"Свадьба"

***

      Величественные колонны зала торжеств Королевства Ветров были увиты изумрудными лозами, на которых алели бутоны, готовые вот-вот распуститься белоснежными лилиями. Потолок источал мягкое, лучистое сияние благодаря множеству парящих свечей. В нескольких метрах от центра возвышалась арка для бракосочетания, словно сотканная из белых цветов, а рядом — медный постамент для регистратора. К нему вел длинный красный ковер, по обеим сторонам которого застыли ряды стульев, предназначенные для почетных гостей. В укромных уголках зала ломились столы, уставленные изысканными закусками.       Королева Ветров, исполненная грации, наблюдала за лихорадочной подготовкой к торжеству, блаженно и удовлетворенно кивая. Возле столов с закусками она заметила мужчину, взволнованно размахивающего списком. Заметив приближение Людмилы, он склонился в глубоком поклоне.       - Королева.       - Как продвигается подготовка? - Женщина выхватила список из его рук, пробегая глазами по строкам.       - Безупречно, королева.       - Гости?       - Все ваши друзья и союзники приглашены.       Взгляд королевы, тяжелый, как свинец, и острый, как сталь, пронзил слугу насквозь.       - Н-не беспокойтесь, стража бдительно охраняет все входы и выходы, ни один незваный гость не проникнет.       - Варя? Где она?       - Ею занимаются служанки, совсем скоро можно будет начинать торжество.       В зал вошел высокий, немного угловатый юноша, одетый в безупречный белый костюм. Нагрудный карман украшал скромный букетик, словно робкое обещание весны. В фиолетовых глазах плескались радость и трепетное предвкушение, однако во всей его осанке чувствовалось тщательно скрываемое волнение. Пряди лиловых волос, непокорно взметнувшиеся вверх, были зафиксированы белоснежной лентой, заменившей привычные очки, открывая миру его необычный, почти неземной взгляд.       Королева повернулась на звук шагов и, увидев своего будущего зятя, засияла еще ярче. Парень, чуть удивленно вздрогнул, ведь за все прошедшие годы он никогда не замечал такой «любви» и радости, когда королева смотрела на него. Сердце тревожно забилось в груди. "Как-то все это непривычно", - пронеслось у него в голове, но Ветерок все-таки благодарно улыбнулся. И в это же мгновение он оказался в объятиях женщины.       - Я так рада, что ты вернулся, - проговорила королева, крепко сжимая его плечи.       - А, да, я тоже рад, королева, - неловко ответил парень.       - Я давно хотела спросить, как дела в Королевстве Иллюзий?       Парень замялся, словно бабочка, пойманная в сети. Несколько месяцев назад в Королевство Ветров, тихий уголок, где жизнь текла размеренно и предсказуемо, ворвалась новость, словно порыв чужого ветра: прибыла делегация из Королевства Иллюзий. Они застали Ветерка врасплох, буквально утопающим в груде свежевыстиранного белья, и ошеломили заявлением: он - наследный принц. Сначала парень, испуганный этой невероятной новостью, робко предположил, что произошла ошибка. Но посланники Иллюзий настойчиво просили отправиться с ними. Выбора, казалось, не оставалось. Ветерок горел желанием попрощаться со своей лучшей подругой, но с горечью вспомнил, что она сейчас вдали, в стенах Школы Магии. И вот теперь судьба совершила головокружительный виток, и он - полноправный король Королевства Иллюзий. Выяснилось, что его мать, которую он помнил лишь по смутным детским воспоминаниям и считал погибшей, оказалась бежавшей из своего мира двоюродной сестрой почившей королевы теней - Арины Морок.

***

      Служанки то и дело сновали вокруг смирно стоящей невесты, которая смотрела на свое отражение, пока по нему медленно скользил солнечный зайчик, словно поздравляя и желая всего наилучшего. Но для принцессы и виновницы этого пышного и благородного торжества радости было мало. С каждой секундой сердце предательски сжималось до размеров крошечной горошины, заставляя разум прокручивать множество других исходов. Поджав губы, она окинула взглядом свое отражение и провела дрожащими ладонями по талии, затянутой в корсет. Не выдержав, она громко вскрикнула:       - Выйдите все!       Горничные, перепуганные резким вскриком принцессы, переглянулись, но послушно вышли, оставив ее одну. Варя подошла к зеркалу и начала пристально всматриваться в свое отражение, внутренне крича от несправедливости. Нет, сама мысль о замужестве с Ветерком не была такой уж плохой, но суть дела в том, что она не выбирала себе мужа сама, что раздражало и вызывало гнев. Сдержав внутренний крик, она подошла к кровати, схватила подушку и с силой разорвала её пополам, удивлённо уставившись на перья, рассыпавшиеся по полу.       - Оказывается, и так могу…       Устало отбросив несчастную подушку, она вновь подошла к зеркалу и закружилась в свадебном платье. Прикрыв глаза, Варя услышала знакомый бархатный голос:       - Варя…       Голос того, кого она желала услышать больше всего. Влад, чертов Влад Морок. Не в силах открыть глаза, она, задрожав всем телом, замерла на месте. Варя боялась, что если она повернется, то его там не окажется, что это всего лишь ее сумасшедшее подсознание играет с самым больным местом. Легкий ветерок коснулся ее уха, словно прошептав отчетливым мужским голосом:       - Я люблю тебя, моя Колючка.       Вздрогнув, она обернулась и, не увидев никого, пустила слезу и чуть слышно заныла, опустившись на колени. Все-таки это было лишь ее подсознание, отчаянное желание, чтобы он был здесь, рядом. Она сжала руки в кулаки, пытаясь успокоиться через боль, но тщетно, так как подсознательно знала, что этот человек никогда не будет с ней. Холодный. Отстраненный. И, самое главное, - происхождение. Варя - светлый волшебник, Влад - темный маг. Осуждение. Реальность. Вонзает невидимые иглы в сердце, причиняя все больше и больше боли.       Дверь распахнулась, впуская вихрь красок: три волшебницы, облаченные в торжественные наряды, вошли в комнату. В центре шествовала Снежка. Её платье фасона «мальвина» было соткано из нежнейшего молочного цвета, плавно перетекающего в небесную лазурь. Россыпь шелковых роз, ниспадавшая с левой стороны, мерцала оттенками синего и белого, напоминая застывшее дно океана, покрытое тонкой коркой инея. Тонкую талию подчеркивал ремешок того же цвета. Слева от нее стояла Маша, в платье-«тюльпане» цвета первой весенней зелени, которое вспыхивало искрами от миллионов крошечных вшитых блесток. Справа же красовалась Алена, в простом, но дерзком платье-«сорочке» ядрено-красного цвета, дополненном строгим черным болеро.       Снежка первой подбежала к девушке, переполненная теми же чувствами. Она давно замечала нервные и неловкие взгляды подруги в сторону темного волшебника, втайне надеясь, что Варя будет с ее возлюбленным. Нежные бледные руки обхватили её дрожащее тело, и она начала гладить ее по спине, шепча утешительные слова, хотя и у самой с каждым словом срывался голос от подступавших слез.       - Девочки, а что случилось? - непонимающе спросила Аленка, усаживаясь рядом в позе лотоса.       - Аленка, скажи честно, ты и вправду такая или притворяешься? - закатывая глаза, промолвила Маша, присоединяясь к кругу.       - Да что? Я думала, Варе всегда нравился Ветерок.       Варя взглянула на Снежку и улыбнулась, с каждым её словом успокаиваясь и собирая воедино растрепанные мысли. Тепло и нежность ее рук, сотканные из зимнего волшебства, словно укрывали коконом из тончайших нитей любящей дружбы, заставляя забыть обо всем и просто раствориться в этой заботе. Полностью успокоившись, Варя отстранилась от Снежки и, наконец, выплеснула наружу все свои чувства к Мороку: от трепетных бабочек в животе, когда он смотрит на неё, до невыносимого желания придушить эту наглую рожу. Подруги слушали, обмениваясь понимающими взглядами и лукавыми улыбками, явно радуясь тому, что их Варя, прежде совершенно не замечавшая мужчин, наконец-то познала жгучую силу любви. Пусть даже и ощутила на себе не самую светлую её сторону.       - Да ладно тебе, Варя! Если вдруг неожиданно твой принц на черном коне прибудет в торжественный зал, то мы встанем стеной, чтобы вы сбежали.       Варя, то ли смеясь, то ли плача бросилась к волшебнице огня, заключая ее в объятия.       - Спасибо вам! Я вас так люблю, мои девочки!       И в этот миг в комнату вплыла королева Людмила, с непроницаемым, словно высеченным из камня, лицом. Тяжелый взгляд цвета темной фиалки скользнул по облику дочери: растрепанные пряди волос, потекшая тушь, покрасневшие и словно затуманенные от слез глаза. Морщинистые руки королевы сомкнулись на талии, и горделиво вздёрнутый подбородок красноречиво говорил о том, как жалко и недостойно выглядит сейчас её дочь. Долгое молчание повисло в воздухе, пока его не разорвал тяжелый вздох и твердый, как сталь, голос королевы.       - Приведи себя в порядок, церемония начинается.       Сказав это, она перевела взгляд к окну. Прищурившись, словно стараясь пронзить взглядом завесу полумрака, она прикрыла глаза. Чутье, отточенное годами, мгновенно окутало ее. Вокруг замка… нет, вокруг комнаты дочери клубился тот самый, ни с чем не сравнимый запах — мерзкая мана, источаемая черным колдуном Мороком. На секунду стойкое выражение лица королевы скривилось; ощущение, что этот мерзкий сопляк цепляется за ее дочь, выводило из себя. Еще раз посмотрев на дочь, она холодно бросила:       - И побыстрее.       После чего, поправив своё платье, вышла из комнаты, громко стуча каблуками.       Три волшебницы, потрясенные до глубины души, не отрывали взгляда от захлопнувшейся двери. В их глазах застыло неверие: как родная мать могла остаться равнодушной к страданию и тревоге дочери? Варя, с усталым вздохом, выдавшим привычку к подобному отношению, поднялась и, подойдя к зеркалу, легким движением руки, исполненным магии, вернула изысканному платью в стиле «голливуд» первозданный вид. Снежка, приложив холодный компресс, быстро убрала следы недавних слез, словно стирая память о пережитом. Маша, одним лишь усилием воли, сотворила из растрепавшихся прядей нежную и воздушную прическу.       - Молодцы, девочки, — подняв большой палец, сказала Аленка.       Девочки, улыбнувшись, закатили глаза.       - Ну что, пошли, — сказала Варя, направляясь к выходу.

***

       Чёрная тень скользнула по оконной раме, и вместе с ней в комнату ворвался ледяной туман, на миг, застывший у самого пола. Холод, пронизывающий до костей, рассеялся, когда оконный проём заполнился силуэтом, обретающим черты молодого человека с волосами цвета воронова крыла, сорвавшегося в тёмное небо. В свете солнца вспыхнули глаза - осколки замёрзшего океана.       Парень окинул взглядом девичью комнату, вдыхая едва уловимый аромат её духов, ощущая слабые отблески её энергии. Тихая усмешка тронула его губы, и он запрокинул голову. По коже пробежали мурашки предвкушения. Представив её образ, Влад расплылся в улыбке, лёгкий румянец коснулся щек. "Василёк", - пронеслось в голове мага, едва его нога коснулась скрипучего деревянного пола, и тут же у самого уха пронеслась волна магической энергии, пульсирующая желанием убить.       - Очень тёплый приём, королева Людмила, - отчеканил Влад, твёрдо ступая на пол.       Нападавшего не было видно, он скрывался в тенях, но тёмный маг отчётливо ощутил невероятно сильный поток маны, способный повергнуть ниц любого. Людмила, одна из сильнейших светлых магов Сказочного мира, стояла перед ним, излучая чистое презрение и ненависть. Почему? За что? Влад не сделал ей ничего, даже не помышлял о плохом. По правде говоря, юному королю не было никакого дела до матери Колючки. Честно!       Тяжёлые шаги женщины раздались в тихой и просторной комнате, и с каждым отзвуком каблука из тени проступали её тело и лицо. С гордо поднятой головой и льдинками злости в глазах она процедила сквозь зубы:       - Господин Морок, не припомню, чтобы я вас приглашала.       - Верно, но я не мог пропустить свадьбу той, кого намерен похитить, - спокойно и сдержанно ответил Влад.       Уголок глаза королевы едва заметно дёрнулся. Заметив это, Влад тихо усмехнулся. Тёмного мага забавляла буря эмоций, которую он вызывал в этой великой женщине, и это тешило его самолюбие до такой степени, что он напоминал красующегося Алекса, которому подмигнула смазливая крестьянка. Но где-то в глубине души парня закипала злоба, которую он не собирался сдерживать, если она начнёт слишком сильно мешать.       Морок сделал шаг вперёд, и стены и потолок комнаты заметно потемнели, покрываясь тонкой коркой свежего инея. Королева, неподвижно стоявшая на месте, продолжала смотреть на зазнавшегося юнца всё тем же проницательным и высокомерным взглядом. «Восхищает и раздражает. Теперь я понимаю, в кого этот взгляд, Колючки», - пронеслось в голове короля теней, но глупая усмешка не тронула его стальное лицо.       Людмила медленно подняла руку, призывая, нет - приказывая, юному королю остановиться. Он остановился, но не потому, что она приказала, а потому, что эта женщина – мать той, кого он любит. Кого уважает.       -Уходи, Варвара выходит замуж…       - Она вам это сказала? - перебил её Морок.       Глаз королевы снова нервно дёрнулся.       - Ещё одно слово поперёк моего, и я забуду об уважении и снисходительности к незваным "гостям", - стальной голос королевы мог заставить любого, посмевшего перечить ей, умереть на месте.       - Вы спросили мнения своей дочери? Она дала согласие? Как я понимаю, нет. Так что я могу и буду бороться за руку и сердце вашей дочери, уважаемая Королева Ветров. Даже если мне придётся выкрасть её у вас из-под носа.       Не дожидаясь ответа, Влад начал отступать в свою тень, постепенно проваливаясь в пол. И всё это время тёмный маг смотрел на надменную правительницу проницательным холодным взглядом, пока полностью не исчез, оставив после себя лишь лёгкий озноб. Повернувшись на каблуках, Людмила направилась в тронный зал, где с минуты на минуту должна была состояться церемония бракосочетания.       - Наглый! Самоуверенный! Высокомерный юнец! - громко цокая каблуками, королева пыталась сдержать нарастающую ярость. - Посмел угрожать мне? Мне - одной из самых могущественных правительниц Сказочного мира?!       На звук вышел дворецкий, с беспокойством глядя на приближающуюся госпожу. По одному взгляду в её тёмно-фиалковые глаза можно было понять, что ещё немного – и над замком сгустятся тучи, разразившись ураганом. Поклонившись достигшей его правительнице, он произнёс:       - Приказы, моя королева?       - Усилить охрану везде! У каждого входа!       - Слушаюсь, госпожа!

***

      Робкая фигурка принцессы Мороза, словно хрупкий ледяной цветок, примостилась почти в самом центре зала, заслуженно занимая место одной из самых близких подруг невесты. Однако атмосфера торжества была пропитана ледяным безразличием, ведь далеко не каждый из присутствующих одобрял решение королевы: «Тёмный? Зачем королева стремится сблизиться с этими варварами?» Гости, сбившись в небольшие кучки, шептались, обмениваясь колкостями о волнительной и отчуждённой атмосфереи, конечно же, о самой паре. Краем уха принцесса уловила обрывки весьма будоражащего разговора небольшой группы. Почему именно сообщества? Да, потому что волшебница Мороза не раз замечала этих молодых особ с их кавалерами на светских раутах, которые ей приходилось посещать по настоянию матери. Вынырнув из омута воспоминаний и рассуждений, в которые она погружалась с завидной лёгкостью, Снежка тихими, почти невесомыми шагами приблизилась к эпицентру беседы, боясь спугнуть единственное развлечение, которое ей могло подвернуться на этом вечере, если не считать созерцания Вари, чей вид недвусмысленно намекал на острое желание немедленно покинуть это место. Наконец, оказавшись достаточно близко, чтобы различить нечто большее, чем обрывки фраз, принцесса насторожилась:       – А вы слышали, что в Штормград возвращается сын герцога Ветрова? – прошептала одна из дам, кокетливо прикрываясь веером.       – Вы о сэре Михаиле? – с притворным любопытством поинтересовалась другая, с головой погружаясь в интригующую дискуссию.       «Михаил?! Неужели Миша возвращается в Штормград?! Девочки будут пищать от восторга!» – мысленно ликовала Снежка, машинально поправляя замысловатую брошь на платье. Михаил приходился старшим двоюродным братом Варваре и частенько гостил у принцессы Ветров в замке, когда та была ещё ребёнком. Сама же волшебница Мороза втайне питала нежные чувства к такому сильному и доброму юноше, как Михаил, единственному наследнику герцогства. К счастью или, скорее, к лёгкой грусти, после детского и несколько неловкого признания в самых ярких и милых чувствах, она была отвергнута. Мягко и ласково. Сердце и разум до сих пор помнили те слова: «Снежок, я тоже тебя люблю, ты для меня как вторая сестра». Да, именно так, её первый и самый любимый мужчина (не считая отца) считал её своей сестрой. Но это даже к лучшему, ведь если бы он понял истинную глубину её чувств и отверг её по-настоящему, она бы больше никогда не смогла смотреть ему в глаза.       Вернувшись к подслушанным сплетням, она уловила до боли знакомую фамилию – Золотарёвы… От упоминания этой фамилии по телу Снежки пробежал лёгкий озноб, что было совершенно не свойственно ей, как волшебнице Мороза. Воспоминания вихрем пронеслись в голове: она стоит в центре гостиной и смотрит на своего возлюбленного, или того, кем она его считала. И как его бесцеремонно, мерзко и собственнически обнимает девушка, которую провозгласили его невестой. Сглотнув тяжелый комок в горле, она продолжила слушать.       – Младший сын, тоже через пару недель женится, — произнесла та же дама, явно являющаяся главным поставщиком слухов в Сказочном мире.       – Откуда такая информация?– Да вот, муж мой, – она кокетливо приобняла своего кавалера за руку, – поведал мне, что ему рассказал его друг, который тесно общается с самим главой Золотарёвых, что сын его, Эндимион, женится на принцессе Луны, Юнесе, младшей дочери.       Ещё раз скривившись, волшебница хотела было уйти, так как ей становилось невыносимо слушать эту болтовню, но, уловив нечто интересное, невольно остановилась. «Моё любопытство меня когда-нибудь погубит», – подумала она. Девушка, стараясь оставаться незамеченной, повернулась лицом к группе светских сплетниц, скрываясь за ширмой, ограждавшей места для отдыха.       – Ещё из Земного мира вернулся Лукас, старший сын семьи.       – Лукас? Не знаю такого, – пробормотала дама с веером.       – Да, он ещё подростком, лет в четырнадцать, отправился учиться туда, громко заявив отцу, что не собирается оставаться в этой семье ни секунды и презирает всех их.       – Ох, батюшки!                                    Заинтересовавшись, Снежка, облокотившись щекой о ширму, едва слышно произнесла одними губами:       – Лукас…       – Да, Снежинка?       Тихо вскрикнув от неожиданности, девушка резко обернулась и встретилась своими большими голубыми глазами с узковатыми карими. В этих глазах она увидела проблески веселья и неподдельного интереса, словно этот парень давно мечтал встретиться с ней. Глаза мужчины блеснули азартом, и в ту же секунду он, прикрыв её рот своей большой ладонью, почти лишая воздуха, прижал её к стене за углом, опасаясь, что кто-нибудь прервёт его маленькую игру. Девушка смотрела на внезапно появившегося незнакомца с испугом в глазах. От стресса и шока она не могла пошевелиться, не то чтобы атаковать или предпринять что-либо ещё. Тонкие девичьи пальцы дрогнули и коснулись его руки, словно умоляя: «Я буду молчать», так как по его взгляду она поняла, что в противном случае он не собирается убирать свою конечность. Мужская ухмылка озарила его лицо, мгновенно приведя её в чувства. Но Снежка, понимая, что находится не абы где, а на светском мероприятии и является принцессой, сдержала свой гнев. Просверлив его стальным, морозным взглядом, который проявлялся только в те моменты, когда злость принцессы вот-вот вырвется наружу. Снежка никогда не любила в себе эту черту, хотя отец говорил, что она досталась ей от матери. При воспоминании о «королеве» Мороза она неосознанно скривила вздернутый носик. Но в ту же секунду раздражение и холодность сменились удивлением: тёплый палец мужчины коснулся её носа.       – У тебя всегда эмоции меняются со скоростью света?       Она не отвечала, всё так же смотря на этого наглого парня. Сделав глубокий вдох, она ледяным тоном произнесла:       – Во-первых, кто вы такой? Во-вторых, вам не рассказывали, что трогать молодых дам без их согласия непозволительно?       Парень закатил глаза, облокотился руками о стену по обе стороны от неё и произнёс тихо, монотонно, властно, отчего по коже принцессы побежали мурашки:       – Я слышал и представлял тебя нежной, замкнутой и до боли наивной маленькой принцессой. Не разочаровывай меня.       – Кто ты? – повторила свой вопрос принцесса.       – Я тот, чьё имя ты так тихо и нежно произнесла своими губами.       Лицо принцессы Мороза вытянулось в лёгком изумлении, в котором читалось множество вопросов. Приглядевшись внимательно, Снежка уловила сходство с главой рода Золотарёвых: смуглость кожи, не свойственная этим краям, и русые волосы, мерцающие словно чистое золото. Лукас, черты которого были остры, как пики скал, больше походил на мужскую часть рода, а Эндимион, с гладкими, почти девичьими чертами лица, напоминал свою мать.       – Давно меня так пристально не разглядывали. Неужели понравился? – басисто промурлыкал старший наследник.       – Нет, просто пытаюсь понять, не врёшь ли ты, – внимательно смотря на него, слегка сузив глаза, ответила Снежка.       Вдруг внезапно, ни с того ни с сего, так называемый "Лукас" вскинул голову и рассмеялся, посмотрел за спину, хищно и злодейски. И по какой-то неведомой причине это показалось Снежке невероятно возбуждающим. Отмахнувшись от странных мыслей, ведь это незнакомец, который ведёт себя слишком самоуверенно, что до жути раздражает и одновременно притягивает, девушка произнесла:       – Снежинка, теперь меня изучаешь не только ты, – с улыбкой на губах сказал парень, чуть отодвигаясь в сторону, давая Снежке возможность взглянуть.       – Что? О ком вы…       Принцессу пробила мелкая дрожь, а по всему телу прошелся холодный пот. Она видела, как ее бывший парень прожигает взглядом спину своего брата. Добрые и нежные глаза Эндимиона пылали злостью и ненавистью, словно взгляд мог убивать. Это почему-то невероятно раздражало Снежку. «Что он себе позволяет? Да вообще, какое он право имеет так себя вести?» Холодный и злобный взгляд принцесса устремила на бывшего, что тот сразу же посмотрел на нее и в тот же миг его взгляд стал нежным, переполненным отчаянием, на что Снежка лишь презрительно хмыкнула.       – Бесхребетное существо… – тихо процедила сквозь зубы принцесса Мороза.       – О-о-о, а это уже интересно.       – Что интересно? – злоба почему-то вмиг исчезла из ее голоса.       Издав смешок, Лукас сказал:       – Не хочешь ли заключить со мной небольшую сделку? М, Снежинка?       – Сделку?       – Да. Я испорчу жизнь своему братцу, а ты станешь моей невестой. Не беспокойся, фиктивной. Всего на три месяца. Просто хочу побыстрее заполучить трон, а с невестой это будет сделать проще.       – Почему я?       – Почему ты? Мм… Во-первых, ты чертовски привлекательна внешне, а во-вторых, хочу позлить свою дражайшую матушку.       Предложение было до жути неправильным и совершенно ребяческим. Любой благоразумный человек сказал бы «нет», но в голове Снежки всплыл образ королевы Света, и она, не раздумывая, ответила:       – Хорошо.

***

      Вопросы, словно назойливые мухи. Поздравления, звучащие фальшивой симфонией. Шаблонные пожелания, притворные улыбки, скрывающие безразличие. Варя, словно пленница, стоит рядом со своим будущим мужем, окруженная плотной стеной родственников и совершенно чужих людей. От этого людского водоворота голова начинает предательски кружиться, а корсет, словно змея, сдавливает живот, лишая возможности вздохнуть полной грудью. Шаг. Тело, подобно хрупкому цветку на ветру, качнулось, но ее успели подхватить теплые, надежные мужские руки. Васильковые глаза встретились с глубокими,бархатными глазами цвета спелой сливы, и в этот миг перед внутренним взором вихрем пронеслись все детские воспоминания, связанные с этим единственным человеком.

***

      – Что делаешь? – Сказку читаю, – пропела принцесса, не удостоив мальчика даже мимолетным взглядом.       Мальчик лет десяти опустился на траву, такую яркую и свежую в этот летний день, прямо рядом с девочкой. И сразу же, как только посмотрел на нее, замер, пораженный ее красотой. Длинные каштановые волосы, обрамляющие нежное личико, ресницы, словно крылья бабочки, и круглое личико, напоминающее ангела, сошедшего с небес. Легкий румянец вспыхнул на его щеках, – он всегда восхищался принцессой Варварой, но стеснялся и боялся даже намекнуть на свои чувства. Собравшись с духом, он снял свою легкую рубашку и, держа ее обеими руками, словно шатер, укрыл принцессу от солнца.       Девочка подняла на него взгляд:       – А ты что делаешь?       – Помогаю тебе читать, – улыбнулся Ветерок во весь рот.       Варя улыбнулась в ответ:       – А хочешь, я тебе почитаю мою любимую сказку?       Ветерок кивнул, устремив взгляд в книгу, но украдкой продолжая наблюдать за принцессой. Почему он так долго не решался подойти к ней, просто быть рядом?       Тетя Людмила, мама Вари, часто повторяла, что он и взгляда ее дочери не достоин. Но принцесса сама приходила играть и проводить с ним время, несмотря на выговоры, следовавшие за этим. Ветерок, узнав об этом, просил ее не общаться с ним, боясь за нее. Но она лишь упрямо отвечала: «Ты мой друг! И я буду играть с тобой, хочет мама этого или нет!» С тех пор юная принцесса стала для юного Ветра смыслом жизни и верой в лучшее.

***

       Варя, смущенно улыбнувшись, неуклюже оперлась на обе ноги, стараясь изо всех сил приветствовать гостей и "наслаждаться" собственной свадьбой. Но вдруг двери распахнулись, и в зал вошел Михаил. Позабыв о всякой пристойности, она встрепенулась и, подхватив подол платья, бросилась навстречу любимому брату. "Он здесь! Он пришел!" - ликовала в мыслях принцесса ветров, заключая Михаила в объятия. Едва ее руки коснулись его шеи, как ноги оторвались от земли, и он закружил ее в вихре смеха и радости. Опустившись на пол, Варя одарила брата лучезарной, искренней улыбкой.       – Ты здесь! – радостно воскликнула она.       – Как я мог пропустить свадьбу моей любимой сестренки? – Михаил легонько потрепал ее за щеки.       Обрывки фраз невесты донеслись до гостей, вызвав противоречивые чувства: одни умилялись братской нежностью, другие же разочарованно и осуждающе качали головами. Варвара старалась не обращать внимания на безмолвные комментарии, но тревога все сильнее сжимала ей сердце. С каждой секундой она яснее осознавала, что эта свадьба ей чужда, что она здесь лишь марионетка, выставленная на показ перед алчными коллекционерами сверкающих статуэток.       Теплая мужская ладонь коснулась ее щеки, ободряюще скользнула к подбородку, заставляя поднять взгляд на Михаила.       – Ну же, яростный ветерок Штормграда, не дай ветру унести твою улыбку, – подмигнул он, слегка щелкнув ее по кончику носа.       Варвара наклонила голову, всматриваясь в родные и полные заботы глаза брата. Словно ища опору, в которой отчаянно нуждалась, она крепко обняла его, чувствуя, как напряглось его тело в ответ. Подняв взгляд, она невольно рассмеялась, увидев забавное выражение его лица: руки растерянно повисли в воздухе, а взгляд устремлен куда-то вдаль. Заметив ее взгляд, Михаил наигранно нахмурил брови.       – Что за выходки, принцесса Варвара? – слегка отстранившись, спросил он.       – Напитываюсь энергией от самого лучшего человека на свете.       Его лицо расплылось в улыбке. "Она слишком мила, чтобы сердиться", – подумал он. Варя в ответ лишь ухмыльнулась. Краем глаза она заметила фигуру, смутно напоминающую Эндимиона. "Нет… это точно он". Слабо прищурившись, она увидела, что он не один, а с девушкой, скорее всего, с той самой Юнсой. Они стояли рядом с семьей Золотарёвых. Юнса была облачена в приторно-розовое платье, облегающее ее фигуру, с маленькой шубкой, прикрывающей плечи. Эндимион же, в отличие от своей спутницы, был одет более сдержанно – в простой черный смокинг, подчеркивающий его широкие плечи. Варя тихо пробормотала:       – Явился, да еще и с ней! Надеюсь, Снежинка этого не видит… – последние слова прозвучали почти беззвучно.       Снежка стояла напротив свадебной дорожки, рядом с высоким парнем, смутно напоминающим главу семьи Золотарёвых. "Снежка? Неужели это моя Снежка?!" Принцесса Мороза и этот незнакомый молодой человек стояли так близко, что их вполне можно было принять за пару. Парень то и дело невзначай касался ее руки, флиртуя и заигрывая с ней. Снежка же всем своим видом показывала, что ее не интересует ни юноша, ни его внимание, хотя моментами было видно, как она смущается.       – Главное, не обожгись снова…       Окинув взглядом зал, Варя увидела, как ее подруги весело проводят время вместе. Алена с аппетитом уплетала угощения, а Маша увлеченно что-то ей рассказывала.       Внезапно зазвенели колокола, извещая о начале церемонии. Распахнув массивные двери, вошла Людмила, впившись взглядом в Варю, словно призывая ее подойти. Делая шаги навстречу матери, она неотрывно смотрела на ее лицо, словно ища намек на отмену свадьбы. Сделав последний шаг, чтобы встать рядом с Людмилой, она почувствовала болезненный укол в сердце, списав его на предсвадебное волнение. Утомленно вздохнув, она почувствовала, как материнские руки плавно опустились на ее лицо, поправляя белоснежную фату. Заиграла музыка, и Варя в сопровождении Людмилы направилась к свадебной арке, рядом с которой стоял ее будущий муж, тот, с кем она должна провести всю оставшуюся жизнь. Девичьи руки судорожно сжали свадебный букет, а ноги механически двигались вперед, несмотря на то, что разум и сердце кричали о бегстве. Шаг. Белый каблук остановился рядом с черным ботинком Ветерка. Глаза цвета фиалок встретились с его взглядом. "Как бы сильно ты мне ни нравился, сейчас я ненавижу тебя…"       Слова священника пронзили слух, словно звон похоронного колокола.       – Добрый день, уважаемые новобрачные и гости!       В этот момент Варя впервые за все время посмотрела на стоящего рядом старика. На нем было одеяние священнослужителя белого цвета с золотыми узорами на рукавах и подоле. На голове красовался убор, свидетельствующий о его высоком сане. Почувствовав на себе изучающий взгляд юной девы, он ответил ей сияющей, священной улыбкой. Она же в ответ благоговейно и смущенно опустила голову. Старик продолжил свое благословение:       – Сегодня состоится торжественное соединение уз брака между Ветерком Изменым и Варварой Ветровой. Любовь – это дар, сокровище, которое каждый человек ищет ежедневно, тратя время и силы, но не теряя надежды. И вот однажды вы нашли свое сокровище. Теперь главное – хранить и беречь, уважать и дополнять друг друга всю жизнь. Готовы ли вы к этому? Является ли ваше решение взвешенным и осознанным? Искренни ли ваши намерения и чувства? – торжественно и величаво произнес мужчина в возрасте.       С каждым словом священника принцессе ветров становилось все хуже и хуже, не только морально, но и физически. Словно неведомая сила предостерегала ее от совершения роковой ошибки. А как нежно и трепетно Ветерок произносил слова клятвы:       – Я, Ветерок Изменый, клянусь всем, что у меня есть, любить и уважать мою будущую жену, – его теплая, дрожащая рука взяла ее девичью ладонь. – Клянусь быть верным и в горе, и в радости, в богатстве и в бедности.       – Теперь вы, невеста…       Едва старик обратился к ней, как воздух перестал поступать в легкие. Глаза лихорадочно заметались по залу в поисках помощи или поддержки; рука Ветерка сильнее сжала ее ладонь, и она перевела взгляд на него. Недавно излучавшие тепло фиолетовые глаза теперь пылали нетерпением и злостью. Инстинктивно Варвара попыталась вырвать свою руку, но он не позволил, взглядом умоляя ее сказать "да". И как только принцесса собралась повысить голос, огромные стекла в окнах вдребезги разбились, и все помещение покрылось коркой льда. Гости в панике повскакивали со своих мест и с опаской поглядывали на выход, готовясь в любой момент бежать. В этот момент тонкой струйкой черного дыма во дворец проник силуэт, который, разделившись, словно близнецы, образовал две фигуры.       Вздрогнув от резкого звука, принцесса обернулась и, воспользовавшись растерянностью жениха, отдернула руку и отступила на шаг. Варя посмотрела на незваных "гостей". Постепенно силуэты обретали осязаемые черты. Перед ней и другими гостями предстали король Морок и его верный щит, Алекс. Встретившись с голубыми глазами Влада, она задрожала всем телом, не веря, что он все-таки явился. Предательские слезы навернулись на глаза, а сердце, до этого сжимавшееся от несправедливости и желания бежать, теперь было готово взорваться от страстного желания прижаться к его губам. Собрав всю волю в кулак она сказала себе: "Еще не время." Слегка покраснев от своих мыслей, Варвара не сразу заметила приближение жениха и касание его руки. И вот она уже в его руках. Не успела она обернуться, как ко рту прижали ладонь и прошептали медленно, скользко и угрожающе:       – Ты никуда не уйдешь. Слышишь меня? Ни. Ку. Да, – проговорил он у самого ее уха, будто собственническим жестом убирая прядь ее волос.       Варвара начала мычать, извиваться и дергаться, проявляя свой бунтарский нрав, но в этот момент обычно нежные руки Ветерка становились больше и сильнее: длинные пальцы сжимали ее с такой силой, что перекрывали доступ кислорода. Его стальная хватка говорила о том, что ему было плевать на нее и на всех вокруг.       – Оу, да только посмотри на своего спасителя! Как же у него потемнели глаза, аж холодок по коже пробегает, – слегка лизнув ее за ухом, прошептал Ветерок. – Давай посмотрим, как быстро он прибежит спасать свою даму?       Девушка посмотрела вперед, на короля Морока. Ледяные мурашки пробежали по ее спине. Его глаза заволокла непроглядная, жестокая тьма, выдавая в нем истинного потомка темной силы рода Морок. Варя застыла на месте, всем своим видом показывая, что с ней все в порядке. Чувство самосохранения кричало о том, что "если разгневать Владислава Морока, худо будет всем". Но слова Ветерка вывели ее из равновесия, и раздраженный, шипящий голос процедил:       – Не ломай мне веселье, принцесска.       Глаза цвета фиалок взметнулись вверх и встретились с зелеными, яркими, завораживающими, но не своей красотой, а страхом, который они излучали. Может, она и вела себя безрассудно, но ее бунтарский дух не позволял никому собой управлять. И она со всей силой укусила незнакомца за руку. Особого эффекта это не произвело, но хватка вокруг ее талии ослабила. Она оттолкнула от себя Ветерка и направила на него стрелу ветра, натянутую из лука, сотканного из той же стихии. Вызов в ее глазах нарастал, словно она была готова дать отпор.       – Угрожать наследнице престола Ветров было большой ошибкой, – она с силой натянула тетиву. – А теперь скажите мне, кто вы такой!       Бархатный, тяжелый смех прокатился между ними, словно предвещая невидимую бурю.       – Я тот, кого тебе следует бояться, – он подошел ближе, заставляя ее натянуть тетиву еще сильнее, но ему было все равно. Его длинные пальцы коснулись кудрявого локона. – И королю Мороку.