Глава 6

Грохот взрыва расколол утреннюю тишину, заставив меня подскочить на кровати. Сердце бешено заколотилось, в ушах звенело. Еще несколько взрывов, один за другим, прокатились по округе, заставляя стены дома вибрировать. Я вскочил, сбрасывая с себя одеяло. Сонная дрема мгновенно улетучилась, заменяясь ледяным страхом. Что происходит? Инстинктивно я метнулся к окну, распахнул ставни. Утренний туман, обычно плотной пеленой окутывающий Киригакуре, сегодня полностью отсутствовал, пропуская лучи восходящего солнца. На фоне розовеющих облаков в нескольких местах поднимались столбы черного дыма, а в воздухе висел едкий запах гари. Мысль пронзила меня как удар тока. Вторжение? Не было времени размышлять. Я почувствовал, как адреналин начинает бежать по венам, заставляя действовать. Я быстро оделся, схватил свой тренировочный меч — боккен, который всегда лежал под кроватью, и выбежал из комнаты. — Кисаме! — голос мамы прозвучал резко, требовательно. Она уже стояла в коридоре, полностью одетая в форму куноичи. Ее лицо было бледным, но глаза горели холодным спокойствием и решимостью. В ее руках была катана, которую я видел лишь несколько раз, когда она отрабатывала ката во дворе. — В деревне чрезвычайная ситуация, — сказала она быстро, ее голос звучал четко и отрывисто. — Оставайся в доме, ни в коем случае не выходи. Мизуки уже отправилась к главным воротам. Она хотела еще что-то сказать, но в этот момент дом содрогнулся от нового, более мощного взрыва. — Иди в подвал, — скомандовала она, толкая меня в сторону лестницы. — Там ты будешь в безопасности. Она повернулась, чтобы уйти, но я схватил ее за руку. — Мама, подожди! — крикнул я, мой голос дрожал от страха. — Что происходит? Это как-то связано с отцом? Она посмотрела на меня, ее глаза были полны боли и тревоги. — Сейчас не время для объяснений, — сказала она резко. — Просто сделай, как я сказала. Иди в подвал и не выходи оттуда, пока я не вернусь. И помни о свитке, который дал тебе отец. Если что-то случится… Она не закончила фразу, высвободила руку из моей хватки и поспешила к выходу. — Но… — начал было я, но она уже исчезла за дверью, оставив меня одного в пустом доме, наполненном звуками далеких взрывов и криков. Я остался стоять в коридоре, быстро анализируя ситуацию. Несмотря на страх, сжимающий горло, я заставил себя мыслить рационально. Взрывы продолжались, становились все громче, все ближе. В воздухе появился запах дыма и чего-то еще, едкого и неприятного. Возможно, это химическое оружие? Или же что-то иное? Я быстро схватил первое, что попалось под руку — старую хлопковую тряпку, валявшуюся в корзине для белья. Сложив её в несколько слоёв, я плотно обмотал её вокруг носа и рта, стараясь, чтобы не оставалось щелей. Неизвестно, насколько это поможет, но всё же лучше, чем ничего. Я понимал, что должен слушаться матери и спрятаться в подвале. Это было бы самым разумным решением. Но что-то внутри меня противилось этой идее. Я вспомнил о свитке, который дал мне отец, о тренировках с Мизуки, о словах мамы о том, что мы должны быть готовы ко всему. Сжав кулаки, я принял решение. Я не мог просто спрятаться, когда моя семья и деревня в опасности. Но и безрассудно бросаться в бой тоже не стоило. Вместо того чтобы спуститься в подвал, я тихо пробрался к задней двери, ведущей во двор. Мне нужно было оценить ситуацию, понять с чем мы столкнулись. Выскользнув из дома, я оказался в саду. Даже здесь чувствовалось эхо происходящего хаоса. Воздух вибрировал от далеких взрывов, а через дым порой проскальзывали отблески огня. Я замер, прислушиваясь, пытаясь определить направление основной угрозы. Внезапно я услышал приближающиеся шаги. Инстинктивно я прижался к стене дома, скрывшись в тени разросшегося куста глицинии. Использовав технику сокрытия, которой научила меня Мизуки, я почти слился с окружением. Рядом появились две фигуры — генины из старшей группы, которые участвовали во вчерашнем испытании. Они выглядели напуганными и запыхавшимися. — Скорее! — прошипел темноволосый, тянув своего товарища за рукав. — Нам нужно добраться до убежища! — Подожди, Рен, — запыхавшись, проговорил светловолосый. — Я больше не могу… Нужно передохнуть… — Не сейчас! — отрезал Рен. — Они уже близко! Он снова потянул товарища вперед, и они скрылись вдали. Я вышел из своего укрытия, чувствуя, как голова идет кругом от происходящего. Что значит «они близко»? Кто эти «они»? Взрывы продолжались, но теперь они звучали приглушенно, словно бой сместился к центру деревни. Я оглянулся по сторонам, пытаясь сориентироваться. Нужно сосредоточиться на том, что я могу сделать. А могу я сейчас… ничего. Мизуки сейчас у ворот. Я представил себе эту картину — главные ворота Киригакуре, которые обычно охраняют несколько шиноби, сейчас наверняка превратились в настоящую мясорубку. Шансов выжить там у нее не больше, чем у меня. — Нет, — мысленно встряхнул я себя. — Мизуки — чунин, она опытная куноичи, она справится. Но что делать мне? Бежать к воротам — бессмысленно. Прятаться в подвале? А так ли это на самом деле безопасно? — Нужно действовать хитро, — сказал я себе, стараясь успокоить дрожь в руках. — Использовать свою смекалку… Но какую смекалку? У меня нет никаких особых навыков, я всего лишь шестилетний мальчишка, который едва начал осваивать азы ниндзюцу. Я оглянулся по сторонам. Остатки дыма начали постепенно рассеиваться, открывая вид на окрестности. Вдали виднелись крыши домов, охваченные огнем, а в воздухе носились темные фигуры — шиноби? — Информация — сила, — вспомнил я слова отца. — Нужно понять, что происходит. Нужно найти безопасное место, откуда можно будет наблюдать за ситуацией. И в этот момент я заметил его. Высокое дерево на краю сада, его крона возвышалась над остальными деревьями, обещая хороший обзор. Вот он. Мой наблюдательный пункт. Сжимая в руке боккен, я бросился к дереву, надеясь, что мой план — если это вообще можно назвать планом — хотя бы немного приблизит меня к пониманию того, что происходит в деревне. Я добрался до дерева и, цепляясь за неровности коры, ловко, как обезьяна, вскарабкался на толстую нижнюю ветку. Здесь, под прикрытием густой листвы, я мог чувствовать себя в относительной безопасности. Сердце все еще колотилось, но страх постепенно отступал, уступая место холодному расчету. Нужно было оценить ситуацию. С высоты открывался хороший вид на окрестности. Картина разрушения становилась все отчетливее. В нескольких кварталах от нашего дома полыхал огромный пожар, окрашивая небо в багровые тона. Ближе к центру деревни виднелись другие очаги возгорания, а над крышами домов клубился густой дым. В воздухе носились темные фигуры, с трудом различимые в утреннем свете. Шиноби. Но чьи? Я прищурился, стараясь разглядеть их протекторы. На некоторых мелькали знакомые символы Скрытого Тумана, но были и другие — незнакомые, с изображением стилизованных облаков, словно пойманных в вихрь. Кумогакуре. Значит, мои предположения подтвердились. На нас напали шиноби из Деревни Скрытой в Облаках. Мысли лихорадочно заметались. Как им удалось незаметно проникнуть в Киригакуре? Наша деревня считалась неприступной благодаря своему расположению и естественной защите — густому туману. Значит ли это, что у них есть союзники внутри деревни? В этот момент мой взгляд привлекло движение на улице, ведущей к главным воротам. Группа шиноби Кумогакуре, около десятка человек, продвигалась в направлении центра деревни. Они двигались быстро и бесшумно, словно призраки, их тела были напряжены, готовые к бою. Я затаил дыхание, боясь пошевелиться. Эти шиноби были опытными бойцами, их уровень сил был намного выше, чем у тех генинов, с которыми я встречался на тренировках. Если они меня заметят… Внезапно земля под ногами содрогнулась от мощного взрыва. Я инстинктивно вжался в ствол дерева, пытаясь удержать равновесие. Взгляд метнулся к источнику взрыва — это был один из домов на соседней улице. Он вспыхнул ярким пламенем, словно гигантский факел, озаряя окрестности зловещим красным светом. С крыши дома в воздух взметнулась фигура. Шиноби Киригакуре, одетая в стандартную форму с белым протектором на лбу. Она была ранена, ее одежда была порвана и окровавлена, но она продолжала сражаться. Она создала водяной вихрь, который ударил по группе шиноби Кумогакуре, отбросив их назад. Но их было слишком много. Они окружили ее, атакуя со всех сторон. Я наблюдал за этой схваткой с тяжелым сердцем. Я видел, как та куноичи сражается отчаянно, используя все свои навыки, но ее силы быстро иссякали. Долго она не продержится. Ее убьют. Я хотел помочь ей, хотел хоть что-то сделать, но понимал, что мои попытки будут бессмысленными. Я был слишком слаб, слишком неопытен. Я лишь бы помешал ей, стал бы для нее обузой. Внезапно земля содрогнулась с такой силой, что я едва удержался на ветке, вцепившись в кору до белых костяшек. Новый взрыв прогремел где-то совсем рядом, и я почувствовал волну жара, обжегшую лицо. Мой взгляд метнулся на север деревни, и я замер, не в силах поверить своим глазам. Над крышами домов поднимался огромный столб пурпурной чакры, затмевая собой утреннее небо. Даже на расстоянии я чувствовал невероятную мощь, исходящую от него, — мощь, которая вызывала трепет и ужас одновременно. — Биджу, — потрясенно произнес я. — Это должен быть Шестихвостый. Но как? Я не мог оторвать взгляда от ужасающего зрелища. Шестихвостый, чудовищный демон, о котором рассказывали лишь в страшных легендах, стал реальностью. Его пурпурная чакра пульсировала, словно живая, растекаясь по небу зловещими волнами. Здания вокруг него рушились, словно карточные домики, а люди бросались врассыпную. Это выходит за рамки простого нападения. Что-то гораздо серьезнее происходит в деревне. Я вспомнил о маме, о Мизуки, о других жителях деревни. Шестихвостый появился на окраине, далеко от нашего дома. Значит, у них есть шанс. Шанс выжить. Мысль о том, чтобы действовать самому, исчезла. Я понимал, что в такой ситуации буду лишь помехой. Мой долг сейчас — выжить и не подвергать себя неоправданному риску. Нужно вернуться домой. Спрятаться в подвале, как сказала мама. И ждать. Я должен был спуститься с дерева и вернуться в дом. Там, в подвале, я буду в безопасности. Но как только я собрался слезть с ветки, мой взгляд упал на нечто, заставившее меня замереть. У задней двери нашего дома, скрючившись на земле, лежала Мизуки. Нэ-сан! Я мгновенно забыл о своем страхе, о Шестихвостом, обо всем на свете. Только Мизуки, моя сестра, была сейчас важна. Не раздумывая ни секунды, я спрыгнул с дерева, приземлившись на мягкую траву. Подбежав к сестре, я опустился рядом с ней на колени. — Мизуки! — позвал я ее, стараясь говорить тихо, чтобы не привлечь внимание возможных врагов. — Что случилось? Она слабо пошевелилась, приоткрыв глаза. Ее лицо было бледным, губы искусаны в кровь. Одежда порвана и испачкана грязь и кровью. Она была серьезно ранена. — Кисаме… — прошептала она, ее голос был хриплым, еле слышным. — Ты… ты не должен быть здесь… Опасно… — Тише, нэ-сан, — сказал я, пытаясь успокоить ее. — Все будет хорошо. Я осмотрел ее раны. На руке была глубокая порез, из которой сочилась кровь, а на ноге — огромный синяк. — Тебе нужна помощь, — сказал я, в голосе звучала тревога. — Нужно остановить кровь… Я засуетился, не зная, что делать. В голове мелькали обрывки знаний, полученных на тренировках по первой помощи, но я не мог вспомнить ничего конкретного. Бинты! Мне нужны бинты! Я вскочил и бросился в дом, надеясь, что найду там аптечку. В доме царил полумрак и тишина, резко контрастирующая с хаосом снаружи. Я быстро, где мама обычно хранила аптечку. Сердце билось часто, но я старался сохранять спокойствие. Аптечка была на своем месте. Я открыл ее и методично начал искать нужное: бинты, антисептик, обезболивающее. Вспомнил уроки первой помощи, которые давала мама. Собрав все необходимое, я поспешил обратно во двор. Мизуки лежала там, где я ее оставил. Она закрыла глаза и тяжело дышала, ее лицо было еще бледнее, чем раньше. Она теряет сознание. Нужно торопиться. Опустившись рядом с ней, я аккуратно приподнял ее раненую руку. Кровь все еще сочилась из раны. Я глубоко вдохнул, вспоминая все, чему меня учили. Давление на рану, остановить кровотечение. Я прижал стерильную салфетку к ране, стараясь действовать уверенно, но осторожно. Мизуки слабо вздрогнула, но глаза не открыла. — Держись, нэ-сан. Я начал бинтовать ее руку. Когда с рукой было покончено, я перешел к ноге. Огромный синяк выглядел ужасающе, но, к счастью, кости остались целы. Я обернул бинт вокруг ее лодыжки, фиксируя стопу, чтобы она не двигала ногой. Работая, я не мог не думать о том, кто мог так серьезно ранить Мидзуки. Она была сильной куноичи, чунином Киригакуре. Это должен был быть опасный противник. В этот момент я услышал слабый стон. Мизуки приоткрыла глаза, ее взгляд был затуманен болью. — Кисаме… — прошептала она, ее голос звучал чуть сильнее, чем раньше. — Что ты… — Тише, нэ-сан, — прервал я ее, кладя палец на ее губы. — Не трать силы. Нам нужно двигаться. — Но… вторжение… — пыталась она продолжить, но я снова остановил ее. — Я знаю. Я все видел. Я помог ей приподняться и опереться на меня. — Нам нужно уходить отсюда. В подвал, как сказала мама. Опираясь на меня, Мизуки медленно поднялась на ноги. Ее лицо исказила гримаса боли, но она стиснула зубы и старалась не издавать ни звука. Она настоящая куноичи. Даже будучи раненой, она не теряет самообладания. — Кисаме… — прошептала она, когда мы медленно двигались к дому. — Что ты здесь делаешь? Почему… почему ты не в подвале? Это опасно… — Я видел, как ты упала, — ответил я, стараясь, чтобы мой голос звучал уверенно. — Я не мог оставить тебя. Она слабо улыбнулась. — Ты рисковал собой… — Мы клан Хошигаки, — сказал я, вспомнив слова отца. — Мы заботимся друг о друге. Мизуки кивнула. В ее глазах мелькнуло что-то похожее на гордость. В этот момент воздух разорвал оглушительный грохот. Я инстинктивно прижал Мизуки к себе. Прямо перед нами, на тропинке, ведущей к дому, взорвалась земля, выбрасывая в воздух фонтан камней и щепок. В воздухе запахло гарью и озоном. Мы оба ошарашенно замерли, пытаясь понять, что произошло. — Взрывная печать, — прошептала Мизуки, ее глаза расширились. — Они близко. Я посмотрел в ту сторону, откуда прилетела печать. Из-за поворота на нас двигались три фигуры. Шиноби Кумогакуре. Один из них, высокий и мускулистый, с длинными черными волосами, собранными в хвост, ухмыльнулся, увидев нас. — Вот и подкрепление подоспело, — сказал он с издевкой. — А я-то думал, что все крысы уже разбежались. Двое других — низенький толстяк с желтыми волосами и худощавая девушка с рыжими волосами, заплетенными в косы, — оскалились. Чёрт! Противостоять этим шиноби мы не могли. Мизуки была ранена, а я… я был всего лишь учеником с минимальным опытом. И теперь, когда они заметили нас, мы не могли вернуться в дом или подвал. — Нэ-сан, — прошептал я, — мы должны отступить. У нас нет шансов в прямом столкновении. Мизуки слабо кивнула, понимая ситуацию. — Техника водяного тумана, — прошептала она. — Я создам завесу. Ты должен вести нас. Я кивнул, готовясь действовать. Мизуки, собрав последние силы, сложила печати. Но вместо привычной пелены густого тумана, нас окутала едва заметная дымка. — Какого черта… — растерялась на мгновение Мизуки, заметив, что ее техника сработала не так, как должна была. — Плевать, вперед! Мы бросились бежать в противоположную сторону, не разбирая дороги. Я поддерживал Мизуки, помогая ей двигаться. Адреналин бежал по венам, заглушая страх. Позади слышался топот преследователей и их злобные крики. — Не уйдете! — раздался голос высокого шиноби. — Вы уже наши! — Кисаме… я… я не могу больше, — прохрипела Мизуки, спотыкаясь. — Оставь меня… Спасайся сам… — Нет! — крикнул я, не останавливаясь. — Я тебя не брошу. Впереди показалось небольшое деревянное строение — склад садовых инструментов. Я резко свернул к нему, надеясь найти там хоть какое-то укрытие. — Сюда, нэ-сан! — крикнул я, бросаясь к двери. Дверь оказалась не заперта. Мы втиснулись внутрь, я закрыл дверь и привалился к ней спиной, стараясь восстановить дыхание. Мы были в безопасности. По крайней мере, на некоторое время. — Что… что нам теперь делать? — спросила Мизуки, ее голос дрожал от боли и изнеможения. — Я… я не знаю, — признался я, оглядываясь по сторонам. — Но мы не можем оставаться здесь. Они нас найдут. — Нам нужно… нам нужно добраться до общего убежища, — сказала она, ее взгляд стал решительнее. — Там мы будем в безопасности. — Общее убежище? — переспросил я. — Где оно? — Под зданием Академии. — Это же…не меньше пяти кварталов, — сказал я, с ужасом представляя себе весь этот путь. — Мы не сможем… — Мы должны попробовать, — перебила она меня. — У нас нет выбора. Она попыталась встать, но тут же вскрикнула от боли. — Моя нога… — прошептала она, хватаясь за лодыжку. — Я… я не могу на нее наступить. Я посмотрел на ее раненую ногу и понял, что она права. С такой травмой она не сможет пройти и нескольких шагов. Что же делать? Но времени на размышления не было. В дверь склада заколотили сильные удары. — Откройте! — раздался голос высокого шиноби. — Мы знаем, что вы там! Они нас нашли. Маленький сарай не предлагал никаких вариантов для обороны, да и что мы могли противопоставить опытным шиноби Кумогакуре? Мизуки, несмотря на боль, пыталась подняться, стиснув зубы. — Кисаме, — прошептала она, ее голос превратился в хрип. — Беги. Через заднее окно… Она указала на маленькое окошко под самым потолком, затянутое пыльной паутиной. Я отрицательно покачал головой. — Нет, нэ-сан. Клан Хошигаки своих не бросает. В этот момент дверь склада не выдержала и с треском разлетелась на щепки. В проеме показался высокий шиноби с садистской ухмылкой на лице. — Ну что, акулята, поиграем? Он шагнул внутрь, за ним последовали толстяк и девушка. Их глаза горели суровым азартом, пальцы нервно подергивались, готовые сложить печати. Я крепче сжал в руках боккен, вспоминая все уроки кендзюцу. Пусть у меня не было шансов против опытных шиноби, но я не собирался сдаваться без боя. Высокий шиноби ухмыльнулся, обнажив ряд белоснежных зубов, и занёс руку для удара. В тот же миг что-то блеснуло в проёме разрушенной двери, и рука шиноби, отсечённая по самое плечо, отлетела в сторону, оставляя после себя в воздухе кровавый след. Толстяк и девушка мгновенно заняли боевые стойки, их глаза сузились, оценивая новую угрозу. Из проёма двери в сарай шагнул Кусанаги Рейджи, один из Семи мечников Тумана. Его лицо было напряжено, а в глазах горел холодный огонь. В руках он держал свой легендарный меч, испускающий зловещее сияние. — Семь Мечников Тумана, — холодно произнёс Рейджи. — Кусанаги Рейджи. Толстяк и девушка переглянулись, но в их глазах читалась не паника, а решимость. — Кусанаги Рейджи, — прошипел толстяк. — Какая честь. Покажем ему, на что способны шиноби Кумогакуре! Они атаковали одновременно. Девушка создала вокруг себя вихрь молний, а толстяк выпустил поток водяных снарядов. Рейджи отразил водяные снаряды своим мечом, но молния зацепила его плечо, оставив глубокий ожог. Высокий шиноби, несмотря на потерю руки, присоединился к битве. Он создал вокруг себя плотную водяную оболочку, которая, казалось, поглощала удары. Рейджи крутанулся, его меч прорезал воздух, пытаясь пробить водяную защиту. Но шиноби Кумо уже переместились, окружая его. — Неплохо для тех, кто любит охотится на детей, — процедил Рейджи сквозь зубы. Он сложил одну руку в печать, и его меч засветился ярче. Рейджи сделал выпад, и волна энергии прошла сквозь сарай, разрезая стены и крышу. Толстяк успел уклониться, но девушка получила глубокую рану на боку. Однако вместо того, чтобы упасть, она превратила свое тело в живую молнию, устремившись к Рейджи. Мечник едва успел выставить свой клинок, принимая на него удар. Электричество пробежало по его телу, заставив его застонать от боли. Высокий шиноби воспользовался моментом и атаковал сзади, создавая мощный водяной хлыст, нацеленный на шею Рейджи. Но мечник был быстрее. Он развернулся, и его меч рассек водяную атаку, отбрасывая шиноби назад. — Убегайте! — крикнул Рейджи, не отводя взгляда от противников. — Я задержу их! Я опомнился и, поддерживая Мизуки, помог ей подняться. Мы медленно, но уверенно двинулись к выходу, пока Рейджи продолжал сражаться с шиноби Кумогакуре. Последнее, что я увидел, выбираясь из сарая, — это как Рейджи, окруженный вспышками молний и водяными струями, продолжал отбиваться, его меч сверкал в воздухе, рассекая атаки противников. Бой был далек от завершения, и исход его был неясен. Выбежав из сарая, мы оказались на улице, охваченной хаосом. Звуки сражения за нашей спиной постепенно стихали, но опасность была еще далеко не позади. — Нэ-сан, — прошептал я, поддерживая Мизуки, — куда нам теперь? Мизуки, стиснув зубы от боли, оглянулась вокруг. — Нам нужно добраться до убежища. Академия должна быть где-то в этом направлении. Я кивнул, чувствуя, как адреналин и решимость пульсируют в моих венах. Несмотря на страх и неуверенность, я знал, что должен быть сильным. — Держись, нэ-сан, — сказал я, помогая ей двигаться вперед. — Мы справимся. Повсюду бушевали пожары, дома рушились, люди бежали в панике. В воздухе носились шиноби, сражаясь друг с другом с нечеловеческой жестокостью. Крики, стоны, лязг оружия — все это сливалось в один непрерывный гул смерти и разрушения. Вдали, за крышами домов, все еще виднелся громадный силуэт Шестихвостого, озаряющий небо зловещим пурпурным светом. Это настоящий ад. И нам нужно выбраться отсюда живыми. Я поддерживал Мизуки, помогая ей двигаться. Её дыхание стало совсем слабым, она почти не шевелилась, только изредка вздрагивала от боли. Первый импульс был — найти укрытие, спрятаться, переждать. Но в следующий миг я увидел, как прямо перед нами рушится двухэтажный дом, превращаясь в груду обломков. Рядом другой дом полыхал ярким пламенем, языки огня жадно лизали деревянные стены. Улица была заполнена людьми. Они бежали, кричали, толкались, не замечая ничего вокруг. Я старался держаться края улицы, ближе к стенам домов, чтобы не попасть под ноги бегущей толпе. Мы прошли еще несколько кварталов, уворачиваясь от падающих обломков и бегущих людей. Воздух стал тяжелым и едким от дыма и пыли. Вдали, за грохотом рушащихся зданий, слышались дикие вопли Шестихвостого. Он приближался. Внезапно на перекрестке перед нами развернулась ожесточенная битва. Трое АНБУ Киригакуре сражались с необычайно сильным противником. Он был одет в черный плащ с красными облаками, его лицо скрывала маска. Даже на расстоянии я почувствовал его силу, и у меня мурашки побежали по коже. Воздух вокруг него вибрировал, искажался, словно от нестерпимого жара. Каждое его движение было наполнено чудовищной мощью, каждое слово, брошенное им в сторону АНБУ, отдавалось в моей груди глухим ударом. Один из АНБУ, пытаясь атаковать его с фланга, создал водяного дракона, который с рёвом ринулся на противника. Но тот лишь небрежно махнул рукой, и дракон, не долетев до него и пары метров, рассыпался в воздухе мелкими брызгами, словно наткнувшись на невидимую стену. Другой АНБУ, вооруженный парой коротких мечей, ринулся на него в лобовую атаку, пытаясь пробить его защиту серией быстрых ударов. Но противник, даже не глядя на него, уклонился от всех ударов с невероятной лёгкостью, а затем резко выбросил вперед ногу, нанося сокрушительный удар в грудь АНБУ. Раздался хруст ломающихся костей, и тело АНБУ отлетело назад, впечатавшись в стену дома. Он с хрипом упал на землю, не подавая признаков жизни. Третий АНБУ, девушка с длинными серебристыми волосами, пыталась атаковать его издалека, используя техники воды и молнии. Она создавала водяные хлысты, которые опутывали его, и пускала в него молнии, пытаясь поразить его на расстоянии. Но он словно не замечал ее атак. Водяные хлысты рассыпались в воздухе, не в силах удержать его, а молнии проходили сквозь него, не оставляя никаких следов. — Бесполезно, — проронил он голосом, холодным как лед. — Ваши усилия тщетны. Он сделал шаг вперед, и девушка с криком отшатнулась, пытаясь уклониться от его атаки. Но он был слишком быстрым. Он схватил ее за горло и стиснул его с такой силой, что раздался хруст. Девушка захрипела, ее глаза вылезли из орбит, она беспомощно забила ногами в воздухе, пытаясь вырваться из его хватки. Но все было тщетно. Через несколько секунд она обмякла и затихла. Сомнений не оставалось, уровень этого шиноби — S-класс. Только они обладают такой мощью. Страх сковал меня, но я заставил себя двигаться. Нужно было увести сестру в безопасное место. Он отбросил тело девушки в сторону, словно сломанную куклу, и повернулся в мою сторону. — Еще кто-то хочет попробовать свои силы? — спросил он голосом, от которого по спине побежали мурашки. Я понял, что он идет к нам. К нам с Мизуки. Плохо дело. Но в этот момент произошло нечто неожиданное. Словно из ниоткуда между нами и этим монстром возникла тёмная фигура. Она двигалась с такой быстротой, что я едва успел разглядеть размытые очертания — высокий шиноби, облачённый в тёмную одежду. Он вскинул руку, и мир вокруг на мгновение осветила ослепительная, пугающая вспышка. Только когда фигура замерла в напряжённой стойке, я смог разглядеть детали. Ударная волна от его атаки ещё вибрировала в воздухе, но я уже не мог отвести взгляда от его глаз, пылающих неугасимым огнем. Учиха. В памяти всплыл образ того шиноби из Конохи, которого я видел у ворот несколько дней назад. Тот же символ на одежде, те же темные волосы, та же мрачная аура. Что он здесь делал? И почему вмешался в бой? — Аматерасу! — крикнул он, и из его глаз вырвалось черное пламя, которое обрушилось на шиноби S-класса. Чужак в маске с рёвом отшатнулся, пытаясь погасить пламя, но оно не поддавалось. Оно горело с нечеловеческой жадностью, пожирая все на своем пути. — Учиха! — прорычал он, его голос был наполнен яростью. — Ты пожалеешь об этом! — Я тоже рад тебя видеть, — холодно произнёс шиноби из Конохи, и в этот миг его глаза вспыхнули зловещим красным светом. И началась битва, подобной которой я никогда в не видел. На миг я замер, не в силах оторвать взгляда от этой невероятной схватки. Два могущественных шиноби сошлись в стремительном поединке. Вокруг них вздымалась земля, трескался асфальт, здания содрогались от мощи их техник. Их атаки сталкивались, порождая яркие вспышки и оглушительный грохот. Я понял, что нам с Мизуки нужно убираться отсюда как можно скорее. Эта битва была далеко за пределами наших возможностей. — Нэ-сан, пошли! — крикнул я, пытаясь поддержать ее. Но она не шевелилась. Ее глаза были прикованы к схватке, лицо бледное, губы шептали что-то неслышное. — Мизуки! — потряс я ее за плечо. — Очнись! Нам нужно уходить! Она медленно повернула голову ко мне, ее взгляд был затуманен. — Этот Учиха… он не враг? Я снова попытался поднять ее, но в этот момент что-то пронеслось мимо нас с огромной скоростью, оставляя после себя слабый огненный след. Одна из техник двух сражающихся монстров прошла совсем рядом, задев меня краем. Я почувствовал резкую боль в боку, словно меня ударили раскаленным железом. В глазах потемнело, земля начала уходить из-под ног. Это конец. Я упал на землю, беспомощно раскинув руки. Сквозь пелену боли я видел, как Мизуки пытается добраться до меня, ее лицо искажено ужасом. Она тянула ко мне руку, ее губы шептали мое имя. Но я уже не слышал ее. Мир вокруг погрузился во тьму.

***

— Кисаме, чтобы через десять минут был готов! И не забудь ничего. В комнату заглянула молодая девушка с длинными темно-синими волосами и бледной кожей. — Конечно, нэ-сан. Я почти закончил. Слова слетели с моих губ прежде, чем я успел осознать, что происходит. Девушка лишь кивнула и скрылась за дверью. Я сидел на полу своей комнаты, окруженный разбросанными свитками и тренировочным снаряжением. В руках я держал небольшой деревянный меч — боккен, подарок отца на прошлый день рождения. Но что-то было не так. Что-то жутко не так. Я огляделся по сторонам, пытаясь унять панику, которая поднималась изнутри, словно волна цунами. Стены моей комнаты, привычные до мельчайших деталей, казались чужими, нереальными. Солнечный свет, льющийся в окно, был слишком ярким, слишком резким. Я же умер. Я точно помню… боль, кровь, лицо Мизуки… Нет, этого не может быть. Это какой-то бред. Может быть, я в гендзюцу? Собрав волю в кулак, я сложил знакомую последовательность печатей и резко произнес: — Кай! На мгновение мир вокруг поплыл, исказился, но затем вновь обрел четкость. Ничего не изменилось. Все тот же солнечный свет, все те же стены, все тот же неприятный ком в горле. — Кисаме! Ты меня слышишь? — раздался голос Мизуки, на этот раз с ноткой раздражения. — Что с тобой? Мама уже ждет во дворе! Что происходит? Как я здесь оказался? Неужели все это было… сном? Нет, это не могло быть сном. Слишком реально, слишком ярко. С тяжелым предчувствием я открыл дверь и спустился вниз. Мизуки стояла в коридоре, одетая в свою форму куноичи. Ее лицо было спокойным, ни единой царапины, ни следа от ран. Этого не может быть. — Кисаме, все в порядке? — спросила она, нахмурившись. — Ты будто призрака увидел. Я просто кивнул, не в силах произнести ни слова. — Мама уже ждет тебя во дворе, — сказала она. — Пошли. Я послушно последовал за ней, ноги были ватными, словно я только что пробежал марафон. Выйдя во двор, я увидел маму. Она стояла возле забора и нетерпеливо постукивала ногой по земле. — Чего так долго? — спросила она, ее брови слегка нахмурились. Я открыл рот, чтобы ответить, но не смог выдавить ни звука. В голове царил хаос, я не мог понять, что реально, а что — нет. — Ладно, держись крепче, — скомандовала она и, схватив меня за руку, сложила печати. — Суйшин но Джутсу! Мир вокруг нас размылся, превратился в вихрь воды, и в следующий миг мы оказались на знакомой тренировочной площадке. Но несмотря на привычную обстановку, меня не покидало чувство нереальности происходящего. Словно я смотрел фильм, который уже однажды видел, но не мог вспомнить его концовку.