04 Открывая тайну

***

Открывая тайну

Декабрь — месяц суеты, контрольных, спектаклей и конечно же постоянных визитов целой толпы взрослых детских домов с целью раз в год очистить свою совесть. Серый и Олег сидели в комнате, за стенкой были слышны голоса, в коридоре тоже раздавался шум. Некоторые старшеки, которые теперь жили в общежитиях после поступления в колледж, стали наведываться к младшим и воспитателям перед праздниками. Поэтому в коридорах то тут, то там были слышны радостные возгласы и типичные вопросы: «как дела», «как учится и живется». Через неделю начнется большая подготовка — украшение общих комнат, коридоров, большой елки. А там еще через недельку cтанут приезжать гости — младшим придется улыбаться и читать стихи, наряжаясь в костюмы разных зверушек и героев, а старшим придется просто улыбаться, быть учтивыми и помогать во всем. Сережа сидел напряженный, стараясь концентрироваться и делать уроки. Олег сидел на кровати, согнувшись пополам и списывая с телефона в тетрадь. — Лучше б ты у меня списывал, — пробубнил Сережа, искоса бросив взгляд на друга. — Да ладно, одно упражнение всего, — его плечи были опущены, поза, несмотря на скученность, была статичной и твердой, уголки губ были слегка приподняты. — Все равно, или давай я лучше объясню. — Ты же занят. — Для тебя нет, — Серый развернулся на стуле, сначала морща затем сразу расслабляя лоб, — давай местами поменяемся, теперь я посижу на кровати, а ты за столом. Олег поднял на него взгляд и улыбнулся. — Я вот тут думал, — начал Олег, поднимаясь и меняясь местами с ним, — думал устроиться на работу вне учебы. — Ты с ума сошел! Не сейчас же, когда учиться? У тебя еще секция, — Сережа махом собрал в кучу вещи со стола и скинул на свою кровать, усаживаясь рядом с ними. — Да, но я вроде неплохо успеваю. — Да и зачем тебе сейчас это? Всего достаточно, на свиданки и на кафешки даже хватает. — Да мы и не часто куда-то ходим, поэтому и хватает. Cережа прекрасно понимал друга. Дело не в деньгах, не совсем так. В их детском доме все не так плохо — нормально кормят, есть небольшая библиотека, больничное крыло, все необходимое выдают, если оно сломается, потеряется, даже есть — хоть и очень маленькая, но все же есть — сумма на карманные расходы. Их директор настояла, чтобы уже с 14 лет воспитанники могли учиться взаимодействовать как-то с деньгами — однозначно правильное решение. Но все же находясь в детском доме, здесь мало личного и мало реального выбора. Сережа, как и многие, кроме любящей семьи очень хотел иметь свою собственную комнату, а лучше несколько комнат. Маленьким он любил рисовать планы помещений, обозначая для чего, каждая комната была нужна. — Вот здесь, здесь у меня будет большой-большой стол, вот такой, — маленький Сережа рисовал стол вдоль окна почти на всю комнату. На одной из прогулок с Олегом, он очень хорошо это помнил, они шли по шуршащим листьям в парке, наслаждаясь лучами теплого солнца и безветренной погоды и обсуждали, что бы они хотели в будущем и как видели свой дом. Эти разговоры были для них еще одним лучиком надежды на светлое будущее. — Дом, не обязательно большой, пусть там будет все необходимое, без позолоты и колонн. Не люблю такое, не понимаю. Главное, чтобы была большая кухня с большим столом и собака. Большая собака!, — говорил восторженно 10-летний Олег, смотрящий куда-то вверх в небо на светлый след, оставленный самолетом. — А я бы хотел, чтобы в доме были картины великих мастеров, скульптуры, — Сережа задумчиво смотрел на него, — не только это конечно!, — он развел руками и как будто оправдывался перед Олегом, который перевел взгляд на него. — Ну если там еще будут и твои рисунки…, — он приобнял друга за плечо. — Ну не знаю, — засомневавшись в этом, Сережа cтал смотреть вниз на опавшие листья, проводя кедом по земле из стороны в сторону, — И мы… могли бы жить вдвоем!, — добавил более радостно. — Точно! — Так было б удобнее. Сережа вернулся в реальность. За стенкой они услышали какой-то стук, а затем женский голос, елозинья и скрип кровати. Он сверлил взглядом, пытаясь эту стену чем-то уплотнить или наоборот разбить, чтобы вбежать и треснуть их соседу. — Не могу сосредоточиться так, — Серый мутным взглядом смотрел на Олега, который захохотал и немного подстебал друга: — Тоже хочешь? — Нет! Я не об этом!, — Серый ощетинился, смущаясь. Он взял учебник и кинул в друга, тот удачно его поймал перед своим лицом. — Мм, история России cегодня, — он усмехнулся. — А вы с Лерой, — тут Серый понизил голос, потерев свой подбородок рукой, — целовались? — Много раз, — Олег расплылся в улыбке и кажется тоже немного смутился, наклонившись немного ниже. — Нет, я имею ввиду не как обычно вы делаете, легко касаясь, а… — C языком? Олег обратил внимание, что Сережа сжал край кровати с такой силой, что побелели костяшки. — А чего вдруг тебе интересно стало? Вроде бы ты всегда был безразличен ко всему такому. Сережа отмахнулся: — Научный интерес. — Научный или влюбился?, — Олег даже встал со стула, подошел к другу и наклонился. Cережа поднял глаза и замер, смотря как карие глаза прищурились и как-то пронзительно осматривают его, перебегая слева-направо, вверх-вниз. — Я?! Влюбился?! Пф, говорю ж, научный интерес, — добавил, отводя глаза. Олег потрепал его по распущенным волосам. — Если интерес научный, то целоваться с языком сначала кажется чем-то таким странным, но потом начинаешь кайфовать, по твоему телу бегут мурашки, ты чувствуешь ее тепло… — Все-все-все! Олег, заткнись. Олег рассмеялся, cтал наблюдать за другом, как он начал нервно перелистывать учебник с таким порывом, что кажется вырвет несколько страниц таким темпом или как минимум порвет случайно. — Ты представляешь, я же недавно оставался после уроков. Сидел кодил, было часов 5 вечера, как вдруг открывается дверь, и заходит Тома. — Правда, и что дальше?, — Олег был в предвкушении дальнейшего рассказа, — что ты дальше сделал?, — он сел за стол, но все еще был повернут в сторону друга, не отводя взгляда, в руках держал ручку, которую он вертел между двумя пальцев. — Я? Да ничего, она сидела рядом и потом.. — Нууууу… потом что? Cережа напрягcя, видя как в глазах друга загорелась задорная искорка. — Я завис на одном месте, и она нашла ошибку! Я в шоке был! Прикинь, оказывается у нее родители айтишники! Заметя на лице Олега тотальное разочарование, он добавил: — И что за хр*нь? Ты чего так смотришь? — Я ожидал, что этот рассказ закончится каким-то хэппиэндом. А что потом? — Потом мы попрощались, и она ушла, — Серый пожал плечами. Олег выдохнул: — Ну ты и идиот… — Чеееего? — Чего-чего, подумай на досуге. Распахивается дверь комнаты, и заходит растрепанный крепкий парень в одних шортах и сланцах, весь вспотевший. — Кенты, резинка есть? — Вы что не наигрались там?!, — Серый поднялся и захлопнул дверь прям перед его носом. — Ой ты у нас конечно весь такой правильный, недотр …. , — уходя парень с издевкой бубнил. Разумовский остальное уже не слышал, подошел к столу, открывая окно на проветривание. — Я пойду выйду на улицу, вернусь минут через 5, — Олег поднялся. — Олег, ты когда завяжешь уже с курением?, — Сережа снял резинку со своей руки и собрал волосы в хвост, — от твоих вещей всегда пахнет костром. Олег подошел к другу, беря в захват из объятий крепко-крепко, смеясь от души. Сережа обнял его в ответ. В школе они почти никогда не касаются друг друга, поэтому все обнимашки у них только тет-а-тет, чтобы никто не думал, что у них что-то не то там с ориентацией. Здесь в ДД с этим шутки плохи, да и за рамками его. Вдвоем они были максимально открыты к миру, к другому миру, более толерантному, осознанному, культурному — поэтому с некоторыми ребятами им было крайне тяжело уживаться вместе из-за большой разницы в видении.

***

Лера на несколько дней уехала на соревнования, а когда вернулась, ее семья встретила приезд дочери с накрытым столом, в центре которого стоял шоколадный торт с трюфелями. — Дорогая! Как же мы рады! — И снова первое место, ты молодец!, — похвалили оба родителя. — Бубубу, Лера то, Лера се, привет, cестра, — Киря смеялся и подошел, с порога обнимая любимую сестру. Лера разделась, помыла руки и прошла в просторную кухню-гостиную к столу. — Садись, отпразднуем победу!, — сказал мягкий женский голос. — Ма,па, — начала Лера, — вы не против, если вечером я погуляю? — Опять со своим парнем?, — Киря шумно прихлебывал чай. Она бросила грозный взгляд на него, затем на родителей. Те смотрели на нее с такой теплотой, что Лера перестала хмурится и расслабилась. — Конечно, дорогая. А ты не хочешь нас познакомить? — Ага, познакомит, — Киря ехидно хихикнул, запихивая такой большой кусок от торта, что он еле поместился и испачкал ему губы и краешек щеки. Лера закатила глаза, заметя это: — Просто… м, я… — Малыш, — обратился к ней папа, — мы хотим просто убедится, что он хороший парень, не обижает тебя. Родители улыбнулись, и женщина дала взглядом понять мужчине за столом, что больше не надо говорить на эту тему, подмигнув ему и склонив голову, мягко положи руку на его плечо. — Если тебе захочется, Лерочка, мы будем рады, если вы придете к нам на чай вместе, — добавил отец. — А почему мне нельзя никого привести, — Кира хмурился и гундосил. — Киря, ты прекрасно знаешь ответ, — тут уже мама смирила его взглядом, не строго, но все-таки давая понять, что кое-какие вещи не могли не тревожить ее. — Да потому что! Тогда каждый день будет новая, — теперь Лера уже смотрела на брата со злорадной ухмылкой. Между Лерой и Кирой была перестрелка, правда только мысленная и по-родному, без агрессии, больше в шутку. — «Привет! Я вернулась домой, не хочешь через час увидеться?», — написала она Олегу, даже еще не доев кусок cвоего торта. Тут же пришел ответ: — «Уже готов, встретимся у твоего дома?» — «Не, не будем тратить время зря, можно в центре сразу», «где хочешь», — дописала она. — «На площади Невского?» — «ок 😘 через час», — Лера быстро доела, сделала последний глоток чая, забрала со стола тарелку и кружку, относя к раковине. — Оставь посуду, — ее мама смотрела, как дочь с телефоном в руке засуетилась, — оденься теплее.

***

Они встретились у метро. Олег кратко поцеловал ее в щеку, беря за руку. — Ну рассказывай, как всегда первое место?, — они двинулись в сторону моста. — А ты сомневаешься? — В тебе — никогда, — он усмехнулся по-доброму, ласково сжимая ее пальцы cвоими и поглаживая. — Давай только не мимо кладбища пойдем, у меня мурашки по коже от этого места. — Не-не-не, мы пойдем в другую сторону, зайдем в Munt, если не против? Лера коснулся своим лбом его лба и чмокнула в губы. — С тобой хоть куда. Лера начала рассказывать, как на соревнованиях они встретились с давней подругой, как их везли в трясущемся автобусе, что даже ей почти стало плохо, как их отвезли в свободный день на экскурсию по городу, и что она хотела бы когда-нибудь попутешествовать с ним. Даже если просто в соседние города, по России, зато наедине. Два часа пролетели незаметно. Уже подходя к дому, Олег достал сигарету, и Лера протянула ему руку: — Мне тоже. — Ну тебе то точно не стоит, — он зажал сигарету между губ. — Тебе так-то тоже, но давай без нравоучений. Он протянул ей пачку, давая прикурить от своей зажигалки. — Зато у тебя будет повод бросить, — в ее глазах читалась та самая тянущая мягкость, окутывающая каждый раз Олега, когда они оставались наедине. Олег, как и всегда, проводил ее до самого подъезда дома, не жалея ни секунды, что самому придется возвращаться намного дольше по времени. Лера была почти такого же роста как Сережа, поэтому сильно наклоняться не приходилось. Он завел руку за ее спину, слегка придвигая к себе и легонько коснулся ее губ. Они оба прикрыли глаза, углубляя поцелуй. — До завтра, — Лера смущенно посмотрела на него, мягко отрываясь. Олег поцеловал еще раз кратко в губы, и сунув руки в карманы куртку, стал ждать того самого их сигнала. Когда в многоэтажке в комнате Леры загорелся свет, и она открыла окно нараспашку, чтобы ему снова помахать, только тогда он уходил.

***

Оставалось три недели до нового года. Для Томы это был мучительный период. Ей пришел пуш в чат просто с ужасным предложением. Она гневно складывала вещи в сумку, приговаривая, что это уже чересчур. Раздался звонок. Она смотрела на экран, сжимая пальцы руки в кулак, оттягивая принятие вызова. — Все равно же придется ответить…., — руки стали влажными, она разжала кулак, шумно выдохнула, cмахнув на принятие вызова: — Да? Слушаю. Вы издеваетесь! Я не буду этого делать! — Ты сделаешь. У тебя нет выбора, — звучал грубый и холодной голос взрослого мужчины, звонок завершился. — «стало еще хуже», — отправила она сообщение Фариду. — «что случилось?!» — «жуткая жесть, мне придется поджечь автомобиль, снять на камеру и отправить ему. Тогда он спишет с меня за это 50 кусков» — «ты правда собираешься это сделать?!» — «а у меня есть выбор?🥺 Я не хочу ввязывать в это никого, это мои проблемы» — «Том….» — «Тем более останется всего половина…» Тут же в общий дружеский чат, в котором состояли: Олег, Сережа, Лера, Тома, Володя, Женя и Вадим, пришел кружок от Вадима c предложением сходить в кинчик и в боулинг. — «За твой счет?», — пришло от Жени. — «Я за!», «+», «можно», — ответили Володя, Олег и Лера. — «Серый не против, он тут рядом» — «Я пас, сорь», — самая последняя отправила Тома. — «Ну и какого?», — написал ей в личку Вадим. — «Дела.» — «Стопэ, ты опять пойдешь с каким-то стремным мужиком на свидание? Давай со мной 💀» — «Ноу, Вадик, не до тебя» — «Тебе опять деньги нужны?» Тома закатила глаза и перестала ему отвечать, написав Дане: — «Приветик, ты можешь мне помочь достать кое-что?» — «Хай, чего конкретно?» — «2-3 литра бензина» — «Ок, отолью в канистру, можешь сегодня подъехать забрать» — «Даже неинтересно зачем?» — «Да и так понятно, поговорим лично об этом» Тома решила сходить в душ, ей нужно было срочно освежиться и перестать нервничать. Она редко потела, но сейчас ей казалось, что вся ее футболка была насквозь мокрой и неприятно воняла. Может это и глюки, но обдумывая предстоящее, она чувствовала себя грязной, неправильной, ужасной. Ей уже приходилось кое-что выполнять по указке этого человека, но до этого момента была чуть более безобиднее, теперь же он взялся за ней всерьез и похоже, задания будут становится только жестче. Фарид сидел за ПК и писал какую-то прогу, когда ему пришло сообщение от Данилы: — «Хватит х**ней заниматься, нам надо найти с тобой компромат на лысого хе*а. Томе нужна наша помощь, мы не можем стоять в стороне, не мужики что ли?» — «И что ты предлагаешь?» — «Как минимум прошерсти свои базы данные или что там у тебя, поищи инфу, я своими методами постараюсь разузнать что-то» — «методом битья в морду?» — «если придется» Фарид отпил из банки колу, потянувшись еще за одной. Он знает Тому с начальной школы. За эти годы они прошли и огонь, и воду. Он был ее поддержкой, когда произошла ситуация с дядей и тетей. А она была рядом, когда убили его отца. Он был рядом, когда Тома упала с крыши и сломала ногу на одной из своих вылозок. И она была рядом, когда на него набросилась толпа парней, и она одна их отп**дила, пока он стоял и наматывал сопли на кулак. Он не мог, действительно не мог, бросить ее сейчас. Тем более… она ему так нравится. Фарид открыл на ноуте их совместное фото, коснулся пальцем экрана, проводя по ее плечу, где они вместе стояли и улыбались во все зубы на фоне парка аттракциона. Он закусил нижнюю губу и выдохнул, делая крупный и жадный глоток газировки.

***

00:00, у гаражей

Тома приехала в нужный район. У гаража уже стоял Данила, скрестив руки на груди в одной толстовке и джинсах. — Ты че бессмертный?, — она жалась от холода, глядя на него, — бр. — Давай заходи внутрь. Он открыл дверь гаража, где стоял его мотоцикл, аккуратно по коробкам разложены нужные и ненужные вещи. Парень протянул ей пятилитровую алюминиевую канистру. — Ты же понимаешь, что когда он спишет долг, тебя просто так не отпустят? — Догадываюсь…нужно что-то придумать. Этим я и занимаюсь. Но пока мне все равно надо закрыть долг. — Там 3 литра, как ты собираешь нести или ты считаешь, что можно на такси доехать с канистрой в обнимку? — Не знаю я, Дань!, — ответила она раздраженно, морща нос и перехватывая канистру. — Давай тебя один мой знакомый кент подбросит домой на машине, или тебе надо прям сегодня что-то сделать? — Не сегодня. Что за кент? — Да ты пока не знаешь его. Андрюхой зовут. У него от деда тачка есть, права есть, 18 тоже. Немного заносчивым бывает, но справедливый и доброй души человек. — Выбора все равно нет. Данила набрал номер: — Хай, можешь притащиться ко мне сейчас? Тут помощь нужна. Данила, засунув руку в карман толстовки, стал наматывать круг вокруг своего мотоцикла, внимательно рассматривая. Ногой слегка ткнул в переднее колесо, наклонился посмотреть под вилку, не текла ли она. Убрав телефон он добавил: — Минут 15 ждем. Ты тачку собираешься жечь? — Допустим… — Не используй зажигалку, лучше возьми тряпки и спички. Хреново это все конечно, но не мне тебя учить.

***

Вечер следующего дня

— «Хай, помощь нужна?», — Томе снова пришло сообщение от Вадика. — Боже мой, что ему нужно?, — она закатила глаза и растрепала свои волосы. — «Если хочешь попасть под статью, то давай» Вадим лежал на кровати в своей комнате в кромешной темноте, держа в руке смартфон. Он был в наушниках, но даже сквозь шумоподавление, он слышал какой-то спор. Он тяжело выдохнул и убрал один, cлушая: — Почему ты ему позволяешь уже третий вечер подряд запирать эту чертову комнату?! Ты знаешь, чем он занимается там?! — Дорогой, ему 16, ему нужно личное пространство, чем он таким может заниматься? Учится, читает, играет в компьютер, слушает музыку. Вадим поднялся и вышел из комнаты, выходя в широкий освещенный коридор 3-х комнатной квартиры с высокими потолками. — Не кричи на маму. — Не указывай мне! Ты почему комнату закрываешь? Чего скрываешь там? А?! — Ничего, — спокойно отвечал он, смотря на взволнованное лицо невысокой женщины, стоявшей за высоким атлетичным мужчиной с загорелой кожей и светлыми волосами. На нем были одеты темные брюки и синее поло. Образ бизнесмена-интеллектуала добавляла оправа черных очков Tom Ford. Вадим смотрел отцу прямо в глаза, будучи одного роста, не поведя даже бровью. — Ничего?!, — c вызовом отец стал делать шаг за шагом, двигаясь к нему ближе, — Ты вообще как разговариваешь? Ты почему пропустил последнюю тренировку? И где ты постоянно шляешься?! — Да просто пропустил, — Вадим пожал плечами, сохраняя спокойствие, cунув руки в карманы шорт. — Cмеешься надо мной так?! Вот паршивец, — мужчина замахнулся и ударил по лицу рукой сына. Тот сморщился, сделал шаг назад, сжимая губы в тонкую линию и смотря на мать. — Отвечай! Где ты шляешься и с кем?! С преступниками? мелкой шушарой? Портишь мой имидж?!, — отец взял его за ткань лонгслива, сжимая. — Чего?! Рехнулся вконец?! — Поговори мне еще! Нихрена за ним не следишь, хоть сопли не вытираешь ему?!, — он посмотрел на женщину, отпустил ткань и двинулся к ней. Женщина начала делать шаг за шагом назад. — Cлыш, не трогай ее!, — Вадим взял его за плечо, получая в ответ. Он отступил и сделал резкий шаг вперед, задевая фигуру отца в плечо. Он надел свою черную куртку The North Face поверх красного лонгслива, сунул быстро ноги в черно-белые джорданы с красными вставками, схватил ключи, пряча в карман куртки вместе с наушниками. И выходя из квартиры, захлопнул за собой дверь со всей силы. — Сученыш вернется и получит. Женщина закрыла руками мокрые глаза. Вадим вышел из просторного и чистого подъезда. — Так, под статью? Мда.. видимо дело дрянь... Почему в мире столько гондонов. «Мне пох, напиши адрес, где встретимся», — отправил он Томе.

***

— И чего ты пришел? — Я из дома cбежал. В смысле ушел, типо насовсем. — Без вещей? Насовсем?, — она засмеялась почти до слез, — совсем не умеешь. — Все случилось спонтанно, — ему не хотелось выглядеть дураком, но он действительно был им. Тома посмотрела на парня, который смотрел на свой кроссовок и ковырял им уже подмерзшую землю. — Давай так, ты идешь со мной при одном условии. — Я согласен. — Ты еще не слышал условие… — А мне и не нужно. Они двинулись по улице: — У тебя будет ответственное задание, — Тома улыбнулась по-доброму, как будто ничего не происходит странного, и их ждет беззаботная вечерняя прогулка вдоль набережной со стаканчиком кофе, — пока я не освобожусь, ты будешь меня ждать в кафе. — Чего?! — Ты сам согласился, — она развела руками в сторону, — ты мне будешь мешаться, слишком приметно выглядишь. Хочешь на себя ориентировку? — Может хоть оправдаю ожидания отца — Не обманывайся, не нужно тебе лезть в это. Смотри, — Тома открыла карту и показал Вадиму, — здесь буду я, здесь ты, можешь выбрать любое кафе, мне потом напишешь, где тебя искать. Вадим перевел взгляд на Тому, растянувшись в улыбке: — Ты конечно крутая, но крыши у тебя нет. Уверенна, что справишься без мужчины, который сможет тебя если что-то на руках унести? Тома расхохоталась и схватилась за его руку под локоть, сгибаясь. — Так, — она отдышалась, — мужчина, мне пора, до встречи, — она отпрянула и развернулась в сторону другой улицы. Вадим не успел повернуться, как и след простыл, будто бы она растворилась в темноте этого позднего вечера, сливаясь с тенями. — Ну мужик ты конечно, отпустил ее одну, — он хотел натянуть шапку пониже на уши, но как оказалось, он оставил ее дома, уходя впопыхах, — да бл**ь. Его родители всегда учили поступать правильно, никогда никому не грубить, хорошо учиться. Если что-то Вадим делал не так по их мнению, он получал по рукам. Однажды его отец так сильно разозлился, что вбежал в комнату и дал пощечину сыну, затем ударив еще несколько раз уже головой о стол. А после этого пока Вадим сидел в душе, отец оставил ему на этом же рабочем столе под ноутбуком 15 тысяч в качестве извинений. Это был далеко не первый и не последний раз. У отца была привычка, что от сына всегда можно откупиться — деньгами или подарками. Вадим был бы даже рад сейчас закурить, ощутив в груди с новой силой это зудящее чувство боли, будто скребущееся нечто своими когтями, но раз сигарет нет — это надо просто отвлечься, забыться и не чувствовать. Он засунул руку в карман и достал жвачку, поднес к губам маленькую клубничную пластинку.

***

Тома шла по темным переулкам — именно сейчас она чувствовала себя лишней в этом мире как никогда сильнее. Она вжимала голову в плечи, ощущая паническую дрожь: — Что если все пойдет не так? Ведь точно что-то случится, — мысли в ее голове сменялись одна другой. Она отчетливо видела, как машина не сгорает, а ее ловит полицейский; как машина взрывается, и осколок попадает ей в руку и в лицо, лишая ее глаза как минимум глаза; как тело горит; как она не успевает подойти к машине, а мужчина ловит за руку, угрожая и вызывая полицию. — Тома, возьми себя в руки…ты помнишь ради чего все это? … ради того, чтобы у нас все наконец-то наладилось, — в кармане куртки сжимались ее кулаки. Она быстро шмыгнула в один из питерских дворов и руками ухватилась за пожарную лестницу, начав подниматься вверх все выше и выше на крышу дома: — Тома, Тома, ты теперь героиня комиксов, можешь быть как Бэтгерл, или как Харли Квин. Она забралась на крышу, ступила на карниз и натянула на себя черную маску с капюшоном. Теперь она была словно тень или мрак этого города — во всем черном, было видно только ее тусклые серые глаза: — Нет, — она разбежалась и перепрыгнула на соседнюю крышу, — плохой из тебя супергерой. Ты даже себе не можешь помочь!, — она пробежала, и оттолкнувшись от края, перебежала на следующую крышу. — Ты жалкая. Поэтому тетя и пьет. Если б ты была как ее дочь, если б ты была сильнее… если бы ты, Тома, была как все остальные, но…., — девушка спрыгнула вниз между двумя домами, прыгнув на один уступ у стены и потом перепрыгнув на другой на противоположной, спускаясь вниз. Она приземлилась ловко на ноги около мусорных контейнеров. — Ты не они. Ты не она. Ты лишь жалкая пародия… В глазах скопились слезы, которые от холода не текли дальше по щекам, а застывали и таяли под веками. Девушка посмотрела под ноги в одну из полузамерзших луж. Было плохо видно в темноте, но она видела свой силуэт — темный и размазанный. Тома прошла по закоулку между домами, доставая железный лом, спрятанный под еще одной лестницей с обратной стороны. Она вернулась к бакам, отодвинула один и ломом отковырнула одну их плит, вытаскивая с трудом канистру бензина. — Ладно, осталось еще немного. Правда же? всего то поджечь тачку, — она нервно засмеялась, — Всего то. Ты прям каждый день это делаешь, как орешки щелкаешь. Во дворе было тихо — никого. На экране было 23:45, нормальные люди должны уже давно отсыпаться перед новым рабочим днем или как максимум залипать напротив телевизора. Тома осмотрела весь двор, ни одной скользящей тени. Она сглотнула, успокаивая дрожь в правой руке. — Идем… Она прокрадывалась мимо машин, ища взглядом по виду и номерам ту самую — черный Range Rover c пропуском на лобовом стекле. — Вот она, так, что там Даня говорил…тряпки поджигать лучше… спички… Девушка еще раз огляделась, и открыв канистру около машины, стала разливать бензин около передних колес. Жидкости первый раз выплеснулось слишком много, забрызгав капот машины: — Насрать, все равно гореть ей. Тома вылила оставшиеся капли из канистры на тряпку, и отходя несколько шагов, достает коробок спичек: — Том, подумай, если облажаешься…. что будет, то и будет, к черту, — она стала чиркать, пальцы дрожали и ветер задувал огонь, — ну какого хрена то! Краем глаза ей показалось, что между деревьев на площадке мелькнула фигура, она замерла, всматриваясь и делая шаг влево-вправо: — Надеюсь показалось…хотя… даже если меня поймают, будет жирный плюс отсидеться и не соваться больше к этому лысому. Поднося наконец-то загоревшуюся спичку к тряпке, огонь сразу охватил ее и перенесся на рукав куртки. Тома зажмурилась, почувствовав, как языки пламени кусают кожу на открытом запястье. Она отшвырнула тряпку на машину, впопыхах снимая куртку и кидая ее туда же на капот. Сердце билось так сильно, что Томе не чувствовала ничего, она уже бежала к арке, но слышала за собой все еще глухую тишину: — Что если не взорвется?! Черт, надо вернуться! Видео не сняла, да бл*ть. Она развернулась, останавливаясь в нескольких метрах, доставая трясущимися пальцами смартфон, сглатывая. Несколько секунд и из-под капота начал валить дым, едва заметный в темноте, но ветер разносил уже жженый запах. — Ну давай же, разве это не дело трех секунд?!, — она резко обернулась. Все еще не было никого, машина начала разгораться и показались языки пламени, она начала сильнее дымится, Тома остановила запись. — Все, пошел он нах*р, надо уходить, пока сейчас не заметили жители, — она скользнула в арку, спешно выходя на улицу, позади слушался треск. — Беги, дура, беги!, — она бежала по улице, дышать приходилось через рот, рука начинала ныть сильнее, — где он там сейчас, — она остановилась, осмотревшись, что за ней никто не бежит, открыла чат с Вадимом, — ладно, тише, дальше просто иди спокойно, вроде бы все прошло ок. — Что у нас тут, — какая-то фигура в черном достала смартфон, снимая как взрывается автомобиль и начинают пиликать соседние машины, стоящие недалеко. Фигура скользнула в сторону и растворилась в темноте. Когда Тома зашла в кафе, работающее 24/7, в одном тонком лонгсливе без куртки, пару неприятных на вид мужчин обратили на нее внимание. Вадим поднял руку, подзывая к себе. Его лицо исказилось и приобрело зеленоватый оттенок: — Бл*ть, где куртка твоя?! — Тише ты, не привлекай внимание, идиот!, — она села напротив него, съеживаясь. Нос уже был красный, лицо бледное, на руке был ожог. — Что с рукой?!!, — Вадим на эмоциях подошел к девушке и положил руки на ее плечи, наклоняясь и заглядывая ей в глаза. — Случилось, что случилось. Я в порядке. — Официант! Принесите нам быстро чайник чая с имбирем и облепихой. — Без сахара, — тихим слегка дрожащим голосом уточнила она. — Без сахара. Ну что, х*ево вышло, да? — Заткниcь. Тома крепко сжимала руками чашку горячего чая и пила мелкими глотками. — Не спрашивай ничего, Вадим. Он просто молча сидел, сжимая и разжимая кулак, cверля ее взглядом насквозь. — Я поеду домой, — процедила она тихо. — Я вызову такси и поеду с тобой, даже не смей возражать, — низким голосом отрезал Вадим. Тома закатила глаза, просто уставшие утыкаясь лбом в стол. Такси подъехало прямо к пригородному дому, где жила Тома с тетей. Ни в одном окошке не горел свет, была кромешная гнетущая темнота. Вадиму даже почудилось, что в доме слышал завывание призраков. Тома вышла из машины, и смотря на Вадима, уставши выдавила: — Поезжай домой, спасибо тебе. Вот, куртку забери. — Подожди! Ты снова меня кидаешь вот так! Но девушка уже хлопнула дверью машины.

***

На следующий день Тома почувствовала, что голова ее раскалывается на сотни частей, ее бросало то в холодный пот, то в жар. — 39.8, — посмотрела на градусник, — хоть школу прогуляю и отосплюсь, — она шумно выдохнула и завернулась в одеяло сильнее, не вылезая из кровати. Стресс последних недель ее подкосил, и она проспала три дня подряд. Поднималась только в туалет, и на попить чай с печеньем. Дома никого не было. Диана уже неделю не появлялась, вероятнее всего, как думала Тома — она ушла в запой и словила белочку, как когда-то или… может с ней что-то и случилось, но думать было крайне сложно об этом. Такая прекрасная и талантливая женщина, такой красивой она была, и сейчас превратилась в тряпку. Тома посмотрела в зеркало на себя, когда заходила в ванну помыть руки и умыть лицо, подумав, что не ей ее осуждать. Вадим на следующий день после событий не появился в школе. Около 5 утра он стоял около дома и размышлял о своих дальнейших действиях. Сбегать было опрометчиво, но вернуться в прошлое невозможное, поэтому нужно сделать более рассудительный шаг именно сейчас. У него было два варианта — забрать вещи и уйти жить хоть куда-нибудь, либо остаться и отхватить по полной от отца. Перед глазами всплыл образ мамы, которая так любила его и смотрела на него всегда со всей нежностью, но которая не могла это никак проявлять из-за строго наказа отца не баловать мальчика нежностями. Он вздохнул и решил, что ради нее он должен остаться дома. Вадим вошел за порог, даже не непрягаясь из-за возможного шума. Его участь и так ясна. На утро ему влетело ремнем, и не один раз, спина горела от отметин, заставляя парня пролежать до следующего утра на кровати лежа на животе. Через день он пришел на занятия как ни в чем не бывало. Тома пропустила уже 5 дней, все волновались. Вадим ей писал, но ему она не отвечала также, как и остальным. Сережа пытался отыскать ее домашний адрес, но по фио он даже не смог найти такую девушку. Точнее… нашел, но это была не Тома. А Вадим хоть и знал вероятную причину отсутствия, но не подавал виду и делал все возможное, чтобы выглядеть как обычно — дураком с дебильными пошлыми шутками. Олег, Сережа, Лера и Женя с Володей уже собирались по домам. Компания шла по коридору лицея к лестницам, обсуждая приближающиеся перед праздниками отчетные контрольные. — Слышите?, — Сережа остановился. — Знакомые голоса, — уточнил Женя. Проскользя мимо полуоткрытой двери одного из класса, Сережа и Олег встали вместе с Лерой слева, остальные справа от двери, стараясь не попасться за подслушиванием. — Тебя не было на занятиях всю прошлую неделю. Спасибо, что сегодня ты пришла хотя бы ко мне, но занятия ведь снова пропустила. Ты пойми, тебе всего 16, и ты слишком много на себя взвалила сейчас. Оплачивать счета за такой большой дом даже не каждый взрослый сможет. Подумай, там ты поживешь всего 2 года до своего совершеннолетия, даже меньше. Зато сможешь сконцентрировать на учебе, а не на зарабатывании денег. Послушай, я волнуюсь за тебя. Я понимаю, что ты уже взрослая, но 2 условки уже. Ты уверена, что твои родители хотели бы, чтобы ты так жила сейчас? — Я уже сбежала два раза, мне ничего не помешает сбежать снова, я хочу жить в своем доме в свой комнате со своими личными вещами! А вы хотите отправить меня туда, откуда наоборот все хотят вырваться, потому что так якобы мне будет проще. Не будет! И у меня есть тетя! — Твоей тете нужна психологическая помощь и реабилитация. Сколько лет ты ей помогаешь? Уже четвертый год начался? Тома! Тут послышались шаги, дверь распахнулась, и Тома вышла широким шагом ни на кого не обращая внимания, захлопывая эту дверь так, что она почти слетела с петель. Ребята переглянулись между собой и посмотрели ей вслед. Преподавательница вышла, и завидя ребят, с грустной улыбкой произнесла: — Вы здесь оказались не случайно же, — она им добродушно улыбнулась, — проходите на чай ко мне. — Тома сирота? — Лера удивленно и прямолинейно спросила Марину Игнатовну, которая стала разливать всем чай по маленьким чашечка из причудливого чайника с цветочками, открывая печенье, сопровождая такое миловидное действие тяжелыми вздохами. — Вы знаете, что я перевелась из той школы, где она училась? Нет? Теперь знаете, — она снова улыбнулась, — Было б лучше, если б Тома сама все рассказала, но я уверенна с 99% вероятностью, что никогда она этого не сделает. А мне хотелось бы, чтобы у нее тоже немного наладилась жизнь, как у вас, — она посмотрела на Женю, Олега и Сережу, — вам конечно тоже несладко живется, но все расходы вам оплачивают, а Тома сама тянет большой дом и все расходы на себе с 13 лет, — она вздохнула и продолжила, — у нее изначально была не совсем обычная семья. Как бы вам сказать, они были связаны с какой-то службой и криминальными элементами, их…, — она помедлила. — Говорите как есть, мы уже не дети, — Сережа с таким изяществом держал чашку и сидел с прямой спиной, что преподавательница отметила его манеры, пытаясь смягчить последующее сказанное, делая паузу и продолжая: — Их убили, когда ей было 9 лет. А потом над ней взяли опекунство тетя и дядя: не родные, но близкие друзья семьи. К сожалению они были в той же организации и через несколько лет все повторилось. Ребята переглянулись, цепенея. — Три года назад на них было совершено покушение, и в ходе этого их родная дочь и соответственно младшая сестра Томы погибла. Брак распался, дядя ушел и не вернулся, тетю это сильно подкосило. И как вы понимаете, она не смогла справится и стала много употреблять алкоголя. Марина Игнатовна решила говорить напрямую, понимая, что самая большая травма для любого ребенка это обман и искажение фактов. Во многих сложных темах не стоит ничего привирать и лучше говорить начистоту, как со взрослыми. — Один из детских домов как раз хотел забрать Тому из-за того, что ее тетя как опекун перестала отвечать на сообщения, и платежей по коммуналке за их дом больше не поступало. Кажется он назывался…«Надежда». — Да это же мой!, — Женя удивилcя. — Им даже удалось ее забрать на одну неделю, но она там такое устроила, не успев переступить порог, что ее отправили обратно после всей случившейся ситуации. Преподавательница сделала небольшой глоток. — Я слышал, что была какая-то история пару лет назад. Какая-то новенькая встала на защиту одной из наших, защищая ту от каких-то парней старшеков, их было 4 или 5 человек, и всем от той девчонки сильно досталось. — Видимо, это была наша Тома, — учительница горько улыбнулась, — она всегда была бойкой, а с 13 лет ее кулаки всегда были в ссадинах. Ни себя, ни других никогда не давала в обиду. Жаль, что уже на тот момент у нее были проблемы с полицией, и никто не хотел брать к себе на попечение возможную уголовницу. Все полагали, что пройдет пару месяцев, и она попадет в колонию для несовершеннолетних. Но после этого спустя какое-то время коммунальные платежи снова стали оплачиваться. Видимо, она нашла способ работать. Правда зная ее изначальную историю и необычную семью, как вы понимаете способ этот вероятно нелегальный. Это меня и беспокоит сильно. За три года у Томы уже накопилось два угона автомобиля, десятки краж и … бог знает чего еще. Даже страшно представить. Ее почти отправили в колонию, но кто-то выпустил под залог под условное освобождение. Возможно Тома сейчас продолжает работать на этого человека. Страшно это, ей всего 16, она прекрасная девушка. С поступлением в эту школу ей дали второй шанс, надеюсь вы сможете повлиять на нее как ее новые друзья. Вы мальчики хорошие, учитесь хорошо, у вас и мечты и цели есть. Ты Лера у нас умница тоже. Это был тяжелый разговор, никто и не думал, что Тома тоже сирота. По ее улыбке и легкомысленности вообще не скажешь, что у нее есть какие-то трудности. — Это получается ей приходится на кого-то работать, чтобы чем-то позавтракать и оплатить счета за большой дом?, — Лера задала риторический вопрос, чувствуя как в горле образуется ком, а в груди стало тесно. — Да, вы же знаете что вам троим в 18 лет будет доступен банковский счет с некоторой суммой компенсацией, накопленной за годы потери родителей? Один лишь Сережа кивнул. Олег и Женя посмотрели с большим удивлением. — Потом расскажу, — добавил он им. — Сейчас, к сожалению, вы не можете воспользоваться деньгами, вам лично выдают карманные, насколько мне известно сейчас, хоть немного. Теперь они кивнули втроем, соглашаясь с этим. — Еще 10 лет назад и этого не было — было все намного строже, даже страшно представить, как жили раньше. Но с 2015 стало потихоньку все меняться, не так быстро, как хотелось бы… но хоть как-то. Тома все усложнила, лишь бы остаться дома с тетей. Такая одинокая сильная юная волчица. Присмотрите за ней как друзья. Только прошу вас… сами не влезайте в неприятности.

***

Во вторник Лере пришло сообщение от Томы с просьбой приехать к ней в гости после занятий, если получится. — Блин, ну конечно получится, спрашиваешь еще!, — Лера радостно писала ей в ответ, хотя сама уже знала, что занятие по кэндо она пропустит, но ради подруги — одно не жалко. — «Тебе привезти что-нибудь?» — «Не, ничего не надо, подружань» Макарова все равно зашла в магазинчик прежде чем сесть в автобус, купив небольшой воздушный тортик с маракуйей за 500 рублей. Ходить в гости, тем более первый раз, и не принеся ничего — дурной тон! Она ехала в автобусе загород и смотрела в окно, наблюдая за проезжавшими машинами и слушая музыку в наушниках. Одна из песен создавала какое-то минорное настроение, но Леру это нисколько не смущало. Эта песня была любимой у Олега, и она была готова ее слушать многократно. Тома встретила ее у забора в пальто с открытой шеей. — Ну чего ты опять с открытой шеей? Ты знаешь, что такое «шарф»?, — Лера была строга, как учительница. — Мамочка, ну пожалуйста, тут два метра пройти, — Тома с ухмылкой по-детски защебетала. — Ты кстати чего школу пропускала? — Да вот приболела. Девушки пошли к дому, когда Тома открыла уже дверь, пропуская Леру внутрь, та толкнула ее вперед, причитая: — Тем более! С голой шеей на улице торчишь после болезни. Сейчас чай пить будем! — Только это… , — стоя в прихожей Тома, понизила голос и стала говорить слегка нервничая, — ты не знаешь, но… я живу с тетей, она сейчас отдыхает, давай мы сделаем чай и пойдем наверх. И там будем уже сидеть спокойно. Лера вспомнила слова преподавательницы, когда они втихаря подслушивали: «Твоей тете нужна психологическая помощь и реабилитация» Они договорились с ребятами, что признаваться в том, что знают ее тайну пока не будут — это не по-человечески как минимум. Тома должна сама созреть и рассказать своим друзьям, когда посчитает нужным. Но когда Лера услышала слова про тетю, она вздрогнула, и видимо мимика ее чем-то выдала, раз подруга, смотря внимательно в ее глаза спросила: — Ты чего? С тобой все нормально? — Да, извини, — Лера улыбнулась, отдавая торт, — просто тут столько интересных вещей вокруг, загляделась, сорь. — Ты можешь осмотреться, но тихо. Вот за той дверью тетя спит. А можешь наверх подняться в мою комнату, там на двери плакат висит, сразу поймешь, куда заходить. Тома улыбнулась и пошла на кухню готовить им чай и разрезать торт. Лера поднялась по лестнице на второй этаж в небольшой коридор: три двери были распахнуты, а одна, на которой и висел плакат, были закрыты. Лера знала, что ходить по чужому дому и рассматривать вещи как-то неприлично, но любопытство взяло вверх и она зашла в одну из комнат. Перед ней была детская — чистая и убранная, на полках стояли мягкие игрушки, книжки. Кроватка была заправленна пледом. Но ощущение от этой комнаты было крайне неприятное, необъяснимое, несмотря на порядок и мягкость линий и розовый цвет. В другой комнате была большая кровать, перед которой был пушистый белый ковер, на комоде стояло много икон и стопка тяжелых книг. Когда Лера открыла комнату Томы, то даже не удивилась, учитывая характер подруги — с одной стороны был завал из вещей, с другой идеальный порядок, будто бы в одной комнате жили два разных человека.На рабочем столе она заметила разные книги: «the monsters of templeton» авторства Лорена Графа на английском языке в мягком переплете. Книга была потрепанной: — Ого, она читает прям в оригинале? Еще одна: «Энциклопедия по архитектуре» — толстенная книга фирлетового цвета с кучей цветных торчащих закладлок, и стопка разных комиксов, некоторые были на английском, некоторые на русском. На столе также лежал бирюзовый старенький потертый плеер с проводными наушниками. Тома зашла в комнату, удерживая большой деревянный поднос с тортом, тарелками и кружками чая с чайником, рассчитанным литра на 2 сразу. — Ну и чего ты еще не села на кровать, давай плюхайся. И расскажи давай, как у вас там в школе, есть что-нибудь интересное? Как парни поживают? Лера ей рассказала, что неделька была завалом по учебе, и все как-то вели себя тихо, по крайне мере они. Сережа был ниже и тише травы, даже сложилось ощущение, будто бы они были в ссоре с Олегом — настолько мало он разговаривал. Володька снова пару дней пропустил, Вадик один день прогулял. — Ну и отстой, без меня вы скучные, — она засмеялась, — а как у вас с Волковым? Ты не против таких тем? Мне надоело тут тухнуть просто и думать только про учебу, — Тома завалилась рядом с Лерой на кровать. Лера замялась сначала, но потом рассказала, как погуляли последний раз и в целом рассказала несколько интересных историй из их жизни. — Ну а ты? Том, тебе кто-то нравится из нашей школы?, — Лера повернулась к ней и с улыбкой прошептала в ухо. — Мммм, — Тома стала смотреть в потолок, закинув руки за голову, — не знаю-не знаю, всего-то второй месяц я с вами. — И что? Да я вижу по глазам, что кто-то нравится. — Ну, честно, я пока не понимаю до конца своих чувств, мне вроде как нравятся двое, — Тома слегка посмотрела наверх куда-то в угол, закусив губу, — но мы же мало общались пока, всего ничего. — Кто, ну кто же? То есть ты про меня знаешь все, а я про тебя ничего? Какая несправедливость!, — Лера наигранно возмущалась. — Нууу, ты обещаешь не смеяться? — Том, — она улыбалась. — Ну хорошо. Мне нравится…. Вадим и Сережа, — пробубнила Тома. — Вадик?! — То есть то, что мне нравится Сережа, тебя смутило меньше? Девушки засмеялись, глядя друг на друга. — Ну не знаю, — Тома продолжила, — они вроде прикольные, наедине не такие как при всех в школе. — Наедине?!! Ну ка, рассказывай!, — Лера аж запихнула большой кусок торта после этого, приподнимаясь и садясь на кровать удобнее. — Ну… мы с Серым, виделись как-то в классе музыки после уроков и когда его оставили после уроков в наказании, ну а с Вадимом… тоже пару раз, вне школы. — У вас свидание было? — Нет, ну чего ты! Какое свидание. Наверное я бы даже не пошла на них, — Тома хихикнула, — просто случайные встречи. — Ладно, я могу понять, что тебе нравится Серый, но шутки Вадима же вымораживают! — Шутки тупые, но на самом деле он не такой внутри, как хочет казаться….такой знаешь, ранимый на самом деле. Вот и защищается таким способом от всех. — Заставила меня задуматься на эту тему…., — Лера отпила чай. Девушки еще долго обсуждали отношения, школу, болтали о комиксах, о книгах, позже решили посмотреть «Дэдпул». Лера его обожала, а Тома в принципе любила супергероику, хотя ей больше всех нравилась сильная и независимая Женщина-кошка. Когда Лера собралась домой, они вышли вместе на веранду, решив еще немного покурить и по второму кругу обсудить парней. — Слушай, а ты не хочешь как-то намекнуть им? — Да я ж говорю, еще мало времени прошло, оба симпатичны, а там посмотрим. На счет Серого я вообще не уверенна, что могу ему нравится, да и вообще, что ему кто-то может нравится. — Это точно, за тот год ни разу не замечала за ним в отличие от других хоть какого-либо интереса к кому-то, — Лера выдохнула дым, заказывая такси до дома, — ты завтра придешь на занятия? — Ага, мне еще придается скорее всего писать после урока пропущенную КР по матеше.