Глава 30. Всё, что не продаётся…

Гермиона ощутила на себе пронзающий взгляд Пэнси Паркинсон, едва Блейз провёл её и Драко в светлую просторную гостиную. В зелёных глазах её мелькали отблески обиды, раздражения и даже неприязни. Она не смотрела на Гермиону, её взгляд был обращён будто сквозь неё и всех остальных присутствующих в доме. Губы Паркинсон дрогнули, она попыталась натянуть улыбку, едва заприметив прибывших Малфоев. — Драко, Гермиона, — тихо поприветствовала их девушка кивком головы. Она стояла и, нервничая, переминала пальцы рук. В светлой комнате находилось ещё порядка человек пятнадцати. Люди между собой переговаривались, кто-то улыбался, некоторые стояли с бокалами в руках. — Ангелочек! — раскинул руки в стороны Тео, с улыбкой приближаясь к мистеру и миссис Малфой. Обняв Гермиону, Тео оставил поцелуй на её щеке, и только после этого протянул для приветствия руку Драко. Пэнси машинально обняла Гермиону после того, как она приблизилась к ней. Взволнованный и даже растерянный взгляд брюнетки бродил по всей комнате, не находя пристанища. — Всё в порядке? — тихо спросила Гермиона, коснувшись плеча Пэнси, — Ты выглядишь встревоженной. — Гермиона… — вдруг совсем пустым голосом прошептала Пэнси, но не успела договорить, как громкий женский голос разрушил спокойную атмосферу зала. Пэнси закусила нижнюю губу, прикрывая глаза. — Милый! Знал бы ты, с кем я только что познакомилась! — весело воскликнула девушка, резво направляясь в сторону Теодора, Драко и Блейза. Гермиона обернулась, с нескрываемым интересом наблюдая за русоволосой молодой девушкой, несущейся по залу с надкусанным яблоком в руке. Добежав до компании, девушка буквально запрыгнула на Нотта, обхватив его ногами, сильно впиваясь в его губы. — Кто это? — тихо обратилась к Пэнси Гермиона. — Притворная сука, — тихо сквозь зубы процедила Паркинсон и почти сразу же развернулась спиной к развернувшейся картине, уткнув глаза в потолок, будто пытаясь на нём что-то найти. — Хочу представить вам свою невесту и будущую жену – Андрею Энфилд! — громко произнёс Тео. Андреа улыбалась, прижимаясь к жениху. — Блейза и Пэнси ты знаешь, а это Гермиона и Драко Малфои, — представил друзей невесте Тео. Гермиона протянула руку для рукопожатия, и Андреа с широкой улыбкой пожала её в ответ. Пэнси двинулась в сторону остальных гостей, не оборачиваясь назад. — Вы бы знали, насколько я рада знакомству с вами, Гермиона, — дружелюбно произнесла Андреа, — я так много о вас слышала, мне кажется, мы обязательно станем с вами подругами. — А с вами, мистер Малфой, мы уже встречались, вы помните меня? — встав на носочки, потянулась с объятиями к генералу девушка, Гермиона молча пронаблюдала за ней, но ничего не произнесла, наблюдая за тем, как руки девушки обхватывают плечи генерала, но он стоит неподвижно. — Разве? — почти безразлично спросил он, ненавязчиво отодвигая девушку от себя. — Да, это было на вечере в честь нашего великого правителя. На меня напал один из членов ордена, — Андреа почти невинно посмотрела на Гермиону, — и когда я упала, подвернув ногу, вы убили его и, подняв меня на руки, передали своему подчинённому, приказав отнести в безопасное место. В тот вечер я испытала такую боль, что не смогла поблагодарить вас, — она широко улыбнулась, — я вам так благодарна, вы спасли мне жизнь, как я могу вам отплатить за это? — Это излишне, — безразлично ответил Малфой. Гермиона подошла к Драко, вставая ближе к нему. — Не знала, что Тео обзавёлся невестой, — спокойно произнесла Гермиона. — Мы встречаемся не так давно, но я ещё в первую нашу встречу поняла, что нашла того самого, которого ждала в жизнь. — И где же он? — усмехнулась Пэнси, приближаясь к ним с бокалом шампанского в руках, — тот самый? — с улыбкой сделала несколько глотков она. — Пэнси, — строго произнёс Малфой, когда она приблизилась к Андрее, презрительно осматривая её. — О, Пэнс, — улыбнулась Андреа, — ты прекрасно знаешь, о ком идёт речь. Губы её дрогнули, она закусила нижнюю губу, но не подала виду. Андреа обвила руками шею Теодора, Пэнси отпила со своего бокала. — Мне казалось, подобное ты говорила о том рыжем. Андреа промолчала. Каждый чувствовал накалённую обстановку, усиливающуюся в геометрической прогрессии. Пэнси громко рассмеялась, отпивая ещё алкоголя из зачарованного бокала, а Андреа смотрела на неё как на сумасшедшую. — Пэнс, ты устроишь мне экскурсию? — вдруг произнесла Гермиона, приблизившись к ней. — Я могла бы провести тебе экскурсию, тем более я здесь уже со вчерашнего вечера и… — начала говорить Андреа. — Нет, я хочу, чтобы это сделала Пэнси, — проговорила Гермиона и, услышав недовольный вздох Паркинсон, поволокла её за руку из зала.

***

— Что происходит, Паркинсон? — едва захлопнув дверь одной из комнат поместья Забини, спросила Гермиона. Пэнси рассмеялась, отпивая ещё несколько глотков алкоголя. — Всё прекрасно, Малфой! — произнесла она, и внутри Гермионы что-то затрепетало после того, как к ней обратились именно так. Малфой… Малфой! Такое странное, но приятное чувство. Малфой – уже звучало по-родному. В голове промелькнули воспоминания фотографий, сделанных на балу Долоховых. — Не всё в порядке, Пэнси, — уже тише произнесла Гермиона, забирая бокал из рук брюнетки. — Ты же сама видела… — голос девушки дрогнул, — и ладно бы какая-нибудь другая. Ты видела эту? У неё глаза как у селёдки, и он решил жениться на ней… Это так несправедливо! Почему он решил… Салазар! — Тео… — тихо проговорила Гермиона, — Пэнси, я понимаю, что ты чувствуешь. — Откуда? Тоже была влюблена в Нотта, а он решил жениться непонятно на ком? — В Рона, — коротко ответила Гермиона. — Он знал? — улыбнулась она. — Кажется, нет. — А Нотт всё знал! Он всегда знал о моих чувствах, но решил, что имеет право их растоптать! — Пэнси, вырвав бокал из рук Гермионы, отшвырнула его в стену. — Уходи, Гермиона! — злобно процедила она. — Нет, — спокойно ответила Гермиона, складывая руки на груди. — Я сказала, уходи! — прокричала Паркинсон. — А я сказала нет, — решительно ответила Гермиона. — Мне не нужна нянька, чтобы вытирать платочком слёзы! — голос дрогнул. — А ты разве плачешь? — Я сказала, проваливай! — голос сорвался, и Пэнси повернулась спиной к Гермионе, прижимая ладонь к лицу. Гермиона приблизилась к девушке, обнимая её со спины. — Знаешь, вы так похожи, — тихо проговорила она. — Она же всё знала! — обернулась к Гермионе Пэнси, нерешительно обнимая её в ответ, — она знала обо всех моих чувствах к Тео. — Если тебе так будет легче, то я знаю о том, что отец его принуждает к браку. — Я знаю, но… — Пэнси запнулась, — сука. Я не знаю, я не понимаю, не хочу… — она глубоко вздохнула, — я проиграла, Гермиона. Я должна была быть настойчивее, а теперь я упустила его. — Попытайся перестать себя мучить, Пэнс. На минуту в комнате воцарилось молчание, абсолютная тишина объяла их, укутывая с головой. Казалось, отдалённым шёпотом слышались из мысли. — Я слышала, здесь столько разных магазинов, — ободряюще улыбнулась Гермиона, первой нарушая тишину, — одной ходить не особо интересно, но если бы кто-нибудь мне составил компанию… — Только если Малфой не будет тебя ревновать ко мне, — горько усмехнулась брюнетка, быстро смахивая слёзы. — Не будет, — спокойно произнесла она. — Зря, — кажется, едва заметно подмигнула Пэнси.

***

Гермиона, здравствуй, дорогая. Надеюсь, ты пребываешь в добром здравии. Переписываю это письмо уже в третий раз и не могу сдерживать своих эмоций. У нас всё в порядке, сейчас мы с Алланом находимся в Кёльне, наша любимая внучка Габриэлла тоже с нами. Мы будем благодарны тебе до конца наших дней за всё, что ты сделала для нас. Больница, куда ты нас записала, оказалась просто невероятной! Я никогда не думала, что такие существуют. Мне сказали, что это ты договорилась, потому что за моё лечение взялся сам главный целитель! Люди здесь необычайно приветливые и добрые, уход за мной просто невероятный! Я буду должна тебе до конца своих дней, а за тот дом, который ты выделила нам на время лечения, нельзя не поблагодарить в отдельности. Все работники этого дома настроены крайне дружественно. В первый же день после приёма в больнице мы втроём обошли, кажется, половину этого огромного города! Нам сказали, что мы обязательно победим эту болезнь, мне обещали, что ещё несколько месяцев, и меня выпишут уже полностью здоровой. Габриэлла попросила написать тебе о том, что она очень скучает по тебе и хочет поскорее увидеть тебя как можно раньше. Она говорит, что сразу же после нашего возвращения домой она первым же делом отправится к тебе. Мы с Алланом тоже ужасно соскучились по тебе, сегодня нам доставили деньги, и насколько мы смогли понять по инициалам, их отправил Редманд, что стало невероятной для нас радостью, ведь теперь мы знаем, что наш сын жив, а это самое главное. Габриэлла неустанно спрашивает о своём отце, говорит, что хотела бы с ним познакомиться, и я верю, что в скором времени так и будет. Знаешь, буду откровенна, раньше я очень хотела, чтобы ты и Редманд были вместе, но я счастлива, что ты нашла прекрасного человека, который любит и ценит тебя. Никогда не забывай о том, что у тебя есть ещё и мы - твоя семья, мы всегда рады тебе и неизменно тебя любим. Люблю тебя и надеюсь на нашу скорую встречу, твоя тётушка Элизабет. Гермиона вытерла слёзы, прижимая письмо к груди. Если бы Малфоя не вызвал Волдеморт, она бы утонула в словах благодарности перед ним. Он делал её счастливой. Он делал это всегда, начиная с самых мелочей, переходя к помощи её семье и Ордену. Он не преподносил ей всё это как что-то сверхъестественное, но она сама знала, что это таковым является. Мерлин… Что же она успела сделать такого в своей жизни, раз судьба настолько к ней благосклонна? Рядом с ним она забывала про всё, он давал ей любовь, поддержку и надежду на то, что вскоре всё наладится. Гермиона повернула голову в сторону двери, когда она отворилась, и Малфой медленно прошёл внутрь. — Драко, — тихо произнесла Гермиона, уже полностью развернувшись спиной к туалетному столику. — Ты уже проснулась или ещё не ложилась? — Ещё нет, — она встала со стула и направилась в его сторону. — Ты выглядишь уставшим, почему он вновь отпустил тебя только к утру? — Всё в порядке, помнишь историю с сожжённым служанкой конвертом? Всё улажено, — устало улыбнулся генерал. — Как тебе удалось это сделать? — Не буду вдаваться в подробности, но скажу тебе, что всё в этом мире продаётся. — Нет, не всё! — возразила она, расстёгивая пуговицы верхней формы мужа, — я уверена, в мире есть то, что не продаётся. — Конечно, — с улыбкой пожал плечами Драко. — То, что не продаётся, — он приблизил губы к её уху, — продаётся за дорого. — Я не продаюсь, — с улыбкой проговорила Гермиона, сбрасывая на пол чёрный китель военной формы, — ни за какие деньги. — Дорого – необязательно деньги, Гермиона. — А за что ты продаёшься, Драко? — улыбнулась она. — Деньги? Связи? Влияние? Секс? Малфой ухмыльнулся, притянув Гермиону ближе к себе за талию. — Буквально на днях я сделал это – продался. — Кому? — Не важно. — И какова была сумма, которую заплатили, чтобы купить самого Драко Люциуса Малфоя? — Если бы цена была в деньгах, у того, кто сделал это, не хватило бы их, впрочем, как и у всех других. — Какова же была цена в таком случае? Связи? Влияние? — Секс, — коротко ответил он, и Гермиона ощутила, как её сердце замерло, пропустив удар. — Ты имеешь в виду, что на днях был с другой? — опустошённым голосом прошептала она. Генерал отрицательно помотал головой, впиваясь в губы жены, и Гермиона неуверенно ответила на этот поцелуй. Он на несколько секунд отстранился от губ, и всмотрелся в её лицо, уделив особое внимание карим глазам. Он очертил большим пальцем её слегка припухшие влажные губы. Гермиона глубже задышала, на секунду прикрыв глаза, вновь ощущая тугой узел внизу живота. — Секс, неотрывно связанный с любовью, — шёпотом, почти неслышно и скорее для себя произнёс он. — Ты же сегодня уже не уйдёшь? — с надеждой в глазах спросила она, прижимаясь к мужу. — Прости, — глубоко вздохнул он, — через три часа я вновь буду должен отлучиться – есть кое-какие дела, но я обещаю, что на этот раз ненадолго, всего на пару часов. — Значит, ты вернёшься к утру? — Вернусь, но ты ложись спать, договорились? То, что ты мало спишь, может плохо сказаться на твоём здоровье. — У меня круги под глазами? — Нет, — улыбнулся он, — у тебя самые прекрасные глаза, которые я когда-либо видел. Передо мной стоит самая красивая девушка, и она является моей женой, существует ли что-нибудь большее в этом мире, сравнимое по значимости? Существует ли желание, что будет превосходить то, что есть у меня? — Если всё это лишь сон – не буди меня, хорошо? Иначе я не смогу тебе этого простить, — обняла крепче мужа Гермиона. Он улыбнулся, утыкаясь носом в шёлковые каштановые волосы. — Но ты и вправду выглядишь таким уставшим, может, можно что-то сделать, чтобы уменьшить количество работы. — Всё нормально, Гермиона, я приму душ, просмотрю отчёты, отправлюсь на работу, а после сразу же вернусь к тебе. — То есть ты не будешь сегодня спать? — В этом не будет смысла, ещё высплюсь. Кстати, как тебе дом Блейза? — Мне нравится здесь, правда, здесь так много людей, но Блейз клялся, что наша комната одна из лучших в этом поместье, и, кажется, он не обманул. — Чем занималась сегодня? — Мы с Пэнси почти до самой ночи гуляли по городу, обошли, кажется, сотню магазинов. — И как она? — В начале было намного хуже. Я никак не могу понять Тео, мне казалось, и он что-то чувствует по отношению к Паркинсон. — Не казалось. — И в чём же тогда проблема? — У них всё сложно. — Как тебе Андреа? — Кажется, в ней нет ничего особенного. У него таких было полно. — Вернувшись домой, я получила… — Гермиона замялась, — я хотела… — она вздохнула, собираясь мыслями, — Мерлин, не понимаю, что со мной сегодня. — Всё в порядке, что-то случилось? — Мне нужно время, чтобы собраться с мыслями. — Тогда я пока схожу в душ, а когда выйду, ты расскажешь мне.

***

— У меня для тебя кое-что есть, Гермиона, но придётся подождать пару дней, — произнёс Малфой, выходя из ванной. — Ты заваливаешь меня подарками, Драко, — улыбнулась она, вставая с кровати, — привыкну окончательно и начну ждать их каждый день. — Ну, если каждый день, — усмехнулся он, — значит, будешь каждый день их получать. Уверяю тебя, этому подарку ты будешь радоваться как ничему другому. — Тогда я буду первой, — улыбнулась она, спуская с плеч тонкие бретельки лямок сорочки. Взгляд его несколько раз прошёлся по телу в жадном исследовании. Он притянул её к себе, руки генерала расположились на её обнажённой талии. Встав на носочки, Гермиона оставила тёплый сухой поцелуй на его щеке, медленно провела губами по линии скул к челюсти. Малфой обхватил её лицо ладонями, впиваясь в губы поцелуем. Гермиона закинула руки на его плечи, продолжая аккуратно целовать. Малфой шагнул вперёд, ведя Гермиону в сторону кровати, но она быстро помотала головой, оторвавшись от его губ. Он перевёл на неё взгляд. В серых глазах читалось секундное замешательство, непонимание. Гермиона улыбнулась его растерянности. — Я думала об этом и поняла, что готова и хочу сделать это. Она смотрела в глаза его, прожигая взглядом, опускаясь перед ним на колени. Девушка коснулась рукой узла полотенца, завязанного на бёдрах генерала. Она видела блеск в серых глазах мужа. Когда полотенце свалилось на пол, Гермиона обхватила ладонью напряжённую плоть, несколько раз проводя рукой снизу вверх от основания члена к головке. — Мне известно, как это делается, только в теории, поэтому помоги мне и говори, если что-то будет не так, — смущённо произнесла она и, дождавшись кивка его головы, медленно приблизилась и обхватила губами член. Она почувствовала, как генерал слегка дёрнулся, издавая тихий вздох. Он сквозь зубы втянул воздух, когда она вновь прильнула, обводя языком головку. Её ладонь несколько раз прошлась по всей длине, распределяя слюну по поверхности. Он молча наблюдал за ней, давая свободу. Она приступила к аккуратному посасыванию с конца, постепенно продвигаясь дальше, насаживая себя глубже. Малфой негромко прошипел. — Зубы, Гермиона. Обнажённый торс Малфоя сократился в прерывистом дыхании, когда она вновь начала уже настойчивее насаживаться ртом почти до середины, быстро откидывая от лица распущенные волосы, лезущие в лицо. Затем, смотря на него снизу, она обхватила ладонью член, проводя кончиком напряжённого языка по головке, совершая медленные круговые движения. Она наблюдала за тем, как он закатил глаза, издавая тихий хриплый полустон, волнами разнёсший мурашки по её телу. Он сглотнул, когда она увеличила интенсивность движений. — Блять… — тихо прошептал он, дыша сквозь приоткрытые губы. — Как теперь? — тихо спросила она, сглатывая слюну, подняв глаза на него, наблюдая за тем, как в его глазах теряются остатки самоконтроля и здравого рассудка. — Глубже, — коротко ответил он. Гермиона провела ладонью по волосам, чтобы вновь убрать их назад. Он, с жадностью наблюдавшей за ней, собрал её волосы в кулаке. — Помоги мне, — быстро произнесла она, склонив голову и приоткрыв рот. Член начал медленно вбиваться ей в горло, постепенно ускоряясь, рука его сильнее сжала волосы жены у самых корней, и Гермиона пискнула. Это было глубоко, хоть и не во всю длину. Уже сейчас член мешал ей дышать, головка упиралась в глотку. Девушка очертила языком венки на члене, проводя по нему языком. Она продолжила отступательно-поступательные движения, постепенно ускоряя темп и интенсивность. Малфой закатила глаза, издавая хриплый низкий полустон. Гермиона оторвалась на несколько секунд, глотая ртом воздух. Она тихо простонала, когда член вновь скользнул ей в рот. Гермиона смотрела на Малфоя, его веки дрогнули, он запрокинул голову. Он вновь посмотрел на жену, и ему показалось, что если он сделает это ещё раз: ещё раз увидит её карие глаза, смотрящие на него снизу вверх, услышит очередной её стон или невинный шёпот, то полностью потеряет контроль абсолютно над всем. Ему льстила эта картина, но в голове мелькала мысль: имеет ли он право на это? Имеет ли он право на то, чтобы на коленях перед ним стояла именно она? Великая Гермиона Джин – мечта тысячей, та, кого боготворят тысячи, та, которой хотят подражать даже пожиратели смерти. Что скрывать, та, которую боготворит он сам. Знаменитая Гермиона, великая воительница и прекраснейшая ведьма на коленях, правильно ли это? Гермиона тихо захныкала, помогая себе рукой. Она сверлила взглядом Драко, наблюдая за его реакцией на её действия, действуя исходя из его откликов на те или иные её действия. Она видела, что он уже был близко, и это в какой-то степени ей льстило. Услышав его хриплое постанывание, она отодвинулась на пару сантиметров, открывая рот шире. Генерал провёл рукой по члену, его тело вздрогнуло, сперма стекла на язык Гермионы. Она не отрывала глаз от Драко, смотря на него исподлобья. — Я хочу пить, — хрипло произнесла она, посылая Малфоя за бутылкой вина, стоявшей на столе, которую вечером любезно вручил ей Блейз. Вручив бутылку в руки жены, Драко поднял её с колен. Отпив пару глотков, Гермиона прокашлялась, передавая бутылку в руки Драко. Он убрал её в сторону, оставив левитировать. Малфой подтолкнул Гермиону на кровать, нависая над ней сверху, покрывая тело жены поцелуями. — Ты такой красивый, Драко, — прошептала она, обхватив руками лицо мужа, приблизив его к себе. — Ты выглядишь как мечта, Гермиона, — улыбнулся он. Гермиона на несколько секунд оторвалась от его губ, прошептав совсем тихо, почти судорожно. — Мне нравится делать это с тобой. — Трахаться? — усмехнулся он, сверкнув серыми глазами. Она помотала головой. — Заниматься любовью.