Глава 2

– Ты что здесь делаешь? Приподняв брови, Анатолий ошарашенно смотрел в голубые глаза развернувшейся к нему бывшей супруги. Немая сцена продлилась несколько секунд. Елена отмерла первая, полностью разворачиваясь. – Я что здесь делаю? – Голос дрогнул. – У меня ребёнок в тяжёлом состоянии и он ещё спрашивает. А почему ты, – сделала шаг вперёд, выделяя последнее слово, и смотрела теперь на Анатолия снизу вверх, – только сейчас соизволил сюда явиться?! – Громкий голос ударил по вискам, а наманикюренный ноготь ткнулся мужчине в грудь. – Когда должен быть рядом с дочерью! – Я как только узнал, сразу приехал! – нахмурился, взмахнув рукой. Пока бывшая чета Алениковых вела диалог, Ирина, на всякий случай отойдя в сторону, рассматривала взволнованную женщину. Бывшая жена Анатолия оказалась блондинкой средних лет. По ощущениям, явно младше него. Чёрная шубка, фирменная сумка были показателями статуса, а значит вполне имела место быть пластическая хирургия. Потому что вблизи ей едва ли можно было дать больше тридцати пяти. – Поздновато спохватился, папаша! Ядовито прошипела Елена. Если бы взглядом можно было испепелить, от мужчины сейчас осталась бы кучка пепла. – Заткнись! Рявкнул Анатолий, угрожающе нависнув над ней. – Прекратите! – Ирина встала между ними, ощутив витавшее в воздухе напряжение. – Взрослые люди, а ведёте себя как дети малые! Своими криками вы дочери не поможете. Успокаивайтесь, иначе я вас в палату не пущу, – бросила взгляд на чиновника, ослабляющего галстук. Отступив в сторону, Аленикова глубоко вздохнула, приходя в себя. В конце концов, она сюда приехала не отношения выяснять. Всё уже было выяснено полтора года назад. – Вы здесь начальница? – Окинула оценивающим взглядом стоящую рядом с бывшим мужем женщину. – Потрудитесь узнать, в какой палате находится моя дочь. Потому что ваши подчинённые не в состоянии мне предоставить эту информацию. – А по какому праву вы со мной так разговариваете? – Ирина изогнула бровь. В любое другое время или не стала акцентировать внимание, или быстро поставила на место зарвавшегося оппонента. Однако нынешняя ситуация была из ряда вон. Пренебрежение, сквозившее в голосе не просто какой-то женщины, а бывшей жены её любовника, коробило. – Я занимаю должность заместителя директора департамента регулирования обращения лекарственных средств и медицинских изделий, – Елена говорила ровно, но Павлова уловила в её голосе замаскированную угрозу, – и при желании могу очень многое, – выделила последнее слово, поджав губы. – Лена. Подойдя ближе, Анатолий дотронулся до рукава чёрной шубы, дабы усмирить бывшую супругу. – Не трогай меня. Рыкнула, дернувшись, и одарила бывшего мужа очередным колючим взглядом. Любое малейшее движение с его стороны выбешивало. Ситуацию спас появившийся в приёмном отделении врач Алёны.

***

Пока они шли до нужной палаты, Хромов рассказывал, в каком состоянии Алёна поступила. Павлова отлучилась от них, уйдя в свой кабинет. –Давайте не будем её насильно будить. – Иван Николаевич остановился около нужной палаты. – Она скоро должна проснуться. – Конечно, мы же не враги собств… Рассеянно коснулся лица Анатолий, замолчав на полуслове – глазами нашёл дочь. – Девочка моя… Также устремив взгляд в палату, Елена рвано выдохнула, дотронувшись ладонью до стекла. Сердце пропустило удар. Алёна лежала на кровати такая маленькая и беззащитная. На скуле ярким пятном выделялась гематома. Левая рука забинтована в кисти. Ещё сломаны несколько рёбер, как сказал им врач, и травма головы. Господи, как похоже. Много лет назад она уже слышала эти страшные слова. И видела в отражении зеркала избитое лицо. – Я подозреваю сотрясение, – раздался мужской голос, – у Алёны наблюдалось два из трёх признаков амнестической триады. Хорошо, если подтвердится третий. Однако кт сделать всё же необходимо для исключения более серьёзных травм. Слушая врача, Анатолий напряжённо всматривался в черты лица спящей дочери. Сердце болезненно сжалось от осознания происходящего. Его ребёнка совершенно зверским образом избили. И не сносить головы тем, кто это сделал – гнев и жажда мести лавой заструились по венам. Подобное испытывал единожды и очень давно. В сознании мгновенно всплыли воспоминания – избитая светловолосая девушка, сжавшаяся на кровати, и он, сидящий подле неё и сжимающий в своих руках её прохладную ладошку. Из мыслей выдернуло движение сбоку. Схватившись за косяк двери, Елена покачнулась, ощущая, как земля уходит из-под ног. Давно забытое чувство. Тело среагировало быстрее, чем он успел подумать. Подхватил, не дав упасть, и помог опуститься на стул. – Вам нехорошо? Едва Анатолий отстранился, встав рядом, Хромов обеспокоенно склонился над побледневшей женщиной. – Всё нормально, сейчас пройдёт. Помотала головой, незримо чувствуя присутствие бывшего мужа рядом. – Пока Алёнка спит, мы пойдём проветримся. Раздался хриплый голос над головой, а на плечо легла тяжёлая рука. – Хорошо, нашатырь точно не нужен? Елена отрицательно качнула головой, чувствуя, как дурнота постепенно сходит на нет. Проводив врача взглядом, Анатолий развернулся к прикрывшей лицо ладонью женщине. – Пойдём воздухом подышим, – ладонью провёл по ткани бежевой блузки. – Не хочу. Повела плечами, отстраняясь. – Пошли, – склонился к светлой макушке, –всё, что нужно, у меня есть, – убрав руку, похлопал по карману своего пиджака, – нам обоим нужно развеяться. Прикусив губу, Елена нехотя оперлась о предложенную руку и встала.

***

Начинало рассветать. Хлопнула дверь. Поставив пластмассовые стаканы в подстаканники, Семён уселся на пассажирское сидение минивена, проверив наличие в кармане ключей от чёрного бмв, стоящего чуть поодаль, – именно он ездил за хозяйкой в аэропорт. – Держи, – протянул товарищу кофе. – Спасибо. Константин пригубил горячий напиток, кивнув. Сегодняшние ночь и утро выдались бурными. Алëну было жалко во всей этой ситуации. Он уже давно работал на Алениковых и успел привязаться к этой девочке, ещё будучи школьницей угощавшей его конфетами. – Слушай, как так вышло, что он звонков не слышал? – Семён задумчиво постучал по приборной панели. – Черт его знает, – пожал плечами, – ночевал у этой врачихи, как я вчера их отвёз, и утром тоже оттуда забирал. – Думаешь она? – Ты помнишь, чтобы он телефон отключал? – Вопросом на вопрос ответил Константин. – Нет, – покачал головой, – он максимум на вибрацию ставит. – Вот и я не помню, – вздохнул, устремив взгляд вперёд. – Наши. – Указал головой в сторону крыльца, на которое вышли шеф с супругой. Щëлкнула зажигалка. Первая затяжка. Елена с наслаждением выдохнула облачко дыма, после затягиваясь снова. Бесконечное волнение, накрывшее в момент звонка Кости, начало понемногу отпускать. В мужских пальцах блеснула зажигалка с гравировкой. Любимому мужу. Подарок, выполненный на заказ, от женщины, стоявшей сейчас рядом. Уже не жены. Анатолий затянулся, затем выдохнул дым в морозный воздух. Переживания за дочь никуда не делись, но это хотя бы немного притупляло эмоции. Сколько сигарет он выкурил, когда они разводились, не сосчитать… Так странно. Чтобы они с Леной стояли и вместе курили… Раньше она бы сморщила нос и давила на совесть тем, что это очень вредно. А сейчас как ни в чем не бывало стояла рядом. Как она изменились за эти годы… Они изменились… Сигарета обожгла пальцы, прервав мысли на развилке нелицеприятных. Дёрнулся, бросил её в снег и для верности притоптал ботинком. Наблюдая из-под опущенных ресниц, как Анатолий снова лезет за пачкой в карман, Елена стряхнула пепел. – Скажи, – выпустила облачко дыма, – почему ты только утром приехал? – Не понял. Нахмурился, прикурив сигарету, на что бывшая супруга закатила глаза. – Я узнала от Кости всё ночью и прилетела из Питера. А ты, находясь в Москве, – только утром. Чувствуешь разницу? – Сделала жест рукой. – Звонков не слышал. – Раздражённо запахнул пальто. – Ты же телефон никогда не выключаешь, – прищурилась, затушив сигарету в снегу на перилах. – Чем же ты таким важным занимался? – Сложила руки на груди, внимательно изучая его лицо. – Помнится, даже будучи со мной в постели, ты свой долбанный аппарат не выключал. – Не передёргивай. – Анатолий одарил её нечитаемым взглядом. После одного эпизода, произошедшего в их ещё тогда совместной жизни, всегда был на связи. Почему же этой ночью телефон вдруг оказался выключен, оставалось для него загадкой. – Раньше тебя всё устраивало. – Раньше было раньше. Посильнее запахнув шубу, Елена бросила на него мрачный взгляд из-под бровей. После чего направилась ко входу в больницу. Проводив её до самой двери, мужчина докурил и направился следом.

***

Около палаты они оказались почти одновременно. Спиной ощутив остановившегося позади неё Анатолия, Елена дёрнула ручку двери, заметив, что дочка уже проснулась. – Мам, пап, – пробормотала девушка. – Котёнок мой, – подойдя ближе, Елена аккуратно приобняла дочь, губами касаясь здоровой щеки. Зажмурилась, чувствуя, как слëзы собираются в уголках глаз. Алёна прикрыла глаза, прижавшись ближе. Очень соскучилась по маме, а сейчас особенно нуждалась в ней. – Принцесса моя, – голос мужчины прозвучал мягко, дрогнув в конце. Женщина немного подвинулась, уступив место около кровати. Присев рядом, аккуратно взял в руки прохладную ладонь дочери и коснулся губами тыльной стороны, прикрыв глаза. Его девочка не должна видеть его слабость.

***

– Мы сейчас подойдем, – Елена чмокнула дочь в макушку, когда медсестра пришла забрать её на исследование. Оставшись наедине с Анатолием, шмыгнула носом. Слезы буквально душили. Устремила глаза в потолок, не давая солёной влаге течь по щекам. – Держи. Раздался хриплый голос сзади. Она обернулась – Анатолий протягивал ей свой носовой платок. – Всегда, когда ты плачешь, у тебя нет с собой носового платка, – ворчливо проговорил, вытирая её щеки. Сам уже успокоился. – Спасибо, – перехватила ткань, случайно коснувшись мужских пальцев. На несколько секунд гематитовые глаза соединились взглядами с лазурными, смотревшимися на фоне потекшей туши ещё ярче. Почувствовав вибрацию телефона, Елена торопливо отдернула руку. – Алло, Надь. Сдвинув иконку в сторону вызова, Анатолий приложил телефон к уху. – Да, Вадим. – Нормально. – Да, пришла в себя. – Сейчас повели на кт головы. Одновременно отвечали Алениковы на вопросы подруги и брата. Заверив, что как будут новости, сразу же сообщат, завершили разговоры. – Уже в курсе, – хмыкнул, убирая телефон во внутренний карман пиджака. – Должен же начальник знать, почему меня сегодня нет на рабочем месте, – ответила в тон ему, наклонившись за сумкой – постираю – верну, – взмахнула платком, затем убрала в боковой карман. Выпрямившись и тряхнув волосами, вышла из палаты. Коснувшись пальцами области над губами, Анатолий проводил её взглядом. Мимолётное мгновение единения исчезло так же быстро, как и появилось.

***

Исследование не показало ничего серьёзного. Сотрясение, как и говорил им лечащий врач. Однако несколько дней Алёна должна будет провести в больнице. Сделав пару звонков, пока они ждали дочь, Анатолий попросил знакомых просмотреть камеры около места, где всё случилось. – Да, спасибо, дорогой. Удовлетворённо улыбнулся, завершив вызов. Нужная информация была теперь у него. Осталось дело за малым. – Солнышко, я отъеду ненадолго, – наклонился, чмокая дочь в щеку, – ты отдыхай пока, – осторожно заправил светлую прядку за ушко, смотря в голубые глаза. Всё время наблюдавшая за ним Елена также поднялась. Поцеловала Алёну, придерживая на плечах халат. – Да, мы с папой скоро вернёмся. Отдыхай, моя принцесса. Нежно улыбнулась, сжав её ладонь. – Тебе там делать совершенно нечего. Надевая перчатки, равнодушно проговорил мужчина, когда они оказались на крыльце. – Я знаю твои методы, – прищурилась, смотря ему прямо в глаза, – и именно поэтому я еду с тобой. Оставив последнее слово за собой, Елена быстрой походкой пошла к минивену. Анатолию ничего не оставалось как последовать за ней. Не на такси же ехать, лишь бы не с ней. Вздохнув, приготовился терпеть общество бывшей супруги в ближайшие пару часов.