ГЛАВА 10

      Прошло три дня. Драко практически не спал — первую ночь провел в гостиной с бутылкой виски, не в силах лечь в постель, которую каждую ночь делил с ней, вторую ночь провел в ее комнате, вдыхая запах, уже исчезающий в отсутствии ее вещей.       За три дня он видел ее только один раз, да и то из окна — она медленно брела в сторону Черного озера, закутанная в черную теплую мантию. Голова была накрыта капюшоном, но он все равно бы узнал ее. Гермиона не приходила на занятия, не приходила в Большой зал для трапезы, Драко от попытки найти ее и заставить хотя бы нормально есть постоянно удерживал Тео.       — Она живет с Башне Гриффиндора в комнате Джинни. Рыжая присматривает за ней и заставляет есть. Остальное тебе знать не нужно! — отрезал Нотт.       — Мне нужно знать все, что касается ее, Тео! — прорычал Драко.       — Что ты хочешь узнать, Драко? — Нотт за грудки впечатал друга в стену. — Что она не спит, практически не говорит, не выходит из комнаты, кричит от кошмаров…, — друг практически рычал. — А еще Джинни каждый вечер, приходя с занятий, находит ее с бутылкой или под чем-то: то магловские какие-то таблетки, то успокаивающие зелья. Откуда она это все берет, мы не знаем. Мы уже перетрясли все ее вещи, но ничего не нашли. Это ты хотел услышать, Малфой?       — Это я виноват…, — с трудом проговорил Драко, задыхаясь.       — Конечно, ты! Но соберись, Драко! Оставь пока нам смотреть за ней. Реши вопрос с помолвкой. Ты знаешь условие вашей связи — либо вместе, либо страдания на всю жизнь. Такой ты жизни хочешь для нее? Я уже не говорю о тебе…       — Да знаю, я знаю, Тео. Мне, черт побери, очень плохо без нее. Я, блять, не могу находиться в этой долбаной Башне, где все напоминает о ней, — Драко кричал.       — Так переезжай пока к нам. У меня собственная комната, ставь кровать и живи. Будет немного легче, и ты наконец приступишь к решительным действиям. Кстати, как продвигается?       — Судебное заседание назначили на второе декабря. Сейчас остается только ждать.       — Хорошо. Драко, я рассказал ей все как есть. Она все понимает, но очень злится, что ты ничего не рассказал ей сам. А еще она боится, что не достаточно много значит для тебя, чтобы в экстренной ситуации ты отказался от всего ради нее.       — Да плевать мне на деньги, на титул. У меня и от Блэков их достаточно осталось, а титул Лорда я могу получить при желании, как единственный кровный наследник рода Блэк мужского пола. Фамилия? Много мне дала эта фамилия в жизни? Метку Пожирателя Смерти? Если потребуется, я ни секунды не думая, оставлю все это. Ради нее. Но и ради себя тоже.       — Я верю, друг. Давай…, — он похлопал его по плечу. — Иди собирай вещи и переезжай к нам.

***

      Грейнджер больше не могла находиться в четырех стенах в комнате Джинни, видеть никого не хотелось, равно как и докладывать ее верным охранникам — Джинни, Тео и Невиллу о своем местонахождении. Пока Уизли была на занятиях, Гермиона выскользнула из Башни Гриффиндора и направилась к ближайшей точке трансгрессии в Хогсмиде. Приземлившись в маленькой гостиной своей квартирки, она скинула верхнюю одежду и обувь. Квартира хоть уже и была наполнена мебелью и техникой, но была какой-то безжизненной, не хватало мелочей и аксессуаров для уюта. Решив, что обустройство и украшение квартиры поможет ей на время избавиться от грустных дум, она приступила к распаковке книг. Разложив все любимый книги на стеллаж и с помощью магии наведя уборку, она расставила памятные фотографии и развесила гирлянды в спальне и лоджии. Маленькие цветные фонарики с детства заменяли Гермионе вечернее освещение — теплый мягкий свет дарил умиротворение и спокойствие. Решив, что все-таки не хватает еще штор, милых подушек на диване, свечей и полезных мелочей для кухни и ванной, она переместилась в безлюдный переулок вблизи одного из самых крупных семейных гипермаркетов IKEA в Лондоне. Потратив пару часов и набрав целую тележку милых вещичек, она вернулась в квартиру и принялась расставлять все по своим местам. За этим занятием и застал ее Патронус прекрасной лошади, заговоривший взволнованным голосом Джинни: «Гермиона…Гермиона, где ты? Я вернулась с занятий в пустую комнату. На карте Мародеров тебя нет. Ты покинула Хогвартс. Немедленно сообщи мне, где находишься». Поначалу Гермиона не хотела отвечать, но вскоре совесть начала грызть ее, в конце концов друзья не виноваты и беспокоятся о ней. «Джин, все в порядке, я в Лондоне. Не знаю, когда вернусь, не волнуйся!» — серебристая выдра исчезла за окном.       Драко читал книгу, лежа на кровати в комнате Тео, когда влетел неизвестный Патронус в виде лошади и заговорил голосом младшей Уизли: «Тео, Гермиона сбежала. Она прислала Патронус, что в Лондоне и с ней все в порядке. Но я переживаю, вдруг она опять примет эту свою гадость и что-нибудь сделает с собой. Ее нужно срочно найти. Через пятнадцать минут встречаемся у выхода из школы, проверим сначала ее квартиру». Тео подскочил на кровати и принялся быстро одеваться, все время грязно ругаясь.       — Я иду с вами! — Драко тоже поднялся с кровати.       — Нет, ты остаешься здесь. Я сообщу тебе, когда мы найдем ее, — Тео грубо оттолкнул Драко от двери и выбежал из комнаты.       Малфою только и оставалось метаться по комнате и крушить мебель, собственное бессилие убивало. Он достал бутылку Огдена и просто вливал в себя жидкость из горла, но боль, что выжигала его внутренности, невозможно было перебить никаким огненным виски.       Джинни и Тео неслись к точке трансгрессии, попытка перенестись в квартиру не увенчалась успехом. Поэтому они трансгрессировали в Косой переулок и бегом направились к дому, где арендовала квартиру Гермиона.       Услышав грохот в дверь, Гермиона взяла в руки палочку и направилась посмотреть, кого же принесла нелегкая. За дверью она увидела запыхавшихся от быстрого бега и растрёпанных друзей.       — Слава Мерлину, Гермиона, ты здесь! — выдохнула Джинни.       — Заходите, раз пришли, — Гермиона пропустила гостей внутрь.       — Герм, почему ты сбежала? — Тео внимательно осмотрел подругу с ног до головы.       — Я просто устала сидеть в четырех стенах. Решила прийти сюда и занять себя делом, чтобы отвлечься.       — Ладно. Только предупреждай в следующий раз, — Нотт расслабленно улыбнулся.       — Хватит нянчиться со мной! — раздраженно фыркнула Гермиона. — Кофе, чай?       — У нас есть причины! — сурово глянула на подругу рыжеволосая. — Неси кофе и что-нибудь поесть. Ты едва не довела нас с Тео до сердечного приступа и лишила ужина.       Гермиона закатила глаза и двинулась на кухню за напитками и несчастной пачкой печенья, единственной едой в доме. Тем временем Тео наколдовал Патронус, чтобы успокоить взволнованного блондина, который наверняка не находит себе места в далеком замке.       — Я бы на твоем месте ничего ему не отправляла. Пусть бы мучился. Хорек заслужил, — Джинни недовольно фыркнула и тряхнула огненными волосами.       — Это жестоко, Джин. Ты знаешь, что произошло на самом деле. Он такая же жертва, — покачал головой шатен.       — Малфой — жертва? Херня это все! — прошипела рыжая.       — Как насчет алкоголя и кальяна, я предполагаю, что вечер и ночь будут долгими? — Гермиона прислонилась плечом к дверному косяку, держа в одной руке бутылку, видимо, мартини, а в другой — шикарный, отделанный мозаикой, кальян.       — Роскошный аппарат, Грейнджер, — хмыкнул Тео.       — Еще бы, отдала семьдесят фунтов за него…       — Эм…Переведи на галеоны.       — Почти семнадцать галеонов, мать его…       — Недешево, согласен, — хмыкнул парень.       — Устроим дружеские посиделки? Тео займись кальяном, а мы с Джин выберем пиццу — в этом доме кроме печенья ничего нет.       — Герм, а что это за алкоголь? — Джинни указала на бутылку с неизвестным напитком.       — О, мои чистокровные друзья, это мартини — напиток, который не принято пить среди магов. Но вам понравится, он немного крепче вина, чаще всего его смешивают с соком или тоником.       — Тоником?       — Великий Годрик, просто попробуешь, — подмигнула Гермиона. — Нотт, а ты не плохо научился забивать кальян.       — У меня был хороший учитель, — Тео развеселился.       Теодор с живым интересом изучал все новое, что приносила Гермиона из мира немагов. Как ценителю табака, кальян ему пришёлся особенно по вкусу. Он быстро обучился правильно его заправлять и раскуривать и даже купил себе свой личный. К слову, кальян этот стоил баснословных денег, изготовленный по древним технологиям и доставленный из Бейрута. Тео выбирал дорогущий и самый вкусный табак, несомненно угощая и подругу. Джинни поначалу относилась настороженно к непонятному булькающему предмету и выдыхающим клубы дыма друзьям. Но после празднования ее дня рождения, пристрастилась к курению, выбирая особенно сладкие вкусы табака.       Пицца была доставлена, Гермиона включила магловскую альтернативную музыку, Нотт раскурил кальян, и компания перешла к дегустации незнакомого алкоголя.       — Фу, на вкус не очень. Горький…, — воскликнула Джинни, пробуя чистый мартини.       — А так? — Гермиона добавила в напиток апельсиновый сок.       — Ммм…А вот это уже меняет дело, — щедро отхлебнула Джинни.       — Ну, это неплохо, но слишком женский напиток. А есть в этом доме старый добрый Огден, Грейнджер?       — Обижаешь, Нотт, — через секунду по взмаху руки Гермионы перед парнем материализовались бутылка с янтарной жидкостью и стакан.       — Вот это я понимаю — обслуживание. Научишь также? — Тео смотрел с восхищением, но несколько настороженно.       — Посмотрим, — понимая к чему клонит друг, девушка решила не развивать эту тему. В последнее время ее магия стала сильнее, позволяя совершать многие заклинания совсем без палочки и мысленно. — Ну, Джин, со своими проблемами я совсем забыла о тебе, ты встречалась с Гарри в выходные. Поделишься?       — Нечем делиться, Герм. Мы решили окончательно расстаться, — Уизли прикрыла глаза, глубоко вздыхая.       — Милая, как ты? — Гермиона обняла подругу.       — Ты же знаешь, все к этому шло. Гарри будто потерял часть себя на войне. Его любовь ко мне тоже затерялась в бесконечном чувстве вины. Он признался, что смотрит на меня и видит лицо Фреда. А я, находясь так долго без него, тоже начала осознавать, что я была одержима им и мыслью быть с ним. Я потеряла саму себя в этой слепой влюбленности. Отпустив, наконец, эти болезненные недоотношения, мне стало легче. И, кажется, я готова окунуться с головой в новые отношения. Как бы абсурдно это ни звучало…       — Новые? — Тео вопросительно поднял брови.       — Обещайте держать пока все в тайне. Пока мы на той стадии, когда улыбаемся, как малолетки, и держимся за ручки, — девушка рассмеялась.       — Кто он, Джин? — Гермиона заразилась настроением подруги, за которую была искренне рада.       — Блейз…, — смущённо прошептала гриффиндорка.       — Салазар, засранец, наконец, признался, что сохнет по тебе с седьмого курса? Хотя болтал о твоей сексуальной заднице он и раньше…, — лицо Тео озарила усмешка.       — Тео…Ты раскрываешь все тайны моего пока ещё не парня…, — погрозила пальчиком рыжая. — Молчи, я хочу чтобы он сам мне во всем признался, а пока он ведёт себя, как застенчивый четырнадцатилетка.       Гостиная заполнилась громким хохотом Тео.       — Блейз Забини стесняется? Мерлин, походу он реально по уши втюрился, — не унимался парень.       — Тео! — шикнула на него Гермиона. — Поздравляю, Джин. Забини вроде неплохой парень. Тебе это нужно — почувствовать себя любимой и самой влюбиться.       — Герм, я не хотел заводить эту тему, но ты сама то собираешься что-то решать? Ты собираешься поговорить с Драко?       — Зачем, Тео?       — Ты же знаешь правду, ты же в курсе, что он собирается делать. Не пора ли вам помириться?       — Да, ты рассказал. Но что если ничего не выйдет? Что если Люциуса не лишат титулов. Драко откажется от семьи?       — Ты же знаешь, что да.       — Но как я буду смотреть ему в глаза в этом случае? Я не хочу, чтобы он лишился своей семьи из-за меня.       — Герм, что ты несёшь? Во-первых, не только из-за тебя. Он не хочет связывать свою жизнь с Асторией. Какой семьи он лишится? Нарцисса всецело поддерживает его. А Люциус сам выбрал свою судьбу. Он окончательно потерял сына, заключив гребаную помолвку. Драко любит тебя и будет счастлив только с тобой. Он, не задумываясь, пошлёт к черту все, что связано с Малфоями.       — Но ведь он потеряет наследство, он привык к богатой и обеспеченной жизни. Он потеряет титул и фамилию. Разве я имею право от него требовать такое?       — Герм, ты ничего не знаешь. Малфой богат, как Бог. Откажись он от денег Малфоев, он останется Блэком. Нарцисса и Драко — обладатели огромного наследства.       — Но ведь Гарри наследовал Сириусу…, — недоуменно уставилась девушка на друга.       — Именно. Гарри наследовал только дом на Гриммо и ячейку в Гринготтсе самого Сириуса. Нарцисса и Драко же наследники всего остального рода, и, как бы неприятно тебе было слышать это, они наследовали и Лестрейнджам. После смерти Рудольфуса, Рабастана и Беллатрисы их род прервался. Все деньги перешли Нарциссе и Драко. Так что Драко останется баснословно богатым. Он мог бы сразу отказаться от своей семьи, но ты должна понимать, он чтит свой род, своих предков, многие из них были выдающимися людьми, хоть некоторые и откровенные мерзавцы. Он не готов отказаться от всего, даже не попытавшись. И, если на суде все получится, он сохранит своё наследие. Я говорю не только о деньгах, Гермиона.       — Я понимаю, Тео. Признаться честно, я многого не знала. С Драко мы никогда не обсуждали эти темы. Мне не нужны его деньги. Но я боялась, что, потеряв все из-за меня, он разочаруется во мне. Теперь ты открыл мне глаза, — Гермиона слегка улыбнулась проснувшейся надежде. — Но остаётся ещё кое-что. Как мне быть с тем, что он все скрыл от меня? Просто забыть и простить?       — Малфой струсил, я не спорю. Но он не знал, что Гринграсс помчится давать интервью в Пророк, и надеялся, что все сможет решить быстро и без твоего участия. Он не хотел причинять тебе боль.       — Но он причинил, Тео…, — грудь девушки снова обожгла боль.       — Если любишь – простишь…       — Люблю…       — Но, Гермиона, ты чуть не погибла из-за него, — наконец, вмешалась Джинни.       — Это моя вина. Я не смогла сдержать свои эмоции. Магия вышла из-под контроля. Сейчас я понимаю, что не хотела умирать. Но в тот момент, я испытала такую боль, которую, наверно, не испытывала никогда.       — Вам нужно поговорить! — настаивал Тео.       — Мне нужно еще немного времени. Скажи, а как он?       — Ему очень плохо. Он боится, что потерял тебя навсегда. Чем дольше ты убегаешь, тем хуже ему…       — Можно завтра. Слизерин снова устраивает тусовку в Выручай-комнате. Мы идем! — отрезала Джинни, не собираясь терпеть возражения. — А Блейз притащит Малфоя.       — Договорились.       На следующее утро трое друзей проснулись с жуткой головной болью. Никаких таблеток от похмелья и Антипохмельного зелья в квартире гриффиндорки, естественно, не нашлось. Поэтому наскоро выпив бодрящего кофе, троица вышла на улицу в поисках аптеки, где необходимо было пополнить запас необходимых зелий.       — Гермиона, твой парень — чертов владелец крупной зельеварческой компании, да и сам отлично варит их. Какого хрена ты платишь такие деньги за зелья?       — Во-первых, я не собираюсь у него что-либо просить — это неправильно. Во-вторых, я в состоянии сама их сварить или купить, если нужно.       — Гермиона, Джин права. Драко снабжает зельями пол Слизерина и по более низкой цене. Если не хочешь принимать их бесплатно — заплати, но в два раза меньше. Кроме того, зелья Драко выше всех похвал. Он ученик самого Снейпа, и его бабушка Александра по отцовской линии была непревзойденным зельеваром. Так что пользуйся.       — Спасибо. Если мы сможем помириться, я непременно с ним поговорю об этом.       Вернувшись в квартиру, Гермиона вспомнила про вечеринку и возможное примирение с Драко. После стольких дней разлуки хотелось выглядеть сногсшибательно, поэтому девушка предложила подруге наведаться в один из торговых центров немагического Лондона и выбрать новые наряды.       — Я, пожалуй, останусь здесь, — пробубнил Тео, заваливаясь на диван. — Развлекайтесь, могу подкинуть галеонов, — Тео подмигнул девчонкам.       — Ну уж нет, Нотт!       — Да, да, да, гриффиндорская гордость…, — Тео нагло ухмылялся.       — Мы скоро, — девушки покинули квартиру, оставив слизеринца спать на диване.       Вечер наступил слишком быстро. Девушки отлично провели время на шоппинге и купили по новому платью. Вернувшись в Хогвартс, друзья разошлись по своим гостиным, чтобы готовиться к вечеринке.       Подруги крутились возле зеркала, добавляя последние штрихи в свои образы. Джинни выбрала синее атласное платье до колен с закрытым декольте и открытой спиной, черные босоножки и элегантный маленький клатч. Гермиона надела купленное сегодня черное шелковое платье на тонких бретелях до середины бедра, которое шикарно подчеркивало женские изгибы, а ноги украсили изящные босоножки на шпильках, обхватывающие ноги девушки изящными ремешками, а вот клатчу Гермиона предпочла гартер на правую ногу для палочки. Ей всегда нравилось носить так палочку, пряча под юбкой – во-первых, было удобно и быстро доставать, а во-вторых, выглядело это довольно сексуально. Длинные локоны спадали волнами до поясницы, и дерзкий макияж дополнил образ роковой красотки. Когда подруги спустились в гостиную Гриффиндора, Теодор присвистнул и потерял на время дар речи.       — Вы великолепны…, — хрипло проговорил он, придя в себя. — Герм, если ты хочешь свести с ума моего несчастного друга, то определенно преуспеешь в этом. Малфой падет к твоим ногам.       — Пойдемте уже, — Джинни зацепила Тео под локоть. — И слюни подотри, — засмеялась рыжая. Подхватив Гермиону свободной рукой, Теодор направил девушек на выход из гостиной.       Музыка гремела в Выручай-комнате. Пьяная толпа студентов раскачивалась под известные биты. Старшекурсники снова отдавались безудержному веселью, так необходимому после войны. Тео потянул подруг в сторону кожаных диванов, где уже расположилась их компания.

Alex Menco – Cobra

      Рука Драко с бокалом огневиски замерла на пол пути, едва он увидел приближающуюся троицу. Взгляд серо-голубых глаз метнулся к его любимой гриффиндорке, рассудок определенно точно в ту же секунду покинул его голову. Вся кровь, казалось, прилила в пах. Она выглядела просто крышесносно, это чертово платье требовало снять его как можно скорее, а ремешки босоножек так восхитительно стягивали нежную кожу ее ног, что хотелось провести языком под ними. Малфой поерзал на диване, пытаясь скрыть эрекцию, и продолжил пожирать девушку глазами. Их взгляды встретились, огонь обжег внутренности обоих. Гермиона грациозно присела на диван напротив Драко и закинула ногу на ногу, слегка оголяя гартер. Его взгляд прилип к обнаженному бедру. Заметив грубую кожу, обтягивающую нежную кожу, Драко шумно выдохнул. Остатки его самоконтроля утекали сквозь пальцы. Он слишком скучал по ней и с трудом сдерживал себя от порыва броситься к ней и сжать в объятиях.       — Всем привет! — не отрывая глаз от потемневших омутов парня, вскрикнула Гермиона сквозь оглушающую музыку.       — Греейнджер…, — протянул Забини. — Ты наконец-то пришла в себя и решила довести до сердечного приступа всех присутствующих парней? Ой…, — мулат получил тычок в бок от рядом сидящей Джинни.       — Я вернулась, — произнесла гриффиндорка, продолжая смотреть в любимые глаза, желая, чтобы он понял истинный посыл ее слов: «Я вернулась к тебе…».       — Шикарно выглядишь, Грейнджер, — ухмыльнулась Пэнси.       — Взаимно, Паркинсон, — Гермиона разорвала зрительный контакт с Драко, щелкнула пальцем, и перед ней появился коктейль. Взмахнула рукой и из кармана пиджака Тео к ней прилетела пачка сигарет, еще взмах — она затянулась никотиновым дымом.       Молчание воцарилось среди друзей, множество пар глаз ошарашенно смотрели на Гермиону и ее действия. Ее магия определенно была очень сильной, Драко перевел взляд на ее шею и заметил подаренный кулон, он слегка светился, и магия переливами бушевала внутри крупного изумруда.       «Это потрясающе…Она будто использует часть магии, хранящейся в камне. Она восхитительна вся, от кончиков волос до кончиков пальцев» — думал Драко про себя.       Гермиона мерно затягивалась сигаретой, продолжая смотреть на Малфоя. Драко тоже не спускал с нее глаз, буквально лаская взглядом. Оба продолжали молчать, в общем то не представляя что именно сказать друг другу и с чего начать разговор. Грейнджер перевела взгляд на Блейза и Джинни, что ворковали напротив. То, как откровенно любовался Джинни Блейз, вызвало улыбку у девушки.       — Поздравляю, Блейз! — Гермиона отсалютовала мулату стаканом.       — Спасибо, Грейнджер. Храни Мерлин твоего безмозглого шрамоголового дружка за его невероятную тупость. Упустить такую девушку — просто верх идиотизма. Но я искренне желаю ему всех благ. — Забини снова получил тычок от Джинни. — Ну, это же правда, Джин. Поттер профукал тебя, твой старший братец — Гермиону. Герои войны оказались непроходимыми тупицами.       Дружный смех разразился в их компании. Блейз умел разрядить обстановку, совершенно точно.       — Не все герои войны непроходимые тупицы, правда Долгопупс? — Паркинсон подмигнула смущенному Невиллу.       Невооруженным взглядом было заметно, как Пэнси ластилась к гриффиндорцу, а ему нравилась дерзкая слизеринка с каре. Но Невилл, не привыкший к повышенному женскому вниманию, был смущен и явно не знал, как правильно подступиться к Паркинсон.       У Гермионы на душе потеплело, зарождающиеся чувства друзей радовали глаз и давали уверенность в том, что ужасы войны медленно, но верно отступали, давая пробиться росткам новой и счастливой жизни. А теплый и такой откровенный взгляд Драко, буквально кричащий: «Я люблю тебя», ни на секунду не покидающий ее, окрылял девушку. За столько дней она впервые чувствовала себя счастливой.       Но все прервалось также быстро, как и началось…

Jay Ray, Marko Saaresto – Striven Mari Ferrari - Rambo

      Гермиона увидела ее сразу, подходящую к нему со спины, плавно покачивая бедрами. Она провела по плечам Драко ноготками, от чего и Драко, и Гермиона вздрогнули. Малфой попытался сбросить ее руки, но Астория лишь сильнее склонилась к нему через спинку дивана, прижимая его голову к груди. Пламя, ненадолго потухшее, полыхнуло в груди Гермионы с удвоенной силой, она почувствовала, как магия начала вибрировать. Астория тем временем приземлилась рядом с Драко на диван и, надув губы, громко, так, чтобы слышали все, пропищала.       — Драко, любимый, я тебя везде ищу. Я так соскучилась…, — она произнесла это, опустив руку на его бедро, и с вызовом посмотрела на Гермиону. Малфой хотел сбросить ее руку, но она, будто не замечая его попыток, лишь теснее прижималась к нему. — Когда же ты представишь меня всем своим друзьям, как невесту?

Nefretle – Alpha and omega

      Самообладание покинуло Гермиону разом, магия завихрилась вокруг нее — тусклое освещение зала замигало, музыка из колонок начала прерываться, стекло зазвенело. Девушка не могла оторвать глаз, до краев наполненных ненавистью, от Малфоя и Гринграсс, сидящих напротив. В глазах Драко читалась паника, страх за нее сковал все его тело. Теплая ладонь Тео накрыла дрожащую руку Гермионы, девушка резко развернулась на друга, смотря на него расфокусированным взглядом на грани безумия. А затем ее магия обожгла его руку, он охнул и отдернул ладонь, которая вмиг покрылась волдырями. Это привело Гермиону в чувства — она вскочила и хотела убежать, но остановилась и взяла руку Тео в свою. Закрыв глаза, она прошептала заклинание, и его кожа приобрела полностью здоровый вид. Это мгновенное исцеление вызвало еще больший шок среди присутствующих. Гермиона одними губами прошептала Тео «прости» и исчезла в толпе танцующих. Драко слишком поздно пришел в себя и отпихнул от себя Асторию, когда Гермиона уже сбежала.       — Да она сумасшедшая, вы же видели! — Астория бросила презрительный взгляд в сторону, куда убежала Гермиона.       — Какого черта ты устроила, Астория? Ты что дура? Представить тебя, как свою невесту, друзьям? Пожалуйста! — он развернулся к присутствующим и с едва скрываемым гневом провозгласил. — Представляю вам Асторию Гринграсс, девушку, на которой я ни за что на свете не женюсь! Девушку, у которой нет гордости! Девушку, которая готова виснуть на парне, который ее на дух не переносит! — Малфою сорвало планку, он грубо отпихнул ее еще дальше от себя и со всего размаху разбил стакан об пол. — Уизли, пароль от Башни Гриффиндора! Живо, Джинни! Я должен поговорить с ней! — в его голосе слышалась сталь.       — Орден Феникса, — Джинни не хотела препятствовать разъяренному Малфою. — Не причини ей вреда, прошу.       — Не беспокойся!       — Драко!       — Отвали, Тео! — Малфой скрылся в толпе.       Гермиона вновь бежала по темным коридорам школы босиком, заливаясь слезами. Она влетела в комнату Джинни и сползла по двери на пол. Слезы душили ее, но прекратить она не могла. Истерика завладела ее телом. Страшный грохот за дверью и грозный стук заставили ее задрожать.       — Гермиона, открывай! — этот голос заставил ее вздрогнуть. — Я знаю, что ты там! Открывай! Или я выломаю дверь в чертовой матери! — он буквально рычал.       Она медленно поднялась и открыла дверь. Малфой мгновенно вошел внутрь, запечатывая дверь Заглушающим и Запирающим. Развернувшись к ней лицом, он судорожно выдохнул. Она пятилась от него.       — Ты боишься меня, любимая? — шаг к ней.       — Зач…Зачем ты пришел? — голос подводил ее.       — Я пришел поговорить и все объяснить, — еще шаг. — Я идиот, Гермиона. Я должен был сразу тебе все рассказать. Но я всегда был трусом, этот раз не стал исключением. Я испугался твоей реакции, поэтому хотел исправить все сам. Быстро, и не вовлекая тебя. Но я не смог. Ублюдок Гринграсс дал интервью. Я клянусь тебе, я ничего не знал о договоренности Люциуса и Арчибальда. Я узнал все пятнадцатого, в день заключения контракта. Мать обнаружила его в сейфе, где хранятся все важные семейные документы. Сейф заколдован так, что все документы, касающиеся семьи, появляются в нем в день подписания. Она прислала мне письмо, в котором оповестила об этом и сообщила о своем намерении развестись с Люциусом. С того дня я готовился к суду. Я хочу лишить Люциуса титулов Лорда и Главы рода, после чего расторгну помолвку. Тео сказал, что ты сомневаешься в том, что я смогу отказаться от всего ради тебя. Так вот знай, если суд откажет мне, я, не задумываясь ни секунды, отрекусь от рода Малфоев и фамилии. Мне не нужны никакие богатства и титулы без тебя. Но сделаю я это не только ради тебя, но и ради себя. Люциус в очередной раз предал меня, он мне больше не отец. И не волнуйся за то, что я стану вдруг бедным. Нет, не стану. Я Блэк и имею достаточное наследство, чтобы прожить безбедно несколько жизней.       Малфой подошел к Гермионе впритык и взял ее лицо в ладони.       — Не плачь и не расстраивайся ни секунды из-за Астории, она хочет получить меня и не гнушается грязных уловок, чтобы это провернуть. Но в моей жизни есть лишь ты, никто не сравнится с тобой. Ты лучшая. Самая красивая, волшебная, добрая, храбрая и смелая. Я твой. Весь! — он покрывал ее лицо поцелуями, впитывая в себя, как путник, погибающий от жажды. — Я не оставлю тебя. Никогда. Ты моя. Моя половинка, моя жизнь, моя любовь. Я пойду на все ради тебя. Только больше не покидай меня и держи мою руку.       Малфой больше не мог контролировать себя рядом с ней, он вжал хрупкое тело в шкаф и не сдержанно покрывал поцелуями все открытые участки кожи, слизывал слезы, продолжающие оставлять влажные дорожки на ее щеках.       — Я так скучал, любимая…, — он запустил руку в ее волосы и прижался к шее, вдыхая ее аромат.       Гермиона была обескуражена происходящим, она ощущала себя бессильной и беспомощной под его крепким напором, тело предавало ее, отзываясь на его ласки. Она издала стон, чем еще сильнее подстегнула Драко. Он секунду всматривался в ее глаза, ища ответ. Он нашел его — не медля больше, Малфой впился поцелуем в ее губы. Они стоном отозвались в губы друг друга. Драко подхватил ее под ягодицы, заставляя обвить ногами его торс. Она не сопротивлялась, послушно отдаваясь в его власть, скользила руками по крепким плечам и твердой от напряжения спине. Малфой рисовал на ее шее и ключице одному ему понятные символы языком и бормотал как в бреду: «Такая сладкая…Моя…Скучал…Люблю…Идеальная…Прекрасная». Он стянул бретельки платья с ее плеч, покрывая их путь поцелуями, опустил платье до талии, радуясь, что на ней нет белья. Громкий женский стон заполнил тишину комнаты, когда Драко коснулся ее соска губами. Малфой не контролировал себя, внутренний зверь подталкивал его буквально пометить ее, оставляя на коже лиловые отметины. Драко, не переставая ласкать Гермиону, крепче сжал ее и опрокинул на кровать, мгновенно нависая сверху, и буквально разорвал на себе рубашку. Он не мог больше ждать, он хотел овладеть ею сейчас же, а затянутые поволокой страсти карие глаза не способствовали его контролю. Она извивалась под ним, непослушными пальцами пытаясь расстегнуть ремень. И вдруг Малфоя окатило будто холодной водой, он скатился с нее и стремительно подорвался с постели, отходя на безопасное расстояние.       — Драко, что…Что случилось? — хриплый с нотками мольбы голос возлюбленной чуть было снова не заставил Малфоя наброситься на нее.       — Я не могу, Герм. Ты после пожалеешь об этом, — частичка самообладания все же проснулась в захваченном страстью мозгу.       Гермиона поднялась на постели, неловко прикрыв обнаженную грудь руками, ее взгляд немного прояснился. Потом ее глаза наполнились осознанием: «Она чуть не отдалась ему, ни секунды не задумываясь о том, что это неправильно в текущих обстоятельствах».       — Спасибо, что остановился. Ты прав, неправильно заниматься этим с помолвленным мужчиной, — прозвучало чересчур грубо. Затем она спрыгнула с кровати и последовала в ванную, хлопнув дверью.       — Герм, я не это имел в виду, — услышала она сквозь дверь. — Для меня эта помолвка — просто фарс. Я подумал, что ты пожалеешь, если мы сделаем это, так и не разобравшись во всем.       Дверь резко распахнулась, чуть не ударив его по лицу.       — Так, давай, Малфой! Разберемся во всем! — ее взгляд был полон решимости.       — Я все тебе сказал, но ты так ничего и не ответила…       — Я понимаю твою ситуацию и верю тебе. Меня, безусловно, приятно удивила твоя готовность лишиться всего ради меня. Но меня ужасно злит тот факт, что ты не поделился своей проблемой. Мне казалось, мы стали парой и собирались делить друг с другом и радости, и печали.       — Я идиот и трус, сейчас я это понимаю! — прервал ее парень.       — Хорошо, что ты это признаешь. А еще…, — шаг к нему. — Меня раздражает твоя Астория, да так сильно, что самоконтроль исчезает, а пелена ярости застилает глаза! — она ткнула пальцем в его по-прежнему голую грудь.       — Моя ревнивая дикая кошка…, — взгляд серых глаз, полный темного огня, заставил ее вздрогнуть, а низ живота заныть.       — Меньше самодовольства, Малфой…, — «Что это за писк вместо твердого голоса, Грейнджер?» — пронеслось в ее голове. Слегка прочистив горло, она все же смогла взять эмоции под контроль. — В следующий раз, если она позволит себе еще одну такую выходку, я ее прокляну к чертовой матери! А тебе…, — карие глаза полыхнули недобрым огнем. — Если ты позволишь лапать себя еще раз, заколдую яйца! — свет замигал в комнате, стекло в окнах зазвенело, а Малфой схватился руками за уши, почувствовав разрывающее перепонки давление. Вскинув руки, Драко, сжав зубы от боли, медленно приблизился к пылающей от праведного гнева девушке и постарался успокоить ее.       — Тише, любимая! Я рядом! Не волнуйся!       Звон стекла медленно стих, и Гермиона, придя в себя, охнула, прижав ладони ко рту.       — Герм, что происходит с твоей магией? — серьезный тон парня заставил ее встретиться с ним взглядом.       — Я…Я не знаю. Она стала сильнее. Все заклинания даются легче, а их мощность более сильная. Я теперь могу почти всегда колдовать мысленно и без палочки. Но в моменты, когда я испытываю сильные негативные эмоции, я не могу ее контролировать.       — Послушай, мы во всем разберемся. И научимся контролировать твою магию. Ты доверяешь мне? — в его глазах плескалась надежда.       — Больше да, чем нет, — зато честно.       — Это уже больше, чем я заслуживаю. У моей семьи есть личный целитель, я свяжусь с ним и договорюсь о встрече. Он осмотрит тебя и объяснит нам причины твоих неконтролируемых выбросов, при этом сохранив конфиденциальность. Ты согласна?       — Да…       — Отлично.       — Драко?       — Ммм? — он поднял на нее взгляд.       — Почему ты все-таки остановился?       — Герм, как бы мне ни было противно произносить это, я помолвлен. Я не могу позволить себе так унизить тебя, переспав с тобой. Ты достойна всего самого лучшего. Как бы сильно я ни хотел тебя сейчас, ты слишком чистая, чтобы пачкаться обо всю эту грязь.       — Очень благородно, Малфой, — усмехнулась Гермиона.       — Но будь уверена, Грейнджер, как только я буду свободен, ты никуда не денешься от меня, я запру тебя в Башне на несколько дней и возьму свое, — он вернул ей ухмылку и впечатал ее в дверь ванной.       Дыхание девушки участилось, она прикусила губу и облизнулась.       — Ты восхитительно реагируешь сейчас, но остановись, любимая, я на грани…, — он толкнулся стоявшим колом членом в ее живот, подтверждая свои слова.       Она опустила ладонь на его пах, вызвав хриплый стон, а второй рукой вцепилась в его шею.       — Но целовать тебя ты мне не запретишь, — встав на носочки, она впечаталась в его губы.       Гермиона поглотила хриплый и низкий стон парня губами.       — Подними меня, Малфой. Ты слишком высокий, как гребаное дерево. Я не в силах забраться на тебя.       Низкий мужской хохот раздался в комнате.       — Мерлин, Грейнджер, ты только что назвала меня деревом? — задыхаясь от смеха произнес Малфой.       — А как еще тебя можно назвать? Ты чертова секвойя. Мне вечно приходится задирать голову до хруста костей. И такой же необъятный, как ствол баобаба. Ты полностью скрываешь меня от внешнего мира, — фыркнула девушка.       — Просто ты малышка, — нежная ласковая улыбка озарила его лицо.       — Но хочешь раскрою тебе секрет, Малфой?       — Ты меня заинтересовала, крошка, — губы сложились в ухмылке.       — Мне до безумия нравится наш контраст — высокий, сильный и крепкий мужчина и хрупкая невысокая девушка.       — Ммм…, — Малфой одним рывком оторвал ее от пола и сжал ягодицы большими ладонями. — А мне то как это нравится. Реально порой чувствую себя драконом, охраняющим принцессу.       — Я так соскучилась, Малфой, — поцелуй в уголок губ. — Хоть я еще не простила тебя, — поцелуй в щеку. — Я больше не хочу с тобой расставаться, — поцелуй в лоб. — Отнесешь меня в нашу Башню? Хочу спать в одной постели с тобой.       — Все, что пожелаешь, любовь моя! — сердце Малфоя рисковало проломить грудную клетку от бешеного стука и ощущения абсолютного счастья. — Мне нужна рубашка, взамен этой, — он махнул рукой в сторону разорванной вещи.       — У меня есть твоя футболка…, — по взмаху руки из шкафа прилетела черная футболка.       — Забрала мою вещь? — Малфой улыбался во все тридцать два зуба.       — Не скалься так, — она спрыгнула с его рук. — Не смогла расстаться с твоим запахом. Одевайся, ты обещал отнести меня в нашу Башню.       Малфой мгновенно надел футболку и, подкинув любимую на руки, понес в их Башню.       Сегодня ночью им не приснились кошмары, они уснули в объятиях друг друга и с улыбками на лицах.