, — сразу радостно крикнул малыш, махнув ложкой. Часть пюре взлетело вверх, угодив на спинку красивого кресла. — Кусна! — Я рада, что вкусно, Гарри, — умилилась Сандра, заметив, как лёгким щелчком Сонни очистила кресло. Багги успел уже разложить на застеленной красивым покрывалом кровати все её покупки. Было приятно переодеться в привычное новое бельё, джинсы, футболку и лёгкие кроссовки — самое то для наведения порядка. Пообедав вместе с Гарри, Сандра по приглашению Сонни отправилась осмотреть кухню, которая была уже совершенно готова по словам домовушки. Багги остался присмотреть за мальчиком. Кухня заставила Сандру сразу в неё влюбиться. Это было настоящее уютное царство для любого любителя готовки. Красивый деревянный стол по центру с удобными скамейками — очаровал. Места для приготовления пищи тоже имелось с лихвой. И не такая уж старина. Вполне удобная на вид плита с восемью конфорками, три больших духовки, две широких раковины, да много ещё чего, призванного облегчить жизнь хозяйке, а в данном случае — бригаде поваров. — Здесь работало четыре домовика, — сообщила Сонни. — Давным-давно, когда прежняя хозяйка была молодой, в доме устраивали чудесные приёмы. — Неужели все они умерли? — с грустью спросила Сандра, проводя рукой по тёплой деревянной столешнице разделочного стола. Ей вдруг представилось, как весело готовят много интересных блюд немного сердитый шеф-повар и его поварята. Как разгорается уютное пламя в двух каминах, как люстра освещает всё мягким уютным светом. Как шкворчит в сковородках золотистый лук, как слабо кипит густая подливка в маленькой кастрюльке… — Это большое горе, — Сонни грустно закивала. — Умерло много домовиков, а после смерти хозяйки последние три. Только троих хозяйка усыпила в разное время, в надежде, что их разбудит вернувшийся в поместье сын. Её сын так и не вернулся. Но если бы родовой камень умер, то и усыплённые домовики тоже умерли бы, так и не проснувшись. Так что Багги, Тави и Лотти выжили. У Сандры загорелись глаза. — Так может оставшихся разбудить? Это возможно? Оказалось, что не всё так просто. Спящих эльфов в Доме осталось двое. Но разбудить их в ближайшее время не получится, камень слишком мал для этого. Камень ещё выдерживает двух прямо сейчас, но не больше. Сонни рассказывала об этом со слезами, поразившись и обрадовавшись желанию Сандры всех разбудить. И посоветовала разбудить кого-нибудь одного через полгода, а вторую — минимум через год. Сандра смирилась с таким положением, решив не торопиться. На самом деле, Сандре вполне хватало помощи Сонни и Багги. Домовики по очереди занимались мальчиком, но Сандра и сама находила время с ним повозиться. Месяц в заботах и хлопотах пролетел быстро, не успели оглянуться. Багги в свободное время уже начал заниматься садом — несмотря на наступившую зиму, снега пока было мало и домовику он не мешал. Сандра стала понимать, что множество домовиков ей и впрямь ни к чему — не те масштабы, и не те запросы у них с Гарри — приёмов они устраивать не собирались, а изредка особо вкусную еду можно было заказать из какого-нибудь магического ресторана — парочку почтовых сов они всё-таки завели. Обучение самой Сандры тоже не стояло на месте. Эмилия взялась лично её обучать премудростям магии, традициям и Истории магического общества. И резко возразила против изучения бытовых чар. — Не отнимай хлеб у домовиков! — решительно заявила старая леди. — Раз уж решила двух оставшихся разбудить, пусть работают. Надо что-то сделать — позови. Привыкай быть хозяйкой и леди, а не простушкой. Ищи себе дело по нраву, а я помогу выявить, к чему лежит твоя душа. Возможно — это артефакторика, недаром ты так хорошо влияешь на родовой камень. Эмилия оказалась права. Из всех занятий, которыми теперь занималась Сандра: варка зелий, чары, руны, трансфигурация, артефакты — создание артефактов понравилось ей больше всего. Да и получалось это куда легче остальных магических наук. Пришлось ей по приказу старой леди разбудить портрет её покойного деда, Герберта Локвуда, хорошего артефактора в глубоком прошлом. И началась изматывающая учёба. Дело оказалось далеко не таким простым, как показалось вначале, а начинать пришлось с азов, непреложных правил и с техники безопасности. Да и мастерскую Сандра создавала с нуля под бдительным присмотром сэра Локвуда — его прошлая мастерская в доме давно была переделана в зельеварню, впрочем, тоже страшно запущенную. Сандра расчистила себе там небольшой пятачок, чтобы варить простейшие зелья. А до уборки в целом руки не доходили. Тут Эмилия была тверда — домовикам в лабораториях делать нечего! Но если на лабораторию артефактора Сандру хватило — весьма хлопотное оказалось дело, утешало, что нашёлся на втором этаже защищённый кабинет, пусть и пришлось многое заказывать по каталогу за немалые деньги, то зельеварню она оставила на потом, когда других важных дел не будет. Сандра умела и любила готовить, но варка зелий у неё вызывала тоску и неприятие. Все эти противные ингредиенты! Брр, одна слизь разных червей чего стоила. Гарри тоже теперь обожал находиться в мастерской Сандры и наблюдать за работой приёмной мамочки. Пришлось и его приучать к технике безопасности, а для хватательных и жевательных рефлексов создать целый уголок с безопасными штучками самого разного назначения. Этакий набор самого юного волшебника. Конечно, дороговато вышло, этот набор им сделали на заказ в одной частной магической фирме по специальным чертежам и спискам наставника Локвуда, но оно того стоило. За полгода мальчик подрос, окреп, твёрдо держался на ногах, больше бегал, чем ходил и начал вполне внятно изъясняться. Гарри очень ловко магичил детской волшебной палочкой, то выдающей мыльные пузыри, в которых парили маленькие бабочки или единороги, то из кончика вырастал живой цветок, то выстреливали шарики-липучки. Пузыри лопались, а бабочки и единороги не исчезали до четырёх часов подряд, их следовало ловить и сажать в небольшую магическую клетку, чем Гарри самозабвенно занимался. А вот с липучками что-то пошло не так. Мало того, что Гарри их осознанно вызывал по желанию, чего быть не должно. Он умудрялся прицельно выстреливать то в один из портретов, то в зазевавшего и недобитого пикси, которых много попадалось поначалу за старыми шторами. То охотился на тех самых бабочек и единорогов. Хорошо ещё не направлял своё оружие в Сандру и домовиков, Локвуд с ним серьёзно поговорил на эту тему, и Гарри, кажется, проникся. Липучки приходилось потом отдирать по всему дому, хотя, по заверениям Локвуда, те должны были таять в течение тех же четырёх часов. Что-то такое с ними сделал сам Гарри, но ни Сандра, ни сам Локвуд, ни тётушка Эмилия Роджер, ни домовики разобраться с детской волшебной палочкой не смогли. Вроде нормальная, все плетения на месте, а вот же — липучки не исчезают. Багги и Сонни навострились собирать неубиваемые липучки из самых разных мест, отчего в подвале рос уже немалый ком непонятной фигни, вроде вполне безопасный, но трогать его опасались. Всё надеялись, что исчезнет сам собой, но пока не исчезал, а превращался постепенно в нечто твёрдое и монолитное. Цветочки Гарри с лукавой улыбкой дарил Сандре так галантно, что у неё слёзы на глазах выступали. Уж кто из домочадцев научил этому малыша, неизвестно — никто не признался. Но все умилялись этой удивительной картине. К сожалению, цветы честно исчезали даже раньше четырёх часов, но Гарри не уставал магичить их снова — быстро понял, как нравится это маме. Малыш словно всегда знал, что именно появится из палочки, чего быть не должно — зачарованный артефакт настроен был перемешивать хаотично выпадающую функцию. Тем не менее, Гарри знал! Домашние в итоге махнули на это рукой, безопасно — и ладно. Хорошо ещё, что воинственное настроение у Гарри случалось редко, но, как говорится — метко. И тогда уже на уши поднимался весь дом. Особенно, когда вооружённый детской палочкой маленький колдун освоил полёты на детской метле. Метла летела низко-низко, но у Сандры всё равно сердце замирало, а сынок только радостно и заразительно улыбался, словно точно знал какой-то секрет или задумал что-нибудь эдакое. В случае Гарри уверенным быть ни в чём было нельзя, особенно это стало понятно, когда скорость метёлки внезапно возросла вдвое. Сандра хваталась за сердце, а леди Роджер и Локвуд советовали не ограничивать юное дарование — мол, так очень продуктивно и размеренно уходили излишки детской неконтролируемой магии, что предотвращало опасные детские выбросы. Другие занятия в личном уголке тоже надолго занимали маленького хитреца, особенно, если мама работала поблизости. Увлечения Гарри периодически менялись, малыш обожал всё новое, но и уже освоенные игры не забывал. То он что-то вытачивал из деревянных заготовок безопасным игрушечным напильником, то строил из специальных зачарованных кубиков замки, то с упорством отпиливал ножки у специального самовосстанавливающегося табурета. То сосредоточенно колотил безопасным молотком по магическим шляпкам гвоздей в пеньке — когда попадал, сбоку из пенька выскакивали монетки с забавным звоном, и после игры малыш сосредоточенно убирал их в специальную копилку. То, что Гарри рисовал на листах пергамента низкого качества, закупленных в промышленных масштабах, чтобы сберечь от рисунков стены дома, вообще не поддавалось никаким анализам. Человечки и домики с собачками были ему неинтересны. А что изображал юный гений хаотичными разноцветными линиями ни на что нормальное не походило. Дольше всех над его творениями ломал голову Локвуд. Наставник всматривался в развешанные готовые экземпляры на стенах детского уголка часами до рези в глазах, как он сам признался. На очередном семейном совете Локвуд преспокойно заявил, что знает, что такое изображает ребёнок. — Нити магии в его детской палочке! — ошарашил местное общество наставник. — Заметьте, как рисунок изменяется раз от раза. — Но рисунки все совершенно разные, — резонно возразила тётушка Эмилия. — Как и магия в палочке не всегда одинакова, — пожал плечами старый артефактор. — Малыш словно сознательно всё меняет. Заметили, что липучки теперь летят более метко? А цветки стали появляться по три штуки за раз. — Единороги дерутся между собой, — тихонько добавила Сонни. — Собираются в две команды и дерутся. А Гарри их подзадоривает. — Ему точно полтора года? — обмахивалась веером леди Роджер. — Я ещё помню, как мой сын Хоакин в два года не мог нормально карандаш в руки взять. А этот рисует угольками как заправский пятилетка. — Надо же, — постаралась сменить тему Сандра, погладив по голове привалившегося к ней на диванчике Гарри, малыш утомился и задремал. — Моего прадеда тоже звали Хоакин. Он погиб ещё в Первую Мировую вначале века — прабабушке пришлось одной воспитывать двоих детей. Позже выяснилось, что он пропал без вести, но совершил перед этим какой-то подвиг. Скорее всего погиб. — Как звали твоего деда? — переспросила Эмилия. — Хоакин Карсон, — вздохнула Сандра. — Я его видела только на фотографии - чёрно-белой. В семье вспоминали, что настоящим богатырём был, и очень любил прабабушку. Если бы не погиб, то обязательно бы... — О Мерлин! — старая леди схватилась за сердце и поглядела на Сандру полными слёз глазами. — Этого не может быть! — ...вернулся к ней, — договорила Сандра растерянно. — Что? — Было ли у него под левой лопаткой родимое пятно в форме… — у старой леди задрожали губы, а две слезы всё же сорвались и потекли по щекам оставляя дорожки. — Полумесяца? — спросила Сандра, уже смутно догадываясь, к чему всё идёт. — Да, было, забавно даже — ведь оно и нам передалось. И дедушке, и маме, и мне. Только в юности я бунтовала и сделала себе цветную татуировку в форме бабочки поверх родимого пятна. Потом жалела, когда из всей родни одна осталась. — Так ты моя праправнучка, получается, — голос Эмилии дрожал, хотя слёзы на глазах уже высохли. — Карсон — девичья фамилия моей матери! Я знала, я что-то такое подозревала… Нет, самозванка не могла бы войти в этот дом. Сонни была хранителем, но и она не смогла бы провести сюда кого угодно. Мне это до сих пор не давало покоя. Девочка моя! Сандрини! Вечер был потрачен на слёзы, сопли и воспоминания. Вот так, за пустяковым, казалось бы, разговором, внезапно выяснилось, что Сандра не просто так попала в этот дом, что она — последняя из рода. И что, вполне возможно, именно голоса предков её призвали в родовой замок. Так уверенно считала Эмилия, родная пра-прабабка Сандры. «Кровь — не водица», — прокомментировал всё это безобразие наставник Локвуд. Если казалось, что обретшая пра-правнучку леди Роджер стала мягче и добрее к Сандре, то это надо обладать весьма извращённым воображением. За родную кровь Эмилия взялась с удвоенным рвением и огромным энтузиазмом. Теперь у несчастной владелицы Гринстоуна не было ни одной свободной минутки, а требования «тётушки», как продолжали звать Эмилию Гарри и Сандра, увеличивались день ото дня. Переломный момент случился через два месяца, когда Сандра устроила настоящий бунт. Заявила с самого утра, что пальцем о палец не ударит, пока не отдохнёт и не выспится полноценно хотя бы в течении недели. — Да что с тобой? — рассердилась Эмилия. — Мне не нравятся перепады твоего настроения! И что на тебе надето? Что это? Сандрини! — Пеньюар! — Сандра задрала подбородок, запахивая полы халата. — Я возвращаюсь в постель! А завтра разбужу нового домовика. — Буди Тави, — вдруг совершенно спокойно заявила тётушка Эмилия, передумав читать ей лекцию. — Эльфийка Тави, хотя бы, умеет принимать роды. Сандра, искренне считавшая, что располнела на вкусной домашней еде, благодаря Сонни, в шоке уставилась на свой живот. Нет, он не слишком даже выпирал, но оказывается, приобрёл такую интересную форму, что сомнений и у неё не осталось — ночное приключение со страстным дальнобойщиком имело вполне закономерные последствия. И как она ничего не заметила? Хотя бы сильная сонливость в последнюю неделю, которая и привела к бунту, могла бы навести на мысль. Только Сандра была слишком занята, посвящая всё своё время магическим наукам. А ведь должна была подумать о таком варианте, ведь ни разу в доме у неё не начинались месячные. А она-то списывала всё на стресс. Новость Сандру не слишком удивила: понятно же, что после той ночки с незащищённым сексом она могла понести. Обидно тоже не было, ведь за удовольствие надо платить. Но Сандре эта плата показалась сейчас не такой уж большой за новую интересную жизнь. Наоборот, родить ещё одного ребёнка от того красавца-дальнобойщика виделось настоящей удачей — ведь Гарри будет расти не один. Получит в товарищи сестрёнку или братика. Разве не прекрасно? Беременность протекала вполне мирно без всяких особых проблем. Поэтому Сандра не спешила обращаться в тот же Мунго или в магловскую больницу. Тем более, что домовушка Тави действительно обладала отличными познаниями в акушерстве, уверяя, что сможет и роды принять без всяких целителей, если всё пойдёт хорошо. На очередном «семейном совете», где присутствовали все «домочадцы», включая домовиков, малыша Гарри и портреты старой леди и её деда, было решено, что начнёт рожать Сандра в поместье, а в случае непредвиденных осложнений они вызовут доктора из Мунго на дом. На будущем ребёнке рода Роджер-Райс решено было не экономить. Пополнения в семье все ждали с большим энтузиазмом. Для будущего члена семьи подготовили вторую детскую комнату рядом с комнатой Гарри. Сандра уже переехала в собственную большую спальню, из которой двери вели в коридор и в обе детские комнаты. Кто будет личной нянькой будущего малыша, решили заранее — Тави с радостью взяла на себя и эту роль. Но для верности всё же было решено разбудить и последнюю домовушку, благо, родовой камень вырос чуть ли не вдвое за последние месяцы. Так в доме появилась очаровательная домовушка Лотти, отличный повар и экономка в одном лице, освободившая время верной Сонни, ходившей теперь за Сандрой по пятам. Гарри по десять раз на дню гладил и целовал живот «мамочки», разговаривая с малышом на своём полу-понятном языке, то называя его «бхатиком», то «сестъёнкой», потому что даже эльфы со всей их магией не могли определить пол будущего ребёнка и разводили руками. А Сандра была готова к любому полу малыша, понимая, что одинаково будет любить как сына, так и дочку. И не стремилась ни в Мунго, ни к маглам, чтобы узнать, кто родится наверняка. Она всё ещё боялась, что Гарри ищут, и не хотела лишний раз где-либо появляться, чтобы не привлекать внимание сильных мира сего к своей скромной персоне. Ещё три месяца спустя, когда в учебной комнате Сандра сдавала старой леди экзамен по важным ритуалам в жизни магов, у неё внезапно без всяких предвестников отошли воды. В первые минуты Сандра, к стыду своему, запаниковала и даже вскрикнула, заметив на полу лужу. Старая леди тут же вызвала Тави, которая без промедления перенесла хозяйку в заранее приготовленный для знаменательного события зал. Кроме Тави в зал переместились Сонни и Лотти, чтобы быть под рукой в случае чего. Багги, который волновался не меньше, занял какой-то игрой малыша Гарри, чтобы отвлечь его от мамочки на эти часы. Роды проходили тяжело, Сандра испытывала неимоверные боли во время схваток, начавшихся почти сразу после отхождения вод. Тави делала всё, чтобы облегчить её страдания, но в какой-то момент твёрдо сообщила, что нужно немедленно вызывать целителя из Мунго. Что-то пошло не так. Обливаясь потом и дрожа, Сандра, лежащая в тёплой воде удобной купальни, лишь кивком выразила согласие. Боль уже несколько минут её не отпускала вовсе, и силы были, казалось, на исходе. В Мунго отправилась Сонни, не решились они доверить такое дело сове. Саму Сандру старая леди отговорила отправляться в больницу, заявив, что её «пра-правнук» должен непременно родиться здесь, в родовом поместье, чтобы сразу приобщиться к родовой магии. Неизвестно, как Сонни удалось уговорить целителя, но тот прибыл в поместье за руку с домовушкой уже через десять минут, но вода в купальне успела окраситься в красный цвет. — Немедленно перенести её на стол! — с ходу велел грубоватый целитель домовушкам, успевая выписывать палочкой сложные пассы. — Смотрите на меня, леди! Ну же, не спать! Какие боли, как часто? Можете терпеть или нет? Отвечайте немедленно. — Постоянные, — простонала Сандра и громко закричала, с трудом оборвав этот крик. — Простите, не могу больше… Боль… боль не прекращается! — Я так и думал! — мрачно заявил целитель, стремительно накладывая ещё какие-то чары. — Быстро мне чан горячей воды и стерильные простыни! К немалому изумлению Сандры, целитель решил делать ей кесарево сечение, хотя это осознание пришло позднее. В момент операции сил на удивление у неё не осталось. Целитель оказался опытным, уже через пять минут одного за другим из живота Сандры достали двух деток, вместо ожидаемого одного. Мальчик и девочка. Операция закончилась спустя минут сорок, как позже узнала Сандра. Голосистыми малышами сразу же занялись Лотти и Сонни, а Тави осталась ассистировать целителю, ловко и споро подавая ему нужные инструменты. Целитель штопал Сандру, попутно магича и вливая в новоиспечённую мамочку целую батарею разнообразных зелий. Наверное, поэтому ей стало совсем не больно и спокойно. Полностью очнулась Сандра уже в собственной постели, чувствуя себя опустошённой и умиротворённой. Но сонливости не ощущала. Крикливые малыши после прикладывания к материнской груди мирно спали в увеличенной и расширенной люльке. Целитель, устроившись за письменным столом, строчил рекомендации, которые вручил Тави, не доверяя, видимо, своей пациентке. — Ну вот и всё, леди, — подошёл к ней целитель с чемоданчиком в руках. — Вы вовремя прислали за мной домовика. Ещё бы немного — и спасти вас и ваших малюток даже я бы не смог. Но теперь всё в порядке, кровопотеря восстановлена, заживление идёт полным ходом. — Как я могу вас отблагодарить? — слабым хриплым голосом осведомилась Сандра, с обожанием глядя на грубоватого целителя с высоким, но вполне оправданным самомнением. Только сейчас она оценила и высокий рост мужчины, и ширину его плеч, и седой ёжик на голове и умный, чуть насмешливый проницательный взгляд светло-карих глаз из-под густых бровей. — Счёт я вам вышлю совой, — фыркнул целитель. — А вы будете славной девочкой, если чётко выполните все мои рекомендации и через неделю явитесь на приём. Вместе с малютками, разумеется. Захватите, заодно, и того малыша, что ревёт под дверью. Сейчас я не буду вас больше мучать, тем более моя помощь ни вам, ни вашему старшему сыну, ни младшим крикунам пока не нужна. А в Мунго меня ждут ещё дела. — Подождите, — у Сандры голова шла кругом от тысячи вопросов, которые хотелось задать доктору. — Как вас зовут? — Целитель Сметвик, — насмешливо ответил мужчина. — Рад, что спросили. А вы… — Сандра Райс, — растерянно ответила она. Неужели сам Гиппократ Сметвик принимал у неё роды? Она столько читала о нём в фанфиках в далёком прошлом! — Вот и познакомились, — кивнул целитель. — Могу я спросить, где сейчас отец малышей? Его поддержка вам бы не помешала прямо сейчас. Как его имя? Назвать ему Тома Реддла было бы полной глупостью. Здесь это имя имело слишком загубленную репутацию. Вряд ли поверят, что тот водитель фуры был простым однофамильцем и тёзкой знаменитого террориста. — Я спрашиваю не из праздного любопытства, — снова нарушил молчание целитель. — Отец этих чистокровных малышей — явно весьма сильный маг… — Он здесь не живёт, — призналась Санни негромко. — Он и не знает о маленьких. — Что значит, не знает? — нахмурился Сметвик. — Советую сообщить немедленно. Не знаю, насколько вы сведущи в законах магии, леди Райс, но в противном случае вас может ждать нехилый откат, вплоть до полного лишения магических сил. А мне бы этого очень не хотелось. Как и вам — верно? Малюткам точно нужен хотя бы один магически одарённый родитель. — А если это невозможно? — дрогнувшим голосом спросила Сандра. — Если этого человека невозможно найти? Какие у меня шансы избежать отката? Есть ли какая-то альтернатива, при которой сообщать отцу о его детях не требуется? — Времени у вас немного — всего три дня, — хмуро ответил целитель, которому почему-то было не всё равно. — Альтернатива одна — в тот же срок, то есть не позднее трёх суток — найти другого мага, сочетаться с ним магическим браком и проследить, чтобы он успел усыновить вашего сына и удочерить дочь до истечения отпущенного времени. Вводить детей в род мужа даже не обязательно, я вижу, что ваш собственный род достаточно сильный. Поэтому в вашем случае не обязательно, чтобы муж был сильным магически, но по крайней мере это должен быть чистокровный маг или полукровка. И да, после консумации брака — не позднее всё тех же трёх суток, начиная с момента появления на свет детей — вы вполне можете не жить с мужем. Но разрывать узы брака не рекомендуется, пока детям не исполнится по семь лет. Так что рекомендую всё же подумать над более простым вариантом — извернуться, но сообщить о детях их родному отцу. — Трое суток? — уловила Сандра некое несоответствие в его объяснении. — Вы считаете, что через три дня я буду способна заняться сексом? Она заслужила добродушную ухмылку от целителя. — Вы совершенно не разбираетесь в магической медицине, мисс Райс, — сообщил он ей с превосходством, но не обидным. — Восстановление волшебницы после родов длится не более сорока восьми часов. Чаще — всего тридцать шесть и даже чуть меньше. Вы, по моему прогнозу, будете огурчиком уже через тридцать часов, плюс-минус час. Так что да, сможете заняться сексом гораздо раньше истечения трёх суток. Сандра поверила сразу. У неё не было причин не доверять целителю, только что спасшему жизнь ей и её малюткам. — Женитесь на мне, целитель! — выдохнула она страдальчески, понимая, что вряд ли успеет найти себе хоть сколько-то подходящего мужа за неполных трое суток. Ясно же, что дальнобойщик Том Реддл либо не существует в этой реальности, либо давно её покинул. Совы возвращались ни с чем. — Я постараюсь не быть вам в тягость. Целитель Сметвик выслушал её предложение, не дрогнув. Даже не перестал смотреть эдак чуть насмешливо и добродушно. — При всей широте своих взглядов, — с сожалением произнёс он. — Я против фиктивного брака, даже такого рода. — Какой же он фиктивный — после консумации? — запротестовала Сандра, всё больше вдохновляясь этой идеей. Сметвик ей нравился сам по себе, привлекал, как мужчина, к тому же она испытывала к нему огромную благодарность и уважение. — Ну и… я не против, если вы будете изредка навещать нас и… спать со мной. Поймите, у меня вообще нет знакомых в Англии, я приехала из другой страны, но не собираюсь покидать этот дом. — Щедрое предложение, — хмыкнул Сметвик. — Я понимаю ваши мотивы, хоть и не одобряю их. Давайте сделаем так. Если за тридцать шесть часов вы не сообщите о детях отцу и не найдёте себе более подходящего жениха сами, пришлёте мне сову. За это время я подумаю и подберу вам кого-то достойного на эту роль. И если вам уж совсем не понравится предложенный мной выбор, то что ж... — Сами станете моим мужем? — с надеждой спросила Сандра. — С большим нежеланием, — покачал головой целитель. — Я уже прошёл через один брак, хоть и овдовел. У меня взрослые сыновья. Заводить новую семью на старости лет в мои планы точно не входит. — Хорошо, — Сандра отвела взгляд от харизматичного неуступчивого целителя. Было стыдно, что она ему так откровенно навязывается. Ведь совсем не в её привычках. — Я буду благодарна, если сразу найдёте мне мужа. Поверьте, связаться с отцом детей нет никакой возможности. Она почему-то не сомневалась, что совсем уж неприятного человека Сметвик ей не подсунет. О любви к мужу Сандра думала в последнюю очередь, ей важно было позаботиться о детях и не потерять магию прежде всего. — Есть какие-нибудь предпочтения? — поднял брови невозмутимый целитель. — Шутите? — удивилась Сандра. — Одну ночь я как-нибудь переживу, а после, вы сами сказали, жить с ним — не обязательно. Так что полностью доверяюсь вашему выбору. — Вы удивительно прямолинейная женщина, — хмыкнул Сметвик. — Я правильно понял, что материальное положение и внешность — не имеют значения? — Пусть только будет не совсем сволочь и не совсем дряхлый старик, — спохватилась Сандра, представив вдруг, как занимается любовью непонятно с кем. — Остальное переживу. — Я понял вас, — заверил Сметвик серьёзно. На этом с целителем они распрощались, а Сандра попросила впустить к ней Гарри. Сынок влетел вихрем в её спальню, забрался на кровать и полез обниматься и целовать Сандру. — Тебе было больно, мама! А меня не пускали! — пожаловался он, шмыгая носом. — Ты плакала? — Мне уже совсем не больно, и я уже не плачу, видишь? — ответно обняла его Сандра. — Всё прошло, дорогой, мамочке теперь хорошо. Дядя целитель вылечил меня. А ты не хочешь познакомиться с братиком и сестрёнкой? Малыш скосил взгляд на люльку, где лежали два тугих свёрточка и тихо сопели. — А как их зовут? — Гарри не спешил выбираться из её объятий. — Пока никак, — вздохнула Сандра. — Давай вместе придумаем. — Давай! — серьёзно ответил Гарри. — Мальчика можно назвать Том, — предложила Сандра, с ностальгией вспомнив отца своих детей. Если бы она знала, что он где-то существует в этом мире — не в виде духа террориста, а сам по себе, совсем другой человек, она бы, не раздумывая, нашла способ сообщить ему о детях. И о том, что ей от него ничего не нужно. И жить дальше, как прежде, в своём небольшом уютном мирке. Но если совы возвращались ни с чем три месяца назад, то каков шанс, что они найдут дальнобойщика сейчас? — Том Райс — красиво? — Гайи Айс, — Гарри всё ещё не выговаривал букву «р». — И Том Айс. Мне нъявится. — А девочку можно назвать Ника, — предложила Сандра, ей всегда нравилось это имя, означающее «победительница». Ника Райс — согласен, милый? — Ладно, — довольно равнодушно кивнул малыш. — А почему они спят? Ещё ведь не ночь! — Они маленькие пока и очень устали, — объяснила Сандра и ласково потрепала отросшие кудряшки сына. Она уже давно сама поверила, что он настоящий её сын. А после важного ритуала на родовом камне имя Гарри появилось в документах на дом, как Гаррет Райс, наследник. Она лишь надеялась, что её дети будут расти дружно, и что Гарри не станет ревновать к своим брату и сестрёнке. Оставалось ждать и гадать, кого же Сметвик подберёт ей в мужья. Немного опасалась, конечно, что ей кандидат в супруги совсем не понравится. Но тешила себя надеждой, что Сметвик в силу профессии и немалого жизненного опыта неплохо разбирается в людях. Оказалось, целитель Сметвик ни разу не соврал. Сандра быстро шла на поправку. То ли благодаря родовой магии, то ли зельям от целителя, но уже к вечеру она почувствовала себя вполне здоровой, с аппетитом съела плотный ужин, а шрам после кесарева сечения полностью затянулся. На следующий день она смогла встать с кровати, не чувствуя никакой боли и дискомфорта. Правда быстро устала и вынуждена была вернуться в постель через пару часов. Силы быстро закончились, но и прибывали также быстро, так что после обеденного сна, покормив в очередной раз своих малюток, она смогла поиграть с Гарри в саду, где уже организовали небольшую детскую площадку: с качелями, горкой, турниками и двумя детскими домиками. Была и песочница, где Гарри возился с большим удовольствием, строя кривобокие замки под присмотром Багги. К разочарованию Сандры, сова, в последний раз отправленная к Тому Реддлу, водителю фуры, вернулась обратно через несколько часов взмыленная и усталая с нераспечатанным письмом. Похоже, забеременела Сандра в другом времени и другом мире. Оставалось надеяться на целителя, который прислал внушительный счёт. Сандра оплатила счёт вдвойне, надеясь, что это сподвигнет целителя более тщательно подойти к выбору супруга для неё. Заодно написала Сметвику о том, что биологического отца детей оповестить так и не вышло, поэтому вверяет свою судьбу в его руки. К вечеру вторых суток Сметвик прислал ей письмо, где сообщал, что нашёл ей целых двух кандидатов, вполне подходящих на роль временного отца для двойняшек. Единственная трудность состояла в том, что хорошо бы в случае первого кандидата в благотворительных целях оплатить его пятилетнее обучение в университете, выложив кругленькую сумму почти в десять тысяч галеонов. Мол, ей же будет хорошо, если муж после первой брачной ночи уедет от неё на целых пять лет и не будет мозолить глаза. А там потерпеть ещё пару лет — и можно оформлять развод. Но прежде придётся за него поручиться, но это, мол, сущие пустяки и чистая формальность. Подробности при встрече. Второй кандидат оказался попроще, но и там тоже требовалось вливание средств — этот кандидат в её мужья готов был продаться за материалы для строительства дома и экипировку для поступления в аврорскую Академию. Стоимость материалов и экипировки тянули на те же десять тысяч галеонов. Сметвик был уверен, что и второй кандидат не станет ей обузой, исполнит свой супружеский долг и спокойно достроит свой дом, а после отправится учиться. И да, этот кандидат тоже согласен дать ей развод через семь лет, в чём готов поклясться или подписать соответствующий документ. Судя по всему, Сандре подобрали очень молодых и очень нищих кандидатов. Но это и к лучшему, как ей казалось. Сандра сразу отправилась с этим письмом к портрету прабабки, которая была уже в курсе их проблемы, и даже подтвердила, что Сметвик, к сожалению, полностью прав, и муж, хотя бы фиктивный, Сандре необходим. — Десять тысяч галеонов, — покивала не особо впечатлённая старая леди. — Что ж, вполне приемлемая плата за уверенность, что никакой чужой кобель не станет здесь ошиваться, растрачивать имущество, портить тебе нервы и влиять на воспитание наших малышей. Открывай сейф, дорогая. В сейфе оказалось очень много таких же бархатных мешочков с галеонами, какие Сандра брала в столе. Только отличались цветом. — Бери красные, — велела леди. — В каждом по пять тысяч. В зелёных по тысяче, в синих — по пятьсот галеонов. Учитывая, что красных мешочков тут было не меньше пяти дюжин, а остальных — и того больше, Сандра стала весьма богатой волшебницей. И могла быть спокойна за будущее своих детей. Сандра вручила два красных мешочка Сонни и отправила домовушку к Сметвику, написав, что готова выбрать из двух кандидатов, когда и как он посчитает нужным. Она уже заранее смирилась, что ей предложат нищих юнцов, и хорошо, если совершеннолетних. Сметвик явился сам поздно вечером, захватив с собой громоздкий думосбор. Первым делом он осмотрел Сандру и детей, заявив в итоге, что все, включая малыша Гаррета — абсолютно здоровы. Только после этого вылил первое воспоминание в думосбор. — Готовы? — спросил Сметвик. — Имена я назову после того, как посмотрите на обоих и попытаетесь определиться. Сандра грустно поглядела на реального кандидата, которому готова была заплатить куда больше, и который взирал на неё, добродушно ожидая ответа. — Готова, — кивнула со вздохом. — Выше нос, — посоветовал целитель. — Они оба — весьма достойные молодые люди и точно не сволочи. — Но довольно меркантильные, — заметила Сандра. — Впрочем, я всё понимаю и не собираюсь осуждать. Они в курсе, что от них требуется? — В общих чертах, — ухмыльнулся Сметвик. — Чтобы обсудить с кем-то из них предметно, вы сначала должны его выбрать. — Хорошо, — кивнула она. — Показывайте.