Глава 31. Исповедь

— Тео, я же сказала, что не заблужусь, если сама дойду до библиотеки, — улыбнулась Гермиона, когда мужская рука из-за её спины потянулась за книгой, стоящей на полке, чтобы добраться до которой, Гермионе пришлось тянуться на носочках. — Спасибо, — поблагодарила она, оборачиваясь, когда книга была вручена ей в руки. Внезапно улыбка сползла с её лица, книга выпала из рук. Гермиона сглотнула, её дыхание участилось, стало тяжёлым. Лёгкие и другие внутренности сдавил спазм, отправивший по всему её организму тысячи мельчайших нервных импульсов. Она приоткрыла рот, но ещё несколько секунд не могла выдавить из себя и слова. — Рад вновь видеть тебя, грязнокровка, — с улыбкой выдавил мужчина. — Френк… — безжизненно прошептала Гермиона, отходя на шаг назад, упираясь бёдрами в письменный стол, — что ты… — она запнулась, когда он подошёл ближе. — Ты так на меня посмотрела, будто смерть свою увидела, — усмехнулся он, — в последний раз ты на меня так смотрела, когда стояла передо мной на коленях. Соскучилась по былым временам? Можем повторить. Гермиона молчала, переминая пальцы рук. Послышались громкие шаги, и её сердце словно перестало биться. Девушка уткнулась взглядом в стеллажи с книгами, из-за которых вышла Андреа, одарив парочку улыбкой, направилась к выходу. Гермиона дёрнулась с места, чтобы догнать Андрею, но Френк грубо ухватил её под локоть, заставляя остаться на месте. — Куда собралась, детка? — усмехнулся он. Гермиона одёрнула руку, со злобой посмотрев на него. — Что тебе ещё от меня нужно? Кто тебя сюда впустил? Френк провёл ладонью по щеке девушки. Гермиона замахнулась, оставляя на его щеке звонкую пощёчину. — Как же мне нравится это самое в тебе, — оскалился он, — твой пылкий нрав. Теперь я понимаю Малфоя – он отхватил себе лакомый кусочек и не хочет с ним делиться. Весьма эгоистично, не считаешь? — Ещё раз ты прикоснёшься ко мне, — начала она, но Френк перебил её. — И что ты мне сделаешь? Встанешь на колени, моля о прощении? — Обо всём расскажу твоему генералу, посмотрим, что он сделает с тобой, — улыбнулась она. — Не забудь упомянуть ему о том, что хотела отсосать мне, стоя на коленях, — рассмеялся он, заправляя за ухо Гермионы прядь волос. Девушка перехватила его руку. — Что ты несёшь? — прошипела она, — не было такого. — А ты попробуй докажи. Я скажу, что было, или мне сразу сказать, что было всё? Сказать, что ты отсосала мне прямо в ночь вашей свадьбы, а потом извивалась как змея на моём члене? Это было бы забавно. — Он убьёт тебя за ложь, — злобно процедила она. — Если ты сможешь доказать, что это была ложь, — усмехнулся Френк. — А ты скажи ему всё в точности так же, как сказал сейчас, и поверь мне, я смогу доказать всё, что нужно. — Целка что ли? — склонился к её лицу он, почти уткнувшись носом в её. — Знал бы ты, какой ты мерзкий, — избегая прямого зрительного контакта с Френком, Гермиона увела взгляд в пол. — Я попал в яблочко, — с ноткой удивления прошептал он почти что в губы девушки. Гермиона прикрыла глаза, чтобы не видеть его. — Нет, всё равно не поверю, что сама Гермиона Грейнджер досталась кому-то в подарочной обёртке. Не может быть, что у тебя ни разу ни с кем ничего не было за двадцать лет, тебя не трахал ни один из ваших орденовцев? А Поттер? Даже ему ты не дала запустить свои руки в… — Френк, я прошу тебя, перестань делать это. — Делать что? — Говорить мне всю эту мерзость. — Только если ты честно ответишь на один мой вопрос, — серьёзным тоном произнёс он, Гермиона обречённо кивнула. — Я часто думал о тебе в последние годы, не бери слишком много на свой счёт – простой интерес, но ты девственница? — он сократил оставшиеся миллиметры до губ девушки, не получив ответа в течение следующей секунды. Гермиона оттолкнула Френка, оставляя на его щеке красный след от звонкой пощёчины. — Драко обо всём узнает, Френк, я пыталась держать себя в руках, но делать этого больше не собираюсь. Если ты приблизишься ко мне ещё хоть на шаг, прикоснёшься ко мне, я переломаю твои чёртовы руки. — Ты права, Грейнджер, но если ты хоть намекнёшь ему о том, что я хотя бы посмотрел на тебя не настолько дружелюбно, насколько ты ожидала, все узнают о твоём позоре на свадьбе, не останется ни единой живой души, не слышавшей об этом. — Я убью тебя, — прошептала она. — У тебя даже оружия при себе нет, — усмехнулся он. — Ты думаешь, для этого мне нужно оружие? — Гермиона нервно рассмеялась, — я делала это чаще, чем ты думаешь обо мне. А теперь главный вопрос, какого чёрта ты здесь шатаешься? — И ты думаешь, я буду перед тобой отчитываться? — Не забывай своего места, Френк, не забывай, кто перед тобой, с кем ты говоришь. — И с кем же? — скрестил руки на груди он, — дай-ка сам попробую угадать, передо мной стоит, со мной говорит та, кого трахает верховный владыка и наш генерал? Тебе просто повезло родиться с милой мордашкой, иначе на тебя бы не смотрел ни он, ни кто-либо другой. — Меня зовут Гермиона Джин Грейнджер – Малфой, ни для кого не секрет, что я солдат, состоящий в рядах Ордена Феникса, я заслужила свою репутацию на полях сражений, стала любимой и единственной женой твоего генерала и вашего верховного владыки, одно моё слово, и тебя сотрут в порошок. Не стоит недооценивать своего противника и пытаться играть с огнём, Френк, может, тебе и могло показаться, что ты сможешь противостоять мне, но, — она шагнула ближе к Френку, — ты и не подозреваешь, насколько сильно ошибаешься. Я клянусь тебе, что ещё одна выходка с твоей стороны вынудит меня вновь запачкать руки в крови. — С силой оттолкнула мужчину Гермиона.

***

— А книга, о которой ты говорила? — спросил Тео, едва Гермиона, вернувшись обратно в комнату, расположилась на диване. — Я не нашла её, — легко соврала девушка. — Кстати, спасибо за сегодняшний подарочек от тебя, ангелочек, я оценил, — улыбнулся Теодор. — От меня? — удивилась девушка. — Мне сегодня доставили ящик превосходного огневиски. Помнишь, я порекомендовал тебе запросить у Малфоя его, если чего-то у вас не будет? Гермиона улыбнулась, посмотрев на Малфоя. Она благодарно кивнула ему, с улыбкой принимаясь рассматривать кольцо на безымянном пальце. — Знаете, я столько раз слышала, что Гермиона Грейнджер хороша собой, слухи оказались правдивы, понятно, почему у неё не бывает отбоя от представителей противоположного пола. И как интересно вы, генерал, справляетесь с ревностью, правду говорят, красивая жена – проклятие, — хихикнула Андреа, заставляя взоры десятка людей направиться на неё. — Ты оговорилась, — подметил Малфой, — она Гермиона Малфой. — Ты хочешь что-то конкретное сказать? — грубо спросила Гермиона, перебив Малфоя, бросив на девушку суровый взгляд. — Ты чего, Гермиона? — одарила невинным взглядом миссис Малфой девушка, — я всего лишь сделала комплимент твоей внешности. Я же не говорила, к примеру, будто бы застала, как ты в библиотеке прижималась к какому-нибудь мужчине или просто развлекающуюся подобным образом. — Бред, — быстро проговорил Забини, — я полжизни знаю Гермиону, она скорее будет сутками сидеть над книжками, чем развлекаться. Несомненно, она хороша собой, но у меня сложилось примерное представление о её моральных убеждениях. — И всё же, мало ли что может скрываться под её невинным обличием, — пожала плечами Андреа. — Ты говоришь сейчас о моей жене, — процедил Малфой, — советую уже начать тебе думать перед тем, как что-то произнести. — Но ведь… — Андреа! — резко произнёс Теодор, — ты сильно заблуждаешься, Гермиона и есть ангелочек. — Милый, почему ты называешь ангелочком только её? Разве и я не могу быть твоим ангелочком? — похлопала ресницами Андреа, прижимаясь к Теодору. — Не можешь, это звание уже закреплено за мной, — резче, чем предполагалось, произнесла Гермиона. — О, прости, Гермиона, у тебя оказывается столько защитников, но я ведь только пытаюсь сделать тебе пару комплиментов, чтобы подружиться. Столькие тебя видели, уверена, тебя узнают даже на улицах. — И вправду! — начал говорить мужчина, сидевший сбоку Гермионы. Его лицо ещё в самый первый день пребывания в гостях в поместье Забини показалось Гермионе знакомым. — Она так похожа на ту девчонку из отеля! — Что за девчонка? — выделила последнее слово Гермиона. — Не обращайте внимания, миссис Малфой, просто незнакомка, которую мы встречали осенью, — замялся мужчина. — И что она сделала? — взметнула брови она, и Блейз прыснул со смеха, смотря на растерянное лицо мужчины. — Это было осенью, она ничего такого не делала, только прислуживала, всё в порядке, — совсем пустым голосом попытался оправдаться он. — Если теперь нападение и побег называются прислуживанием – тогда всё в порядке, — улыбнулась она, и Малфой усмехнулся, о чём-то задумываясь. — Так это были вы? Вы и есть та самая блудница, устроившая погром в отеле? — Она моя жена, — улыбнулся Малфой, когда их с Гермионой взгляды встретились, — не называй её так, — рассмеялся он, Теодор, Блейз и сама Гермиона переглядываясь между собой. — Малфой, ты что, женился на проститутке? — расширив голубые глаза, с ужасом прошептал шатен. — А вы обжимаетесь с мужчинами? — улыбнулась Гермиона. — Нет! Это же ты меня толкнула, — он замялся, — то есть вы. — А где же тот самый Джеймс, планами о брони на целую ночь, с которым вы делились? — всё ещё улыбаясь, спросила Гермиона. Мужчина раскраснелся. — Прошу прощения, миссис Малфой, вы не представляете, насколько мне стыдно. — О, представляю. — Что это за история? Почему все смеются? — начала отчаянно спрашивать у каждого Андреа. Лицо Гермионы приняло серьёзное выражение, когда она перевела взгляд на вошедшую в общую комнату под руку с Френком Пэнси. — Хочу всем вам представить своего жениха – Френка Миллера, — широко улыбнулась она, опираясь на плечо Френка, сверля взглядом Теодора, на лице которого промелькнуло неверие, он приоткрыл рот, но не мог ничего выговорить. Гермиона сжала руку Драко, смотря то на Пэнси, то на Френка, стоявшего с довольным лицом, смотрящего то на неё, то на Драко, расслабленно сидевшего на диване. — Мой генерал, — с улыбкой склонил голову Френк, учтиво смотря на Малфоя. — Миллер, — тихо и даже скорее для себя произнёс Драко, слегка сощурив глаза, — неожиданно. — Пэнс, — прошептала Гермиона, смотря на то, как рука Френка спускается со спины ниже. Паркинсон шире улыбнулась.

***

Гермиона проснулась от того, что Малфой резко вскочил с кровати, садясь, тяжело дыша. Он провёл ладонью по лицу, утыкаясь взглядом в точку в стене перед собой. Гермиона села, равняясь с ним. — Снова? — мягко спросила она, опираясь головой о его плечо. — Нам лучше спать в разных комнатах, — измученно проговорил он. — Всё в порядке, Драко, только почему в последнее время это происходит каждую ночь? Драко пожал плечами. — Что на этот раз тебе снилось? — Не важно, — коротко ответил он. — Это снова была я? — прикрыла глаза Гермиона, — снова убили меня? — Не обращай внимания – просто сон. — Скажи, как именно это произошло? — Не бери в голову, Гермиона. — Я только хочу знать, к тому же тебе лучше выговориться. Малфой медлил, не торопясь делиться содержанием очередного ночного кошмара. Гермиона оставила почти невесомый тёплый сухой поцелуй на его плече. — Это был я, — пустым голосом произнёс он. Руки её обвили генерала, прижимая её тело к его. — Каким именно образом ты это сделал? — При помощи холодного оружия, — коротко ответил он, — меча, — всё же уточнил. — А я? — Сопротивлялась до последнего, — он быстро проморгался, сводя брови на переносице, — блять… — прошептал он, врываясь рукой в свои волосы, — прости. — Ты не должен просить у меня прощения за такое, — мягко улыбнулась она. — А за то, что разбудил тебя? — Тоже, — прошептала она, — ты должен знать, что я рядом, Драко, что бы то ни было, я поддержу тебя, ведь ты мне далеко не безразличен. — Я не хочу, чтобы ты забивала голову подобным – это неважно. — Для меня важно всё, что связано с тобой, — прошептала она, утягивая мужа обратно лечь в кровать. Она перекатилась на Драко, аккуратно садясь на него. Её губы плавно начали исследовать его губы, переходя к скулам. Гермиона прошипела, резко отстраняя губы от шеи мужа. — Снова обожгла, — тихо проговорила она. — Я не знаю, почему именно тебя. — У меня есть подозрение по поводу этой татуировки, надеюсь, что это не то, о чём я думаю, но я прошу тебя, давай что-нибудь сделаем с ней. Ты сильно изменился, твой характер порой за секунду меняется, ты можешь улыбаться или быть нежным, а через секунду вдруг резко становиться жестоким и беспощадным. Я боюсь, что это связано с ней. — Не скажу, что количество убийств сильно увеличилось после её принятия. — То есть? — прошептала Гермиона, — ты до сих пор делаешь это? — Делаю что? — Убиваешь людей, Драко, ты же обещал мне, что перестанешь делать это. Серые глаза генерала словно сверкнули нотками безумия, и Гермиона сжалась. — Я пожиратель смерти, Гермиона, не просто пожиратель смерти, я генерал пожирателей смерти, и ты до сих пор наивно думаешь, что я всегда буду до конца откровенным с тобой? — Драко, я тебя прошу, перестань говорить это. — Ты замужем за убийцей, Гермиона, но не хочешь этого признавать. — Так же как и ты женат на убийце, Драко, но я больше не делаю этого. Я не понимаю, почему и ты не можешь перестать заниматься этим? Ложь. Она прекрасно понимала его. Это чувство, с головой поглощающее, пугало когда-то и её, но отказаться она не могла. Нет, не то чувство, когда приходилось убивать, а то, когда она осознавала, насколько близко к ней была смерть. Это было сродни игре, в которой она в любой момент могла проиграть, но от этого азарт становился лишь больше, он разрастался, рассылая по организму это ощущение, ударяя им в мозг. Убивать она ненавидела, а осознавать, что смерть дышала в её затылок, не могла перестать желать. Это было сродни самому сильному химическому веществу. Это было убийственно. — Потому что ты забываешь, кем я являюсь, я буквально состою из того, что делаю это. В этом я и заключаюсь. Простая истина, которую она не хотела принимать. Он не переставал делать это, и сейчас он открылся ей. Исповедь, правда жизни. Гермиона бросила обиженный взгляд на мужа, слезая с него, ложась на своё место, отворачиваясь к нему спиной. Драко рукой обхватил её талию, притягивая Гермиону к себе, разворачивая лицом. Гермиона обиженно посмотрела на Драко, но молчала. Он перекатился к ней, нависая сверху, целуя в губы. Дыхание девушки становилось судорожным. Рука Малфоя быстрым движением стянула с её плеч лямки пеньюара, обнажая в неярком свете свечей её грудь. — Драко, я не хочу того, чтобы ты в будущем стал как Волдеморт, я боюсь этого, — тихо проговорила она, когда его губы спустились с шеи на её грудь. Она громко простонала, выгибаясь в спине, когда он начал ласкать её. Оторвавшись, Драко громко рассмеялся. — Я в будущем стану как Волдеморт? Как тебе такое только в голову пришло, Гермиона? — спросил он, смотря ей точно в глаза. — Ты не хочешь признавать этого, но ты такой же жестокий, как и он. — Нет, Гермиона, я хуже, — он поцеловал её, но, оторвавшись, прошептал, — и я не пытаюсь бежать от этого. — Я не хочу! Не хочу! Пожалуйста, Драко, сделай что-нибудь, чтобы спастись от всего этого. Сделай хотя бы один шаг навстречу к спасению. Ты помогаешь мне, а помогая мне, ты помогаешь и Ордену, и если он одержит победу, тебя уже будет не спасти. Я умоляю тебя, помоги мне спасти тебя. — Я не нуждаюсь в спасении, Гермиона, а насчёт помощи Ордену, — он улыбнулся, — ты же понимаешь, что я регулирую её? Ещё одна правда исповеди. Гермиона прикрыла рот ладонью, её глаза слегка раскраснелись, но она держалась. Малфой улыбнулся. — Я не знаю, чего я хочу, — горько произнесла она и прикрыла глаза, почувствовав, как рука его от колена начала подниматься выше, переходя на внутреннюю сторону её бедра. — И мне страшно от этого, Драко, — прошептала она, закусывая нижнюю губу, чувствуя, как палец Малфоя медленно проскользнул внутрь, отодвинув ткань белья. — У тебя же кроме меня нет никого? — вдруг спросила она, пытаясь свести ноги вместе, — ты же ни с кем кроме меня этого не делаешь? — Не делаю что? — взметнул брови он. — Не спишь, — тихо ответила она. — Не сплю? В каком смысле не сплю? — он невинно посмотрел на жену. — Ты понял, что я имела в виду, — нахмурилась девушка. — Нет, скажи мне более подробно. — Ты ни с кем кроме меня не занимаешься этим? — Этим — это чем? — Я имею в виду секс. — Почему ты спрашиваешь? — Потому что ты вынуждаешь меня делать это, ведь ты сам говоришь, что ты генерал пожирателей смерти и до конца не будешь откровенным со мной. — Тогда к чему этот вопрос? — Ты мне изменяешь, да? У тебя есть кто-то, может, даже на работе? Если это так, я разведусь с тобой, Малфой. Я прошу тебя, не обманывай меня хотя бы в этом, не играй со мной и моими чувствами. Я клянусь, что если ты мне изменяешь, и мы разведёмся, я ни на что не буду претендовать, я просто уйду из твоей жизни, и ты сможешь жить так, как тебе захочется. — Ты так хочешь со мной развеститься? — усмехнулся он, взметнув брови вверх. — Я хочу, — не успев договорить, Гермиона громко простонала, выгибаясь в спине, когда второй палец резко скользнул внутрь, — я хочу лишь не быть обманутой хотя бы в этом. Гермиона прикусила костяшки пальцев, когда пальцы Малфоя начали медленно двигаться, постепенно ускоряя темп. Драко убрал её руку от лица и усмехнулся. — Учти, что никто не накладывал заглушающего, а за стенкой к тому же спят Теодор с Андреей. Ты могла бы разбудить их в четыре часа утра своими стонами, но, мне кажется, ты снова начнёшь стесняться и отводить взгляд. Гермиона вновь приблизила руку ко рту, но Малфой перехватил её. Гермиона решила прикрыть рот другой, но Драко перехватил обе руки, поднял их над её головой, удерживая. — Обойдёмся без рук, — подмигнул жене он. — Драко, прошу тебя, — жалобно простонала Гермиона, когда он вновь продолжил движения. Гермиона лежала, кусая губы, пытаясь подавить стоны. Генерал довольно смотрел на неё, на её тщетные попытки сдерживать себя. — Ты выглядишь чертовски сексуально, — сверля её взглядом, проговорил он. Гермиона не смогла сдержать громкого вскрика, когда Малфой сам резко вошёл в неё. Он на несколько секунд задержался внутри неё, давая время привыкнуть, и Гермиона захныкала. — Что такое? — издевательским тоном протянул он, сокращая расстояние до губ жены до нескольких миллиметров. — Этого нельзя было не услышать, — раскраснелась Гермиона, — я обещаю тебе, что вскоре рассчитаюсь с тобой, — Гермиона прикусила и оттянула нижнюю губу мужа после продолжения его отступательно-поступательных движений, продолжая стонать в его губы, до крови кусать их. Высвободив руки, Гермиона вцепилась ими в волосы Драко, зарываясь пальцами к самым корням. Она оттянула их назад, впиваясь губами в часть его шеи, незанятую татуировкой, оставляя на ней багровый засос. Малфой почти до боли сжал грудь Гермионы, и она застонала громче. Его ладонь нашла её, переплетая их пальцы. Она обвила ногами его за талию, позволяя войти в полную длину. Она вцепилась зубами в его ладонь, которой он заткнул её рот. Тело девушки несколько раз вздрагивало, а после резко расслабилось. Перед глазами словно промелькнули тёмные пятна, пульсация внизу живота ещё около полуминуты отдавалась во всём сознании. Девушка жадно глотала ртом воздух. Драко обнял Гермиону, прижимая своё разгорячённое тело к её. — Я люблю тебя, Драко, — судорожно прошептала Гермиона. — Я люблю тебя, Гермиона. Гермиона перекатилась на Малфоя, садясь на него сверху, начиная двигаться сначала медленно, постепенно наращивая темп. Он до боли сжимал её бёдра, цеплялся пальцами в талию, оставляя россыпи синячков. Когда она уставала, он сам начинал входить в неё, внимая её стонам и крикам. Обессиленная Гермиона упёрлась руками в плечи Драко. Её ноги дрожали, и внезапно тело расслабилось, тогда она смогла облегчённо вздохнуть. Она чувствовала пульсацию члена, то, как он кончил внутрь. — Если утром кто-нибудь хотя бы намекнёт мне об этом, я убью тебя, Малфой, — прошипела она, обхватывая губами кожицу на плече аристократа, оставляя очередной засос. Драко рассмеялся. — Тогда тебе следует сделать это прямо сейчас, — усмехнулся он, зарываясь пальцами в волосы Гермионы. — Сейчас я слишком вымотана для этого. Гермиона расположилась на груди Драко. Он накрыл её своей рукой, обнимая, прижимая ближе к себе. — Знаешь, чего мне хочется? — вдруг спросила она. — Слушаю, — улыбнулся он, — любой твой каприз я исполню. — Нет, — рассмеялась девушка, — я хочу не подарков. — Чего тогда? — Я бы хотела, чтобы скорее наступило лето. Когда я гуляла в саду мэнора, я приметила множество деревьев на территории сада, Милли рассказывала о ваших фруктовых деревьях, о цветах, которые растут у вас. — У нас, Гермиона, они растут у нас, — аккуратно коснулся губами лба жены генерал. — У нас, — улыбнулась она, — мне кажется, летом там будет необычайно красиво. Мне хочется полежать на траве, послушать пение птиц, пройтись босиком по траве, посмотреть на звёздное небо, искупаться в озере, набрать полевых цветов. Я хочу делать всё это вместе с тобой. Драко аккуратно коснулся губами тыльной стороны ладони жены. — Зачем ждать, если мы можем в любой момент отправиться в любую точку мира? Только скажи куда. — Нет, — Гермиона помотала головой, — всему своё время. — она задумалась, — И всё же ты не ответил мне, я же твоя единственная? — Конечно, единственная. Тогда и я задам тебе вопрос, с кем ты сегодня обжималась в библиотеке? — Что? — поднялась с груди мужа Гермиона, — понятно же, что Андреа просто так это сказала. — Тогда почему после этого ты раскраснелась, твой носик начал подрагивать, а глаза бегать по комнате? — серьёзным тоном спросил генерал. — Нет! Это всё неправда! Я ни с кем не обжималась! Я клянусь тебе! — Я не идиот, Гермиона. — Она специально это сказала! Мне кажется, она ревнует Тео ко мне. — А есть повод? Гермиона обречённо вздохнула. — Драко, мы оба знаем, что если мы продолжим этот разговор, он ни к чему хорошему нас не приведёт. Ты не доверяешь мне? — Я слишком боюсь тебя потерять. — Ты должен знать, что никто другой мне не нужен, я никого не вижу на твоём месте и не увижу, надеюсь на то, что и у тебя ситуация аналогичная. — Ты единственная, кто мне нужна, поэтому не забивай голову ревностью. Гермиона вновь расположилась на груди Драко. — Ты не знаешь, что сейчас с Томми? — аккуратно спросила она. — Что за Томми? — Томас – ребёнок, которого забрал к себе Волдеморт. — Насколько мне известно, с ним не обращаются жестоко. — Он же ещё совсем маленький ребёнок, Драко, Волдеморт собирается его убить в будущем. — Если ты имеешь в виду, что его нужно выкрасть… — Нет, — Гермиона уткнулась носом в шею Драко, — нет. Конечно же, я не собираюсь просить тебя сделать это. — Я имею в виду, что сделать это не смогу ни я, ни кто-либо другой – на него наложено слишком много магических ритуалов. — На ребёнка? Малфой кивнул. — До пробуждения ещё есть несколько часов, — она улыбнулась, — сделаем как обычно? — Если тебя это сильно не затруднит, — улыбнулся он, взмахивая палочкой, зажигая в комнате тусклый свет. Гермиона достала с полки маленькую цветную магловскую книжку и села на кровать. Малфой положил голову на её колени. Гермиона тихо начала читать: — Было то в середине зимы, падали снежинки, точно пух с неба, и сидела королева у окошка, — рама его была из чёрного дерева, — и шила королева. Шила она, загляделась на снег и уколола иглою палец, и упало три капли крови на снег. А красное на белом снегу выглядело так красиво, что подумала она про себя: «Если бы родился у меня ребёнок белый, как этот снег, и румяный, как кровь, и черноволосый, как дерево на оконной раме!» И родила королева вскоре дочку, и была она бела, как снег, как кровь, румяна, и такая черноволосая, как чёрное дерево, — и прозвали её потому Белоснежкой.