Часть 3

Наругали ли меня тогда после этой вылазки? Да не особо, немного пожурили, да и всё. Наверное, тут больше всего сыграл эффект неожиданности, потому что ни мама, ни папа никогда не думали, что им их дочь принесёт за шкирку и вручит лично Водяной Самодур. Я же после этой прогулки уверовала, что Ши Цинсюаню есть в кого быть очень разговорчивым. А после этого момента прошло уже ещё много лет за которые вообще ничего интересного не происходило, что даже скучно. Минус в той прогулке, наверное, был в том, что после этого чтобы мне не было скучно родители решили основательно, прям очень основательно, взяться за моё обучение. Вот это уже была встряска для моих нервов. Не нравится мне учиться, что поделать? Да, знаю, что это очень важно, но ничего поделать с собой не могу. Тут на меня навалились и разные ритуалы, и нормы морали, и искусство правления. Последнее мне точно пригодится, я же в правители мечу! Мне прям больно это надо. Потом ещё этика с философией. На последней мне нужно понимать законы мировоздания, но единственное, что мне удалось, это один раз доказать учителю, что его не существует и он лишь моё разыгравшееся воображение. Это было интересно, но вскоре интерес пропал. Потом эти занятия каллиграфии… Знаете, я это лишь сравню с тем, что также это является девятым кругом ада, как и рост зубов в детстве. Можно конечно гордиться, что я получаю образование в небесной столице, а не в обычной школе, но всё же. А потом много ещё всякой фигни и ничего конкретно профильного так как я сама не знаю, чем хочу заниматься. Можно было ещё как некоторые попаданцы воодушевляться тем, что занимаюсь боевыми искусствами с родителями, но поверьте это не то, чем можно воодушевиться. Гоняют так, что иногда хочется, чтобы у тебя остановилось сердце, лишь бы на них не ходить. Военные искусства — это тоже вам ни хухры-мухры, там чуть не так руку поставишь и всё, прием сделал неправильно. А подбор ещё этих оружий был просто ужас, перебрали всё, что смогли найти, но, чтобы прям подходящее ничего не нашли, а может и нашли, но мы так и не поняли. У меня вон даже мама признала, что Се Лянь прям мастер своего дела был в оружии, что лишь по паре взглядов мог разобрать, что самое подходящее. Тут мы с папой забеспокоились о её душевном здоровье, потому что до этого она никогда не признавала вслух того, что Его Высочество лучший. Но за здоровье переживать не стоило, мама, только взглянув на наши физиономии поняла, о чем мы думаем и сразу пришла в норму. В итоге остановились на луке, мече и сабле. С первыми двумя меня гонял отец, а с последним мама. Я не горела желанием заниматься, но мастерством за десять лет я точно владела. Была бы полнейшей дурой, если бы за это время не поняла бы основу и не закрепила бы её. Сейчас я иду по Небесной столице, в этот раз меня Ши Уду не сможет за шкирку поднять, но сегодня на редкость у нас спокойный день. Нет, у нас и так обычно спокойно. Но это только на этой стороне, у нас тут давеча Хуа Чэн вызвал богов на дуэль. Я слышала, как дома мать с отцом сначала пытались разобрать почерк этого вызова, а потом оба решили, что они зря потратили время только, потому что им вообще незачем с каким-то выскочкой сражаться. Странно конечно то, что Хэ Сюань у нас тут уже на небесах имеется, а вот Хуа Чэн только что пришёл. При этом прозвище «Собиратель Цветов под Кровавым Дождем» он тоже не получил. Очень непонятно, прям пипец. — А тебе не хватит нас для поражения, что ты ждешь генералов Сюаньчжэня и Наньяна? — усмехнулся один из богов. — Всё же вызов был брошен тридцати пяти богам, а не тридцати трем, — это я уже видела, что Хуа Чэн говорит, — Так что стоит подождать. — Сообщение из Дворцов Наньяна и Сюаньчжэня, — сказала я, подойдя к ним, — Генералы считают не целесообразным этот вызов и вынуждены отказать в этом вызове. — Что прям так и сказали? — усмехнулся Хуа Чэн, приподняв бровь. — Я вам очень вежливую суть отказа передала, — ответила, закатив при этом глаза, он будто сам не знает характер моих родителей, раз спрашивает такое, — Не думаю, что хоть кому-то может понравиться, если я передам всё слово в слово. — А вы попробуйте. — Ц, — да у меня от него глаза сделают скоро полный поворот вокруг своей оси, — Дворец Сюаньчжэня ответил: «Делать мне больше нечего, только у всякой нечисти, которая ещё не доросла до своих амбиций, чем у такой выскочки вызов принимать. Пусть сидит у себя в мире демонов и не высовывается…» — Стоп, хватит, — остановил он меня, — Понятно, суть передана, спасибо. — О, — а я ведь даже и до матов ещё не дошла, а там же заслушаться можно. *** Сейчас уже сражаются боги литературы. Тут зрителей достаточно, но моих родителей нет. — Они скоро взорвутся, — прокомментировала я всё, глядя на физиономии богов Литературы. — А ведь вы передавали, что с такими отбросами ваши родители не хотят вести дела, — сказал голос за мной. Развернулась. Да ё… Что со мной постоянно Ши Уду разговаривает то? — И что? — приподняла бровь, — Я лишь передала сообщение родителей, больше от меня вообще ничего не требовалось. А вообще если посмотреть, то тут всё довольно однотипное. Почему, к примеру, никто из Богов Литературы не захотел посоревноваться в каллиграфии? — Хуа Чэна бы тогда утопили сразу, — Ведь именно божествам дали выбор в соревнованиях. Но все, как один, выбирают красноречие. Даже Ханьгуан, который вечно кичился своей каллиграфией, он же почти всех с ней достал. — Насколько я знаю, то он многих младших служащих учил каллиграфии, и вы попали в этот поток. — А вы следили за этим? — сказала я, закатив глаза, — А вообще попала. Он же с ней так всем мозги имеет, что чувствуешь себя всеми любовницами Генерала Мингуана сразу, которых он имеет за раз. А он это этого тоже кажется удовольствие испытывает… — а затем я задумалась, может правда кайф от преподавания получить можно? — Ты чего сейчас? — А как относятся на земле тому, что девушка будет заниматься науками? — Линвэнь знаешь? «Чего?» — я приподняла бровь. — А кто её не знает? — тут я задумалась, — Понятно, фигово относятся. Блин, а что-то преподавательницей быть захотелось. — Придется пол менять тогда. Извращениями тогда заниматься… — Так ты же занимаешься, как заклинатель. Шуруй в монастырь работать. — Блин, спасибо конечно за идею, но не понимаю почему с вашим то характером вы мне подсказываете. — Сочтемся. В долгах я у него ещё не ходила, а если кредитор, как Хуа Чэн? — Преподобного Пустых Слов съел Демон Черных Вод и забрал его силу. — Что? — Сочлись, — нужно давать заднюю, пока пинков не вставили за язык, — До свидания.