Часть 3. Глава 8. Не Ангелы

К встрече гостей вновь разбуженные домовики Лонгботтомов расстарались, накрыли стол в самой большой гостиной дома, отдраили до блеска полы, намыли окна и всё, что можно было намыть. Наготовили несколько вкусных блюд, достали старинный серебряный сервиз и приборы на двенадцать персон, которые так же довели до первозданного блеска. Долохов, прибывший первым, присвистнул при виде обветшалого великолепия. Легко можно было поверить, что лет сто назад зал действительно смотрелся шикарно. За руку Антонин вёл Терен, которая настороженно осматривалась. Девушка на совесть вцепилась в своего провожатого, явно не собираясь его отпускать. — Мистер Долохов! — приветствовала его Августа, приодевшаяся для такого случая в платье из зелёного бархата. — Рада вас видеть. А с вами?... — Мисс Терен Старк, добрая леди, — представил спутницу Антонин. — Моя подопечная. Терен, это леди Августа Лонгботтом. А где же молодые? — Сейчас подойдут, — леди Августа утомлённо махнула рукой в сторону выхода. — Опять возятся с теплицами, — пожаловалась она. — Мы пойдём посмотрим, — решил Долохов, поспешно ретируясь из пафосного зала. Где искать теплицы, он примерно представлял и от сопровождающего домовика отказался. Теплицы они увидели, пройдя за дом, который располагался на холме. А вот внизу в долине, обрамлённой аллеями из плодовых деревьев, простирались почти до горизонта стеклянные домики разного размера и конфигураций. Солнце расцвечивало стеклянные крыши, которые горели огнём. Между теплицами вились поперечные тропинки, а вдоль бежали более широкие дорожки. Размах впечатлял. Сейчас, когда теплицы освободили от стазиса, скопившегося снега и прочего мусора, они смотрелись как небольшое сверкающее поселение. — Сказочный вид! — высказалась Терен, с восторгом глядя на теплицы. — Словно здесь живут феи. — Может и жили когда-то, — скептически ответил Долохов. — Идём вниз, я кого-то вижу у тех столов. Между большими теплицами в первых рядах, действительно располагалась система столов, скамеек и подсобных сооружений. Возможно, здесь когда-то кормили работников, обсуждали важные вопросы, заготавливали ингредиенты для продажи. У столов нашлись не только хозяева, но и их новая родня — Кедр и Ясень, а также успевшие прибыть раньше остальных Блэки и Руквуд. На Терен глядели с любопытством, скользя понимающими взглядами по их переплетённым рукам. Девочка-друид не пожелала его отпустить, но Антонин не жаловался. И без того опасался, что родственники девочку захотят оставить себе. — Это Терен Старк, — представил он её сразу. — Моя подопечная, гостит в моём доме. Так вышло, что Терен — единоутробная сестра Ясеня и дочь Кедра, выросла практически самостоятельно. Нашёл я её почти случайно среди магглов и забрал в магический мир. Ей всё здесь в новинку, но быстро привыкает. Теперь и Блэки, и хозяева, и друиды оглядели гостью круглыми от эмоций глазами. Только Руквуд оскалился насмешливо: — Решил оставить девочку себе? Понимаю. — Рад познакомиться, мисс Старк, — первым пришёл в себя паршивец Сириус Блэк. Его улыбку, предназначенную Терен, хотелось стереть кулаком. За ним с девушкой поздоровались и остальные, их провели к столам и усадили на скамейки, лишь друиды продолжали пребывать в лёгком обалдении, не сводя взгляда с родственницы. Пока усаживались и скупо обменивались новостями, подошли и остальные «не ангелы». Пришлось заново представлять Терен, вызвавшую нешуточный интерес у народа. Девушка сидела рядом с Антонином, чуть улыбалась на приветствия мужчин и Бель и вежливо кивала, но до сих пор не проронила ни слова. Последним к ним спустился Снейп, вот кого Терен не интересовала вовсе. Зельевар прошествовал сразу к столу, цепко оглядел каждого из «не ангелов», а наткнувшись взглядом на Рэга, совсем не картинно прижал ладонь к сердцу, не спуская с младшего Блэка тёмного взгляда. Регулус тоже замер от неожиданной встречи, а потом вскочил, стремительно обошёл стол и крепко обнял почти не сопротивляющегося Снейпа. — Какой ты стал! — восхитился Рэг, отстраняясь. — Так это правда, что ты теперь глава гильдии Зельеваров? — Правда, бессовестный ты мальчишка! — Снейп невесело усмехнулся. — Сам-то как повзрослел, и это на казённых харчах в проклятой тюрьме! — Да уж, — поморщился Рэг. — Овсянку я теперь не люблю даже больше, чем мой племянник Гарри. — Почему ты не сказал мне? — мучительно подбирая слова, мрачно спросил его Зельевар, снова становясь серьёзным. — Зачем написал Великому Светлому? Да ещё спёр не проверенное на людях противоядие! — Прости! Сам задавался этими вопросами, когда в себя пришёл! — неунывающий Блэк широко улыбался. — Не хотел тебя втягивать. Противоядие спасло мне жизнь, вообще-то, так что считай, что проверено. Но дракклы всё раздери, как же я рад видеть тебя таким — важным, неприступным и довольным жизнью. Сири говорил, что у тебя семья и четверо детей, и как только успел? — А у тебя? — горько осведомился Снейп, разглядывая заматеревшего Рэга неверящим взглядом. — Тоже семья? Жившая без тебя все эти годы? Если бы я только знал… — Моя жена магглорождённая, — негромко и уже без улыбки пояснил Регулус. — Не уверен, что даже ты смог бы меня понять тогда. Детей я с тобой познакомлю, и твоих хотел бы увидеть. — Детей? — поразился Снейп. — Не только дочь? Север оглянулся на Сириуса, наблюдавшего за ними, скрестив руки на груди, не слишком одобрительным взглядом. На вопросительный взгляд Снейпа старший Блэк лишь пожал плечами — понимай, как хочешь. — Ещё есть сын, Эван Регулус Блэк, — не оглядываясь на брата, ответил Рэг. — Отличный мальчишка, ждал меня, представляешь?! Ему в школу в сентябре, родился, когда я уже был в Азкабане. Не волнуйся, за детьми и женой было кому присмотреть. Все здоровы и счастливы. — Ладно, — только сейчас Север осмотрелся, кивнул Руквуду, Лестрейнджам, Долохову и Лонгботтомам, позволил Блэку увлечь себя за общий стол. Антонин только мысленно усмехался, радуясь, что всеобщее внимание к Терен так удачно отвлекли разборки бывших друзей. Оба тихушники, а вон как накрыло, забыли об окружении. Долохов был рад за обоих, и что семья у Рэга, и что магглорождённая — подумать только! — но раз Сириусу всё равно, то и проблемы нет, теперь они за всех Блэков остались решать судьбу рода. А Регулус ещё найдёт прецендент в дневниках предков и проведёт необходимые ритуалы, если не уже. Долохов не верил, что такой древний род хотя бы пару раз за последние двести лет не вливал в семью новую кровь. Чистота крови, которой кичатся Блэки — это не совсем то, что понимает современный маг. Не в том определялась чистота крови у древних магов, чтобы спариваться лишь с чистокровными, коих тогда были единицы, а в том, чтобы в крови не водились проклятья и болезни, передающиеся потомкам. Следовало шарахаться вовсе не от магглорождённых, которые как раз кровь обновляли, а от скверны, которую можно подцепить от предателей крови: братоубийц, клятвопреступников и прочих злодеев, преступавших непреложные магические законы. — Раз уж все собрались, — взял слово громогласный Руквуд. — И даже угомонились, то самое время открывать обсуждение. — В доме накрыт стол, — негромко напомнила Алиса Лонгботтом. — К дракклам, леди! — отмёл этот факт Август Руквуд. — Пожрать всегда успеем. Сначала дело. Он швырнул на длинный стол стопку пухлых газет, и они разлетелись к каждому из собравшихся. Даже Терен получила свой экземпляр. Долохов поспешно бросил взгляд на передовицу. И опять сенсация — колдофото очень знакомого коридора в Азкабане, восемь опустевших камер, однако в каждой оставались пустые миски, ложки, матрасы, ночные колпаки. «Восемь камер опустели волшебным образом буквально несколько дней назад, — вещала Рита Скитер. — Словно сама магия отмерила им срок и помогла покинуть эти стены. Никаких разрушений, никаких убийств. Побег обнаружили только двенадцать часов спустя, просто не застав в камерах осуждённых магов. Впору задуматься, в чём именно состояло преступление магов? И не слишком ли суровое наказание они понесли. Пять беглецов известны: трое Лестрейнджей — Беллатрикс, Рудольфус и Рабастан, Август Руквуд и Антонин Долохов! Но были ещё трое, что занимали крайние камеры. Кто они, кем осуждены? По словам тюремных надзирателей — это двое молодых мужчин и женщина, имён которых не нашлось даже в тюремной книге регистрации. Любой, кто владеет информацией о трёх неизвестных, а также о беспрецедентном побеге из Азкабана — самой защищённой тюрьмы — будет желанным гостем в редакции Пророка! Достойный гонорар и защиту гарантируем! Внимание беглецам, если они нас читают, и всем неравнодушным магам Магической Британии! Повторное заседание Визенгамота — верховного суда магов Великобритании — состоится ровно через пять дней, 28 февраля 1992 года, и будет проведено с полным составом судебной коллегии. Настоятельно рекомендуем беглецам явиться на заседание в последнюю пятницу этого месяца, ровно в одиннадцать часов утра. Состоится пересмотр дел каждого из вышеперечисленных магов. В связи с рядом новых обстоятельств, которые редакция не вправе озвучивать до суда, очень возможно, что ранее вынесенные приговоры будут значительно скорректированы». Дальше шли довольно удачные колдофото каждого из пяти «известных» беглецов с весьма краткой справкой — возраст, статус, как жил, кем являлся, заслуги перед обществом — оказалось, каждый из осуждённых беглецов являлся либо попечителем Хогвартса, либо попечителем Мунго, и каждый к тому же аккуратно платил налоги министерству вплоть до момента заключения под стражу. Никаких обвинений или похвал не добавили — мол, до суда — нельзя. — Вас могут отпустить? — шепнула Долохову Терен, проведя указательным пальцем вокруг его колдографии. — Вполне вероятно, — так же тихо ответил Антонин. Он готов был аплодировать Рите — объявить о суде, как о решённом факте в прессе — отличный ход, теперь уже никто не сможет уговорить судей отложить, перенести или вовсе отменить заседание, народ не поймёт. Козыри тоже не все раскрыла, и это к лучшему. А уж краткие справки! Ещё и прямо указала, сколько теряют денег ежегодно Хогвартс, Мунго и Министерство из-за ареста весьма платёжеспособных глав своих родов. Он не удивится, если после такой статьи не только домохозяйки украдкой станут симпатизировать бывшим преступникам. Оставшиеся попечители Хогвартса и Мунго, да и сам Министр должны призадуматься. — До суда Рэгу и Лонгботтомам лучше не показываться нигде, — первым высказался Рудольфус Лестрейндж. — Принято! — тут же кивнул Регулус Блэк, что-то чиркнув в толстую зелёную тетрадь. — Принято, — подтвердил Лонгботтом. — Поместье закрыто для посещений на неопределённый срок. Но трое уже пытались прорваться: поверенный матери, мистер Дож, очень настойчивый Амос Диггори, и… Великий Светлый собственной персоной. Долохов и Руквуд присвистнули одновременно. — Зашевелился, — проворчал Сириус. — Советую нанять собственного адвоката для всех пятерых. Или даже нескольких, но в одной команде. — Хорошая идея, — клыкасто ощерился Руквуд. — И у меня уже есть два очень хороших адвоката, имеющих большой зуб на Паука. Это братья-невыразимцы из Отдела Тайн, они не только в наших законах, но и в магловских разбираются, страшные кадры, если возьмутся защищать твоего врага. Главный дал им добро нас отстоять, когда выслушал всю историю. Мне пришлось поклясться, что Томас не вернётся из-за грани и говорить под Веритасерумом. Отсутствие метки тоже проверяли, злодеи, но ни хрена не нашли. Они хотят твой ритуал побега, Рэг, но я заверил, что тайны Блэков выцарапать сложнее, чем Мерлина из-за грани. Я ведь был прав? — Могу им продать воспоминание, как и все вы, — усмехнулся Рэг. — Прочитать дневник вообще могут только Блэки, а там такой шифр и далеко не один, что мне понадобилось десять лет, чтобы всё перевести. Сложность ещё в том, что переписать дневник не получится — предки были теми ещё параноиками, защищали даже не книги и дневники, а вложенную информацию. Повторить песнь заклинания и то не смогу — пробовал. А вы? — Я тоже не смог, — признался Рабастан. — Полный пробел. — И я, — поддержала Беллатрикс. — Мы с Руди хотели вспомнить хоть что-то из него — и не получилось. — Вот и я не смог, — хохотнул Руквуд. — И в воспоминании моём вместо ритуала и песни какие-то призрачные чудовища вытаскивают нас из камер, и звука нет. Жуть страшная, не советую любоваться. Коллеги впечатлились и отстали. Итак, адвокатов все одобряют? Предупреждаю, их имён не знаю даже я. — Он обвёл взглядом собравшихся и удовлетворённо кивнул. — Ну раз все, я даю им добро. Придётся немного раскошелиться, зато всё будет в лучшем виде. И, Антонин, материалы для Скитер придётся продублировать, а может и дополнить. Сможешь? — Легко, — Долохов, не мешкая, достал из пространственного кармана пухлую папку и несколько флаконов с воспоминаниями. — Всё здесь. И да, тут больше, чем знает Скитер, специально подготовил на такой случай. — Ты крут, братец демонолог! — восхитился Август. — И когда всё успел. Кажется, у тебя и юридическое образование имеется? — Не только, — ухмыльнулся Долохов. — Я весьма плодотворно ещё и с Малфоем пообщался. Наш скользкий друг был весьма полезен. — Что будем делать с Дамблдором? — спросил Сириус Блэк, барабаня пальцами по столешнице. — За пять дней он может многое натворить. Но хорошо бы его затащить на тот суд даже против воли. — Поймать где-нибудь, — предложил Лонгботтом. — Обезоружить, и наложить Империо его же палочкой. Она у него непростая. — Фрэнк! — ахнула Алиса. — Это он прежде тебя поймает, не вздумай! — Привлечь Нотта, — задумчиво высказался Рудольфус. — Его Паук боится. — За Феникса своего спрячется, — покачал головой Руквуд. — Прежде надо ликвидировать курицу, а уж потом идти на поклон к лорду-дракону. — Натравить Скитер, — хохотнул Долохов. — Та ещё стерва. Но уже она боится Паука. — И правильно делает, — одобрил стерву Сириус. — Недооценивать директора нельзя. На кону вся его благополучная жизнь, боюсь пойдёт на многое, чтобы так и оставалось впредь. — Яд! — коротко озвучил Снейп. Маги передёрнулись от его реплики. — Напиток живой смерти подойдёт — до суда проспит в гробу, потом поднимем. — Этот яд он ещё должен как-то выпить или съесть, — сверкнул глазами Регулус. — Не удивлюсь, если определитель ядов носит. Есть ещё идеи? — Есть яды, которые ничем не определить, — пожал плечами Снейп. — Как выкурить его из Хога — вот вопрос. — Про Рэга он пока не знает, надо надеяться, — задумчиво сказал Сириус. — И он вполне может попытаться снова перетянуть меня на свою сторону. Если только не помчится в Азкабан, проверять своих врагов — на месте ли. — Пусть мчится, — улыбнулся Руквуд. — Главный поставил там своих людей. Проще всего было бы поймать его там, запрут на пять дней в камеру, чтобы посидел, подумал. И на суд проводят под белы рученьки. — Без ордера? — усомнился Рудольфус. — Ордер есть, — ухмыльнулся невыразимец. — Подписан Амелией Боунс, с которой главный имел приватный разговор. Но в ход его пустят только в крайнем случае. Говорят, Феникс может перенести хозяина в любое место, и пока птица на воле, схватить Дамблдора не удастся. — Не в случае решёток и стен тюрьмы, — покачал головой Рэг. — Призвать Феникса в Азкабан не получится — проверял один наш предок. — Тогда что? — нахмурился Рабастан. — Мы, получается, ничего не можем сделать из-за этой птички? Сириус развёл руками. — Я могу попробовать позвать птицу! — подала голос Терен, о которой все позабыли. — Только мне надо знать её имя. Отец и брат уставились на девочку с интересом — похоже никаких родственных чувств у них до сих пор не возникло. Во-всяком случае, Долохов чётко ощущал отчуждение к родным друидам со стороны Терен, уютно касающуюся его своим тёплым боком. — Сейчас я вспомню имя феникса, — оживился и тут же нахмурился Сириус, прижимая пальцы к вискам. — У вас такое уже получалось, мисс Старк? Терен кивнула Блэку, и чуть ближе придвинулась к Долохову, словно ища у него защиты. Жаль, Антонин не мог её пока открыто приобнять, берёг её репутацию. — Фоукс! — выдал вдруг Северус Снейп, победно взглянув на Блэка. — Его точно зовут Фоукс, помню ещё со школы. — Точно! — Блэк щёлкнул пальцами и уставился на Терен. — Что, кроме имени нужно, чтобы позвать магическую птицу? — Чем он питается? — деловито спросила его лесная нимфа, восхитив Долохова решительным и спокойным тоном. — Есть ли клетка, способная его удержать? — Питается угольками каких-то семян, — припомнил Сириус Блэк. — Гарри мне писал. — Взрыв-семя! — уверенно произнёс Снейп. — У меня есть запас. Лонгботтом, дай доступ моему домовику, он и клетку принесёт, а вы уж как-нибудь зачаруете. Фрэнк сосредоточился, замерев, а после кивнул. — Можешь звать. Домовик справился за считанные минуты, клетку притащил большую, где когда-то сидел волнистый попугай Гаррета. И взрыв-семя в специальной бутыли из жаропрочного стекла. Клетку зачаровывали Руквуд, Рудольфус и Долохов в три палочки. Наложили уйму заклинаний, кто какие знал. — Дайте и мне парочку наложить, — попросил следивший за ними горящими глазами Регулус Блэк. — Уверяю, лишними не будут. Трое магов отошли от клетки, и даже Долохов восхитился заклятием от Блэка. — Фамильное, — только и покачал головой Рудольфус. — Мисс Старк, что ещё нужно? Девочка-друид вышла вперёд, сняла с себя мантию и отдала Долохову. Он заволновался, когда она и тёплую жилетку принялась снимать — и это под взглядами всех мужиков! Но поделать ничего не мог. Жилетку забрал, порадовавшись, что хоть платье она оставила. Маги и правда не спускали с неё взглядов, но все были предельно сосредоточены. Даже Сириус лишь хмурился, следя за девушкой. Палочки у всех были наготове, хотя и понимали, что против Феникса они бесполезны. Терен стояла, замерев и закрыв глаза, ещё долгое время, минуты три точно. Всё также прижимала ладошки ко лбу. Но вот она медленно протянула руки вперёд ладонями вверх, чуть развела их и тихо-тихо запела, не разжимая губ, без слов, лилась только завораживающая мелодия. Долохов поймал себя на том, что сделал к ней шаг, оглянулся — все маги шагнули в сторону девушки, как заворожённые. — Закройте уши! — опомнился Антонин. И сам прижал ладони к ушам. А уже в следующий миг на руке девушки материализовался некрасивый морщинистый феникс, гадко заклекотав. Терен открыла глаза и улыбнулась птицу, что-то тихо проворковав. Птиц склонил голову набок, внимательно её слушая. И слушал дальше, пока Терен не сунула его в клетку, продолжая ворковать. Здесь уж все помогли, дверцу захлопнули магией, едва Терен отдёрнула руку. Снейп сыпанул сквозь прутья горсть семян. Фоукс забился о прутья, яростно клекоча, под беспокойными взглядами «не ангелов». Клетка устояла, и пленник вырваться не смог. Птиц сник и принялся клевать семена, взрывающиеся прямо в клюве. На магов Фоукс поглядывал с обидой, а в сторону Терен, руку которой, разодранную когтями птицы, перевязывала Беллатрикс, не смотрел вовсе. — Острым ножом пораниться сложно, — смущённо сказала мисс Старк. —А его когти… Но мне не больно, честно. Он ещё на раны две слезы уронил, сразу боль прошла. Тут прибыл домовик Лонгботтомов, сообщив, что хозяйка всех до сих пор ждёт на обед. — Не сегодня, — Долохов накинул на плечи Терен её тёплую мантию. — Думайте, как выманить директора, встретимся завтра, у меня. Портключи пришлю вечером. — Птицу я заберу, — Руквуд подхватил клетку чарами. — Всего хорошего, господа. Тони, свяжусь с тобой вечером. И Руквуд исчез в вихре аппарации. — Нам тоже пора, — заявила Беллатрикс. — Алиса, Фрэнк, извинитесь за нас с Руди. — Меня сын ждёт, — тут же вскочил Регулус. — Фрэнк, я сожалею… Лонгботтом захохотал, когда и Рабастан, и Северус Снейп скроили скорбные лица. — Всего доброго, гости дорогие, — широко улыбнулся он. — Еда не пропадёт, есть же стазис, но мама будет в гневе. Друиды даже не подошли попрощаться с Терен, с какой-то непонятной опаской на неё глядя, да и та пряталась за Антонина, не желая подходить к ним первой. — Домой? — спросил он свою нимфу. И Терен ему вымучено улыбнулась. — Да, пожалуйста! — она сама поспешила схватить его за руку. — Вечером у меня будут дела, — предупредил он, едва они оказались в прихожей дома. — Найдёшь, чем заняться? — Конечно, — поглядела она с благодарностью, отпуская его руку. — Я осмотрю твою библиотеку. Можно? Покидал дом Антонин с теплом в сердце, Терен удалось вернуть домой, Фоукс обезврежен, осталось самое сложное — обезвредить хозяина уродливой птички. И так захотелось, чтобы Паук прибился как-нибудь сам, и дал им спокойной жизни.