2.3 Вэйсл-Таун

Придерживая рукав плаща, старший советник обдал кипятком заварник, и выждав лишь пару мгновений вылил всю лишнюю воду в специальную кастрюлю. После этого, на дно заварника упали чайные листья, и почти сразу же были залиты водой. Повеяло приятным травяным ароматом. Он успокаивал нервы и, даже немного бодрил, смешиваясь с морозным воздухом вокруг. Старший советник сидел на крыше центрального небоскреба Вэйсл-Тауна. Города ордена Вэйсли. Под ногами бурлила жизнь. По многочисленным навесным мостам, соединяющим небоскребы, туда-сюда ходили люди. Между зданий изредка пролетали маги, волшебные артефакты и, даже, маленькие драконы. Где-то играло несколько разных видов музыки, сливаясь в единую какофонию из попсы, рока и чего-то еще. Вэйсл-таун был небольшим городом. По сути говоря, здесь было всего пять основных небоскребов черного цвета, и несколько домов на мостах между ними. Город строился по единому проекту и по просьбе заказчика Элронда — выглядел довольно зловеще. Старшему советнику нравилась эта атмосфера. Чисто злая, пугающая, и потому успокаивающая. Самым низким основным небоскребом — был «золотой». Он располагался на востоке, если восток, конечно, можно называть востоком, находясь почти у самого полюса планеты. Небоскреб был украшен золотыми вставками и желтыми зловещими лампами в виде колец. Смотря на эти лампы: солнечный день — был последней ассоциацией приходящей на ум. Старшему советнику, например, они своим цветом напоминали фонари на болотах. «Алый» — был следующий по высоте и находился на юге. Его черные стены украшали ромбовидные красные вставки из муляжных рубинов, потому, что настоящие почему-то постоянно крали. Пожалуй, из всех небоскребов именно этот выглядел самым зловещим, и на фон ему, для полноты образа, не хватало лишь кровавой луны. Однако у планеты не было естественных спутников, а даже если бы и были — небо было давно закрыто вечным слоем облаков. «Изумрудный» — был самым западный небоскребом, украшенный изумрудами, цаворитами и маленькими змейками. Когда-то Элронд хотел одну большую серебряную змею, однако когда какой-то гений, скорее всего вэйсли, прислал Элронду чек за будущие работы, Элронд все же согласился обойтись без змеи, спасая глаза всех архитекторов и дизайнеров. «Лазуритный» — был самым северным небоскребом. И вот при разработке его, дизайнеры с Элрондом совладать не сумели. Именно поэтому весь небоскреб оказался обвешан безумным количеством лампочек, которые, по задумке, должны были создавать иллюзию холода, однако на деле от этого безобразия хотелось лишь выколоть глаза. Своей яркостью и светлостью, лазуритный небоскреб разрушал общую композицию города. Именно поэтому, каждый раз, когда старший советник выходил на крышу центрального «Пурпурного» небоскреба пить чай — он садился на противоположном склоне зубчатой крыши, украшенной аметистами. Как раз с видом на свой любимый «Алый» небоскреб. Чай заварился. Аккуратно процедив через специальное сито заварку, советник налил ее в чашку, разбавляя горячей водой. Сделал глоток. Немного терпкий, немного горьковатый вкус. Вэйсл-Таун просто идеально подходил Ноди Вильдоре. И сам Ноди это прекрасно знал. Во-первых, в ордене состояло огромное количество влиятельных людей: политиков, ученых, бизнесменов, а также темных лордов. Во-вторых, как раз благодаря последним, Элронд однажды выбил разрешение у Делийского совета находится в городе преступникам без угрозы преследования. Что также было на руку, лидеру повстанцев. В-третьих, большинство членов ордена скрывало свои личности. Благодаря чему, Ноди мог не привлекать лишнего внимания к своей персоне. А в-четвертых, в городе, за редким исключением, можно было находиться только членам ордена, что также давало какую-то иллюзию защиты. Правда, никто не мешал шпионам быть членами ордена. И это уже не говоря о том, что «удостоверением личности» для попадания в город были: платок для лица с уникальным символом, декоративная трость, часто обладающая какими-то особыми свойствами. А также, члены ордена использовали свои «Вэйсли-имена». Если эти три пункта совпадали — прибывшего пропускали. Если вы подумали, что эти «ограничения» можно было обойти миллионом способов, то вы правильно подумали. Элронд, создатель ордена, считал, что если вы достаточно умны, чтобы один из них найти — то вы более, чем достойны находится в городе. Еще один глоток. Советник зажмурился и устало вздохнул. Сегодня снег не шел. А вот было это к лучшему, или худшему, старший сказать не мог. С одной стороны, хоть снег и не был дождем, он все равно оседал на волосах и одежде, тая и моча все подряд. С другой стороны — было в снегопаде что-то такое чистое и умиротворенное, какой-то покой, которого последнее время не хватало. Один политический кризис сменялся другим, а бумажная работа текла нескончаемым потоком. В придачу ко всему, свой небольшой «отпуск» советник провел вовсе не за интересной книгой, сидя на балконе, и не в оперном театре, а с супергероями. А теперь ему нужно было разбираться с экономическими кризисами и Вильдоре. Кстати о них. Буквально десять минут назад старший советник столкнулся с Ноди Вильдоре. Точнее, как сказать «столкнулся» он сам его искал, и нашел. Правда, явно, не в самом ожидаемом состояние… Это был один из многочисленных безлюдных коридоров Вэйсл-тауна. Молодой человек с отчаянием сжимал в руках свою трость. За ним прятался какой-то парнишка. А напротив стоял другой человек, тоже с тростью в руках, на кончике которой парил боевой магический артефакт. — Повторяю в последний раз, — прошипел второй, — Уйди. Это не твое дело, уйдешь сейчас — и я честно забуду обо всем. — Нет, — голос молодого человека дрожал. Но в своих словах он был уверен словно камень. Старшего советника в тот момент там не было, но своим магическим полем он отлично все видел. Судя по гравировкам на тростях, молодым человеком был Ноди, а его противником — темный лорд Рэрэс. А вот про мальчишку он почти ничего не мог сказать — тот не был магом, но и других опознавательных черт не имел. — Ты — обычный человек, что ты сможешь мне сделать? — вздохнул Рэрэс, — Подумай хорошо и уходи. Я обычно не трогаю непричастных прохожих, даже если они совершают маленькие глупости. Но ты начинаешь действовать мне на нервы. — Нет. Как же Ноди отчаянно был готов стоять на своем, даже не смотря на тяжесть ситуации. Такие люди вызывали у старшего советника уважение. Растаптывать их мечты и надежды — всегда было отдельным видом удовольствия. Из-за того, что эти люди сами следовали своим идеалам до конца — они знали многие подводные камни, и благодаря этому в их идеях был вес. Такие люди двигали прогресс, находили неожиданные решения проблем. С другой стороны, такие люди были гораздо непредсказуемее обычных. И не редко бывало, что именно из-за этих самых хаотичных сторон, даже четко выверенные планы — рушились. Это всегда надо было иметь ввиду. Артефакт темного лорда Рэрэса угрожающе засветился. Ноди нервно задышал. — Простите, — парнишка вышел из-за спины Ноди, — Простите, что втянул вас в это… Я… Я… Не подумал… Мальчик сделал несмелый шаг к темному лорду. Злость с лица того испарилась, появилась довольная улыбка. — Стой! — Ноди схватил парня за руку, — Ты же не хочешь этого! Парень съежился, затрясся. — Не хочу… — слезы побежали по уже известным им дорожкам, — Но я не могу… Вы не можете… Никто не может… — Это не правда! — воскликнул Ноди Вильдоре, — Нет ничего невозможного! Главное не сдаваться! Главное бороться! Сдавшись — мы никогда никуда не придем! — Или можно сдаться, вернуться домой, получить свое наказание и жить дальше, — сморщился Рэрэс, — А твоя судьба, смертный, просто вернуться в зал и сделать вид, что ничего не было. Подумайте насколько лучше чем смерть это звучит. — Нет! — яростно мотнул головой Ноди, — Нельзя сдаваться! Мы не победим сдавшись! Это предательство самого себя! — Да в чем тут предательство?.. — устало закатил глаза Рэрэс, — Мне кажется все наоборот. Лишившись жизни ты предашь… Свое тело. — Я сражаюсь за свободу. Вся моя жизнь — это борьба за свободу. За свободу людей от самих себя! От глупых правил! Но вот я иду и вижу, что человек не имеет свободы даже от физических оков. И что я должен сделать?! Предать все за что я борюсь?! — Но ты тут умрешь! — заорал Рэрэс, — Гребаный дебилоид! Ты… Ты… Я ненавижу таких людей как ты! Нарушители спокойствия! Последнее предупреждение! Я считаю до трех! Не убрался — сдох! Раз! — Простите, — прошептал мальчишка, зажмуриваясь. Ноди сжался, но отступать не собирался. — Два. Артефакт угрожающе поднялся еще выше, а вокруг него начало формироваться темное облако. Магия вокруг заволновалась, словно готовясь действовать. Ноди хаотически соображал. Отступать он не собирался, но и умирать тоже. — Три. Умри. В темного лорда полетела трость. В тот же момент темные щупальца, вырвавшиеся из артефакта, вместо того чтобы атаковать, бросились на помощь хозяину, защищая от предмета. — БЕЖИМ! — крикнул Ноди, схватил парня за руку, и бросился изо всех сил по коридору. Это был отчаянный шаг. Это была последняя его надежда. В прямом сражение он бы проиграл. Рэрэс гневно заорал и бросился за беглецами, чуть не споткнувшись об трость Ноди. Началась погоня по безлюдному коридору Вэйсл-Тауна. Двери в разные комнаты мелькали одна за другой. И уже совсем скоро Ноди осознал какую страшную ошибку он совершил. Лифт и лестница по которой они поднялись — были в противоположной стороне. А чем заканчивался коридор — Ноди не знал, ведь тот шел по кругу, по периметру небоскреба, заворачиваясь в дугу. Возможно в конце их ожидал тупик. Возможно, спасительная лестница. Быть может они встретят кого-нибудь, кто им поможет? А пока они бежали и бежали. Неожиданно артефакт слетел с кончика трости и поднялся в воздух, продолжая следовать за хозяином. А затем засветился и темный шар-снаряд понесся в сторону Ноди, лишь чудом промахнувшись. Следом полетели второй, третий. Любой намек на усталость у беглецов как рукой сняло, они побежали так быстро, как никогда в жизни не бегали. А вот Рэрэса покидали силы. — Я убью вас, твари! — заорал темный лорд, — Потом воскрешу и убью заново! Артефакт создал перед собой темный магический круг, а затем множество мелких сгустков с огромной скоростью полетели в сторону Ноди. Дыры в полу, в стенах, ковролин задымился. От страха Ноди уже не соображал что делает. Он схватился за ручку первой попавшейся двери, потянул на себя, а когда та не открылась, просто ударил со всей силы ногой, выламывая. «Может здесь есть другой коридор или лестница?» — промелькнула в голове мысль. Но тотчас же была разбита об суровую реальность. Беглецы оказались в небольшом актовом зале, и другого выхода отсюда не было. А сзади уже стоял темный лорд, за спиной которого парил страшный артефакт. — Бежать некуда, да? — Рэрэс тяжело дышал, — Прими ты смерть сразу — она была бы моментальна. Но нет. Теперь, готовься к худшему! Черные щупальца, моментально отразили летящий в Рэрэса стул. — Ну давай, сопротивляйся, — фыркнул темный лорд, смотря на Ноди, что уже поднимал новый, — Это твои последнии минуты. Теряй надежду, мразь! Очередной стул, разбился в щепки и упал на пол перед ногами темного лорда. Ноди тяжело дышал. Мальчишка сидел на полу обняв колени и раскачиваясь из стороны в сторону. — Никогда! — закричал Ноди, отдирая от пола еще один стул, — Пускай один я слаб! Но когда люди вместе борются — они сильны как ничто иное! Когда люди кричат вместе! Крик сливается! Все поражает! — Но ты один, — злобно усмехнулся темный лорд, притворно оглядываясь, — Я вижу тут только тебя, бесполезного раба и могущественного темного лорда. У Ноди опустились руки. Темный лорд был прав. Сейчас он был один. Он проиграл. Подвел Вильдоре. Зря в это полез… Он проиграл? Отнюдь. Он выиграл это сражение. Мальчишка, что трясся сейчас рядом с ним, хотя бы на мгновение обрел свободу. А это — было самым важным. Ноди закрыл глаза, готовясь к неминуемой гибели. На губах появилась печальная улыбка. — Что здесь происходит, объясните мне пожалуйста?! — послышался незнакомый возмущенный голос. Для Ноди он прозвучал словно серебряный колокольчик. Глаза сами распахнулись. На пороге актового зала появился мужчина средних лет. Выглядящий, словно ангел. Даже было ощущение, что его сердце будто светится. Белые, волнистые волосы, словно были облаками, а зеленый длинный плащ — райской травой. Ноди очнулся от своей галлюцинации. Человек был похож на старшего военного советника. А учитывая место, в котором они находились — это вполне мог быть и он сам, собственной персоной. Из огня да в полымя. — Что это за «шедевр кулинарии» в коридоре? Почему стены напоминают недозревший сыр, а пол — сгоревшие овощи?! Рэрэс обернулся, готовясь изничтожить того, кто его посмел прервать. Но узнав в пришедшем старшего военного советника, резко остановился. — Парень украл моего раба, — хмуро пояснил темный лорд, — Я решил преподать ему урок. — И как, вышло? — с иронией спросил советник, — По-моему скромному мнению, вы преподали урок только стенам и полу, словно они провинились, что до сих пор держат вас на этой земле. — Почти, — прошипел Рэрэс, — Если позволите, я закончу начатое, и спокойно отсюда уйду. — Уничтожите актовый зал, над дизайном которого так старался Лили? Вы уже убили его коридоры. Просто радуйтесь, что Лили сейчас в зале снизу, и не видит этого кошмара. Ноди нахмурился. Он плохо знал членов ордена Вэйсли, но о Лили что-то-да слышал. Один из любимых учеников Элронда, а также тот, кто создавал подобие систем безопасности в городе. Сам — невероятно силен, однако, в какой-то мере справедлив. Сиори Дакоти, коллега Ноди, советовал не ссориться с этим человеком специально. — Дайте хоть раба забрать тогда, — скривился Рэрэс. Он понимал, что скорее всего легко уничтожит этого старика. Только вот с убийцей придет разбираться империя во всей своей мощи. — Какого раба? — с насмешкой поднял бровь старший советник, — В Вэйсл-Тауне нет рабов. Рэрэс задрожал от гнева. Удовольствие. — Я купил мальчишку официально несколько лет назад, — прошипел лорд, — Это моя собственность. Раб всхлипнул. Ноди сжал кулаки. — Человек не может быть чужой собственностью! — смело крикнул он, — Человек сам должен распоряжаться своей жизнью! — Я ценю собственность Лили больше, чем собственность незнакомца. Поэтому я предпочту пожертвовать вашим рабом и спасти прекрасные стены Лили от вашей темной магии. Рэрэс заскрежетал зубами. А затем резко развернулся и вышел из комнаты. Правило бизнеса: не ссорься с влиятельными людьми понапрасну. Темный артефакт улетел вслед за владельцем. В комнате осталось три человека и несколько разбитых стульев. — Огромное вам спасибо! — воскликнул Ноди, — Я не ожидал, что среди… — А вы случаем, не Ноди Вильдоре? — оборвал его советник на полуслове, нахмурившись. Ноди растерялся. Он прекрасно помнил, что у него на лице платок, скрывающий личность. Но на платке есть символ. Неужели информация о нем уже попала к руководству империи? — Значит я не ошибся, вы старший военный советник империи, господин… — Вы же знаете, что я должен вас арестовать? — устало спросил советник. — Но в Вэйсл-Тауне запрещены аресты, — нахмурился Ноди, — Я точно это знаю. Империя не имеет здесь особой власти. — Так-то оно так, но ничто не помешает мне избить вас до бессознательного состояния, положить в мешок и вынести за пределы города. Повисла напряженная тишина. Ноди сжал кулаки. Советник устало смотрел на него. Раб-парнишка всхлипывал. — Несанкционированные драки запрещены на территории города, — наконец заявил Ноди. — Воровство тоже, — советник кивнул в сторону раба. — Люди должны быть свободны хотя бы от оков. — А террористы должны сидеть в тюрьме. Ноди сморщился. Тяжело вздохнул. Еще раз посмотрел на военного советника. Пожилой мужчина, Сиори говорил, что ему больше семидесяти. Однако советник ветхим не выглядит, спина прямая, походка легкая. С другой стороны, не стоит забывать, что советник, так же и как Ноди большую часть времени сидит за бумагами, а оставшуюся — бегает по встречам и конференциям. В физическом плане они должны быть равны. — Я буду драться, — наконец заявил Ноди. Советник поднял брови. — Я не дам господина в обиду! — неожиданно мальчишка, что все это время только и делал что заикался, всхлипывал и просил то помощи, то прощения — осмелел, — Нас теперь двое! Двое против одного. Советник устало вздохнул. А затем достал из скрытого кармана плаща мобильный телефон. — Удачно выбраться из города, я полагаю, — сказал он, набирая какое-то сообщение, и уходя по своим делам. Ноди с легкой долей растерянности проводил его взглядом. Оставаясь один на один с самим собой переосмыслять произошедшее. Все прошло по плану. Да, советник не особо ожидал, что Ноди вот так вот ввяжется в конфликт с целым темным лордом. Однако предвидеть такое возможное стечение обстоятельств — предвидел. Ведь его план не был линейным, и включал огромное количество разных возможных событий. Например землятрясения, сход лавины, или даже возвращение ведьмы проклявшей Саллирию, планету на которой и находился Вэйсл-Таун. Советник сделал еще один глоток. Приятный морозный воздух обдувал лицо, смешиваясь с горячим паром чая. Черные стены Вэйсл-Тауна очень сильно выделялись на фоне белых заснеженных гор, рядом с которыми город и был построен. Советник помнил, что горы назывались «Манитививыми», что переводилось как «сердце света». Ведь это было единственное место на планете, где суша поднималась выше вечного океана облаков, и откуда можно было увидеть звезду. Советник помнил, как с Элрондом они однажды туда поднялись на перегонки. А потом смотрели на яркое солнце, и Элронд очень энергично предлагал построить Вэйсл-Таун именно у подножья этих гор. Чтобы «сердце света» соседствовало с «сердцем тьмы». Советник сделал последний глоток. Чай в чашке закончился. Однако хотелось задержаться еще на пару мгновений здесь, насладиться этим покоем. Дать уставшей голове отдохнуть. Все же последние дни были выматывающими, пускай и веселыми. И в будущем также полноценных выходных не предвиделось. С другой стороны, советник обожал составлять планы. Обожал, когда все детали идеально состыковались между собой. Было в этом какое-то умиротворение. Какой-то покой. Особенно завораживало то, как глупая мошка не может вырваться из ловко сплетенной паутины! Основой всего плана советника с Вильдоре и экономическим кризисом стал изобретатель ГеральдДельКон. Вильдоре сейчас имели хороших спонсоров и огромное количество человеческих ресурсов. Но им категорически не хватало боевых космических кораблей. А ГеральдДельКон, как раз был, в первую очередь, известен на Черном рынке благодаря им. Но на этом его плюсы не заканчивались. Изобретатель был немного затворником, и поэтому очень мало людей знало, где он живет, а в дополнение, он был другом Элронда, готовым любезно помочь без лишних вопросов. Идеальная кандидатура. Оставалось лишь незаметно дать на него наводку Ноди Вильдоре. И именно этим советник и планировал заняться в Вэйсл-тауне. Прикинуться бедным торговцем информацией по имени Немоси, что взломал базу данных Вэйсли и теперь продает разные интересные данные, а также, самое главное, наводки на личности других Вэйсли. Из-за того, что большинство членов ордена скрывало свои личности, найти полезные связи вслепую — было почти невозможно. А именно этим Ноди, по донесениям шпионов, уже почти неделю здесь занимался. Все таки торговцы подобной информацией в городе были большой редкостью. Ведь базу данных Вэйсли не просто так почти не взламывали. И дело было далеко не только в отличной системе безопасности. А в самую главную очередь в том, что за слишком наглыми взломщиками часто приходил темный лорд Эстель. Который, технически, сейчас был настоящим главой ордена Вэйсли. Правда советнику, скорее стоило опасаться возможных доносчиков, чем Эстеля. И это уже не говоря о том, что на данный момент, почти никому не могло прийти в голову, что за такой честно подброшенной полезной информацией может скрываться паутина плана. Все, советник был более чем уверен, пройдет пройдет без сучка и задоринки. Старший советник устало смотрел на алый небоскреб, наслаждался какофонией звуков. И жалел, что так быстро выпил чай. Правда, даже в этой части плана был хаотичный и непредсказуемый элемент. И имя ему было Лили. Лили был умен. Лили мог видеть магию. И самое главное, Лили «знал» вэйсли по имени Немоси, так как тоже имел похожее поддельное имя, которым пускай, и не пользовался вовсе. Но в то же время, только в зале у Лили сегодня происходила встреча всех желающих, полная народа. А еще страж порядка Лили мог бы легко спасти Ноди от любого наемного убийцы или мстящего Рэрэса. Стоило проявить осторожность, даже не смотря на всю кажущуюся простоту. Советник взял поднос с чайными принадлежностями и поднялся. Бросил последний взгляд на город, и направился к себе в квартиру. Как и у всех остальных любимчиков Элронда, у старшего советника была скромная квартира в городе, тем не менее, на голову превосходящая его кабинет на Элрондии. Квартира встретила коридором с десятью черноджукими статуями. Шипы, король, кости, гниль, слезы, палач, руины, маг, бессилие и кровь. Советник умиротворенно прошествовал мимо них в спальню. На кровати уже лежала подготовленная одежда: безликое серое худи с капюшоном, простые штаны, платок с какой-то кракозяброй и дешевенькая старческая клюка, с той же самой неаккуратно выгравированной кракозяброй. Таких безликих людей в вэйсл-тауне — полно. Они преследуют разные цели, но никогда не запоминаются сильнее необходимого. Тем более для любителя цветастости — Лили. Переодевшись, советник направился в кабинет. И там уже все было готово. Советник еще раз просмотрел план зала, в котором они с Ноди и встретятся, перечитал несколько важных заметок и писем, а также перепроверил работу дешевенького телефона. Теперь оставалась лишь пара последних штрихов. Он был публичным лицом, за которым было очень выгодно шпионить. Например отправлять «жучков», спутники-супер-наблюдатели или даже использовать магические ритуалы. И если первых легко замечало магическое поле, а с радаров вторых также можно было без особых проблем исчезнуть, третьих — это не касалось, с ними все было немного сложнее. Советник взял расческу и с огромным нажимом причесался. Взяв один из своих волосов — он положил его на специальный ритуальный лист бумаги, а затем поджег его при помощи специальной свечи. Волосы на расческе вспыхнули и исчезли, а лист начал медленно тлеть. Все ДНК ритуалы были и будут разрушены в ближайшие часы. После этого советник аккуратно взял два кристалла со стола. И приложил один к сердцу, а второй к голове. Мир вокруг полностью потух. Магическое поле больше не отвечало. Советник сделал несколько шагов в сторону. Теперь разрушены будут и другие, более хрупкие ритуалы. Аккуратно положив кристаллы обратно, советник присел на стул и сосредоточился. Оставалось в последний раз перепроверить положения ключевых фигур. И к сожалению, делать это надо было очень аккуратно. Старший советник обладал видом магии, которому дали названия «Биоэнергия». За счет своих сил он мог создавать магическое поле, способное видеть мир и взаимодействовать с ним. Поле полностью подчинялось владельцу, и формой, и интенсивностью. Но как раз в зависимости от последней — оно было способно на разное. Очень слабым полем советник мог видеть очертания предметов, а более сильным — их передвигать или делать куда более невероятные вещи вроде чтения мыслей. Проблема была в том, что в то время как слабое поле было фактически незаметно, сильное поле, в городе полном магов и темных лордов, заметить могли очень даже многие. К слову, это была еще одна угроза, которую представлял из себя Лили. Его волшебный зверек способный замечать любое проявление магии кроме, разве что, самого слабого, сидел в самом центре зала и видел все. К счастью, Лили он сообщал лишь о самом важном, в список которого, правда, входило любое использование магии. Благо у зверька было всего две пары глаз: явная спереди, и скрытая сзади. И пускай шест со зверьком постоянно крутился, выгадать момент для использования магии — было более чем возможно. Вернувшееся магическое поле сообщало, что Ноди Вильдоре находится в зале у Лили и продолжает говорить со всеми подряд. Мальчишка-раб его сопровождает. Сам Лили — на внутреннем балконе зала, играет с друзьями во что-то на компьютере, а Рэрэс покинул Вэйсл-Таун. Все были на местах. Все было отлично. Сосредоточиться. Пора приступать к работе. Растянуть магическое поле. Обхватить им тело, запомнить его, создать временную копию… В груди вспыхнул артефакт, а затем уже тело засветилось, распадаясь на частицы. Пара мгновений и оно исчезло, появившись в ближайшем к городу лесу. Стволы и ветви черных болотников спрятали вспышку от чужих глаз. Где-то играла музыка, но ветер пел гораздо громче. Пахло елью. Советник выдохнул, замирая на пару мгновений. Ему нужно было немного времени, чтобы прийти в себя, а артефакту — погаснуть. Телепортация всегда была невероятно сложным процессом, особенно учитывая, что технически, Биоэнергия не была для этого предназначена. Зато теперь все спутники-супер-наблюдатели будут считать, что он все еще у себя в квартире. Зимний лес был прекрасен, пускай на ветках и не лежало снега. Но к сожалению, у советника была работа. Работа играть бедного торговца информацией Немоси. Человека, которого интересуют халява и нажива. Самый простой и понятный образ. Но образ которому, к сожалению, совершенно чужден мир вокруг. Советник сгорбился, схватил свою клюку подмышку и направился к городу, брезгливо ступая по снегу. Пропускной пункт он прошел без проблем. Затем поднялся на второй ярус «Пурпурного» небоскреба. Там изучил расписание, и направился на второй ярус «Лазуритного» небоскреба, где уже минуту разочарованно смотрел на гипсовые скульптуры занимающие все столы. Затем злобно прохрипел, взял свой телефон и нашел в интернете расписание событий в городе. После этого, продолжая сжимать клюку под мышкой, поднялся на третий ярус, и по огромному мосту перешел к «Изумрудному». Где как раз и находился Ноди. А еще, именно со стороны «Лазуритного» небоскреба находился внутренний балкон, на котором Лили с друзьями и играли. Теперь от глаз Лили его закрывал пол балкона. В зале проходила Цветная церемония. Множество танцоров с улыбкой до ушей в разноцветных легких нарядах, кружились на центральной сцене. Подолы их одежд разлетались во все стороны, словно бутоны распускались. И покачивались, покачивались в такт игривой музыки. Музыки, оптимизм которой мог обмануть любого. Однажды старший советник читал, что Цветная церемония народа Ардэ, с планеты Начори, на самом деле была церемонией прощания с умершими. Люди высаживали цветы на могилах, а затем с улыбкой на лице танцевали рядом, чтобы скрыть боль потери, и чтобы духи умерших, поняв что по ним не скорбят, взяли с собой еду, которую так любезно закапывали в гробах вместе с ними, посмотрели последний раз на распускающиеся бутоны и ушли в мир мертвых, не наводя заразы на мир живых. Лили любил цветы. А вот прощаться ему было не с кем. Зато он считал, что если какая-то церемония или танец никакой магии в себе не несут — то на их значения можно забить. Он был очень практичным человеком. И старший советник вовсе не считал такую черту плохой. Наоборот, он иногда думал, что ему самому бы стоило ее перенять. Например сейчас. Он должен был сосредоточить все свое реальное внимание на Ноди Вильдоре, Лили и его зверьке, при этом отыгрывая роль персонажа, которого в последнюю очередь интересовала какая-то там «церемония». Самым лучшим решение сейчас было пойти объедать столы, что так приветливо ломились от всевозможных бесплатных яств. Так он получал некоторую подвижность и возможность лучше ознакомиться с ситуацией, при этом полностью соответствуя выбранной роли. Лишь немного приподнимая платок, Немоси начал забрасывал одно угощение за другим: ломтики тамына фаршированные виноградом и сметаной, бутерброды с икрой, засахаренные бутоны. Стоило отдать Лили должное — это все было достаточно вкусно. Лили кого-то материл в игре. А Ноди Вильдоре морщась, судя по всему от боли в мышцах, с кем-то говорил в противоположном конце зала, и особо далеко оттуда уходить не планировал. Какая жалость, весь кусок плана с тем, чтобы оказаться под балконом Лили был почти бессмысленен. Довольно опасно выходить на видимое для Лили место, но с другой стороны, ждать с моря погоды, а то есть Ноди под балконом — было тоже глупой затеей. Почти не заметно, Немоси начал переходить от одного стола к другому, распробывая все подряд. Возможно стоило остановится и, вначале продать информацию кому-то из более близкорасположенных людей. Но учитывая, что даже по донесениям шпионов, чьей работой оценка состояния не была, Ноди уже терял веру найти хоть что-то в Вэйсл-Тауне, а также то как он еле-еле ковылял, и судя по всему чувствовал себя не очень — он мог уйти в любой момент и не вернуться. И возможные подпункты плана на эти случаи было гораздо сложнее реализовать. Поле зрение зверька съехало с Ноди Вильдоре. А до того, как оно зацепит советника — было около секунды. Так и есть. Ноди уже раздумывает о том, чтобы уйти. Скорее всего, позволит поговорить себе еще с парой человек, но не более того. Значит, он станет первым покупателем информации. Легкое наблюдательное поле, незаметное для зверька, сообщало, что даже довольно рьяно переходя от стола к столу — он не привлекал особого внимания. Однако все равно не стоило слишком спешить. Нужно было делать вид, что в его перемещениях есть какой-то еще смысл. Вот на соседнем столе бутерброды с икрой, на следующем — бокалы с алкоголем. А с алкоголем отлично сочетаются ломтики тамына, которые можно найти на другом столе. Так или иначе, хоть обычным посетителям и не было до него дела, охранники были о подобных ему — иного мнения. Все же, пускай еду все могли брать без ограничений, посуды это не касалось. И именно эту посуду они берегли как зеницу ока. К счастью, люди вроде Немоси все же не были их главными заклятыми врагами. Куда больше охранники опасались мужиков с мешками. Эти самые мужики с мешками — в ордене Вэйсли не состояли. Но и наемными рабочими не были. Они вообще были из соседней деревни и здесь находились не очень легально. И все это знали. Но по законам города, если они вели себя прилично — прогнать их было нельзя. И набивание огромных мешков едой — так же было вполне легальным делом. Честно говоря, старший советник немного недоумевал с действий мужиков. Точнее так, он прекрасно понимал, что они обожают «халяву», но он искренне не мог понять, как вообще можно так нагло наедаться за чужой счет. Они же не голодали. Они все где-то работали. И более того, ходило немало слухов, что часть набранной ими еды — просто выкидывается. Лили громко крикнул. Еле-еле удержал себя от того, что бы не разбить компьютер об стол. А затем со злостью посмотрел в зал. Спина кривая, клюка под мышкой, поведение максимально обычное. Лили вернулся обратно к игре. А старший советник оказался прямо на виду у Ноди. Неаккуратно взяв со стола одно из пирожных он, будто бы случайно испачкал пальцы. Но не обращая особого внимания на это, немного приподняв платок, закинул пирожное в рот, а после безбожно вытер руки об бока худи. Это привлекло внимание. Но такое, что исчезнет уже через пару мгновений: обычный неряха, какая гадость. Зато это сразу же дало Ноди, борцуну против «бесполезных правил» причину для разговора. — Любите пирожные? — спросил он светским тоном. Лили оторвался от игрушки, переводя взгляд на зал, позволяя своим глазам передохнуть, а нервам, судя по всему, остыть. Советник стоит спиной. Со спины его, даже зная обо всем, скорее всего, нельзя отличить от простого посетителя. — Я люблю любую бесплатную еду, — проворчал Немоси в ответ. Первая фраза и первая ошибка. С чего бы начать… Почему Немоси так недружелюбно отвечает? Он же сам ищет покупателей. И это не говоря о том, что последнее чего хотел советник — это спугнуть Ноди. Более того, «Люблю бесплатную еду» похоже на характеристику, а не на фразу живого человека. Куда лучше было бы ответить что-то вроде: «Я много чего люблю», как бы намекая собеседнику, что можно продолжать прощупывать почву. И тон мог бы быть усталым, безэмоциональным, можно даже с капелькой ворчливости. Но точно не такой. — У вас бывало когда-нибудь такое, что бы вас выгоняли из разных мест за ваши манеры или за то, как вы одеты? — судя по всему, Ноди его ошибки не заметил, однако зверек сейчас смотрел прямо на них, поэтому проверить было ли это действительно так — было невозможно. — Желаете меня выгнать? — с отвращением переспросил Немоси. Один из лучших приемов для того чтобы сделать диалог более естественным, а роль правдоподобной — неверно понятые слова. Особенно, если они невзначай взывают к совести собеседника, заставляя задумываться уже о своем собственном поведение. Правда, возможно стоило все же спросить что-то вроде «О чем вы вообще?», потому, что в купе с прошлой фразой — все это могло очень даже сильно отбить любое желание продолжать диалог. — Что вы! — спохватился Ноди, — Наоборот! Я считаю, что в империи существует огромное количество бесполезных и ненужных правил. То как вы одеваетесь — никому на самом деле не мешает, общество просто само придумало и поверило в то, что это не так. Ходи мы хоть нагишом — это ни в коей мере не может никому навредить, ведь это естественно — нагишом мы рождаемся. И в этом современная проблема: люди придумали такое огромное количество бесполезных и вредных рамок, что сами уже в них путаются, и хуже всего, на фоне этих бесполезных законов — они забывают действительно важные и нужные. Например мы не можем отрицать, что… — взгляд Ноди на мгновение соскользнул на недавно спасенного мальчишку раба, что объедал все столы и внимательно присматривался к каждому встречному, — Работорговля. В особенности… Та которая не долговая. Это воровство у других людей свободы… Что если… Среди рабов родится талантливый человек, способный придумать лекарство от страшной болезни, но не сможет даже получить образования, так как будет вынужден постоянно заниматься тем, что хочет другой человек. Разве это не стагнирует общество? Не тормозит развитие? Не мешает по-настоящему другим людям? Пока Ноди толкал свою эмоциональную речь, Немоси вынул свой дешевенький телефон и просканировал Ноди камерой, сверяя данные с доступной этому аккаунту частью базы данных Вэйсли, как бы оценивая возможного покупателя. — Вы Ноди Вильдоре? — спросил Немоси. Ноди растерялся. С одной стороны он действительно был Ноди Вильдоре. С другой стороны, он не называл своего имени, и даже не говорил откуда он. Зверек на них не смотрел. — Вы фанат идей Вильдоре? — спросил Ноди с загорающийся надеждой в голосе. Немоси хмуро посмотрел на него, и уже планировал ответить на вопрос, как вдруг в разговор вмешался мальчишка-раб. Видимо, он заметил легкую напряженность и потому бросился на помощь своему спасителю. — Я не дам в обиду господина! — закричал он на весь зал, размахивая тростью Ноди. То ли он одолжил ее как оружие, то ли руки Ноди слишком болели, чтобы ее таскать. Зверек, привлеченный шумом, резко повернулся в их сторону. Осторожно. Немоси отвернулся от мальчишки и свободной рукой отодвинул трость от своего лица. Лили посмотрел прямо на них. Но все что он увидел — это спину в безликом худи и обычного ребенка. Лили вернулся к своей игрушке. — Спокойно, — сморщился Немоси, — Я никого не собираюсь обижать. — Но откуда вы знаете кто я? — задумчиво спросил Ноди, — Попали пальцем в небо? Можно было сразу обозначить кто он, но сейчас на них смотрело много людей. И кто знал, сколько из них могло донести Эстелю на него. Однако и Ноди нужно было не спугнуть. — Читал немного о ваших идеях, — пространно ответил Немоси, как бы приглашая дальше к диалогу. Или все же стоило сразу перейти к действию? Судя по тому как задумчиво хмурился Ноди, и как быстро забывали о произошедшем окружающие — ответ был однозначно да, — Я вообще много чего знаю. И могу даже вас в некоторые «секретные знания» посвятить. На лице Ноди хмурость сменилось задумчивостью, а потом он вдруг чуть ли не подпрыгнул на месте. — Вы торговец информацией! — все недоверие, словно рукое сняло. На протяжение послелней недели, Ноди словно слепой котенок тыкался по всему Вэйсл-Тауну, пытаясь найти эти ценные иголки в целом стоге сена. Он никогда не задумывался, что, возможно, были способы упростить весь процесс. Зверек на них не смотрел. — Тише… — пробормотал Немоси, немного воровато оглядываясь. Однако эти восклицания вообще не привлекли внимания. Мальчишка убежал размахивать тростью и таскать еду со столов в другое место, — Я так понимаю, вам нужны влиятельные или богатые люди, разделяющие ваши взгляды? Тысяча желтеньких за человека. — И сколько здесь подходящих мне людей? — спросил Ноди как будто прикидывая в голове возможную цену. — Сейчас не знаю, — торговец включил сканер на своем мобильном телефоне, сканируя всех присуствующих, выводя их списком с ссылками и сортируя их при помощи специального алгоритма, — А теперь могу предположить, что около десятка. Повисло молчание. Ноди и торговец с выжиданием смотрели друг на друга. Танцоры в ярких и пышных нарядах на сцене, закружились в хороводе. — Так кто они? — наконец спросил Ноди. — А, а, а, — возмутился Немоси, — Деньги вперед. — А, — растерялся на мгновение Ноди, но затем полез в карман и достал дрожащей рукой свой мобильный телефон, набирая что-то на экране, — Куда переводить? Немоси скорчил невероятную гриммасу ужаса смешанного с отвращением, пускай под платком ее и было плохо видно. — Вы идиот? — не понял Немоси, — Я сказал желтеньких, а не цифровых! Ноди часто заморгал. Затем до него дошло, что цифровые счета легче отследить, чем бумажные передачи. — Ох, прошу прощения! Я просто… Впервые что-то так покупаю. Но, если подумать, бумажные деньги дают действительно невероятную свободу покупать. Вы так не думаете? — Вы покупать людей будите или нет? — устало спросил Немоси. Во взгляде лидера повстанцев промелькнуло некоторое разочарование. — Да, но тогда, прошу прощения, мне нужно найти обменник, — Ноди огляделся, — Вы не знаете, есть они тут? — Однозначно, — фыркнул Немоси. Такое развитие событий можно даже назвать невероятно удачным! Это была прекрасная возможность убрать Ноди с глаз зверька хотя бы на время, а после этого переместить в часть зала, скрытой от взора Лили. — Я вроде видел пару, идемте, — кивнул торговец информацией, направляясь к выходу, из которого пришел, а Ноди послушно поспешил прямо за ним, поманив мальчишку рукой. На самом деле ближайший обменник был прямо за стеной, однако тот факт, что советник зашел с другого выхода вначале, также играл роль и теперь. Немоси — не знал плана здания, и видел только то, что видел. В огибающих коридорах было порядком меньше людей, чем в зале, в основном здесь тусовались заядлые курильщики и маленькие группки людей, которым надо было посекретничать. Ни у кого из них никаких магических сенсоров с собой не было, как и у людей в зале. — Кстати, у меня есть на руках еще одна очень интересная информация, которая может вам очень и очень пригодится, — как бы невзначай сказал торговец. — Да? Слушаю. — У Вильдоре же, вроде, есть проблемы с боевыми кораблями, не так ли? — советник сосредоточил магическое поле на мыслях Ноди, обратившись полностью во внимание, сейчас был самый ответственный момент. — Да, военная гильдия Дактия, которая стала основой нашей боевой мощи, специализировалась на наземных боях, поэтому кораблей у них почти не было, зато было много боевых роботов, — совершенно ничего не боясь выложил Ноди, а советник заметил, как в коридор вышел еще один человек. Он шел следом за ними, однако делая вид, что ему тоже нужен банкомат. Советник знал, что это шпион, приставленный к Ноди в Вэйсл-Тауне. И он тоже был частью плана. — Вместе с информацией о секретах личностей, мне на руки попало еще несколько интересных вещей, — Немоси говорил очень тихо. Но советник знал, что этот шпион слышит даже тишайший шепот, — Например координаты места, где живет великий изобретатель ГеральдДельКон. Слышали о таком? — Впервые, — честно признался Ноди, останавливаясь перед банкоматом. — Пятьдесят тысяч, — назвал свою цену Немоси. Где-то в самом далеком уголке сознания, у Ноди промелькнула мысль, что его сейчас могут кинуть на огромную сумму. Но деньги давно больше не были для него проблемой. Куда больше его взволновал тот факт, что все это может быть ловушкой. Его могут попробовать заманить, а затем убить. Все это может быть гениальным планом жирцов из правительства, чтобы заткнуть идеи свободы. Однако с другой стороны, Вильдоре очень сильно сейчас нуждались в боевых кораблях. Оставалась лишь проблема — где их достать. Легально купить боевые корабли всегда было проблематично, а после того, как Вильдоре перестали быть легальными, а на родине их вообще объявили террористами — это стало почти невозможным. — Почему этот человек нам продаст оружие? У него не будет проблем с законом из-за этого? — нахмурился Ноди. — Он из Черной цивилизации, проблемы с каким еще законом? Это предложение звучало слишком привлекательно. Ладно, ну ловушка и ловушка. Не рисковать — значит проигрывать заранее. Тем более, сейчас у Ноди в жизни была белая полоса. — Хорошо, я заплачу, — сказал Ноди, совершенно не пытаясь говорить даже полушепотом, словно не замечая постороннего человека за их спиной. Зато человека заметил мальчишка-раб. И теперь, стоял прямо сбоку от него, опираясь на Нодину трость, и внимательно смотря прямо в глаза. Но шпион не был бы шпионом, если бы не был профессионалом. — Чего тебе надо? — спросил он у мальчишки. — Ты хочешь убить господина, — это был не вопрос, это было утверждение. — Чего? — сморщился шпион, нажимая кнопку вывода денег, — Иди играть в другое место. Еще нарвешься на какого-нибудь в плохом настроение. Мальчишка сразу же отпрянул, отступая к Ноди, словно ища защиты. — Я так понимаю шестьдесят? — спросил Ноди, протягивая дрожащими от боли руками желтые купюры прямо торговцу. На мгновение на лице того вспыхнуло удивление, а затем радость. Но эти эмоции очень быстро оказались спрятаны за маской деловитости. — Приятно иметь с вами дело! — под платком торговец улыбался, — Координаты скину вам прямо сейчас, а на людей уже смогу указать только в зале. Широким жестом советник достал телефон, заходя в свою «взломанную» базу данных, и выискивая нужную информацию. В этот момент мимо них прошел шпион. Немоси с запозданием отдернул руку, закрывая голограмму экрана и с напряженностью смотря на лишнего. Однако шпион и бровью не повел, словно он уже и не знал всех координат. Профессионал, советнику до такого уровня нужно было еще учиться и учиться. После того, как координаты были высланы, они вернулись в зал. Танцоры взяли перерыв, и теперь сидели на подножьях сцены, все еще держа на лицах эти страшные улыбки и распивая красное вино — единственное, что живые люди могли употреблять во время Цветной церемонии. — А теперь информация, — кивнул Ноди, останавливаясь лишь чуть-чуть отойдя от входа. В ответ Немоси достал телефон. Снова просканировал зал и проанализировал список. — Видите того товарища с посохом с чучелом змеи? — торговец кивнул в сторону, одного из столов, где невероятно богато одетый мужчина спорил с кем-то, — Не буду с уверенностью заявлять, что он вам подойдет, но тоже фанатик свободы. А главное — просто очень богат. «Фанатика» звали Александром Ночным, и он входил в ТОП десять тысяч богатейших людей империи. Он мог бы стать отличным спонсором. Но так же и отличной кнопкой самоуничтожения, если Вильдоре выйдут из-под контроля. Александр получил деньги в наследство, семейный бизнес уже давно вышел на уверенное плато, и потому парню было просто нечего делать. Судя по всему, ему нужно было призвание, предназначение. И внимание его почему-то упало именно на темы свободы. Правда, гораздо более анархичные, чем у Вильдоре. — И почему вы считаете, что он может не подойти? — Почему я должен быть вообще уверен в том, чего знать не могу?! — возмутился торговец, — Я похож на гадалку? Ноди с некоторым удивлением посмотрел на торговца. А затем, сам для себя решил абсолютно все на счет Немоси. Зверек на них не смотрел. — Нет, но вы похожи на того, кто мог бы стать отличной частью Вильдоре! Ведь вы сами на себе не раз испытывали то, против чего мы боремся! — Вы тоже не похожи на гадалку! — возмутился торговец информацией, — Не надо говорить то, в чем не уверены. — Я в этом более чем уверен. Ведь все люди сталкиваются с неприятием их особенностей. Просто кто-то в большей степени, а кто-то в меньшей. И вы, судя по всему, в очень даже ощутимой. — В любом случае, я не хочу рисковать жизнью и вступать в ряды революционеров, — сморщился Немоси, желая побыстрее закончить этот бесполезный диалог. — Я принимаю такой ответ, — кивнул Ноди. — Тогда идем дальше, — устало пробормотал торговец. Старшему советнику даже не пришлось особо стараться над ролью — Ноди сам ему ее дописал, включая травмирующие истории из детства, юности, переживания, и то, чем он занимается в субботнии вечера, сидя на диване. Оставалось лишь подкорректировать эту «легенду», позволяя Ноди «немного ошибиться». А затем наслаждаться тем, как глупая букашка попадается в сеть! Ловко-ловко! — Вторым предложу того старика, того, у которого платка нет, на трости символ его дома… Бородка маленькая. — Лысый? — Нет, лысый это… Тоже можно, но он ничего из себя не представляет. У которого… плащ такой… королевский. — А… Кто это? — Лорд Сиф Яцын, наследник дома Яцынов, приближенный… — Никогда не слышал, — покачал головой Ноди. Торговец фыркнул. Танцоры встали со своих мест, поставили бокалы и закружились в очередном танце. — Да вы ни о чем не слышали, — проворчал торговец, — Это друг Наула. — Друг Наула? — удивленно спросил Ноди, — Но ведь Наул… Вы же говорите о бывшем заместителе императора, да? — Ага. — Наул же совсем не поддерживает идеи свободы. Скорее наоборот, он очень консервативен во взглядах. Он, конечно, сам пленник всех глупых правил, но боюсь в эту тюрьму он посадил себя сам. — А его друг — наоборот, не любит многие правила и законы, — устало ответил Немоси, — У меня тут целые ссылки на его речи. Права геев, права на татуировки, реформа законов о браке… Много всего, как раз в вашем стиле. С Сифом Яцыном старший был знаком лично, пускай и очень поверхностно. Правда зная характер «друзей» Наула, можно было уверенно сказать, что никто из них с террористами не свяжется. Однако, почему все названные люди должны согласится вступить в Вильдоре? Отказы сделают его роль лишь более вызывающей доверие. — Вон та женщина в вечернем платье с полупрозрачным платком. Одна из работников ККИ. С этой женщиной советник немного рисковал. ККИ — Комитет Культуры и Информации всегда помогал Делийскому совету в контроле мнения масс населения. В империи не было цензуры, в большинстве ее регионов, по крайней мере. К асбсалютно любой информацие можно было получить доступ. Однако империя контролировала основную поисковую систему, выдавая в верхних строчках удобные им темы, а неудобные пряча в самой глубине, да так, что без ссылок найти их было почти невозможно. А контролем того, какие темы удобны, а какие нет — занималось ККИ. Если эта женщина решила бы примкнуть к Вильдоре — не мал был бы шанс, раздувания конфликта в социальном плане. К счастью, женщина из ККИ имела свои представления о «свободе», и скорее всего отказалась бы присоеденятся к Вильдоре. Но, даже если бы согласилась — устранить ее с должности было бы проще, чем нарезать тоши. — Вон тот человек в зеленых платьях, трость с кристаллом. Это член зеленой семьи Сабийского куба. Разговор с Ноди занял какое-то время. Советник назвал ему, в общей сумме восемь человек, понимая, что лишь с пятерыми из них — у Ноди есть хоть какие-то шансы. Они уже собирались расходится, как вдруг произошло событие, которое было помечено в плане как «опасное, но очень возможное». Один из Вэйсли-охранников громко закричал и бросился к какому-то деревенскому мужику. Магия подсказала, что мужик пытался утащить поднос. Разумеется это привлекло внимание Лили. Однако мужик, вместо того, чтобы послушаться стража порядка, локтем сгреб все со стола в мешок, треснул своим гигантским кулаком бедного охранника, и понесся к выходу. Дурак. Странно, что трезвый и не на веществах. Мужик успел пробежать всего три метра, прежде чем в него прилетел металлический предмет. В тот же момент предмет сковал руки и ноги, превращаясь в клетку украшенную шипастыми лианами. А сверху, с балкона, спрыгнул злющий Лили. — ГАВНЮК! ЕБАНАТ! УРОД! — орал Лили, пока остальные Вэйсли предусмотрительно отбегали в сторону, — МРАЗЬ! СКОТИНА! ХУЙЛО! Лили со всей силы треснул кулаком по клетке. По всему залу раздался чуть ли не оглушающий звон. Затем Лили набрал полную грудь воздуха и медленно выдохнул, пытаясь успокоиться. — Мы дошли до полуфинала, — наконец продолжил он, — У нас все так хорошо шло. И тут вылез ты! Дебилоид, даун! Ты не просто решил украсть. Ты решил это сделать на моих глазах! Ты ударил моего человека! Что я должен? Что я должен сделать? А?! Мужик в клетке дрожал. Видимо, на такой исход он совсем не рассчитывал. — Майк, вызови полицию, — устало крикнул Лили кому-то из друзей, — Запечем этого придурка за воровство и нападение на людей. А в качестве мести еще и за проникновение на частную территорию высокопоставленного лица. Ноди скривился от этих слов. А старший советник стоял сутулясь полубоком. Сейчас на Лили нельзя было не смотреть. А значит знак на платке, глаза, немного волос спереди — все то, по чему его мог опознать знакомый — было на виду. Лили обвел раздраженным взглядом зал, как бы пугая каждого, у кого хотя бы даже могла проскользнуть мысль провернуть подобное. Именно поэтому, на лицах таких безликих товарищей как Немоси и деревенских мужиках — он останавливался на гораздо более долгий срок. Лежащий рядом стражник, шипя от боли, поднялся с пола. Лили тяжело вздохнул. А затем поднял руку вверх и щелкнул пальцами. Тот час же по всему залу пронеслась незаметная для взгляда, но просто пропитанная магией, волна. И травмы стражника исчезли. — Спасибо, Лили, — кивнул он. — Спасибо и тебе за службу, — разбито пробормотал Лили, а затем оглядел весь зал еще раз, — А вы веселитесь дальше, — крикнул он остальным присутствующим, а затем прыжком вернулся на свой балкон, находившийся в десяти метрах над землей. Клетка спала, превратилась в трость и вернулась к владельцу, а перепуганного и обкакавшегося мужика под руки схватило несколько крепких охранников, потащив к выходу. — Н-да, — пробормотал Ноди, а к нему подскочил мальчишка раб. — Старший воин не пытался вас убить, — парнишка видимо, продолжал пытаться играть роль телохранителя. А еще он явно все еще ярко помнил о встрече со старшим советником. Однако, учитывая все факторы — вряд ли мальчишка даже лицо запомнил, что уж говорить про фигуру или голос. — Он не воин — он советник, он советы дает, а не дерется, — вздохнул Ноди. Ноди лицо знал. Но Немоси он, скорее всего, уже давно считал полноценной личностью. Зверек смотрел прямо на них. — Правда выбраться нам это совсем не поможет, — вздохнул Ноди, видимо вспоминая о своем положении, — Что же делать-то?.. — А что у вас случилось? — без особого интереса спросил Немоси. — Злой старший планктон хочет убить господина Ноди! — с серьезным видом заявил мальчишка. А затем еле-еле удержался, чтобы не расхохотаться. Видимо он впервые спустя долгие годы наконец дорвался до свободы и детских забав, и теперь просто наслаждался этим. — Нет, не хочет, Питер, — грустно покачал головой Ноди, — Но он знает, что я в городе, и скорее всего его окружил. А как вы понимаете, попадаться империи я не хочу. Старший советник в своем воображение удивленно поднял брови. Неужели Ноди так искренне верил в то, что его до сих пор не схватили только потому, что он очень осторожен? Однако Немоси о таком вряд ли бы подумал. Зато он бы однозначно ни за что бы не упустил способ заработать. — Из города есть секретный выход. Я знаю где он. Могу продать и эту информацию. — Правда? — удивился Ноди, чуть ли не подпрыгивая. Однако его уставгие мышцы таких резких действий не оценили, отозвавшись болью. Ноди сморщился. — Пятьдесят. — Тысяч? — спросил Ноди. — Просто долларов. Эту информацию очень легко достать. Если бы Ноди знал как искать, возможно смог бы купить и в десять раз дешевле. А если бы ему еще и повезло — то ему бы дали ее бесплатно, а потом накормили бы бутербродами с икрой и ломтиками тамына фаршированного виноградом и сметаной. — У меня с собой нет, — спохватился горе-революционер, — Но если вы подождете, то я сейчас принесу. Ноди прихрамывая убежал снимать деньги. Торговец информацией тяжело вздохнул. А затем направился к столам, возвращаясь к поеданию пирожных. Видимо советник сильно устал, так как первое же пирожное уже по его собственной вине испачкало платок. Да сгниет Элронд в болоте живьем, за то, что сказал что вэйсли будут прикрывать лица платками а не масками! Ноди вернулся в зал. И было видно по его лицу, что вся эта беготня и кидание тяжеленными стульями — не прошла для него даром. Но надежда встретить полезных для Вильдоре людей — побеждала любую боль. — И как отсюда выбраться? — сказал он протягивая деньги. — Видите тех мужиков, — вытирая об худи руки, кивнул Немоси в сторону пары деревенских, что что-то очень отчаянно обсуждали, поставив свои полуполные мешки на пол, — Они не вэйсли, они из деревни. У них есть свой лаз. Начинается он в самом нижнем туалете, на первом ярусе золотого небоскреба, он там всего один, не промахнетесь. Там есть очень широкая вентиляционная решетка, ее можно поднять, и спокойно на четвереньках пролезть. Вскоре вы увидите порубленную там дыру, пролезте туда, окажетесь в канализации, дальше будет всего одна дорога. Когда упретесь в тупик, просто поднимитесь на верх. Разговор закончился. Ноди решил одну из своих проблем и ушел разговаривать с названными людьми. Мальчишка-раб поспешил за ним. Немоси довольно потер карман с деньгами, поворачиваясь к столу с едой. Старший советник мысленно сморщился смотря на эти деньги. Лили с друзьями активно выпивал. Видимо они проиграли в своих игрушках, и теперь вместе грустили. А танцы и танцы продолжались. Бутоны прощания с мертвыми распускались под веселую, задорную, но уже довольно приевшуюся музыку. Живые люди спокойно продолжали поедать еду для мертвецов. А на лицах танцоров продолжали красоваться натянутые страшные улыбки, за которыми, они, судя по всему, прятали отвращение от вопиющего неуважения их культуры. За вечер Немоси продал еще какую-то информацию двум другим людям. А так же набил желудок так, что он у него теперь болел. У Ноди получилось договориться с тремя новыми друзьями. Никого рискованного среди них, разумеется, не оказалось. Спустя несколько часов советник покинул зал. Самый ответственный момент действительно не терпящий ошибок — был пройден. Теперь наступало время более сложной физически, более длительной и потому не менее интересной части. Это вызывало некоторое предвкушение. Переодевшись и кинув в стиралку испачканные шоколадом худи и платок, а так же погасив тлеющие магические листы, советник спустился на парковку, завел мотоцикл и поехал домой. У Ноди уйдет какое-то время на то, чтобы выбраться из города, а затем хорошенько обсудить со своими наводку на изобретателя. По крайней мере пара часов у старшего советника точно была. И он хотел за них вернуться домой и поспать в нормальной кровати. Ему нужен был отдых, и сейчас это было уже очевидно. А еще дома, вроде, должна была быть супруга. Стоило бы с ней перекинуться хотя бы парой слов, а то они давно не виделись. То он бегал то со своими политическими проблемами, то с героями, то у нее, члена ордена светлых рыцарей, были какие-то свои миссии. Конечно бы хотелось выделить как-нибудь более полноценный вечер, но тут как повезет. Однако сон и супруга могли немного подождать. У старшего было еще одно незаконченное дело. Саллирия, на которой находился Вэйсл-Таун, была планетой союзного города. Поэтому, домой советник направлялся через порталы. Один из которых находился в Сарре — ярком бум-городе, полным цветастых вывесок и неоновой рекламы. Однако советник не поехал сразу к нему, а свернул с артериальной магистрали и остановился около древнего костела, где несколько нищих-полуночников просили денег. Его магическое поле сразу заметило одного особенного. Что искренне и честно молился. Молился о прощенье каких-то своих грехов. Советник направился прямо к нему, и положил стопку денег, что он насобирал, прямо в шапку бедняка. Завидев верхнюю купюру в тысячу долларов, нищий замер. Затем пробормотал быстрое «Аминь», и бросился за советником, прихватив шапку со сбережениями. Старший уже надевал шлем. — Вы ангел? — спросил нищий. Советник обернулся. — Боюсь, что это последнее, кем я являюсь. — Тогда, простятся вам ваши грехи. Советник печально усмехнулся. От внимания нищего это не ускользнуло. — Для Господа Бога нет ничего невозможного. Я буду молиться за вас. Чтобы вам было дано время что бы все исправить, что бы вы не натворили. Советник завел мотор. Он считал, что все же есть невозможные вещи, какие бы сверхсилы за них не брались бы. И одна из таких — сделать из него хотя бы подобие хорошего человека. Некоторые люди просто рождены, чтобы быть плохими.