Часть 14: Гермиона

Драко не мог решить, как спланировать их свидание. Сначала он хотел попытаться воссоздать их первое свидание, которое было в Хогсмиде, но боялся, что их увидят до того, как они будут готовы что-то сказать прессе. Он задавался вопросом, что произойдет, когда все это выйдет наружу — он предполагал, что это произойдет вскоре после того, как в новостях появятся новости о разводе, а сам суд будет широко освещаться. Это не означало, что его и Гермионы зарождающиеся отношения будут сразу же раскрыты, если только Астория или его отец что-нибудь не скажут, а он не представлял, что они это сделают. Наконец он решил отвезти Гермиону в небольшой ресторан, в который они ходили в медовый месяц. Поскольку они держали свадьбу в тайне, чтобы избежать прессы, их короткий медовый месяц прошел в маленькой прибрежной деревне, где они почти не покидали свой номер в отеле, за исключением того, чтобы поесть и иногда сходить на побережье. Он надеялся, что она вспомнит это место и то, как им там понравилось. Не то чтобы он хотел зайти дальше, чем она хотела — это произойдет в свое время, если ему повезет. Его сердце ныло, когда он вспоминал дни после первой травмы. То, как грубо и пренебрежительно он говорил с ней, как зло смотрел на нее. Он видел тогда боль на ее лице, но проигнорировал ее в пользу своих родителей, которые, узнав о потери памяти, вернулись, чтобы попытаться захватить власть над ним. Он все еще помнил тот ужасный день, когда он сказал Гермионе, что хочет развода.

***

Он посмотрел на дверь дома, места, которое он делил с грязнокровкой, все еще не смея поверить, что женился на ней. Если бы не временные рамки, он бы поклялся, что они, вероятно, поженились, потому что она залетела, но он знал, что это не так. Временное помешательство. Должно быть, так оно и есть. Он открыл дверь и провел маленького Скорпиуса внутрь, вернув его после визита. Гермиона была на кухне, она готовила ужин и вышла с полотенцем в руках, когда они вошли в гостиную. Она бросила на Драко полный надежды взгляд, тщетно ища что-то, что показало бы, что он помнит, что любит ее, и снова разочаровалась. Она протянула руку сыну. — Хороший визит, малыш? Скорпиус подбежал к Гермионе и прыгнул ей на руки. — Да, мамочка. Я увидел павлинов. — Павлины, милый, — сказала Гермиона. — Они очень красивые, не правда ли? Она снова посмотрела на Драко и увидела, что он хочет поговорить. Она опустила Скорпиуса на землю. — Почему бы тебе не убрать свои вещи, пока мы с папой разговариваем? Скорпиус взял свою сумку и побежал в свою спальню, оставив их наедине. — Я не буду ходить вокруг да около, Грейнджер, — усмехнулся Драко. — Мне нужен развод. Гермиона ничего не сказала, но почувствовала, как слезы наворачиваются на глаза. — Я не понимаю, как все это произошло, и мне все равно. Я хочу уйти. — Я… — Гермиона провела рукой по глазам. — Полагаю, у меня нет выбора, не так ли? — Нет, — ответил Драко. Он вытащил из кармана какие-то бумаги. — Отец составил их. Я возьму полную опеку над мальчиком. Его нужно воспитывать в приличном доме. Гермиона побледнела. — Нет, — выдохнула она. — Пожалуйста. Он — все, что у меня осталось, Драко. Ты не можешь забрать его у меня. Я его мать. — Я найду ему новую, — сказал Драко. — Кого-нибудь более подходящего. Он положил бумаги на стол. — Извини, что так вышло, Грейнджер. Она могла видеть, как что-то промелькнуло в его глазах. Было ли это сожаление? Печаль? Это быстро сменилось холодным взглядом, к которому она так привыкла за последние несколько недель. Она боролась, чтобы удержать Скорпиуса. Боролась упорно. Она наняла лучшего адвоката, и даже с помощью Гарри они не смогли преодолеть чистокровный фаворитизм, который новый министр ввел в Визенгамот. Драко содрогнулся от воспоминаний и задался вопросом, как она вообще могла заставить себя поговорить с ним. Если бы ситуация была обратной, он не знал, что бы он чувствовал по этому поводу. Лучшее, что он мог сделать, это попытаться загладить свою вину перед ней, попытаться заставить ее увидеть, что он помнит ее и все, через что они прошли вместе, и он надеялся, что этого будет достаточно.

***

Они вместе прогулялись по набережной после восхитительного ужина в маленьком ресторанчике, и Драко был рад, что Гермиона, похоже, наслаждалась вечером. Он осторожно взял ее за руку, пока они шли, следуя по тому же маршруту, по которому они гуляли во время медового месяца. Они говорили о Скорпиусе, а Драко рассказывал о том, как управлял парижским филиалом Malfoy Enterprises, и они вспоминали счастливые времена их брака. Это было похоже на старые времена, между ними было тепло, что очень обрадовало Драко. Они сели на песок и некоторое время смотрели на воду, и Драко обнял ее, улыбаясь, когда она положила голову ему на плечо, и он поблагодарил Мерлина за этот шанс.  Гермиона улыбнулась. — Тут очень мило. Спасибо, что привел меня сюда. — Спасибо, что пошла со мной, — ответил Драко. — Мерлин знает, что я не заслужил ни единого шанса. — Конечно, заслужил, — сказала Гермиона. — Я должна сказать тебе правду и признаться, что сначала не хотела этого делать. Луна, конечно, меня отговорила. Я не знаю, как она это делает, но это как будто она может заглянуть тебе в душу. — Мне придется послать ей цветы, — сказал Драко. — Она бы предпочла редиску, — пошутила Гермиона. Драко рассмеялся и согласился. Гермиона села и посмотрела на него. — Я думаю, мы оба корим себя за прошлое по разным причинам, и хотя Луна была права, я думаю, что Гарри сыграл в этом большую роль. Он мог бы сказать тебе отвалить, когда ты пришел к нему, но он этого не сделал. Он стал лучше читать людей с тех пор, как присоединился к МКМ, и я поняла, что если он поверил тебе, то, возможно, мне тоже стоит дать тебе шанс. — Итак... что это значит? — спросил Драко. — Ты когда-нибудь сможешь простить меня? — Уже простила, — сказала Гермиона. Драко выдохнул, успокоенный ее словами. — Я... я хотел бы попробовать... может быть, начать все сначала? Мы потеряли так много времени. Очевидно, все изменилось — мы стали другими людьми. Но я хотел бы изучить эти изменения... посмотреть, сработает ли это. В конце вечера он отвез ее обратно в коттедж и, держа ее руки в своих, посмотрел ей в глаза. — Могу ли я поцеловать тебя? Он жаждал этого с тех пор, как впервые увидел ее снова, но сдерживался, не желая ее напугать. Гермиона кивнула. Он коснулся ее губ своими, затем приблизился для более глубокого поцелуя. Это было похоже на возвращение домой — мягкость ее губ, запах ее шампуня вторгались в его чувства. Он не хотел останавливаться, чувствовал, как ее руки обнимают его, как ее пальцы проникают в его волосы. Он притянул ее к себе так близко, как только мог, не желая отпускать. Наконец, с большим усилием, он отстранился со вздохом. — Я скучал по этому, — сказал он, прижав свой лоб к ее. Он боролся с желанием прижать ее к двери и зайти дальше. — Я должен уйти, — сказал он. Гермиона наклонилась и взяла его за руку. — Останься. Останься со мной на ночь. — Ты уверена? — Уверена. Он последовал за ней внутрь, пока она включала свет и гладила Хьюго. — Гермиона, серьезно, откуда ты взяла этого кота? У Хагрида? Он огромный. Драко изучал рыжего кота, который сначала уставился на него, а затем начал лизать свою лапу. — Ну да, Хагрид действительно приложил к этому руку, — сказала Гермиона. — Я его осмотрела, и он в порядке. У него нет жала, он не вырастает до десяти футов или что-то в этом роде. Он просто… очень большой. — Он, должно быть, выгонит тебя из дома и съест всю семью, — пошутил Драко. — Он действительно много ест, — согласилась Гермиона. — Но это не так важно, у меня не так много расходов. Я могу себе это позволить. — Полагаю, я никогда не спрашивал, — сказал Драко. — Но это значит, у тебя все в порядке? — У меня всегда были простые вкусы, — ответила Гермиона. — Гарри настоял на покупке коттеджа и отказался позволить мне вернуть ему деньги. Теперь я знаю почему, полагаю. Я всегда думала, что это потому, что он жалел меня. Я отремонтировала его с помощью Луны и Невилла, и мои единственные расходы — это содержание дома, еда, книги и корм для этого парня. — Но продажи твоих романов... — Драко задумался, подсчитывая все написанные ею книги. — Они просто отправляются в хранилище, — пожала плечами Гермиона. — Я подумала, что если со мной что-то случится, деньги будут разделены между детьми Гарри и Рона. — Я горжусь тобой, — сказал Драко. Он обнял ее. — Ты так хорошо справилась, но я всегда знал, что ты справишься. Мне просто жаль, что я не мог быть там, чтобы увидеть это. Но теперь я буду рядом. Он наклонился, чтобы снова поцеловать ее. — Ты стала еще прекраснее, — прошептал он, проводя пальцами по ее волосам. — Намного красивее, чем я когда-либо мог себе представить. — Как и ты, — ответила Гермиона, позволяя себе раствориться в его объятиях. — Я всегда считала тебя красивым, и это не изменилось. С возрастом ты стал только лучше. — Я не настолько стар, — ухмыльнулся Драко. — У нас еще много лет впереди. — Он проложил дорожку поцелуев по ее шее, задерживаясь на ее любимом месте. Он хотел большего. Он хотел наверстать упущенное время. Он хотел вернуть свою жизнь. Но была ли она готова? Простить его и принять его в своей постели — это две разные вещи, и ему нужно было убедиться, что она тоже этого хочет, и что он не торопит события. Он снова поцеловал ее и отступил назад, решив позволить ей взять на себя инициативу. Она притянула его обратно и снова поцеловала, вспоминая, как хорошо они подходили друг другу, и она не была уверена, что хочет сдерживаться. Она вспомнила, как сильно они любили друг друга, как сильно они хотели друг друга, и как хорошо им было вместе. Она хотела этого снова. Она медленно расстегнула его рубашку, снова поцеловав его, и провела руками по его широкой груди, прежде чем снять рубашку и расстегнуть брюки. — Ты уверена? — выдохнул он. Он хотел этого больше всего на свете, этого воссоединения, которого он так жаждал. — Я не хочу, чтобы ты жалела об этом... — Я не буду, — пообещала Гермиона. Она сняла блузку и юбку и встала перед ним, одетая только в нижнее белье. — Я помню. И я хочу вернуть нашу жизнь. — Она прошла в спальню, взяв Драко за руку, и подождала, пока он снимет носки и туфли, прежде чем снять брюки. Они стояли, глядя друг на друга, оба немного смущенные, но жаждущие снова быть вместе. Гермиона взяла Драко за руку, усадила его на кровать и села на его колени. Наконец она слегка коснулась его губ своими, прежде чем он подхватил ее на руки и обжигающе поцеловал, исследуя ее тело жадными руками. Эти ощущения потрясли ее, и она позволила ему расстегнуть застежки ее бюстгальтера и стянуть его. — Такая красивая, — пробормотал Драко, немного откинувшись назад и взяв сосок в рот, посасывая его и проводя по нему языком, одновременно гладя ее, чувствуя, как она извивается под ними. Она ощущала его твердый член под собой и прижалась к нему, пытаясь облегчить напряжение, которое она чувствовала между ног. — Такая красивая, — снова пробормотал он, потянувшись губами к ее другой груди. Его пальцы скользнули вниз между ее ног по ее влажному нижнему белью. — Такая мокрая, — сказал он. Она дернулась, почувствовав, как его руки поглаживают по ее нижнему белью, вспышки удовольствия медленно нарастали, когда он двигал рукой. Но он не хотел торопиться, позволив ей насладиться этими ощущениями. Ощущение ее возбуждения на его пальцах, вызвало у него желание прижать ее к земле и трахнуть до потери сознания, но для этого еще будет время. Как бы Гермиона ни наслаждалась вниманием Драко, она хотела большего — она хотела увидеть его полностью. Она отстранилась от него и попыталась снять с него боксеры, Драко помог ей, приподняв бедра, после чего она повернулась и посмотрела на него.  Он был великолепен. Подтянутый, с алебастровой кожей, мускулистый — она сглотнула, глядя на него. — Моя очередь увидеть тебя, — выдохнул он, садясь, чтобы снять с нее нижнее белье, глядя на нее так же, как она изучала его ранее. Он провел руками вверх и вниз по ее телу, наслаждаясь гладкостью ее кожи, нежностью ее бедер под его пальцами, и тем, как она дрожала от его прикосновений. Он наклонился, чтобы снова поцеловать ее, его пальцы скользнули и прижались к ее клитору. Ответ Гермионы был феноменальным — она вскрикнула, выгибаясь под его рукой, желая больше его прикосновений. Он улыбнулся про себя, исследуя остальную часть ее тела губами, скользя по ее плечам, груди и вниз по ее животу. Он хотел целовать каждый дюйм ее тела, предвкушая оргазм, первый из многих, которые он хотел подарить ей этой ночью. Он сел и двинулся между ее ног, проводя поцелуями линию от ее лодыжки до внутренней стороны бедра на одной ноге и делая то же самое с другой, наблюдая, как она извивается в нетерпении, пока он двигался вверх по ее телу, целуя ее бедра и живот, сжимая ее затвердевшие соски между пальцами. Она запуталась пальцами в его волосах, желая почувствовать его рот на себе так сильно, что она едва могла это вынести. Он чувствовал, как она подталкивает его вниз, и, ухмыляясь, поцеловал ее, прежде чем посмотреть ей в глаза, увидев в них любовь и желание, которые она испытывала к нему. Запах ее возбуждения был слишком привлекательным, чтобы сопротивляться, поэтому он провел языком по ее клитору, обхватив руками ее бедра. Новые ощущения затопили Гермиону, когда Драко обвел ее клитор, прежде чем втянуть его в рот легким посасыванием, заставив ее вскрикнуть и снова выгнуться навстречу ему, заставляя желать большего. Он слышал, как ее дыхание становится прерывистым, когда он двигался, попеременно касаясь ее языком и погружая его, пока она, наконец, не сломалась. Она всхлипывала и стонала его имя кончая, пока он притягивал ее ближе, не позволяя ей отстраниться от него, продлевая ее удовольствие. Заставив Гермиону кончить, он сделался неприятно твердым, и отчаянно желая оказаться внутри нее, он сел и притянул ее к себе, выстраивая свой член против ее входа. Она посмотрела на него с такой любовью и доверием в глазах, что он на мгновение заколебался. — Все в порядке, любимый, — сказала она. — Пожалуйста... Я готова. — Обхватив ее, он прижался к ней и вошел в нее одним толчком. Она зашипела от его размера, и он остановился, ожидая, чтобы позволить ей приспособиться к нему. — Все в порядке, милая? — спросил Драко, закрыв глаза, чувствуя ее тесноту вокруг себя и содрогаясь от удовольствия. Гермиона кивнула и начала двигаться, побуждая его сделать то же самое. Он вышел почти до конца и снова погрузился в нее, застонав и сдерживаясь, чтобы позволить ей кончить первой. Казалось, что они были созданы друг для друга. Она могла слышать, как дыхание Драко становится прерывистым, а его движения становятся все более беспорядочными, когда он приближался к своей разрядке. — Кончи для меня снова, родная, — простонал он. Она вскрикнула, когда он прижал палец к ее клитору, находясь внутри нее, и почувствовала, как распадается на части вокруг него, как сжимается вокруг него. Эти ощущения и его имя на ее губах стали последней каплей для Драко, и с последним толчком он потерял контроль и кончил, прежде чем рухнуть на Гермиону, тяжело дыша. — Я люблю тебя, — прошептал он, проводя руками вверх и вниз по ее телу. — Я больше никогда не хочу быть без тебя. — И не нужно, — прошептала Гермиона.