Часть 22. Бонус
18 апреля 2026, 23:39***
Блондинка глубоко и решительно вздохнула. Нет, не подумайте, она давно приняла решение, однако страх никуда не пропадал, он лишь на время отошел на второй план, перекрываясь радостными эмоциями. Это будет новый этап. Новый этап, который им необходимо построить с нуля самим. Будем честны, в данный момент даже то нервное состояние, когда в незапамятные время ребята за считанные недели создали демоверсию игры в качестве проекта, казалось гораздо меньшим стрессом, чем сейчас. Через пару часов состоится роспись. Снежана уже почти полностью собрана: осталось лишь прикрепить фату и надеть платье. Аккуратный макияж, выгодно подчеркивающий естественную красоту девушки, был нанесен, белокурые локоны разложены по плечам, а глаза Морозовой устремились на отражение в зеркале. Год назад Филипп сделал предложение Снежке. Она, не раздумывая ни минуты, согласилась. Да и сейчас блондинка была уверена в своем выборе, однако предсвадебный мандраж все же подкрался незаметно. Из мыслей девушку вывел звонок в дверь. Варя обещала приехать заранее и быть рядом с подругой. В то же время Влад, как лучший друг, оказался у Черных. — Привет, ну как?.. — когда Морозова открыла дверь, эмоции Варвары в секунду сменились. Улыбка перешла в шок, поэтому девушка удивленно открыла рот. — Снежечка, какая ты чудесная! Подруги крепко обнялись. — Привет, Варь, ты очень вовремя! Когда девушки расположились на кухне за кружкой ароматного чая, диалог продолжился. Спустя некоторое время смущенно заправив белокурую прядь, Морозова спросила: — Варь, все хорошо? Ты так смотришь, мне неловко становится. — Все хорошо, — Ветрова замялась, виновато улыбнувшись, — просто ты такая красивая! Я вижу, как ты счастлива, и на душе такое приятное тепло. — Спасибо… — взяв ладонь подруги в свою, неожиданно произнесла Снежка. — За что? — не поняла шатенка. — Что сейчас рядом. Честно, я с самого утра очень переживала… — Снеж, это нормально. — Варвара взяла блондинку за обе руки. — Ты на пороге нового этапа жизни, а все новое пугает нас, потому что означает выход из зоны комфорта. Что бы ни случалось, уверена, вместе с Филом вы справитесь с любыми проблемами и невзгодами. Главное, сохраните те нежные чувства, которые соединили вас. Снежана улыбнулась, поджав губы. Страх никуда не уходил, однако бояться его девушка стала в разы меньше. Уверенность подруги невольно передалась и ей, поэтому Морозова убедила себя, что вперед двигаться необходимо, а чтобы это осуществить нужно принимать все хорошее и плохое, что есть и будет. Несмотря на это противоречие, многое зависит от того, как они будут справляться со всем. А в Филиппе девушка была уверена, так что у пары определенно все получится. — Варь, а можно задать один не скромный вопрос? — нерешительно спросила Морозова, посмотрев на подругу. — Конечно, ты еще спрашиваешь! — бодро ответила шатенка. — Если это что-то личное, не отвечай, я пойму. У вас с Владом всё хорошо? Ветрова ухмыльнулась, на секунду задумавшись: — Давай я отвечу на немного переформулированный вопрос. Влад сделал мне предложение еще два года назад. — Варя улыбнулась, а глаза блондинки широко распахнулись. — Что?! — счастливая улыбка озарила лицо Морозовой. — Никто не знает. Прям вообще никто. — заговорщически начала Варвара. — Мы тогда были в горах и решили самостоятельно съездить до соседней вершины от той, где располагался наш отряд. Небо озаряло закатное солнце и отражалось от гор, что стали единственными свидетелями. Затаив дыхание Снежана слушала, не отрывая взгляда от подруги. — Я согласилась, но мы практически сразу обсудили, что в ближайшее время не распишемся, пока слишком невыгодно с рабочей точки зрения, да и вскоре нас ждут новые контракты в рамках компаний. Может быть через год или два, но точно не сейчас… — Варь, сказать, что я в шоке, — ничего не сказать… — вымолвила блондинка. — Я так за вас рада!***
Секунды превращались в минуты, минуты в часы. Почти все гости уже прибыли. В зале заканчивали последние приготовления. А в комнату невесты аккуратно постучали. — Снеж, можно? — после одобрительного ответа Кира зашла в комнату. — Все хорошо? Пора идти. Невеста была полностью готова. Белое платье гармонично сочеталось с внешностью блондинки. Корсет подчеркивал талию, а кружева на юбке добавляли образу хрупкости. Воздушные локоны выглядывали из-под аккуратно прикрепленной фаты. А в руках Снежана крутила букет из белых эустом и роз, вращая ленту между пальцами. — Немного волнуюсь. — Морозова обернулась к подруге. — Кир, как ты чувствовала себя тогда? Пожалуй, никто лучше Мещеряковой сейчас не мог поддержать. Все-таки девушка два года как была замужем, и прошла нечто подобное. — Я в свое время так волновалась, думала, не дойду ни докуда, хорошо, Артем подхватил под руку, а потом увидела его взгляд, и на душе так спокойно стало. Нервы тратить на самом деле ни к чему, уже все организовано и спланировано, так что лучше спокойно выдохни. Там более мы все проверили, а Варя точно все еще и за нами перепроверила! — в ответ Снежка улыбнулась. — Мы всегда рядом с тобой! — девушки крепко обнялись.***
Совсем скоро шум в зале прекратился, ведь с минуты на минуты должны были открыться двери из комнаты невесты. И, наконец, они были распахнуты. Отец Снежки с ласковой грустью в глазах вел дочь к будущему мужу, что уже стоял рядом с женщиной-регистратором и с затаенным дыханием любовался девушкой. При виде Снежаны Филипп оторопел. Блондин стоял и не верил своим глазам, образ Морозовой очаровывал. В глубине души Черных продолжал не верить, что они официально становятся семьей. Своей собственной семьей. Как только отец Снежаны оставил дочь и подошел к маме девушки, пара посмотрела в глаза друг друга, и на лицах обоих появилась та немного нервная, но абсолютно счастливая улыбка. — Перед тем как официально заключить Ваш брак я хотела бы услышать: является ли Ваше желание свободным, искренним и взаимным, с открытым ли сердцем, по собственному ли желанию и доброй воле вы заключаете брак? — спустя некоторое время произнесла женщина-регистратор. — Прошу ответить Вас жених. — Да! — сжав в своей руке, ладонь блондинки произнес Филипп. — Ваш ответ невеста? — Да! — чуть сильнее сжав руку, ответила Снежана. Казалось, что в этот момент не существовало никого больше, и во всем мире остались только они вдвоем. Ребята были уверены друг в друге, счастье окрылило их, а самые светлые надежды теплились в сердце, перемешиваясь с любовью. — В соответствии с семейным кодексом ваше взаимное согласие дает мне право зарегистрировать Ваш брак. Прошу скрепить подписями Ваше желание стать супругами.***
Вечерняя прохлада ноября обнимала Москву, когда Алёна, крепко сжимая лямки своего рюкзака, выходила из метро. Сейчас ей двадцать пять, и её жизнь, казалось, только-только обрела понятный и удобный ритм. Сладкая усталость после двухчасовой тренировки с десятилетними сорванцами, которые умудрялись одновременно быть милыми ангелами и самыми настоящими демонами во плоти, приятно оседала в мышцах. После хореографического училища, которое она закончила с отличием, танцы стали ее миром, но преподавание – это скорее уютный дом, чем буря, о которой девушка мечтала в юности. В студенческие годы Алёна активно вела соцсети, выкладывая видео своих танцев — порой дерзких, порой лиричных, но всегда наполненных невероятной энергией и страстью. Она и сейчас продолжала постить, но уже реже, больше для души, чем для привлечения поклонников. Дверь квартиры открылась раньше, чем Рыжова успела вставить ключ. На пороге стоял Саша, он продолжил дело своего отца и уже вернулся домой, хотя обычно девушка возвращалась раньше. Его глаза, тёплые и улыбчивые, были лучшим напоминанием о том, что дома ее ждут. И пусть сегодня шатен не смог заехать за ней, он уже ждал ее дома. — Привет, моя звезда! — парень обнял рыжую, целуя в висок. — Как там твои маленькие бесы? Алёна рассмеялась, прижимаясь к нему. Ну вот скажи ей в девятом классе, что Саша Абрикосов станет ее самым близким и любимым человеком, она бы только покрутила пальцем у виска и громко рассмеялась. — Сегодня они были на удивление спокойными. Есть что-нибудь съедобное? Я умираю от голода. — Твой любимый куриный суп и овощной салат, — Александр улыбнулся, протягивая домашние тапочки. — Так что всё, как ты любишь. Ребята сели ужинать в уютной кухне, где царил запах домашнего уюта. Разговоры текли легко и непринуждённо: о прошедшем дне, о планах на выходные, о смешных моментах с тренировки. Когда тарелки почти опустели, Рыжова по привычке потянулась к телефону, и открыла Instagram, чтобы быстро глянуть профили подруг. Пальцы скользнули по экрану, пролистывая сторис знакомых и рекламные посты. Вдруг её взгляд зацепился за уведомление о новом сообщении в директе. От незнакомого аккаунта с галочкой верификации: «Aurora Entertainment Official». Сердце пропустило удар. — Что такое? — спросил Саша, заметив её внезапную застывшую позу. Алёна не ответила. Её глаза жадно бегали по тексту, написанному на английском. «Уважаемая Алена, Надеемся, что это письмо застало Вас в добром здравии. Мы являемся представителями Aurora Entertainment, ведущей южнокорейской развлекательной компании. В течение довольно долгого времени мы внимательно следим за Вашими танцевальными видео в социальных сетях и невероятно впечатлены Вашим уникальным талантом, артистизмом и мощной сценической харизмой. Наш известный артист, выдающаяся фигура в индустрии, в настоящее время готовится к своему долгожданному возвращению. В ходе творческого процесса он лично просмотрел множество международных танцоров и специально выбрал Вас для участия в своем предстоящем проекте. Мы хотели бы официально пригласить Вас в Сеул, Южная Корея, для участия в качестве ведущей танцовщицы в новой песне артиста Ли Джинву. Это предложение включает в себя полную разработку хореографии, интенсивные репетиции и, что наиболее важно, участие в обширной рекламной кампании песни, включая выступления на крупных музыкальных церемониях награждения и популярных музыкальных шоу. Все расходы на проезд, проживание и конкурентоспособное профессиональное вознаграждение будут покрыты Aurora Entertainment. Это уникальная возможность продемонстрировать свой талант на мировой арене и поработать с одним из наших артистов. Пожалуйста, сообщите нам о своей доступности и заинтересованности в ближайшее время. Мы с нетерпением ждем вашего ответа. С уважением, Команда Aurora Entertainment» Девушка замерла, дыхание перехватило. Её сердце забилось как сумасшедшее, барабаня в груди так, что казалось ребра точно сейчас проломятся. Она перечитала сообщение ещё раз, потом ещё. Голос Александра казался далёким эхом. — Алёна? Что случилось? Ты побледнела… — Рыжова подняла на него широко распахнутые глаза, полные смеси шока, неверия и чистого восторга. — Саша… — голос девушки дрожал. — Это… это не может быть правдой… Она протянула ему телефон дрожащей рукой. Абрикосов взял его, нахмурившись, и начал читать. По мере того, как глаза пробегали по строчкам, его брови ползли вверх, а улыбка медленно, но верно расползалась по лицу. — Aurora? — выдохнул шатен, когда дочитал до имени айдола. — Тот самый Джинву?! Алёна, это же… это невероятно! Ты помнишь, как ты фанатела по его танцам? Рыжая кивнула, в то время как из её глаз уже катились слёзы радости и осознания, что мечта, которую она считала давно похороненной под ворохом взрослых обязанностей, вдруг ожила и протянула к ней руку. — Но… Корея? Прямо сейчас? — в её голосе звучала нерешительность, а Александр отложил телефон и взял её руки в свои. — Алёна, посмотри на меня. Сколько лет ты шла к этому? Сколько ночей провела в зале, сколько раз падала и вставала? Это тот самый шанс. Твоя мечта. Ты не можешь его упустить. Он посмотрел на любимую с такой безграничной любовью и поддержкой, что все её сомнения на секунду отступили. — А как же мы? — тихо спросила Рыжова, и Саша в ответ улыбнулся. — Мы справимся. Это не навсегда, верно? И ты будешь звонить мне каждый день. А я буду смотреть все твои выступления по телевизору. Ты должна это сделать, Алён. Ты просто обязана. Она смотрела на него, потом снова на телефон, где сияло сообщение от Aurora Entertainment. Весь мир как будто сжался до этого одного сообщения на экране, и в то же время распахнулся до бесконечности возможностей. Внутри разгорался пожар — самый настоящий огонь надежды, страсти и предвкушения. — Я… я отвечу им, — прошептала Алёнка, и в её голосе уже не было ни тени сомнения, только решимость. Девушка, всё ещё пребывая в лёгком шоке, но уже с горящими глазами, набрала в телефоне слова согласия. Пальцы её неуверенно скользили по клавиатуре, но каждая напечатанная буква была пропитана ощущением начала чего-то грандиозного. Она отправила сообщение и подняла взгляд на Абрикосова, ожидая его реакции. Александр же, как будто только что очнувшись от чужого сна, смотрел на неё с какой-то новой, глубокой серьёзностью. Его обычно весёлые глаза были полны волнения, а на губах играла лёгкая, но какая-то трепетная улыбка. Он тихо произнёс: — Алён, подожди. Прежде чем ты улетишь, есть кое-что, что я должен тебе сказать. Рыжова почувствовала, как в груди защемило. Она видела, как меняется его взгляд, как шатен немного отстраняется, и в её голове пронеслась тысяча вопросов. Что могло быть так важно в этот момент? Саша взял её руки в свои. Они были тёплые, но немного дрожали. Девушка замерла, её сердце заколотилось с новой силой, совершенно не связанной с восторгом от предложения из Кореи. — Алёна, — его голос стал чуть хриплым, но твёрдым. — Ты знаешь, я люблю тебя. Я люблю тебя такой, какая ты есть — страстной, талантливой, иногда сумасшедшей, но всегда настоящей. И я восхищаюсь тобой. — шатен посмотрел ей прямо в глаза, и девушка утонула в этой глубине. — Ты только что получила, возможно, самый невероятный шанс в своей жизни. Ты уедешь в Корею, будешь танцевать, покорять мир своей красотой. Это прекрасно. И я буду гордиться тобой до Луны и обратно. Но… — он сделал паузу, и в этот момент на его лице отразилась вся его решимость. Парень глубоко вздохнул, и она увидела, как Александр очень медленно, опускается на одно колено перед ней. Саша достал из кармана маленькую бархатную коробочку, заставляя Алёну ахнуть от неожиданности. — Но я не могу представить свою жизнь без тебя, Алёна. Ни сейчас, ни потом. Даже если ты будешь на другом конце света, я хочу быть рядом. Я хочу, чтобы ты знала, что у тебя всегда есть дом, куда ты можешь вернуться. Что у тебя есть я. Он открыл коробочку. Там, на тёмном бархате, лежало кольцо с небольшим, но сияющим камнем. — Алёна, — произнес Абрикосов, дрогнувшим от нахлынувших чувств голосом. — Ты выйдешь за меня? В воздухе повисла тишина. Треск холодильника, шум за окном — всё исчезло. Были только они двое, и этот момент, который казался девушке вечным. Она смотрела на кольцо, на его полные надежды глаза, на дрожащие руки. Корея, мечта, танцы — всё это было так важно, так захватывающе. Но сейчас, в этот самый момент, перед ней была другая, ещё более важная реальность: любовь Александра, его предложение, его желание быть с ней всегда. Слёзы, которые ещё недавно текли от удивления, теперь полились ручьём, но это были совсем другие слёзы. Слёзы счастья, смятения и глубокой, всепоглощающей любви. — Да, Саш… — прошептала она, голос её срывался. — Конечно, выйду, спрашиваешь ещё! Александр вскочил, его лицо озарилось лучезарной улыбкой. Он надел кольцо на её палец, и оно оказалось идеально в размер. А потом крепко, но нежно обнял её, прижимая к себе так, будто боялся, что девушка сейчас пропадет. — Я люблю тебя, — прошептал шатен на ухо, и Алёна почувствовала, как тепло его дыхания успокаивает её. — И я тебя люблю, — ответила она, цепляясь за него. Они стояли так, обнявшись, посреди кухни с кольцом на пальце, и Алёна знала, что её жизнь, только что казавшаяся предсказуемой, теперь стала куда более сложной, но и куда более прекрасной, чем она могла себе представить еще утром. Девушка уедет в Корею, но уедет с уверенностью, что её ждёт любящий человек, готовый разделить с ней все её взлёты и падения. И это знание придавало ей силы. Так прошла неделя сборов, долгих разговоров по ночам и нежных обещаний. Рыжова всё ещё не до конца верила в происходящее. Казалось, это сон, который вот-вот развеется, но помолвочное кольцо на пальце и посадочный талон в Сеул убедительно доказывали обратное. В аэропорту царила суета. Пара приехала заранее, чтобы было время для ещё одной, самой важной прощальной минуты. — Береги себя там, моя звёздочка, — сказал он, поглаживая её по щеке. — Звони, пиши. Я буду скучать ужасно! Алёна кивнула, с трудом сдерживая слёзы. — И я, — прошептала она, прижимаясь к нему. — Но я вернусь так скоро, что ты соскучиться не успеешь, обещаю. Последний поцелуй, последний взгляд. И вот уже девушка идёт по коридору, а Александр остаётся позади, растворяясь в толпе. В самолёте, несмотря на волнение, Алена быстро уснула. Долгий, десятичасовой перелёт прошел на удивление незаметно. Когда она приземлилась в Инчхоне, солнце уже ярко светило над Сеулом, обещая тёплый день. Выйдя в зал прилёта, Рыжова сразу заметила две знакомые фигуры. — Алёнка! — раздался радостный крик, и в следующую секунду к подруге летела Мария, которая с прошлой встречи, казалось, ничуть не изменилась. Рядом с ней стоял Вик, более спокойный, но с такой же тёплой улыбкой. — Маша! Вик! — девушка бросилась к ним, и ребята крепко обнялись. — О боже, я так скучала! Два года! Ты не представляешь! — щебетала Цветкова, когда они отстранились. — Рассказывай всё! Как летела? Как там Москва? — Ты не поверишь, Маш, но у меня есть новости! — Алёна сияла. Мария и Сменкин уже давно готовились к свадьбе и уже даже сказали предположительную дату и вот сейчас, Рыжова была готова сказать друзьям. — Я очень хотела сказать тебе в живую. Саша… он сделал мне предложение! — Что?! Нет! Правда?! О Боже! Девочки знают? — глаза шатенки округлились. — Нет, ты первая! И тут же они снова бросились друг к другу в объятия, теперь уже с удвоенным восторгом, смеясь и чуть ли не плача. Виктор, покачал головой, улыбаясь, и подошёл обнять Рыжову. — Поздравляю вас! — Спасибо, Вик! — Алёна обняла и его. — Как хорошо, что вы здесь! Друзья сели в машину. По дороге в отель рыжая слушала рассказы Марии и Виктора о работе в Корее, о странностях местного менталитета, о корейской кухне и, конечно, о своих планах на свадьбу. А потом уже Алена рассказывала им про неожиданное предложение от Aurora Entertainment и про предложение Александра. Доехав до отеля, девушка была полностью окружена ощущением дружеской поддержки и предвкушением предстоящих событий. Следующий месяц пролетел на одном дыхании. Алёна с головой погрузилась в работу. Длинные, изнуряющие репетиции в студии, где каждый миллиметр движения оттачивался до совершенства. Хореографы, порой очень строгие, но всегда справедливые. Джинву, фанаткой музыки которого являлась Рыжова, очень долгое время, был профессионалом до мозга костей, сосредоточенный, но всегда вежливый и ценящий её вклад. Алёна чувствовала, как растёт её мастерство, как она впитывает новую энергетику, как её движения становятся ещё более мощными и выразительными. А потом началось самое невероятное — продвижение песни. Выступления на музыкальных шоу, где сотни фанатов кричали имя айдола, а камеры ловили каждое движение. Престижные премии, где она стояла на одной сцене с мировой звёздой. Свет софитов, адреналин, ощущение полёта, когда ты растворяешься в музыке и танце. Это было именно то, о чём она мечтала с детства, и это было даже лучше, чем девушка могла себе представить. Каждый вечер Алёна созванивалась с Сашей, рассказывая ему о своих днях, делясь впечатлениями и эмоциями. Но как бы сильно ей ни нравилась работа, как бы ни захватывал её этот новый мир, к концу месяца она почувствовала ужасную тоску по дому. По тихим вечерам с Александром, по уютной кухне, по привычной московской суете. Период продвижения наконец закончился. Маша и Вик уже вернулись в Россию несколькими днями раньше, так что до аэропорта пришлось добираться самостоятельно. С небольшой грустью и огромным предвкушением она купила билет и загрузилась в такси. Обратный путь казался гораздо дольше, хотя на самом деле был таким же. На этот раз Алёна почти не спала, прокручивая в голове события последнего месяца и представляя свою встречу с Сашей. И вот, спустя долгие часы, самолёт приземлился в Москве. Знакомый русский язык, знакомые лица. Волнение нарастало с каждой минутой. Пройдя паспортный контроль и получив свой багаж, Алёна направилась к выходу в зал прилёта. Сердце стучало как сумасшедшее. И там, среди встречающих, с букетом её любимых белых роз, стоял Александр. Его глаза блестели, на лице сияла широкая улыбка. Он выглядел таким родным, таким знакомым, таким желанным. Девушка бросила чемодан и побежала к нему. — Саша! — выдохнула она, бросаясь в его объятия. В ответ шатен крепко обнял её, прижимая к себе, вдыхая запах волос. — Моя звёздочка! Ты вернулась! — прошептал он, и Алёна почувствовала, как её глаза снова наполнились слезами — на этот раз слёзами абсолютно полного, безоговорочного счастья. Казалось, кольцо на её пальце теплеет от его прикосновения. Она была дома.***
Морозный воздух освежал кабинет, пробиваясь через приоткрытое окно. Очередное дуновение ветра заставило волосы шатенки легко разлететься по плечам. Девушка даже глазом не моргнула, когда в дверь аккуратно постучали. — Михаил, проходите. — она собрала документы, сложив их в папку. — Передайте их Валерии Дмитриевне на сверку, пожалуйста. — Хорошо. — парень забрал бумаги, и разблокировал планшет, возвращая взгляд к девушке. — Варвара Викторовна, у вас на завтра стоит совещание в одиннадцать, потом встреча с юристами в час. Звонили из «Мирта» просили, чтобы мы пересмотрели проект загородного отеля и до пятницы внесли правки. А еще ваш отец просил напомнить, о выступлении Есении в эти выходные. — Замечательно. — утвердив еще один из платежей и передав поручение секретарю, произнесла Ветрова. — Давайте перенесем совещание на десять, иначе не успею на встречу. Дело «Мирт» передай Альбине Георгиевне, пожалуйста. Уверена, что она совсем справится. Единственное, утверждать проект перед отправкой буду лично я. И купите два билета туда и обратно одним днем в Екатеринбург на концерт. — Хорошо. Документы к совещанию сегодня же будут лежать на столе. — сделав пометки в графике, парень кивнул. — На этом всё. Благодарю вас, Михаил. Заканчивайте дела и на сегодня вы свободны, передайте, пожалуйста, всем в офисе, что я уехала и до завтрашнего совещания меня беспокоить только по особо важным вопросам. — Понял. До свидания, Варвара Викторовна! — секретарь улыбнулся и ушел, закрыв за собой дверь. Ветрова закрыла ноутбук, убирая его в сумку. Хоть и работать сегодня она больше не планировала, пара неотложных дел все же оставалась. Накинув шубу и завязав шарф, шатенка выключила свет в своем кабинете и покинула офис. После окончания Варей университета отец, как и планировалось, начал постепенно внедрять дочь в компанию, лично посвящая её во все тонкости дела. Со временем профессионализм девушки рос, и Виктор поручил ей в управление сибирские филиалы фирмы. Немалая ответственность свалилась на плечи Ветровой, но в то же время открылась масса новых возможностей. Да и в Новосибирск Варя перебралась окончательно и бесповоротно. Январский мороз все крепчал, не желая даже упоминать о наступлении весны через некоторое время. Варвара посильнее натянула шарф, чтобы добежать до машины на стоянке. Как только звук мотора привычно зазвучал, она посильнее включила печку и вскоре выехала на дорогу. Большинство жителей Новосибирска еще оставалось на работе, поэтому дороги были преимущественно пустыми. Новогодние украшения еще радовали людей, продолжая делиться настроением праздника. Несмотря на это, взгляды многих жителей были прикованы не к елкам, а к солнцу, что уже растворилось за зданиями. Это был не просто закат: небо пестрело всевозможными красками, а облака добавляли легкости и воздушности. Этот чудесный вид мигом поднял настроение Вари, которая свернула с привычной дороги домой в магазин, чтобы докупить продуктов. Завтра из командировки должен был вернуться Влад. Он, как представитель от компании своего отца, летал в Москву для подписания контракта с иностранной фирмой. Однако подписание затянулось на пару дней, поскольку организации все никак не могли договориться об условиях. Зато за это время Князев встретился с Филом и Снежкой, а еще с Сашей. Ребята сумели сохранить дружбу сквозь время. И хоть встречаться всей компанией удавалось крайне редко, память все еще хранила теплые воспоминания о школьных годах, когда ребята были вместе и строили планы на будущее. Быстро закупившись продуктами, Варвара поспешила домой, чтобы успеть приготовить все задуманное. Из-за достаточно плотных рабочих графиков ребята не часто готовили сами, отдавая предпочтение доставкам или кафе и ресторанам, однако девушка хотела порадовать парня домашней едой. Тем более, что завтра у нее и без того загруженный день, а значит, встретиться в спокойной, домашней обстановке пара сможет только утром или после работы. Забрав пакеты из машины, Ветрова вскоре оказалась дома. Их с Владиславом квартира была поразительно уютной для тех, кто регулярно пропадает на работе. На гардине в зале висела гирлянда, создающая уютную атмосферу. В серванте, подобранном шатенкой под общий интерьер, располагались любимые Варварой комплекты посуды. В частности тот, что некогда был разбит, а теперь выглядел как новый, благодаря умелому мастеру. Справа от телевизора на стене были размешены фотографии, что грели душу даже в самые промозглые дни: Влада и Вари из совместных путешествий и фотосессий, а также фотографии с их семьями и друзьями. Буквально в каждой комнате были маленькие детали, которые вдыхали в квартиру жизнь. Совсем скоро на плите уже кипел суп, а на сковороде стыла любимая карбонара парня. Девушка решила на время оставить готовку и сделать салат чуть позже, а пока доделать рабочие задачи. Однако экран телефона засветился, оповещая о новом уведомлении. Алена, что сейчас была в Южной Корее, выложила фотографии после выступления. Варя не была бы Варей, если бы первым делом не оценила работу стилистов и костюмеров танцовщиц, все же работа работой, а увлечения никто не отменял. Поставив лайк на публикацию и написав комментарий под постом, шатенка все же достала ноутбук. Время пролетело незаметно, и вскоре все дела были завершены. На кухне играла тихая музыка, которую Ветрова включила на колонке, поэтому девушка не услышала, как входная дверь открылась. Лишь только убирая салат в холодильник, она почувствовала, что находится в квартире не одна. Повернув голову вправо, Варвара радостно взвизгнула. — Влад! — она тут же подбежала к парню, который заключил её в крепкие объятия, а потом поцеловал. — Ты когда приехал? Почему не предупредил?! Вопросы так и посыпались, а в ответ Князев довольнее улыбнулся, радуясь вместе с девушкой. — Не хотел тебя тревожить, да и сюрприз тогда бы не получился. — Владислав развел руки в стороны. — А чем это так вкусно пахнет? — он бесцеремонно подошел к плите, вдыхая аромат наваристого супа. — Эй, куда грязными руками! — Варя легко толкнула его в бок, не переставая улыбаться. В глубине души она, конечно, негодовала, что парень не предупредил её, но шатенка просто физически не могла злиться на него сейчас. Уж слишком была рада его приезду. Тем более ребятам не так часто удается просто так провести вечер наедине в домашней атмосфере. — Давай куртку, я повешу. Только возвращаясь на кухню, девушка буквально встала, повернув голову в сторону зала, где перед диваном на столе в вазе стоял букет сиренево-фиолетовых тюльпанов. В следующее мгновение Варвара подбежала к цветам, осторожно взяв в руки. — Нравится? — оперевшись о дверной проем, спросил Владислав, улыбаясь. — Они просто чудесны! Где ты нашел тюльпаны зимой?! — улыбка на лице шатенки стала еще шире, а на глазах проявились первые слезы счастья. — Солнце, ну ты чего? — Князев испугался, заметив такую реакцию, поэтому поспешил к девушке, вновь заключая в объятия. Спустя несколько секунд Ветрова немного отстранилась и произнесла: — Это всегда было моей мечтой. Просто так получить тюльпаны в январе… — из её абсолютно счастливых глаз вновь потекли одинокие слезинки, Влад поцеловал Варю в макушку. — Солнце, ты, главное, не переставай мечтать, а об остальном я позабочусь. — Спасибо, что ты у меня есть… Я люблю тебя. — И я тебя люблю. В такой домашней атмосфере, когда оба сидели в обнимку на полу, будучи совершенно счастливыми просто рядом друг с другом, они были абсолютно не похожи на тех серьезных руководителей, коими представлялись перед сотрудниками в своих организациях. Такие простые детали и помогали сквозь время и все проблемы пронести не менее трепетные, но уже более осознанные чувства, возникшие в школьные годы.***
Это была ужасно долгая и непродуктивная командировка. Корея встретила дождями и неоновыми вывесками, бесконечными переговорами и чашками кофе, которые выпивались на бегу, так как ребята не успевали даже позавтракать. Маша и Вик работали вместе: вместе носились по Сеулу из одного офиса в другой, а потом проделывали ту же работу и в России. Усталость копилась медленно и незаметно из-за переизбытка адреналина и дедлайнов и дала о себе знать только в последний вечер, когда Цветкова, сидя на кровати в гостинице, вдруг поняла, что больше не хочет никуда бежать. — Всё, — проговорила девушка, глядя в одну точку, — мои ресурсы на нуле. Виктор, который как раз застёгивал чемодан со сложенными вещами, поднял голову, посмотрев на неё внимательно и также устало. — Тогда мы не полетим домой. — В смысле? — Сделаем крюк. Мои родители давно зовут нас в гости в Питер. И Кира ты давно хотела навестить. — шатен подошёл и сел рядом, взяв её за руку. — Отдохнём недельку, покушаем маминых пирожков. — услышав это, Маша слабо улыбнулась. — Ты меня подкупаешь пирожками? — А это сработало? — девушка вздохнула, чувствуя, как где-то в груди отпускает первая пружина напряжения. — Сработало. Поехали. Дядя Марии, у которого пара достаточно часто останавливалась в Корее, провожал ребят в аэропорт с неизменным ворчанием, мол «опять улетаете, меня бросаете». Но на прощание крепко обнял племянницу и шепнул на ухо: — Виктор хороший. Держись за него. — Цветкова рассмеялась и чмокнула дядю в щёку, обняв. Самолёт шёл на посадку над Петербургом, когда девушка увидела в иллюминаторе серое небо и тонкую полоску Невы. Сердце забилось чаще — не от волнения, а от странного предчувствия дома. Хотя домом тут для нее и не пахло. — Волнуешься? — спросил Вик, переплетая их пальцы. — Немного. — призналась Мария. — А вдруг я им не понравлюсь? Сменкин посмотрел на неё так, будто она сказала самую глупую вещь на свете. — Маша, моя мама уже год шьет тебе тапочки. В прямом смысле. Она купила войлок и валяла их своими руками. Ты ей нравишься больше, чем я. — Это неправда. — фыркнула девушка. — Обижаешь. — беззлобно и с улыбкой ответил шатен. В зоне прилёта их уже ждали. Мария сразу увидела Андрея Сергеевича — высокого мужчину с проседью на висках и очень знакомой Вику улыбкой. Он стоял с маленьким букетом и держал табличку, написанную от руки: «Лучшие дети, вас ждут здесь». — Пап, ты серьёзно? — Виктор развёл руками, но, несмотря на упрек, улыбался во все зубы. — Абсолютно! — Андрей Сергеевич отложил табличку и шагнул навстречу. — Сын. Они обнялись крепко, по-мужски с хлопком по спине. И когда Сменкин-старший отстранился, Маша заметила, какие у него тёплые и влажные глаза. — Соскучился. — сказал он глухо. — Вы надолго? — На неделю, — ответил парень. — Потом в Москву. — И то хлеб. — Андрей Сергеевич перевёл взгляд на Цветкову и его улыбка стала ещё мягче. — Маша, здравствуй! Сколько я о тебе слышал, уже столько лет знаю, а вижу всего второй раз. — Здравствуйте, Андрей Сергеевич! — сказала шатенка, чуть смущаясь. — Спасибо, что встретили. Мужчина шагнул к ней и обнял — бережно, как дочь. Без лишней фамильярности, но так искренне, что у Марии защипало в носу. — Поехали скорее! Мама там уже вся на нервах, что вы тут голодные. Дорога до дома заняла час. Девушка смотрела в окно на питерские дворы-колодцы, на старые здания с лепниной и думала о том, как мало она знает о жизни Виктора до академии. Здесь он вырос, здесь бегал по тротуарам, здесь влюблялся в первый раз. Какая-то часть его навсегда осталась в этом городе. Дом оказался в тихом, спальном районе. На четвёртом этаже хрущёвки за дверью начиналось совершенно другое пространство: уютное, пахнущее выпечкой и сушёными травами. В прихожей горел торшер, на вешалке висели четыре шарфа: для папы, мамы и Вика с Кирой, как поняла Цветкова. Из кухни вышла Карина Витальевна — невысокая женщина с добрыми морщинками вокруг глаз в цветастом фартуке. — Приехали! — всплеснула она руками. — Мои хорошие! Виктор подставил щеку для поцелуя, но женщина сначала обняла его, прижав голову сына к своему плечу. — Мам, я уже большой. — пробормотал шатен в её фартук. — А мне всё равно. — отрезала Карина Витальевна и переключилась на Машу. — Машенька! Имя прозвучало так ласково, так по-домашнему, что девушка растерялась на секунду, а женщина обняла и её. — Пойдемте скорее на кухню, я там борщ сварила, пирогов напекла. Вы с дороги голодные, я знаю. — Карина Витальевна, можно я помогу? Накрою на стол или… — Мария автоматически сделала шаг в сторону кухни. — Сидеть! — строго скомандовала женщина и тут же смягчилась. — Машенька, ты гостья. Тем более после командировки! Отдыхай. — она усадила шатенку на табурет у окна, пододвинула чашку с чаем и тарелку с домашним печеньем. Вик уже ушёл с отцом в комнату разбирать вещи, и Мария осталась со Сменкиной наедине. — Как долетели? — спросила Карина Витальевна, нарезая хлеб. — Не очень устали? — Нормально. — ответила Маша, сжимая тёплую чашку. — Устала, но это от работы. Вик молодец! Это он придумал к вам заехать. — Это он в меня. — улыбнулась женщина. — Я тоже, бывало, после тяжёлой недели говорила: «Всё, едем к маме». Потому что дом — это место, где тебя не спрашивают про работу, а спросят, сыт ли ты, и накормят. Цветкова опустила глаза. Она вдруг остро, почти до боли, почувствовала, что никогда не слышала такого от собственной матери. Её родители были людьми правильными, но холодными. Заботу они выражали через контроль, любовь — через деньги. Никто никогда не валял для неё войлочные тапочки и не спрашивал: «не устала ли она?» Карина Сергеевна, должно быть, заметила, как дрогнули губы девушки. Она оставила хлеб, вытерла руки и села напротив. — Маш, можно я тебе кое-что скажу? — Да, конечно. — Я хочу, чтобы ты знала: здесь ты можешь быть как дома. Правда. — женщина взяла её за руку. — Вик выбрал тебя. Для нас это значит, что ты — наша дочь. Не невестка, не девушка сына. Дочь. И мы тебя любим уже просто за то, что ты есть. И за то, что ты делаешь нашего сына счастливым. Это видно, знаешь ли. — Мария не выдержала. Слеза скатилась по щеке, но она быстро вытерла её тыльной стороной ладони. — Извините, — прошептала шатенка. — Я не плачу обычно. — Глупости! — Карина Витальевна сжала её ладонь. — Это нормально. И не извиняйся, ты дома. К ужину стол ломился. Борщ с пампушками, пироги с капустой и с мясом, картошка с укропом, соленья собственного засола… Цветкова никогда не видела столько еды на одном столе. Вик помогал отцу накрывать, а Сменкина то и дело подкладывала девушке то кусочек пирога, то ложку сметаны. — Мам, Маша лопнет! — усмехнулся Виктор. — Ничего, пусть набирается сил! И в этот момент щёлкнул замок входной двери. — А это ещё кто? — удивился Андрей Сергеевич, выглядывая из кухни. В прихожей раздался голос, который Мария узнала бы из тысячи: — Мам, пап! Мы к вам без предупреждений, по пути решили заскочить! — Кира замерла, когда увидела, кто сидит за столом. Они с Цветковой встретились взглядами. Сначала шок, потом неверие и осознание. — Маша?! — Привет? — Мария засмеялась, наблюдая за ошарашенным взглядом подруги и ее мужа. Стул девушки едва не упал, когда она вскочила. Кира бросилась к ней, и подруги столкнулись в объятиях посреди кухни. — Ты откуда тут?! — удивленно воскликнула Мещерякова в плечо подруги. — Мы решили перед возвращением во Владивосток заехать в Питер… Я не думала, что вы приедете, хотела завтра сделать сюрприз. — Мы на час заскочили, а тут вы, вот так сюрприз! — Кира отстранилась, не веря своим глазам. — Мам, почему ты ничего не сказала? — Это я попросил… — вставил брат, поднимаясь, чтобы тоже обняться с сестрой. — Планировался сюрприз. — Так, а ну присядем! — девушка потянула Марию за рукав. Артём все это время стоял в дверях с тортом в руках и растерянно улыбался. Когда все более менее успокоилось, он прошел вглубь кухни и поставил десерт на стол. Карина Витальевна тут же вскочила, целуя Мещерякова в обе щеки и усадив того за стол, стала хлопотать над тарелками для дочери и сына. За ужином говорили обо всём и ни о чём. Отец на пару с Кирой рассказывал смешные истории про Вика в детстве, который в свою очередь делал вид, что хочет провалиться сквозь землю. Мама показывала Марии фотоальбомы. Артём и Виктор обсуждали какой-то новый гаджет. Цветкова смотрела на всё это и чувствовала, как внутри разливается что-то тёплое и уютное. — Ты чего такая тихая? — спросила Кира, наклоняясь к ней. — Я счастливая. — просто ответила Маша. — Наверное, просто не привыкла. Мещерякова ничего не сказала. Только взяла подругу за руку под столом. После ужина, когда Кира с Артёмом уехали, пообещав встретиться завтра снова, Сменкин и Цветкова прошли в его старую комнату. Здесь всё осталось так, как было много лет назад: плакаты на стенах, старый глобус, стопка книг на подоконнике, письменный стол с выцарапанной на нём надписью «Вика здесь нет». — Ничего не трогали? — спросила Маша, оглядываясь. — Мама сказала: «Пусть стоит, будет комната внуков». — Виктор усмехнулся. — У неё планы на нас, как ты поняла. Цветкова подошла к окну. За стеклом темнел питерский двор, горели окна напротив, где-то лаяла собака, но это все было так неважно сейчас. — Вик, — сказала она тихо. — М? — Я очень рада, что у тебя такие родители. — девушка обернулась, шатен стоял в дверях, прислонившись к косяку. — Я всегда это знал, — сказал он, — но сегодня особенно. Когда увидел, как мама тебя обнимает… — Они приняли меня. По-настоящему. — Мария сглотнула. — У меня никогда такого не было. Мои родители… они хорошие. Но они не умеют толком выражать любовь или не хотят. Я не знаю, поэтому всегда думала, что со мной что-то не так. Что я недостаточно хороша, чтобы меня вот так… просто любили. За то, что я есть. — Маша, посмотри на меня. — Виктор подошел к девушке, и она подняла глаза. — С тобой все в порядке. Ты — лучшее, что было в моей жизни. И я не говорю это, чтобы тебя утешить. Это просто факт. Мои родители это видят, Кира это видит, все наши друзья это видят. А то, что твои собственные родители не разглядели — это их потеря, не твоя. Мария молчала, на ее глаза снова наворачивались слезы. — Я не могу заменить их, — продолжил Сменкин, — и не буду пытаться. Но я могу любить тебя. Столько, сколько смогу. Каждый день. И мне кажется, это перекроет всё остальное. — он поцеловал её мягко, бережно, удерживая ладонями за щеки. — Спасибо! — прошептала Маша, уткнувшись ему в плечо. — За что? — За то, что выбрал меня. Виктор погладил её по голове и ничего не ответил. Просто стоял и держал её, пока за окном совсем не стемнело.***
Санкт-петербург в последнее время радовал жителей города солнцем и волшебными закатами. В городе было по-летнему тепло. Алена по возвращении из Кореи почти сразу отправилась в культурную столицу в качестве жюри на открытие танцевального чемпионата. Получив приглашение, девушка была несказанно рада, к тому же Кира еще пару недель назад сказала, что им непременно нужно будет встретиться, как только Рыжова вернется из заграницы. В Санкт-Петербурге не осталось почти никого из их компании. Филипп после окончания школы поступил в Москву, да и перебрался туда поближе к Снежке, Александр поступил аналогично, а Виктор вообще путешествовал с Машей и большую часть времени они проводили в Южной Корее, периодически перемещаясь во Владивосток. Так Кира с Артемом остались одни в Питере. Однако жизнь не переставала сталкивать ребят друг с другом, так что друзья регулярно пересекались, приезжая в город по делам. Так и Алена договорилась встретиться с Мещеряковой сразу же после окончания первого дня чемпионата. Время пролетело незаметно, и вскоре девушка оказалась в Петербурге. Оставив вещи в номере отеля, она отправилась прямиком в один из концертных залов города. У здания уже толпились участники чемпионата, тренера и зрители. От увиденного у Рыжовой на секунду замерло сердце. За время выступлений в Корее она совсем забыла ту суетливость перед собственными выступлениями и выступлением её команд. Здесь все ощущалось как-то иначе, и сейчас сердце девушки невольно сжалось от воспоминаний, она определенно была рада оказаться вновь «в своей тарелке». Пройдя охрану и регистрацию, девушка обратила внимание на спешку всех, кто находился внутри. Мимо нее так и сновали девочки и мальчики разных возрастов, их родители, которые поправляли детали костюмов, а также тренеры, то и дело дающие наставления перед номером. — Добрый день, вы же Алена Ярославовна Рыжова? — кареглазая брюнетка возникла перед Аленкой внезапно, тепло улыбавшись. — Да, все верно. — девушка мягко улыбнулась в ответ. — Замечательно. Я Алина, один из организаторов. Давайте провожу вас до зала и расскажу, что где находится. И девушка повела по коридорам, параллельно рассказывая дополнительную информацию о чемпионате, спонсорах и призах. Многое Алена запоминала и даже частично отмечала себе в заметках, чтобы в будущем, возможно, привезти на чемпионат своих сорванцов. — Присаживайтесь, пожалуйста. Открытие произойдет буквально через пятнадцать минут. — Алина улыбнулась на прощание и растворилась в толпе. Ровно через пятнадцать минут зазвучали первые фанфары, и ведущие вышли на сцену под громкие аплодисменты. Совсем вскоре перед зрителями уже зажигал первый танцевальный коллектив, открывающий чемпионат. Время пролетело незаметно, поэтому, когда объявили перерыв, Рыжова сильно удивилась, потому что предполагала, что прошло около часа, а не три. Полчаса было достаточно, чтобы выйти на улицу и насладиться свежим весенним воздухом, поэтому Алена направилась именно туда. Улыбка не переставала сиять на лице девушки. Каждый номер рассказывал о своей неповторимой истории, что оставляла определенный след в сердце и бурю эмоций в душе. Когда девушка заходила внутрь здания, то была внезапно окликнута: — Алена! — неожиданно прозвучало откуда-то из-за спины. — Ален, привет! — Катя! — обернувшись, Рыжова была крайне удивлена. — Привет! Не сговариваясь, девушки подошли друг к другу, обнявшись в качестве приветствия, а потом на секунду нерешительно замерли. После той ситуации на выступлении Орлова ушла из коллектива Милены, и девушки стали видеться в разы реже. — Как ты? Как твои дела? — тепло улыбнувшись, спросила Алена, чувствуя, что между ней и Катериной больше нет той дерзости со школьных времен, это был скорее искренний интерес и радость увидеть знакомое лицо. — Да все хорошо. Сегодня выступают два моих коллектива. Средняя группа была до перерыва, а сейчас как раз будет старшая. — на шее Кати висел бейджик тренера, а в руках она держала сразу несколько кофт, оставленных ей на хранений детьми. — А ты какими судьбами? Рассказывай, чем занимаешься. — Ого, — протянула Рыжова, радуясь, что работа Орловой сложилось весьма удачно, — а я сегодня в жюри. Неделю назад вернулась из Кореи, куда поехала в качестве танцовщицы. — после этих слов глаза Катерины удивленно округлились. — Ален, ты сейчас серьезно? — получив в ответ кивок, девушка продолжила. — Это же очень круто! Я так за тебя рада! — в глазах Кати читалась искренняя радость, от чего в душе Рыжовой разлилось приятное тепло, а правая рука машинально потянулась поправить бейджик. — Ой, ты уже замужем? — Ну почти. Пока в статусе невесты. — девушка потянулась к кольцу, что аккуратно располагалось на безымянном пальце. — А кто жених, если не секрет? — их недолгая беседа содержала столько искренности, что для самих девушек было удивительно вот так просто общаться, как будто они хорошие давние знакомые. — Саша Абрикосов. — протянула Алёнка, и память любезно подкинула воспоминание о том, как несколько лет назад ребята и сами выступали в паре с номером на похожем конкурсе. — Ой, я так рада за вас! Ты прям сияешь. — Катерина на секунду замялась, а потом продолжила. — Ален, если ты не против, то я бы очень хотела как-нибудь встретиться с тобой в неформальной обстановке. Прости меня за всё, что было в школе. Я совершила немало ошибок, создавая неудобства другим. Извини меня. — Все хорошо! — Рыжова никак не ожидала услышать такого от Кати сейчас. — Я тоже была бы рада встретиться с тобой, и до среды буду в Питере. Можешь написать в любой из удобных тебе дней. — Отлично! — девушки даже довольно хлопнула в ладоши. — Тогда до встречи, а то мне уже к детям пора. Была рада увидеться! — И я рада тебя видеть! — в завершение они обнялись, будто настоящие подруги, и разошлись в разные стороны. Уж кого-кого, а Катю Алена точно никак не ожидала увидеть. Однако эта встреча оставила такое приятное впечатление, что все школьные терки мигом вылетели из головы. Обе девушки изменились с момента выпуска, отпустив прошлые обиды. Пройдя в зрительный зал, Рыжова написала сообщение Александру о встрече с Катериной и о том, как все изменилось. Как только сообщение было отправлено, прозвучали первые фанфары, и на сцене вновь сменялся коллектив за коллективом. Любуясь очередной хореографией, Алена сразу узнала знакомые движения и связки. Это определенно была работа Кати. Затаив дыхание, девушка не отрывалась до самого финала, а потом рука сама собой потянулась к телефону, где все еще в контактах в числе многих школьных знакомых числился номер Орловой.Катя, это полный восторг! Это же твои сейчас выступали? Я сразу узнала по знакомым связкам. Твои девочки просто огонь, я до конца номера оторвать от них взгляд не могла. Настолько чисто выполнили!
Честно написала Алена, и через некоторое время получила сообщение со словами благодарности от Катерины. Вторая часть первого дня чемпионата прошла не менее круто, чем первая, поэтому время пролетело незаметно, и вскоре Рыжова уже ехала на встречу с Кирой, захватив небольшой пакет с подарками из Кореи. Когда девушка зашла в кафе, Мещерякова уже сидела за столиком, листая меню. — Алена! — заметив подругу, девушка радостно помахала ей рукой. — Привет! — Привет-привет! — обнявшись, они уселись на стулья. — Так, сразу, пока не забыла, держи небольшой подарок из Кореи. Взяв пакет, Кира подняла удивленные глаза на подругу, заметив внутри футболку с автографами многих её любимых в подростковом возрасте айдолов. — Алена, ты сейчас серьезно? Я тебя обожаю! — Мещерякова встала из-за стола и, подойдя к девушке, вновь её крепко обняла. — Я старалась по максимуму собрать всех известных певцов. Здесь, конечно, далеко не все, но хоть что-то. — улыбка не сходила с лица Рыжовой сегодня ни на миг. — Алена, это просто!.. Я тебя обожаю! — в этот момент к их столику подошел официант, который принес чайничек чая с кружками. — Добрый вечер! Готовы сделать заказ? — вежливо поинтересовался парень. Сделав заказ, подруги вновь вернулись к беседе. — Надеюсь, ты не против, что я в твое отсутствие заказала чай. — аккуратно начала Кира, разливая чай по кружкам. В нос моментально ударил запах ромашки и мяты. — Если я не путаю, то это твой любимый. — Ага, мой любимый. — вдохнув приятных аромат, Алена сделала пару глотков. — А что с памятью? Ты вроде бы никогда не жаловалась. — слегка нахмурившись, проговорила девушка. — Да я сама не знаю. Вроде бы все как и всегда… — уголки губ Мещеряковой дрогнули. — Тааак, — протянула Рыжова, заметив, как глаза подруги засияли, — Кира, давай рассказывай! — Ален,.. — девушка мялась, поджимая губы. — У нас с Артемом будет ребенок, я беременна… — Что! — воскликнула рыжая, пристав. — Обалдеть! Я ожидала чего угодно, но не этого… — подруги вновь крепко обнялись. — Я так за вас рада! — прошептала Рыжова на ухо Кире, и в уголках её глаз начали скапливаться слезы счастья. — Как Артём отреагировал? Наверняка, прыгал до потолка? — Арт еще не знает… — натянув рукава свитера на ладони, проговорила Мещерякова. — Я и сама не ожидала, а когда узнала, всё думала, как ему об этом сказать. Ты вообще первая, кто узнал. Я поэтому сразу тебе о встрече написала. — И какой срок? — теперь и глаза Рыжовой сияли. — Пять-шесть недель. Даже не представляю, как Артём отреагирует. — Кир, ты чего? — Алена взяла в свою руку ладонь подруги. — Артём тебя так любит, уверена, что он будет несказанно рад! Если хочешь, я могу поговорить с Сашей, и он как-нибудь намекнет ему. — Да нет, я сама. Просто не знаю, это все так странно. Я не верю, что стану мамой. Это тяжело уложить в голове. — Вот поэтому и не тяни долго, вместе вы точно сильнее. — поддерживающе произнесла Рыжова. — Так ладно, ты лучше расскажи, как живешь, чувствуешь себя и кого больше хочется: мальчика или девочку? — Ой, даже не знаю. Главное, чтобы малыш был здоровый! Диалог пошел своим чередом. Подругам столько всего нужно было обсудить, что одним вечером не обойтись. Жизнь каждой была наполнена своими радостями и печалями, но все это оставалось в стороне, когда им удавалось вот так встретиться и обсуждать все на свете.***
Буквально на следующий же день после встречи с Аленой, Мещерякова решилась. Вздохнув, девушка закрыла крышку коробки и начала перевязывать её белой лентой, и как только красивый бант был затянут, в коридоре раздался звук открываемой двери. — Кира, я дома! Мещерякова быстро открыла прикроватную тумбочку и, положив в ящик коробку, направилась в коридор встретить мужа. — Привет, как твой день? — тепло улыбнувшись, спросила девушка. — Да все хорошо. Вот сегодня наконец-то утвердили с заказчиком тот несчастный проект. Настоящее чудо! — убрав в шкаф куртку, парень протянул пакет. — Держи, твои любимые. В глазах Киры отразился восторг, когда она увидела свои любимые эклеры с белковым кремом. — Спасиибо! — девушка радостно чмокнула мужа в щеку. — Пойдем скорее ужинать. Время пролетело незаметно. Все же все блюда Киры были просто отменными, так что каждый ужин был скорее похож на прием пищи в ресторане, а не дома. Вскоре ребята переместились в зал, где Артем включил фильм и приобнял девушку, которая удобно устроилась на его плече, перелистывая страницы учебника по общей психиатрии, чтобы освежить в памяти материал перед предстоящим зачетом. Учеба в медицинском университете требовала немало усилий, поэтому большую часть свободного времени девушка проводила с книгами, с интересом вникая в написанное. Хоть зима и осталась позади, для поднятия настроения в зале из квартиры всегда висела гирлянда, которая сейчас при выключенном основном освещении добавляла уюта. Поджав губы, Мещерякова натянула рукава кофты до кончиков пальцев и, бросив короткое «сейчас вернусь», направилась в комнату. — Кир, все хорошо? — заметив волнение в её глазах, спросил парень. — Что-то случилось? А девушка не знала, как сказать. Точнее не так, сказать то было легко и просто. Она боялась реакции мужа на сказанное ею, поэтому чувствовала себя не на своем месте, оттягивая момент. — Артем, — она еще больше поджала губы, сжав покрепче маленькую коробочку в руках, — мне нужно сказать тебе кое-что важное. Шатен напрягся и, получив в руки коробку, начал аккуратно развязывать бант. Открыв её, он удивленно воззрился на любимую. — Можешь добавить разъяснения? — попросил он, взяв ладонь Киры в свою. — У нас будет ребенок. — улыбнувшись, тихо произнесла девушка, сжав его пальцы в своей ладони. Такую быструю смену эмоций на лице мужа Мещерякова видела впервые. От полного непонимания он перешел к крайней степени радости. Шатен легко подхватил девушку на руки, закружив перед собой. Опомнившись, он быстро поставил её на ноги. — Кира, это же замечательно! Такая чудесная новость! Я так рад! — эмоции переполняли его. — Ой, прости, тебе, наверное, нежелательны резкие движения. — Все хорошо! — девушка расслабленно выдохнула. Все её страхи сошли на нет. — Кира, ты знаешь, как я тебя люблю! — Артём бережно обнял жену. — Ты давно знаешь? — спустя некоторое время всё с тем восторгом Мещеряков вернулся к коробке, в которой лежали белые пинетки. — Три недели, как узнала, но врач сказала, что срок примерно пять-шесть недель. — сев на диван рядом с мужем, проговорила Кира. Улыбка счастья сияла на её лице. — Все думала, как тебе сказать. Переживала, как ты отреагируешь. — Вот чего-чего, а переживать тебе точно противопоказано! С уверенностью могу сказать, что это второй раз когда я так счастлив в жизни! — с особенной нежность шатен обнял жену. — А первый раз когда был? — с интересом спросила девушка. — Когда женился на тебе. — Артем поцеловал Мещерякову в макушку.***
Был тёплый субботний вечер. Фил и Снежка не спеша гуляли по набережной, держась за руки. Девушка была в своём любимом свитере голубого цвета, который ей подарила Маша ещё в одиннадцатом классе и вот, спустя столько времени он не только не потерял в качестве, но и до сих пор грел сердце Черных, напоминая ей о подругах. На середине моста телефон блондинки завибрировал в кармане, она тут же вытащила его, вдруг что-то важное. Уведомлением оказалось новое сообщение Киры в их общем чате. В последнее время они все реже писали туда, так что каждый раз на лице Снежаны появлялась улыбка. Она открыла чат и… И застыла. — Фил, — её голос стал каким-то странным, удивленным и одновременно неверящим. — Посмотри. Он наклонился к экрану и увидел врачебное заключение после УЗИ, а ниже сообщение от Киры: «Кажется, совсем в нашей семье будет пополнение» Чат взорвался сообщениями и голосовыми. Алёна написала о том, что узнала об этом первая и отправила смайлик с высунутым языком. Позже подключился и Артем, который отметил, что безумно счастлив и рад разделить этот момент с друзьями. Снежка отправила свои поздравления и прижав телефон к груди, выдохнула: — Боже, они станут родителями. Родителями, Фил! Помнишь, еще в школе Кира говорила, что не хочет детей до тридцати? — По-моему она говорила, что не хочет детей, пока не встанет на ноги. — поправил Филипп с лёгкой улыбкой. — Точно… Ребята отошли к парапету, откуда был прекрасный вид на мерцающую в лучах заходящего солнца воду. Снежана всё ещё улыбалась, но теперь уже задумчиво. — Знаешь, — сказала она, глядя вдаль, — я почему-то всегда думала, что сначала надо всё идеально выстроить: работу, квартиру, накопить… А потом оказывается, что это «идеально» никогда не наступает. Просто в какой-то момент ты понимаешь, — вот оно. Сейчас уже можно. Черных молчал. Он смотрел не на воду, а на неё, любуясь красотой своей девушки. — Я тоже так думал, — тихо сказал блондин. — А потом понял, что единственное, без чего я не смогу — это без тебя. Всё остальное достроится. — Фил, ты о чём? — Снежка повернулась к нему. — О том, что я готов к нашему совместному будущему. И ужасно жду, когда смогу понять, какого это быть отцом. Она замерла. Ветер шевелил её волосы, заставив Черных сделать небольшой шаг вперед и осторожным движением заправить волосы за ухо. — Ты серьёзно? — спросила девушка шёпотом. — Полностью. И не только я. Посмотри на нас. Мы справлялись с вещами, которые казались невозможными. А тут… Снежана вдруг рассмеялась звонко, счастливо, немного испуганно и обняла его так крепко, что он крякнул. Потом отстранилась, шмыгнула носом и вытерла глаза рукавом. — У нас нет плана, — проговорила блондинка. — У нас никогда не было плана, Снеж. Мы всегда плыли по течению и оказывались в лучших местах. Она помолчала секунду, потом кивнула. — Ладно, я не против. Но сначала — надо поздравить Киру. — Согласен. — Фил полез в телефон. — И знаешь что? Я кое-что придумал. — Ох, сейчас начнётся. — Нет, слушай. Мы спишемся со всеми и в ближайшие выходные приедем в Питер к Кире и Артему с цветами, тортом и, не знаю, детскими пинетками. Сделаем им сюрприз! Снежка сначала округлила глаза, а потом расплылась в улыбке. — Ты хочешь сказать, что мы всей толпой ворвёмся к будущим молодым родителям? — Именно. С шампанским для нас и соком для них. Пусть знают, что мы рядом. Она снова его обняла, на этот раз молча. А потом ребята пошли дальше — вдоль набережной, мимо влюблённых пар и родителей с колясками. Фил уже строчил сообщения в общий чат, а Черных смотрела на него и думала о том, что сейчас безумно счастлива. Друзья не стали откладывать. Предложение Фила упало на благодатную почву, — чат взорвался согласиями быстрее, чем кто-либо успел спросить про билеты. Блондин скинул ссылку на отель, располагавшийся недалеко от квартиры Мещеряковых, Аленка вызвалась купить торт, Влад и Варя — шарики и пинетки. — Я не верю, — проговорила Снежка, глядя на экран. — Мы реально собираемся всей компанией? — Похоже на то, — усмехнулся Филипп. — Только предупреди Киру, чтобы была на связи, но не говори зачем. Пусть думает, что просто цветы доставим. — Ты такой коварный! — Я просто романтик.***
В субботу утром когда Москва только просыпалась, они уже сидели в «Ласточке», устроившись у окна. Снежка дремала на плече у Черных, укрывшись его курткой, в то время как парень пил кофе из картонного стаканчика и смотрел, как за стеклом мелькают дачи, перелески и редкие станции. Алена и Саша сидели сидели напротив. Ребята встретились прямо на вокзале — сонные, с большим рюкзаком и термосом, но безумно радостные. — Фил, мы виделись три месяца назад! — воскликнула Рыжова, обнимая его так, будто он вернулся из кругосветки. — Я знаю, — улыбнулся он. — Работа… Да и ты путешествуешь, не сидя на месте. — Ох уж эта взрослая жизнь, — фыркнула Алена, но без злости. Саша пожал другу руку и обнял Снежку. Всё как в старые добрые времена. Ближе к Санкт-Петербургу все оживились. Они достали бутерброды и включили какой-то старый фильм на планшете. Разговаривали вполголоса, смеялись над воспоминаниями, иногда замолкали и просто смотрели в окно. — Странно, — сказала Алена, когда поезд замедлился перед въездом в Петербург. — Мы живём в одном городе, а видимся реже, чем люди из разных городов, а в нашем случае и разных стран. — Это мы исправим, — твёрдо сказала Снежка. — Я теперь буду вас вытаскивать силой! — Ничего не могу обещать, дедлайны горят. — усмехнулся Саша. — А у нас вообще-то дружба, — парировала Снежана. — И она важнее дедлайнов.***
Отель оказался маленьким, но уютным. На ресепшене их уже ждали ключи, а в небольшом лобби сидели Маша и Вик. — Наконец-то! — Мария вскочила первой и бросилась обниматься, чуть не сбив Снежку с ног. — Мы вас заждались! — Вы когда прилетели? — спросил Фил, пожимая руку Виктору. — Вчера днём. Уже успели погулять по Невскому, съесть по пышке и выспаться. — Сменкин выглядел отдохнувшим и умиротворённым. — Маша сказала, что лопнет, если мы не поедем. Ну, а я бы не хотел лопнувшей жены. Мария рассеялась, толкнув локтем парня. — А вы как из Владивостока вырвались? — удивилась Алена. — Это же девять часов разницы! — Ой, — отмахнулась Цветкова, — я перенесла все рабочие встречи на утро, спала по четыре часа, зато здесь. И знаете? Я настолько соскучилась, что даже не думала о другом варианте. Вообще. — Мы семья, а когда семья зовёт, никакие часовые пояса не важны. В лобби повисла тёплая тишина. Потом Снежка шмыгнула носом, и все засмеялись. Через час в здание ворвались Варя и Влад — заспанные после перелёта из Новосибирска, но с огромным букетом для Киры и килограммом сибирских конфет «для поднятия настроения». — О боже, — Варвара завизжала, увидев всех, поскольку в течение года не виделась ни с кем из друзей. — Я сейчас расплачусь! — Мы все расплачемся, — поддержала Алена. — Так, дайте я вас хотя бы обниму сначала! Девочки столпились в кучу. Обнимались, гладили друг друга по спинам, кто-то всхлипывал. Фил с улыбкой переглянулся с Владом, Виком и Сашей и молча кивнул. Без слов было понятно: «У нас лучшие девчонки». К Кире и Артёму ребята отправились всей толпой. Они остановились у двери, переглянувшись. Снежка держала торт, Маша с Аленой — шарики, Влад — тот самый огромный букет. Александр нажал на звонок и сразу загородил глазок ладонью. — Ты уверен? — шёпотом спросила Алена. — Нет, — так же шёпотом ответил Саша, вспомнив то, как они с Артом любили развлекаться в детстве. — Но будет весело! За дверью послышались шаги. Щёлкнул замок и дверь отворилась. Ее открыл Артём. В домашней футболке, растрёпанный, с кружкой чая в руке. Он увидел их. Кружка медленно опустилась. Глаза стали круглыми — сначала как блюдца, потом как тарелки. Челюсть отвисла. — Вы… вы чего… — прошептал шатен. — Вы откуда? — Тсс, — Фил приложил палец к губам. — Зови Киру! Мещеряков моргнул, потом вдруг улыбнулся широко, по-детски и быстро закивал. — Кир! — позвал он, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Тут к тебе пришли. — Кто? — из коридора донеслось шлёпанье тапок. — Курьер? — Угу. — Артём отошёл в сторону, пряча улыбку. Мещерякова вышла в длинной кофте с небрежным пучком на голове и телефоном в руках, собираясь заснять для ребят то, как забирает их подарок, и увидев толпу, замерла. Кира открыла рот. Закрыла и открыла снова. — Ого,.. — её голос сорвался, а потом девушка завизжала. Так звонко, что, наверное, было слышно на соседних этажах. Она бросилась вперёд, чуть не споткнулась о порог, и повисла на Снежке, Маше, Аленке и Варе одновременно. Плечи её тряслись — от смеха или слёз, непонятно. Наверное, и то, и другое. — Я думала, вы просто цветы пришлёте! Думала, вы заняты, что работа… — Мы заняты, — сказала Мария, уткнувшись носом в Кирину макушку. — Тобой. Парни остались в дверях, переминаясь с ноги на ногу, пока девчонки обнимались. Артём смотрел на это, вытирал глаза свободной рукой и всё повторял: — Ну вы даёте. Ну вы реально даёте. — Поздравляю! Мы теперь будем приезжать часто. Смирись. — Саша подошёл к нему, дружески хлопнул по плечу. — Да хоть каждый день! — выдохнул Мещеряков. — Только предупреждайте. Сердце не железное! В коридоре было тесно, шумно и пахло цветами, шоколадом и чем-то ещё — тем самым, домашним от чего щиплет в носу. Кто-то включил чайник, кто-то искал тарелки для торта, а Кира всё не отпускала подруг. Снежка посмотрела на Фила, что стоял в дверях, прислонившись к косяку, и улыбался — той тихой, счастливой улыбкой, которую она видела только в самые лучшие моменты. Мы дома, — подумала она. И поняла, что дом – это не Москва, не Питер и даже не их квартира. Дом – это когда все, кого ты любишь, в одной комнате.Конец
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!