Часть 1. Глава 5. Девять лет спустя

На станции девять и три четверти сегодня было очень многолюдно. Школьники и их родители радостно приветствовали знакомых, живность в руках первокурсников клекотала, шипела и квакала. То и дело слышались крики обладателей тележек: «Посторонись!» — Малфой, — кивнул приятелю высокий эффектный брюнет, нежно прижимающий к себе хрупкую блондинку с модной стрижкой. Возле пары стоял их старший сын, черноволосый зеленоглазый мальчишка, почти копия своего отца-зельевара. Только глаза его быль точь-в точь, как у матери, которой он то и дело улыбался, прижимаясь плечом. — Снейп, — ответно кивнул Люциус, оглядываясь по сторонам, а потом со вздохом облегчения замечая спешащих к нему жену и сына. — Драко, это Гаррет Снейп, я тебе о нём рассказывал. Гаррет, это мой сын и наследник, Драко Малфой. — Привет, Гаррет, — младший Малфой одарил младшего Снейпа весёлой улыбкой. — Ты ничего не слышал про Гарри Поттера? Говорят, он должен поступать в этом году вместе с нами, но никто его не видел. — Понятия не имею, — лениво ответил Гаррет. — Его никто не видел с момента гибели его семьи, мой крёстный вообще считает пацана газетной уткой. — А твой крёстный… — Целитель Сметвик. Забавный дядька. Ники с Томом его обожают, это мои младшие. Та ещё головная боль! А есть ещё Ричи, самый младший, наш любимчик… — Гаррет, — укоризненно произнесла его мама. — Ты опять не даёшь никому вставить и словечка. — У меня тоже есть младшая сестра, — тут же встрепенулся Драко. — Вот где головная боль! О, смотри, рыжие Уизли пожаловали! Рядом с младшим Уизли Гаррет увидел черноволосого встрёпанного паренька, похожего на заморыша, в круглых очках и в слишком потрёпанной одежде и обуви под новенькой мантией. — Кажется, я только что увидел Поттера, — пробормотал Гаррет. — Хотя Сметвик уверяет, что слишком много детей осталось сиротами в ту войну, и нам могли подсунуть кого угодно в качестве героя. — Не проговорись об этом гриффиндорцам, — хмыкнул Драко. — Они за своего героя будут исходить на дерь… Ну, папа! О, видели, глаза серые или голубые, а говорили зелёные, в мать! А я его видел у мадам Малкин, и как сразу не понял, что он Поттер? Но, блин, ты Гаррет, даже больше на героя похож по описанию, чем этот Поттер! — А я и есть герой, — хмыкнул Гаррет, провожая глазами заморыша. — Что-то я не видел шрам у него на лбу. — Я видел, — хмыкнул Драко. — Там, у мадам Малкин. Сейчас он его чёлкой закрыл. И как я сразу не понял, кто он?! — Только не говори, что ты хочешь с ним подружиться, — нахмурился Гаррет Снейп. — Нафига? Если он в отца пошёл, то будет ещё тот говнюк… Ну, пап! Это я нежно! — Кузен вроде, — задумчиво хмыкнул Малфой. — Но, может ты прав. Не зря он с рыжими связался. Вау, какая девочка! Драко указал на миленькую первокурсницу с копной непослушных волос. Она решительно направляла к поезду свою тележку в полном одиночестве. — Грязнокровка, — прищурился Гаррет. — Да что не так, пап? Драко захихикал. А потом оживился. — О, Крэб, Гойл, Милли! Пойдём, я тебя познакомлю. Тоже из наших, со Слизерина. — Пап, мам? — оглянулся на родителей Гаррет. — Идите уже в вагон, — потрепала сына по голове миссис Снейп и вопросительно поглядела на мужа. — Милый, может нам самим заехать к МакНейрам за детьми? Боюсь, они уже замучили тётушку Пандору. — Как скажешь, — криво усмехнулся Снейп. — Но Ники и Луна устроят тебе концерт. — Зато Уолден скажет тебе спасибо, — подмигнула мужу супруга. — Ты ведь знаешь, что он подрядился строить новый корпус для Мунго. И он слишком занят со своим проектом, а Ричи точно не даст ему работать. — Кстати, Снейп, — догнал их Люциус, супругу которого перехватила леди в красном, в которой Сандра Снейп узнала миссис Забини. — Кого в Хоге взяли на место Слагхорна? Говорят, старикан ушёл на покой. Ты же главный в гильдии зельеваров, наверняка что-то слышал. Всё-таки новый декан будет у наших мальчиков. Чего ждать? Снейп тонко улыбнулся, оглянувшись назад. — Не поверишь, дружище, — хмыкнул Северус. — Твоя супруга как раз общается с новым деканом Слизерина. — Шутишь? — оглянулся на супругу Малфой. — Забини? Джессика? Она согласилась стать деканом? — Малфой! А ещё председатель попечительского совета школы, — покачал головой Снейп. — Уж мог бы сам узнать по своим каналам. — Так всё ведь решилось в последний момент, — пробормотал Малфой. — А это правда, что она крёстная вашей девочки? Простите, забыл имя. — Ники Хелен, — подсказала ему Сандра Снейп. — Да, абсолютная правда, мистер Малфой. Мы с Джессикой давно дружим, а Гаррет у неё в любимчиках — прирождённый зельевар, весь в папочку. Снейп только довольно ухмыльнулся на заявление супруги. В большом и светлом доме МакНейров мальчишки встретили их радостными криками, а девочки тоскливыми стонами. — Па! — первым подбежал к Снейпу восьмилетний Ричи. — Проект нового крыла дяди Уолдена хромает на обе ноги! — Ну ты ведь указал ему, в чём ошибки? — философски спросил Снейп. — Ага, он теперь думает, — шкодно улыбнулся «любимчик» семьи. — Привет, мам! Чо там Гаррет, не замучил Малфоя? — Не чо, а что, Ричи, — пожурила сына Сандра и вздохнула. — Замучил. Не позволяет Драко подружиться с Поттером. — А чо, Поттер — не газетная утка? — Да кто ж его знает? — пожал плечами Снейп. — На вид заморыш, на рожу Поттер. Очки, шрам, все дела… — Северус! — возмутилась его супруга. — Ричи, предупреди Томми и Ники, что через полчаса мы отправляемся домой. Милый, мне надо пообщаться с Пандорой. — Томми с Уолли опять вычисляли, где сейчас Дары Смерти, — сдал Ричи старшего брата и его друга отцу, когда мама уже не могла их слышать. — Ну а чо, я с Томми согласен, где-то в Хоге надо искать. Том хочет написать Гаррету об этом. — Вы сведёте меня с ума, — страдальчески проронил Снейп. —Я же запретил! Сколько раз повторять, что все владельцы даров плохо кончали. Ричи, куда ты смотрел? — В проект дяди Уолдена, — хмыкнул младший. — И не надо таких интимных подробностей про владельцев. — А за это, Ричи, я велю Багги вымыть тебе рот с мылом! — Фигня, — не расстроился мелкий. — Ты только обещаешь. — И расскажу матери. — Ну, пап! — на этот раз мелкого проняло, но он сразу решил отвлечь отца. — Лучше расскажи, где вы познакомились с мамой? — В тюрьме, — хмыкнул Снейп, мечтательно улыбнувшись. — Опять ты шутишь! — с досадой нахмурился Ричи. — Ладно, когда-нибудь я это раскопаю. — Удачи, мелкий, — ухмыльнулся Снейп. — Кстати, Гаррет тебе какой-то подарок оставил на кровати. Сказал, что ты офигеешь от счастья. Его слова, не мои. — Пошёл звать Нику и Тома! — хмуро откликнулся Ричи, бегом бросаясь в гостиную, откуда слышались детские голоса. Первой из комнаты появилась Ника и сразу бросилась к Снейпу. — Пап, ну вы же говорили, что мы здесь до вечера, — сразу воскликнула она, врезаясь головой ему в живот и пытаясь обхватить за талию. — Мама соскучилась, — вздохнул Снейп, подхватывая дочь на руки. — А-а, ну ладно тогда, — согласилась с ним Ники, пристраивая голову на плечо отца. — Луна говорит, что у них появился странный сосед, мистер Лавгуд. Раньше он жил в другом месте, но там появились какие-то моз-го-шмы-ги и ему пришлось переехать. Он собирается издавать газету и писать про этих… мозго как там. А ещё он рисует, и хотел нарисовать портрет тёти Пандоры. А дядя Уолден показал ему свой кулак, а ты знаешь, какие у него кулаки… И этот мистер Лавгуд собирается теперь снова переезжать. — Кошмар, — покивал Снейп. — Что творится в мире! — Ну, пап, ты опять смеёшься! А Луна, между прочим, боится этого Лавгуда. Говорит, что его жена из дома выгнала, поэтому он переехал. А ты ведь знаешь, что Луна чувствует всякую такую хрень и видит сквозь иллюзии. Спорим, сейчас придёт Том? — Даже не собираюсь спорить, — фыркнул её отец. — Луна ещё не говорила, что ваша с Томми телепатия — это хрень? — Говорила — и не раз, — довольно покивала дочурка. — Но эта наша собственная хрень и нам она нравится. — Гениально, — согласился с ней отец, увидев, как Томми выходит из гостиной. Следом за братом выбежал Ричи и махнул отцу: — Я — за мамой! — Вы что, ему собаку купили? — подозрительно спросила Ника, задумчиво глядя в сторону кухни, где скрылся мелкий. — Никаких собак в доме! — нахмурился Снейп. — Тогда я теряюсь в догадках. — Пап, — подал голос Том. — Вы видели Гарри Поттера? Говорят, он такой крутой. — Видели, — вздохнул Снейп. — Заморыш в очках. Напиши Гаррету, он тебе всё о нём расскажет. Наверняка героя в Гриффиндор распределят. — Гаррета? — ужаснулся Томми. — Поттера, разумеется, — фыркнул отец. — Вашего брата никуда, кроме Слизерина не примут. — Ага, — довольно покивала Ники. — Потому что Гаррет — ещё тот интриган! Наверняка уже Малфоя в оборот взял! Говорят, Драко — красавчик! Папочка, почему ты никогда не приглашал их к нам в гости? — Незачем, — отрезал отец. — Потому что Люциус обожает блондинок, — вредным голосом ответил сестре Томми. — А мама у нас блондинка. А папа… — И хватит об этом, — перебил его отец. — И, Том, когда будешь писать Гаррету, ни слова о Дарах Смерти! Пусть учится, а не глупостями занимается! — Мы всё ещё про Гаррета говорим? — ехидно спросила Ника. — Я серьёзно, Томми, — нахмурился Снейп, притянув к себе сына за плечи свободной рукой. — Все владельцы даров плохо… э-э-э сходили с ума, вот. Кстати, Гаррет сказал, что каждому из вас оставил на кровати по подарку, от которых вы очумеете от счастья. Его слова, не мои. — Да-а-а? — удивилась Ника. — Ну, где же там мама? — И Ричи куда-то пропал, — забеспокоился Том. В этот момент их мама появилась со стороны кухни в сопровождении Ричи. — Ну, наконец-то! — воскликнула Ника, словно ждала их с нетерпением целую вечность. — Мама, обними скорее папу и Ричи, пора уже домой! — Дорогой? — мама обняла отца и чмокнула его куда-то в нос. — Я не узнаю детей. Ты собаку не покупал? — Никаких собак в моём доме! — хором воскликнули двойняшки под укоризненным взглядом Снейпа. А Ники добавила: — Всё просто, мам. Гаррет каждому оставил на кровати офигенный подарок! — Ника, сколько раз говорить… — начала мама. — И на нашей кровати, — вздохнул Снейп. — Тоже лежит по крутому подарку от Гаррета. — У кого порт-ключ?! — воскликнула мама. — О, Мерлин! Что опять придумал этот ребёнок? — Я надеюсь, мне он оставил деньги! — мечтательно сказала Ника. — А мне карту сокровищ! — подхватил Том. — А мне щенка, — буркнул Ричи куда-то в мамин бок. — А мне трактат по изготовлению философского камня, — ленивым тоном поддержал детей Снейп. — Дорогая? — А мне цветы, — рассеянно сказала мама и извлекла из кармана Снейпа шахматную фигурку короля. — Все крепко держатся? А то однажды… — Вы случайно оставили Ричи в министерстве, — скороговоркой проговорила Ника. — И папе пришлось приносить извинения тридцати двум волшебникам, — так же быстро проговорил Томми. — Я был мал и не отвечал за свои действия! — пробурчал Ричи. — Мама! Давай уже. Едва оказавшись дома, дети — на глазах у изумлённых домовиков — стремглав бросились в свои комнаты. — А теперь, — хитро улыбнулся Снейп, притягивая к себе жену, которую ему еле удалось перехватить. — Когда у нас есть минуты три наедине… — Мы ничего не успеем за три минуты! — засмеялась Сандра, но охотно ответила на его поцелуй. А потом с разных концов дома раздались три восторженных вопля. — Открыли! — со вздохом прокомментировал Снейп. — Ладно, идём смотреть, что наш оболтус положил на нашу кровать. Сандра всё же вырвалась из его рук и добежала первой до их спальни. — Что вообще происходит? — Снейп привалился плечом к дверному косяку, глядя на супругу. Сандра держала на ладони крошечный разноцветный шарик, который начал расти, пока не превратился в большой и роскошный букет цветов. — Сегодня даже не Рождество! — Гаррету не нужен повод, чтобы устроить для всех праздник, ты же знаешь. — Знаю, — вздохнул супруг, заметив слёзы на глазах любимой. — Вот представь — я взрослый, состоявшийся маг, отец четверых детей, готов, как пацан бежать за подарком от этого мальчишки по щелчку его пальцев! — Но ты не бежишь! — улыбнулась Сандра, глядя на него насторожено и с упрёком. — А мне же любопытно, Сев! — Я думаю, мы все угадали свои подарки, — Снейп всё же отлепился от косяка и обошёл супружеское ложе, чтобы добраться до небольшого свёртка, поблёскивающего мягкими гранями возле подушек. — И я убью Гаррета, если он впрямь подарил Ричи щенка! — Да что такого? — Сандра пристально смотрела на свёрток в руках мужа, который тот не спешил открывать. — Пусть Ричи приучается о ком-то заботиться. — Да я просто заметил одну интересную особенность, — Снейп задумчиво перевернул подарок и даже потряс его, поднося к уху. — Стоит что-то громко запретить, как это что-то очень быстро появляется в нашем доме. — И? — Сандра подняла брови, не сводя глаз со свёртка в его руках. — Дай угадаю — ты мечтал о щеночке, когда был маленьким? — Глупо, да? — Снейп наконец надорвал обёртку и отбросил её в сторону. — Надеюсь, Гаррет выбрал нормальную породу, и нам не придётся краснеть перед соседями, выгуливая эту псину вместо Ричи, которому надоело. — Это трогательно, — покачала головой Сандра. — И в городской квартире мы не часто бываем. А дома у нас нет соседей, двор огромный и закрыт от взглядов случайных прохожих. Я, напротив, удивляюсь, что мы не завели до сих пор целую свору собак. Пусть бы бегали по двору, гоняли вредителей и любили наших детей просто так. Снейп! Я сделаю тебе сегодня минет, если откроешь подарок Гаррета немедленно! Снейп одарил её хитрым взглядом и тотчас вскрыл коробку. На кровать упало что-то увесистое, завёрнутое в тряпицу. — Тут ещё записка! — потряс листочком в воздухе супруг. И принялся читать вслух: — «Дорогой отец! Я долго ломал голову, что оставить в подарок тебе. У всех остальных желания очевидные и легко выполнимые. Ники будет рада деньгам и побрякушкам, Томми подавай загадки и старинные карты сокровищ, слишком умному Ричи хочется простых детских радостей вроде маленького щеночка — и не надо ругаться, Ричи с ним справится, я почти уверен. Обещаю гулять с собакой на каникулах, когда будем жить в городе на квартире. Мамочка, наше солнышко, обожает цветы и всегда им рада, хотя у нас шикарный цветник прямо под окнами. А на тебя не угодить. Ну, где я тебе возьму подлинный трактат о создании философского камня? Думаю, Фламель свой рецепт сожрал, едва получил случайным образом свою игрушку. Однако кое-что мне удалось провернуть. В тот день мы столкнулись с Тео Ноттом на Косой Аллее, ну и решили прошвырнуться в магловский Лондон. За нами, конечно, таскались его мордовороты и дальше «Дырявого котла» мы не ушли. А мама не так давно научила меня делать копии артефактов. Да, недолговечные, и не все функции сохраняющие, но у меня уже пару раз получилось. Когда мы с Тео преспокойно ели свиные отбивные вполне приличного качества, в зал «Дырявого котла» ввалился Хагрид, школьный лесник, с бледно-зелёной рожей — не читай это маме. Полувеликан плюхнулся прямо позади нас, а его огромный карман оказался прямо возле моей руки. Там у него честно — целый склад разных штук, я даже мышей нащупал — живых. И этот камень там был, завёрнутый в тряпицу. Я взял только посмотреть и показать Теодору, но вполне возможно, что это и есть философский камень, потому что Хагрид громко бормотал, что у него важное дело, которое касается только Дамблдора и Фламеля. Я сделал копию по всем правилам, как учила мама. Потом к нам направился Том, бармен, и мы с Тео быстро спрятали под стол оригинал и копию. А когда пришло время вернуть Хагриду его камешек, мы уже не могли вспомнить и отличить, который настоящий, а который копия. Уже почти месяц прошёл, а оставшийся у нас камень до сих пор не исчез. И у меня возникают смутные сомненья. Давай ты сам с ним разберёшься, ладно? И сам в итоге напишешь тот трактат. Люблю тебя. Твой Гаррет Антуан». — Так это… — Сандра указала дрожащим пальцем на кроваво-красный камень, выглядывающий из тряпицы. — Ты думаешь, это в самом деле он? — Маловероятно, что Дамблдор поручил такое дело полувеликану, — медленно произнёс Снейп. — Скорее всего, Гаррет снял копию с копии. Не знаю, зачем это понадобилось Дамблдору, но я напишу, на всякий случай, Джессике Забини, чтобы приглядывала за мелким Поттером. Чую — этот квест по его душу. Недаром Дамблдор так разрекламировал героя, будет теперь его натаскивать, как бы не убился шкет. — Что ты будешь делать с камнем? — Возьму в лабораторию, попробую разобраться. А ты сделай копию и тоже погляди у себя, что это за фрукт. Недели две продержится, я думаю. В коридоре раздалась какая-то возня и сдавленные возгласы: «Только не туда!» Щель между косяком и дверью расширилась и в комнату, смешно переваливаясь на толстых лапках ввалился пухлый серый щенок. Засеменил лапками, уверенно направляясь вокруг кровати, и ткнулся носом в ноги Снейпа. — Сразу почуял, кто в доме хозяин, — удовлетворённо улыбнулся Снейп, подхватывая щенка. — Не пойму только, что за порода. — Зная Гаррета, — задумчиво сказала Сандра, вертя в руках уже изготовленную копию кроваво-красного камня. — Этот пёс вырастет очень большим. — Ладно, — вздохнул Снейп, опуская обратно на пол затисканного щеночка. — Прикрой ушки, милая. — И Снейп рявкнул так, что в комнате задребезжали окна: — РИЧИ! Мелкий ворвался в комнату секунду спустя, нашёл щенка, подхватил на руки и метнулся обратно в коридор с отчаянным криком: — Ты его даже не увидишь! Я сам буду заботиться! — И в кого пошёл этот мальчишка? — философски спросил Снейп и спрятал кроваво-красный камень в карман мантии. — Ричи гуляет с щенком, Том с Никой ищут сокровище, обед через полтора часа. Сандрини! Ты не хочешь исполнить своё опрометчивое обещание прямо сейчас. М-м? — Дети могут вернуться в любой момент! — засомневалась Сандра, но глаза её уже загорелись в предвкушении. — Запрём двери, — Снейп решительно отбросил мантию на кресло, кинул несколько запирающих заклинаний на дверь и принялся медленно расстёгивать пуговицы белой рубашки. — Сегодня я весь твой, делай со мной, что хочешь! — Очень опрометчивое предложение, милый, — облизнулась супруга. — Ты же понимаешь, что мне придётся тебя связать? — Не волнуйся, — под горящим взглядом Сандры, Снейп расстегнул ремень и принялся за пуговицы брюк. — МакНейр долго не мог понять, зачем мне понадобилась такая конструкция кровати. А когда я объяснил, казалось, что Уолден познал дзен. Но прутья он сделал на совесть, я уверен. — Ты ему рассказал?! — ахнула Сандра и позволила юбке соскользнуть на пол. — Как ты мог? — Знаешь, Сандрини, — Снейп сдёрнул с кровати покрывало, лёг на спину и завёл руки вверх, к толстым прутьям в изголовье кровати. — Когда людям говоришь правду с загадочным видом, её считают выдумкой. Потому что на свете нет ничего фантастичнее правды. А ещё лучше рассказать часть правды, сильно приукрасив, тогда этому могут даже поверить. Попробуй как-нибудь. — А знаешь, — хитро улыбнулась супруга и поцеловала его в коленку, потихоньку подбираясь выше. — Однажды ночью я шла вдоль дороги — в чужом городе, в чужой стране, без денег, без вещей, без всякой цели. Возле меня остановилась огромная машина, их ещё фурами называют маглы. Я попросила меня подвезти, водитель согласился, а несколько времени спустя мы занялись с ним любовью прямо в кабине. Когда прощались, он назвал мне своё имя. Звали его Том Реддл. Я оказалась в небольшом городке в предместьях Лондона, неподалёку от Тисовой улицы. Уже почти рассвело, было холодно и промозгло. На крыльце дома номер четыре я увидела свёрток с младенцем, в письме, положенном сверху, малыша называли Гарри Поттер. Я забрала мальчика, а позже усыновила его, дав имя Гаррет. Как тебе такая правда? — На троечку, — хохотнул Снейп и выдохнул, когда жена подобралась почти к самому главному, но тут же опять отползла, решив заняться его второй коленкой. — Слишком драматично для правды. И слишком простенько. В жизни обязательно случилось бы ещё что-то безумное. Попытка засчитана, но больше похоже на самое начало истории или на эротический сон. — Точно! Это сон! — сверкнула глазами Сандра. — А я никак не могу проснуться. *** По пустынному шоссе ехал грузовик с прицепом, который ещё зовётся фурой или автопоездом. Водитель фуры — симпатичный молодой брюнет с синими глазами — весело улыбался, словно только что узнал нечто замечательное. Если бы Сандра Снейп увидела его в эти минуты, то легко опознала бы отца своих двойняшек — красавчика Тома Реддла, однажды увёзшего её в другую жизнь и в другой мир. Шоссе вильнуло — и мир вокруг грузовика изменился. Вроде бы привычная дорога в междумирье, убегающая вдаль среди полей, лесов и рек. Но быстро наступающий вечер означал одно: близкий контракт. Встречи с клиентами всегда происходят на закате, и отчего это зависит у проводников теорий много, например, потому, что под утро наиболее легко пересечь границу очередного выдуманного мира. Водитель не сбросил скорость, но насторожился. До клиента могло быть ещё много километров пути, а могло быть и несколько метров. Это его работа — встречать тех, кого забросило в междумирье из земли Изначальной, и решать, куда отправить несчастного переселенца (или попаданца) предстояло именно ему, Двенадцатому проводнику междумирья. Или несчастную переселенку, что всегда предпочтительнее и приятнее — в междумирье люди не живут. И гостьи-переселенки — единственный шанс у проводника-перевозчика завести короткий и приятный обоим роман. Или проще говоря, заняться любовью. Обычно, это получалось без труда, какая бы ни была девица, романтичная или прагматичная, обаяние и вежливость проводника — делали своё дело. Главное в момент заключения контракта — уловить, какой мир заплутавшей душе наиболее знаком и интересен, а после заключения контракта — переселенца в тот мир переправить, снабдив парой бонусов по обстоятельствам. Возле обочины далеко впереди водитель наконец заметил тёмный силуэт клиента и начал медленно сбрасывать скорость. Тощую и невысокую фигуру было сложно разглядеть издали. Подросток? Девица? Двенадцатый хищно прищурился, в глубине души надеясь на последнее. Клиент беспокойно озирался, вертя головой и явно не понимал, как здесь оказался — на пустынном участке шоссе, где до ближайшего жилья, по ощущениям, десятки, а то и сотни километров. На самом деле в междумирье жилья нет, а тем более жильцов. Если не считать дом самого перевозчика и элементалей — работников заправочных станций, совмещённым с кафе и небольшим магазином. Единственную машину, которую заправляют элементали, это машина Двенадцатого, хотя каждый раз работники заправок делают вид, что впервые его видят. Элементали — не люди, они духи стихий, способные принимать любые формы, в том числе и человеческую. На заправочных станциях междумирья они заправят вам отнюдь не бензин и не газ, а так называемый магический эфир. Колонки на этих станциях подключены напрямую к источнику эфира глубоко под землёй. По сути, эфир — это сырая магическая сила, весьма ценная во всех магических мирах. Вот и его призрачный грузовик перемещался именно на магическом эфире, что давало возможность колесить по магическим мирам. На заправочных станциях только снаружи всё выглядит привычно человеческому глазу, даже элементали смотрятся вполне себе людьми. А магический эфир весьма ценится почти во всех мирах, в обмен на него Двенадцатый закупает в других мирах много чего полезного для своего сектора междумирья. В том числе всю продукцию, которую продают элементали ему же, когда он посещает заправки вместе с клиентом. Доставляет и оборудование, которым пользуется элементали. А с «попаданцами» из мира Изначального, как своих клиентов называл Двенадцатый, всё как всегда — рано или поздно все его клиенты выходят на пустынное шоссе, на его дорогу. Спонтанные порталы из мира Изначального ведут строго на обочину. И уйти с этой обочины или с дороги, попаданцы уже не могут, хотя не все это узнают, потому что даже не пытаются, инстинктивно оставаясь в наиболее цивилизованном месте — у асфальтированной дороги, где теоретически могут встретить попутку. Такие уж законы у локации междумирья, которое курирует он, проводник-перевозчик — существо без имени или имеющее множество имён. Для коллег — Двенадцатый, по номеру его локации. Для тех, кто выше — проводник, но Двенадцатому этот термин казался слишком простым, не описывающим все его возможности. Проводник-перевозчик — отражало наиболее полно его функции. Человеческое имя Двенадцатого менялось, как и его облик, в зависимости от реальности, загаданной несчастным клиентом, попавшим в междумирье. Почему он называл клиентов-попаданцев несчастными? А счастливые люди, как правило, в междумирье не попадали. И в другие миры не стремились. Двенадцатый побывал и Дракулой, и Локки, и Барабосой, и Завулоном, Джейми Ланистером, а ещё Сауроном, Мордредом и много ещё кем — междумирье само выбирало ему соответствующий облик и имя, чем-то значимое для очередного клиента. И тут был не очень приятный, а иногда наоборот — весьма полезный нюанс: тот, чьё имя использовал Двенадцатый, пропадал из мира, выбранного попаданцем, что ощутимо или почти незаметно меняло доставшийся клиенту мир. Как и почему такое происходило — одной Вселенной известно или дамочкам из Смертельных чертогов. Тоже проводницы, по сути, только в Загробный мир, а ведут себя, как королевы и царицы. Десятый с Седьмым очень любят позубоскалить на их счёт на общих сходках. Вот и Тома Реддла и всех частей его души больше не существовало в мире Сандры Снейп-Райс и её семьи. И как это скажется на том конкретном фэнтезийном мире — знает тоже лишь Вселенная, способная улавливать будущее так же легко, как и прошлое. Что касается переноса в конкретную реальность, она осуществлялась спонтанно — когда попаданец садился в грузовик, он автоматически заключал с проводником контракт, сам того не ведая. И дорога сразу выстраивалась в навигаторе к ближайшим «воротам» в тот самый фэнтезийный мир. Можно было совершить единственную остановку в междумирье во время исполнения контракта на заправочной станции, а потом уже фура до самых «ворот» ехала без остановок, и плавно въезжала в «ворота» на дорогу конкретного мира. Сопровождая клиента, в фэнтезийном мире Двенадцатый находиться долго не мог. Причём в каждом мире лимит был своим. Обычно это время колебалось в промежутке от десяти минут до двух-трёх часов во время исполнения контракта. В другое время — пожалуйста, однажды открытые ворота становились доступными, и через девять лет можно было наведываться в тот мир с грузом на обмен или затариваться в том мире разными полезными ресурсами. Или ещё можно было брать контракты на стороне — и перевозить что-то ценное из одного мира в другой. Там тоже всё было непросто и существовал целый ряд непреложных правил и законов, но время посещений уже открытых миров без нагрузки в виде клиента, было более длительным. Другое дело, что покидать междумирье проводнику можно было максимум на два-три дня, или брать длительный отпуск в декабре (по календарю Изначального мира), как и положено Двенадцатому проводнику. Когда же имел дело с клиентом, всё было куда строже — как только заканчивалось время контракта — грузовик выкидывало в междумирье вместе с водителем. А пассажир оставался, даже если не успевал выйти из грузовика, в контрольной точке, откуда начинался его путь в новом мире. Сюрпризом это не было — за десять минут до окончания лимита включался таймер с обратным отсчётом. Его можно было показать попаданцу, а можно и скрыть. Таймер мог и замирать в двух случаях — в момент осознанного согласия попаданца на секс или при согласии выпить кровь — всё время того и другого процесса таймер не возобновлял отсчёт. Кроме перевоза попаданца в фэнтезийный мир, можно и нужно было передать несчастному клиенту некоторые бонусы: владение магией и саму магию, знание местных языков, совсем немного денег и какой-нибудь личный нематериальный презент на выбор проводника. Например, один магический дар, красивую внешность или важную информацию. А то и память стирал о себе, и клиенту казалось, что он сразу попал в другой мир, минуя междумирье и контракт. Передачу бонусов можно было осуществить только с помощью биологических жидкостей проводника: крови, слюны и спермы. Например, влить в клиента часть своей крови, хоть через горло, хоть через рану, хоть шприцом ввести прямо в вену. Ну а с другими жидкостями понятно — поцелуй или секс. Для женщин Двенадцатый чаще всего выбирал последнее — должно же и ему перепадать иногда чувственное удовольствие. С мужчинами и детьми всегда обходился кровью. Двенадцатый никогда не преступал собственных принципов. Поцелуй использовал редко, разве что в дополнение к сексу — слишком слабым магом становился от поцелуя клиент. Не будешь же целоваться двенадцать часов подряд. В наступающих сумерках он мог видеть лишь тёмный силуэт очередного попаданца, лишь предполагая по невысокому росту, что это женщина или подросток. Впрочем, уже скоро в свете фар он разглядел стройную фигурку с тонкой талией, и завлекательную походку женщины, будившую охотничьи мужские инстинкты. Опять повезло, что встретилась именно женщина. Вполне возможно, её он тоже одарит магией старым как мир способом, будет девочка сильной магичкой в новом мире. Всего-то надо аккуратно соблазнить бедняжку, а потом обязательно дать маленькую подсказку для начала пути. Довольно приятная часть в его миссии. Отпускать же без магии — жестоко. Особенно в мир, где магия есть. Грузовик плавно затормозил, вскоре паркуясь аккурат возле незнакомки, от холода обнимавшей себя руками. — Вас подвезти, девушка? — доброжелательно произнёс мужчина ритуальную фразу Контракта, гостеприимно распахнув дверь кабины. И сразу оценил, что девушка действительно очень молода и миловидна. Рассмотреть подробней не получалось, тушь размазалась по щекам и вокруг глаз. Очень светлые волосы спутались: созданная для праздника причёска некрасиво скособочилась. Но девушка явно этого не замечала. Вот глаза — широко распахнутые янтарные с золотыми прожилками, можно было смело назвать красивыми, в них Двенадцатый рассмотрел глубину, житейскую мудрость и недавно пережитую боль. Он легко смог считать её мысли, её беспросветно-тоскливую жизнь в последние дни, её увлечения, и отгадать уготованный ей новый мир. Ну да, ничего хорошего девчонка от жизни не ждала, и жизнь отвечала ей взаимностью — готовила ещё более тяжёлые удары, а выстояла бы или сломалась попаданка в Изначальном мире — как знать. Проводники того не ведают. Он увидел, как Анна Брик — так звали девушку — сбежала со свадьбы. Не своей. Замуж выходила её старшая сестра Марина. Она увела у Анны жениха прошлой весной, а сегодня Марина именно за него выходила замуж. Анна, так и не излечившись от первой любви, на свадьбе сестры была сама не своя. А осознание того, что ей предстоит после свадьбы сестры жить с молодыми в тесной двухкомнатной квартире, приводило девушку в ужас. Ей и вдали от него было плохо, а что станет с ней, когда Игорь будет жить за стенкой… Аня жутко боялась, что не выдержит и просто свихнётся. Родственников у сестёр давно не осталось, а у Игоря, новоиспечённого мужа Марины, родители жили под Псковом, и деваться Анне было некуда. Денег и на продукты не всегда хватало, хотя Аня умудрялась учиться и подрабатывать санитаркой в больнице. Куда уж там снимать комнату? Свадьба для Ани закончилась катастрофой. Игорь, пивший всё застолье как не в себя, подкараулил Аню и зажал в уголке у туалетов. В этом ресторане, где проходило торжество, таких закутков хватало. Ускользнуть от пьяного мужа сестры Анне не удалось. Сильный оказался Игорь, даже в таком состоянии. Придавил к стене своей тушей, сразу попытался задрать узкую юбку, а ещё шипел ей на ухо, как достала она его, как все нервы истрепала, и теперь он её точно трахнет — маленькую сучку-недотрогу. Анна понять не смогла, откуда такие претензии, ведь не замечал её Игорь все эти месяцы. Она тоже не навязывалась, приняла его выбор, по крайней мере — внешне. А ещё Анне стало дико страшно, и в те жуткие минуты полной беспомощности в руках бывшей большой любви, она полностью от этой самой любви излечилась. То, что творил с ней Игорь, терзая губы жадными поцелуями, находилось за гранью. Анна как могла сопротивлялась, пыталась кусаться, лягаться и кричать. Но мерзавец в итоге одной рукой сдавил ей горло, так что не вздохнуть, а другой расправлялся с одеждой. Трусики с неё он успел сорвать и сунуть себе в карман, а вот остальное подлому гаду осуществить не удалось. Какая-то женщина спешила к туалетам, громко разговаривая по телефону. Это заставило жениха сестры, точнее — уже мужа Марины, ослабить хватку, и Анна сумела вырваться. Она сразу бросилась к выходу из ресторана и сбежала в ночь, и потом бежала, боясь преследования или чего-то ещё, не выбирая дороги. Очнулась Аня, уже попав в междумирье, когда выбежала на шоссе. Бедняжка хмурилась, дрожала и пыталась не показывать виду, как ей страшно и плохо. А ещё Аня очень хотела умереть или попасть в другой мир. Как и все переселенцы, Анна много и с упоением читала с самого детства и увлекалась фэнтези и научной фантастикой. Про попаданцев она тоже читала, что уже было большим плюсом, хоть частично снимало стресс от собственного попаданства. — Здравствуйте, э-э… — её голос оказался мелодичным и слегка усталым. Она явно ждала, что он назовётся. И имя появилось перед ним горящими буквами, чего девушка видеть не могла. — Маркус Флинт, — представился мужчина, добродушно улыбнувшись. Глаза девчонки расширились, взглянула неверяще и выпалила, не задумавшись: — Отец Квина? Но… его отец ведь погиб, уже давно, и он был страшно некрасивый! — она моргнула и только теперь сообразила, что сказала что-то не то. И тут же повинилась, объясняя свою реакцию. — Простите, Маркус. Я всю ночь читала любимый фанфик, чтобы успокоить нервы. Там мир Гарри Поттера, но не совсем. Этот роман очень интересный и всегда меня успокаивает, даёт силы, можно и поплакать, и посмеяться... Я не выспалась и говорю ерунду, простите ещё раз. — Всё в порядке, — заверил её Маркус Флинт — вот он и узнал, почему именно это имя ему выпало. Так тоже бывало — либо тёзка оказывался мёртв на момент перемещения попаданца, либо тёзка исчезал из мира навсегда, как случилось у Сандры. — Сколько вы уже не спали? Залезайте скорей, вы вся дрожите. Анна благодарно улыбнулась и полезла в кабину. Он протянул ей руку, помогая забраться в кабину. Маленькая ладошка тонула в его руке. Только он видел зелёную вспышку вокруг их рук — контракт был заключён. И в машину села уже его клиентка. — Вас в самом деле так зовут? — спросила Аня, когда они отъехали от обочины, постепенно набирая скорость. Процесс перевозки в другой мир запустился. — Да, в самом деле, — коротко ответил водитель. А мысленно добавил: «Всего лишь тёзка. Я не тот Маркус Флинт, о котором вы читали, милая Анечка» — Поймите меня правильно, — с жаром проговорила девчонка. — Вы просто говорите по-русски, и вообще. А я только шла и представляла, как попадаю в другой мир. Желательно, конечно, в Поттериану. Я думала, как бы это было хорошо. Чтобы все они, — девушка нервно мотнула головой назад. — Чтобы все они, даже сестра, просто забыли обо мне. Не нужно мне от них ничего, ни жалости, ни помощи, ни волнений. Ни-че-го! Двенадцатому было очень досадно — этот мерзавец Игорь лишил его возможности соблазнить девочку. Уж точно теперь нельзя, после попытки изнасилования. И как её отпускать в этот её любимый мир без магии? — Меня Аня зовут, — со вздохом призналась клиентка. — Анна Брик. У вас сигарет не найдётся? — Вы курите? — удивился Двенадцатый. Ничего похожего в её недавнем прошлом не наблюдалось. — Нет, — Аня бледно улыбнулась. — Но, кажется, самое время начать. Может, есть коньяк или водка? И нет, я не алкоголик, вообще почти не пью. — Аня, пейте кофе, хотя бы согреетесь немного, — посоветовал Двенадцатый, вручив ей термос. — Такого вы точно не пробовали. — Уверены? — налив себе кофе и отставив термос, Анна впервые ему открыто улыбнулась. — Я варю самый вкусный кофе, так что мне есть с чем сравнить. Дедушка очень любил хороший кофе… Жаль, что его больше нет. Грузовик мчался по пустой дороге междумирья. Анна отпивала кофе из крышки термоса маленькими глотками, блаженно прикрывая глаза, отчего ресницы бросали тень на бледные, испачканные тушью щёки. И вот как её в таком виде отпускать в знакомый только по роману и фанфикам мир? Двенадцатый решился, протянул ей влажные салфетки и опустил козырёк, чтобы она смогла посмотреться в зеркало. — О, Боже! — Анна зажмурилась и откинулась на спинку сиденья. Потом поглядела на него виновато. — Кофе реально вкусный, — признала она. — И я прошу прощения за свой вид. Обычно я не пользуюсь косметикой, но сегодня… Лучше бы я вообще никуда не ходила. Она махнула рукой и достала салфетку, пропитанную магическим эфиром — лучшее очищающее средство для любых случаев, включая поверхностные проклятия и сглазы, с приятным ароматом разнотравья. Глядя в зеркальце с серьёзным видом, Аня осторожно стирала с лица все лишние краски. Потом решительно распутала разлохмаченную причёску, кое-как расчесала волосы пальцами и сноровисто заплела их в косу. — Ну как? — повернулась к нему, чуть задрав подбородок. — Помолодели лет на пять, — честно ответил пигалице водитель. — Сколько вам на самом деле? Пятнадцать? — Девятнадцать, — смешливо фыркнула Анна. — Почти. В сентябре исполнится. Без косметики Анна смотрелась очаровательно. Теперь Двенадцатый в полной мере оценил её внешность и ещё раз пожалел, что соблазнять нельзя — чуть влажные губы девочки так и просили поцелуя, аккуратные тёмные брови и смуглая от летнего загара кожа контрастировали со светлыми, местами выгоревшими до белизны волосами. Ничуть не портил Аню чуть крупноватый нос, без него лицо не казалось бы настолько колоритным и красивым. И глаза — янтарные, с золотыми прожилками, в которых светился ум, боль, мудрость, невинность и наивность — убойный коктейль. Кто-то сказал бы, что на любителя, а кто-то не сможет отвести от неё взгляд. — Итак, — решил Двенадцатый приступить к делу, полагая, что времени осталось мало. Учитывая, что девочку, возможно, придётся долго уговаривать. Это был один из тех редких случаев, когда с клиентом надо говорить прямо, а не бросать, как котёнка, в неизвестность — выплывать самому. — Вы серьёзно хотели бы попасть в мир того романа, который упоминали? — Вы же понимаете, что это невозможно, — улыбнулась ему девочка ещё шире, отчего на щеках появились отчётливые ямочки. — Но если говорить о мечтах — то да, не раз об этом мечтала. Она была вся такая ладненькая, не полная, но и не худышка. О таких иногда говорят — кровь с молоком. Двенадцатому очень хотелось свернуть тому Игорю шею. Жаль было, что в Изначальный мир ему доступа нет. — Так вы хотите попасть в мир Гарри Поттера? — Шутите? — поглядела она. — Я даже английский толком не знаю. — Пойдёт бонусом, — вырвалось у него. — Это не смешно, — сразу надула губки девушка, и её нова захотелось поцеловать. — Нехорошо так дразниться. Я уже извинилась и… — Анечка, — мягко перебил он. — Я говорю серьёзно! Более того, мы вот-вот въедем в этот мир, и у вас не будет выбора, как остаться в нём жить навсегда. Она поглядела с лёгкой насмешкой. Не поверила. — Допустим, вы демиург, — поглядела лукаво, то ли немного поверив, то ли решив подыграть. — И что, бросите меня в этом мире без ничего — ни знакомых, ни родных, ни денег, ни жилья. Как я там выживу? — Есть навскидку несколько вариантов, — спокойно ответил Двенадцатый, поняв, что она его хотя бы выслушает, а потом разговор припомнит. — Есть несколько локаций, где вы можете закрепиться. Представьте, к примеру, что там есть ковен ведьм или боевиков, можно сделать, чтобы вас приняли как родную, но потом — сами. Можно сделать ученицей Хогвартса, скажем, на последнем курсе, прибыли из страны по обмену. — Вы что, волшебник?! — с весёлым возмущением воскликнула Аня. — Или фанфиков начитались? — С содержанием многих из них знаком, — ответил он частичную правду — с момента въезда в этот мир две минуты назад, чего Анна не заметила, он уже знал всё о магическом мире, где будет жить девушка. Условия вполне приемлемы. — Хотя бы в порядке бреда, скажите уже, куда хотите податься. Или к кому. Девчонка поглядела иронично и отвернулась от него, мечтательно уставившись в потолок. — Так сразу и не скажешь, — грустно вздохнула Анна. — Хотелось бы стать в этом мире самостоятельной, свободной, иметь какую-то профессию и своё жильё. Ох, ну зачем вы меня мучаете? — Можно ещё замуж выйти, — усмехнулся Двенадцатый и решился: — Магию хотите, Анна? Она скептически оглянулась на него. — А кто не хочет? Вы уж, как спросите… И она снова уставилась на потолок, словно там было что-то интересное. — Способов получить магию несколько, — спокойно сообщил Двенадцатый — времени оставалось всё меньше. — Без магии вам будет трудно в этом мире. — Какие способы? — кажется ему удалось её заинтересовать. — Либо выпьете моей крови, — невозмутимо озвучил Двенадцатый. — Либо полноценный секс, либо попробуете сделать минет, но всю сперму придётся проглотить. — Так это был подкат! — бездна разочарования в глазах девочки неприятно резанула по нервам. — Как вы можете? Она тут же забыла про свои мечты, и вся сжалась, глядя с осуждением и недоверием. Двенадцатый остался невозмутим — стоило попытаться в самом деле. Нет, так нет, что уж теперь. — Тогда выпьете кровь, трёх глотков достаточно. — Да нет же! — выдала Анна, таращась на него с испугом. — Вы же не всерьёз, правда? — Ань, — он взмахом руки повесил перед лобовым стеклом крупную голограмму таймера с обратным отсчётом. Девчонка расширила свои прекрасные глазки до размера галеона. — Мы уже въехали в этот мир. Времени осталось — сама видишь, сколько. Погляди в окно направо — вход в «Дырявый котёл». Ты можешь его видеть только из моей кабины, пока магии у тебя нет. Выслушаешь напутствие или продолжишь рефлексировать? Всё равно ведь высажу и останешься без ничего и без магии. Анна послушно поглядела в окно, потом огляделась внутри салона — да, грузовик временно принял вид автобуса, двухэтажного, обычного для Лондонских улиц. — Магия нужна? — чуть холоднее и жёстче повторил вопрос Двенадцатый. Оставалось всего пятьсот секунд. А без добровольного согласия уже не обойтись, раз спросил. — Домой нельзя вернуться? — шёпотом спросила Анна, словно кто-то их мог слышать. Он с сожалением покачал головой. Неужели передумала? — Уже нет, — он пристально вглядывался в её потемневшие мятежные глаза. — Мы уже в другом мире. — Какой ужас! — высказалась Аня, но в глазах её он уже заметил предвкушение и неверие пополам с надеждой. — Ладно, решай пока про магию, даю инструктаж, чтобы не терять время, — заговорил он достаточно быстро, чтобы всё успеть. — Пройдёшь через Дырявый Котёл, попросишь у Тома номер, оплатишь двое суток, это десять сиклей. В Дырявом Котле в твоём номере тебя будет ждать саквояж со скромным содержимом, где, кроме одежды, ты найдёшь волшебную палочку и несколько базовых брошюр по её использованию с самыми ходовыми заклинаниями. Можешь потренироваться, базовые знания будут даваться легко, особенно в первый месяц. Можешь, наконец, поспать, можешь позавтракать или погулять по Косой Аллее. Завтра, незадолго до двух часов дня, спустишься вниз, попросишь открыть проход, выйдешь на Косую Аллею, найдёшь кафе Фортескью, займёшь дальний от входа столик. Быть там нужно не позже двух часов дня. В течение получаса в кафе появится мужчина, который подсядет за твой столик и спросит твоё настоящее имя — менять его не будем. Он тебя узнает по описанию — ты его дальняя родственница из Франции, сирота, оставшаяся без средств к существованию. Письмо о твоём приезде он получил от твоего временного опекуна ещё месяц назад и согласился тебя пристроить. А дальше, как договоритесь, он предложит тебе варианты. Про ещё одного посетителя, который не сможет не обратить на Аню внимание и тоже будет в это время в кафе, Двенадцатый решил не сообщать. Лучше будет, если всё случится естественно. — Я буду знать и английский, и французский? — кажется кто-то наконец осознал, что всё серьёзно. — Совершенно, верно, — кивнул Двенадцатый. — Ты уже их знаешь, сможешь легко перестраиваться. — А магия? Я где-то училась? У меня есть какой-нибудь дар? — вполне чёткие вопросы Двенадцатому даже понравились. — Магия будет, достаточно сильная, если, конечно, выпьешь мою кровь. Обучение было домашним и не слишком систематичным. А дар только-только проснулся, ты сможешь видеть проклятия и снимать их: сглазы, порчу и прочее — просто руками. Пока только лёгкие проклятия, а будешь учиться по профилю — так и сложные осилишь. Твой маг, конечно, может быть не очень доволен навязанной ему девицей, придётся потерпеть. Он вдовец и достаточной сложный тип, но обязательства всегда выполняет. Родство дальнее, можешь и замуж за него выскочить, если очень понравится. Это всё, что я могу тебе устроить, Аня, если, конечно, выпьешь моей крови. Анна сглотнула и покосилась на таймер. Оставалось сорок секунд. — А деньги? — она облизала губы, лихорадочно блестя глазами. — Хоть что-то на первое время. Пообедать, например, купить самое необходимое? — Банк, — быстро произнёс Двенадцатый, прикрыв глаза. — Двести четырнадцатый сейф, ключ утерян, владелица Анна Брик, наследница Алана Брика, французского мага, погибшего в Первую Магическую войну. Подтвердишь своё право прикосновением руки к документу или как скажут. Получишь ключ, сможешь пользоваться своим сейфом и дальше. Там не так много, но, как ты правильно сказала, на самое необходимое хватит. — Я правда смогу колдовать? — она сглотнула и уставилась на него преданно. — Сможешь, но пока посредственно, а при должном усердии станешь вполне опытной магичкой — но это всё после трёх глотков моей крови, спермы или слюны. В последнем случае дар тебе не потянуть. — А первые два чем отличаются? — девчонка решительно задрала подбородок. — Ничем, — пришлось всё же признаться. — Давайте свою кровь, — Аня поморщилась и уставилась с интересом. Она не заметила, что в этот момент таймер замер на семи секундах. Варварски резать себя Двенадцатый не собирался, флакон с кровью всегда держал наготове именно для таких случаев, поэтому он просто передал ей флакон и даже откупорил притёртую крышку. — До дна! — велел строго. — Иначе ничего не получится. Аня поглядела с осуждением, зажмурилась и поднесла горлышко к губам. Морщась, словно пьёт яд, она решительно принялась глотать содержимое. И, конечно, крохотными глотками, когда в идеале всё можно выпить именно за три глотка. Она растягивала свой практически завтрак, который подарит не только магию и прочие бонусы, но и удивительную бодрость и лёгкость как минимум на двенадцать часов. — Бар «Дырявый котёл» откроется в шесть часов утра, через пятнадцать минут, — проговорил Двенадцатый ритуальную фразу. — Возьми. Он вложил в её руку двадцатифунтовую банкноту, с досадой понимая, что не успевает девочку высадить. Таймер отщёлкнул последнюю секунду. И снова дорога междумирья, а в кабине он остался в одиночестве. Девчонка, наверное, ушибётся, упав на асфальт, но это такая малая плата за то, что получила. А он будет блуждать в междумирье, пока ещё один или одна отчаявшаяся не выйдут на его дорогу — со своей историей, болью и мечтами. Или займётся перевозками товаров. Например, есть заказ на яйцо дракона из мира «Игры Престолов». Жуткий мир, конечно, но попытаться можно. Вместо грузовика, там будет повозка с волшебной лошадью, сражаться на мечах и себя защитить Двенадцатый сумеет, да и магия при нём даже в том мире будет действовать прекрасно. Элементалей прихватит, а это сила четырёх стихий. А заглянуть в жизнь Анечки Брик он сможет лишь через девять лет — когда откроются «ворота» в её реальность. И Двенадцатый очень надеялся увидеть её счастливой и устроенной в жизни, в новом мире, о котором она так сильно мечтала.