Принимая как есть, но сопротивляюсь

Когда долгожданная тишина наконец-то заполнила кабинет, а надоедливый свет в последних окнах общежития погас, Василиса откинулась на красную бархатную спинку-подушку золочёного кресла и начала массировать виски, пытаясь унять головную боль, потому что ей предстояла долгая работа с документами, чтобы устроить этого «Владика» на должность преподавателя. Но когда её взгляд упал на часы, которые показывали уже четыре утра, она решила отложить эти дела на предстоящий день, а сейчас пойти спать. Благо, на такой случай у неё был тайный пространственный коридор; стоило ей только щёлкнуть пальцами, как она тут же оказалась у себя дома и, даже не раздеваясь, упала в кровать, проваливаясь в глубокий сон, вещавший в очередной раз о прошлом, от которого бегут все, кто в нём замешан и в ком осталась капля человечности, — сон о двух магических войнах. Ядвига же пришла домой только под утро, поскольку решила заскочить к одному старому знакомому. Несмотря на неодобрительное отношение Владика к нему, Ядвига продолжала поддерживать с ним связь, — друзья всё-таки, как никак. Конечно, в её планы входило только заскочить на полчасика, просто выпить чаю вместе, но… Ах, этот аромат, который манил попробовать, и вкус, сводящий с ума, как только содержимое бутыли попадало на язык… Всё-таки это лучшие настойки во всём, не только сказочном, но и людском мире. Поэтому Ядвиге пришлось стратегически задержаться у него на несколько пузырьков настойки, обсуждение политики сказочного мира и несогласия с жёсткой позицией королевской семьи в отношении людей, а также Шторм-града, жалоб на Владика и того, какой он вредный нынче, и, конечно же, не забывая пожаловаться на то, как Васечка спустя столько лет жизни всё ещё сексуальна и имеет такую крутую попу. И только когда их разговор дошёл до обсуждения упругости и подтянутости ягодиц ректора магического техникума, друг понял, что пора спрятать остатки настойки, пока Ядвига вконец не напилась: всё-таки у него до сих пор болит плечо после того, как Ядвига, напившись, осталась спать у него, а тут пришёл какой-то ЧЕЛОВЕЧИШКА и ГОЛЫМИ РУКАМИ отделал того по полной, после чего забрал Ягу, — так он познакомился с этим Владиком. Яга же, когда у неё забрали так понравившейся ей настойки, начала буйствовать, но из-за помутнения сознания она не смогла нормально колдовать, поэтому просто колотила друга крохотными кулачками, которые тому вовсе не причиняли боли. Её друг, решив, что в таком состоянии её оставлять нельзя, на скорую руку сварил отвар, который ускорял циркуляцию эфира по телу, благодаря чему Ядвига начала трезветь; и когда ей хватило ясности ума, чтобы мысли прояснились, она попрощалась с другом и вышла на крыльцо, чтобы открыть пространственный коридор, — правда, получилось у неё это только с седьмого раза. И вот она наконец-то дома, готова обрадовать Владика радостной новостью. Дверь открывается, и на весь дом раздаётся громогласное — Вла-а-адик, иди сюда, маленький паршивец! Я как ответственная женщина… — Яга сделала паузу в словах, посмотрела в потолок, задумавшись. — Девушка весьма молодого возраста приняла ответственное решение! Ты теперь будешь преподавать в столичной школе волшебства! Лицо Влада, до этого сидевшего и что-то мирно писавшего в своих дневниках, скривилось в гримасе злобы и раздражения. Он выдохнул разгорячённый воздух изо рта с характерным звуком и яростно спокойно спросил — Что ты сделала..? Ты не удосужилась не то что моего мнения спросить, но и даже сообщить заранее! — Он устало потёр глаза пальцами и потом продолжил что-то писать. — Хех, ну да, схитрила чутка, но ты это… Не серчай, в общем, и давай, собирай свои манатки, нам предстоит долгий путь. — Ядвига направилась к полке с книгами. — Ай, какая же я дуреха, какой собираться! — Она развернулась и ушла в свою комнату. Влад выдохнул, подумав, что беда миновала. — Во-о-от, нашла! — радостная Яга опять подошла к полке, но на этот раз в её руках был пыльный льняной… — Я дурочка, собрать книги придумала, а вот куда — нет! Влад, не в силах это терпеть, встал со стула и резко выдрал мешок из рук Ядвиги; его движения и эмоции на лице явно выражали раздражение крайней степени. — Нет! Я же тебе сказал, что никуда я не поеду! Но нет! Тебе же надо вывести меня из себя, только тогда до тебя дойдёт! С тобой же нельзя по-нормальному, ты вообще хоть к чему-то относишься серьёзно, или ты всегда такая…— Он сделал паузу, чтобы вконец не разойтись с гневной тирадой и подобрать наименее ранящее чувства Яги слово. — Ветреная и сумасбродная?! Лицо Ядвиги вмиг стало серьёзным, а глаза слегка заблестели от влаги. — А ты всегда будешь таким циничным идиотом? Ты думаешь, что если тебе плевать на всех, то и всем плевать на тебя! Но это не так, мне на тебя не плевать, именно поэтому я отправляю тебя туда… Ты думаешь, что я не вижу, как ты страдаешь? Не вижу, как ты загибаешься и тонешь в своём прошлом?! Хочешь так и зачахнуть тут в полном одиночестве?! Да пожалуйста, не буду тебе мешать! Но это — только после моей смерти, а пока… Пожалуйста, хотя бы ради меня… — Ядвига уже почти что рыдала. А в это время Влад подошёл к ней и просто обнял, стоял и обнимал её, пока не высохнут слёзы, а потом сказал — Нет. Каждое появление Ядвиги предвещает хаос, уж тем более когда эти появления случаются уж больно часто, как, например, сейчас, спустя три дня с её прошлого появления…Василиса была просто рада, что хотя бы на этот раз Яга появилась не вызывая тревоги, на удивление даже пешком, с мешком и странно большим ящиком, Который размером был чуть больше ее самой, на лямках за спиной, содержимое которого она тщательно скрывала от охраны. И Василиса, в принципе, когда увидела его содержимое, поняла, почему она это делала, но это был только один вопрос с ответом, на как минимум двадцать — без ответа. Перед Василисой красовался стул, на котором сидело нечто, накрытое белой тканью, мычащее и рычащее, безнадёжно пытающееся освободиться от пут, которыми оно было привязано к стулу. И пока Василиса отходила от шока, Ядвига торжественно произносила речь, будто продавая товар на рынке. — И та-а-ак, дамы и господа, дорогая Васечка, представляю вам умного, красивого, харизматичного, почти что нового… — изображая барабанную дробь, постучала пальцами по столу. — Владика! — с этими словами Яга дёрнула с него белую ткань.