Часть 2

Наше время «Черт, дошла.» Она обошла комнату и заметила окно, в которое начала стучать, в надежде привлечь внимание Жана. - Жан, Жан, я знаю ты тут! Прошу тебя! Выслушай нас! Нам нужна твоя помощь! Заглядывая в темную комнату, она не видела ни души, но каким-то образом могла чувствовать его присутствие на подсознательном уровне. «Черт». Дергая за ручку двери, она пыталась открыть замок, который не поддавался ее рукам. «Может пнуть? Нет, тут казармы… я точно привлеку лишнее внимание и только помешаю нашему плану. Черт…» - думала она. Внезапно, почесав голову, она заметила тонкую невидимку, что держала ее кудрявые черные волосы в пучке. Достав маленькую заколку, она освободила голову от стягивающего пучка и вместе с тем, сумела воткнуть ее в щель. Немного повозившись, ей удалось раскрыть дверь и забежав внутрь и захлопнув за собой, она принялась глазами искать знакомую фигуру… «Ч-что?» Перед ней открылась довольно болезненная картина. Прям под закрытым окном, освещенный сиянием луны, Жан сидел на корточках, прислоненный к стене. Его руки всеми силами закрывали уши, взгляд был пустой, стеклянный, безнадежный. Лишь бог мог знать о чем он думал, что загнал себя в такие рамки. Подойдя медленным шагом, она поглядела вниз за Жана. Он был опечален и ей было больно видеть его таким… - Жан… - Мэй? – он поднял на нее удивленный взгляд так, словно и не заметил что его кто-то звал или ворвался к нему в комнату. - Что с тобой? – ее голос был спокоен, но вместе с тем, искренне обеспокоен. - Мне словно снился сон, - вдруг прошептал он, после недолгой паузы – Весь этот ад закончился, наша страна сильна и несокрушима… я в своей хорошей квартире в центре города, хмелею от лучших вин, наблюдая за моей счастливой женой и детьми.. и потом, – он вдруг поднял на нее глаза и сквозь слезы произнес – И потом я вспомнил свой долг… и своих погибших товарищей, чьи кости обуглели.. что мне делать, что? Внезапно, он прильнул к ее коленям, сжимая их в своих объятиях и пряча свою голову в длинном плаще развед.корпуса Мэй. - Мэй, прошу тебя, - не успокаивался он – Давай сбежим, а? Давай бросим все это и поселимся в дальней местности? Я больше так не могу, я… Его истеричные слова напугали Мэй, но она не знала как реагировать. Было ли это признание или некая агония? Что происходит внутри Жана, что за борьба ценностей возвращает его к таким странным мыслям? - Мэй, - он все еще обнимал ее колени и икры, что напомнило ей действия ребенка – Мэй, давай заведем семью, давай сделаем это… против кого мы боремся? Против Эльдии? Против Марли? Кто нас поймет? Кто прав? Она понимала, о чем он говорит. А действительно, против кого они борются? Что заставляет их принимать эти решения? Она уже и не знала… но его истерия, между которой проскользнуло искреннее желание, тронуло ее так, что она стояла с выступившим румянцем и не знала как реагировать. В следующую секунду, она села на колени и будучи в сантиметрах от лица Жана, подняла на него свой холодный взгляд, за маской которого прятала ураган противоречивых эмоций. - Жан, - она вздохнула – Я понимаю тебя, и не виню за твои действия. Ты правда свое отвоевал и никто не станет тебя винить за твой выбор, вопрос в другом, простишь ли ты себя сам? Он вдруг замолчал и вытерев слезы, казалось, вернул свой стальной рассудок, сейчас вслушиваясь в ее слова. Ему было стыдно за то, что эмоции взяли над ним верх в такой важный момент и перед таким важным для него человеком. - Если хочешь остаться в центре и пытаться строить свою жизнь на обломках наших костей – делай. Если хочешь сбежать и поселиться вдали от городов – делай. Только знай, что хоть я тебя пойму, я никогда не сделаю того же. Как бы дорог ты мне ни был, - на этих словах она покраснела и легонько отведя взгляд, продолжила говорить – Есть третий вариант – бороться. Никто не остановит Эрена кроме нас, ты знаешь, что геноцид - это не выход, когда мы люди и нельзя отменять человечность. Жан, - ее ладонь приютила его подбородок поглаживая большим пальцем. Она не знала, что она чувствовала, ради чего все это делала, но она понимала, что возможно сегодня это будет последний раз, что она его видит, ведь она не пойдет за ним, как бы ей самой не хотелось сбежать – Твои навыки, твое лидерство и твоя стратегия не раз спасали нас от смертной участи. Но решать тебе… Она улыбнулась, вглядываясь в его слегка потерянный взгляд. Минута-две, они сидели так в тишине, освещенные серебряным лунным сиянием, под отдалявшийся топот оживших титанов. - Наверное, мне стоит вернуться, - она печально улыбнулась, поднимаясь на ноге и собираясь идти к сторону двери – Если ты решишь нам помочь, прошу, приходи ровно через 3 часа к левому крылу бывшего офиса развед.отряда. если нет, то… - Стой, - внезапно его рука схватила тонкое запястье Мэй, а высокая фигура резко встала, глядя на удивленные глаза девушки. Ей было непонятно, что происходит у него внутри, но он знал точно, что одно неверное решение и он вновь потеряет дорогого ему человека – Прошу, не уходи… - Ответь мне, - прошептала она, - Каков твой выбор? Он смотрел на нее, казалось, погружаясь в ее взгляд, пытаясь схватиться лишь за что-то, лишь бы не утонуть в их глубине. Мэй… как же сильно он ее любил и как же не был готов отпускать ее, даже вопреки своей давней мечте. Тишина начала нарастать, гул постепенно исчезал вдали, они стояли и смотрели друг на друга, оба чувствуя неготовность прощаться, и оба осознавая, что они не могут отпустить друг друга. Ее глаза начали постепенно заполняться слезами, которые она хотела поглотить обратно, глядя куда-то вверх. К горлу подступал ком. Внезапно, он притянул ее за талию, все еще держа запястье другой рукой. Его губы прильнули к ее холодным губам, сливаясь в нежном поцелуе, ощущавшемся как касание лепестков роз или лилий, нежность утреннего дождя, теплый луч солнца…