Часть I. «Эйлора: Драконья Леди». «Дочь Дрифтмарка»

110 от Э.З. — Дрифтмарк На 37 году жизни Рейнис Почти-Королеву постигло нежданное благословение Семерых: в её чреве рос ещё один наследник. Для Лорда Корлиса это было поистине доброй новостью, единственной отрадной мыслью во время войны на Ступенях. Чета Веларионов была готова привести в этот мир еще одно дитя. 110 от Э.З. — Дрифтмарк Рейнис сидела за столом у большого зеркала, обрамлённого разнообразием позолоченных завитков, расчёсывая свои длинные темные волосы и готовясь ко сну. Мейстер советовал принцессе побольше отдыхать и непременно следить за питанием, ведь беременность в её возрасте несла в себе угрозу умереть на родильном ложе, даря жизнь ребёнку. В глубине души леди Дрифтмарка боялась, что её постигнет судьба покойной Эйммы. О, милая Эймма, она была достойна лучшего. 110 от Э.З. — Дрифтмарк, логово Вхагар — Это оно, я точно знаю, — шептала гордая Лейна, держа в руках ещё тёплое драконье яйцо цвета серебра. Старшая из детей лорда Корлиса была удостоена чести выбрать яйцо для своего будущего брата или сестры. Прекрасное, крупное яйцо из кладки самой Вхагр, дракона времён Завоевания. 111 от Э.З. — Дрифтмарк — Матушка, прошу тебя, не стоит, — вторил Лейнор Рейнис, пока та уверенно двигалась в сторону, где обычно пребывала Мейлис, и поддерживала одной рукой раздувшийся, казалось, до предела живот. — Я чувствую, он скоро придёт, я должна полетать в последний раз, перед тем как бремя деторождения окончательно прикуёт меня к постели как минимум на неделю, — не успокаивалась всадница, желая наконец воссоединиться с красной драконицей. Рейнис не позволяла ни назойливым Мейстерам, ни собственным детям отговорить себя от полётов. Чувство, не сравнимое ни с чем в этом мире, чувство, что дарило уверенность и волю, единение с величественным зверем, контроль над которым подвластен лишь всаднику. Алая драконица с рогами и гребнем цвета меди, что поблескивали на солнце, уже ждала свою хозяйку, изящно подергивая хвостом. 111 от Э.З. — Дрифтмарк Рейнис со стоном боли слезла с седла, всё ещё опираясь на дракона. — Мейстера! — выдавила из себе принцесса настолько громко, что даже птицы встрепенулись, разлетаясь подальше от женщины и её грозного зверя, который вторя всаднице зарычал.

***

Вести были немедленно отправлены на Ступени, дабы оповестить Корлиса Велариона о разродившейся спустя долгие сутки Рейнис.

***

Крошечный свёрток покоился на руках измученной принцессы, которая спустя столько лет снова прижала к груди новорождённое дитя. Тёмные баратеоновсие волосы неприятно липли к лицу, по телу ручейками стекал пот, а подол ночной рубашки окрасила кровь, но Рейнис не волновало ничего кроме прекрасной дочери, что мирно спала. В 111 году от Эйгонового Завоевания родилась Эйлора Веларион, среброволосая дочь принцессы Рейнис и лорда Корлиса. Девочка, которой суждено сыграть свою роль в кровопролитном Танце Драконов. 116 год от Э.З. — Дрифтмарк Маленькая Эйлора целыми днями лежала на мягком ковре перед камином у себя в покоях, отказываясь выходить даже в трапезную, из-за чего нянькам приходилось носить еду леди прямо в комнаты. С тех пор как её яйцо дало трещину, а это было уже как неделю назад, малышка с нетерпением ждала появления своего Дракона. Пока Лейнор не женился на Рейнире и не переехал в Королевскую Гавань, а Лейна в след за ним не отправилась в Пентос с Деймоном, они сидели перед камином с младшей сестрой и делились историями о собственных драконах. Лейна обещала, что её дракон непременно вскоре вылупится и будет расти сильным и красивым. Эйлора всегда её слушала, представляя, каким же будет её зверь. Послышался лёгкий треск, и девочка тут же продолжила внимательно наблюдать, а на яйце тем временем уже красовалась сеточка трещин, от чего юная Веларион закричала, разбудив дремавшую няню, и та, быстро сообразив, что происходит, выглянула за дверь и попросила оповестить леди Рейнис.

***

Взволнованная леди Дрифтмарка спешила к дочери, вероятно, этот день настал: у неё появится собственный дракон. Зайдя в покои, Рейнис застала Эйлору всё так же сидящую на ковре, но уже спиной к пылающему очагу, что юная леди не разрешала тушить несмотря на то, что стояло жаркое лето, дабы яйцо поскорее открылось. На руке у девочки сидел серый с голубыми прожилками дракон и выдыхал клубы дыма прямо в лицо малышке, от чего её передние пряди, выбившиеся из косы, приобрели сероватый цвет. Дракон был размером с крупного щенка, если Рейнис не подводит память, то Морской Дым был меньше, хотя этого стоило ожидать от зверя из кладки Вхагар. Пройдя вглубь и присев у Эйлоры, принцесса острожно погладила дочку по волосам, безмолвно показывая, что она рядом. — Смотри, мамочка, какая красивая, — завороженно прошептала девочка. — Действительно, — согласилась женщина. -Я придумала ей имя! — радостно сказала Эйлора, не отрываясь от дракона. -Правда? И какое же? — улыбнулась Рейнис. Привелегия, которая не досталась ей, но была у двоих из её детей. В памяти всплыл день, когда Лейнор гордо заявил, что его дракона от ныне зовут Морской Дым. — Мераксес, как у драконицы королевы Рейнис, — заявила малышка. Почти-королева удивлённо покачала головой. — Ну что ты, Лори, не стоит называть спутника своей жизни и верного друга именем погибшего дракона, — мягко заметила женщина. — Но я хочу, чтобы её звали Мераксес! — разочаровано воскликнула девочка, ожидавшая похвалы и поддержки. — Милая, но тогда у твоей драконицы не будет уникального имени, — попыталась убедить дочку Рейнис. — Например, Мелейс называют Красной Королевой, а Караксеса — Кровавым Змеем. Неужели тебе не хочется, чтобы от твоём драконе когда-нибудь сказали подобное? Только для неё. — Хочу, — ответила Эйлора. — Хочу, чтобы её назвали Серой Королевой, как Мелейс! — вдохновлённо начала девочка, обидевшись на смеющуюся Рейнис, продолжая при этом поглаживать дракона. — Я уверена, она тоже получит своё прозвище, а теперь давай посадим малыша в клетку, пока ты будешь придумывать имя, — предложила женщина, подзывая стражника с подходящего размера клеткой. Девочка тут же насторожилась, поднимаясь на ноги в след за матерью. — Нет! Пусть она останется со мной, мамочка, прошу! — взмолилась Эйлора, прижимая к себе серого дракона. Рейнис вздохнула и кивнула, позволяя на короткое время оставить детёныша в покоях.

***

Эйлора проснулась от непривычного жара, приподнимаясь на локтях. Малышка опустила сонный взгляд на соседнюю подушку, где обычно вместе с ней спал маленький зверь. От увиденного девочка вскрикнула, откидывая рукой подальше полыхающую подушку. Рядом, словно ни в чём не бывало, спокойно сидел дракон, что выделялся пятном в ночном сумраке. — Что же ты наделала? — испугалась Лори, потянувшись в графину с водой на туалетом столике. Еле удерживая тяжелую посудину, леди перевернула кувшин на горящую подушку, заодно попадая на дракона, что тут же тихо зарычал, выказывая недовольство. Выдохнув от облегчения, Веларион снова откинулась на подушку, прикрывая веки. Она почувствовала, как что-то тёплое уткнулось ей в руку. Эйлора распахнула глаза, наблюдая за небольшым комочком, свернувшимся рядом.

***

— Это последняя капля, Эйлора! — сетовал Корлис, наблюдая за девочкой с мокрыми глазами, что сидела на кровати. — Неужели ты не понимаешь? Это опасно! — продолжал Корлис. — Не стоило оставлять зверя в комнате, — согласилась Рейнис, вызывав ещё большее негодование дочери, которая не ожидала от матери-всадницы поддержки в отлучении дракона. — Драконы должны быть с драконами, — твёрдым тоном сказала леди Дрифтмарка. — И ты всё ещё не выбрала имя, — упрекнула женщина, садясь на кровать рядом с Эйлорой, пока Корлис наблюдал за метающимся от непривычки в клетке драконом. — Выбрала, — Под нос себе буркнула девочка, откидывая светлые локоны за спину, что так ярко контрастировали с темными блестящими волосами Рейнис. — Правда? И какое же? — оживилась принцесса, обрадовавшись смене темы. Рейнис, которая сама была всадницей и имела крепкую связь с Мелейс, искренне сопереживала дочери, но оставлять уже способного извергать пламя дракона в замке недопустимо. Всё могло быть намного хуже, чем всего-навсего сгоревшая подушка. — Меракéс, — ответила Эйлора, поднимая фиолетовые глаза на мать. Рейнис лишь хмыкнула и прижала дочь к себе, поглаживая её по голове. Все же, по характеру она истинная дочь своих родителей. Подобрала имя созвучное тому, что выбрала с самого начала. — Как пожелаешь, — согласилась женщина.