— Отбросив веру, надежду и любовь —

Бинсюэ шла плавно, неспеша, узкие стены коридоров более на неё не давили, а множество глаз, смотрящих с удивлением в след, не отвлекали. И их перешёптывания становились тише в абсолютном не понимании: «Почему она всё ещё жива? Почему Скар её не убил?» И правда, ведь вполне мог бы. В конце концов, по мнению членов «Фракцидус», тот кто однажды вступил сюда, может уйти отсюда лишь умерев, чтобы забрать с собой все секреты организации. Более того, за любое мелкое предательство или за любые подозрения в сторону кого-либо, предусмотрена определённая степень наказания без права на голос или попытки оправдаться. Возможно, Бинсюэ просто повезло. По крайней мере, так она думала, но под коркой подсознания, она прекрасно понимала, что играла на чувствах человека, который дал ей абсолютно всё, кроме свободы: Дал ей работу, пусть и грязную, дал ей веру в существование человечества, пусть и с намёком на то, что ей придётся замарать руки, убив однажды всех этих людей. Будем честны, прерогатива была так себе. И только поэтому, Бинсюэ рада, наконец-то выйти из этого тёмного, надымленного помещения, оставляя всё это позади. Она целеустремленно поднимает взгляд к небу, наблюдает как солнце уже пробирается сквозь ночную пелену и наконец, вдыхает свежий воздух, в котором отчётливо слышны ноты утренней росы. Она бы хотела, чтобы время остановило свой ход на этом самом моменте, чтобы вдоволь насладиться этой красотой. Чтобы в полной мере ощутить это чувство опустошённости, скрывшись под маской счастья. Чтобы пока, весь мир замер, она могла идти и понимать, что более никто её не побеспокоит. Бинсюэ хотела бы научиться улыбаться разным мелочам как те детишки, которым родители покупают сладости в китайских прилавках улиц Цзинджоу. В конце концов, пока она шла в раздумьях, то оказалась уже достаточно далеко от логова организации, и как не странно, её ноги привели Бинсюэ в то место, где она впервые встретилась с Ровером. Утренний шум прибоя, ласкающий уши, и вид на океан, что всё-ещё захватывает душу. Девушка любила проводить здесь время в одиночестве, когда не было никаких омрачающих ещё больше, её сердце, заданий. В глазах Бинсюэ не было тоски, и та уверенность тоже испарилась, когда все копившиеся так долго эмоции, наконец-то были высказаны. Но немой вопрос всё же возник в её голове: «Как мне поступить дальше?» Девушка сонно моргнула, ведь за последние сутки проспала лишь два часа. Она удобно разместилась у берега, осознавая, что тело перестаёт её слушаться, словно медленно угасая. — Почему же... Мне так сильно хочется спать?... — Зевнув, прошептала Бинсюэ. Раньше, она вполне могла и не спать по несколько суток, когда того требовали задания. А теперь странная усталость накатила на неё с неимоверной силой. Бинсюэ уснула под тёплым солнцем, и лишь холодный прибой, изредка укрывал её волной. Сон окутал Бинсюэ, унося её в мир, где не было страха и напряжения. Она грезила о том, как гуляет по ухоженным паркам, где цветут цветы, а детские смехи доносятся с площадок. В этом идеальном месте всё было простым и ясным, как сотню лет назад, а может и больше. Простым как это утреннее небо над океаном... ...Но в то же время чужим. Она словно смотрела на этот мир совершенно не своими глазами, а словно бы находясь в какой-то игре, с видом от первого лица. Словно душа, заточённая в чьём-то теле без права на голос. Но могла вполне ощутить те эмоции, что испытывал тот человек, в чьём теле она находилась. Умиротворение и свободу. Те самые чувства, в которых так сильно нуждалась сама. Однако же, всё хорошее всегда рано или поздно кончается. И потому, вскоре покой Бинсюэ нарушил громкий шум, заставив наконец, проснуться. Она с трудом открыла глаза, и её взгляд наткнулся на силуэт, стоящий на фоне яркого солнца. Это был Ровер. Сначала она подумала, что это лишь сон, но его мягкий голос развеял эти сомнения: — Ты, наконец-то очнулась.— Улыбнулся он, протягивая руку. — ...Как давно ты здесь стоишь? — Только и спросила Бинсюэ, вставая самостоятельно. Юноша дёрнул плечами, а затем задумчиво ответил: — ...Три часа, 12 минут, 30 секунд. Кажется. — ...Тогда почему ты не разбудил меня раньше? — Недовольно спросила та, даже не став подмечать то, как ловко он ответил на её вопрос. Стряхивая с себя весь песок, она осознавала, что вся её одежда, однажды, подаренная Скаром в честь вступления во «Фракцидус», испачкалась. Возможно, эти алые брюки-клёш и чёрно-серая водолазка с красными лентами, были единственным от него подарком за всё время, полученными «на вырост». Бинсюэ лишь поняла, что теперь настала пора, ей самой выбирать себе одежду, по-хорошему и работу бы тоже найти не помешало... Ровер, тем временем, от чего-то смутился, и виновато опустил глаза: — Не хотел тебя будить... — Сознался он. Девушка выдавила из себя слабую улыбку. Всё же эту черту наивной честности, она находила в нём довольно привлекательной. Но затем Бинсюэ, уложив волосы руками, приводя себя в порядок, и внимательно заглянув в глаза смущённого юноши, спросила: — Ты здесь по делу, или просто мимо проходил? Внезапно, в её сознании вновь пронеслись слова Скара: «Что же ты ему такого наговорила...?» Бинсюэ мысленно вздохнула: «Хотелось бы мне и самой это знать. Ведь мне казалось, что я не сказала ничего особенного.» Ровер, тем временем, кивнул головой: — Возможно, ты уже знаешь, что я искал тебя... — Воодушевлённо начал он. Девушка совсем перестала улыбаться, снова вспомнив о словах Скара. Она надеялась, что Ровер, будет тем инструментом, в её руках, с помощью которого, она сможет разрушить глобальные планы «Фракцидус». А на деле, этот идиот так просто ради информации о ней, согласился не вмешиваться в дела организации! — ...Нашёл. — Резко оборвав Ровера, нахмурилась Бинсюэ, — ...И что дальше? — В её взгляде можно было прочитать разочарование, что самую малость, превращалось в злость. Ровер немного смутился под её пристальным взглядом, но собрался с мыслями и продолжил: — В тот день, ты сказала мне, что когда мы встретимся в следующий раз, то станем врагами. Но я не мог понять почему, ведь тогда, ты просила меня делать правильный выбор. А затем я узнал, что ты состоишь в организации, которая принесла этому миру много боли. Я долго размышлял. Я не понимал почему, как кто-то вроде тебя, выбрал сторону зла... Девушка внимательно выслушав, с каменным лицом, спросила: — И что в итоге? — В голосе послышался леденящий душу, холод. — В итоге, я понял то, что своими словами, ты безмолвно просила меня о помощи. — Взгляд янтарных глаз Ровера, стал встревоженным. А глаза Бинсюэ, тем временем, широко распахнулись, словно её только что поймали с поличным. Персиковые губы девушки разомкнулись, рисуя маленькую букву «о», а её жёлтые брови вздёрнулись. —... Кроме того, я понял ещё кое-что. — Ровер покачал головой, а затем мягко улыбнулся, подойдя ближе и протянув руку, — Моя судьба - это давать людям решать за меня, плыть по течению и всегда быть в нужное время в нужном месте, попутно спасая утопающих в беде. Я существую только для этого, поэтому, позволь мне, помочь и тебе. Бинсюэ была в маленьком шаге от того , чтобы её рука непроизвольно поднялась и приняла руку Ровера, но вовремя осеклась, — ...Если хочешь помочь, — резко схватив его руку, она прижала её к своей шее и усмехнулась: — Тогда придуши меня! — Её лицо выдавало волнение, а в синих глазах читалось много боли, — Ты хоть знаешь, по чьей вине, я оказалась здесь? По чьей вине, я лишилась места, куда могу вернуться, раньше своего времени!? Всё это должно было произойти позже, но точно не сейчас! Бинсюэ крепко держала его руку на своей шее, и сделала шаг вперёд. И тогда, Ровер едва потерял равновесие, пытаясь удержаться на ногах, от такого внезапного наступления. И наконец, он осознал, что действительно многое не продумал. И теперь, считал себя виноватым во всех её обвинениях. — Прости. — Тихо ответил он, пытаясь мягко освободить свою руку, от цепкой хватки девушки. Но не вышло. Бинсюэ подошла совсем вплотную, и уже хотела было, что-то сказать, но ровно в этот миг, Ровер подскользнулся на мокром песке! Вследвие чего, его тело стремительно упало на землю, ухватив с собой девушку, ведь та крепко держала его ладонь на своей шее. Песок, пыль и грязь облаком поднялись вокруг них. Бинсюэ, не ожидая такого поворота, потеряла хватку, но быстро пришла в себя. Она подняла голову, встретившись с его удивлённым взглядом. Её гнев утих, уступив место неожиданному чувству кризиса. — Ты… ты не должен был падать, — пробормотала она, чувствуя, как неловкость заполняет молчание. Ровер тяжело дышал, и, несмотря на их непростую ситуацию, его простая человеческая уязвимость цепляла сердце девушки. Бинсюэ хотелось вернуться к привычному состоянию, к гневу и уверенности, но все оказалось сложнее. Она наконец, отпустила его руку от своей шеи, будто осознав всю абсурдность ситуации. Девушка сделала тяжёлый вздох, глядя на него со смешанными чувствами смятения и растерянности. Ровер, в свою очередь, лежа на земле, смотрел на неё. Его янтарные глаза светились искренним беспокойством, когда он выдохнул: — Я пришёл сюда, не для того, чтобы причинять тебе боль. И мне искренне жаль, что тебе пришлось из-за меня пострадать. — тихо произнес он, пытаясь встать, но от того его лицо, стало ещё ближе к Бинсюэ, ведь та не спешила сдвигаться с места. Каждый его вдох стал тяжёлым от осознания того, как быстро всё выходит из-под контроля. Девушка опустила взгляд, глазами скользнув по его губам. — «Да что со мной такое!?» — Искренне негодовала она. Бинсюэ замерла, её сердце колотилось, и мысли путались в голове. Она не ожидала, что за этим столкновением последует такая уязвимость, и вдруг ощутила, что его искренность разбивает её защитные барьеры, которые она так долго создавала в себе. — «Почему я не могу просто разозлиться?» — с раздражением думала она, пытаясь вернуться к своей хладнокровной маске. Если бы только Бинсюэ понимала, что невозможно сопротивляться человеческой натуре, не пропустила бы несколько этапов взросления, и не воспитывала саму себя, а затем воспитывалась убийцей, то сейчас бы вероятно, осознавала бы свои эмоции. Ведь Бинсюэ имея за спиной лишь опыт в сражениях и вербовке людей, и даже после перечитывания многих заумных книжонок по психологии, всё ещё была далека от опыта, касающегося романтики и всего, что могло быть с этим связано. — Ты... Правда не понимаешь. — Наконец произнесла она, все ещё не отводя взгляда. И она хотела бы добавить что-то ещё, но все слова комом застряли у неё в горле. Ровер, опираясь на локти, чуть приподнялся, и их глаза встретились вновь. Его взгляд был полон тепла, и в этот момент Бинсюэ почувствовала, как оковы ее замкнутости начинают ослабевать. — Тогда я хочу, чтобы ты дала мне эту возможность, — произнёс он уверенно, — Если тебе некуда вернуться, то ты можешь пойти со мной. Если ты захочешь однажды, уйти, то я помогу тебе сделать всё в лучшем виде. Но если ты однажды, снова захочешь встать на сторону зла, то я сделаю всё ради того, чтобы вытащить тебя из этой бездны, я не дам тебе в неё упасть. И тогда, защитный механизм Бинсюэ, подобно кокону, и вовсе разбился в дребезги. Её глаза засияли, словно та вот-вот заплачет, а руки непроизвольно потянулись к юноше. И теперь, не давая отчёт своим действиям, она крепко обняла Ровера. От такой внезапной близости, хотя казалось бы, куда ещё ближе, щёки юноши вспыхнули горячим румянцем. Ровер почувствовал, как её объятия наполняли его сердце теплом, словно все преграды, что стояли между ними, вдруг исчезли. Он обнял её в ответ, крепко прижимая, как будто боялся, что она снова исчезнет, как в день, когда они впервые встретились... Возможно, если бы не Бинсюэ, то Ровер никогда бы вспомнил о том, что уже проживал все эти моменты из его «судьбы». И от того каждый раз, испытывал странное чувство внутри себя. Но вспомнил он об этом совсем недавно, после встречи с драконом Цзинджоу, когда тот поведал герою о том, кто он есть на самом деле. Но как будто бы и этого было мало. Сейчас Ровер - это не просто воплощение героя из легенд, а человек, которого неизвестным образом, откатило назад во времени. И его память о предыдущей линии времени, восстановилась лишь благодаря, казалось бы, незначительному разговору с Бинсюэ... Ведь её, в жизни Ровера, никогда не и существовало. Тогда... Откуда же она взялась? В прочем, до поры до времени, Ровер решил об этом не задумываться... И тогда, внезапно, юноша услышал поблизости звук, от покатившихся по склону, маленьких камней, но когда огляделся вокруг, никого не увидел. Он взглянул на Бинсюэ, и та тоже уловив эти подозрительные звуки, насторожилась и резко отпрянула от Ровера. «Шутка природы или...?» — Задумалась девушка, смотря на вершину холма. ...Или кто-то, чей взгляд Бинсюэ ощущала всё это время, но думала, что ей просто показалось. Кто-то, кто следит за ней начиная с того момента, когда она только-только вышла из логова «Фракцидус». ...И этот кто-то, очень сильно недоволен из-за увиденной им, картины. Недоволен настолько, что словно одержимый безумием, готов разрушить всё, что видит перед собой, лишь бы «развидеть» то, что он увидел. Лишь бы не испытавать это дерьмовое чувство, что имеет название «ревность», толкающее его на бездумные поступки. Бинсюэ и Ровер стояли в напряжённом ожидании, обмениваясь настороженными взглядами, когда внезапно из-за холма вынырнула фигура, окутанная тёмными тенями. Каждое его движение было полным ярости, а глаза горели ненавистью, словно на них лежало проклятие. — Ах, какая же милая сцена! — Прогремел голос, резкий и пронзительный, будто разрывая тишину. — Нашла своего спасителя, овечка? Бинсюэ узнала его, а её сердце замерло. Это был голос Скара. — «Но что он здесь делает!?» — Мысленно негодовала она. На удивление, Ровер уже был готов к бою и воинственно проговорил: — Что тебе от неё нужно? Скар вдруг злобно усмехнулся, спустившись с холма, словно сёрфер, а затем расправил руки, приближаясь медленной походкой, словно зверь поймавший свою добычу: — Ровер, не ты ли обещал, что не будешь вмешиваться в дела «Фракцидус»? — Спросил он, не меняясь в безумной улыбке. — Кажется, в тот день, я ясно дал тебе понять, что Бинсюэ одна из нас. Или ты сам хочешь нарушить своё же обещание?... Темноволосый юноша на несколько мгновений засомневался. Когда Ровер самолично решил явиться в логово врага, он пришёл туда лишь за поиском ответов на свои вопросы. И он действительно многое узнал, возможно даже больше, чем мог пожелать. Правда, и стоимость этих знаний была весьма высока. Но сейчас перед ним стояла не просто девушка из сеющей хаос организации, а его подруга, к которой он очевидно, испытывал сложные чувства. И Ровер не собирался отказываться от своей решимости защитить её, несмотря ни на что, но и данное обещание о невмешательстве, нарушить тоже не мог. Ровно как человек с благородным сердцем и чистой душой. В этот момент, и Бинсюэ, наконец, подала голос, собравшись с мыслями: — Я больше не одна из вас! — Воскликнула Бинсюэ, — Ты же сам просил меня уйти. — Напомнила она ему. — Ах, какая жалость... — Громко произнёс Скар, с иронией в голосе, — Глупая овечка, даже не поняла, что я просто отпустил её погулять. — Он покачал головой, а затем взглянул на девушку, его глаза полыхали одержимостью, — Но теперь-то ты знаешь, а значит, пора вернуться домой. В этот момент, Ровер подсознательно заслонил девушку собой, и та как-то совершенно на автомате, сделала шаг назад. — «Я должен выбрать меньшее из зол, но если я нарушу обещание, то Фракцидус пойдут войной на Цзинджоу... В конце концов, ставка одной жизни в обмен на жизни тысячи людей слишком высока... И тем не менее...» — Юноша продолжал сомневаться, но и отступать было уже некуда. Его взгляд янтарных глаз загорелся воинственной решимостью: — Она тебе не какая-то вещь, от которой можно избавиться и вернуть при желании! Она человек! — Произнёс юноша. Тогда Скар лишь нарочито громко вздохнул, а его лицо стало серьёзным. Он смотрел на Ровера, как на что-то неестественно раздражающее, как на таракана, что так и наровит прикоснуться к его сладкой еде. — Ты мешаешь. — Ответил он, — Но так уж и быть... Я дам тебе шанс остаться в живых и даже закрою глаза на то, что ты нарушил обещание, если ты уйдёшь сейчас же. Но знай, что это единоразовая акция. Всё-таки весь мир будет плакать если умрёт кто-то вроде тебя. — Вновь усмехнулся Скар, — А мне бы очень не хотелось тебя убивать, знаешь ли. Ведь ты тоже такая же заблудшая чёрная овечка, среди белых овец. Ровер, ощущая, как кровь стучит в висках, сжал руки в кулак, а в следующую секунду достал клинок из-за пазухи, готовый к атаке. Он не мог позволить Скару причинить вред Бинсюэ, даже если это стоило ему жизней тысячи ни в чём не повинных людей. Однако, Бинсюэ, понимая, что ему ни в коем случае нельзя идти на подобный риск, подалась вперёд, отрицательно мотая головой, взглянув на Ровера. Тот на миг, нахмурился, а затем опустил оружие, позволив девушке решать за себя. — ... Достаточно, — произнела Бинсюэ сделав шаг навстречу к Скару, а затем доставая из ножен свой клинок, — Я уже выбрала свой путь, и ты ничего не сможешь с этим сделать! Девушка встала в боевую позицию. И хотя, Бинсюэ была слаба и не имела много боевого опыта, как у людей, имеющих метку резонатора, она в любой момент боя смогла бы пойти на уловку, заменив свой меч на пистолет. В прочем, каким бы не было оружие в её руках, ей на каком-то странном подсознательном уровне было страшно причинять людям боль. И потому, как только Бинсюэ направила клинок в сторону Скара, её рука непроизвольно дрогнула. Платиноволосый юноша лишь рассмеялся, слегка наклонившись назад и расправил руки по разным сторонам, а его голос звучал подобно шипению змеи: — О, как трогательно! — Заявил он. А затем мгновенно подорвавшись с места, схватил девушку за лицо, — Ты знала?... Твоя пламенная речь и жалкие потуги, реально раздражают, овечка. Ты же сама себе противоречишь... В прочем, как и всегда. — Скар смотрел на неё изучающим взглядом, — Но как бы ты не старалась найти себе спасителя или бежать от меня, — Медленно произнёс он, словно выжидая ответной реакции, — Ты всё-равно вернёшься к нам. — И... С чего же подобные выводы? — Спросила та, ощущая как со лба потекла испарина, а голос стал неуверенным, — Правда думаешь, что я не смогу прожить без своего наставника? — Гневно ответила Бинсюэ, встретившись с ним взглядом. На миг юноша задумался, а затем кивнув каким-то своим далёким мыслям, ответил: — ...Ха-а... Забавно, что ты всё ещё зовёшь меня учителем... — Его взгляд слегка переменился, ка будто бы став самую малость добрее, а затем словно с чем-то смирившись, он продолжил, — Хотя знаешь?... Возможно, на это будет забавно посмотреть. — Он томным взглядом окинул девушку, а затем подмигнул ей, словно пытаясь рассеять семя недомолвок, — Мне правда интересно, на сколько же тебя хватит... Вот только учти, что я не останусь в стороне. После чего Скар создал портал позади себя, в котором вскоре, с надменным лицом, и не отпуская взгляда с Бинсюэ, исчез. Странное чувство кризиса, однажды поселившееся в девушке, ожило вновь. Она почувствовала, что только сейчас может спокойно дышать. Это чувство вполне соизмеримо с чувством страха, смешанным с чувством ненависти, но кроме того, она ощущала как внутри неё что-то сжималось в крепкий узел, не давая думать рационально. Ровер гневался на самого себя от того, что ничего не смог предпринять в подобной ситуации. Но почувствовал, как напряжение в воздухе постепенно рассеивается. Однако, внутри него не утихало беспокойство: слова Скара, подобно занозам, застряли в его сознании. Он подошёл к девушке, и его взгляд был полон нерешительности. — Ты... В порядке? — тихо спросил он, стараясь скрыть волнение. Бинсюэ, всё ещё шокированная внезапной встречей, кивнула, но её глаза были полны смятения. Вслух она не могла произнести ни слова, ведь в сознании все ещё звучал приторно-сладкий и язвительный голос Скара. В прочем из всех мыслей, больше всего её волновало то, что она не могла поднять руку на своего наставника. И более того, всё ещё считала Скара самым близким человеком, несмотря на текущее положение вещей. Но что-то внутри неё не давало покоя. Она понимала, что Скар несёт в себе опасность, что он может причинить ей боль и страдания. Но в то же время, она не могла отречься от своих чувств и воспоминаний, которые связывали их с ним. Пожав плечами, Бинсюэ поняла, что её сердце разрывается на части, сталкиваясь с противоречивыми эмоциями. Ровер наблюдал за ней, ощущая беспокойство и смятение. Он понимал, что девушка находится в сложном положении и что её решения могут затронуть не только её судьбу, но и судьбу многих других. Он решил подойти ближе к ней, чтобы поддержать, но остановился на полпути, понимая, что эта борьба должна быть пройдена ей самой. В конце концов, Бинсюэ лишь тяжело выдохнула: — Ровер... — Медлительно произнесла она, а затем повернулась в сторону океана. Волны плавно раскачивались, с такой же скоростью девушка принимала решение, — Не вмешивайся в дела «Фракцидус», поскольку ты дал обещание, и нарушить его нельзя, — Она слегка склонила голову вниз, а на её лице выступила слабая улыбка, — Но тем не менее, у меня есть к тебе несколько просьб... — Если это в моих силах... — Начал было Ровер, но девушка его остановила. — Не переживай. — Тихо произнесла она, — То, о чём я тебя попрошу, это самая малость из того, что ты можешь сделать...