Часть 3

Точка зрения Лелуша Он не должен был заключать сделку с дьяволом; было глупо с его стороны думать, что это не будет иметь цены. Получение сценического оборудования, по-видимому, потребовало от президента дать несколько обещаний. Однако он не ожидал, что Knightmare понадобится обслуживание, в обмен на которое Милли пообещала некоторым друзьям семьи бесплатную рабочую силу на выходные, но он мог принять это. Он не был удивлен, помогая членам театрального клуба обращаться с оборудованием во время репетиций, это была честная сделка. Чего он не мог понять, так это как он оказался играющим в регби. Это все, о чем мог думать Лелуш Ламперуж, когда его схватили... «Худший день в моей жизни».

Точка зрения Каллен

Лучший день в моей жизни, даже если на день позже. Унизив учителя, они праздновали день рождения Наото до поздней ночи. Ели стряпню Кенто, пили сакэ и ели восхитительный торт. Прошло несколько месяцев с тех пор, как она видела Оги; она скучала по этому парню. По Наоми тоже скучала. Они никогда не были по-настоящему близки, но она была единственной японкой, которую она могла считать подругой. Утром она проснулась первой и увидела часы, 11:47. Кажется, у слабой Каллен Статфельд были проблемы со здоровьем после вчерашней пьесы. Это сработало бы как оправдание для Эшфорд. Она осмотрела дом и собиралась разбудить брата, чтобы попросить помочь убрать этот беспорядок, но, в конце концов, это была его вечеринка, и это был бы ее подарок, поэтому она решила сделать всё в одиночку.

Точка зрения Ривала

«Ривал, предатель, остановись немедленно!» Ему пришлось бежать. Не то чтобы его преследователь был быстрым, но он знал Лелуша; у того всегда были уловки. «ОТДАЙ МНЕ ЭТУ КАМЕРУ ПРЯМО СЕЙЧАС!» — крикнул Лелуш, бежа из последних сил. «Извини, приятель, приказ от президента», — сказал Ривал с легкой улыбкой. Было приятно победить Лелуша хоть в чём-то . Ривал вошел в комнату 404, и... там остались только Ширли и еще несколько человек, готовившиеся к выходу. «ГДЕ МИЛЛИ!?» — спросил он в недоумении. Ширли ответила смущенным тоном: «Она сказала мне, что ты написал ей, чтобы мы встретились в клубе». Ривал, находясь в полном шоке, ответил: «ЧТО!». Он повернулся, чтобы убежать, но Лелуш уже заблокировал дверь, держа телефон Ривалза. Он снова проиграл.

Ширли POV

Сначала девушка была удивлена ​​ситуацией, пока они направлялись к выходу. Ривал неуклюже попытался извиниться, в то время как Лелуш был полон решимости не оставить это без внимания. Но когда спор закончился, и Ривал явно был в долгу, наступила тишина, а вместе с ней и воспоминание о том, как Лелуш защищал двух дам, пока все остальные стояли на месте. Прошла неделя, но она не могла выкинуть эту сцену из головы. На мгновение Лелуш стал похож на принца. Вопрос терзал разум Ширли: «Это то, что они называют любовью?» На секунду ей в голову пришла мысль пригласить Лелуша на свидание, но она побоялась. Момента колебания было достаточно, чтобы развеять ее мужество. Трое продолжили идти, пока не достигли выхода, расставшись.

Точка зрения Лелуша

Лелуш очень хотел вернуться домой, поприветствовать Нанналли, рухнуть в постель и долго не вставать. Но у него была работа. Обычно он бы попросил Ривалза подвезти его, но на этот раз ситуация была опасной. Поездка в гетто сама по себе была азартной игрой, но ставки были слишком высоки, чтобы не рискнуть. Если все пойдет хорошо, ему не придется играть по крайней мере месяц. Его невезучим противником был высокопоставленный дворянин. Лелушу удалось получить запись одного из его матчей; он не был впечатлен. Однако этот человек хорошо скрывал свою личность. У Лелуша такой роскоши не было. Лучшее, что он мог сделать, это носить старую простую одежду, чтобы не выделяться среди Одиннадцатых, и играть под вымышленным именем. Это не мешало телохранителям дворянина время от времени избивать его и уходить, не заплатив. Лелуш не был новичком в этом деле, но ради Нанналли он был готов пойти на риск.

Точка зрения Каллен

Каллен закончила убирать дом и, проведя несколько часов с братом, собиралась ехать домой. Конечно, мысль о том, что она сможет пройти 2 км, не попав в неприятности, даже не рассматривалась Наото, но это было нормально. Она не возражала против небольшой компании по дороге. Перед тем как выйти из гетто и войти на станцию, Каллен резко остановилась и оттолкнула брата рукой за стену. «Что здесь делает Лелуш?» — спросила Каллен скорее себя, чем брата. «Твой друг? Разве он не британец?» Каллен просто кивнула, наблюдая, как черноволосый мальчик входит в заброшенный дом, который, как они оба знали, был заброшен. Каллен знала, что Лелуш говорит по японски, и, желая верить его истории, не было бы странным для него все еще иметь контакты среди японцев. Однако военные не редко нанимать таких людей, как он, чтобы покупать информацию о местном сопротивлении у жителей гетто. Наото видел, как это происходило, а Каллен слышала эти истории. Кивнув в знак понимания, они решили последовать за ним. Если подозрение было верным, Каллен могла уже находиться под наблюдением как потенциальная предательница только из-за ее знания японского языка.

Точка зрения Лелуша

Войдя в здание, он направился на третий этаж, как ему было сказано, вошел в дом, сделал несколько шагов и в том, что когда-то было кухней, обнаружил трех мужчин в масках. Двое стояли и явно были вооружены пистолетом, третий сидел, улыбнулся, прежде чем начать говорить. «Начнем?» Точка зрения Наото Наото не был уверен, что делать; они последовали за Лелушем, и теперь он обнаружил, что наблюдает за ним через остатки зеркала. Когда он увидел людей внутри комнаты, он подумал, что его худшие опасения сбываются. Он понятия не имел, были ли у Лелуша причины подозревать Каллен, но даже если нет, если он действительно сотрудничает с армией, Наото придется принять меры предосторожности, возможно, даже прекратить все контакты с Каллен ради ее же блага. Он ожидал услышать, как Лелуш сообщает мужчинам имена или информацию, но все, что они сделали, это начали играть в шахматы в тишине; долгая игра. Спустя почти час игра, казалось, подошла к концу. Наото был благодарен; ни он, ни его сестра не были лучшими примерами терпения, но на этот раз они смогли сдержаться. Он не мог видеть шахматную доску, но, похоже, проиграл человек в маске, он махнул рукой тому, кто был справа от него, и тот достал чемодан, спрятанный за предметом мебели в комнате. Лелуш открыл его и сказал: «Это меньше половины того, о чем договаривались». Дворянин посмотрел на него, помолчав несколько секунд. «Я не знаю, что сказал тебе посредник; ты должен быть благодарен, что я даю тебе столько за простую партию в шахматы». Человек справа сделал шаг вперед, а тот, что слева, положил руку на пистолет. Ситуация накалялась; Наото слегка подтолкнул Каллен к двери; ей нужно было уйти оттуда, прежде чем их заметят. Прошли напряженные секунды, в течение которых никто не двигался, даже Каллен, к великому разочарованию Наото. Лелуш поклонился и сказал извиняющимся тоном: «Прошу прощения за невоспитанность; мой информатор, должно быть, ввел меня в заблуждение». К счастью, Лелуш не был идиотом. Напряжение в комнате, казалось, спало. «Хорошо, молодой человек, вы можете идти, но я советую вам быть осторожнее; многие люди не так готовы терять деньги, как я» Наото пришел к пониманию; все это ради пари. Он мог бы догадаться об этом и раньше, но шахматы? Серьезно? Это было необычно, Наото вернул к реальности звук встающего Лелуша, теперь он направлялся к выходу. Им пришлось бежать оттуда, прежде чем их заметили; он взял сестру за руку, и они поднялись на четвертый этаж, ожидая, пока здание опустеет. То, что когда-то было полом здания, теперь служило крышей после того, как остальная часть здания рухнула; Оттуда он мог видеть вход в метро, гетто и британский город, залитый оранжевым светом заката. «Похоже, мы ничем не рискуем», — нарушил тишину Наото. Каллен стояла рядом с Наото, глядя на пейзаж. «Зачем тому, кто может позволить себе поехать в Эшфорд, приезжать сюда и рисковать жизнью ради пари?» Это был хороший вопрос; у него не было настоящего ответа, но он знал Каллен, и он надеялся, что она не будет достаточно любопытна, чтобы расследовать это дело. Если их раскроют сегодня, это может закончиться плохо, поэтому он попытался дать ей простой ответ. «Может быть много причин, но, вероятно, его толкает на это волнение от риска». Каллен, казалось, не была убеждена, наблюдая, как Лелуш уходит и входит в метро. Наото знал, о чем она думает. «Ты собираешься выяснить, не так ли?» Наото был шокирован; он никогда не видел, чтобы Каллен говорила с такой уверенностью. На мгновение он забыл о проблеме Лелуша, и ему вспомнился разговор с Оги много лет назад. «НАОТО, НЕ БУДЬ ИДИОТОМ, ТЫ СЫН БРИТАНЦА, ты можешь жить жизнью, от которой нам пришлось отказаться». Наото посмотрел на небо, полное звезд, и ответил: «Оги, ты мечтал преподавать в начальной школе, и все еще мечтаешь. Япония была страной, связанной с прошлым и традициями; Британия думает только о настоящем, и рано или поздно люди устанут от их правления и восстанут, ОГИ, я хочу будущего; я освобожу Японию и создам страну, где люди смогут следовать за своими мечтами». Они были молоды и не знали, что делают. Некоторые друзья погибли, другие сбежали; реальный мир не был добр к ним, но этого было недостаточно, чтобы остановить их от погони за такой недостижимой мечтой. В этом Каллен была похожа на него, он сомневался, что Каллен откажется от идеи рисковать своей жизнью, чтобы защитить кого-то. Его сестра всегда рвалась в бой. Она всегда была такой по отношению к японцам, очевидно, этот парень был тем, кого стоило защищать. Наото признал поражение перед собой и сказал: «Хорошо, Каллен, но ты будешь следовать моим инструкциям, никаких ненужных рисков». Девушка согласилась.

Точка зрения Каллен

Каллен искренне беспокоилась, что Лелуш может погибнуть. Парень был забавным, потенциально мог стать ее первым настоящим другом в Эшфорде, но вопрос о том, почему Лелуш был готов так рисковать ради денег, интриговал ее. За то короткое время, что они провели вместе, он никогда не проявлял никакого интереса к таким вещам, наверняка он ненавидит риск, и он, казалось, довольно критично относился к тому, как дворяне тратили свои деньги и вели свою жизнь. Он без проблем сказал это знатной девушке, которую едва знал (не то чтобы Каллен не соглашался), она не видит никаких причин, по которым кто-то вроде него должен был делать что-то подобное, вся эта ситуация не имеет никакого смысла.