Глава 1: Две одиноких сестры

      Несмотря на опускающуюся ночную тьму, полная луна давала достаточно света, чтобы двое беглецов могли разглядеть путь вперед, петляя между деревьями. Напрягая всю силу воли, Рам подавляла в себе желание тяжело вздыхать и жаловаться на усталость. Гордость не позволяла ей демонстрировать слабость несмотря на ситуацию. На своё счастье она заметила, что бежавший рядом с ней юноша в изорванной униформе дворецкого выглядел даже хуже. Это дало горничной возможность устроить столь желанный перерыв, не прося об этом для себя. — Барусу, ты выглядишь так, словно сейчас свалишься без сил. Не то, чтобы остатки твоей униформы могли ещё сильнее от этого испортиться и потому за неё Рам не переживает. Но ты держишь еë дражайшую сестрёнку, а Рам не может допустить, чтобы ты её уронил. Поблизости нет ульгармов, потому предлагаю остановиться и дать тебе передохнуть. Если ты не сможешь нести Рем дальше, то потеряешь последние крохи своей ценности, — меньше всего ей сейчас хотелось звучать, словно она и за него переживает. — Хорошая идея, старшая…хааах! Перерыв для меня сейчас будет подобен благословению! Хотя могла бы приличий ради и обо мне лично высказать толику беспокойства! Да и сама наверняка на чистом упрямстве держишься! — Какой вздор, — не моргнув глазом соврала Рам, горделиво хмыкнув. — Много ты на себя берешь, Барусу, если смеешь судить о состоянии благородной горничной по одному виду.       Дружескую перепалку они начали, подойдя к толстому дереву, к которому Субару аккуратно прислонил бессознательную Рем. С момента, как он успешно попал по её рогу сломанным мечом, девушка до сих пор не пришла в себя. Благо к тому времени Рам уже очнулась и они смогли спешно бежать с поля, унеся с собой бессознательную горничную.       Следующие несколько часов прошли в смертельной игре в прятки с магверями, населявшими лес. По счастью, усиление ведьминой вони, которую Субару использовал, чтобы приманить на себя всех окрестных ульгармов, имело, по всей видимости, краткосрочный эффект. Благодаря этому вымотанной паре не пришлось столкнуться с новой оравой монстров, натыкаясь лишь на единичных тварей, с которыми у Рам хватало сил и маны справляться. — И это мне говорит та, кто ещё несколько часов назад превратилась в мешок картошки из-за истощения маны? Молчу уже о том, как ты опираешься о любое дерево ради поддержки при каждой возможности, — насмешливо, но с теплотой в голосе ответил ей юноша. — А ты, я смотрю, верен своей похотливой натуре, Барусу. Даже в такой ситуации, вместо того, чтобы смотреть по сторонам в поисках опасности, пялишься на беззащитную горничную при любом удобном случае, — попыталась скрыть Рам смущение при помощи стандартного приёма. — Вообще-то я следил за тем, чтобы ты не отстала и не потеряла сознание вновь, старшая! — огрызнулся Субару, краснея от таких обвинений. — Я не отрицала этого. Но даже такие намерения никак не опровергают мои слова! — твёрдо заявила Рам, и отошла в другую сторону, пряча легкую улыбку. У неё не было причин сомневаться в искренности его слов.       Сев на траву и прислонившись к дереву рядом, Рам глянула на спящую Рем и не смогла сдержать теперь уже нежную улыбку. Всё же, несмотря на все пережитые за последние сутки смертельные опасности, несмотря на то, что они всё ещё были далеки от спасительного барьера, они были живы и её дражайшая сестрёнка тоже была цела. Только это имело значение для Рам: чтобы её единственная сестрёнка была цела. Вид мирно спящей Рем заставил Рам обратиться к старым воспоминаниям.

***

      Мир редко был добр к сёстрам-демонам. Одного того факта, что они родились близнецами было достаточно, чтобы родной клан решил их убить без всякой жалости. Только из-за того, что у них было два рога на двоих. Если бы не рано пробудившаяся сила Рам, они обе погибли бы, не получив даже имён.       Благодаря силе, скрытой в Рам, ей и её сестре было позволено жить. Более того, Рам стала главной ценностью и сосредоточением внимания и обожания всей деревни. Все превозносили её, все восхищались ею и её быстро растущей силой. Старейшины клана во главе с вождём Сетантой беспрестанно обсуждали, как Рам в будущем станет силой, что возродит могущество их клана и вернёт демонам их заслуженное доминирующее место в мире. Они постоянно напоминали Рам о её долге, о её обязанностях как воплощения бога демонов, об ожиданиях, которые возлагал клан на неё.       Рам всё это познала с раннего детства. Она хорошо понимала, что все соклановцы от неё ожидают. Понимала и ненавидела это! Ненавидела свой клан, ненавидела эти ожидания, ненавидела то, как все её превозносят. Потому что все и всегда превозносили лишь её силу. Но никогда её саму.       Одновременно с этим её родную сестру-близняшку они скрытно презирали. Постоянно обсуждали у неë за спиной то, какая она никчемная, не выдающаяся, как она одним своим существованием ограничила Рам, забрав у неё один рог. Как ей не следовало вообще появляться. Рам ненавидела это. И ненавидела всякого, кто смел такое высказывать или с этим соглашаться. Любую попытку навредить Рем она жестко пресекала, благодаря чему это быстро сошло на нет. Как и открытые нападки в еë адрес. Но изменить отношение к Рем она не могла. Всё, что было в её силах — это быть любящей и заботливой старшей сестрой. И это был единственный долг, что она исполняла с искренней радостью.       Все обсуждали силу, скрытую в Рам и то, на что она способна благодаря этому. Но по ощущениям Рам никому не было дела до неё самой. Она прекрасна понимала, что все, кто так восхищался и выказывал высочайшее уважение, отвернутся, бросят и возненавидят её, стоит только этой силы лишиться. До самой Рам им не было никакого дела. Без этой силы её вместе с Рем убили бы в самую первую ночь. Потому-то и Рам в глубине души было наплевать на них всех. Так же как и им было наплевать на неё саму.       Даже в отношении родных мамы и папы она не была уверена до конца. Да, они любили её. Рам верила, что они даже любили Рем. Они не обращались с ней как с отбросом, в отличие от остальной деревни, не унижали, не проводили открытой черты между ней и Рам, пытались поддержать, как умели, хвалили её готовку.       Но присутствовала одна деталь, которая не давала Рам покоя. Они всегда напоминали Рем, что она является сестрой Рам. Никогда они не говорили наоборот. Никогда не высказывали гордость за то, что она их дочь, но всегда, что она сестра Рам. Всегда указывали Рем, что она должна оправдать то, что она сестра-близнец Рам, что тоже должна добиться больших высот.       А как бы они говорили, будь всё наоборот или любили бы они Рам так же, не будь у неё это проклятой силы? Любили ли они Рам за то, что она была их дочерью? Или же они больше любили тот факт, что их дочь — воплощение бога демонов? Рам всеми силами верила в первое, но червячок сомнения всегда обитал в её душе.       И лишь один человек всегда воспринимал её не как воплощение какого-то там бога, не как надежду клана, а просто как Рам — её родная, любимая, незаменимая сестрёнка. Единственная, кому было наплевать на силу Рам, но не на её саму. Единственная, с кем у Рам была незримая связь душ — синестезия, позволявшая сестрам чувствовать друг друга на расстоянии и обмениваться ощущениями. Единственная, кем Рам дорожила больше жизни.       Той огненной ночью, когда напал Культ Ведьмы, Рам потеряла свой клан и свой рог, лишилась той силы, что с одной стороны не раз спасала её и Рем, а с другой была проклятьем её существования. Но она уберегла самое важное, единственного человека, которому было не всё равно — уберегла Рем.       Спасший их от неизбежной гибели волшебник по имени Розваль Л. Мейзер взял сестёр под своё крыло. Они стали служанками в его особняке, обучились ремеслу горничных, получили приличное образование. Эти годы в роли горничной были для Рам куда счастливее тех лет, что она провела в клане в качестве главного достояния и самой важной персоны. Даже несмотря на то, что жуткие слабость и боли во всём теле стали её вечными спутниками из-за потери рога. Это было стоящей платой, чтобы избавиться от проклятья той силы, с которой она жила долгие годы. Теперь она могла быть просто Рам. И всё будут ценить её просто как Рам.       Вот только за эти годы Рам не встретила никого, кто действительно дорожил бы ею или Рем. Старшие товарищи, Фредерика и Клинд, что обучали их, были хорошими учителями и надежными коллегами. Но Рам и Рем для них были именно что просто коллегами, не более. Долг и обязанности всегда для них были важнее.       Был ещё юноша по имени Гарфиэль, что жил в Святилище — скрытом поселении зверолюдов. Сильно моложе их, горячий, грубый, но при этом честным, заботливый, с благородной душой. Он явно питал теплые чувства к Рам, но его сковывал страх перед внешним миром, вызванный неизвестной ей травмой детства. Рам очень ценила в других умение не сдаваться и преодолевать себя ради того, чтобы стать лучше, ведь такой же в детстве была Рем. Она не желала сдаваться просто так, всегда искала способ стать в чем-то лучше, чтобы показать, на что она способна. И Рам всегда восхищалась за это своей младшей сестрёнкой.       Поэтому она много раз пыталась убедить Гарфиэля отбросить прошлое, преодолеть свои страхи, сделать шаг вперёд. К ней. Чтобы он показал ей желание и готовность встать на путь совершенствования через преодоление своих слабостей. Но для Гарфа страхи были сильнее чувств к Рам. Она не винила его, ведь он был просто испуганным ребёнком, но потому не видела в нём того, кому могла довериться. Даже если в глубине души ему было не всё равно, выбирая между страхом и Рам, Гарфиэль всегда выбирал страх.       Самые большие надежды Рам возлагала на их спасителя — лорда Розваля. После того как он сначала спас сестёр, а после и вовсе стал важнейшим источником жизни для неё, она была уверена, что он будет тем самым человеком, которому Рам сможет доверить свою душу, тело и даже сестру. Но в итоге он же стал самым большим разочарованием.       Спустя несколько месяцев после того, как они стали служанками в его особняке, Рам узнала темный секрет маркграфа. Розваль обладал магическим артефактом, Книгой Мудрости, которая описывала события, что случатся в будущем и какие действия он должен предпринять, чтобы добиться желанной цели. И в ту огненную ночь книга дала ему указания быть рядом с деревней и ждать, пока в живых не останется лишь Рам, чтобы спасти её и взять к себе. Получив от Розваля ответы, Рам осознала очень горькую правду.       Да, он спас её и Рем. Да, он дал им возможность начать новую жизнь, не будучи под пятой клана. Да, он по-своему заботился о них. Но он даже не пытался отрицать, что планирует использовать Рам и её силу ради достижения своей заветной цели — вернуть к жизни Ведьму Алчности, что сотни лет назад стала благодетелем первого из рода Розвалей.       Ради этого он собирался убить не абы кого, а самого Божественного Дракона Волканику. И сделать он это собирался, используя силу бога демонов, что всё ещё обитала в её теле. Рам стало ясно, что по своей сути Розваль мало чем отличался от вождя Сетанты, от остальных старейших её клана. Как и они, маркграф видел в Рам лишь её силу, ему было наплевать на неё саму. В ту ночь в ней бурлила ненависть. Её девичье сердце было разбито. Её гордость демона требовала, чтобы клятва мести была исполнена до конца. За смерть её родителей, за гибель клана, за травму, которую пережила Рем.       Но она понимала, что отомстив Розвалю, убив его, погубит всё, что ей было важно. Без регулярных вливаний маны она быстро увянет и умрет от истощения, оставив Рем совсем одну в этом жестоком мире. А сестра обязательно обвинит в её смерти себя, как винила в потере рога. Рам не могла этого допустить! Ни за что! Ей было жизненно необходимо убедиться, что Рем сможет жить дальше и быть счастливой, даже если старшей сестры не станет. Пока этого не случится, Рам нельзя было умирать.       Единственное, но решающее отличие маркграфа от её соклановцев в лучшую сторону было в том, что Розваль не испытывал презрения к Рем. По его словам, книга приказала ему спасти лишь Рам. Остальной клан должен был пасть, чтобы никто не помешал ему забрать девочку. Про Рем в книге не было сказано ни слова. Но Розваль сам решил спасти вторую близняшку, потому что это не противоречило слову книги, а он не хотел, чтобы Рам переживала ещё и смерть сестры. Конечно, в этом был и рациональный расчет, который он не стал скрывать. Помимо прочего, Рем была заложницей. Лишним способом привязать Рам к нему, убедить следовать его приказам.       Но вместе с этим неприятным фактом пришло понимание, что сила была и на её стороне. Она была нужна Розвалю. Он сам это сказал. Без Рам и её потенциала, его плану не суждено было воплотиться. А значит он был так же зависим от неё, как и она от него. И это положение давало ей возможность обеспечить безопасную и спокойную жизнь для Рем.       В ту ночь они заключили пакт: она будет служить и помогать ему во всех начинаниях, а он будет заботиться о сёстрах демонах. И так будет пока не настанет момент, когда придет её время выполнить свою часть договора и сразиться с Волканикой или пока события не отклонятся от того, как было описано в его Книге Мудрости. И если такое случится, то он отдаст себя воле Рам и понесёт наказание за свои преступления перед ней. «Тот, кто полагается на меч, падет от меча. Тот, кто полагается на магию, падет от магии. Тот, кто отдает себя огню, сгорит в огне. А тот, кто просит милости у демона, падет от рук этого демона.»       Так звучала клятва, которую маг и демон заключили в ту ночь.       С того времени Рам начала исполнять обязанности личной горничной Розваля. В течение следующих девяти лет чувство ненависти и жажда мести утихли. На их месте появились уважение, сочувствие, даже симпатия к маркграфу в клоунском гриме. Она узнала его с разных сторон. Увидела, что Розваль был человеком несчастным, но способным искренне заботиться о других. Если того не требовала эта ведьмовская книга, он старался, чтобы люди в его подчинении могли жить спокойно и без бед. Он страдал от своих же решений и ненавидел сам себя за те чудовищные поступки, что он совершал, но с упорством обреченного следовал указаниям колдовской книги.       Со времени Рам поняла, как она может отомстить Розвалю, одновременно отблагодарив его за всё, что он сделал для неё и Рем за эти годы. Если когда-нибудь у неё будет возможность считать, что их пакт выполнен в её пользу, она уничтожит Книгу Мудрости. Она освободит его из плена ведьмы, которую тот даже никогда не видел. А после, пользуясь своим правом решать его судьбу, заставит Розваля жить дальше, жить для себя, жить ради того, чтобы искупить совершенные им грехи. Рам всегда было горько от осознания, что даже Розвалю не было дело до неё или Рем, но как гордый демон, она считала себя обязанной всегда возвращать долги.

***

      Мысли о далеком прошлом заставили розововолосую горничную задуматься о событиях совсем недавних, которые привели к текущему положению дел. Что, в свою очередь, побудило её обратить внимание на своего спутника, устало сидевшего на траве, пытаясь как можно меньше двигать вывихнутой правой рукой.       Субару был настоящей загадкой для Рам. С первой минуты после пробуждения в особняке лорда Розваля, он не переставал удивлять, напрягать, и беспокоить горничную. Парень был неуклюж, его навыки как дворецкого были так себе, но при этом он временами демонстрировал пугающую прозорливость и догадливость. Словно уже не раз бывал в этом особняке и прекрасно знал, где что находится. Он работал как заведённый, нередко принося больше проблем, чем пользы. Рем поначалу относилась к нему в крайней степени подозрительно, и Рам могла понять почему. Со слов сестрёнки от нового дворецкого жутко несло миазмами Ведьмы. Одна из отличительных черт членов ненавистного им Культа Ведьмы. Розваль тоже дал приказ внимательно следить за юношей, хотя и сказал не предпринимать никаких радикальных шагов самостоятельно.       Уже на второй день Субару так себя загнал работой, что разрыдался на коленях у леди Эмилии и там же уснул, свалив всё оставшуюся работу на Рам и Рем. Ну, в основном на Рем, конечно. Хотя даже у этого инцидента был положительный результат. Увидевшая его в таком состоянии Рем засомневалась в верности своих подозрений в отношении Субару, с чем Рам была полностью солидарна. Такой жалкий и мягкотелый человек не мог состоять в столь жуткой организации. Эта перемена позволила Рам вздохнуть спокойнее, и перестать волноваться, что её любимая, замечательная, но излишне импульсивная сестра могла совершить что-то, о чем они могли потом пожалеть.       Но настоящие перемены произошли вечером пятого дня. Вскоре после того, как все трое служащих особняка вернулись из деревни, где они закупились припасами для кухни, Субару поднял тревогу и заявил, что в деревне объявился шаман и что деревенские дети в опасности. А понял он это, потому что щенок, укусивший его ранее, наложил на него смертельное проклятье.       Зная о приказе Розваля следить за действиями нового дворецкого, при этом догадываясь, что он может быть какой-то важной фигурой на доске маркграфа, Рам решила довериться его суждениям и послать Рем вместе с ним, чтобы проверить деревню. Если вдруг опасения Рем в отношении Субару окажутся обоснованными, то у неё было куда больше шансов заранее обнаружить засаду и продержаться в бою до момента, когда Рам подоспеет на помощь.       Сама же Рам отправилась искать Великого Духа в Запретной Библиотеке, чтобы проверить правдивость слов юноши. И действительно, когда Рам, открыв впустую множество дверей, нашла зачарованную библиотеку, девочка-дух подтвердила всё, что ранее им рассказал Субару. Это одновременно обрадовало и взволновало горничную. С одной стороны Субару лишний раз доказал свою искренность. С другой это означало, что деревне грозит реальная опасность и её сестрёнка отправилась прямо туда! Одновременно с этими мыслями Рам использовала свою способность ясновидения, чтобы увидеть то, что видела Рем. Она и Субару явно были в лесу, на поляне, рядом с группой деревенских детей, лежавших на траве без сознания и со следами укусов на их телах.       Картинка сложилась. Это было прямое нападение на земли маркграфа. Как Субару и сказал, в деревне орудовал шаман, использовавший проклятия. Рам немедленно обратилась к Беатрис с просьбой предоставить помощь в спасении детей. Великий Дух сначала холодно отнеслась к этой просьбе, заявляя, что ей нет дела до какой-то деревни и её жителей, но горничная была готова к подобному повороту. Она сообщила Беатрис, что после этого отправляется к леди Эмилии, чтобы заручиться её поддержкой и её законтрактованного духа Пака. Что она также попросит их убедить Беатрис помочь. И что, в случае отказа, леди Эмилия будет сильно разочарована в леди Беатрис, что может негативно сказаться на её возможностях проводить время с Паком.       Рам пришлось приложить усилие, чтобы сохранить нейтральное выражение лица, когда девочка-дух начала невероятно мило возмущаться и кричать о подлой игре со стороны горничной. Её несколько заинтересовала фраза Беатрис: «Ты такая же бессовестная, как и он! Используешь те же грязные приёмы, по факту!», но в тот момент у неё не было времени узнавать подробности. Главное, что Беатрис согласилась пойти с ними в деревню, чтобы помочь детям.       Дальше всё шло без проблем. Эмилия незамедлительно вызвалась помочь всем, чем сможет. И даже заявила о готовности вызвать Пака среди ночи, если будет нужно. Оперативно прибыв в деревню, они обнаружили, что детей уже вернули обратно, но проклятия уже были активированы, и дети находились в смертельной опасности. Эмилия так переживала за них, что даже заставила Пака материализоваться в нарушение их пакта и помочь Беатрис бороться с проклятиями.       Деревенские тем временем сообщили, что прибывшие ранее Субару и Рем вдвоем направились в лес искать детей. Последовавшая за ними следом поисковая группа обнаружила Рем, использовавшую магию исцеления на шести детях. Седьмого ребенка там не было и Субару отправился искать её. Передав детей на руки взрослым, Рем направилась за Субару. Узнав об этом Рам и Эмилия поспешили на поиски, но не успели даже пересечь барьер, как навстречу им вышла Рем. Её одежда была порвана во многих местах, она вся была покрыта кровью, как своей, так и магверей. Одной рукой она держала бессознательное тело Субару, который выглядел немногим лучше, а в другой последнего пропавшего ребенка — девочку с синими волосами, заплетёнными в косу.       Подбежав к Эмилии и Рам, Рем сообщила, что Субару оказался атакован сразу группой ульгармов и был сильно ранен. Отбиваясь от наседавших магверей до самого барьера, у неё не было времени закрыть его раны. Эмилия приказала нести юношу в ближайший дом, сказав, что займется его лечением. Рем вызвалась было сделать это самой, но Рам и Эмилия остановили её, сказав, что она и так много сделала сегодня и с такими ранами ей нужно в первую очередь позаботиться о себе. Рам чувствовала, что Рем сильно переживает за Субару, но это было нормально.       Затем объявился Пак и сообщил радостную весть — проклятия на детях перестали действовать и вытягивать их них жизнь. А случиться такое могло лишь в одном случае — магвери, что наложили проклятия на детей, были убиты. Рем кратко рассказала, что в процессе спасения последнего ребёнка они с Субару перебили немало ульгармов. Великий дух пояснил в ответ, что среди них были и те, кто проклял детей, а значит теперь их жизни были вне опасности.       На этой радостной новости было решено закончить день. Уложив свою сестрёнку в кровать и пообещав, что она сможет проведать раненого дворецкого первым же делом с утра, Рам подробно расспросила её о произошедшем. Услышанное вызвало в гордом демоне почти противоестественное чувство уважения к юноше.       Надо же… кинулся в лес с монстрами, хотя трясся от страха как осенний лист на ветру. «Гарфиэлю бы поучиться у Барусу как следует жить», подумала про себя тогда Рам. Бросился к бушующей демонице, чтобы спасти её от атаки целой группы магверей и в итоге сам едва не стал их ужином. Несмотря на всю свою несуразность, Субару была не чужда отвага, граничащая с глупостью. Впрочем, Барусу не был бы Барусу, если бы любая его положительная черта не сопровождалась негативной, которая почти сводила на нет пользу первой. Но главное, что лишь почти, решила для себя Рам.       Следующее утро обещало быть удачным. Погода стояла солнечная и приятная. Ещё с ночи жители Арлама были преисполнены ликованием, радуясь тому, что потенциальная трагедия не случилась. Все дети были целы и даже не сильно пострадали, герои, спасшие их так же вернулись, раненые, но живые.       Конечно, было определенное беспокойство из-за того, что такой инцидент вообще произошел, но всё хорошо, что хорошо кончается. Это хорошее настроение передалось и Рам, которая решила дополнительно укрепить отношения между деревенскими и служащими особняка лорда Розваля, наготовив целую корзину пареной картошки и занималась тем, что раздавала её жителям. Увидев вышедшего на улицу Субару, Рам постаралась подавить своё чувство радости, что он так быстро пришел в себя. Эмилия-сама постаралась на славу. Как неожиданно с её стороны.       Тем не менее Рам решила продемонстрировать своё благоприятное расположение к черноволосому парню, одарив его сразу двумя своими фирменными отварными картофелинами. Редкая щедрость, которую не так-то просто было заслужить, между прочим. Если бы только Субару знал о своей удаче.       Закончив раздавать угощение, Рам зашла в дом, где ночью отдыхала Рем, но обнаружила пустую постель. Решив, что Рем пошла искать Субару, она попыталась использовать своё Ясновидение, чтобы узнать, где она. Но попытка провалилась. Девушка мгновенно заволновалась. Чтобы она, будучи в нормальном состоянии здоровья и не могла настроиться на сознание сестры и увидеть мир её глазами?       С растущим страхом она попыталась связаться с Рем при помощи синестезии, и её опасения выросли десятикратно. Результата не было. Где бы ни была Рем, она намеренно подавляла их связь. Потому что даже во сне сёстры могли чувствовать друг друга. В отчаянии Рам настроилась на Субару, со страхом лелея надежду, что Рем после перипетий прошлой ночи решила уединиться с юношей для какого-то очень важного разговора. Но увидела, что парень общался не с её сестрой, а с Великим Духом Беатрис. И, судя по лицу девочки, разговор был не из приятных. Поняв по окружению, где находилась пара, горничная поспешила в ту сторону.       По мере приближения она начала слышать отрывки разговора. Выходило, что Субару всё ещё был в опасности, искусавшие его ульгармы наложили на него новое проклятье, которое просто так было не снять и единственным способом спастись было уничтожение тварей до того, проклятье будет активировано. Для Рам всё стало ясно. Она поняла куда и зачем отправилась Рем. Прилагая все усилия, чтобы подавить дрожь в теле она подошла к паре, чтобы узнать всё, что можно.       Субару тут же увязался за ней. Ей было приятно узнать, что тот факт, что они являлись демонами, нисколько не преуменьшил рвение юноши идти спасать Рем. Он даже выдал мощную жизнеутверждающую речь о том что пока ты ещё жив, ни за что нельзя сдаваться. Рам аж удивилась такому присутствию боевого духа у, казалось бы, обычного мальчишки. Неужели она ошибалась на его счет? И лишь немногим позже с гордостью и некоторым раздражением отметила, что, как обычно, её первое впечатление было совершенно правильным.       Быть может он и был полон решимости найти Рем, вот только сил, крови и энергии в нём для этого явно не хватало. Субару пыхтел и еле двигался, явно не восстановившись от вчерашних ран. Но выбирать было не из чего, а остановить его без членовредительства она не могла. Да и не хотела. В глазах Рам, любой, кто испытывал желание помочь Рем, имел полное право на её поддержку.       Успешно отбившись от первой группы магверей, Субару сделал что-то непонятное. Он начал рассказывать что-то про возврат, но прервался и скривился от боли в груди. Но у Рам не было времени, чтобы разобраться в ситуации, потому что лес буквально сошел с ума. К ним начала приближаться целая толпа животных. Со слов Субару, он сделал так, чтобы запах ведьмы усилился и все магвери в окрестностях нацелились на него, что в итоге приведёт тварей к ним, а за ними уже последует и Рем.       Рам не знала, считать ли план Субару гениальным или сумасшедшим, но подумать об этом она решила позже. Ульгармы нападали один за другим, поодиночке и группами. Их было так много, что даже Субару зарубил парочку, выдавая грозные боевые кличи голосом испуганной девочки. Рам пыталась действовать как можно экономнее, используя свою магию с максимально возможной эффективностью. Но на месте каждого убитого животного появлялось ещё два, а силы быстро покидали горничную.       Она поняла, что это конец, когда вместо очередного воздушного лезвия её заклинание вызвало острую боль во всем теле. Во рту ощущался соленый привкус крови, ноги отказались держать. Очередной ульгарм, вместо того чтобы быть срубленным её магией, промчался мимо, желая урвать свой кусок Субару. У неë даже не было сил повернуть голову, чтобы посмотреть, удалось ли магверю совершить задуманное. Все мысли сейчас занимало осознание постигшей её неудачи. Затея изначально была обречена на провал. Неважно, пришлось бы ей столкнуться с каждым ульгармом отдельно или со всеми сразу. Их было банально слишком много для одного демона без рога.       В последние моменты Рам снедали отчаяние и презрение к самой себе. Она не сможет выполнить клятву, данную себе насчет Розваля. Не сможет уберечь свою единственную ненаглядную сестрёнку от опасности. Даже если та не погибнет от зубов ульгармов, последствия от столь чрезмерного использования рога будут катастрофическими. А ещё Рам погубила саму себя, а вместе с ней и глупого, но благородного юношу, что доверился еë силе. В этот момент Рам сильнее, чем когда-либо раньше пожалела, что потеряла свой рог. Пусть бы она так и оставалась просто вместилищем этой проклятой и безжалостной силы, но зато так она бы точно смогла их спасти.       Последней надеждой у неë оставалось то, что Субару, видя их безнадежное положение, убежит сам. Если ей повезет, вид еë обессиленного тела покажется магверям более аппетитным, чем убегающая добыча. Это будет последнее, чем она сможет отплатить Субару за то, что он подставился, желая спасти Рем, за то что отправился вместе с Рам искать еë. За то… что ему было не наплевать.       Поглощенная этими мрачными мыслями она даже не сразу поняла, что её оторвало от земли и понесло куда-то с большой скоростью. Рам потребовалось несколько секунд, чтобы осознать, что Субару схватил её и нес под рукой, как мешок с картошкой, со всех ног удирая от голодных зверей. Если бы у Рам в тот момент были силы, она бы наорала на него за этот идиотизм. Он и так с трудом на ногах стоял, ему следовало спасать свою жизнь, а вместо этого он рисковал ещё сильнее, лишая ульгармов всякой добычи и взваливая на себя дополнительную ношу! Но сил у неё не было даже, чтобы поднять голову. Однако это не помешало ей испытать чувство глубокой благодарности. Чем бы это ни закончилось, Рам было приятно осознавать, что её до самого конца не бросили.       Дальнейшие события она помнила слабо. Они бежали от магверей, падали с обрыва, Рам использовала последние крохи в попытке замедлить их падение. Когда она очнулась, они всё ещё бежали от магверей, но теперь, помимо всего прочего, их преследовала жаждущая крови Рем. По крайней мере, в первую очередь она разбиралась с ульгармами. Идея Субару запустить Рам в сторону Рем, чтобы отвлечь её и получить шанс ударить по рогу граничила с идиотизмом. С другой стороны, почти все его решения в этот день были на грани идиотизма, да и Рам была не в состоянии даже руками двигать, а потому была на всё согласна лишь бы спасти сестру. И план, вопреки всякой логике, сработал прекрасно.

***

      Закончив размышлять о своём прошлом, Рам тихо вздохнула, решив, что сейчас следует сосредоточиться на настоящем, чтобы потом иметь возможность снова мечтать о будущем. Рем была в порядке, а значит и всё остальное было не так плохо. Но одна деталь не оставляла Рам в покое. Внимательно разглядывая Субару, хорошо освещенного луной и звездами, она поняла, что ей совершенно необходимо получить ответ на важный вопрос. И сделать выводы.       Всё было слишком хорошо, чтобы быть правдой. Ради чего Субару так рисковать собой из-за двух горничных, которых он знал всего несколько дней? Да и они не то чтобы проявляли к нему много дружелюбия. Вопреки её шуточным обвинениям, Рам не верила, что его мотивацией было желание забраться к ним под юбки. Всё выглядело так, словно он и впрямь поступал так просто ради того, чтобы спасти их, от чистого сердца. Такая мысль грела душу, но Рам не желала верить подобному просто так. — Барусу, — негромко обратилась она к дворецкому. — Зачем ты так поступил? — Ты о чем, старшая? — вопросительно поднял он бровь, глядя на неё. — Когда на нас накинулась свора ульгармов и у меня иссякли силы, вместо того, чтобы убегать самому, ты схватил меня и понес с собой. О чем ты вообще думал, когда творил такую глупость?! — В смысле, глупость? — всё так же непонимающе, но уже нахмурившись спросил Субару. — Именно что глупость! Сил для битвы и даже, чтобы стоять у меня не было. Рам, конечно, девушка стройная и легкая, но и ты тот ещё слабак даже в лучшей своей форме, а сегодня ты был далек даже от этого. — А обязательно мне лишний раз сыпать соль на рану?! - ответил он чрезмерно эмоционально. На такую реакция Рам и рассчитывала. — Ты и так с трудом ходил из-за полученных вчера ран. Оставить меня там и убежать было бы совершенно рациональным шагом. Возможно, что они накинулись бы на меня, давая тебе возможность успешно спастись. Вместо этого ты решил снизить свои и без того невеликие шансы ещё больше, взяв меня с собой. Зачем ты так поступил? — Рациональным шагом? — едва ли не прошептал Субару эту фразу, словно не в состоянии поверить в то, что он сейчас услышал.       Причем тон его внезапно перестал быть расслабленным, а голова опустилась, закрыв выражение лица. Но Рам продолжала давить, сверля на юношу суровым взглядом, пытаясь выведать его истинные мотивы. Много лет назад она уже поверила в то, что кто-то из чистого сердца решил спасти её. И сильно разочаровалась. Теперь она не была такой наивной девочкой. Сейчас Субару был вымотанным, ослабленным, было больше шансов, что если у него есть скрытые мотивы, то она сможет их выведать. — Чего ты хотел этим добиться? Одна оплошность, один неудачный шаг и ты бы упал. И после этого у тебя не осталось бы ни шанса на спасение. К чему был этот излишний риск ради пары простых горничных?! Ты хочешь, чтобы Рам и Рем были у тебя в долгу? Зачем тебе это, Рам всего лишь безрогий демон, у меня нет… — её речь прервалась, когда юноша внезапно встал.       Субару ответил не сразу. Вначале он поднялся, отряхнул штаны, после чего сделал пару шагов в сторону допрашивавшей его девушки. Та внутренне напряглась и незаметно взялась за свою палочку. Вот он, решающий момент. Сейчас она узнает правду. Ей лишь оставалось надеяться всей душой, что эта правда не будет горькой. Всё-таки она успела прикипеть к этому несуразному дворецкому. — Рам… позволь спросить… — начал он спокойным, хоть и напряженным тоном, но вдруг добавил громкости и злости в голос. — Ты что, СОВСЕМ ИДИОТКА?! Хотя чего я спрашиваю, ты точно идиотка, раз несешь такую чушь!       Рам аж опешила от такой резкой смены тона. Она просчитывала разные варианты, от попытки свести всё к шутке, вплоть до откровения, что всё это, начиная с атаки шамана на деревню было частью плана по заманиванию сестёр в этот лес и попытки её убить. Но вот такого поворота она точно не ожидала. — Ты сама-то слышала, какую хрень несешь?! Рациональный шаг?! Оставить тебя этим тварям на съедение, чтобы сбежать самому?! Да иди ты к черту с такими идеями! — Я… — хотела было возразить девушка, даже забыв обратиться к себе в третьем лице, но Субару уже понесло, хотя, к его чести, даже в такой ситуации он старался не слишком повышать голос, чтобы не оповестить всех в округе о том, где они были. — Я не для того рисковал жизнью, спасая Рем, только для того, чтобы на следующий день бросить её сестру в такой же ситуации! Даже не пытайся втирать мне эту чушь про рациональные шаги! Я это сделал, потому что просто не мог поступить по-другому! Потому что иначе нельзя! Сама подумай, что стало бы с Рем, если бы ей удалось выполнить задуманное, но в итоге она узнала, что ты погибла?! Разве это не лишило бы смысла все её усилия?! То же самое касается и тебя! Мы полезли в этот лес, чтобы спасти Рем! А значит никакой иной результат нас не устроит!       Видя, что Рам больше не пытается его прервать, Субару решил добавить. — Знаешь, однажды меня спросили, кого из двух демонов из старой сказки я бы выбрал. С кем бы решил бы подружиться. С Красным демоном, что только и может, что хотеть и оставляет других платить за последствия? — он с большим трудом приподнял правую руку ладонью вверх, словно над ней должен был появиться образ красного демона или ещё какая символическая фигура. — Или с Синим демоном, дураком, что вечно жертвует собой ради первого и упивается этим? — Субару повторил то же движение с левой рукой.       Рам выглядела несколько растерянной внезапным упоминанием неизвестной ей сказки, в которой фигурировали демоны. А описанные Субару персонажи почему-то напомнили её и Рем. Но вместе с удивлением возник и интерес. — И с кем из двух демонов ты бы хотел подружиться? — спросила она, непроизвольно замерев от желания услышать ответ.       Субару усмехнулся и одновременно сжал ладони, давая понять, что выбрал бы обоих. Видя, как Рам нахмурилась и приготовилась дать свой комментарий, он сделал свой ход первым. — Я догадываюсь, что ты хочешь сказать, Рам. Что это позиция нерешительного человека, что не понимает ни одну из сторон и в итоге будет оставлен позади всеми, не так ли? — сказал он уверенно, с удовлетворением отметив удивление на лице девушки, чьи мысли Субару воспроизвел почти полностью.       Увы, юноша не мог рассказать, что всё это лишь потому, что ранее у них уже был этот же разговор. Но сейчас, помня всё, что он пережил в прошлых петлях, всё, что узнал о сёстрах и о том, чего сам хотел добиться, он собирался использовать любые знания. — Но знаешь что? Мне плевать! Я не собираюсь выбирать одного или другого! Я не позволю ни одной из вас погибнуть! Ни Рем, ни тебе! Даже если каждая из вас будет всячески пытаться пожертвовать собой ради другой! Потому что я так хочу! Потому что не желаю видеть ни одну из вас сломленной горем утраты! Всё так, Рам, я настолько жадный, что отказываюсь выбирать между сёстрами демонами! Пусть даже мне придется голову сложить, чтобы вас обеих вернуть домой! Да пофиг! Я это переживу, уж поверь! Я добьюсь своей цели, во что бы то ни стало!       Субару так распалился собственной речью, что гордо выпятил грудь и ткнул здоровой рукой в сторону Рам, словно бросая ей вызов. На его лице сияла уверенная ухмылка победителя, а в глазах горела жажда увидеть счастливый конец.       На несколько секунд между парой возникла тишина. Субару даже начал чувствовать себя несколько неловко из-за отсутствия реакции со стороны горничной. Наконец, словно приняв для себя некое решение, Рам в привычной для неё манере резко отвернула от него лицо. — Хм! Такой самоуверенный, хотя ты всего лишь Барусу, — негромко, беспощадно, но без всякого сарказма в голосе ответила она на его воодушевляющую тираду. — Нда, не такого безразличного ответа я ожидал, — Субару опечалился и даже несколько сдулся от таких слов.       Рам тем временем, не поворачиваясь к нему лицом, поднялась на ноги. Во всём теле по-прежнему чувствовалась дикая слабость. Каждая мышца нещадно болела, а боль в том месте, где раньше был её рог и вовсе обещала расколоть голову девушки в любой момент. Но всё это нисколько не смущало Рам. К такому состоянию она давно привыкла. По крайней мере она собрала достаточно сил для очередного рывка. Быть может её даже хватит на одно или два простых заклинания. А значит их положение улучшилось. — Нам пора двигаться дальше, подбери Рем и пошли, — приказала она бесстрастным тоном, поворачиваясь к нему спиной и лицом в направлении, куда им предстояло идти.       Раздосадованный дворецкий молча отвернулся и зашагал в сторону мирно спящей красавицы. Но его остановила ещё одна ремарка от розововолосой девушки: — Я решила, что доверюсь тебе, Барусу. — Что? — Рам решила, что раз ты столько эмоций вложил в свою героическую речь, то имеет смысл дать тебе шанс проявить себя. Коли ты так как сильно желаешь этого, то будь добр, не бросать слов на ветер и убедись, что Рам и Рем успешно вернутся домой. Безусловно, это касается и тебя, ведь пока ты не увидишь лично, что мы обе находимся в безопасности стен особняка, твою миссию нельзя считать оконченной, понятно? — пояснила Рам, по-прежнему стоя к нему спиной.       Но в этот раз в её голосе чувствовался задор и улыбка. Которые Субару не преминул заметить и расплыться в ответной улыбке. Она все-таки в него поверила. — Ещё бы! Какой же это счастливый конец, если ты сам не сможешь им насладиться, верно?!       А пока юноша поднимал и брал под руку бессознательную Рем, Рам прилагала усилие воли, чтобы заставить сердце успокоиться, а румянец убраться с лица. И ещё тяжелее ей было убрать довольную улыбку и вернуть себе серьезное выражение. Одновременно с этим она отчаянно боролась с совершенно чуждой ей мыслью, что кто-то вроде Барусу, освещенный луной, с блеском в глазах и железной уверенностью в своих словах мог выглядеть так круто. Совершенно невозможная чушь, ответила бы Рам, скажи ей кто-либо другой такое. Но это увидели её собственные глаза и потому ей было очень тяжело бороться с этой мыслью.       Когда к ней подошел юноша, державший Рем в здоровой руке, они снова пустились во тьму леса, надеясь в скорости достигнуть его границ.