Глава 4: Маленькие хитрости и большие признания

      Солнце уже практически скрылось за горизонтом, когда Эмилия, протяжно зевнув и потерев потяжелевшие веки, решила, что на сегодня занятий достаточно. С того дня, как она прибыла в этот особняк, её жизнь превратилась в бесконечную учебу. Ускоренный курс обучения чтению и письму сменился кипами книг по самым разным направлениям, о которых должен был быть осведомлен любой уважающий себя монарх.       География, история, трактаты о политике, основы экономики, учения о торговле внутренней и международной, промышленные и ресурсные карты Лугуники, изучение военной и политической ситуаций всех великих наций…       А ещё генеалогические древа самых влиятельных лиц Лугуники и других государств. Целые леса генеалогических древ, полных имен давно умерших людей, и того, как разные семьи и рода связаны друг с другом. И не дай Волканика она упомянет в положительном свете герцога, жившего двести лет назад, в разговоре с представителем побочной ветки его рода, которая с этим герцогом когда-то разругалась.       Хуже всего Эмилии давалась математика и экономика. А вот историю и географию она штудировала с большим энтузиазмом. Как раз сейчас она закончила очередную биографическую книгу о двадцать третьем императоре Воллахии. Устало выдохнув, девушка глянула в окно. Надвигавшийся закат напомнил, что она собиралась сегодня навестить Субару. Учеба в последние дни давалась ей плохо. Её мысли постоянно возвращались к обитавшему в гостевой комнате дворецкому.       Субару вызывал у Эмилии противоречивые чувства. С одной стороны он стал её первым другом. Единственным другом, если уж на то пошло, не считая Пака. Но Пак был её семьей. Субару всегда был с ней приветлив, добродушен, одаривал её комплиментами, хоть и не всегда уместными или понятными. Но даже в неловкие моменты он казался очень искренним человеком. Эмилии нравилось проводить с ним время и всегда хотелось задержаться в его компании ещё хотя бы ненадолго. Она была счастлива, что в еë жизни появился человек, который не смотрел на неë как на монстра, готового в любой момент откусить кому-то голову.       Но вместе с этим он постоянно попадал в опасные ситуации. Она знала его всего-то неделю и за это время он четырежды оказался в смертельной опасности. Он спас её от Потрошительницы, но заплатил за это вспоротым животом. Он был укушен замаскированным магверем и спасся только потому что жил в одном доме с Великом Духом. То есть лишь из-за невероятного везения! А затем два раза, всего за один день, он сломя голову отправлялся в лес, кишащий магверями, чтобы кого-то спасти. И оба раза возвращался оттуда израненный и без сознания.       И раны его были не только физические. Розваль сообщил, что из-за всех этих событий врата Субару оказались повреждены и теперь ему требовались недешёвые услуги опытнейшего целителя.       Каждый раз, когда Эмилия задумывалась о том, через что прошел Субару за последнюю неделю, она со страхом задавалась вопросом — а что если причиной всех его страданий была близость к ней? Ведь целью Потрошительницы была именно Эмилия. Да и за нападением магверей стоял некий шаман, а значит целью атаки снова могла быть она. Даже если в этот раз не будучи непосредственной целью, трагедия в Арламе сильно ударила бы по её из без того дурной репутации. И каждый раз именно Субару вставал между ней и бедой. И каждый раз цену за спасение ситуации платил тоже он.       Эмилии тяжело было думать об этом. Ведь если это так, если дальше количество опасностей, с которыми она столкнется на пути достижения своей личной цели будет лишь расти…если само нахождение рядом с ней будет подвергать его риску...то у неё не останется выбора. Ей придется отдалиться от своего единственного друга. Ради его же безопасности. Эта была горькая мысль, но Эмилия не была настолько эгоистичной, чтобы рисковать другом ради простого желания не быть одинокой.       Сегодня во время обеда Субару выпросил у неё возможность сопровождать её для вечерней прогулки. Девушка решила, что, в качестве награды, сегодня можно удовлетворить просьбу юноши и сказала, что заглянет за ним вечером, после того, как она закончит занятия. Эмилия со всей ответственностью подходила к учебному процессу, а потому первым делом она прибралась на рабочем столе и подготовила материалы для завтрашних занятий. Но тут в дверь постучали и донесся знакомый голос. — Эмилия-сама? Рам принесла вечерний чай. Разрешите войти? — Да, да, конечно. Заходи, Рам. Дверь распахнулась и в комнату вошла розовая горничная, с привычной для себя гордостью толкая перед собой тележку с подносом, на котором стояли заварочный чайник, сахарница, ложка и единственная чашка на блюдце. — Я тут подумала. Рам, а может сопроводишь меня к Субару? Он наверное, уже заждался. Прогуляюсь перед сном немного вместе с ним. И отругаю его ещё раз заодно! Надо же быть таким дуралеем! Кинуться прямо в лес, кишащий магверями, даже не позвав меня с собой! Уж сколько раз об этом думала, а никак не могу перестать злиться! — Кто вообще в наше время говорит дуралей? — подумала Рам, подавляя желание закатить глаза, а сама ответила: — Я как раз хотела с вами поговорить на этот счет, Эмилия-сама. Рам считает, что вашу прогулку с Барусу следует перенести на завтрашний вечер. — Перенести? Но почему? Я ведь и так отложила это на вечер из-за учебы! Тем более, что Субару ждет меня! Я не могу нарушить договоренность! Вдруг он подумает, что мне наплевать на него?! — начала было возмущаться полуэльфийка, крайне мило сморщивая лицо. — Поверьте Рам, Эмилия-сама. Даже если вы напрямую скажете Барусу, что вам до него нет дела, он в это не поверит. Тем более, что он уже получил нагоняй от Беатрис-сама за своё безобразное отношение к самому себе. — Как?! Он опять что-то вытворил и пострадал в процессе?! — искренне забеспокоилась принцесса за своего единственного друга. — Почти так, Эмилия-сама. Сегодня, во время готовки майонеза, Рам потратила слишком много маны и потому вынуждена была использовать помощь Барусу, чтобы добраться до гостиной. Так этот похабник, как только выдался случай, схватил Рам в момент её беззащитности и понес на руках. И это притом, что его раны до сих пор не исцелены. Естественно, в итоге состояние его тела ухудшилось.       Казалось, Эмилия сейчас лопнет, так пышно надулись её щеки от возмущения. Рам пришлось проявить усилие воли, чтобы не подойти и не потискать девушку, настолько мило она выглядела. — Вот ведь… Олух! Дуралей! Оболтус! И ведь хватило наглости ему после этого ещё у меня просить гулять с ним! — перечислив половину самых страшных ругательств, которые Эмилия знала, она выдохнула и по-доброму улыбнулась. — Хотя…зная его, он наверняка снова поступил совершенно бескорыстно, чтобы помочь тебе, не так ли, Рам? — Увы, Рам не в состоянии отрицать этого, Эмилия-сама. Вы весьма точно описали действия Барусу, — с легкой досадой отметила Рам. — Конечно, он ведь и мне помогал по этой же причине. Тогда, быть может мне стоит хотя бы навестить его перед сном? Заодно я бы подлечила его раны…и дала хороший подзатыльник за его безрассудство!       Разговор шел немного не так, как Рам планировала. Эмилия упрямо не желала отказываться от идеи пойти к Субару. Впрочем, у неё был наготове запасной план. — По распоряжению Великого Духа Пака в вашей комнате отсутствуют зеркала, поэтому с вашей стороны было немудрено упустить такую деталь. У вас ведь были проблемы со сном в последние дни, не так ли? — Э?! Как ты узнала? — Учитывая, что вы всегда с трудом встаёте утром? У вас на лице буквально написан минимум трехдневный недосып. Вы ведь плохо спали ещё с той ночи, как Барусу в первый раз принесли из леса. — Ну, да, ты права, я с трудом засыпала из-за того, что беспокоилась о Субару. Хоть он и очнулся и даже снова ходит, но состояние его врат не даёт мне покоя. А ещё проклятья ульгармов в его теле так и не смогли уничтожить даже Пак с Беатрис! — И ведь всё это может оказаться моей виной, — не стала она вслух произносить последнюю фразу. — У вас уже начали появляться мешки под глазами из-за недосыпа, — ровным голосом отметила горничная. — Что?! Серьезно?! Какой ужас! Как я перед Субару покажусь?! А вдруг он уже видел это сегодня?! Что же мне теперь делать, Рам?! — начала Эмилия паниковать, смотря на горничную щенячьими глазами в поисках помощи и поддержки. Реакция, которую горничная и ожидала увидеть.       На самом деле Рам была не до конца искренней. Да, Эмилия действительно демонстрировала признаки недосыпа и серьезное падение концентрации, что отражалось на её учебном процессе. Книга, которую она только что закрыла, должна была быть прочитана ещё вчера. Но мешков под глазами у неё и близко не наблюдалось. Видимо, эльфийская кровь играла свою роль. Однако Эмилия никогда не смотрела на своё отражение, а Великий Дух Пак уже дремал в кристалле и не мог вмешаться в разговор.       Когда сёстры-горничные после ужина мыли посуду на кухне, Рем тихо обмолвилась, что завидует леди Эмилии и хотела бы сама хотя бы немного времени провести с Субару. И тогда Рам быстро составила план действий. Уверив Рем, чтобы та сегодня сможет побыть с Барусу хоть до самой ночи, Рам занялась подготовкой вечернего чая для леди Эмилии, полная решимости отговорить полуэльфийку от вечерней прогулки с Субару.       Если Рем так сильно хотела побыть с ним, что даже решилась высказать своё желание вслух, то Рам обеспечит ей эту возможность! Потому что Рем была важнее всего на свете, а Рам была ответственной и любящей старшей сестрой, рассудила розововолосая девушка! Она ведь даже не врала своей леди. Лишь…преувеличила некоторые аспекты для усиления эффекта. И, судя по мило-испуганному личику Эмилии, план сработал. — Вам не стоит так переживать, Эмилия-сама. На ваше счастье, Рам отличается наблюдательностью и предусмотрительностью, а потому заранее подготовилась. В чай, который Рам принесла, добавлены травы, способствующие спокойному и крепкому сну.              Вы можете выпить его и лечь сегодня пораньше, чем обеспечите себе долгий, восстанавливающий сон. С вашим крепким здоровьем уже следующим утром вы проснетесь посвежевшей и прекрасней, чем обычно. И тогда вечером ничто не помешает вам баловать Барусу, исполняя его детские капризы. — Я бы не назвала это капризом. Он ведь не попросил ничего такого. Вообще…звучит как хороший вариант… Но что же с Субару?! Его исцеление ещё не завершено! А после его очередной глупости всё даже стало хуже! — Эмилия была рада возможности привести себя в порядок перед встречей с Субару, но его выздоровление было для неё главным приоритетом. — Вам не стоит переживать. Рем возьмёт на себя эту обязанность. Говоря откровенно, Рем тоже жаждет помочь Барусу. В конце концов он дважды рисковал собой ради неё и Рем очень хотела бы хоть немного отблагодарить его за это, — спокойно пояснила Рам.       С одной стороны она была уверена, что добродушная Эмилия будет только рада тому, что Субару не останется без внимания и целительной магии. Но, помимо этого, Рам хотела выяснить ещё одну деталь. Ей было важно посмотреть как госпожа отреагирует на слова, что другая девушка будет ухаживать за юношей. — Хм…я тоже в большом долгу перед Субару за его свершения… но я могу понять желание Рем. Главное, чтобы Субару как можно быстрее восстановился! — уверенно ответила полуэльфийка. — Рам лично проследит, чтобы Барусу получил по полной. Целебной магии, разумеется. — Хорошо! Так и поступим! — с уверенной улыбкой заявила принцесса, взяла кружку с чаем и залпом осушила её. После чего скривила по-детски недовольную мордочку и высунула язык. — Фе! Горькое! — Сахар лежит на подносе, Эмилия-сама, — нейтральным тоном подсказала Рам, прикладывая много усилий, чтобы не рассмеяться. Это было бы нарушением этикета горничных. — Ах…ну почему я не заметила?! Ладно, чего рыдать над разлитым молоком, — с обидой вздохнула девушка и улыбнулась горничной. — Спасибо за чай, Рам. Я, наверное, буду укладываться. — Я вас поняла, Эмилия-сама. Позвольте откланяться. И…хороших вам снов.       Поклонившись принцессе, Рам взяла тележку и покинула комнату. Её план удался. Теперь оставалось лишь навестить сестру и посмотреть как у неё были дела. Рем не подавляла их связь, но явно сдерживала поступление любой информации. Не слишком обнадеживающий признак.

***

      Ужин Субару принесла Рем. На этот раз не было никаких особых блюд, но для него это не было проблемой. Благодаря сегодняшнему триумфу в его жизни снова появилось белое чудо, под названием майонез. После почти недели без этой жизненно необходимой субстанции он теперь был готов жевать даже подметки от башмаков, потому что мог обильно смазать их своей любимой добавкой! Хотя, правильнее было бы сказать, что технически он прожил без майонеза уже почти месяц, но Субару быстро постарался выкинуть из головы эту мрачную деталь.       Он до сих пор наслаждался ощущениями от достигнутой им победы, проводя большую часть свободного времени в размышлениях о том, чем займется, как только закончится его постельный режим.       Первым пунктом, безусловно, шло будущее свидание с Эмилией. Эту цель он преследовал ещё до того как начался весь кошмар с проклятиями и шаманами.       Дальше надо будет заглянуть в деревню и убедиться, что дети не переживают из-за этого инцидента. А заодно подыскать идеальное место для свидания. — Ужин был чудесный, Рем. Как и всегда. Это не особое блюдо, конечно, но с такими вообще сложно тягаться. Даже с добавлением майонеза! Секретные семейные рецепты сами по себе находятся в отдельной категории легендарных предметов!       Субару сверкнул своей фирменной улыбкой и, видя, как лучезарно улыбается Рем, раскрасневшаяся от его похвалы, решил попробовать выбить себе поблажку. — А теперь, если ты не против, меня ждет вечерний моцион в компании Эмилии-тан! Заодно растрясу ужин немного, так сказать. Очень полезно для пищеварения!       Однако, к своему удивлению, вместо смущенной улыбки и робкого кивка, он наткнулся на строгое лицо Рем, которое напомнило, как мама смотрела на него, когда делал или заявлял что-то очень глупое. — Субару-кун. Ты уже забыл нагоняй, который получил от Беатрис-сама после обеда? Ты перенапряг своё тело. А потому сегодня у тебя постельный режим! — мягко, но строго отчитала его голубоволосая горничная. — Но ведь я это сделал, чтобы не дать Рам упасть без сил! — Поверь, сестра очень благодарна тебе за заботу! А Рем ещё больше! Поэтому сегодня твоим лечением будет заниматься Рем! Обещаю, я никаких сил не пожалею ради исцеления Субару-куна! — с энтузиазмом заявила девушка, подняв кулачок вверх. — Рем, спасибо тебе огромное за проявляемую заботу, я совершенно не против её. Но тут играет другой важный фактор! Это работа для главной героини, понимаешь?! Мне нужно увидеться с Эмилией-тан и выполнить поздравительный ивент! — Рем не всё поняла, из того, что Субару-кун сказал, но выполнить этот «и-вент» он сможет завтра. Как и увидеться с леди Эмилией. А сейчас, если ты не против, я приступаю, — с этими словами Рем заставила Субару лечь в кровати протянула к нему руки и принялась вливать ману в его тело. — Жду не дождусь, когда завтра снова увижу Эмилию-тан и обсужу с ней наше предстоящее свидание! — мечтал Субару вслух.       И он не потерпит никаких возражений со стороны всяких вредных лолей или чрезмерно заботливых сестёр! Они плохо знают Нацуки Субару, если думают, что смогут удержать его в кровати! Если надо будет он до маркграфа дойдет! — Кстати, Субару-кун. А что такое «си-видание»? — Ну, свидание это когда парень и девушка идут вместе куда-нибудь, смотрят на одни и те же вещи, узнают больше друг о друге и вообще хорошо проводят время вместе. — Тогда в лесу ты сказал, что Рем стала первой девушкой, с которой он был на этом «свидании». А когда у нас с тобой случилось это свидание? — О! — икнул Субару и почувствовал, как покрывается испариной.       В лесу он это заявил просто так, на кураже, чтобы дать Рем хоть какой-то ответ, а заодно подбодрить самого себя. Но вот попытка сказать правду явно закончится очередным сердечным приступом, чего ему точно не хотелось испытывать! Поэтому пришлось думать на лету. — Н-ну…мы ведь вместе ходили в деревню в тот день, когда всё случилось, верно? И, вроде даже хорошо провели время! Я познакомил местных с радио гимнастикой! Вот, пожалуй и свидание! — То есть ты был на свидании сразу с Рем и с сестрой... — задумчиво прокомментировала девушка. — Т-то как ты это описала, выставляет меня каким-то плейбоем! Я о свидании с одной-то девушкой не особо мечтал, а тут сразу две! Но да, наверное, можно и так сказать… — не то чтобы Субару мог сослаться на какую-либо ещё совместную прогулку, чтобы обозначить её как свидание.       Ну не называть же свиданием их совместную прогулку по ночному лесу, с целью помешать кормлению местной фауны! Пришлось жертвовать своим образом высокоморального мужчины. — Н-но свидание с Эмилией-тан это совсем другое! Это сюжетообразующее событие, которое должно превратить искру романтики в наших сердцах в быстро разгорающийся костер, понимаешь?! — решил он провести черту, чтобы больше не возникало недопониманий. А ещё ему почему-то очень сильно захотелось спать. — Ничего страшного. Не знаю, кто такие «пулейбои», но Рем совсем не против если на «свидания» мы будем ходить втроем с сестрой. — Вот оно как…хе-хе… рад это слышать! Обязательно учту на будущее! — Субару хотел как можно быстрее замять эту тему, потому что с каждым предложением он чувствовал себя всё более неловко. — Но, на всякий случай, сообщу, что на свидание с Эмилией-тан я бы предпочел …сходить …только вдвоем.       Последние слова он произнес зевая и со смыкающимися глазами. Благодаря магии Рем он быстро погрузился в глубокий сон, после чего девушка молча продолжила процедуру в тишине и без необходимости скрывать выражение печали на лице. — Рем была бы счастлива сходить с тобой на ещё одно свидание, Субару-кун. Вот только захочешь ли ты этого? — тихо пробормотала девушка, борясь с сильным желанием поцеловать спящего в лоб. Она решила ещё некоторое время посидеть с ним. Вид мирно спящего Субару был словно бальзам для её страдающей души.

***

      Примерно через полчаса Рам тихо вошла в комнату, где восстанавливался Субару. Её взгляд упал на Рем, сидевшую справа на самом краю кровати, в которой мирным сном спал юноша. Младшая сестра молча поглаживала его непослушные волосы правой рукой. — Я смотрю его жуткая копна не даёт тебе покоя, Рем, — привлекла Рам внимание сестры. — Рем раздумывает, позволит ли Субару-кун ей постричь его. — Можешь в этом не сомневаться. Стоит ему хоть один раз почувствовать магию твоих рук на его волосах и он не сможет больше жить без этого. Уж Рам-то знает, — в шутливой форме похвалила горничная талант младшей, подходя к кровати с дугой стороны и задумчиво глядя на спящего. Уже не в первый раз за день она про себя отметила, что достаточно было один раз посмотреть на его лицо, чтобы внутри неë начали разгораться множество разных эмоций. — Да, случись такое, это было бы замечательно, — с меланхоличной улыбкой ответила Рем. — Я полагаю процедура прошла без проблем? — Я бы сказала что ему и сама процедура была не слишком нужна. Беатрис-сама постаралась на славу за эти несколько дней. У Субару-куна оставались лишь небольшие внешние повреждения, с которыми тело справится само. Но внутренние повреждения ещё остались и потому в ближайшие дни ему нельзя будет перенапрягаться. Рем лишь…подчистила остатки. — Видимо, только это на такое мне и стоит рассчитывать в будущем. Довольствоваться остатками… Только послушай сама себя! Насколько же эгоистичной ты можешь быть? ! Даже крохи внимания от Субару-куна это несравнимо больше по сравнению с тем, что ты действительно заслуживаешь! — ругала сама себя Рем, стараясь, чтобы её эмоции не передались сестре. Ещё не хватало беспокоить Рам подобными глупостями, роящимися в её сердце.       Но, хоть она и смогла удержать свое состояние от передачи через синестезию, Рам она не могла просто так обмануть. Печать грусти на её лице для старшей сестры была очевидна. Она хотела было спросить, чем это было вызвано, когда Субару привлек их внимание. Его лицо вдруг скривилось от страха и боли, он начал трепыхаться и стонать. — Нет… не надо! Уходи! Прочь!       Сестры несколько секунд испуганно смотрели на страдавшего от ночного кошмара юношу, затем одновременно потянулись к его рукам. Обе, не сговариваясь, взяли его руки в свои и держали, пока метания Субару не утихли, а на его лицо не вернулось выражение покоя. — Столько храбрился, а сам всё это время был в ужасе от происходившего. Вот его теперь кошмары и мучают, — сочувственно покачала Рам головой, не отпуская его руку. — Такой самоуверенный, хотя ты всего лишь Барусу. — Но даже несмотря на страх, он не отступился, — с обожанием в голосе сказала Рем.       На этот раз она не стала подавлять свои эмоции и чувства сестры обрушились на Рам с интенсивностью, которую она не ощущала уже давно. И эти эмоции резонировали с теми, что сейчас испытывала сама Рам. С момента, как Субару разрыдался от радости, когда они принесли ему их особое блюдо, Рам осознала, что в ней проснулись новые эмоции. Эмоции, которые она не испытывала уже много лет. Ей было трудно взять и высказать всё прямо. Но зато она знала ту, кто сможет выразить еë чувства вместо неё. — Он вечно юлит. — Но когда это важно, он совершенно искренен, — парировала Рем с улыбкой.       Эти эмоции Рам испытывала в жизни лишь раз, в отношении долговязого волшебника, что спас их обеих, который приютил их, дал им новый дом и возможность начать жизнь заново. Она думала, что нашла человека, которому действительно было не наплевать на них. Пока не узнала об этой проклятой книге, пока не заставила его признаться во всем. Рам и Рем для него были просто инструментами достижения цели.       В тот день сердце Рам было разбито, когда первый человек, которому она готова была довериться телом и душой предал её веру в него. Ему было наплевать, как и всем до него. Поэтому, когда она поняла, что начала испытывать похожие эмоции в отношении Субару, она поначалу испугалась. Рам боялась, что её чувства снова предадут. Рем была буквально ослеплена навалившейся на неё любовью и сестра не хотела мешать этому. Стоило позволить младшей испытать радость первой любви. — Он безрассудный, — проворчала старшая сестра. — Он храбрый, — с улыбкой ответила ей Рем.       А самой Рам оставалось лишь завидовать невинности и чистоте её чувств, одновременно пытаясь совладать с собственными страхами и сомнениями. А что если Субару окажется таким же? Но она хотела верить в него. Очень хотела. Если бы его уверенный и лишенных хитрости взгляд в лесу оказался ложью, то Рам навсегда похоронила бы идею всецело довериться кому-либо в этом мире, кроме сестры. Но ведь он не обманул её ожиданий. Кинулся прямо в пасть смерти, не имея никакого плана, кроме желания дать сёстрам время на побег. Не стал винить Рем за всё случившееся, более того, даже смог растопить лёд вокруг еë сердца, чего не удавалось никому. Даже Рам.       А сегодня, когда она потеряла равновесие, этот целеустремленный и бескорыстный идиот подхватил её и понес на руках даже не подумав о своих собственных ранах! Конечно, кто-нибудь скажет, что это могла быть хитрость, способ втереться в доверие, но Рам не желала думать о таком. Она хотела верить в него. В его глаза. В его глупую ухмылку, говорящую «доверься мне, я всех спасу!» Даже в эту дурную привычку бросаться на помощь другим ценой собственного здоровья. — Он криворукий, — добавила она. — Он всегда стремится стать лучше. — У него жуткие глаза и короткие ноги. — Но когда они смягчаются, то выглядят очень добрыми, а ноги достаточно сильные, чтобы унести даже демона.       На эту ремарку Рам могла лишь ответить добрым смешком. И ведь не поспоришь. Буквально несколько дней назад эти самые "короткие ноги" сначала спали еë от верной смерти, а потом часами несли еë сестру в безопасность.       Рем к этому моменту уже поняла, что на самом деле хотела сказать Рам. Гордость мешала ей самой раздавать похвалы Субару. Но Рем была только рада взять эту почётную обязанность на себя и потому с улыбкой встречала слова сестры. — У него нет манер, он похабник, наглец и выпендрёжник! — выдала Рам залпом, внутренне соглашаясь с каждым словом Рем. Ей было важно убедиться, что сестра думает так же как и она. … — И ему не наплевать, — с особой нежностью в голосе подытожила Рем.       Всё ещё держа руку Субару в своей левой, а правой слегка касаясь его щеки, словно боясь ненароком разбудить. Слова сестры заставили сердце Рам ëкнуть. В памяти всплыл разговор с Субару той ночью в лесу, когда она решила выяснить его мотивы. Когда он стоял над ней, освещенный луной, полный решимости. — Я не для того рисковал жизнью, спасая Рем, только для того, чтобы на следующий день бросить её сестру в такой же ситуации! Даже не пытайся втирать мне эту хрень про рациональные шаги! Я это сделал, потому что просто не мог поступить по-другому! Потому что иначе нельзя! — Когда-то меня спросили, кого из двух демонов из сказки я бы выбрал. С кем бы решил бы подружиться. — Я не собираюсь выбирать одного или другого! Я не позволю ни одной из вас погибнуть! Ни Рем, ни тебе! Даже если каждая из вас будет всячески пытаться пожертвовать собой ради другой! Потому что я так хочу! Потому что не желаю видеть ни одну из вас сломленной горем утраты! Я настолько жадный, что отказываюсь выбирать между сестрами демонами!       Он сказал это ей прямо в глаза. И сдержал обещание. Даже когда ситуация казалась безвыходной, Субару не оставил никого, сам бросился в пекло, не стал выбирать между красным или синим демоном, но сделал так, чтобы обе сестры оказались в безопасности. Рам была согласна с сестрой, Субару было не наплевать на них. В ту ночь он в первую очередь думал о них и о том, чтобы они были в безопасности. Даже ценой своей жизни.       Рам не могла больше бежать этих чувств. Она хотела, чтобы он и дальше думал о них также и даже больше. Хотела, чтобы он смотрел на них такими же глазами — полными уверенности, что всё будет хорошо, что никто не будет оставлен позади. Ибо он был тем, кому было не важно, Рам или Рем, реинкарнация бога демонов или обычная девушка-демон. Обе были одинаково ценны в его глазах. — Да… — тихо произнесла Рам, повторяя жест сестры и нежно прикоснувшись ко второй щеке юноши. Ей понравилось это прикосновение. Она хотела делать так и дальше. — Ему не наплевать.       Казалось бы, простые слова для обычных людей, но для сестер демонов они имели особое значение. Это были слова, которые они могли сказать лишь в отношении тех, кому готовы были доверить себя, сестру и жизнь без каких-либо сомнений. В клане они могли такое сказать разве что о своих родителях. За все годы с тех пор, как погибла их деревня, никто даже не приблизился к тому, чтобы получить такой уровень доверия. Но теперь появился тот, про кого Рем была готова сказать это.       Поэтому она решилась. — Сестра. Я хочу… Я хочу, чтобы Ба-Субару… чтобы он был с нами… Хочу, чтобы Субару стал нашим, — призналась Рам, полностью давая волю чувствам.       Глаза Рем расширились от удивления. Она и до того искренне верила, что сестра тоже поняла, насколько потрясающим человеком был Субару, но даже в мечтах не смела ожидать от неё подобного заявления.       Сегодня, когда они вместе готовили майонез для Субару, а за пару дней до этого особое блюдо, Рем была искренне счастлива от того, что она делала что-то вместе со своей сестрой. Не повторяла за сестрой, не вместо сестры, не ради сестры. Вместе с ней. Она делала своё любимое блюдо вместе с Рам, чтобы порадовать человека, который снова запустил её время. И понимала, что именно благодаря ему смогла осознать радость делать что-то вместе с сестрой. Она хотела испытывать это чувство как можно чаще.       А теперь выяснилось, что еë потрясающая сестра испытывала к нему такие же чувства. — Если подобное может стать реальностью, если Субару станет частью нашей маленькой семьи. Если станет нашим… Рем не может и подумать о большем счастье, — но эти радостные слова для неё прозвучали подобно пустому разговору о несбыточных надеждах. — Тогда не стоит тянуть. Завтра же скажем ему о наших чувствах. В таких делах не стоит тянуть. Да и воспоминания о случившемся у него ещё свежи и это будет нам на руку. — Сестра… я… я не думаю, что нам стоит вот так всё ему высказывать… — покачала головой Рем. Её сестра ещё не понимала, что в сердце Субару уже кто-то есть. — Почему? Наоборот, чем дольше будем тянуть, тем больше он будет смотреть в сторону леди Эмилии. Это может сыграть против нас, — слова Рам заставили голубую горничную повесить голову. — Он…уже… его глаза смотрят только на леди Эмилию. Он думает лишь о ней. Она уже занимает всё его сердце. Найдется ли там хотя бы уголок для нас? — с неуверенностью и подступающими слезами в голосе ответила младшая сестра, переводя взгляд на Рам. — Сегодня, когда я лечила его, все его мысли были лишь о ней. Он не замечал меня, не говорил о сестре. В его сердце есть лишь Эмилия-сама. — Ты зря сразу опускаешь руки, Рем. Я понимаю твои сомнения, но это лишь означает, что перед нами встает задача, требующая бОльших усилий, — решила Рам вселить уверенность в свою сестру. — Пусть у него и возникла влюбленность к леди Эмилии на фоне событий в Столице. К тому же она утешила его, дав отдохнуть на своих коленях, когда стресс от пережитого столкновения с убийцей дал о себе знать. Но они общаются друг с другом меньше недели. А значит успеть закрепиться его влюбленность не могла. — Будь это только сестра, у неё наверняка бы получилось, ведь она потрясающая. Но вот Рем-… — Имеет даже больше шансов завоевать его сердце! Барусу ведь только сегодня говорил тебе о том, какая ты на самом деле прекрасная! Ведь именно ты воссоздала для него майонез! Между прочим Рам крайне обидно от того, что те же слова от неё ты годами игнорировала, а какой-то Барусу за неделю растопил твой лёд! После такого Рам чувствует себя ненужной! — с фальшивой обидой заявила розовая горничная, скрестив руки на груди. — Сестра…я… Рем не…       Начала было Рем испуганно бормотать, прижав руки к груди. — Успокойся… Я на самом деле счастлива, что ты так изменилась. Просто… Рам очень стыдно, что даже за годы я не смогла добиться результата, которого Барусу добился за неделю.       Рем несколько успокоилась, когда сестра сообщила, что не злится на неё и решила вернуться к насущной теме. — И всё же. Рем считает, что если мы сделаем шаг сейчас, то лишь получим отказ. — Я поняла тебя, Рем. Если всё так, как ты говоришь, то действовать напрямую действительно неразумно. Это лишь создаст некомфортную ситуацию для всех нас… — начала размышлять Рам вслух. — Мы…могли бы показывать ему, что он нам тоже не безразличен. Не напрямую, но действиями. Намеками. Как с нашим особым блюдом. И сегодня с майонезом.       Слова старшей сестры зажгли в Рем огни новой надежды. Ведь она и сама думала примерно о том же. Но если она будет действовать совместно с сестрой... а ещё она напомнила про майонез. — Ну конечно! Субару-кун же сам сегодня рассказал о своем желании! Если Рем эту фантазию воплотит, Субару-кун определенно будет счастлив! И похвалит Рем! И станет к нам ещё ближе!       Рам внезапно почувствовала сильный прилив решимости и готовности действовать со стороны сестры, аналогичный тому, что она испытывала сегодня, во время обеда. Это напомнило ей о собственном решение проследить за сестрой, чтобы она не натворила чего, но пока не подала виду. Сейчас важнее было другое. — … Согласна. Мы должны сделать так, чтобы именно с нами Барусу чувствовал, что им дорожат и любят. Нужно, чтобы как можно чаще одна из нас или мы обе были с ним рядом и постепенно он начнёт смотреть только на нас. У Рам уже есть некоторые идеи, как нам добиться этого. Остается вопрос леди Эмилии. — Я думаю... нам следует сблизиться с леди Эмилией. Узнать у неё самой, как она относится к Субару-куну и чего она сама хочет. — Да, пожалуй так и поступим. Мы не раз видели, что Барусу неровно дышит к ней, но вот чтобы Эмилия-сама отвечала ему взаимностью я не наблюдала. Быть может эта влюбленность односторонняя. И если так, нам будет проще. Эмилия-сама - одинокая девушка, и если в Субару она видит в первую очередь друга, то мы сможем дать ей это взамен. — Мы…у нас действительно есть шанс, сестра? — впервые с надеждой в голосе в голосе спросила Рем. — Конечно. Действуя вместе, у нас точно получится, — Рам уверенно улыбнулась сестре, чтобы подбодрить её. — А сейчас пойдем. Нам тоже следует пойти спать. С завтрашнего дня у нас прибавится работы. — Рем хотела бы ещё немного побыть с Субару-куном. Всего чуть-чуть.       Эти слова она произносила, снова смотря на старшую с щенячьими глазками. В последние дни Рем довольно часто прибегала к этой тактике. Как старшая сестра, Рам должна была возмутиться такому незрелому поведению, но даже её железная воля ничего не могла противопоставить подобному взгляду, полному мольбы и обожания. — Это всё твоя вина, Барусу, что Рем стала даже ещё более милой, чем раньше… Как же я благодарна тебе за это! — Хаа…как знаешь. Но прошу, не засиживайся допоздна. Ты понадобишься мне в своей лучшей форме, хорошо? — Конечно, сестра. Обещаю.       Рам подошла к сестре, нежно обняла её, после чего неторопливо покинула помещение. Раз её младшая сестра хотела немного побаловать себя видом спящего Субару, кто она была такая, чтобы отказать её в этом? Сколько раз она сама сидела рядом со спящей Рем, наблюдая за её мирным сном. Ну и однажды…однажды она тоже посмотрит, как Субару мирно спит.       Но даже обожание миленькой сестрички не заглушило до конца её рациональную часть, которая помнила о подозрительных намерениях, которые роились в голове Рем. А потому, увы, сон старшей сестре пока не светил.

***

      Главная купальня в особняке имела сразу несколько ванн. Основную по размерам можно было бы даже назвать бассейном, который наполнялся тоннами воды и нагревался огненными камнями, расположенными снизу. Но она использовалась в первую очередь в те дни, когда ванну принимал хозяин этих земель, ну и в последние месяцы в этот список была добавлена одна полуэльфийка. Впрочем, нельзя было отказать в щедрости маркграфу, который совершенно не возражал, чтобы его слуги расслаблялись в основной ванне в те дни, когда ею пользовался он или его гостья.       Но сейчас главная ванная стояла пустой и сухой. А всё действие разворачивалось в углу комнаты, рядом с куда менее внушительным по размерам бассейном. Впрочем, несмотря на меньшие размеры в нём с комфортом могли уместиться несколько человек, и он ничем не уступал по функционалу своему старшему собрату.       Рядом стояла Рем, на лице которой играла широкая и даже немного пугающая своим энтузиазмом улыбка. И пришла она сюда отнюдь не для того, чтобы искупаться. Девушкой в этот момент двигало чувство куда более могущественное, чем просто желание соблюсти личную гигиену. Нет, она ощущала, что стоит на тропе любви. А в любви, как на войне - все средства хороши. И, как дерзкий полководец, она собиралась подготовить завтрашнее поля боя, чтобы одержать сокрушительную победу на любовном фронте. И инструментами её победы станут целый чан масла для готовки, примерно пять сотен яиц, а также обильные порции соли, перца и полная ваза уксуса. — Пора приступать. Не могу дождаться момента, когда Субару-кун будет нахваливать Рем за её заботу и дальновидность… Он ведь сам сказал об этом…. Ах, быть может я даже осмелею настолько, что попрошу у него погладить меня по голове! Дважды! — накручивая себя приятными фантазиями, Рем взяла в одну руку яйцо, во вторую нож и приготовилась приступить к реализации операции «Заплыв в белом». — Мне кажется ты слишком уж заранее приступаешь к готовке завтрака, дорогая сестра, — внезапно раздался за её спиной голос розовой горничной.       Рем от неожиданности раздавила яйцо, едва не уронила нож и тихо ругнулась на себя за то, что всегда так тщательно смазывает все петли в особняке, что при открытии даже массивные двери не издают ни звука. — Не говоря уже о том, что ты выбрала весьма необычное место для готовки… — бегло глянув на ингредиенты, которые Рем притащила в ванную комнату, Рам пришла к однозначному выводу. — Майонеза…       В голове девушки, начала складываться картина, но пока что она просто отказывалась в неё верить. А значит, нужно было получить ответ у виновницы. Благо, раз уж она уже здесь, то можно было не напрягаться. — Сейчас как раз тот момент, когда моя милая сестрёнка рассказывает свой прекрасный план, требующий подготовки целой… ванны… майонеза, — нарочито спокойно спросила Рам, одарив сестру своим максимально безразличным взглядом.       Голубая горничная густо покраснела, и не знала, как ей признаться сестре в том, ради чего она всё это затеяла. Быть может ей удастся хоть как-нибудь выкрутиться из этой щекотливой ситуации с помощью полуправды? — Р-Рем решила это сделать ради Субару-куна! Это стало бы частью нашего плана по завоеванию его сердца!       Безразличность во взгляде сохранялась. — Р-Рем делала это, потому что Субару-кун этого хотел! — продолжала оправдываться девушка, краснея всё сильнее.       Безразличность во взгляде сохранялась. — Рем хотела, чтобы Субару-кун пришел в восторг от того, что мы исполним его просьбу!       Безразличность во взгляде усилилась. — Рем мечтала, чтобы Субару-кун снова похвалил еë и может даже погладил по голове... — сдалась девушка под молчаливым, безэмоциональным и неодолимым напором старшей сестры, виновато опустив плечи.       Плакала её идея порадовать любимого майонезной ванной, о которой он сам её попросил. Точно, он ведь сам просил об этом! Так почему она чувствует себя виноватой?! — Вообще-то, Субару-кун лично сказал Рем, что хочет ванну, полную майонеза! — Вот как? И как же он выразил столь эксцентричное желание? — Во время обеда, когда Субару-кун хвалил Рем за майонез, он сказал, что ему надо, и я цитирую «буквально купаться в нем, чтобы выжить»! Поэтому Рем решила взять на себя задачу исполнить его желание и помочь в его восстановлении!       Это был второй раз за день, когда Рам не сдержалась и шлепнула себя по лбу ладонью. Быть может она совершила огромную ошибку, решив добиваться любви дворецкого? Если её сестра продолжит творить такие глупости просто ради его похвалы, то очень скоро она из розовой горничной станет седой. Выдохнув, она открыла глаза и увидела, что любимая и милая сестренка смотрит на неё виноватым и умоляющим взглядом. Рам решила, что ей стоит самой потренировать такое выражение и как-нибудь опробовать его на Субару. — Рем…в случае с Барусу надо помнить главное — этот балабол обожает «танцевать» вокруг темы, отказываясь переходить к её сути. А ещё он просто обожает кидаться метафорами и никому не понятными сравнениями. Откровенно говоря, Рам поражается тому, как столь богатый и сложный словарный запас сочетается с тем, что он едва может писать и читать простейшие вещи. — Н-но, Субару-кун же… — В очередной раз нёс радостную околесицу, совершенно не осознавая, что ты могла принять её за чистую монету… Ты действительно думаешь, что он будет рад плавать в горячем, разбавленном водой майонезе? — Так я не собиралась добавлять воду! — Хааах… Рем? — Да, сестрица? — выдала Рем свою самую очаровательную улыбку, надеясь растрогать свою изумительную старшую сестру. — Ухх! — мысленно прошипела Рам, получив ментальный хук из милоты и сестринской любви. Вся её гневная тирада теперь выглядела мелочной и излишней, когда на неё смотрели два сапфира, полных обожания и раскаяния. — Убери продукты на место. И ложись спать. И с этих пор, никаких больше кулинарных экспериментов превышающих масштабами большое блюдо без моего ведома, ясно? — Абсолютно, сестра! — радостно отчеканила Рем, счастливая, что так легко отделалась.       Рам покинула купальню, прекрасно зная, что теперь сестра точно не станет творить лишних экспериментов. По крайней мере сегодня. — Надо будет попенять Барусу, чтобы следил за своим языком, когда он общается с Рем…а ещё сказать ему, чтобы чаще гладил её по голове, когда хочет её порадовать, — устало думала девушка, мечтая поскорее оказаться в своей постели. Это был долгий день.