XIV. Лондон. «Черное Солнце». Связь

Она — очаровательное, прелестное созданье. Насколько мне известно, у нее есть один только недостаток. К сожалению, этим единственным недостатком является отсутствие вкуса. Я ей не нравлюсь.

Чарльз Диккенс

«Посмертные записки Пиквикского клуба»

      Веки разлепились. В помутневшем силуэте был различим мужчина. Его она не знала, но хотела спросить, что происходит. Глаза едва не закрылись обратно из-за ярко светившейся лампы около лица. Свет был близок и она почувствовала тепло от раскалённого стекла.       Вскинуть руками не получилось. Запястья перемотаны ремнями, которые соединяли её кожу с ручками стула. Она оказалась связана в области кистей и щиколоток. Внутренняя часть руки, где виднелись различимые венки и ямка сгиба локтя, расположена вверх.        — Что задумала Пегги Картер? — задал вопрос мужчина, покручивая небольшой нож в руках. Подушкой пальца он опирал острие лезвия. Оливия сглотнула. Её будут пытать. Пытать? Впервые у неё будет такой опыт, но в глубине души она надеется, что сейчас появится кто-то, её спаситель, и ничего с ней не случиться.       — Где я? — она встряхнула головой, и волосы колыхнулись вслед за хозяйкой. Ей безумно страшно. Оливия попыталась приглядеться в комнату, где не горел свет. Только лампа около лица являлась источником света. Складывалось впечатление, что они в подвале.       Кто её похитил? Зачем? Нет, зачем ясно, кому-то нужна информация про Пегги, но этот кто-то очень опрометчив, раз решил, что она расскажет что-то. В голове начали мелькать имена. Вернон? Фрост? Кто-то из них точно, а может они и заодно. Оливия дернула руками.       — Здесь я задаю вопросы. — крикнул мужчина в ярости. Из его губ вылетела слюна, она прикрыла глаза. Ей достался палач-психопат. Сердце забилось, а ногти на руках начали царапать ремни, пытаясь освободится. — Каков план Пегги Картер?       — Я не знаю, — сглотнув накопившеюся слюну, ответила она, смаргивая. Нижняя губа подрагивала, Оливия начала дёргаться всем телом в панике страха. Истерика вот-вот захлестнет весь рассудок. Почему она, черт возьми?       — Говори, — оглушил он её, приблизив свое оскаленное лицо. В раздражении его зубы сжались, а на шее запульсировала вена. Оливия отодвинула свою голову назад, как только могла.       Впервые в жизни она настолько в безвыходном положении. У неё нет и шанса на побег и смерть с косой уже на пороге. Он же не убьет её? Давящая атмосфера темноты заставила Оливию часто и глубоко дышать, едва на задыхаясь. Каждый вдох сопровождался с большей заборкой воздуха, а глотать его становилось тяжелей.       — Пожалуйста, отпустите меня, — прошептала одними губами она, пока на глазах скапливалась влага.       — Я сказал говори, — с новой порцией бешенства мужчина воспользовался ножом в своих руках. Острие пронзило кожу девушки на открытой поверхности руки. Он резким движением с усилием сделал порез от ямки, где сгибался локоть доходя почти до кисти, но ему помешал ремень. Из-за резкой и острой боли Оливия прикрикнула. Грудь начала вздыматься от нехватки кислорода. Она едва не закатила глаза, приклеивая свой взгляд к темному потолку, схожему с тьмой. Оливия не смотрела на свою руку, боясь закричать ещё больше от увиденного ужаса.       Жгучая боль раздалась по всей руке, обжигая каждый участок кожи. Клетку за клеткой поражала тупая боль. Скопившееся кровь в порезе почти вышла за бортики разрезанной плоти. Рука затряслась и струйки потекли вниз, оставляя красные, багровые струйки за собой. Оливия попробовала напрячь руку, но кость начала противно ныть. На щеку упала капелька слезы.       — Молчишь? — голос вывел из транса. Она с трясущийся головой обратила свой взгляд на его лицо. Горбатый нос и уродливые глаза. Зрачки лихорадочно блуждали по лицу палача, запоминая каждую деталь его внешности.       Он вонзил лезвие в область грудной клетки, где-то под правой ключицей. Из горла вырвался хрип. Её тело содрогнулось и замерло в одной приподнятой позе. Оливия боялась пошевелиться, каждая мышца напряжена, а в голове пульсировать один и тот же вопрос:

«Почему я?»

      — НЕ МОЛЧИ! — терпения у него не осталось, и он покрутил рукоятку ножа в плоти. Когда лезвие задевало ещё больше её кожу, Оливия больше стискивала свои губы, пытаясь не закричать. Её правая рука уже онемела, да что говорить, она не чувствует ничего кроме режущей боли от лезвия в плоти.       Кровь новыми порциями окрашивала светлое платье, уродуя.       — Джон! — раздался крик. Совсем близко, по ту сторону двери. Мужчина резко подскочил, во взгляде заиграл неподдельный страх. Он удалился, угрожающе предупреждая ей пальцем, что он ещё не закончил.       Дверь громко ударилась об дверной проем, создав неприятный хлопок, разрезав уши. Грудь девушки ещё вздымалась. Оливия дергала левую руку, пытаясь просунуть через ремень.       Вспотевший участок кожи, где было перетянуто, проскользнул, высвобождая руку. Увидев свободную конечность, во взгляде девушки заиграл огонь отчаяния. Она с мучительным стоном вытащила нож. Рана кровоточила, но единственное, что не давало ей рухнуть без сознание мысль о том, что ей не получится сбежать и все продолжиться.              Этим же ножом Оливия перерезала ремни на себе. Она поплелась к выходу, прижимая ладонь к дыре, которую ей придётся зашивать, девушка услышала голос Вернона:       — Нужно узнать, где находятся урановые стержни. — строго приказал он. Оливия двумя руками обхватила нож, прижимая к груди. Она убьет его. Да, без сомнений убьет.       Следующие действия были как в тумане. Мужчина вошёл в темноту, Оливия с яростью накинулась на него. Нож вонзился в горло противника, что осел на пол, хватаясь руками об стену. Его гортань издала хрип, а порезанная глубоко кожа булькнула кровью.

***

      Протерев руки мокрой тряпкой, Оливия вела один единственный монолог в голове. Она убийца? Раз не моргнув, перерезала ему горло. Что ей теперь делать? Порез саднил, когда девушка иглой протыкала края изрезанной плоти, образуя узел. В дверь номера постучались, она проигнорировала стук.       — Роджерс, открывай, я знаю, что ты здесь, — холодный и громкий голос Томпсона донёсся до ушей. Оливии не шелохнулась с места, она продолжала левой рукой зашивать. Спустя пару томительных секунд в замочной скважине послышался гул ключей. Точно у него же есть ключи…       Находясь в облегающее чёрной майке, Оливия кинула контролирующий взгляд на пластырь, выпирающий из-под толстой лямки тёмной такни. Зашить ранение на этом месте было не легко и больно.       Девушка продолжила свои действия с рукой. Осталось пару сантиметров, но были некоторые проблемы. Во-первых, левая рука не являлась рабочей. Во-вторых, порезанный рука начала трястись, что усложняло задачу.       — Неужели так тяжело поднять свою задни., — он не закончил. Джек вошёл в комнату, где около окна стоял столик, по бокам которого расположились стулья. Его голос растянулся, не заканчивая предложение. Он метал ошарашенный взгляд от поверхности стола, где лежала рука Оливии, над которой нависала другая конечность девушки с иголкой и ниткой в пальцах (на коже виднелись пятнышки кирпичного цвета), до спокойного лица Роджерс. — Что случилось? — обеспокоенно осмотрел её Джек. Он взял другую табуретку и сел напротив Оливии едва не впритык. От такого короткого расстояния она смутилась.       — Похоже, мне посчастливилось быть в заложницей у Уитни Фрост, — Оливия, не поднимая глаз, попыталась продолжить свои действия, но её рука начала бить конвульсию. Злость начала расшатываться в районе грудной клетке, а края жидкости, которая представлялась Оливии, начали выплескиваться из стенок стакана. Она психанула и выронила тонкий металл из пальцев, вздыхая.       — Тише, Роджерс, — попытался успокоить он, кладя свою ладонь на место выше пореза. Его мысли бросались из крайности в крайность. Что ему делать? Что сказать? Как успокоить её? Ему не доводилось ранее эмоционально поддерживать женщину, а тем более такую как она. Роджерс, которая в самый неподходящий момент может вставить свою точку зрения или остроумный комментарий. Роджерс, которая пыталась найти позитивные моменты там, где ими и не пахло. Оливия, которая несмотря на то, что испытала на себе нечто ужасное, даже сейчас пыталась выдать что-то едкое. Оливия, которая иногда казалась ему сумасшедшей. Поняв, что он слишком задумался и погрузился в свои мысли, и уже достаточно долго не убирает свою ладонь с руки Оливии (что свидетельствовал ещё взгляд девушки), Джек продолжил, аккуратно взяв иглу: — Расскажи, что случилось. — он на пару секунд пересекся с ней глазами, пытаясь убедить.       — Стою я около этого Земо, — на выдохе начала она, недоверчиво поглядывая на Томпсона. — Как вижу, что на лестнице идёт Дотти Андервуд, — девушка тотчас после своих слов устремила взор на лицо Джека, но он почему-то не был удивлён и не переспросил у неё шокировано: «Что? Андервуд?», но похоже он уже всё узнал. Оливия почувствовала, как он слишком глубоко продел иглу в кожу. — Аккуратней, ты не крокодильи туфли себя шьешь. — возмутилась она, шипя.       — У меня нет опыта в этом, — он немного приподнял свои руки, жестикулируя, отчего нить в ушке иглы потянулась вверх и соответственно её верхний слой дермы. Оливия пуще прежнего на него зашипела. — Тем более, если у тебя трясётся рука, как ненормальная.       — Ой, извините, шеф Томпсон, за такие неудобства, сегодня организм что-то барахлит, — съязвила девушка, выхватывая из его рук иглу. — Зачем тогда вообще начал?       — Что там с Андервуд? — напомнил ей Джек. Он сам не хотел отвечать на её вопрос.       — Короче говоря, Уилкс, я думаю, сделал вакуумный шприц, чтобы извлечь образец нулевой материи из Фрост. — она с усердием направляла острие в себя.       — Но для чего? — он нахмурился, переводя взгляд на окно. Вечерело. В голове крутились по кругу слова Вернона о том, что ему нужно найти компромат на Картер или попытаться остановить её.       — Могу лишь предполагать, но ты же помнишь, что Уилкс является чем-то вроде призрака? — в глазах девушки начали возвращаться весёлые крапинки. Мысль о том, что она убила того мужчину сейчас потерялась, отложилась на другое время, когда она будет одна и размышлять о всех своих смертных грехах. — А они не имеют тела.       — И к чему ты это? — устало вздохнул от её загадок он.       — Уилкс «умер» от нулевой материи, — дала подсказку Оливия, делая последний узел. Но во взгляде Томпсона не горел огонь, похожий на тот, когда после очень долгого и муторного дела ты наконец-то заканчиваешь его, радуюсь результату. Нужно было давно понять, что они не единомышленники. — Призраки всегда подпитываются, они не могут существовать сами по себе. Их должно что-то удерживать, якорь. Например, агент ФБР убил свою любовницу-наркоманку, чтобы его жена не узнала об его измене. Убитую насыщают такие яростные чувства. Негодование, злость, ярость, непонимание. То есть она находится где-то между двумя мирами, она мертва и это факт, но её жизнь оборвалась слишком неожиданно, и в мире живых у неё остались незавершенные дела, и поэтому она не может уйти в мир иной, ад или рай, выбирай, что хочешь. Душа находится в Лимбе. Так вот, может, чтобы Уилкс не растворился, ему нужна нулевая материя? У него нет сильного якоря, поэтому ему нужно что-то по действенней. Я бы сказала более физическое.       — Не знаю что и сказать, — понимать её он перестал на слове «любовница-наркоманка». — У тебя слишком глобальное теория.       — Но и отрицать её мы не можем, — девушка подняла палец вверх.       — Не можем, — согласно кивнул он, соглашаясь. — Но почему Фрост взяла тебя, а не Андервуд и чего она хотела?       — Может, Дотти и поймали, — Оливия пожала плечами, откидывая спину на прохладную стену. Холодок приятно прошёл по позвоночнику, охлаждая заодно и разум. — Она хотела узнать, чего хочет Пегги и её план.       Джек ещё раз кивнул, было глупо спрашивать, сказала ли Оливия что-то ей или нет.       — Меня посетила одна мысль, — прервала тишину девушка. Её глаза загорелись, а туловище придвинулось ближе, сокращая дистанцию ещё больше. — Я видела готовый образец вакуумного шприца.       — И что? — не понял он, сощуривая свои льдинки вместо глаз. А Оливия задалась вопросом, он что серьёзно не понимает?       — Я могу попробовать воссоздать его копию, но в большем размере. — продолжила девушка, ещё оставляя надежду, что он поймет. — Если всё получится, то мы можем извлечь всю нулевую материю из Фрост.       Сказанные слова казались бредом. Она слишком самоуверенная в своих силах и возможностях.       — Я не думаю, что у тебя найдётся на это время. — Джек покачал головой.       — Я не выйду на работу, — усмехнулась девушка, начав теребить край стола. — Пока Вернон возглавляет СНР, я не сунусь туда. Ты бы видел, как Фрост силой мысли всосала почти всех членов совета.       — Что? О чём ты? — не понял он, тряхнув головой. А Оливия вспомнила, что его не было в том шкафу, где они с Дотти смотрели за действиями совета.       — Уитни поглотила нулевой материей пятерых человек и ещё своего мужа, — пояснила поспешно она с надломленным голосом. — Видел бы ты это всё. Жуть.       — Я дам тебе отпуск на пару дней, — неожиданно выдал Томпсон, сам не ожидая от себя такой щедрости.       — Отлично, тогда нужно сходить в магазин. — на радостях поднялась с табуретки она.       — Ты не думаешь, что это слишком самоуверенно, считать, что ты сможешь сделать что-то такое, что извлечет неизвестную для нас материю, над которой властвует сумасшедшая? — Джек начал следовать за маленькой фигурой Оливии. С его высоты ему показалась ещё более нелепыми её штаны, которые около щиколоток образовывали фонарики.       — Знаешь, шеф Томпсон, один человек сказала, мне что нужно идти до конца. И вот я сделаю все, чтобы извлечь нулевую материю из Фрост. — Оливия растянула уголки губ в улыбке.

***

      Задача усложнялась тем, что шприц выходил размером не совсем в том объеме, в котором есть оригинал. То есть закаленное стекло, а вместе с тем конструкция, в которой находился сосуд, было размером с большого кухонного ножа. Оливия прикручивала маленькие винтики.       В правой руке отвёртка, которая всё время трясётся от тремора её руки. Дрожание не позволяет четко выполнять все действия. Она надеется, что это временно. Какой-нибудь стресс, вот и все. Всего-то. Вот-вот и она снова сможет творить, но на подкорке сознания таилась мысль, что ничего не изменится. Также всплыл образ мужчины. Джон. Его звали Джон. Взгляд сам по себе опустился на защитою руку.       — Поздравляю тебя, я был у Старка в доме, Картер уволилась. — в комнату ворвался, как ураган, гость. Нет, ну у неё не номер, а проходной двор!       — Почему? — она переложила маленькую отвертку в левую руку, чтобы он не заметит дрожание руки. На столе жили своей жизнью маленькие винтики. Нужный ей Оливия зажала между губ, чтобы не потерять. Она взглянула на него, Томпсон сел на табурет за смежную сторону стола от неё.       — Она слишком упрямая, — прикрыл веки он. Оливия сощурила свои глаза, обдумывая, он что-то умалчивает от неё. Девушка взмахнула бровью, показывая, что обсуждать Пегги она не собирается. — Хотел спросить вчера, откуда ты умеешь зашивать кожу?       — Зашивать кожу, — повторила девушка, звучание не понравилось ей. Как-то слишком небрежно. — Моя мама, когда появлялась дома, а не жила на работе, пыталась передать мне свой кладезь знаний. Учила «шить», как ты выразился, потому что, а вдруг моему брату понадобится помощь, если он подерется. Или учила меня вправлять суставы потому что, а вдруг Стив растянет что-нибудь себе. На мой вопрос: «Мама, зачем мне нужно знание того, как принимать роды?», она отвечала: «Вдруг твоя одноклассница разродится на уроке», — Оливия могла перечислять это до бесконечности. Все те «уроки» ей запомнились на долго. Вот, например, зачем десятилетней девочке знать о том, как появляются дети? Точнее, создаются.       Каждое воспоминание, всплывающее в голове в этот миг, напоминали ей о том времени. Её мама хотела, чтобы она пошла по её стопам. Работала в больнице. Помогала людям.       — То есть, чисто теоретически, ты сможешь наложить гипс на руку? — такого вопроса она не ожидала. Её зрачки увеличились. Джек положил свою руку на стол поверх разбросанных вещей.       — Что случилось? — обеспокоенно спросила Оливия, замечая огромный темный синяк на месте, выше запястья. Роджерс поднялась со стула и поторопилась к аптечке, выхватывая пачку с бинтом. В глубокой чашке появилась вода, а в воздухе до сих пор висел её вопрос.       — Неудачно упал. — сказал он, отмахиваясь и складывая губы в линию. Оливия освободила стол от лишнего, отодвинув всё в сторону, на другой конец, и поставила чашку с водой. Она положила пакетик льда из холодильника на место синяка и замочила бинт. Пузырьки воздуха начали быстро выходить, а когда вовсе исчезли вытащила бинт из воды. Удалив влагу, она осмотрела его. — Ты ведь умеешь накладывать гипс?       — У меня никогда не было практики. — она взволнованно взглянула на него, вспоминая слова матери. — Но ты не волнуйся, если следовать инструкции, то все будет хорошо. — попыталась себя успокоить она.       — Какая ещё инструкция? — разозлился он, хмуря брови.       — Тише, — она выставила ладонь около его губ, призывая к умолчанию. Что-то в памяти начало всплывать. Оливия протянулась к его локтю правой руки, согнув на девяносто градусов. Сняв лёд, она приложила тыльную сторону руки к его охлажденной коже. Тремор рук ещё беспокоил её и рука не перестала трястись. И она взмолилась, чтобы он верно прочитал сложившуюся ситуацию. — Ты мне мешаешь.       — Я вообще молчу! — возмутился он, взмахивая одной неповреждённый рукой.       — Не пялься, мне нужно вспомнить технику наложение, — Оливия сама прикрыла глаза, воспроизводя воспоминание, как её мама показывала правильную повязку. Джек молча и возмущающее не переставал одаривать её взглядом. — Ладно, бинты ещё есть. — Оливия приложила твердую ткань к запястью, едва сгибаемую, её и тканью тяжело назвать, но шины для таких случаев она не носит.       — Что ты делаешь? — недоверчиво наблюдал он за её действиями, такой взгляд привел в возмущение Оливию.       — Мне что комментировать каждый свой шаг? И вообще, я могла выгнать тебя, но вместо этого помогаю, так что не отвлекай меня. — она закрепила замену фиксатору и размотала немного влажный бинт. Начало она укрепила к шине и сделала оборот. Пришлось поднять ладонь Томпсона, которая была намного больше, чем её. Второй оборот она начала на месте между большим и указательным пальцем и продолжила прикладывая ткань к ладони. Третий оборот начался около запястья там же, где и первый. Всего таких она сделала четыре. Отрезав бинт, она откинулась на стену. Глаза прилипли к потолку, а после вовсе закрылись. — Ты только не трогай, пока не застынет.       — Я не думал, что ты способна на такое. — хмыкнул Томпсон, всматриваясь в капельку пота на её виске.       — Если это вместо спасибо, то пожалуйста. — состроенным писклявым голос сказала Оливия. Ей стало обидно, что он мало того, что даже по человечески не смог поблагодарить за помощь, так ещё и придирается к ней.       — Поехали в Лондон?

***

      Конечно, было глупо соглашаться на предложение Томпсона — это она поняла только за стойкой бара, отхлебывая горячительный напиток и переводя глаза от Томпсона до его друга — Тома. Зачем и какая цель визита — ей не известна.       — Знаете, Оливия, а Джек всегда был драчуном, — с полуулыбкой уже в состоянии нетрезвого мужчины поделился друг Томпсона. Девушка растянула губы в знак того, что поддерживает разговор, Джек едва ли не хлопнул себя по лицу от такого позора. В темном помещении играла не слишком громкая музыка, а в воздухе царил запах, щекочущий нос, алкоголя.       — Правда? Так и не скажешь, с виду такой приличный молодой человек. — несерьезно поддержала беседу Оливия, чтобы только как-нибудь поддеть Томпсона. В эти минуты, одновременно летающие очень быстро и замирающие на вечность, все проблемы остались за стенами обычного средне статистического места для собрания местных алкоголиков. Ещё один глоток разлился в ротовой полости. — Вот, знаете, сколько работаем вместе, уже кажется целую вечность, а вдруг осознаешь, что ничего не знаешь о нем.       — Хоть кто-то меня понимает! — он несвязно взметнул руки выше своей головы. Оливия уже расплылась в настоящей улыбке веселья, забавляясь ситуацией. Сцена казалась очень комичной, особенно на фоне всех произошедших событий за последнее время. Сегодня, вечером, она не станет думать о том, как же собрать этот вакуумный шприц, что делать и как расхлебывать ситуацию с Ареной, Советом и Уитни Фрост, и с обманом всех вокруг. — Нужно за это выпить! — Том начал объяснять что-то бармену.       — Ты что делаешь? — со злостью спросил у неё, вставший с высокого стула, Джек, хватаясь за её хлопковую ткань её рубашки и сильно сжимая кожу под ней. Выпитый стакан сказался на здравомыслие Оливии.       — Почему бы и нет? Я хотя бы узнаю кто ты есть. — мозг, прежде чем обработать слова, сразу же передавал их языку. В голове проигралось сказанное ею предложение и девушка глупо захихикала, почувствовав шеей, как её шеф выдохнул.       — Он, — кивнул Томпсон на своего друга, который громко высказывается на весь бар, что работают здесь одни мошенники, и тщательно следит за тем, как бедный паренёк разливает по стопкам обжигающий напиток. — Не тот с кем стоит тебе пить. — его слова разозлили Оливию. Мол, да кто он такой, чтобы указывать ей что и как делать или не делать?       Она фыркнула, вскакивая со своего стула. Оказавшись около Тома, девушка перед собой увидела четыре миниатюрных стопочки наполненные янтарной жидкостью.       — Ну что выпьем? На время, победитель получает десятку? — с азартом в зрачках Том поиграл руками.       — Нет, детский лимит выпитого кончился, — ответил за неё Джек раздраженно. Он встал между двумя неожиданно удачно спевшимися, отталкивая их друг от друга. Непонятное чувство в груди неприятно ныло, вызывая странные мысли.       — Конечно, — проигнорировала стоящего очень близко Джека она. Обмякшая рука девушки тяжело приземлилась в ладонь Тома, закрепляя спор.       — Спокойно, Джек, никто не съест твою девочку, — поддразнивающим голосом легко пихнул в плечо Том друга. Тот испытал внутреннее негодование даже не от интонации Хейла, а от того, что он сказал. Джек поднял ладони, мол, делайте, что хотите. Главная цель его поездки не в приятном времяпровождении, а в результате этой встречи, и, возможно, пьянка Роджерс и Хейла только сыграет ему на руку. — Итак, предлагаю так: кто первый поставит последнюю рюмку — тот и выиграл.       Оливия приготовилась, тряхнув руками. Слева от неё ухмыляющийся Том предвкушал плоды успеха, а справа Томпсон с долей раздражимости наблюдал за происходящем. Бармен с интересом перебрасывал короткие взгляды на соперников, он же и быстро махнул рукой, объявляя начало соревнования. Пальцы ухватились за тёплую стеклянную стопку, а на языке появилась горечь, которая разлилась и по горлу, доходя до грудной клетки, образуя тепло. Следующая порция не заставила себя ждать, но, опрокидывая последнею жидкость, Оливия увидела то, как Том уже с глухим стуком ударил дно стопки об стойку. Он выиграл. Губы девушки сжались в неудовольствии, а мозг всё меньше воспринимал команды и контролировал не только язык, но и все действия.       — Поздравляю, — ядовито было произнесено в порыве проигрыша. Оливия протянула выигрыш победителю. — Что на счёт реванша? — выдала она в тот же миг, на что получила озадаченный взгляд Томпсона в свой профиль и полусладкую улыбку Тома.       — Не в моих правилах отказывать замечательным дамам. — все повторилось под бурчание Томпсона. После второго поражения Оливия сжала свои кулачки. Полностью опьянев, она наплевала на все правила приличия.       С криком выгнали Троицу из бара, так как Оливия Роджерс начала петь песню писклявым голосом, требуя реванша. Пока девушка с широко раскрытыми глазами рассматривала ночное небо и тусклые огоньки домов и закрывающихся заведений Лондона, двое мужчин переговаривались. Пахло только что прошедшим дождем, свежесть впивалась в лёгкие, приятно оседая.       Мужская рука нажала на кнопку фотоаппарата. В кадр поместилась девушка, вспышка разнеслась по участку улицы, но, к счастью, никто не заметил её, а «некто» скрылся со снимком.              — Нашёл себе идеально подходящею женщину? — поддел того Том, отхлебывая быстро купленное пиво перед изгнанием. — Вспоминаю твои студенческие годы и удивляюсь, Джек, как ты не переломал себе все кости?       — Я в процессе, — Томпсон поднял руку вверх с гипсом, кидая боковой взгляд на стоящую чуть поодаль девушку, которая глубоко вдыхала прохладный воздух, а после выпускала, забавляясь. Мысль, что она в хлам пьяна ему не понравилась. Неизвестность того, что Роджерс может выкинуть, пока они идут до мотеля, раздражала, скребясь под кожей. — Ты, кстати, нашёл о чём я тебя просил? — он снизил свой тон.       — Знаешь, мне ради этого пришлось ворошить осиное гнездо, — Том осел на витрину закрытого магазина, удобно ставя свою сумку. Выудив оттуда кожаную папочку, он протянул её Джеку, прошептав: — Так, что ты у меня в долгу. Дашь номер своей подружки? — мужчина с прищуром дергал взгляд на Джека и его лицо с примесью негодование. — Расслабься, это шутка. Увидимся. — он с растянутой блаженной улыбкой удалился в противоположную сторону.       Джек ещё раз кинул внимательный взгляд на замершую Оливию в пространстве и открыл документ. Большинство строк были зацензурены. Он немного повернулся в бок, отгораживаясь от всех, и достал специальный прибор для обхода любой цензуры. Бегло прочитывая строчку за строчкой, он растянул губы в ухмылке. Он нашёл то, что от него требовалось. Его рука зависла над папкой.       — М. Картер была на месте разгрома? — возле него раздался наивный голос Оливии. Джек от неожиданности подскочил. — Что это значит? — большие глаза девушки с вопросом уперлись в его лицо. Мыслительный процесс девушки хоть и ползал сейчас, но несколько десятков секунд и перевод глаз с текста на Томпсона — и не составило труда понять что к чему. — Это что компромат на Пегги? — с высоким голосом спросила девушка, давясь от холодного воздуха.       — Прошу не устраивай сцен. — спокойно попросил он ту. Оливия кивнула его словам. И, на удивление Джека, они направились в мотель.       Он шёл, иногда оглядывая девушку слева, она шла поникши, уткнув зрачок в асфальт. Так прошли они метров двести. Пара вошла на мост над Темзой. До мотеля осталось, как рукой подать. Всего нечего.       — Что значит не устраивай сцен? — не вытерпела девушка, схватив пальчиками его локоть. Тембр голоса был взят высокий и Джек подумал, что алкоголь выветрился из девушки с доли секунды. Томпсон в ожидании тирады перевалился с ноги на ногу. Ему не впервые выслушивать гневные речи от женщины. — Мало того, что ты копаешь компромат на Пегги, так ты ещё меня сюда впутываешь? А после этого требуешь не устраивать сцен? Это я устраиваю их? Я истеричка по-твоему?       — Я предложил поехать тебе, что сбить с твоего лица эту кислую мину. — с нарастающим негодованием ответил он. Она могла бы вообще ему спасибо сказать, что сделал ей одолжение.       — Ох, что бы я делала? — наигранно томно спросила она. Перед глазами всё тряслось, а в груди бушевал шторм гнева. Откуда взялось столько злости? И почему она злится на его очевидный и предсказуемый поступок? — Может, в знак благодарности скинуть тебя в реку? — в его глазах вспыхнула непонятная эмоция.       — А сил-то хватит? — с предрассудком фыркнул Томпсон, отводя свой взгляд от её лица.       — Конечно хватит, я между прочим проходила такую же подготовку, как ты, и как весь штаб СНР, за исключением, может, учёных. Возможно, они тоже проходили, но я не знаю. И вообще, мне кажется или я слышу дискриминацию в твоем голосе? — Оливия не успевает схватится за мысль, как ей в голову приходит другая, и язык беспрекословно запускает бесконечный конвейер бессвязных яростных слов. Джек заметил, что девушку шатает. Оливию качает от такого количества выпитого.       Еще учесть погодные условия, то бишь только что пришедший ливень, отчего дорожка, где они стояли, стала скользкой. Она дергает ногой, переступая, но не рассчитывает силы и поскальзывается. Трезвый Джек уловил барахтанье в воздухе и схватил её за руку, не позволяя упасть.       Но они оба падают на асфальт, причём мокрый. Переворачиваясь за долю секунды, Джек оказывается прибит твердой поверхностью спиной. На грудь сваливается Роджерс из-за чего он издаёт вздох. Её волосы щекочут подбородок, а взгляд зеленых глаз то и дело цепляются вниз на его губы. В миг девушку окатывает краской, а сама она быстро поднимается, делая вид, что ничего не произошло.       Роджерс продолжила что-то гневно лепетать, но его накрыло чувство. Все звуки исчезли и остался лишь звон в ушах. Перед собой он видел только пьяную Роджерс, которая не может прикрыть свой рот и раз в жизни перестать жаловаться и отпускать «остроумные» шутки. В этот момент тусклый свет луны осветил лицо девушки и её расширенные зрачки. Сердце Джека впервые за долгое время загрохотало, разливая теплую кровь по венам, заставляя услышать жидкость циркулирующею в ушах.       Оливия окончательно потеряла мысль в своем длинном монологе, который она не закончила до сих пор. Она тяжко выдохнула, впуская кислород в свои лёгкие. Джек нашёл её глаза, пересекаясь взглядом. С минуту Оливия не отводила взгляда.       — И вообще, нечестно говорить… — девушка не успела договорить. Губы напротив врезались в её. Оливия ощутила у себя на затылке руку Томпсон, в которой компрометирующая папка, а другая расположилась на спине. Ощутив прилив тепла, она захотела поглотить весь источник и сократила и так короткую дистанцию. Чтобы дотянуться до девушки, Джеку пришлось чуть согнуть свои колени.       — Молодые люди! — женский вскрик раздался совсем рядом. Джек со злостью смотрел престарелую пару туристов. То, что они впервые в Лондоне, он понял по высоким шляпам, которые продают в качестве сувениров с надписью: «Я люблю Лондон». Рядом с пухлой женщиной стоял мужчина со скрытой улыбкой. — Неприлично лобзаться в общественном месте! — она строго показала указательный палец. Отлипшая девушка недоуменно смотрела на расплывающихся у себя в глазах прохожих. О чём они вообще?       В это время Пегги Картер готовилась к обмену с Уитни Фрост. Блондинка вместе со своим новым кавалером по имени Джо похитила Уилкса из дома Старка. Пока не было Оливии, многое изменилось. Анна — жена Джарвиса, помогла построить специальную ультрафиолетовую клетку для призрака-доктора, чтобы тот стал осязаем.       Дотти Андервуд объявилась. Точнее, надо сказать Уитни устроила ловушку для Пегги — так думала Картер. Но всё оказалось в разы хуже. Пока она с мистером Джарвисом освобождали Дотти, в дом проникла Фрост и похитила Уилкса. Анна, которая отправилась на вверх, чтобы отключить сигнализацию, смогла встретить блондинку только на улице, когда Уилкс уже похищен, а взади приближается машина с Пегги. Уитни Фрост выстреляла в Анну.       — Мистер Джарвис, я понимаю как для вас важен исход данной миссии. — Пегги вышла с Эдвином на кухню. С Анной все хорошо, она в больнице. Но, когда Пегги и мистер Джарвис следовали за докторами больницы, Дотти сбежала в неизвестность.       Обмен должен состоятся совсем скоро. План Уитни состоял в том, что Уилкс будет поменян на урановые бомбы. Конечно, никто оригинал ей не отдаст. Всего лишь реплику — за это нужно сказать спасибо Сэмберли.       — Конечно, Уитни Фрост стреляла в Анну, я еду с вами. — с серьёзными намерениями заявил он.       — Нет, вы едете в больницу. — попыталась мягко отказать Пегги.       — Она должна расплатится.       — Расплатится. Мы с шефом Сузой за этим проследим. — убедила того она.       — Я хочу это увидеть. — Пегги поняла, что он просто так не отступит. Раздался шум печатанья машинки. Ксерокс начал выдавать листы. Пегги переглянулась с Джарвисом. Они оба поняли кому надо показать зашифрованный код.       — Это технические требования. — пояснил им Сэмберли. Суза нашел взгляд Пегги. — Говард Старк доверил мне строительство.       — Вы? Там так и написано? — Дэниэл заглянул в листок.       — Нет, но если не я, то кто? — уверенно спросил ученый.       — Здесь написано: «ОЛИВИЯ ДОВЕРЯЮ СТРОИТЕЛЬСТВО ТЕБЕ», — дословно процитировал Суза, убирая свой корпус от листа.       — Мисс Роджерс до сих пор не выходит на связь? — Джарвис посмотрел на Пегги в ожидании ответа.       — Я звонила на нашу квартиру, в Нью-Йорк, никто не взял трубку. — Пегги нахмурено прочла завещание Говарда. — Что это за инструкция?       — Я не уверен. Вроде, пушка. Что-то связанное с гамма-радиацией. — Сэмберли нервно поправил три листка. — Она выбрасывает фотоны высокой энергии. Пушка сможет уничтожить нулевую материю       — Ей можно исцелить Джейсона. — с надеждой в голосе произнесла в слух Пегги.       — Или убить Уитни Фрост. — прошептал Джарвис.       — Слушайте, я же сказал не знаю., — начал что-то сомневаться ученый.       — Вы сможете её сделать? — оборвал Суза.       — Конечно могу, и без помощи мисс Роджерс. Но на это потребуется время. И я не знаю сколько.       Было принято единогласно не медлить. Все начали собираться на обмен, который состоялся на рассвете. Пегги ещё не знала, чем ей обернётся сделка с дьяволом.

***

      Плюхаясь в сиденье самолета, Оливия болезненно застонала. Голова раскалывалась. Девушка приложила ладонь ко лбу, а из бутылки со скоростью света начала глотать воду. Рядом сидящий Томпсон со странностью на неё посмотрел.       — Нужно меньше пить. — невзначай сказал он.       — Ужасно себя чувствую, сколько я вчера выпила? — она перевела сонный взгляд на него.       — А ты не помнишь? — Джек поднял нахмуренную бровь. Оливия тихонько покачала головой, соглашаясь. — Ладно, что ты вообще помнишь?       — «Знакомься, это Том»? — пожала девушка плечами, напрягая память. — Надеюсь, ничего постыдного не было? — надежда блеснула в зеленых крапинках. Взвешивая, Джек принял для себя решение.       «Даже лучше что она ничего не помнит. Так легче сделать это» — проскользнуло в голове Томпсона.       — Если не считать то, что нас поперли с того бара, то всё прошло ровно. — он растянул свои губы в неестественной насмешке.       — О Боже, — протянула девушка, утыкаясь глазами в руку. — Пойду пройдусь. — покачав головой, Оливия направилась в уборную. Самое ужасное, это даже не головная боль, а что ни один момент не задержался в её голове. Ни-че-го не помнит. Она взглянула на запертую дверцу туалета и вздохнула, облокачиваясь об стену. Оливия открутила крышку бутылки. Около неё материализовалась женщина.       — Это вы! — с возмущением обратилась незнакомка. Роджерс сначала даже не поняла, что обращение к ней. А после запаниковала. Ладони вспотели и пластик едва не выскользнул из рук. Что она вчера успела натворить?       — Простите? — с дрожью отпила девушка воду, как спасительницу.       — Это вы вчера вытворяли не пойми что на мосту! — грубо отрезала оппонентка. Оливии было страшно слышать следующие слова женщины. — Пошло поколение развратников! И никого не стесняются! Ты девка молодая приличная, чего ты не пойми с кем обтираешься?       Сердце Оливии отбило кульбит, а лицо с шеей мгновенно покраснели. Роджерс молится всем богам, чтобы её догадка не оказалась правдой. Одна мысль о том, что она чем то таким занималась с Томпсоном приводит в ужас. В самый неподдельный страх.       — А у этого не пойми кого случайно не такая дурацкая серая шляпа и серый костюм с пальто? — описала повседневную одежду Томпсона она. На что получила кивок женщины плюсом тираду о потерянном поколении.       В голове пульсировала, как клеймо, мысль. Одна и та же фраза женщины повторялась в голове. Но тогда, если это все правда, он сказал ей что ничего не было.       Это же не она полезла к нему? Или она? В не себе Оливия вернулась на прежнее место — на сиденье. Знание того, что произошло вчера ночью въелось под кожу, раздирая мышцы. Чувство обмана преследовало её с момента окончания войны. Везде вранье и обман, все лгут и недоговаривают. Что делать в такой ситуации? Оливия пялится на пол, пытаясь обдумать услышанное. Ну произошло и что с того, тем более она была не в себе, думала Оливия. А на деле обида с отчаянной силой пыталась заглушить здравые мысли. Хотелось встать с дурацкого сиденья, врезать пощечину Томпсону, предъявить ему список всех его грехов, сказать что-нибудь гадкое, а после прилёта переехать в дом Говарда. Но рассудок говорит, что так поступают только дети.       Впереди женщина, которую она встретила и посвятила её в подробности личной жизни, села на свое место. Оливия взглядом проследила за тем, как она приземляется на обивку.       В миг стало душно, и она почувствовала как организм начинает активное потоотделение. Кровь прилилась к лицу и шеи.       — Ты вся красная, — не смог ни заметить Джек рядом.       — Давление скорее всего, сам знаешь оно меняется на расстоянии. — Оливия еле сдерживала громкие и неприятные слова, колеблясь. Говорить или нет? Может, дать ему понять, что она все знает и знает то, что он знает, что она не знает?       К вечеру они прибыли в Лос-Анджелес. Оливия ковыряла отверткой что-то в механизме, пытаясь доделать шприц. Взгляд все время был стремлен на нерабочую левую руку с предметов в руке, а мысли были совершенно в другой вселенной.       Непонятным оставалось одно: почему он ей ничего не сказал? По сути, она же участвовала в том моменте, и хотя бы имеет право знать что случилось. Со спины подкрадывались страшные мысли. Хотелось все бросить к черту и улететь в Нью-Йорк, но Оливия лишь откинула инструмент. Её правая рука не переставала трястись, что мешало ей делать какую угодно мелкую работу.       Из того вечера она не помнит ничего. Так неприятно осознавать это чувство беспомощности. Не может же она прийти и предъявить Томпсону? Да и что говорить-то? Мол, почему ты мне не сказал ничего о нашем поцелуе? Ужасно звучит.

***

      — Я был у Картер, — рядом возник чужой голос, от которого хотелось вздрогнуть. Оливия метнула взгляд с едва различимым осуждением. Что-то произошло, как будто воздух поменяли. То, что было привычным и обыденным, стало до ужаса неузнаваемом. Оливия ужесточила свой взор, мол, а что дальше-то? — И выставил себя полным идиотом. — лицо Джека сморщилось от воспоминания.       Было глупо показывать просто наиглупейший компромат на Картер. Нужно было сразу понять, что это поделка. Но тогда Том подсунул ему свинью?       — Бедный шеф Томпсон, — уныло сжала губы девушка. Она обессиленно нажала на кнопку на устройстве. — И как на этот раз? — вопрос вырвался у неё сам собой. Поняв, что она сказала, Оливия нахмурила лоб. Извиняется она не будет. Не перед ним точно.       — Заметь, ещё я твой начальник. — напомнил он, пытаясь отыскать на её лице ответы на интересующие вопросы. Что могло случиться с Роджерс после обычной пьянки? Ходит такая подавленная, грустная, прямо сама депрессия. Хотя его какое дело?       — Не факт, Суза ясно намекнул, что Вернон скоро станет монополистом в СНР, так что ты уверен, что всё ещё доверяешь ему? — такой остроумный комментарий, по её мнению, ввёл в строй девушку. Вся унылость с лица долой. Оливия и забыла на секунду о чём так глубоко размышляла, пока не увидела собеседника перед собой.       Если рассудить честно, открыто перед собой, Оливия может честно заявить, что Джек Томпсон — очень плохой человек. Неоднозначный. Он присвоил работу Пегги (та, которая была проделана с Фенхоффом) себе. Именно его повысили до начальника, хотя всем было известно, чья это заслуга. Можно отметить то, как он подчиняется Вернону, но это можно вроде как основать тем, что они были близки или питают по типу родственных чувств. Но Вернон однозначно и беспрекословно получает звание козла, но вдруг ученик не так далеко ушёл? Окружение, как известно, влияет на влияет на формирование личности. Но, может, он не по своей воле попал в это окружение? И можно ли отнести то, что он пробил пулей ей плечо как ужасный поступок? Возможно да, но он ведь пытался защитить «невинных».       И тут Оливия поймала себя на страшной мысли, что пытается оправдать Джека Томпсона.       — Сомневаюсь, — протянул он, заворожено пялясь в точку. — Но теперь надо всё время следить за ним. Собирайся. — Джек быстро поднялся со своего стула.       — Шутишь верно? Пока Вернон всем там заправляет, я туда не ногой. — она отмахнулась от такого предложения. — Я умирать не хочу. И вообще в чем состоит наша реальная цель? Дотти Андервуд уже может и мертва, а основой Коалиции было разгадать её дело.       — Я же говорил, что оно упирается в дело Лос-Анджелеса.       — Да, но, это уже далеко. В плане, нулевая материя, сверхъестественные силы, Арена, Совет — это уже все слишком, у нас нет плана и определенных действий и цели. Это же просто как пальцем в небо. Единственное преимущество — это то, что у нас была информация и то она почти иссякла. Тем более, что Вернон не так прост.       — Не драматизируй, у нас есть план, ладно, у меня есть план, и он сработает, просто ты должна мне верить и не факт, что Вернон тут же прижмет к тебе дозу транквилизатора и увезет пытать. — его слова показались Оливии слишком грубыми, и она сжала губы и не произнесла и слова. — Понятно, продолжай трястись. — почти выплюнул он, а девушка взглянула на хлопнувшуюся дверь.       Коалиция развалилась, не достигнув цели? Дело они не раскрыли, а русская не пойми где. Оливия взяла готовое устройство в руку и поднялась со стула.

***

      Зачем она только сунулась в этот офис? Уже давно за полночь, и в помещении никого. За столами агентах, которые забиты документацией, пустовало. В кабинете шефа также ни души. Оливия побрела по безжизненному коридору, цепляясь за лямку сумки, в которую расположила шприц. Мигающая лампа при очередном сбое осветила силуэт мужчины. Тот только выходил из лаборатории и не заметил девушку, свернувшую за угол.       Ей показалось или это был Вернон? Но тогда где Томпсон? Он же хотел следить за ним. Поиск ответа занял слишком много времени и Вернон уже прошёл мимо. В его руке Оливия заметила знакомый кейс. Но времени на воспоминания не было, Оливия ускорила шаг и, хватаясь за плечо мужчины, прибила его к стенке. Другая рука слабо удерживала наставленный пистолет.       Что она творит? Зачем? Но Оливии казалось, что она все делает правильно.       — Осторожно, — он поднял немного вверх руку с кейсом. — Здесь урановые стрежни, — тихий голос проник Оливии под кожу. Для чего он всё это говорит? Разве для хотя бы банальной конспирации он не должен соврать? За праведной жизнью Вернон был не замечен, так с чего такой широкий жест с его стороны? — А там, — он морщинистым подбородком указал на лабораторию. — Истекает кровью Джек.       Лицо девушка осунулось, прежняя минимальная уверенность на её лице стерлась. А он гадко растянул тонкие губы, словно змея увидела добычу.       — Учитывая ваши отношения, вы не смогли бы его убить. — Оливия искала в его старом лице ложь. Вернон всегда лжет, манипулирует, делает все для своей выгоды. И этот раз не исключение. Иначе быть не может.       — А ты знаешь какие наши отношения? — Вернон легко оттолкнул девушку в сторону, продолжая свой путь. — У тебя есть выбор, Оливия, поймать меня и арестовать или помочь ему. Третьего не дано.       — Я могу выстрелить. — неожиданно предложила Оливия сама для себя, заряжая пистолет. Дыхание сбилось, а пульс увеличился. Вернон остановился и повернулся полубоком.       — Бросьте, Оливия, вы не такой человек. Вы не сможете выстрелить в едва знакомого вам человека. — он улыбнулся так фальшиво, что она ещё сильней хотела спустить курок, но что-то внутри не давало ей это сделать, будто блок.       — Я знаю, что вы ужасный человек. — и вот она уже почти готова, но руки у неё трясутся, а в голове предстает картина умирающего Томпсона.       — А я знаю, ваш выбор, и он далек от спасения стержней, — он самодовольно повернулся к ней спиной и продолжил свой путь. Если она не догонит его и не ударит по стене, вырубая — только подтвердит мысль Вернона. Но ноги развернули Оливию назад в лабораторию.       В просторной комнате темно. И едва было что-то видно. Оливия споткнулась об кого-то. Удержав равновесие, девушка осмотрела Томпсона, из которого не лилась литрами алая жидкость и не торчал какой-нибудь скальпель.       — Роджерс! Что ты тут делаешь? — с испугом в голосе вздрогнул он. Она увидела на столе специальное устройство в виде двух пирамидных датчиков, соединённых проводами.       — Ну так, Коалиция нужна не только для достижении цели, но и для помощи. — она взяла странный предмет в руку.       — А что я тут делаю? — он помотал головой, Оливия взглянула на открытый сейф. Джек проследил за её взгляд. — Я помню, что держал трубку. — он поднялся и мигом поспешил в названное место. Оливия взглянула на открытый пустующий сейф. Конечно, оригинально они спрятали эти стержни.       — Эй, шеф Томпсон, — девушка попыталась нагнать начальника, который своими широкими шагами удрал за километр от неё. — Не все такие дылды, чтобы практически летать, а не ходить. — дыхание сбилось, а в грудной клетке не осталось воздуха. Джек стоял около одного из столов. Но забавно было другое — возле Томпсона внезапно очутились Пегги и Суза. Она выпученными глазами рассматривала картину того, как все троя стоят над полупустым столом, разглядывая что-то. На её голос все трое повернулись.

***

      — Откуда ты его вообще взял? — с привычным выражением лица, то бишь легким сарказмом, Оливия оглядела ружье в руках Томпсона. В кабинете Сузы, за открытой дверью, они дожидались хозяина помещения и Пегги.       — Там, где его уже нет, — ответил он ей, вздергивая бровь. Они оба чувствуют недомолвки между собой. Оливия не понимает почему дала сбежать Вернону, позволив себе выбрать его спасение. Разве он того заслужил? Со стороны Джек просто охамевший самоуверенный, притом ещё самовлюблённый, идиот, готовый на всё ради своих целей и путей их достижений. К тому же Вернон ей соврал о том, что милый Джек умирает. Только для чего? Проверить свою теорию? Какую ей и страшно представить. Нужно было дать Томпсону «умереть». Нельзя было дать Вернону уйти. Не известно, что Уитни Фрост сможет сделать с ураном. Было очевидно для кого он их крал.       Джек же не понимал, что Роджерс вообще здесь забыла. Она твердила ему, что не попадётся на глаза Вернону, а в итоге сама пришла сюда. Это было странно, в номере едва не тряслась при упоминании имени любого из «свиты» подчинённых Фрост, а сейчас сидит на стульчике и хмурит свое личико.       В кабинет вошла парочка. Пегги и Суза перегородили дверной проход. Первая кинула осмотрительный взгляд на Роджерс. Поговорить они ещё не успели.       — Нужно спешить. — Джек перезарядил оружие в руках. Он уже хотел было пройти, но ему не дали две фигуры около входа. — Или ваши пушки мне тоже зарядить? — он осмотрел их. Пегги закрыла дверь.       — Останьтесь здесь, — Суза осмотрел сначала Томпсона, потом устремил взгляд на сидящую девушку. — Вдруг Вернон вернётся.       — Ты мне не доверяешь, Денни? — от услышанного у Оливии едва уши в трубочки не вернулись. Он назвал Сузу Денни? Смешок застрял где-то в гортани из-за чего образовался мелкий кашель. — Обидно.       — У тебя не лучший послужной, — с усмехающейся полуулыбкой ответил тому Дэниэл.       — Если вы закончили флиртовать, может поедем? — предложила заговорившая Оливия, поправляя ремешок сумки. Намёк был принят с разной реакцией.       — Я бы на твоём месте молчала, — Пегги с плохо скрываемой злостью зыркнула на подругу. — Где ты вообще была? Я звонила тысячу раз.       — Крысы грызут провода. — Оливия отвела взгляд в сторону, скрывая растерянное лицо. С момента того, как она «официально» уехала домой, в Нью-Йорке даже её духу не было.       — Да? И ещё они заставили тебя быть на вечере у Чедвика, верно? — вопрос Пегги ошарашил её, просто убрал землю из-под ног, но, к счастью, она сидела. Краска прилилась к лицу от расплоха. Конечно, на Дотти была прослушка или она доложила на Оливию ещё до того, как они встретились около зала заседания совета. — Как в компании новых друзей? — подчеркнула она, чтобы Оливии было совестно, а ей и без того было ужасно на душе. Во-первых, начинать можно со всеобщего обмана и скрытия «Коалиции», добавляются плюсом ещё некоторые факты. Например, непонятная ситуация связанная с Томпсоном, позже игра Вернона, в которую Оливия попала. К тому же в голове начало всё больше всплывать старых воспоминаний и не всегда приятных.       — Скучно, — ответила Оливия сухо, зная, что интонация и сам факт того, что она ответила разозлит Пегги. — Разговоры про СССР меня не трогают. — готовая получить по затылку или летящий предмет в лицо, она едва сморщилась. К Пегги в состоянии бешенства лучше не подходить, а лучше обходить километрами.       — Тем не менее, — на помощь неожиданно пришёл Томпсон. — Вам пригодится любая помощь, вас прикрывает дворецкий и горе-ученый.       — Два часа назад ты меня шантажировал. — свой жестокий взгляд Картер направила на него.       — Что делал? — с огромным удивлением спросила Оливия. Так вот, как он выставил себя идиотом. Мелкие и тонкие нити в голове начали плестись в более крепкие, образуя жгутики.

Лондон. Стопки. Алкоголь. Горечь.

      В голове начали вспышками всплывать обрывки памяти. Только лишь очень маленький промежуток времени. Как кадры, сделанные на фотоаппарат. Нити продолжили крепнуть, свернувшись в клубок воспоминаний.

Том. Реванш. Деньги. Недовольно.

      Она на пару секунд перестала видеть перед собой всех троих. Была лишь темнота и раскаленная голова. В лоб била неведомая сила, будто маленький чертик молоточком отбивает мелодию между двух её бровей.

Свежий воздух. Папка. Луна. Мост. Поцелуй.

      Чародей-невидимка, который воспроизвел порядок того вечера, вновь отправил Оливию в Лос-Анджелес на скрипучий стул. Она ошарашенно очертила узор на фалангах пальцев.       — …двадцать минут назад мне стерли память. — из всей речи Томпсона, Оливия услышала концовку. Физически она тут: в кабинете Сузы, но душа витает где-то над телом, желая раствориться и забить на все проблемы, отправившись в другую реальность. — Будь я за них — я бы мчал с ними, но я здесь с вами, скажи, Роджерс? — обратился он к ней.       — Да, — протянула Оливия, собираясь духом. — Поверьте, он уже выбрал сторону, на которой будет воевать.       Пегги и Суза переглянулись между собой, мысленно переговариваясь и решая. Девушка открыла дверь.       — Идём, — Пегги пропустила Томпсона. Карий зрачок перевёлся на Роджерс. — Оливия?       — Конечно, спешу! — она с поддельной улыбкой подпрыгнула со стула, проскользнув в коридор.       — Думаю, они не врут. — как только вышла Оливия, произнес Суза.       — Согласна, только мне не даёт покоя Оливия, — она нахмурено согласилась с ним. — Ты видел как она легко согласилась с Томпсоном?       — Возможно, они сблизились, пока тебя не было. — он ничего в этом не увидел, но Дэниэлу не понять её. Пегги точно знает свою подругу, и для Оливии не типично соглашаться с Томпсоном. Она бы точно взяла трубку, если бы была в Нью-Йорке, но когда Пегги в сотый раз набирала заученный номер, никто не отвечал. Будь Оливия в их квартире, она бы ответила. Пегги это точно знает. Следовательно, это ведёт к выводу, что Оливия врёт. Она была замечена Джарвисом и Дотти в компании Чедвика, Фрост и Вернона. Вряд ли обычную работницу СНР пригласили на закрытое мероприятие. К тому же, когда она с мистером Джарвисом освобождали Дотти, та поведала, что Оливия отобрала у неё вакуумный шприц, но тот к счастью нашёлся позже мистером Джарвисом.       — Меня это и пугает, ты же знаешь Джека. — Пегги взглянула на Сузу. В её взгляде можно было считать неправоту. Не в данном разговоре, а в другой отрасли. Их сделка шла удачно по обмену Уилкса на поддельные стержни. Сэмберли смог сделать определенные махинации, чтобы реплика была идентична оригиналу. И всё шло замечательно. Чемоданчик был отдан, Уилкс вошёл в специальную камеру с ультрафиолетом, дабы не раствориться, но позже…       Один из приспешников Джо — с кем в данный момент «крутила роман» Уитни, выронил чемодан и стрежни повалились по асфальту. Будь у него настоящий уран, все бы взлетели на воздух, но ничего не произошло. Обман был рассекречен. Суза и она быстро оказались в вагоне фургона и мистер Джарвис за рулём дал газу.       …оказалось, что Уитни переманила на свою безумную сторону доктора, и тот угрожал Пегги ружьем, чтобы она выдала место нахождение настоящих стержней. Уилкс заставил сказать Сузу, зная, что тот не даст умереть Пегги.       А после, как Пегги поняла пару минут назад, информацию передали Вернону, который украл уран, стерев память Томпсону. Вот и причинно-следственные связи.       — Ты знала и Уилкса, однако это не помешало ему наставить дуло на тебя. — в голосе Пегги распознала нарастающею густую ярость. Картер подняла бровь, спрашивая, на что тот намекает. — Я хочу удостовериться, что мы готовы к данной операции. Уилкс больше не заложник, он предатель.       — Это нулевая материя, он сбит с толку, — Пегги хотела пройти вперёд, но её остановил Суза, мол, они ещё не закончили.       — Он отчаялся, мы должны быть беспристрастны. — на это Пегги, не сказав ничего, ещё больше подняла бровь, чтобы Суза продолжил. — Я знаю, что вы близки.       — По твоему, мои личные чувства помешают нашей миссии? — с замаскированным возмущением спросила Картер.       — Я просто говорю, что нас может ждать не простой выбор. — Дэниэл не хотел развивать конфликт дальше, намереваясь удалится за Томпсоном и Оливией.       — Замечательный совет, шеф Суза, если бы вы сами его соблюдали. — в спину ответила ему Пегги, зная, что он не сможет уйти. — Уитни Фрост заполучила уран и может уничтожить город по вашей вине.       — Но он хотел убить тебя, — в защиту отозвался Суза, намекая на Уилкса, ружьё в его руках, направленное на Пегги. Та ответила, что, мол, да хотел. — И я должен был допустить это?       — Беспристрастно, ты сам сказал. — в запале ответила зло Пегги с нарастающим негодованием.       — То есть на моем месте ты поступила именно так? — она ничего не ответила. Пегги молча рассматривала карие глаза Сузы, не сумев вымолвить ответа, который не понравится никому. — Ты бы дала ему убить меня?       В кабинете повисла тишина. Двое смотрели друг на друга. В проеме очутился Джек.       — Если вам интересно, я бы дал прикончить вас обоих. — поделился он, не дав ответить Пегги. — Идём. — крикнул он, чтобы те поторопились, а вместо него высунулась другая голова — женская.       — Уилкс правда наставил на тебя ружьё? — с толикой презрения переспросила Оливия, улавливая грозный взгляд подруги, говорящий лучше не поднимать данную тему, и поспешила за Томпсоном.

***

      Красивое небо. Оливия залюбовалась полотном сверху обрамленным пушистой ватой. Ей повезло сидеть одной, никак себя не притесняя, на заднем сиденьи автомобиля, стремящегося в местную Сахару. Вслед за бежевым авто следовал фургончик. Ненароком зрачки вцепились за распадающееся локоны Картер и хаотично уложенные волосы Джарвиса, они обычно у него прядка к прядке, все настолько идеально, что хотелось разрушить такой образ.       В транспорте позади них на объединённом переднем, в местах порванном, огромном кресле Джек сидел за рулем, устремляя взгляд на поля вперёд, Суза крепко сжимал рацию, идентичную что и в руке Пегги, и Сэмберли, без которого пушка не начала бы работать (по его личному мнению).       Про инструкцию, присланную Говардом, ей поведала Пегги, заявив, что от того, что Роджерс не было на связи, Сэмберли слишком загордился, возложив на свои плечи строительство.       — Джек считает, что они оторвались на полтора часа. — из динамика послышался нечистый звук, заглушаемый волнами. Пегги на автомате что-то ответила, мол, поняла, и они продолжили путь в молчании, которое никто не нарушал.       В голове Эдвина была единственная мысль и цель в лице Уитни Фрост. Его недавно чистое и честолюбивое сердце сейчас жаждало расплаты и мести для блондинки. Она посмела выстрелить в Анну! В ничем неповинную! Так мало того, что вся ситуация приняла жестокий оборот действий, омрачал один факт, не дающий ему покоя. Он засунул эту мысль, как что-то сокровенное, но на деле, ему было страшно о воспоминании, где доктор выносит приговор — они с Анной не смогут иметь дети.       Пегги пыталась понять, что происходит между ними с Дэниэлом. Безусловно и безоговорочно он ей нравится, как и она ему (на это девушка надеется). Но есть несколько «но». Он её начальник, но её это не особо волновало, но как пункт это нужно отметить. Ещё на горизонте всплывал Уилкс. В голове появился фрагмент, как они сбегали от людей Isodyne Energy, когда доктор украл запись нулевой материи, а после взорвался от неё. Тогда она почувствовала знакомое чувство горечи. Каждый раз, смерть, приходя к кому-то из её близких, окутывала до головы этим ощущением беспомощности. Она тряхнула головой пытаясь выбросить мысль, выкинуть её на щебеночную дорогу. Почему Джейсон так поступил? Уитни Фрост промыла ему мозг — так Пегги оправдала его в своей голове, пытаясь убедить и остальных.       Оливия мысленно фыркнула, возможно, даже не сдержалась и сделала это вслух. Считает он. Ну конечно, Томпсону виднее, их легковушка выше, да вообще он стратег! Какой план придумал, создать Коалицию, собирая информацию со всех возможных вариантов. Так он участвовал в «игре», оставаясь в тени, не давая повода выдать себя Вернону или той же Фрост. О упоминании последней на височной доле прошла боль. Иногда воспоминания накатывали о том вечере. Всё как на проигрывателе: чётко и по порядку. Несколько пунктов особо ярко запомнились. Подкат Уитни к Джеку, знакомство с загадочным Земо, нулевая материя, растущая из-под дорогого ковра, плен и пытка. После начинал пробегать холодок по шее, а взгляд замирать. Она убила того человека, «обороняясь». Оливия не знала винить себя или оправдывать, не могла подойти и спросить у кого-то совета. Нет, могла, но Пегги сначала бы с ужасом обняла её, а после успокоила бы. Почему такие доводы? Натура у неё слишком схожая с ним, девушка поняла это не сразу, списав на совпадение, но позже, наверное, когда Пегги нашла кровь Стива в лаборатории Нью-Йорка, не осталось сомнений — у Пегги и её брата практически идентичные души, за исключением нескольких отличий. Говард. С ним бы Оливия могла не церемонится, подбирая слова. Он сам не ангел, Старк бы понял её и поддержал, как в тот раз.       Волна пыли накрыла одеялом все окна автомобиля. Нога мужчины надавила на тормоз. В когда-то красивом небе появилась трещина. Раскол проходил дальше, заполоняя больше пространства в воздухе. Она услышала, как выругался Джарвис (конечно, культурными словами, упоминая Бога), и как прошептала что-то Пегги.       Негласно принято решение активировать пушку здесь и сейчас. Трое из легковушки вытаскивали аппарат. В небе раскол расширял свою позицию.       Пегги, смотрящая на что-то подобие черного Сатурна около облаков, приблизилась к суматохе над пушкой, спросив:        — Думаете, гамма-импульс достанет так далеко?       -Красивая планета получается, — девушка рядом с Картер заворожённо очерчивала глазами золотистые кольца вокруг нулевой материи, преобразованной в шар. Стоящая рядом нахмурилась. — Знаешь, Пегги, про «Черное Солнце»?       — О чём ты? — мысли летали в противоположной теме нежели той, что вылетала из уст подруги. Она заметила затуманенный зелёный взгляд. — Ты меня пугаешь, Оливия.       — Меня пугает это, — она кивнула на «Сатурн».       Сатурн в алхимии является неким «Черным Солнцем», мол, в его основе лежит двойственность природы: облик его темный, как уголь, а внутри бел, как снег. Овца в шкуре волка. Нигредо также основывает сущность данного явления.       Простыми словами Нигредо — это как начальная чёрная стадия для планеты. Сложная тёмная ступень, на которой все должно перегнить, расщепится на атомы, тогда появится капля света, тонущая, словно в мазуте.       Далее следует Альбедо — вторая, возрождающаяся и промежуточная, белая стадия. На ней происходит труд. Старое, сгнившее и темное, пропадает, растворяется, новое же лишь в зародыше. Нечто ценное лишь скапливается по мелким частицам.       Рубедо — завершающая часть, представляющая слияние с божественным, достижением гармонии. Зародыш, тускнеющего света берёт вверх, овладевая. Символика, как утверждает затрёпанная книга в библиотеке, представляет собой цветение и совершенство, а символом Рубедо можно считать определенных птиц (двуглавого орла или красного феникса).       — Пролетела бы ещё красная птица… — неоднозначно сказала Оливия, отпрянув от воздействия даже ненастоящей планеты.       — Полагаю, — неуверенно растянул гласные Сэмберли, отвечая на ранее поставленный ему вопрос, настраивая направление. Суза переспросил ученого, мол, полагаю или да? — Да. Наверное.       — Кто этот тип? — Джек прошёл мимо Сэмберли, указывая пальцем. Она зацепила свой взгляд на его фигуре, слишком долго витая в мыслях, но не отрывая зрачков, что не укрылось от Картер.       — Если луч попадёт, то закроет раскол? — последняя положила руки на талию, делая заметку поговорить с Оливией. Ответ от Сэмберли положительный, прибавил он ещё, мол, да, но я не знаю, не уверен, возможно и так, а может и нет.       — Это ты его нанял? — негромко Томпсон обратился к Сузе, тоска на лице которого говорила, мол, да, к сожалению.       — Вы спрашиваете меня, что будет с тем, что я никогда не запускал, когда оно ударит в то, о чьем существовании я даже не подозревал. — в словах Сэмберли она увидела здравый смысл. — У нас всего один выстрел, мне хватило времени для одного заряда.       — Она успеет скрыться. — прошептал под нос Джарвис и быстро скрылся с места на водительское сиденье.       — Нужно закрыть раскол. Мистер Джарвис, стойте! — но её слова не повлияли, послышался хлопок двери. — Разберитесь с пушкой, ради Бога, а я попытаюсь вразумить его. Оливия, Говард написал, что ты разбираешься в этом. — еще один хлопок только уже легковушки.       Намёк был понят и Оливия вытащила бумагу из чемоданчика, принесённого Сэмберли. На листе были формулы. Непонятные буквы резали глаза, заставляя слезится. Ей через плечо заглянул Томпсон.       — Это физика? — очевидно, но всё же, получив саркастичный утвердительный ответ, продолжила: — Я её прогуливала с восьмого класса.       — То есть на великого Говарда Старка работала недоучка-инженер? — на язвительное замечание она не успела ответить — машина, на которой приехали трое мужчин двинулась за бежевым авто.       — На один градус выше, — распорядился Суза, глядя в специальный навигационный экран, когда провода были подключены. Джек с другой стороны пушки исполнил слова шефа Лос-Анджелеса.       — А вы учитываете боковой ветер? — в ответ послышалось: «на три градуса вправо». — Стрелять прямо нельзя, импульс пойдет прямо по параболической дуге.       — Всё я знаю, Сэмберли, спасибо, — не переходя на высокие и оскорбительные тона, Суза вновь уткнулся на экран с разметкой. Ученый поднял руки вверх, мол, если что, виноваты сами. Оливия надела солнцезащитные очки, побывавшие когда-то на проекте «Перерождение», а именно на переносице Говарда Старка.       — Не знал, что ты служил в артиллерии, — между делом вставил Джек.       — Не служил, — на его ответ лицо Томпсона приобрело вид, мол, понял. — На один градус выше. Все, запускай. — отдал приказ для ученого. — маленький переключатель быстро поменял положение.       — Безопасность превыше всего! — Сэмберли вытащил очки-кругляшки, точно как у пилота. Остальные ограничились темными стеклами.       — Задай им, шеф, — донеслось справа от неё. Оливия встретилась с темными стеклами взглядом.       — Ничего не обещаю, — Суза вытянул свой костыль, дотрагиваясь до выключателя. Миг — желтый луч энергии пронзил Сатурн, точно в цент, заставляя его исчезнуть.

***

      Солнце медленно спускалось, переходя в скорый закат. Джек Томпсон смотрел в бинокль.       — Они же вернутся за нами? — тишина прервалась из-за Сэмберли, неловко перебирающего край своего пиджака. — У них грузовик, рация и вода.       — Час прошёл, если бы с ними все было в порядке, то давно бы приехали. — предложение вылетело из её губ, пока нога тоскливо очерчивала линию на рыхлой пыли. Оливия присела на чемоданчик.       — Куда пойдём? К месту взрыва или обратно в городом? — мысленное согласие прозвучало от Сузы.       — Конечно, к взрыву, вдруг Уитни взяла их плен? — воскликнула, но тут же прервана Томпсоном.       — Перспектива облучится не вызывает восторга. — он убрал бинокль от глаз.       — Нужно пить свою мочу! — неожиданно для всех выдал Сэмберли, он, ничуть не смущаясь, немного прошёл вперед от нервов. На него повернулись две мужские головы, девушка сидящая поодаль лишь странно откинула его взглядом поправляя черные линзы. — При обезвоживании, я пытаюсь хоть как-то помочь. — ученый всплеснул руками. — Смотрите! — радостно прикрикнул тот. — Мы спасены. — по скату горы к группе направлялась черная машина. Джек посмотрел сквозь увеличительные линзы.              — Машина СНР, — а после добавил с омрачающим голосом: — Вега и Блэквуд.       — Люди Вернона, он присылал их меня избить, я узнал одеколон Блэквуда. — Суза сам посмотрел через бинокль.       На губах растянулась усмешка, она хотела спросить, мол, Суза, а ваш род не происходит из Турции или не связан ли с собаками породы Каталбурун(у них невероятный нюх благодаря раздвоенному носу)? Ещё прослеживаются схожести в привязке к одному хозяину, дружелюбии, настороженности при виде незнакомца. Откидывая Сузу взглядом, создавалось такое впечатление, но было бы глупо такое говорить и Оливия прикусила язык.       — Но ведь они отвезут нас в СНР? — на вопрос Сэмберли ответили навряд ли.       — Ты мне доверяешь? — Томпсон повернул голову к Дэниэлу.       — Не особо, — послышалось от другого, но Джек прошептал что-то, мол, пойдёт. Оливия поспешно закончила свою солнечно-вечерние ванны и подскочила, сняв очки и приплетаясь хвостиком за Джеком.       — Ты же понимаешь, что Уитни Фрост взбешенная, что раскол закрыт, приказала порешать всех кто участвовал в этом? — на всякий случай переспросила она. Сердце прыгало в груди, ожидая кульминации.       — Не бойся, Роджерс, сегодня ты не умрёшь, можешь не выбирать цветы для венка. — он нагнулся к чемоданчику, дабы взять что-то. Оливия с боку начала активно жестикулировать.       — Почему бы просто не вырубить их и не свалить на их машине? — предложение было отвергнуто лишь взглядом его льдинок. — Почему нет-то?       — Тогда Вернон узнает о том, что ему не следует знать — это разрушит наш план.       — А у нас есть план?       — Да, есть.       — Какой же? Не допустить раскрытия Коалиции, допуская, чтобы нас всех порешали?       — Не утрируй.       — Это здравый смысл. Знаешь, будет неловко, если полиция найдет четыре трупа на пустынной дороге.       — Оливия! — воскликнул с раздражением.       — Что Оливия?! Мало ли что у Уитни Фрост на уме, она же сумасшедшая, может любой приказ отдать, хотя чего это я? Ты ж у неё в фаворитах!       — Ещё слово Роджерс и я сам убью тебя! — ярость заполнила всю его грудную клетку. Он же сказал, что она не умрёт, чего выдумывает тогда?       — Ладно! — всполоснула по воздуху она своими ладонями и начала мерить землю. Конечно, от звучания того, что сюда едут агенты Вернона поджимались коленки. В голове воспроизвёлся момент, когда её рука перерезала горло Джону, зуд появился на сшитой коже.       — Они что парочка? — тихо спросил Сэмберли у рядом стоящего Сузы.       — Я бы удивился, окажись это так. — непринуждённо отмахнулся он, хотя в мыслях усмехнулся. Оливия и Джек вместе — начало апокалипсиса не меньше, хотя он вспоминает слова Пегги и едва хмурится. Интересно, произойди как он все сказал, им помогут Михаил и Люцифер или же будут насмехаться? Им же это на руку.

***

      Ничто так не греет душу, как тусовка в школе. «Тусовка» — слишком многообещающе, по крайней мере для Оливии. Это же очень круто стоять и разливать всем пунш. Багровая жидкость плескалась в чаше, когда она набирает в стакан жидкость. Конечно, упустить возможность бесплатно испить напиток она не смогла, но привкус кислятины ей не по нраву и приходится просто обслуживать учеников школы! На столике рядом с чашкой пунша стоит вторая идентична первой, мол, людей много, может не хватить.       — Ты слушала, что к нам приходит новая директриса? — рядом, как беспокойный вихрь, возник Барнс.       — Нет, я же не собираю все сплетни школы. — она окинула его взглядом наполненным странности. — Хотя если она поможет мне уговорить миссис Гувман, то будет замечательно. — на губах расцвела тень от улыбки. — А где Стив? Бросил его там одного?       — Смотри, — он оказался рядом и кивнул вправо. Около ступенек, куда взбирались на сцену, стоял Стив и что-то увлечённо говорил неизвестному ей парню.       — Ого, у меня помутнение? — она хлопающими глазами перевела удивленный взгляд на него. Тот довольно кивнул, растягивая губы в улыбке, мол, да, это всё я. — А кто это вообще?       — Роберт Голд, — произнес имя и в ожидании уставился на её реакцию.       — Мне это ничего не дало, — она помахала рукой перед глазами напротив. — Кто это?       — Когда-то очень давно, когда одна девочка Оливия сидела дома и её путь составлял только из школы домой и обратно, и тогда мы со Стивом познакомились с ним. — пояснил не без комментариев. — Но он тогда уехал в другой город, а две недели назад решил навестить какого-то из умирающих родственников, вот и я подумал, почему не позвать его сюда? Видишь, как удачно все вышло.       — Я не помню даже, чтобы хоть кто-то упоминал это имя, — лицо исказилось в задумчивости.       — Стив попросил не упоминать Роберта, — выдал тайну друга тот, на её взгляд говорящий, мол, для чего, продолжил: — Вспомни, как ты относилась ко мне чуть раньше.       — По-моему, также как и сейчас, — Оливия пожала плечами, разглядывая толпу учеников, пока в памяти перебирался образ Роберта.       — Не придуривайся, я не обижаюсь, — он похлопал девушку по плечу.        -Не знаю, чего ты там себе на придумывал, — Оливия взглядом указала на ладонь на её плече. — Но я не помню ничего такого.       — Да ладно, а тот случай с рыбалкой?       — Тогда, мало того, что вы потащили меня с собой, так мне ещё пришлось почти весь день слушать вашу болтовню, и кроме того, меня всю искусали комары. — пришла в тихое раздражение девушка, скидывая руку, а после быстрым движением, отдавая стаканчик с напитком ученику. — Разве ты не должен отрываться там? — она кивнула на воображаемый танцпол для учеников.       — Мне интересно, что будет дальше, — имел в виду Стива и Роберта.       — Судя по тому, как он что-то увлечённо говорит, то ничего. — она пожала плечами.       — Вот, — он тыкнул её своим пальцем в плечо. — Ещё одно доказательство.       — Какое ещё доказательство? — утомлённая от его общества спросила она. Их прервал тоненький голосок.       -Привет, Оливия, — Дафна Моро оказалась по ту сторону стола. — Можно? — кивнула на пунш. Оливия, едва не вздохнув, зачерпнула напиток. Главное, чтобы она ничего не вякнула при Барнсе. Девушка проделывала все махинации, не замечая, как Моро строит глазки парню. Протянутая рука, блондинка отводит взгляд, прибавив: — Видела твоего брата сейчас, вот это удивление. С прошлого раза постаралась?       — Удивление будет, когда эта чашка окажется на твоей голове, — произнесла и тут же пожалела Оливия. Дафна усмехнулась, последний раз кинула взгляд на Барнса и удалилась к Генри. Моро специально спровоцировала её! Главное, чтобы Барнс не заметил этого.       — Я ей похоже понравился, — на его лице исказилась эмоция, которую она не смогла прочитать. Повисла тишина между ними, Оливия прятала свой взгляд, смотря на людей, а брови Баки сводились всё ближе. — Что значит постаралась с прошлого раза? — ответа не последовало. — Боже ты мой, та драка, — в голове Барнса все стало сходится, а лицо выразило приятное удивление. — Ты заступилась за Стива?       — Чего разорался-то? — она ударила его в плечо, оглядываясь. — Не вступилась, а скорее сделало то, что обязана была.       — Это очень мило, — его взгляд сделался более ласков, а её наоборот ужесточился. — Правда, это показатель твоей любви к брату.       — Если ты всё сказал, то можешь идти сжигать свои жировые складки. — зло ответила она, зачерпывая пунш. Скрестив руки на груди, она ждала, пока тот не удалиться.       — Не переживай, я умею хранить секреты, — заверил тот, отчаянно находя зеленую радужку.       — Стив просил не упоминать этого Роберта, и что в итоге? — она самодовольно сложила руки на груди.

***

      — Это так унизительно, — едва прошептала Оливия, запуская свои ладони на затылок. Колени пробивали камушки на дороге. — Еще и костюм новый.       — Просто держись за мной, если кто-то будет стрелять…       — Закроешь меня своей тушкой? Спасибо. — фыркнула она и тотчас замолчала, когда двое агентов вышли из машины, и Суза приказал им, мол, арестуйте их двоих.       — Вы слышали его, нам неделю ждать? — поддакнул Сэмберли, а Оливия едва не закатила глаза от услышанного. Двое пришедших перевели дуло на Сузу, промолвив, бросьте пушку шеф.       — Какого черта вы делаете? — весьма натурально удивился Дэниэл.       — Вернон приказал убить того, кто запустил пушку, — пояснил Томпсон, а после прикрикнул: — Я прав парни? — да так громко, что прямо по ветру этот громкий возглас поразил её ушную раковину.       — Чего разорался? — прошептала она, подумав, что останется не услышанной, но взгляд зацепился за челюсть Томпсона, которая зло сжалась.       — Док, бросьте пушку, пока не поранились, — порекомендовал Вега, направил пистолет на Сэмберли, тот с омерзением кинул на дорожную пыль предмет, после взгляд наемника Вернона обратился на шефа Лос-Анджелеса, Суза повторил действия ученого.       Томпсон начал вставать с колен, пока Роджерс вглядывалась в действия то Сэмберли, то Сузы. Джек, максимально скрывая своё негодование, потянул девушку за руку, помогая той встать. Ему больше симпатизировал вариант того, чтобы она не стояла на коленях одна, как дура.       — Отвезём этих двоих в СНР, Вернон хочет их допросить. — двое агентов переглянулись и начали что-то мямлить, мол, мы должны… Но они были прерваны Томпсоном: — Должны что? — один агент перевел пистолет на Джека. Оливия ошарашенно начала моргать, едва выглядывая из-за широкой спины. Она сделала шаг назад, прячась за ним, что не укрылось от глаз Сузы. — Что вы должны, Вега? Убить меня с ними? После того, как я выследил Картер посреди пустыни и чуть её не остановил? — он начал подходить к Веге, отчего Оливия растерялась и чуть подняла руки к небу. — Не будь идиотом, Вега, сажайте их в машину. — на лице самого Веги играло сомнение, но все же прошёл арестовать шефа и доктора. — Похоже, ты снова в долгу, Суза.       — Ты об этом пожалеешь, Джек, — грозно опираясь на костыль в сопровождении Веги, сыграл Суза.       — Сомневаюсь, — Томпсон замахнулся в живот Сузы, попадая точно в печень.

***

      В комнату с номером 206 вошёл Вернон, оглядывая заключённых.       — Агент Вега, будьте добры, объясните, почему вы не закапали этих двоих прямо в пустыне? — мужчина имел в виду Сузу и Сэмберли за решёткой. Напротив единственной двери около стены располагались два стула. На первом сидел Томпсон, ничего не смущаясь, он раскинул ноги в удобной позе. Оливия, сидящая подле него, попыталась укрыть свое лицо от ненужных глаз.       — Так приказал шеф Томпсон, сэр, — оправдал себя агент, а Оливия почувствовала на своей щеке взгляд льдинок. Девушка убрала прикрывающею ладонь от лица, взглядом сказав, мол, удачи тебе.       — Это правда? — на его лице появилась сдержанное чувство удивления, скрывающееся под маской негодования. Вернон приблизился к сидящим.       — Мы привезли устройство, которое устранило раскол. Какая-то гамма-пушка, и они могут её починить, — он поиграл пальцами, тыча в сторону решетки.       — Да черта с два, — тотчас ответил Суза, но был перебит шипением Сэмберли.       — Не перебивайте его, — любезно попросил ученый.       — Думаю, что Уитни Фрост сама в состоянии разобраться с этим заумным устройством, — растянул Вернон и стрельнул взглядом в сторону девушки.       — Возможно, но пушку можно использовать и против неё, — после этих слов Вернон попросил Вегу оставить их. Оливия едва свела брови. Так вот он какой план Томпсона? Уничтожить Уитни. А она думала, что он тащится по ней, учитывая тот вечер, где собралась вся Лос-Анджелеская знать.       — Ладно, я слушаю.       — Починим пушку, — Джек поднялся со стула и начал подходить к бывшему наставнику. — Привезём Фрост и поджарим эту блондинку, чтобы вернуть былой порядок.       — Что делать с ним? — выразил свое невербальное согласие Вернон и повернулся к Сузе. — Он готов участвовать в нашем плане? А если он вздумал подставить меня?       — Но как? У него ничего на вас нет. Любыми принципами можно поступиться, когда под ударом карьера. Ему нравиться быть боссом, правда, Суза?       — Уитни Фрост опасна для окружающих, уберем её, и я буду молчать. — после некоторого молчания, ответил тот.       — Привет, — сидящий с Сузой помахал рукой Вернону. — Я доктор Сэмберли, и на меня вы можете положиться, сэр, я за вас на все сто десять процентов. — Дэниэл с укоризной во взгляде заставил молчать ученого.       — Как я понял, Аризона за нас, — между текста выделил Вернон, намекая на сидящею Оливия, что рассматривала свои ладони. Хотелось ответить чем-то едким, но она молчит. Почему то мысль, что позже Томпсон предъявить ей за это не нравилась, и это пугало.       — Слушайте, Вернон, я в любом случае с вами, — они начали отходить от решетки. — Мы устраним Фрост, только скажите. О них я позабочусь лично.       На пару мгновений повисло молчание.       — Ладно, будь по-твоему, Джек, план что надо. Поздравляю, парни, а теперь за работу. — Джек сразу же начал открывать клетку.       — Спасибо, сэр, мы вас не подведём. — крикнул Сэмберли, прежде чем Вернон вышел.       — Что ж, я в нем не сомневался, — Джек подал Дэниэлу костыль.       — Зачем тогда ты врезал мне в пустыни?       — Для убедительности, Суза.       — Так весь твой план состоит в том, чтобы просто устранить Уитни, а после жить, будто ничего не было? — пока Суза с Сэмберли шли, переговариваясь впереди, Оливия, едва шевеля губами, прошептала.       — В нем есть ещё некоторые подпункты, — также полушепотом, показалось, что Джек даже передразнивает её, сообщил он. — Но о них позже.       Изменение в поведении Оливия было заметно. Она стала более молчаливой, не так много выдавала своих крутых комментариев и вставок в происходящее. Не уж то всё вспомнила? Его взгляд зацепился за спину Сузы, что вбежал в кабинет.       В миг оказавшись в комнате, Оливия увидела, как Дэниэл оттаскивает Пегги с лежачего Вернона.       — Что? Я думала., — Картер озадачено начала переводить свой взор с одного на другого.       — Вы что свихнулись? — красный побитый Вернон осел на стул. Роджерс поддавила в себе желание растянуть улыбку. Справедливость восторжествовала.       — Да, о чем ты думала Картер? Вернон нам нужен. — взмахнул рукой Томпсон. — Он важный участник операции.       Пегги ещё с большим удивлением уставилась на Томпсона, потом перевела взгляд на Сузу, что пожал плечами, соглашаясь со словами Джека, чтобы убедиться, не снится ли ей это, Картер взглянула на Оливию.       — Я сама в шоке.

***

      В лаборатории офиса СНР витала не самая благоприятная атмосфера. Участники спецоперации наблюдали за маячившим Сэмберли. Оливия крутила листок в руке.       — Из-за выделяемой теплоты не может ли произойти взрыв? — любопытно осмотрела бумаги девушка, спрашивая у ученого.       — Чисто теоретически, произойти может что угодно. — ответ не особо порадовал её, так как не содержал определённости. На секунду она поймала взгляд Томпсона на своей щеке.       — Это абсурдно, — поделилась своим мнением Пегги.       — По больше веры, Сэмберли сможет починить эту штуку, — на слова Томпсона ученый косо посмотрел на него.       — Я говорю не про пушку, а в талантах доктора Сэмберли я не сомневаюсь.       — Спасибо, Картер, приятно хоть иногда это слышать. — после взгляда Сузы доктор уткнулся в пушку. Оливия в своей голове хмыкнула.       — Я говорила про этого человека, — Пегги кивнула на стоящего около двери Вернона, что растянул свои сухие губы в гадкой улыбке. — Не знаю как вы, но я не люблю ложиться в постель со змеями.       Оливия, предчувствуя то, какие обороты примет ситуации, присела на стул, подперев ладонью подбородок. Слева возился Сэмберли, поодаль от них стоял Томпсон напротив Пегги и Суза, а у противоположной стены Вернон, так что ракурс обширен.       — Мне плевать с кем ты ложишься в постель, — не мог ни сказать Томпсон.       — Допустим, у нас всё получится. Мы починим пушку и Вернон остановит Уитни Фрост. Что дальше? Думаешь, у него изменятся взгляды? Он в следующий миг предаст нас.       — Я знаю, что вам трудно поверить, агент Картер, но вы мне не интересны, — подал голос тот. — Я не убью вас, мне это не к чему.       — И как это понимать? — обратилась ко всем Пегги.       — Он говорит, что мы повязаны, — пояснил Суза.       — Если кто из вас решит меня убрать, то я потащу за собой всех. — предупредил Вернон.       — Ого, вы Кораном вдохновились? — вставила между переговорами Оливия.       — В совете такое положение называют тупиком, — нагло проигнорировали её. — И выйти из него можно только вместе. Меня это устраивает.       — А тебя? — Пегги сощурила глаза в сторону Сузы.       — Наш долг защищать людей. Если, чтобы уничтожить дамочку с космической жидкостью, нужно объединиться с Верноном, так тому и быть. — после слов Сузы Пегги повернулась к Оливии.       — Не верю, что нет выхода из «тупика». Существуют тысяча вариаций путей, и чтобы не было хотя бы одного удобного и беспроигрышного? Сомневаюсь, — она лениво пожала плечами.       — Не прямой ли это намёк? — глаза Вернона нашли Оливию, та скинула брови вверх, мол, кто знает.       — Выбор за тобой, Картер, — добавил Джек.       — Она умная девочка, и она в команде.       — В чём моя задача? — неохотно, но четко спросила Пегги.       — Мы отвечаем за прикрытие, — под «мы» Суза имеет в виду себя и Пегги. — Держимся подальше, если что помогаем отойти остальным.       — Когда начнём? Фрост мне уже всю плешь проела со своими требованиями. — наконец оторвался от стены мужчина. Все обратились к Сэмберли, что ответил, мол, нужен ещё час. — Так не пойдёт, она ждала её ещё час назад.       — Попробуйте заговорить ей зубы. — предложил Суза.       — Она потребует личной встречи.       — Я съезжу, — прервал их споры Джек, на что все на него уставились. — А что? Я умею заговаривать женщинам зубы.       — Если она тебя не прикончила в тот раз, не значит, что ты умеешь заговаривать зубы. — решила ответить Оливия. — Или напомнить, что делают с гонцами, несущими плохие новости?       — Не переживай, Роджерс, у меня слишком смазливое лицо, чтобы сотворить с ним что-то ужасное.       — Скажи, шеф Томпсон, ты совсем идиот? — прежде чем он ушёл, Оливия догнала Джека. — Зачем ты лезешь на рожон? Чья была тактика получать информацию и ничего не предпринимать?       — Помнишь, ты спрашивала у меня какой у нас план? — он внезапно остановился, отчего она едва не споткнулась, а после, когда встала перпендикулярно к полу, кивнула, подозрительно щуря глаза. Джек снизил голос до шепота, а после положил руку на её спину и они медленно пошли к выходу. — Я расскажу всё Фрост про то, что пушка здесь и что Вернон хочет уничтожить её. — брови сошлись на переносице.       — Зачем? Если у тебя отсутствует критическое мышление, так и скажи. Ты совсем свихнулся?       — Тише, — он приложил указательный палец к её губам, та нахмурилась, косо на него посмотрев. — Эта информация усыпить бдительность Фрост ко мне и она не будет ожидать, что я предам её. Но потом, когда Вернон, я и Фрост будем там, то все карты раскроются.       — Это же верная смерть для него, — девушка хотела остановить свой шаг, но он позволил ей и они продолжили путь. — Кто кичился близкими отношениями с ним?       — Ты сказала, что нет такого беспроигрышного варианта, который будет нам выгоден, так вот он. — в глазах льдинках Оливия увидела азарт и желание. — Фрост избавится от Вернона.       — Но наша главная цель сейчас Уитни, — возмутилась Оливия. — Она гораздо опаснее.       — Ты недооцениваешь Вернона, так ещё и не дослушала. Когда все вскроется, она сама расправиться с ним, желая наедине остаться с пушкой, и бам. — он развёл руками в пространстве. — Её ждёт сюрприз.       — В каком таком смысле? — с каждым его словом Оливии становилось все более сомнительней.       — Я приказал Сэмберли установить бомбу в пушку и, при нажатии на кнопку, она взорвется…       — Уничтожив Уитни, — закончила Оливия.       — Не только её, — он покачал головой. — Не забывай про Уилкса. Он тоже обладает нулевой материей.       — Он нужен Пегги.       — Он нужен был ей до того, как Суза оказался свободен, — Оливия хотела обругать его, он как ни как про её подругу говорит, но была остановлена. — Уилкс может быть опаснее, мы не знаем, что произошло у раскола.       — Не забывай про вакуумный шприц.       — Брось, ты же не думаешь, что я доверюсь этому.       — То есть Сэмберли не может выдать тайну Пегги или Сузе? — со скепсисом и упреком взглянула Оливия.       — Он слишком продажный.       — Что ему мешает найти более выгодный вариант?       — Я не пойму, что тебя не устраивает. Ты просила, я рассказал тебе наш план, что ещё нужно?       — Ничего, — в голове Оливии всплыл новый запасной вариант. — Можешь отчаливать к Фрост.       — Мне кажется или я слышу ревность в твоем голосе?       — Делать же мне нечего.       — Не волнуйся, она не в моем вкусе.

***

      — Доктор Сэмберли? — Оливия сунулась в лабораторию, немое угрюмое согласие пригласило, пройдя мимо стола, уселась за прежний стул, взглядом цепляясь за металлические (по крайней мере их отблеск напоминал металл) шайбы на столе. — Я хотела спросить, как вы добьетесь такого результата, что просил Томпсон. Это же нужно обладать сверхумом, чтобы соорудить такое.       Самая лучшая стратегия в сторону Сэмберли — сделать пару комплементов, восхититься проделанной работой. Так потешится самолюбие ученого, и он, как на ладонь, все выложить ей. Любою информацию. Главное следить за каждым своим словом, продумывать следующий шаг наперёд, сделать все без ошибок и тогда план пройдёт удачно.       — Ну вообще, это не так и сложно, — показательно засмущался он, готовый принимать следующие слова Роджерс.       — Мне всё же не понятно, как это случится? Как из пушки сделать бомбу? Кажется нереальным.       — Скажу по секрету, — он приглушил голос на случай если их кто-то услышит, Оливия сделала внимательное лицо, готовая поглощать всю информацию. — Взрыв произойдёт из-за распада радиоактивных изотопов.       — Не из-за тех случайно? — она пальчиком ткнула на шайбы.       — Это Плутоний-239. — поправил Сэмберли и прошёл к другому концу стола, не прерывая работу ни на секунду. — Гамма-ядро взорвётся, уничтожив всю нулевую материю в радиусе с целый завод. — она обвел взглядом лабораторию. Уитни Фрост и Уилкс могут умереть от взрыва.       — Чисто теоретически, если например это изотопное вещество взорвётся, но в меньшей степени, этот взрыв сможет повлиять на начало запуска более масштабного взрыва?       — Да., — далее последовали пояснения, но лишь краткого ответа ей стало достаточно. Времени мало. Оливия поднялась, опираясь ладонями об столешницу, делая вид, что слушает доктора, кивая. Пальчики ухватились за холодную шайбу, медленно, но усердно предмет оказался в её руке. -.это и создаст необратимую цепную реакцию.       — Так и знала, что не зря именно к вам пришла, — ещё раз кинула удочку она. Главное сообразить как это всё реализовать, а главное не взорваться самой. Её идея заключается в установке «катализатора», то бишь маленькой взрывчатке, на вакуумном шприце, но он будет наполнен нулевой материей и как сделать так, чтобы вся эта конструкция не взорвалась раньше времени? Томпсон был прав, сказав, что это вся её идея самонадеянность.       — Так значит, вы тоже в команде? — неожиданно спросил Сэмберли. — Я догадался ещё тогда в пустыне.       — Что ж, не зря вы ученый, — неловко перевалилась с ноги на ногу она. Если он заметил, может, и Суза мог? Он же обладает интуицией, а если догадался, то расскажет Пегги, она не должна знать. Раскрытие этого факта раньше времени пойдёт против неё. Единственное в чем Оливия была не согласна с планом Томпсона — Уилкса она не могла сунуть в пекло. Не из-за каких-то добрых побуждений, мол, невинный человек не должен страдать. Он важен Пегги, и когда в конце вся уродливая правда всплывает, то Пегги не будет разочарована в ней ещё более. Сам факт сотрудничества с Томпсоном убьет Пегги, Оливия знает, что она не примет этого, так ещё и добавить то, что она допустила смерть Уилкса — о дружбе можно забыть. Хотя Оливия уже поставила её под удар, когда впервые согласилась на условия Томпсона. Нет, раньше, когда пошла в бар с ним и Верноном. Оливия готова к любой реакции Пегги, вплоть до того, что она её возненавидит. Оправдание будут звучать жалко, но возможно она попытается это сделать.       Оливия так хотела завоевать доверие Картер, но своими же действиями и поступками сейчас сделала все, чтобы оттолкнуть подругу на всякую допустимую дистанцию.

***

      Выныривая в коридор, Оливия едва не бегом направилась за своим изобретением. Из поворота вылетела Пегги уже в другом костюме — темно-синем. Она чуть не подскочила от неожиданности.       — Я хотела поговорить с тобой, — начала из далека та, пока Оливия сжала челюсть. Каждое слово сейчас может быть ложью, чтобы план не разрушился. — Что у тебя с Джеком? — Роджерс поперхнулась от такого вопроса.       — Ты спрашиваешь что у меня с моим начальником? — скептично подняла бровь Оливия. — Конечно, ничего. — в этом она сомневалась, пришло воспоминание, как он приложил свой палец к её губам. Ну не идиот же?!       — Ты уверена? Просто, ты пропадаешь, ни тебя, ни него на горизонте не видно, а после вы возвращаетесь, и между вами так и чувствуется эта… — Пегги хотела красноречиво закончить свою мысль, в прочем, как и всегда, но этот взгляд Оливии… — Связь.       — Связь? — повторила Оливия, нахмуриваясь. Лицо исказилось в гримасе неподдельной неприязни к себе. Раньше лишь мысль, что у неё может быть что-то общее с Джеком Томпсоном, не то чтобы коробила её, ужасала. На такой вопрос раньше Оливия бы рассмеялась. Но это раньше. А что сейчас? — Глупости, ты же знаешь Томпсона.       — В том и дело что хорошо знаю, как и ты. Качества Джека оставляют желать лучшего, я хочу чтобы ты об этом не забывала.       — Про такое забудешь, — она издала нервный смешок. — И кстати, про него. Я думаю поехать с ним, что-то мне кажется мутный факт, что Вернон и он в одной машине.       — Это может быть опасным. — Пегги осмотрела её с ног до голове, находя преждевременно наличие ран.       — Я не боюсь Томпсона или Вернона, — фыркнула девушка, заглядывая в карие глаза Пегги, заранее со стыдом и виной.

***

      Он перерезал шланг в авто для Пегги и Сузы, чтобы они не смогли добраться вовремя и их план осуществился в жизнь. Так он сказал ей.       — Ты не думал завести себе собаку? — Оливия сложила ноги на противоположном сидении небольшого фургончика, где сидел Джек. — Назвал бы его Нюх, например.       — К чему такие вопросы? — он отложил устройство, напоминающее микроскоп, около себя.       — Мне скучно, — пожала плечами девушка. Сейчас не самый лучший вариант расспрашивать о подробностей плана.       Все было спланированно идеально, по его меркам. Когда Уитни будет расправляться с Верноном, он нажмет на кнопку и взрыв унесет сразу всех лишних людей.       Но Оливия знает, что не может все пройти настолько гладко. Тысячи вариаций развития событий. Сэмберли проболтался — вот и Суза с Пегги мчат на помощь бедолагам. Кнопка не сработала — Уитни Фрост останется жива. Какой путь будет изложен в реальности? Неизвестно никому, но точно не тот, о котором думал Томпсон. Оливия чувствует это всем телом.       Доверяет ли она ему? Наверное, нет, раз решила сделать запасной вариант. Или просто беспокоится о нём и решила пойти на это? Колтун мыслей закручивался все больше, не давая покоя. Оставалось непонятным ещё…       — Что ты будешь делать там? — спросил он, вглядываясь в лицо Роджерс, что отвела блуждающий взгляд.       — Буду искать Уилкса. — последовал красноречивый взгляд от него. — Я уже говорила, что…       — Он может быть опасен, — тихо прошипел Томпсон, дабы никто мимо проходящий не услышал.       — Мы не знаем этого наверняка, — также шипя, ответила Оливия. На этом их спор прекратился. Неожиданно для самой девушки, что опять уставилась на стену напротив. Ей хотелось задать волнующий вопрос о вечере в Лондоне. Может, она себя и накрутила, но оставаться без ответа, хоть и неприятного, было невыносимо. Джек прочитал на ее лице нерешительность.       — Слушай, Роджерс, — обратил её внимание и встретился со взглядом. Что-то невообразимое мелькнула в зеленом цвете, такое недоступное для его мыслей. То, чего он не знает. — Когда это все кончится, может, сходим куда-нибудь?       Земля непрерывно крутится вокруг свои оси, но Оливии показалось, что сейчас в эту секунду, когда он закончил свое предложение, мир остановился. Бьющееся сердце прекратило свои ритм, а кровь, что обычно в подобных случаях приливала к шее и ушам, застыла. Ей же это не послышалось? Джек Томпсон ей предложил встретится в не рабочее время? То есть типа свидание? Свидание? Весь организм опять пришёл в действие.       — Конечно, только если за твой счёт, — она растянула уголки губ и увидела, как усмехается Томпсон. Около входа в фургон появились Вернон и Пегги.       — Да, у тебя золотой язык, Джек, — начла мужчина. — Сказать по правде, живым я тебя оттуда не ждал.       — Вы как всегда недооцениваете меня, Вернон.       — Это последняя часть, — в поле зрения появился хромающий Суза.       — Все готово? — задал обычный вопрос Джек, поднимаясь с сидения. Оливии почувствовала этот подтекст, что мог уловить лишь Сэмберли.       — Все как вы просили, это гамма-ядро, с ним следует соблюдать особую осторожность. — доктор легко сделал акцент на осторожности, передавая ядро Томпсону.       — Кто её запустит? — послышалось от Сузы.       — Конечно, я, — ответ Вернона. — Кто же ещё. — никто сопротивлений не оказал.       — Нажмите на красную кнопку и дело сделано, но не стойте на линии огня, не то вас испепелит. — дал инструкцию Сэмберли.       Далее Вернон дал поручение выдвигаться. Томпсон прикрыл заднюю дверь. Послышался хлопок передней двери, Вернон завёл фургон, что отчалил от места остановки.       — Не нравится мне это, — сообщила свою мысль Пегги, когда Сэмберли отправился в офис, и они с Сузой направились к своему автомобилю. — Слишком рискованно, не говоря о том, что Вернон Мастерс может нас предать.       — Можем быть уверены в одном, Вернон преследует свою выгоду во всем, — Суза положил костыль на задние сиденья и сам присел за руль. — Сейчас ему выгодно избавится от Уитни Фрост. — он повернул ключ зажигания, но реакции не произошло. Суза со скоростью света оказался на улице, проверяя капот. Пегги нажала на рацию, вызывая Томпсона. Никто не отозвался.       — Шланг перерезан. — сообщил Суза, предварительно выругавшись.       — Вернон, — догадалась Пегги, и они вдвоём влетели в комнату, где беседовали Роуз и Сэмберли. К последнему обратился мужчина, потребовав ключи.       — Вернон нас обставил, Томпсон и Оливия едут в засаду. — пояснила Картер на вопрос девушки.       — О нет, — нервно отозвался Сэмберли, дергаясь всем телом. — Он раскусил наш план.       — Какой план? — не веря, переспросил Суза.       — Ну, тот самый план, — двусмысленно сказал доктор, Пегги схватила его за пиджак, требуя разъяснения. Под давлением тот сдался. — Переделать гамму-пушку в бомбу.       — Бомбу? Кто вам такое сказал? — возмутился Суза.       — Шеф Томпсон, он сказал это ваша задумка. Вы не в курсе? — Картер отпустила его.       — Я так и знала, что он что-то задумал.       — Он убьет их всех, — продолжил мысль Суза.       — Включая доктора Уилкса. — добавила Пегги.       — Позже ко мне приходила мисс Роджерс, спрашивала что-то о том, что может вызвать взрыв бомбы, не включая специального устройства, а потом Плутоний пропал. — начал догадываться Сэмберли.       — Стойте, Оливия заходила? — переспросила Пегги, всем сердцем не хотев в это поверить, но догадываясь на затворках сознания что так все и произойдёт. В голове Картер есть аксиома — Оливия Роджерс не способна на предательство.       — Да, но там был и обычный металл, она могла перепутать…       — Когда бомба взорвётся? — отставила все чувства на потом Картер.       — Она запускается удалённо, это должен сделать Томпсон.       — Да что с ним не так? Почему он это скрыл? — выругался Дэниэл.       — Бомба запускается с радио передатчика? — Сэмберли кивнул. — И его можно заблокировать?       — Если сделать специальный глушитель.       — Вам хватит трех минут? — вмешался Суза.       — За кого вы меря принимаете, мне хватит двух.

***

      — Покончим с ней, — неожиданно прервал тишину и Джек согласно кивнул. На улице уже темень, Роджерс ушла на поиски Уилкса. И зачем он только сдался ей? Нет, конечно, он знает зачем. Дабы искупить «вину» перед Картер позже. — Знаешь, Джек, — фургончик въехал во внутренний двор завода. Главное, чтобы она успела выскользнуть отсюда. — Ты слишком привязал эту ненормальную Роджерс к себе.       — То есть? — не понял он, хмурясь бровями, пока челюсть сама по себе невольно напряглась.       — Даже учесть то, что она поехала не с Картер. Это странно.       — Как я понял, она не хочет быть третей лишней в их паре. — быстро нашел ответ Томпсон. Главное, чтобы он воспринял эту ложь за действительность. Вернон не должен узнать, что Оливия хочет вытащить отсюда Уилкса. Это нарушит его личный план. Убрать Вернона было выгодно для него, но главную цель, он не озвучил даже ей. Джек Томпсон, он собственной персоной, хочет занять место в Совете. Не в совете Уитни Фрост, его мысли несли более грандиозный характер. Совет, возможно, и не будет существовать долго, но вот то, что прячется за советом, тайна, покрытая пеленой мрака. Он хочет туда, чувствуя каждой клеткой, что цель оправдает все средства.       Совет — это капля в настоящий океан власти и безумия, он в этом уверен. Через Вернона, а точнее всего того, что вместо него останется, он найдёт этот путь, ведущий вверх по его карьерной лестнице.       — А мне показалось, что она слишком прикипела к своему начальству. — повисло молчание, и Джек спросил, мол, да ну? — Знаешь, очень забавная ситуация произошла после того, как я стёр тебе память. На пути я встретил мисс Роджерс и сказал, якобы ты лежишь там, истекая кровью. — зачем он это говорит? Что хочет сказать этим? Какой корыстных умысел преследует? Или может врет?       Но всплывшее беспокойное лицо Роджерс в тот момент сказало, что Вернон говорит правду. То есть между урановыми стержнями и ним она выбрала его?       Эта мысль пошатнула его выстроившейся барьер мыслей. Что-то в груди заныло. Зачем, зачем эта сумасшедшая Роджерс решила начать беспокоится за него? Это не укладывалось.       — Тогда она сглупила, раз приняла такое решение, — сказал он холодно, хотя в глубине так не считал. Что-то зашевелилось в груди, обдавая огнём.

***

      Ещё один удар и охранник свален на повал. Искать Уилкса было не проблемой, там, где больше охраны, находится доктор, что сейчас лежал на кушетке прикованный. Оливия начала освобождать его ножом, разрезая кожаные ремни на запястьях и щиколотках.       — Мисс Роджерс, уходите, я слишком опасен. — промямлил он, напрягаясь всем телом. — Я еле сдерживаю нулевую материю, она хочет врываться.       — Об этом не волнуйтесь, — коротко ответила Оливия, расправляясь с последним ремешком. — Идем.       — Нет, послушайте, я не заслуживаю этого, я знаю для чего вы здесь, Пегги должна понять, что я сам взял её под прицел, ни что на меня не влияло в тот момент.       — Доктор, — девушка чётко произнесла. — Мне все равно, чего вы заслуживаете или нет, то, что вы сделали ужасно, но без вас я отсюда не уйду и у меня есть спасение для вас. — из сумки показался знакомый механизм.       — Это вакуумный шприц? — блестящими глазами спросил тот, но времени на разговоры не оставалось. По нажатии кнопки высунулись четыре толстых иглы, что сразу впились в кожу доктора, дырявя белую майку. Черная вязковатая жидкость оказалась за стенками нестабильного шприца. — Боже, я чувствую облегчение. — он положил руку на кровоточащие ранки от игл.       — Нам нужно уходить, — Оливия помогла подняться Уилксу с кушетки, торопясь. Две минуты. Томпсон сказал ей во сколько ожидать взрыва. — И я серьёзно.       Две пары ног поплелись к выходу. Оказавшись на свежем воздухе, Оливия помогла доктору присесть около ограждения, подальше от завода. Время истекло. Взрыва нет. Она сверилась с часами, он опоздал на три с половиной минуты. Она нашла в сумке мини взрывчатку, собранную в спешке.       — Куда вы? — не мог отдышаться доктор.       — Уходите, как можно дальше отсюда. — посоветовала Оливия, быстро побежав внутрь, где должны были находится Вернон и Фрост. По договору Томпсон должен был уже выйти. Оборванная фраза Уилкса не донеслась до её сознания. Неужели она правда идёт на самоубийство?       Кожей она чувствует холодок ручки, поворачивает и видит хрупкую спину блондинки. Оливия нажимает таймер, красная лампочка начинает мигать, нестабильный шприц она пускает по полу, катясь он придёт в ноги Уитни и взорвётся, воспроизводя больший взрыв от пушки. Оливия захлопывает дверь и закрывает на замок, на миг осознавая что творит. Убивает женщину, которая получила неожиданную власть. Факт наличия первой части воспроизводит укоризненный голос брата в голове. Тридцать секунд.       — Джек! Какого черта ты там учудил? — Суза заметил фигуру в темноте.       — Включай бомбу сейчас же, — приказал он Сэмберли.       — Просишь о доверии, но сам же нас обманул? — продолжил Дэниэл.              — Дело не в доверии, кто-то должен поставить точку.       — Убив невинного человека? — вмешалась Пегги.       — Там нет невинных людей, — Джек ткнул пальцем в сторону завода.       — Там Джейсон Уилкс. — протестовала Картер.       — Тогда надейся, чтобы Роджерс успела, я делаю то, что вам всем не по зубам.        -Убив, возможно, трех человек, или даже четырех? — переспросил Дэниэл.        — Вернон убил бы нас всех без раздумий. — в том, что Роджерс уже далеко от стен завода, он не сомневается. Таков их уговор.       — Вернон Мастерс должен быть передан суду, разве не этим занимается СНР? — спросила Пегги.       — Это уже не важно, пока мы говорим, его уже могла убить Уитни. — на его лице про скользила тень сожаления. — И для этого бомба ей не нужна, а если мы подорвем её, то никто о ней даже не всплакнёт.       — А как же агент Роджерс? — спросил у того Суза.       — Роджерс там нет, — четко отчеканил Джек.       — Она взяла у Сэмберли Плутоний, чтобы организовать взрыв, — поведал Суза, а лицо Джека ожесточилось.       — А как ты оправдаешь для себя убийство доктора Уилкса? — вновь напомнила ему Картер о этой язве, что неприятно терзало мозг. Нет, на этого доктора ему плевать, дело в другом.       — Чем ты слушаешь? — взбешено спросил он, а после повернулся к учёному. — Сэмберли запускай детонатор. Живо.       — Джек, хватит, все кончено. — попытка сорвалась с губ Сузы. Томпсон вытащил пистолет из внутреннего кармана пиджака. Каждая минута — риск.       — Включай, — дуло направлено на Сэмберли, взади Томпсона послышалось два отрицательных возгласа.       — Готово, — ученый щёлкнул переключатель. В руке Джека разместился включатель, он обернулся и увидел Картер с протянутой рукой пистолетом.       — Даже не думай. — предупредила та.       — И что выстрелишь в меня, Картер?       — Не спорь с ней, Джек, — прорезал мелькнувшую тишину Суза.       — Так надо, раз Роджерс решила сделать запасной план, а взрыва не произошло, то она пойдёт внутрь к Фрост.       — Она не так глупа, чтобы идти на смерть, — не согласилась Пегги.       — Если ты так думаешь, то ошибаешься, именно так она и сделала бы. — уверено отрезал Джек, намереваясь нажать на кнопку. Волна взрыва повалила всех, прижав к земле. Пегги с ужасом смотрела на Томпсона. — Это не я, пушка ещё там, — с неким облегчением выдохнул сам Джек. Он знал, кто являлся организатором этого взрыва.       К ним на встречу вышел, похрамывая, Уилкс. Пегги быстро поднялась с земли, помогая доктору с ходьбой.       — Что с тобой произошло? — она оглядела пятна крови на майке.       — Где Роджерс? — спросил у того Томпсон.       — Она ушла обратно. — ответ резанул его точно под дых, в самые ребра. Взгляд переместился на не горящий завод, она жива. Он надеется на это.       — И вы позволили ей уйти? — между делом спросил Суза, на что получил взгляд Пегги и почувствовал злобу внутри себя. Конечно, Уилкс же неприкасаемый!       — Почему Плутоний не сработал? — с боку послышался голос Оливии, она смотрела злым взглядом на Сэмберли, что поежился. Джек со скрываемой радостью в зрачках перевёл взгляд на взбешённую Роджерс.       — Потому что это был не он, в той куче был не только он. И, кстати, характерные отличия Плутония разбирают в школе. — оправдался доктор.       — Почему вы не сказали об этом? — с досадой и раздражением спросила та. — Уитни Фрост все ещё жива.       — Могу сказать больше, — вклинился Уилкс. — Из-за нестабильного вакуума, материя могла вырваться, что и способствовало взрыву.       — И Уитни стала ещё сильней, чем до этого, — продолжила Пегги, впиваясь взглядом в Оливию, что сжала губы.       — Наконец-то все стало на свои места, — из направления, откуда пришёл Уилкс, послышался голос Уитни. Все переглянулись между собой. — Можете бежать, но я вас найду это лишь вопрос времени. Неужели вы решили что.       Договорить она не успела, её сбила желтый автомобиль. Задняя дверца открылась.       — Джарвис, ты сбил женщину на моей машине, — с некоторым испугом констатировал Говард Старк.       — Знаю, сэр, — ответил Эдвин, высунувшийся в окно.       — У неё две номинации на Оскар. — выдал информацию Старк.       — Мисс Фрост вскоре оправится, поверьте мне.