ПРЕДЭПИЛОГ. 2

      Лев прилетел за пару дней до суда в Самару. Настроение его было на высоте, поскольку красочные цветы уже вылезли на улицах, погода замечательная и, что самое главное — скоро у него родятся две замечательные девочки! Это, конечно, волнительное время, но Липовый должен был успеть к родам вернуться в Магадан. Даже, считал он, обязан! Все так неприятно совпало. Но, возможно, на днях все закончится. Развод, при их обстоятельствах — дело очень тяжелое. Оно измотало Липовых и каждому хотелось поскорее начать жить своей жизнью, без лишних нервов.       Алина, кстати сказать, пребывала в шоке на протяжении всех девяти месяцев. Она не видела Марьяну беременной, и, возможно, от того представить ее в таком виде не могла. В голове не укладывалось — зачем?! Разумеется, отцу не напоминала о возрасте, решив с пониманием отнестись к попытке омолодиться, но в душе говорила себе — дикий поступок. Дети не заслуживают, если так выйдет, остаться слишком рано без отца. Однако, успокаивала себя — у Темы его, по большему счету, тоже нет. Хотя тот жив, и вполне себе здоров! Возможно, дело не в возрасте. Дело в отношении.       А уж тем более, когда Алина узнала, что Марьяна собирается, в таком тяжелом положении, лететь в Самару — в край поразилась. Видела в ней маленького ребенка, на которого даже столь взрослая ноша нисколько не повлияла. И как хорошо, все-таки, что удалось ее уговорить остаться дома. В то, что Влад согласился подвести девушку, однако, Алина не поверила. А если она прямо в машине начнет рожать? Он же тоже уже давно взрослый человек и даже обращаться к нему с такой глупой просьбой было, конечно, позорно. Но он продолжал ежедневно написывать, намекать о желании встретится. А ведь уже прошло достаточно много с их встречи!       В самарской квартирке, которая столько несчастья принесла Липовым, все они, кроме Марьяны, разумеется, остановились на несколько дней. Снимать квартиру было незачем, а учитывая перелет Льва из Магадана — очень невыгодно. Так что, вечер перед судом они проводили вместе: Инна, Алина, Артем и Лев.       На счастье, все слова о том, что внук с дедом видеться не будет оказались пустыми — мать передумала. Разумеется, из-за расстояний с этим имелись проблемы, но, тем не менее, они продолжали общаться. Тема уже пошел во второй класс, но не до конца понимал — почему бабушка и дед не вместе? Это ведь, как казалось ребенку, базовые вещи. Так что, тему измены Льва в его присутствии старались избегать. Вырастет — узнает. Хотя, конечно, уже начал потихоньку догадываться — все не так просто. — Деда, — обратился он ко Льву, который старался разобраться в «аське», в которой его зарегистрировала Марьяна, — а почему ты не зовешь меня к себе в гости?       Он был занят другим делом — телефоном. Увидел, что возлюбленная написала сообщение, но не мог понять как на него ответить — лишний раз не хотел обращаться к дочери. Все вокруг, казалось, перестало существовать. Так что, под шум и крики телевизора, сидел на диване в зале и тыкал на все кнопки подряд. Какая-то же должна ему помочь? Но уже, наверное, минут пять ничего не выходило. К тому же, все такое мелкое!       Почти не обращая внимания на внука, пытался перейти в режим звонка и набрать ей. Даже и не понимал от того, как грубо ведет себя с его маленьким сердцем. Мысль одна — вдруг что-то стряслось? — Там слишком холодно? — Продолжал Артем старательно выводить дедушку на диалог. Лев, конечно, мальчика очень любил, но сейчас абсолютно не до него. — Туда добираться сложно, — тихонько обронил, уже начиная злиться на телефон и немного на внука. — Ты разбираешься в этих технологиях? Я не могу зайти в телефонную книгу! — Хотел было протянуть ему телефон, но тут же передумал. Вдруг там что-то личное от Марьяны в сообщениях увидит? Пока даже думать о том, как представить ее Теме было некогда. В двухтысячном, когда они виделись, все произошло крайне сумбурно — мальчик даже не понял, к кому приходил, решив для себя, что Марьяна — подруга мамы.       И вот, наконец телефон затрещал. Лев знал как ответить на звонок. Это куда проще, чем писать сообщения! Так что, прекращая разговор с внуком, немедля отвечал. Мальчик лишь вздохнул, поняв, что помощь от него не требуется, и присел на диванчик рядом. Очевидно — ему не хватает внимания дедушки, который прежде был всегда рядом. Сейчас они видятся редко, и только в Самаре. Тот даже не повел его в первый класс на первое сентября в прошлом году! А это был, все-таки, важный день! Никакой речи о семейных праздниках, конечно, в том числе быть не могло. Теперь они — не единое целое.       Инна, что большой прогресс, теперь полностью отдала себя внуку и перестала вспоминать о Никите. Или, если быть точнее, упоминала его не чаще, чем раз в неделю. Разум ее переключился на Артема — психиатор помог. Так что, именно для него она варила в тот же миг на кухне компот. При том, внимательно следила, переодически заглядывая в зал, чтобы бывший муж ничего ребенку не наговорил. Как и Алина, что вовсе в спальне отдыхала в те минуты, переживала, что он может стать плохим примером. — Ало? — Лев, отвечая на звонок, совсем и не замечал, как внук требует от него ласки: то голову на плечо положит, то загадочно засмотрится в глаза, а то и вовсе на колени ляжет. Никакой реакции в ответ! А Тема, тем не менее, привык, что бабушка с матерью вечно то обнимут его, то по головке погладят. Даже поразительно, как Инна перестала быть холодной, не тактильной… но только лишь к нему! — Лев Артемович? — Вопрошал неизвестный мужской голос. Тот, конечно, сразу перепугался, и начал себя накручивать — вдруг это врач, и возлюбленная уже рожает? — Да, это я, слушаю. — Наша дочь… Она, как вам, наверное, известно, хотела нас познакомить лично. Но, все же, послушала вас и не полезла беременной в самолет, не села в поезд, за что вам спасибо! Но, все же, я предлагаю, в таком случае, встретиться нам без ее присутствия? — Звучал он очень хрипло, можно было сделать однозначный вывод — человек на трубке курит, и делает это явно очень давно. — Приходите сегодня вечером, посидим, чего-нибудь выпьем, поговорим… — Вы, я так понимаю, родители Марьяны? — Мы — родители Маши, а уж как она себя называет — нам не важно. — Хорошо, Сергей, я обязательно приду! — Лев показал жестами внуку, что ему нужна ручка и листочек. — Продиктуйте, пожалуйста, адрес.       Тема с интересом наблюдал за дедом, который, совсем как юноша, переживал перед знакомством с родителями. А ведь он, вполне вероятно, может оказаться старше тестя! Эта мысль всплыла у него еще тогда, когда случайно пересеклись с ним в магазине. Но тот, вполне возможно, этого не помнит. Хорошо, если так.       Это будет, конечно, дикая встреча! Придется, вероятно, в тысячный раз отвечать на неприятные вопросы и, конечно, строить из себя порядочного человека. Идти в дом родителей Марьяны было ему, не смотря на то, что давно уже взрослый мужчина, волнительно. Все ж таки, он наслышан о ее тяжелом прошлом в семье алкоголиков. Ко всему прочему, ее пьяный отец в магазине мало чем отличался от проспиртованного бездомного. Хотя, может быть, за два года что-то изменилось. Нужно всегда надеяться на лучшее.       Счастливый Лев принялся собираться на ужин. До завтрашнего суда еще уйма времени, так что вполне себе можно прогуляться. Внук, продолжая завороженно глядеть на деда, желал пойти с ним. Разумеется, это было невозможно. Неизвестно, в какую среду он, в общем-то, вечером пожалует. Ничем лишним травмировать дитя не хочется. И так жизнь не сладкая!       Дочь с супругой, еще не бывшей, пока собирался, смотрели на него с удивлением. Действительно, как малолетний парень, он спешил знакомиться с будущими родственниками… вторыми родителями, по большому счету! Про том, всячески старался вопрос возраста перенести на задний план. Мысли об этом, разумеется, мешали, но от них, все же, не убежать.       Ко всему прочему, Лев размышлял еще кое о чем — как там Марьяна? Она, конечно, прислушалась к его слезным просьбам квартиру не покидать, до Самары всякими дикими способами не добираться, но, все же, имелся риск — ослушается. Характер ее, как уже давно стало ясно — не сахар. А ведь тогда, в кофейне, думал он иначе, воображая, что девушка — тихий и скромный котенок. Но она, в любом случае, прекрасна такой, какая есть.       Сейчас улицы Самары напоминали ему о знакомстве с Марьяной. Казалось, это было так давно! Прошло уже два года! Нужно будет однажды вернуться сюда, и прогуляться всем вместе. Когда дарил «любушке» цветы, даже представить себе не мог, что однажды с ней станет семью создавать. Как она вообще на него, старика, посмотрела? Остается только гадать, и благодарить судьбу. Ничего, казалось Льву, достойного внимания он не сделал. Наверное, все это — из глубины души!       В квартиру впускал его уже знакомый Сергей. Сейчас будущий зять выглядел вполне себе презентабельно, и почти даже не напоминал того человека, что задавал грубые вопросы в магазине. Но, все еще свежо в памяти, как тот плевал под ноги, и дикая фраза: «Ну и живи со стариком в любях!». Собственно, пожелание отца сбылось.       Тем не менее, Лев старательно делал вид, что не помнит всего произошедшего. Не стоило разводить скандал прямо так, с порога.       Осматривался по сторонам: стены с исписанными, видимо еще Марьяной, обоями, старый советский шкаф и запах жареного масла в квартире. Очевидно, не сильно уютная обстановка, но все это не важно. Лишь бы знакомство прошло спокойно! Вскоре в коридор вошла и мать Марьяны — черты лица, как ни крути, очень похожи! Но более взрослая версия, однако, выглядела хорошо и тоже старательно скрывала свой натуральный цвет — красилась в блондинку. — Интересно, конечно, на вас посмотреть! — Обронила она, заместо того, чтоб поприветствовать гостя. Тот немного смутился, понимая, что будущие родственники действительно его разглядывают. Наверное, не с самыми приятными мыслями. — Мне на вас тоже, — скромно ответил.       Тихонько, опустив взгляд в пол, он прошел на кухню. Все вокруг показалось жирным и грязным, хотя, разумеется, таким не было. Хозяева подготовились и убрались, тут скорее психосоматика его губила и неприязнь, что в сердце, честно признать, к хозяевам носил. Льву даже не верилось — тут раньше жила его любимая девушка! Все вокруг очень интересно изучить, но засматриваться не стоит — это некультурно. Так что, также скромно, оглядел он предложенный стол. Успел заметить перед собой лишь оливье, как тут же Сергей его отвлек. — Пить будете? — Он интересовался также осторожно, несколько неестественно. — Вам сколько лет? — Вопросы показались Льву несколько дикими, точно не сочетающимися между собой. — Пить — что? — Он сложил руки на коленях, и принялся отвечать вопросом на вопрос. Из-за возраста чувствовал себя неуютно, а тут, прямо с порога, о нем заводят разговор! — Мне шестьдесят пять… — Ого! — Воскликнула мать Марьяны. — А мне пятьдесят. Я Машу родила в двадцать пять, как и она сейчас, в этом же возрасте забеременела. — Хороший возраст, чтобы стать матерью, — теперь аппетит у Льва пропал окончательно. Ему предстоит отведать предложенных салатов, но и они кажутся отвратительными. — Я спросил, потому что к предыдущим кавалерам Машки я мог спокойно обращаться на «ты», а тут, все же, уважение должно быть к старшему поколению! Вы войну прошли, все-таки! — Сергей присел на табуретку рядом, и принялся изучать Липового еще более внимательно. Сейчас он напоминал ему того «садовника», что когда-то, однако, сблизил Льва с Марьяной. — У нас есть водка, но я взял еще пиво — крепкие напитки, должно быть, плохо переносятся в вашем возрасте.       Лев покачал головой, надеясь, что неприятная тема скоро сойдет на нет. Никому, разумеется, не хотелось этой скованности. Тем не менее, избежать ее было невозможно. Ему сталось стыдно за свои годы, точно это что-то плохое. Здесь явно не повысишь голос, не попросишь в грубой форме не лезть в чужое дело. — Может быть, лучше чаю? — Он предложил, совсем не желая идти завтра на суд в диком виде. Пиво, как известно стало Льву после отдыха с Константином — вещь не сильно страшная, но, все же, неприятная. Водка… убийца! — Я думаю, так натужно диалог и пойдет, если не выпьем, — возразил Сергей, жестами через мгновенье повелев жене достать что-то из холодильника — очевидно, пиво. Крепкое, должно быть, они там не хранят. Да и не станут, наверное, при госте его пить. Лев вздохнул, тяжело пытаясь смириться со своей участью. Но, зато, воображал он, сейчас послушает о детстве возлюбленной! Это будет очень интересно и уместно.       Через мгновенье на столе оказались, на удивление, не только пиво, но и губительная водка. Это было весьма неожиданно! Оставалось Липовому лишь удрученно вздохнуть. В очередной раз убедился насколько родители «любушки» некультурны. Он крайне не хотел сейчас травиться! Но и строить из себя святого, наверное, тоже плохая затея. Это совершенно не походит на знакомство с родителями невесты — балаган!       Разговор действительно не пошел. Сергею, возможно, было стыдно за свое поведение в магазине — тушевался, в глаза гостю почти не смотрел. Оба родителя не знали как вести себя со Львом. Спросить на кого учился и кто его родители? Это глупо. Продолжать задавать вопросы относительно возраста — неэтично даже для них. Они оба чувствовали себя, что поразительно, детьми рядом с ним. Набравшись смелости, Лев решил им поведать всю историю от начала и до конца, упуская, конечно, факт насилия над их ребенком. Он ведь не дурак — с порога портить о себе впечатление. Взять на себя ответственность за теплый вечер пришлось на себя.       Те, схватившись за водку, слушали с непониманием. Даже вид рюмок, тем не менее, наводил Липового лишь на одно — тошнота. Пиво, что ему налили в небольшой граненый стаканчик, не пил — тянул момент. Пока не заставят, пусть даже словесно, прикасаться губами ко хмелю не планировал. Но радовало другое — воспоминания грели сердце. Каждый момент с Марьяной, что успел озвучить, был удивителен, и он был бы не прочь прожить все это заново.       Купаясь в воспоминаниях, он плавно переходил в будущее, рассказывал об их общих планах. Но, однако, речь прервалась — раздался телефонный звонок. Конечно, немедля, Лев трубку поднял — объект обсуждения желает переговорить! Это очень важно. Потому, извинясь, кухню покинул — решил, чтоб никому не мешать, пойдет в комнату и там ответит. Хотя делать так было, разумеется, не очень вежливо. Но никто не возражал. — Лева! — Голос был, надо заметить, крайне встревоженный. С такого начинать диалог, конечно, ей бы не стоило — он мгновенно дернулся, точно его молния ударила. И хорошо, хоть не успел выпить — был бы сражен наповал!       Лев, помимо разговора, был увлечен и разглядыванием квартиры. Действительно, все как в рассказах любимой: два дивана в разных углах комнаты, шкаф и старый стол. Больше ничего. И стены, ровно как и в коридоре, больше напоминали наскальную живопись, чем обычные обои — везде рисунки Марьяны. Это, все-таки, довольно мило! Где-то она изображала животных, где-то маму с папой, а где-то пыталась написать свое, тогда еще иное, имя. — Что случилось? — Но, конечно, времени на умиление он не имел — сердце от крика заколотилось. Все происходило так скоро, что Лев не успевал разобраться в ситуации.       К таким внезапным потрясениям он готов абсолютно не был. И, конечно, Марьяне не стоило бы так кричать — он того, действительно, Льву стало плохо. — Рожаю! — Одно слово, казалось, могло бы его убить — в глазах моментально потемнело, и потому поспешил присесть на один из диванов. — И я в Якутске! Прости меня!       Липовый пребывал, мягко говоря, в шоке. Он глубоко задышал, не найдя в себе силы ответить на это. Последняя фраза, конечно, вызывала у него вопросы. В голове, на мгновенье показалось ему, туман, а сердце точно кто-то принялся колоть ножом. Сразу подумал — сердечный приступ. Ему абсолютно нельзя так переживать! Это опасно для пожилого организма. Он осознал — все-таки возлюбленная выдвинулась в сторону Самары, но далеко не уехала. Что с ней случилось по пути? Как она добиралась? Волнение о близком человеке доводило до такого, казалось бы, пограничного состояния. — Прости меня, прости! — Продолжала Марьяна кричать в трубку. — Я не послушала тебя, и отправилась с Владом — он довез меня до Якутии, и я должна была сесть в городе на поезд! Теперь придется рожать прямо здесь походу!       Ответа никакого не прозвучало. Льва уже серьезно начало бросать то в жар, то в холод, и он понимал — нужно вызывать скорую. Сейчас умирать слишком рано — скоро детей воспитывать.