Глава 1

Москва, 2020 год. Лучи рассветного солнца сквозь не до конца задернутые шторы пробрались в светлую спальню, настойчиво светя лежащему на спине мужчине в лицо. Тот поморщился и попробовал отвернуться, но безуспешно. Открыл глаза, замечая время на настенных часах. Ещё рано. Ощутив движение на второй половине кровати, мужчина повернулся на бок. Ладонь заскользила по гладкой ткани шёлкового неглиже, задирая подол и располагаясь на бархатной коже бедра. – Не спишь, моя хорошая? Хрипловатый шёпот обрушился на светлую макушку. В ответ раздалось сонное мычание. Трепетным поцелуем коснулся шеи, медленно спускаясь к плечу. Женщина, улыбнувшись, слегка повернулась, подставляясь под мужские губы. Податливо согнула ногу в колене, давая затаившейся на бедре широкой ладони зелёный свет. С каждой минутой желание становилось всё более сильным. – Иди ко мне. Смотря в лазурные с поволокой глаза нависшего над ней мужчины, зарылась пальцами в волосы, притягивая его ближе к себе. Дважды повторять не пришлось и через мгновение губы столкнулись в жадном поцелуе. Москва, декабрь 2018 года. – А где твоя жена? Расправляя ветки верхушки ёлки, Ирина на секунду прервалась, чтобы посмотреть на возившегося с гирляндой мужчину. Выпитый за ужином коньяк поспособствовал формированию неформальной обстановки и раззадорил обыкновенное женское любопытство. Кольца у такого галантного и обходительного мужчины не наблюдалось. Однако бывшая у неё в подчинении ординатор Алёна Анатольевна не далее, как месяц назад отпрашиваясь на уикенд, в своей речи вскользь упомянула мать. Значит, в природе она всё-таки существовала. Осенью, во время памятного разговора с кальвадосом, чиновник начал было говорить про супругу, но его быстро сморил сон. – А жена ваша, простите, кто по профессии? Ирина подперла ладонью щеку. Слушать хмелеющего чиновника было не сказать, что сильно интересно. Но и выставить его сейчас за дверь она не могла – не хотелось навлечь неприятности на свою персону. – Жена? Анатолий замер с наполненным бокалом около рта. Дёрнул губой, собираясь с мыслями, однако ответить ему помешал завибрировавший телефон. Закрыв через несколько минут мессенджер, начал тереть глаза, затем встал и направился к столь манящему сейчас дивану. – Я у вас тут полежу немного… При всём этом, Алеников, отринув официоз, последние пару дней общался с ней именно как с женщиной, а не подчинённой. Ещё и эта фраза: «Вы меня интересуете». Так что хотелось ясности. Второй раз наступать на грабли интрижки с женатым мужчиной хотелось меньше всего. – Жена? Хрипло переспросил Анатолий, замерев. Это слово из четырёх букв вызывало у него целый букет эмоций, причём далеко не положительных. – Мы развелись полтора года назад. Пальцы сжались на тонком проводе. На скулах заиграли желваки от едва сдерживаемого раздражения.

***

Дверь бара распахнулась, выпуская на заснеженную улицу блондинку в чёрной дублёнке. – Хорошо… Алёна втянула носом воздух, чувствуя как голова немного проясняется. Количество выпитого сегодня достигло исторического максимума. Сложная операция, ставшая причиной разговора на повышенных тонах с двумя другими врачами, перетекла в консенсус в баре, который по совместительству стал извинением за несдержанность коллег-мужчин. – Эй, – выйдя следом через пару минут, Артём окликнул стоящую к нему спиной девушку, – ты сама дойдешь? – Я тебе больше скажу, – пьяно ухмыльнулась, развернувшись, – я даже доеду, – показательно извлекла из кармана телефон, слегка покачнувшись на высоких каблуках, – на персональном транспорте! – Подняла указательный палец вверх, одновременно ища нужный контакт. Павлов-младший презрительно поджал губы, сканируя взглядом светловолосую девушку. Вот почему кому-то всё и сразу, а кому-то… Обратно в Москву он вернулся не по своей воле – его польская пассия оказалась на редкость ревнивой особой, закатив скандал после того, как узнала, что его видели с другой девушкой. Подумаешь, какая-то очередная смазливая медсестра. Но Регину было не переубедить. Будучи обладательницей непростого характера, она была ещё и мстительной, поэтому не успокоилась, пока его не выперли из госпиталя. А дома родная мама, натворив непонятных ему дел, не могла похвастаться разнообразием рабочих предложений для любимого сына и вновь устроила его к себе в отделение. Хотелось верить, что ненадолго. Поэтому появление нового ординатора и по совместительству дочки чинуши из Минздрава было воспринято со скепсисом. Она хоть и была красивой, но после расставания, плачевно отразившегося на карьере, на новые романтические приключения на работе не тянуло. Однако скепсис за последние дни начал таять, превращаясь в спортивный интерес. А что, если приударить за золотой девочкой?.. Роман с дочерью чиновника мог быть очень полезен для его карьеры. Фантазия рисовала весьма любопытные картины. При хорошем раскладе есть даже вероятность оказаться в министерстве… Ещё раз бросив взгляд в сторону блондинки, Артём удовлетворённо ухмыльнулся, после чего пошёл в сторону метро. Алёна в это время увлечённо разговаривала по телефону. – Какой адрес? – Нахмурилась. – Сейчас посмотрю. Напротив дом такой с аркой, – растянула гласную, – давай я сейчас скину геолокацию, потому что тут ни одного указателя! – Возмущённо топнула ногой. – Кость, а папы там рядом нет? – Прикусила фалангу указательного пальца, с волнением ожидая ответа. Меньше всего хотелось, чтобы отец видел её в таком виде. Услышав, что он вообще ночует не дома и спалить её некому, облегченно вздохнула, затем заканчивая вызов. Отправив своё местоположение, Аленикова решила пройти чуть дальше, ближе к жилому дому, чтобы Костя её сразу заметил. Должен же здесь быть указан адрес. Посильнее надвинула на лоб шапку, сделанную на манер ушанки, ощущая как мороз кусает лицо, ладони спрятала в карманы дубленки. «Где только перчатки посеяла». Снег скрипел под каблуками сапог. В ожидании машины двигалась, чтобы не замёрзнуть. Прошло несколько минут, а по ощущениям казалось, что гораздо больше. Раздавшийся за спиной свист заставил дёрнуться и быстро обернуться. К ней приближалась компания людей.

***

Иван задумчиво вертел в руках бумажную салфетку, в пол уха слушая болтовню товарищей. Из мыслей не шла симпатичная блондинка. Они столкнулись около гардероба. Она, копаясь в сумке, не смотрела по сторонам и упорно шла вперёд, поэтому со всего маху впечаталась в него, едва не упав. Он вовремя среагировал и не дал ей соприкоснуться с полом. Ладони сами собой легли на белый свитер, фиксируя миниатюрную фигуру. Опустив взгляд, он встретился с поразительной красоты серо-голубыми глазами, на дне которых плескался испуг. – Простите… Неловко улыбнувшись, пробормотала незнакомка, всё ещё находясь в его объятиях. Затем он увидел её за соседним столиком. Подойти не решился, так как она была в компании аж двух молодых людей. И поэтому на протяжении всего вечера гипнотизировал взглядом светлую макушку. Отбросив с раздражением салфетку, мотнул головой. В любовь с первого взгляда не верил, но сейчас это было единственной причиной, почему снова хотелось пересечься с прекрасной незнакомкой. Обратив взгляд на соседний столик, с разочарованием обнаружил, что тот опустел. Только на сидении лежали перчатки с красной оторочкой по краю. Недолго думая, подошёл ближе и взял аксессуар. Судя по миниатюрному размеру, тот был дамский и принадлежал той самой блондинке. Наскоро попрощавшись с друзьями, пошёл в сторону гардероба. Получая свою куртку, поинтересовался, не видели ли выходящую отсюда девушку в объёмном белом свитере. Удача сегодня была на его стороне – её видели, более того вышла она всего несколько минут назад, долго возясь со своей дубленкой. Едва оказавшись на крыльце, Иван быстро окинул взглядом улицу. Женская фигура, слегка покачиваясь, мелькнула в свете фонаря около арки дома через дорогу. Сжав в руке находку, решительно шагнул на проезжую часть, но был вынужден остановиться. Зажёгся зелёный свет и машины рванули вперёд. Несколько минут казались вечностью. Светофор замигал, разрешая переход. Быстрым шагом направился к арке многоквартирного дома. До неё оставалось несколько метров, когда он услышал мужские голоса и смех. Сквозь эту какофонию его музыкальный слух уловил женские возгласы, заставившие напрячься. – Отпустите! Хватит! Мозг лихорадочно заработал, ища выход. – Полиция! Сюда! Они здесь! Крикнул во всю силу связок, чтобы голос звучал угрожающе. Услышав возглас, компания бросилась врассыпную, а главарь, стоявший ближе всего, толкнул едва поднявшуюся с колен Алёну, вытащив из кармана телефон. Боль тут же обожгла затылок. Иван бегом бросился с оседащей около кирпичной стены девушке. В глаза бросилось искажённое болью лицо. – Тише, – приподнял, аккуратно уложил её голову себе на колени, внимательно рассматривая. Удар о стену, наливающийся кровоподтёк на скуле и ещё бог знает, что ещё… – Больно.. Всхлипнула, поморщившись. Болела голова, тело, лицо. Болело всё. – Сейчас скорая приедет. Подрагивающими пальцами набрал телефон. Алёна прикрыла глаза, слушая мужской голос. Скорая… Да, сейчас то, что нужно. Наверное, рёбра сломаны и сотрясение впридачу. Аккуратные прикосновения к щеке не давали сосредоточиться на боли. – Говори со мной. Сквозь ресницы смотря на своего спасителя, Аленикова попробовала разлепить пересохшие губы, ощущая металлический привкус, но из горла вырвался лишь хрип. Надо только не забыть сказать про Склиф… Костя уже должен подъехать… Сознание начало покидать её. Последнее, что она запомнила, был звук сирены, мужские голоса и глаза цвета ясной лазури.

***

В предрассветной декабрьской дымке по московским улицам мчался чёрный минивен с сиреной. Анатолий напряженно смотрел в окно, задумчиво водя пальцем по губам. Как, черт возьми, он мог не услышать звонки ночью? Телефон он отключал редко, максимум ставил на вибрацию, так как всегда предпочитал держать руку на пульсе. Когда дочь уходила на ночные дежурства или подолгу гуляла, чем бы он не был занят, всегда ненавязчиво был в курсе её дел. После развода объектом его переживаний была исключительно она. Утро после ужина с Ириной было ни разу не добрым, хотя таким представлялось накануне. Она была первой женщиной после развода, которую он подпустил так близко к себе. Романтическую атмосферу немного подпортил её вопрос о жене. Вернее, о бывшей жене. Он кратко ответил, не вдаваясь в подробности. Это он никому не рассказывал. Всё осталось в прошлом. Ужин плавно и вполне закономерно перетек в постель. Разморенные близостью и выпитым алкоголем, они заснули. А через пару часов Костя безуспешно пытался до него дозвониться. Узнал он об избиении дочери только час назад. Из дома Ирина позвонила в отделение и выяснила, что Алёна спит. Более подробно о её состоянии можно было говорить после того, как она придёт в себя. Провёл ладонью по лицу, затем по волосам, сжав пряди волос, пытаясь держать себя в руках. Выработанная годами привычка держать лицо его никогда не подводила, а внутри творился пожар из страха и переживаний. Господи, ну почему это случилось с его маленькой девочкой?.. Ради дочери был готов на всё, лишь бы его принцесса была счастлива. И хотя Алёне было уже двадцать четыре года, для него она всё равно оставалась той маленькой девочкой с косичками, которой он читал сказки перед сном. За окном показалась территория больницы. Стоило машине остановиться, Анатолий первым вскочил с места, покидая салон. За ним последовала Ирина, перед этим в очередной раз зевнув. Константин, глядя на здание, с досадой дёрнул губой. Шеф, поглощённый переживаниями, не успел узнать ещё кое-что. До одного абонента этой ночью он всë-таки дозвонился.

***

За Анатолием, стремительно направлявшимся к дочери, Ирина едва поспевала. Только благодаря дежурившему прошедшей ночью Хромову она была спокойна, уверенная в том, что с Алениковой-младшей всё в порядке. Ещё не хватало каких-то проблем. Не стоило забывать, что её отец был не последним человеком в министерстве. В дверях они поравнялись. Павлова придержала мужчину за рукав пальто, обращая на себя внимание. – Я сейчас всё узнаю и мы пойдём к ней в палату. Анатолий кивнул, ослабляя галстук. Громкий голос сбоку заставил их обернуться. Около стойки какая-то светловолосая женщина эмоционально разговаривала с регистратором. Анатолий прищурился, наклонив голову вправо. «Неужели?» «Очередная истеричная родственница». Вздохнув, Ирина направилась к регистратуре, настраиваясь на разбирательство. Как заведующей отделением ей приходилось общаться с родственниками, зачастую выслушивая их жалобы и претензии. И сейчас, судя по растерянному виду Тани, всё к этому шло. Однако Павлова не успела и рта открыть. Хриплый мужской голос заставил всех присутствующих обратить внимание на его обладателя. – Ты что здесь делаешь? Приподняв брови, Анатолий ошарашенно смотрел в голубые глаза развернувшейся к нему бывшей супруги.