Часть 23. Великая шахматная доска: Возвышение. Фаза I. Часть 3.11. Сломленные.

Величайшая катастрофа, охватившая вселенную Фантастической Четвёрки, была подобна апокалипсису, вырвавшемуся из глубин самых мрачных кошмаров. Этот ужас оставил на героях неизгладимый след, превратив их жизнь в бесконечную пустоту горя и скорби. Те, кого Император успел вырвать из когтей Хаоса Неделимого, уже никогда не смогут вернуться к прежнему существованию. Немногие выжившие ещё долго будут приходить в себя после этого чудовищного кошмара, пытаясь осознать, что произошло. Багряные небеса ослепляли их, словно кровь, пролитая на небеса. Глаза героев истекали кровавыми слезами, не в силах вынести ужаса происходящего. Мышцы и кости сводило невыносимой болью, заставляя их сходить с ума и бесноваться, как одержимые демонами. С широко открытыми глазами, истекающими кровью и слезами, они наблюдали, как надвигается крах всего сущего. Космос наводнили потоки безумия и хвори, когда осколок тёмного камня упал на Землю. Души, пронзённые чьими-то глазами, беспрекословно подчинялись сиюминутным прихотям древних существ, возможно, ещё более могущественных, чем Потусторонние. Тьма, проникающая в любую воду, превращала её в кровь, а паразиты и грызуны сходили с ума, повинуясь воле неведомого хозяина. Эта тьма разносила заразу, вызывающую гниение жертвы, заставляя её кричать на запретных языках и заражать других безумием. Пронзая жертву, она убивала её за пару минут, причиняя невыносимые муки. Сущность копья, именуемая Карал-ба, поглощала жизненные силы владельца, даруя ему управление огнём и чужим разумом. Но вскоре владелец сам превращался в отвратительное нагромождение мышц и костей, плюющее кислотной психоактивной слизью, от которой вопили сами души, попадая под власть этих тварей. Открывались порталы, источавшие губительные энергии для пространственно-временного континуума гиперпространства. Время и пространство искажались, создавая разрывы в ткани реальности. И в этих разрывах появлялись они — существа, пришедшие из самых тёмных уголков вселенной, чтобы сеять хаос и разрушение. Фантастическая Четвёрка стояла на грани гибели. Но в их сердцах горел огонь, даже когда самая мрачная тьма пожирала всех и каждого на своё пути. Они знали, что должны найти способ остановить это безумие, иначе вселенная погрузится в вечную ночь. И, несмотря на все ужасы, они продолжали бороться, надеясь, что однажды смогут вернуть мир и покой в этот разрушенный мир. Но этого не случилось. Фантастическая Четвёрка, одна из первых среди супергероев, едва не пала жертвой всепоглощающего Первичного Хаоса. Они были готовы к чему угодно: к вторжению пожирателя миров Галактуса, к межгалактическим войнам, к самым невероятным катастрофам. Но не к этому… Это был не просто кошмар, а нечто большее — безумие в чистом виде. Весь потаённый, неописуемый ужас, словно древняя сила, вырвался из оков примитивного понимания и воображения смертных. Он стремился к одному — к бесповоротному разрушению и мраку. Фантастическая Четвёрка оказалась на грани гибели. Их тела и души были охвачены тьмой, и казалось, что они обречены. Но в этот момент произошло нечто невероятное. Из ниоткуда появился золотой свет, словно божественное вмешательство. Он разорвал оковы тьмы, освободив героев от её смертельных объятий. Свет не просто спас их — он вернул к жизни, наполнив энергией и решимостью. Анафема, таинственная фигура, окутанная легендами, стояла на грани этого света. Её глаза горели, как звёзды, а голос был подобен грому: «Ваш путь ещё не окончен». Герои, почти отдавшиеся в объятия мрака, не могли даже изумления выразить. Они не знали, кто такая Анафема и как она связана с их судьбой, но чувствовали, что обязаны ей всем. Свет, спасший их, начал медленно угасать, но они знали: это лишь начало. Впереди ждали новые испытания, враги и битвы. Свет надежды спас их от смерти, но боль утраты и пережитого ужаса была невыносимой. Она не шла ни в какое сравнение со всем, что они пережили за жизнь. Это была боль, сравнимая с той, что человечество испытывало от начала времён. Анафема могла исцелить эти раны. Но он знал: боль служила катализатором для выработки защитных механизмов, чтобы они не утонули в бесконечных переживаниях. Эта боль закаляла их, делала сильнее. Герои стояли на пороге новой жизни. Они были сломлены, но не настолько, чтобы наложить на себя руки. В их сердцах ещё пустота печали и скорби. Они знали: впереди ждут испытания, но теперь у них была цель.

Млечный Путь

Субъект Солар

Подсектор Солнцеликий

Солнечная система

Сатурн

Спутник Энцелад

Город Плекс

Ещё до самого разгара Золотой Эры, когда человечество уже заселило все планеты Солнечной системы и обратило свой взор к звёздам, оно нашло путь к мирам глубокого космоса. Первой остановкой стала ближайшая звёздная система Альфа-Центавра. В те древние времена люди отчаянно нуждались в новых источниках энергии, и судьба улыбнулась им, предоставив после одной из экспедиций уникальные материалы и технологии, которые дали толчок к невиданному скачку в развитии. Так началась первая фаза Золотой Эры. Каждая планета Солнечной системы преобразилась, став ещё более совершенной для жизни людей. Сатурн, вторая по величине планета после Юпитера, превратился в центр высокотехнологичной цивилизации. Его кольца и спутники стали домом для высокоразвитого государства — Союза Сатурнианских Анклавов. Вооружённые силы этого государства, известные как Сатурнианские Народно-Освободительные Силы, были одними из самых боеспособных в Солнечной системе. На одном из спутников Сатурна, Энцеладе, разместился филиал Совета Учёных и Исследователей. Здесь они разработали передовые технологии под кодовым названием «Сатурнин» — экзотические силовые костюмы, способные защитить человека в любой враждебной среде. Эти костюмы стали основой для создания нового поколения космических десантников, созданных из генетического материала примархов Императора. Когда Император открыл себя человечеству, он подписал договор, который аннулировал статус полунезависимых городов-государств внутри материнского пространства, объединив их под единым флагом. Хотя анклавы действовали заодно в рамках Звёздного Исхода, их подходы к освоению космоса различались. Фракция Рингеры, или Изгои, обосновалась на спутниках Сатурна и проводила сомнительные исследования природы варпа и возможности слияния с человеческими технологиями. Однажды из подземных лабораторий сбежали жуткие создания — неудачные результаты экспериментов по созданию транс-людей с использованием варпа. Эти существа разрушили древний барьер в коре спутника и открыли доступ к доисторическим монолитам, запиравшим мощные потоки варпа. Это поставило под угрозу жизнь всего государства. Сатурнианские вооружённые силы смогли справиться с угрозой, но наработки Изгоев были изъяты и засекречены. В период Первой Великой войны Сатурн и его спутники были объявлены карантинной зоной под контролем Центрального Федерального Правительства. Любой незарегистрированный корабль, приближавшийся к планете, подвергался обыску, а при отказе подчиняться — уничтожался. Эти меры были частью запасных планов по борьбе с Хаосом. Незадолго до Осады Земли спутник Титан был телепортирован в Чёрную Паутину для защиты. Во время Солнечной войны Сатурн был опустошён неизвестными врагами из другой вселенной, которые отправили на его спутники и станции корабли с мёртвыми телами, чтобы посеять ужас. За это они жестоко поплатились. К M32 Сатурн стал домом для секретных научно-исследовательских подразделений, созданных на базе инфраструктуры Изгоев. Доступ на планету и её спутники был строго ограничен. Сатурн и его орбитальные колонии оставались одними из самых развитых в Солнечной системе. Его орбитальная защита могла противостоять целому флоту врагов. Наследие Изгоев не было забыто. Их технологии и знания стали основой для дальнейших исследований и разработок. Человечество и Император использовали их наработки, чтобы укрепить позиции Федерации Человечества и подготовиться к новым вызовам. Сатурн, некогда дом Изгоев, стал символом силы и прогресса, готовым встретить будущее во всей своей мощи. 1. Центр Чёрных Инноваций. Глава отдела — Совет Смотрящих. Цели: — Изучение ксеносов — Воспроизведение/использование оружия ксеносов — Воспроизведение/использование техники — Воспроизведение/использование иной технологии ксеносов для нужд человеческой расы — Создание новых технологий, оружия, техники на основе изучения технологий ксеносов — Замена/создание физической формы, изучая технологии ксеносов 2. Ксенотификаторы (Владыки Чужих). Глава отдела — Магистр Наук 5-го звена Шатрат Сулл. Цели: — Порабощение особо враждебных ксеносов с целью их дальнейшего использования во благо — Изучение «материнской связи» между Тёмными эльдар и Слаанеш — Выделение «энергии боли» из подопытных — Раскрытия потенциала расы ксеносов «Латория» — Преобразование новой формы организма с помощью «энергии боли» и генного материала ксеносов расы «Латория» — Поиск новых ксенорас — Преобразование подопытных в управляемых существ — Улучшения и преобразования лояльных сил с помощью «энергии боли» и генного материала ксеносов «Латория» Примечание: Латории, или Ахави — это раса ксеносов, которую обнаружил магистр наук Шатрат Сулл во время своей 75-й экспедиции на планету Норнад. Вот что известно о них: — генетический материал Латорий удивительно пластичен — под умелым руководством можно добиться удивительных результатов в изменении плоти; — существа этой расы и их генетический материал являются отличным проводником «энергии боли»; — с помощью «энергии боли» и генетического материала Латорий можно изменять физическую форму по воле хозяина; — раса способна визуально подстраиваться под представителей совершенно необычных рас ксеносов. Организация Ксенотификаторов, скрытая от глаз большинства обитателей галактики, обладает двумя ключевыми планетами, каждая из которых играет свою уникальную роль в их грандиозных планах. Ратория, столица Ксенотификаторов, возвышается над бездной космоса, словно монумент человеческой амбиции и целеустремлённости. Её сердце — сверхсовременные лаборатории, где такие же сверхгениальные умы под предводительством Шатрат Сулла проводят изыскания над опасными ксеносами. Эти исследования, наполненные мрачной красотой и ужасом, могли бы вызвать восхищение даже у самых извращённых умов Гемункулов Тёмных эльдар. В глубинах лабораторий, где свет тускнеет, а воздух пропитан ароматом крови и экспериментов, Ксенотификаторы создают новые формы жизни, намереваясь обуздать секреты вселенной. Норнад, вторая планета Ксенотификаторов, расположена на краю царства Детей Императора, словно забытый островок в океане тьмы. Это место, где сходятся пути многих рас, ищущих убежище или спасение от человеческой угрозы. Норнад — не просто планета, это ловушка, созданная гением Шатрат Сулла. Используя «Энергию боли» и генетический материал расы «Латория», он создал уникальную форму жизни, способную принимать облик самых необычных ксеносов. Эта раса, подобно хамелеонам, подстраивается под чужие формы, позволяя Норнаду служить идеальным укрытием для шпионов организации и новых подопытных. Шатрат Сулл дал этой расе имя «Латория» в честь произведения, воспевающего красоту и таинственность космоса. Однако за этой поэтической оболочкой скрывается жестокая реальность: «Латория» — это инструмент в руках Ксенотификаторов, превращаемый в живое оружие ужасающей силы. Эти существа, созданные для того, чтобы стать марионетками в руках людей, служат напоминанием о том, как далеко может зайти человеческая жестокость, если ей дать волю в случае факторов извне. Даже у человечества есть пределы великодушия. Латории, или Ахави, впервые были обнаружены человечеством в 34-35 тысячелетии до нашей эры. Эти загадочные существа, питавшиеся духовными эманациями разумных существ, обладали уникальной способностью общаться на гиперзвуковых частотах, недоступных для восприятия обычным человеческим ухом. Их облик был изменчив, как туман, но средний рост достигал более четырёх метров, что вдвое превышало рост космического десантника. В бою они двигались с молниеносной грацией змеи, а их движения были плавными, как у водных обитателей. Их тела были покрыты пластинами, напоминающими перламутр и слоновую кость, которые могли изменять цвет вместе с багровой плотью, создавая завораживающее зрелище. Эти пластины были тверды, как психокость эльдар, и обладали способностью к регенерации. Плоть Ахави была невероятно живучей, выдерживая самые суровые условия и обладая высокой ударостойкостью и невосприимчивостью к гниению. Однако самым удивительным было то, что Ахави не использовали психические и колдовские дисциплины. Они испускали нулевое поле, блокируя проявление варпа, словно парии, и чем старше они становились, тем сильнее была их защита от сил псайкеров. Некоторые из них достигали полной неуязвимости для ментальных и духовных атак. Прибывая в новые миры, Ахави проповедовали духовное спасение и награду на Небесах. Их харизма и психические манипуляции были настолько сильны, что они обращали целые цивилизации в свою веру. Для своих последователей они создавали маски из собственной плоти, которые сливались с их лицами и устанавливали психическую связь, делая адептов почти неотделимыми от своих хозяев. Ахави были высокоразвитой расой, не уступавшей человеческой в некоторых аспектах. Они верили в совершенство и стремились к нему во всем, даже в повседневной жизни. Их тела могли изменяться в зависимости от ситуации, что делало их опасными противниками. Они считали кощунством, что другие расы стремятся покорять космос, и видели в этом угрозу своему существованию. Первые столкновения с людьми произошли на северо-западных окраинах Звёзд Гало, известных как Вурдалачьи Звёзды, спустя 150 лет после их обнаружения. Люди, не зная, с каким врагом столкнулись, несли огромные потери. Им удалось одержать пиррову победу, изгнав чужаков из Вурдалачьих Звёзд, но это лишь отсрочило неизбежное. Позже стало известно, что Ахави распространили свое влияние по всей галактике Млечный Путь. В ответ на это началась масштабная операция под кодовым названием «Выдалбливание Белой Чумы». Цель этой кампании была проста — очистить космическое пространство от присутствия Ахави. Операция длилась около 200 лет, и в результате миллиарды ксеносов были уничтожены. Оставшиеся Ахави успели бежать в межгалактическую пустоту, оставив за собой лишь легенды и руины своих древних цивилизаций. Угроза была нейтрализована, но человечество ещё долго будет помнить о загадочных Ахави и их борьбе за духовное господство в бескрайних просторах космоса. В глубинах Норнада, среди теней и тайн, плетутся интриги и заговоры. Здесь, в сердце Ксенотификаторов, рождаются новые кошмары, готовые распространиться по всей вселенной. И каждый, кто осмелится ступить на эту планету, рискует стать частью их мрачной симфонии власти и подчинения. 3. Лабор Кибернетикс. Глава отдела — Магистр наук Лука Хром Заместитель — Магистр наук Анахарис Скория Цели: — создание ИИ. — Нейронная сеть. — Кибернетическая сеть. — Кибернетизация — появление Омниссии 4. Варп Делерус. Отдел основан непосредственно самим генералом-фабрикатором Кельбором-Халом. В данный момент главой отдела назначен магистр наук Регул. Цели: — исследование природы варпа. — заключением демонических сущностей в машины — изучение энергии варпа для общего использования Темной Империей, в качестве нового топлива. — изучение псайкерских способностей 5. Вита Биолоджис (Повелители Плоти). Цели: — Исследование вируса «Облитератор» — Изучение причин мутаций — Исследование адаптирующих свойств ДНК ксеносов — Поиск способа оживления неживых материалов — Влияние вирусов, ядов на живые организмы — Создание новых форм жизни — Приход к возможности полного отказа от неорганики в пользу цельной биологической цивилизации Эта цепочка исследовательских кластеров, растянувшихся на всю Солнечную систему, обеспечивает всеми теми необходимыми знания для развития и защиты человеческой расы.

Город Плекс

Не город, а мечта, воплощённая в реальность. Многокилометровые здания из металла, выкованного в недрах звёздных кузниц, и камня, добытого из таинственных глубин космоса, возвышаются над землёй, как стражи вечного стоицизма. Они — символ несокрушимой воли и мужества тех, кто защищает это государство от любых посягательств, будь то из тьмы прошлого или из мрака будущего. Каждый камень в этих зданиях — это история о стойкости и преданности. Каждая стальная конструкция — свидетельство того, что даже самые грозные силы не могут сломить дух тех, кто стоит на страже человечества. Город, словно гигантский часовой механизм, тикает в унисон с сердцем людей, живущих здесь. В его улицах и переулках, среди сверкающих огней и теней, можно услышать шёпот веков и увидеть отражение бесконечной борьбы за жизнь и свободу. Это место, где каждый уголок дышит героизмом, а каждый житель — воин, готовый встать на защиту своего дома и своих идеалов. И хотя мир за пределами этого города может казаться холодным и безжалостным, здесь, в его сердце, всегда горит огонь надежды и веры. Это место, где мечты становятся реальностью, а мечты о вечном стоицизме — неотъемлемой частью жизни каждого, кто здесь живёт. В бескрайних просторах Вселенной, где звезды мерцают, как драгоценные камни на черном бархате ночи, раскинулась Федерация Человечества — объединение, рожденное из мечты и стремления к лучшему будущему. В каждом городе, будь то сверкающий мегаполис на орбите Юпитера или уединенная колония на ледяной поверхности Плутона, нет места бедности и социальному неравенству. Здесь царит гармония, где каждый человек, независимо от происхождения, имеет равные возможности для процветания. Средний класс — основа общества. Люди здесь не просто обеспеченные, они живут в изобилии, окруженные технологиями, которые облегчают их жизнь и открывают новые горизонты. Богатые и сверхбогатые не просто владеют огромными состояниями, они активно участвуют в жизни общества, вкладывая свои ресурсы в науку, искусство и благотворительность. Но самое удивительное в этой Федерации — это меритократия, система, в которой успех определяется не происхождением или связями, а личными заслугами и талантами. Каждый может достичь высот, если будет стремиться к знаниям и развитию. И это стремление не ограничивается амбициями отдельных личностей — оно пронизывает все уровни общества, создавая атмосферу постоянного роста и совершенствования. Неимоверные богатства, сосредоточенные в руках наиболее достойных и одарённых, не становятся источником гордыни или алчности. Они используются для создания новых возможностей, для поддержки тех, кто нуждается в помощи, и для продвижения вперед всей цивилизации. Благотворительность здесь — не просто акт милосердия, а осознанная необходимость, которая помогает строить лучшее будущее для всех. В этом мире, где технологии и человеческая душа слились воедино, каждый день — это возможность открыть что-то новое, прикоснуться к звездам и сделать мир немного лучше. Федерация Человечества — это не просто государство, это мечта, воплощенная в реальность, где каждый человек может стать частью чего-то великого. Как и каждая колония, парящая над газовыми гигантами, Плекс возвышается на громадной орбитальной платформе, которая простирается до самого горизонта, словно необъятный континент, готовый поглотить небеса. Её размеры впечатляют: она охватывает территорию, равную Северной Америке, или даже третью часть Евразии, если смотреть на карту. Здесь, в этом искусственном мире, сплетаются мечты и реальность, где люди научились жить в гармонии с бесконечной пустотой космоса. Платформа Плекс — это не просто место для жизни, это символ человеческой воли и стремления к новым горизонтам. В центре города возвышается орбитальный шпиль — гигантский звездоскрёб, пронзающий небеса на сотни километров вверх. Его стеклянные стены отражают свет далёких звёзд, а внутри, на средних уровнях, живут спасённые неизвестным образом герои Фантастической Четвёрки. Их прошлое — это история, полная испытаний и невероятных событий. Когда-то обычные учёные-энтузиасты, они отправились в космическое путешествие, чтобы испытать свои силы и расширить границы человеческого познания. Но их челнок потерпел крушение, и космическая радиация подарила им суперспособности. С тех пор их жизнь навсегда изменилась. Они стали Фантастической Четвёркой — командой супергероев, чьи подвиги известны далеко за пределами их планеты. Их имена — Рид Ричардс, Сьюзан Сторм, Бенджамин Гримм и Джонни Сторм — стали символом надежды и мужества. Однако сейчас, когда орбитальный шпиль возвышается над городом, а герои живут в своих апартаментах, их прошлое кажется далёкой сказкой. Команда, когда-то славившаяся своей силой и слаженностью, теперь представляет собой группу сломленных и горюющих людей. Они до сих пор не могут забыть тот день, когда их мир рухнул, когда их родная Земля оказалась на грани гибели. Рид Ричардс, некогда гениальный учёный и лидер команды, теперь часто сидит в своём кабинете, погружённый в размышления о прошлом, которое уже было не вернуть. Его некогда светлые глаза теперь полны печали и усталости. Сьюзан Сторм, когда-то ослепительная и неуязвимая, теперь скрывает свою боль за маской равнодушия. Её сила, когда-то бывшая её гордостью, теперь кажется ей проклятием. Бенджамин Гримм, некогда известный как Существо, теперь живёт в постоянном страхе, что дедушка Нургл придёт за ним и утащит его в свои сады, как когда-то тогда. Джонни Шторм, некогда Человек-Факел, теперь почти не улыбается, с тоской вспоминая те времена, когда он мог парить в небе, не боясь сгореть. Охваченные апатией и депрессией, они смотрят на фотографии тех, кто был им как брат и сестра. Особого внимания уделили умершим детям Рида и Сьюзан — Франклину и Валерии. Эти двое самой ужасной смертью. Их история — это история о том, как сила может превратиться в слабость, а слава — в бремя. Они не знают, как быть теперь. Они в другом мире. Потерянные и беспомощные. Смогут ли они окончательно смириться с невосполнимыми утратами и сбросить с себя оковы меланхолии? Это уже вопрос времени. Ричардс сидел на полу, обхватив колени руками, и смотрел в пустоту. Его голос дрожал, но в нём звучала непреклонная боль. — Я должен был спасти их. Они были моими друзьями, моими братьями по оружию. Я должен был вытащить их оттуда, пока не стало слишком поздно. Сью, стоя рядом, положила свою руку ему на плечо. Её прикосновение было мягким, но в нём чувствовалась твёрдость. — Ты же знаешь, что это был их выбор, Ричардс, — сказала она, глядя ему в глаза. — Они знали, на что идут. У них не было шансов на победу, и они это понимали. Но мы спаслись. Мы выжили, и это самое главное. Ричардс поднял голову и посмотрел на неё с недоверием. Его глаза блестели от слёз, но в них читалась ярость. — Их смерть была напрасна! — воскликнул он, вскакивая на ноги. — Они отдали свои жизни за то, во что верили, а мы просто сбежали. Это несправедливо! Сью нахмурилась, но не отвела взгляд. — Несправедливо? — переспросила она, её голос стал холодным. — Ричардс, ты всегда был тем, кто видел только чёрное и белое. Но иногда жизнь не такая простая. Иногда нужно выбирать меньшее зло. Мы спаслись, и это спасло нас. Мы не можем отомстить. К прежней жизни мы уже никогда не вернёмся. Но, мы хотя бы будем спокойно спать по ночам. Ричардс стиснул зубы, но в его глазах мелькнуло что-то похожее на понимание. Он знал, что Сью права, но от этого ему не становилось легче. — Прости, — наконец сказал он, опустив голову. — Я просто… Я не могу смириться с этим. Сью вздохнула и снова положила руку ему на плечо. — Я знаю, Ричардс. Но мы справимся. Вместе мы сможем эту боль преодолеть. Эти раны никогда не заживут до конца, только ныть будут иногда. Ричардс молча смотрел на фотографии, словно пытаясь найти в них ответы на вопросы, которые мучили его душу. Его взгляд, полный скорби и боли, скользил по лицам людей, которых больше не было с ними. Сью наблюдала за ним, чувствуя, как её сердце сжимается от сострадания. Она знала, что Ричардс ещё не смог окончательно принять случившееся, что он всё ещё живёт в прошлом, где небосвод разорвался на осколки, а вместе с ним — их мечты, их надежды, их будущее. Бен и Джонни стояли рядом, их лица были спокойными, но в глазах читалась глубокая печаль. Они уже смирились с потерей, научились жить с болью, которая стала их постоянной спутницей. Они знали, что время лечит, но Ричардс, казалось, застрял в этом бесконечном цикле воспоминаний. Сью подошла к нему и осторожно положила руку на плечо. Ричардс вздрогнул, словно очнувшись от своих мыслей, и посмотрел на неё. Его глаза были полны отчаяния, и она поняла, что никакие слова не смогут облегчить его страдания. — Ричардс, — тихо сказала она, — мы все скорбим. Но нельзя позволить прошлому поглотить нас. Мы должны двигаться вперёд, даже если это кажется невозможным. Он молча кивнул, но в его глазах всё ещё отражалась тень той трагедии, которая навсегда изменила их жизнь. Сью знала, что ей предстоит долгий путь, чтобы помочь ему найти свет в этом мраке. Но она была готова идти до конца, потому что верила, что вместе они смогут преодолеть любые испытания. Ричардс поднялся на ноги, его движения были резкими, словно он боролся с невидимой силой, сковывающей его тело. Он оглядел своих близких, собравшихся в просторной гостиной, и его взгляд остановился на Сью, которая смотрела на него с тревогой и недоумением. — Я прошу вас всех оставить меня одного, — произнёс он, его голос звучал глухо, как будто он говорил из другого мира. — Завтра нам предстоит отправиться на важную встречу. Сью не сразу поняла, о какой встрече идёт речь. Она знала, что Рид никогда не делится своими планами, но сейчас в его голосе было что-то странное, что заставило её насторожиться. — Какая встреча? — спросила она, стараясь скрыть беспокойство в своём голосе. — И с кем? Рид не повернулся к ней, его взгляд был устремлён в пустоту. Он ответил коротко, но в его словах чувствовалась сталь. — Вы всё узнаете сами, — сказал он, и в его голосе прозвучала нотка угрозы. Молчание его семьи было как приговор. Сью почувствовала, как внутри неё поднимается волна тревоги, но она не осмелилась возразить. Остальные тоже промолчали, лишь Мистик, стоявшая в углу комнаты, бросила на Рида странный взгляд, полный беспокойства и понимания. Рид прошёл мимо них, направляясь к своей комнате, которая одновременно служила ему рабочим кабинетом. Когда он скрылся за дверью, Сью почувствовала, как воздух в комнате стал тяжелее. Она повернулась к остальным, но никто не сказал ни слова. Все они знали, что если Рид принял решение, то его уже не остановить. Рид закрыл за собой дверь и оказался в своей небольшой, но уютной комнате. Его взгляд упал на большой рабочий стол, стоявший в центре помещения. На столе лежал старинный кинжал, который Рид достал из бардачка. Это был не просто кинжал — это был ритуальный атам, созданный из кремния и металла. Его лезвие было заточено до такой степени, что свет отражался от него, как от зеркала. Он не знал, какая неизмеримая сила таится в нём. Рид взял кинжал в руки и посмотрел на него с каким-то странным благоговением. Оружие на основе кремния не просто инструмент для охоты или самозащиты древних неандертальцев. Это был символ, ключ к чему-то, что он давно искал. В его голове всплыли воспоминания о доме в здании Бакстера, о времени, когда они были семьёй, когда их дети были живы. Эти воспоминания были как рана, которая никогда не заживёт, и каждый раз, когда он думал о них, его сердце сжималось от боли. — Я должен это сделать, — прошептал Рид, его голос дрожал, но в нём звучала решимость. — Это мой долг. Так мы сможем вернуть наших детей. Он знал, что этот путь будет опасным, что он может привести его к гибели. Но он также знал, что если он не сделает этого, то их семья никогда не будет прежней. Он посмотрел на кинжал, чувствуя, как его сердце бьётся всё быстрее. Это был его последний шанс, его последняя надежда.

***

На следующее утро семейка проснулась под требовательный возглас Рида. — Вставайте! — стучал он по стенам каждой из комнат, где спали его товарищи. — Я получил сообщение. Нам предоставили аудиенцию. Собирайтесь. Мы отправляемся на Луну. Сью хотела узнать больше. Его голос дрожал от волнения, но он старался не показывать этого. — А с кем у нас всё-таки встреча? Рид лишь отмахнулся, его лицо стало ещё более хмурым, словно он сдерживал раздражение. Он бросил взгляд на жену, которая всё ещё сидела на кровати, сонно потирая глаза. — Я разбудил тебя не для задавания вопросов, — процедил он сквозь зубы. — Не спорю, и одевайся. Сью нахмурилась, но ничего не сказала. Она знала, что спорить с Ридом сейчас бесполезно. Вместо этого она поднялась с кровати и начала быстро собираться. В комнате царила напряжённая тишина, которую нарушал лишь шорох одежды и мягкие хлопки ног о гладкие половицы. Сьюзан, жена Рида, всё ещё сидела на кровати, глядя на своего мужа с тревогой в глазах. Она знала, что что-то не так, но не решалась спросить. — Рид, ты уверен, что это безопасно? — наконец прошептала она. Рид повернулся к ней, его лицо было непроницаемым. — Сью, я не могу быть уверен в чём-либо, когда дело касается этих людей. Но мы должны пойти. Это наш единственный шанс. Сьюзан кивнула, но её сердце всё ещё сжималось от страха. Она знала, что впереди их ждёт что-то неизвестное и, возможно, опасное. Но она также знала, что её семья всегда будет вместе, несмотря ни на что. Когда все были готовы, они вышли из дома. Утро было ясным и солнечным, но в воздухе витало ощущение тревоги. Рид шёл впереди, его шаги были уверенными, но в них чувствовалась скрытая напряжённость. Сью шла впереди после Рида, за ней шли следом Бен и Джонни, они трое держались за руки, словно ища в этом поддержку. Они шли по коридорам здания, чтобы выйти наружу на космопорт, где их уже ждал их корабль, посланный с Земли, в котором они могли бы найти спокойствие, хотя бы на время. Но каждый осознавал, что это спокойствие было обманчивым. Впереди их ждало то, что изменит их жизнь до неузнаваемости.

Луна

Комплекс Чёрного Дворца Императора раскинулся на бескрайние расстояния, словно гигантский паук, сотканный из теней и звёздного света. Его сердце — карманное измерение, доступ к которому открывает лишь огромный портал, привезённый из таинственной Чёрной Паутины. Этот портал, созданный по заказу заместителя Императора, Малкадора Сигиллита, был собран в главном городе Ароммок Прайм, где технологии и варп сливаются в единое целое. Чёрная Паутина — это не просто сеть космических путей, но и источник бесконечной энергии и знаний. Через неё проходят те, кто не боится перешагнуть грань реального и нереального, чтобы обрести возможность будто жить заново. Именно из этой паутины прибыл портал, который теперь служит вратами в мир, скрытый от глаз большинства. Селенити-Сити 25, возведённый на лунном кратере Королёв, стал символом этого загадочного места. Город, где небо касается земли, а свет звёзд отражается в зеркалах древних технологий, привлекает путешественников со всех концов галактик Местной группы. Тысячи космических кораблей, разнообразных форм и размеров, ежегодно прибывают сюда, чтобы пополнить свои запасы или обменять знания. Однако подавляющее большинство этих кораблей и их экипажей остаются загадкой для обычных людей. Внутри Селенити-Сити царит атмосфера тайны и величия. Узкие улочки, вымощенные светящимися камнями, ведут к величественным зданиям, украшенным узорами, напоминающими древние руны. В воздухе витает аромат экзотических специй и редких цветов, а в глубинах города скрываются лаборатории, где учёные и псайкеры проводят свои эксперименты, пытаясь разгадать тайны Вселенной. Но самое сердце Чёрного Дворца Императора — Золотая Твердыня — скрыто за массивными вратами, охраняемыми Золотыми Часовыми. Их лица скрыты под шлемами, а доспехи, выкованные из самого света, сияют, как звёзды, отражая лучи невидимого солнца. Оружие этих стражей — не просто артефакты, а плод труда сверхгения Императора и лучших человеческих технологий. Оно движется с точностью, достойной богов, и каждый удар пронзает пространство и время, оставляя за собой лишь эхо былого величия. Внутри дворца, в залах из белого камня и мраморной плитки, воздух пропитан ароматами древних благовоний. Стены и потолки украшены драгоценными камнями и золотом, словно звёзды, рассыпанные по небесному своду. Голографические штандарты, висящие на стенах, переливаются волнами света, создавая иллюзию истинной бесконечности. В центре этого великолепия возвышается трон Императора — массивная конструкция из чёрного оникса, инкрустированная драгоценными камнями. Император, восседающий на своём троне, принимает своих гостей и верных слуг. Его голос, глубокий и звучный, словно эхо из древних времён, разносится по залу, наполняя его уверенностью и силой. Он обсуждает планы на будущее Федерации Человечества, регулярно связываясь с федеральными органами правительств каждой галактики, словно паук, плетущий нити власти. Его глаза, скрытые за маской, сверкают холодным огнём, отражая мудрость веков и непреклонную волю. Он знает, что будущее человечества зависит не только от его решений, и не боится брать на себя эту ответственность. В его руках — судьба септильонов жизней, и он готов сделать всё, чтобы обеспечить процветание величайшего государства. Четвёрка пострадавших, словно тени, скользила по блестящему полу сверхскоростного маглева, который, казалось, парил над землёй, оставляя за собой лишь лёгкую рябь воздуха. Два часа пути, наполненных ощущением невесомости и захватывающей дух скоростью, пролетели незаметно. Но когда двери вагона мягко открылись, и они ступили на землю, реальность обрушилась на них с новой силой. Перед ними раскинулся величественный комплекс Чёрного Дворца — обитель Императора, скрытая за высокими стенами и неприступными башнями. Этот дворец был не просто архитектурным чудом, а символом силы, власти и величия. Но для четверых путешественников он стал не местом восхищения, а испытанием, которое они должны были пройти, чтобы добраться до самого сердца этого гигантского лабиринта. Внутри дворца царила особая атмосфера: здесь не было места шуму и суете. Миллиарды туристов ежегодно прибывали сюда, чтобы увидеть грандиозные залы, украшенные золотом и драгоценными камнями, и восхититься творениями самого Императора. Но лишь немногие удостаивались чести лицезреть его самого. Эти избранные считались счастливчиками, ведь сам Император был не только сильнейшим человеком всех времён, но и самым загадочным. Его появление всегда было окутано тайной, и никто не знал, когда и где он решит появиться. Четвёрка путешественников, измученная долгим путешествием и страхом перед неизвестностью, медленно продвигалась вперёд. Они шли по длинным коридорам, украшенным фресками и скульптурами, которые рассказывали о великих деяниях Императора. Но чем дальше они углублялись в лабиринт дворца, тем более мрачной становилась атмосфера. Казалось, что сами стены давили на них, а воздух был пропитан напряжением и тревогой. И вот, наконец, они достигли цели своего путешествия. Перед ними открылся огромный зал, освещённый мягким светом, который исходил от гигантского кристалла, висящего под потолком. В центре зала стоял ониксовый трон, в стороне от которого стоял кто-то явно приближённый к императору. Загадочный старик, словно вышедший из древних легенд, стоял на краю мира. Его одеяние — старый, изношенный балахон, покрытый пятнами и трещинами, — казалось, впитало в себя время и пространство. Высотой он превосходил любого человека, его фигура возвышалась над землей, словно он был частью самого неба. Худощавое тело, покрытое морщинами, свидетельствовало о долгих годах, проведенных в странствиях. Он разглядывал подробные планы на голографической карте какого-то комплекса из туннелей и проходов, которые показывал один из гражданских работников. В руках старик держал посох — не просто оружие или символ власти, а нечто гораздо большее. Навершие посоха было выполнено в виде золотой грозной птицы, чьи крылья, казалось, готовы были расправиться в любой момент. Но самое удивительное было в пламени, которое исходило от посоха. Оно не обжигало его, но проникало в самую глубину души у каждого, кто в него всматривался, заставляя сердце биться быстрее, а разум — искать ответы на вопросы, которые, казалось, никогда не будут разгаданы. Четвёрка путешественников замерла, будто время остановилось, не в силах отвести взгляд от старого Малкадора. Его присутствие давило на них, как тяжёлая плита, а в воздухе витало предчувствие чего-то зловещего. Малкадор медленно поднялся с трона, и его движения были настолько плавными и величественными, что казались почти гипнотическими. Он направился к ним, и каждый его шаг был словно удар молота, эхом разносившийся по мрачному залу. Его глаза горели холодным, безжалостным огнём, который невозможно было описать словами, — это был взгляд человека, видевшего слишком много, чтобы верить в добро. — Вы пришли сюда не случайно, — произнёс он, остановившись перед путниками. Его голос был глубоким и звучным, словно эхо из древних легенд. — Я знаю, кто вы и что вы ищете. Но прежде чем я отвечу на ваши вопросы, вы должны пройти одно маленькое испытание. Почётных гостей сопровождали двое гигантов в сияющей броне из чистого золота, которые возвышались над ними, словно горы. Несмотря на средневековый вид, их доспехи были оснащены по последнему слову техники сорокового тысячелетия — от наноматериалов до квантовых генераторов. Эти создания были не просто стражами, а настоящими полубогами, способными уничтожить любого, кто осмелится бросить им вызов. — Какие они огромные, — прошептал Бен, чувствуя, как его сердце сжимается от страха. — С этими лучше не шутить. — Согласен, — нервно кивнул Джонни, его голос дрожал. — Аж мурашки бегут по всему телу. Холодный пот прошибает. Джонни легонечко стукнул Сьюзан по плечу, пытаясь скрыть свою тревогу. — Как по мне, этим золотым верзилам почти ничего не составило бы, чтобы прикончить даже Халка. Сьюзан, нахмурившись, внимательно осмотрела гигантов, стараясь не смотреть им в глаза, словно боялась разгневать этих исполинов. — По-моему, это ещё слабо сказано, — ответила она, её голос был твёрд, но в нём звучала нотка беспокойства. — Лучше не злите их. Бен и Джонни фыркнули, стараясь не показать свой страх. Они были не детьми, чтобы устраивать детские шалости на чужой территории, особенно когда они находились в присутствии одного из самых могущественных существ этой вселенной. Но в глубине души каждый из них понимал, что это испытание может стать для них последним. Малкадор остановился всего в двух метрах от Ричардса. Остальные затаили дыхание, словно боялись даже шелохнуться. Время вокруг словно застыло, превратив мир в бесконечный миг, в котором каждый звук и движение замерли в воздухе. Малкадор легко развёл указательный палец в сторону, и реальность исказилась, как отражение в кривом зеркале. Перед глазами Ричардса пронеслись образы того ужасного дня. Он видел их — Франклина и Валерию, своих близких, которые сейчас были всего в пяти метрах от него. Их лица искажены страхом, глаза полны ужаса. Он помнил, как их поглотила тьма, как их крики затихли в безмолвной пустоте. Огромные крылья, испещрённые костяными гарпунами и крюками, лапы с огромными, как косы, когтями и пасти, сплошь усеянные множеством зубов, как у вымершего мегалодона. Чудовища не оставят в живых никого. Они пришли, чтобы пожинать ужасный урожай из крови, плоти и боли. Ричардс видел, как они медленно приближались, как их тени накрывали всё вокруг, словно чёрная пелена. Он почувствовал, как его тело охватывает ледяная дрожь. Время не желало течь с нормальной скоростью. Всё вопреки законам чужой вселенной остановилось полностью, погрузилось в состояние полного безвременья, в какой-то пустой пузырь, где не было ничего, кроме ужаса и отчаяния. Звериные очертания всего в метре от тех двоих подростков, которые были для Ричардса и Сьюзан маленькими чадами, только начинающими познавать холодный и суровый мир. Воплощённая тьма готова была поглотить их, разорвать на части, испить их души, пожрать их плоть и выпить их кровь. Никаких остатков, никакого спасения. Ричардс почувствовал, как его сознание начинает растворяться в этом кошмаре. Оцепенение сковало его, словно невидимыми духовными цепями, пригвоздив к островку исчезающего материального мира. Он слышал чей-то шёпот, от которого хотелось кричать, но почему-то не мог издать ни звука. Подсознательный страх неизвестного доводил его до истерики. Целый спектр эмоций бушевал внутри него: страх, отчаяние, ярость, разочарование, месть, любопытство, безумие. Он потерял связь с реальностью, полностью сосредоточившись на будущем, но никак не на настоящем. Тёмные силы надломили барьер внутри него, и он почувствовал, как его разум начинает погружаться в бездну. Внезапно ослепительный свет пронзил тьму. Щупальца тёмной энергии растворились, столкнувшись с силой, которая была ему противна. Рид вернул себе способность говорить, но голос его был хриплым и слабым. — Ричардс, — произнёс неизвестный, его голос звучал мягко, но в то же время властно. — Я могу спасти тебя и твоих товарищей. — Ты поверишь самозванцу в обличии Бога? — прозвучал в его голове другой голос, холодный и насмешливый. Рид пощупал что-то неожиданно твёрдое. До этого он мог ощущать только пепел сгоревших заживо невинных. Большим пальцем он случайно напоролся на верхушку острия, и кровь капнула на его ладонь. Обернувшись, он увидел кинжал. Лезвие его было сделано не из металла, а из бугристого, но почти идеально отточенного камня, кремниевого. Дотронувшись до навершия кинжала, Рид ощутил, что может убить того, кто явился к нему в таком безупречном облике бога. Его рука сжалась, и он почувствовал, как внутри него просыпается ярость. — Протяни мне свою руку, — сказала фигура в ослепительной ауре первичного света. — И я отведу тебя туда, где Они тебя не достанут. Я жду твоего решения. Ричардс посмотрел на кинжал, затем на фигуру, которая стояла перед ним. Он чувствовал, как внутри него борются два голоса. Один говорил ему, что он достоин иметь силу, которая позволит ему спасти всех, кого он любит. Другой предупреждал его о том, что это может быть ловушкой. — Что ты предлагаешь? — спросил он, стараясь, чтобы голос его звучал твёрдо. — Я предлагаю тебе свободу, — ответила фигура. — Ты сможешь спасти своих близких. Но для этого тебе придётся сделать выбор. — Какой выбор? — спросил Рид, чувствуя, как его сердце начинает биться быстрее. — Ты должен выбрать между тьмой и светом, — сказала фигура. — Между отчаянием и надеждой. Между смертью и жизнью. Рид посмотрел на Франклина и Валерию, которые стояли всего в нескольких метрах от него. Он чувствовал, как его сердце разрывается от боли и отчаяния. Он знал, что если он не сделает выбор сейчас, то они погибнут. Но какой выбор он должен сделать? Он сжал рукоять кинжала, чувствуя, как дрожь в пальцах становится всё сильнее. Его разум метался между отчаянием и надеждой, как птица в клетке. Ричардс знал, что этот момент определит судьбу не только его, но и всех, кто ему дорог. — Перехвати инициативу, — шептали ему голоса, сливаясь в неразборчивую какофонию. — Только ты можешь использовать эту силу, чтобы снова вдохнуть жизнь в свой умирающий мир. — Это не выход, — тихо возразил незнакомец, его голос звучал как эхо далёкого прошлого. — У тебя ещё есть будущее. У твоей семьи есть будущее. Ты своих друзей ещё можешь спасти. Ричардс сам не понимал, почему его рука всё крепче сжимала рукоять кинжала. В воздухе витала угроза, но в то же время и обещание. Обещание перемен, которые могли бы изменить всё. — Думаешь, я так легко оставлю свой мир? — произнёс Рид со сдавленным хрипом. — Что потом, если я спасу себя и свою семью, своих друзей? Я не могу просто бросить свой дом. — Твой мир уже мёртв, — ответил незнакомец. — Но и там ты сможешь найти своё предназначение. Ты выше мелочных мечтаний о том, чтобы стать богом. Ты никогда не хотел быть богом. Это не выход. Ричардс стоял перед выбором, который разрывал его на части. Тьма вот-вот поглотит Франклина и Валерию. — Если бы Он мог спасти твою семью и твоих друзей, Он бы сделал это раньше, а не сейчас, — продолжали шептать голоса, подталкивая к действию. — Ты почти обуздал Абсолютный Нуллификатор Пожирателя Миров Галактуса. Что стоит твоих усилий, чтобы повторить этот успех? Время уходит, Ричардс. Ваши дети исчезнут. — Отец!!! Ричардс зарычал, его голос эхом разнёсся по пустоте. — Так будет лучше для всех! Сбросив оковы меланхолии, он сжал рукоять атама ещё сильнее. Его рука, как молния, метнулась к горлу незнакомца. Но в следующее мгновение иллюзия рассеялась, и реальность обрушилась на него. — Ты сам обрёк себя на страдания, — произнёс Император с холодной невозмутимостью. Его голос был глухим, как эхо из прошлого. — Ты не смог устоять перед соблазном повторить свой успех. Ричардс замер, его мысли путались, как листья на ветру. Он попытался что-то сказать, но горло будто сдавило невидимой рукой. — Откуда… Как? — наконец произнёс он, чувствуя, как паника захлестывает его разум. Император молчал, его взгляд оставался спокойным и холодным, словно он смотрел на нечто давно потерянное. — Я предложил тебе меньшее из зол, — произнёс он с лёгкой усмешкой. — Ты выбрал большее. Этот атам не должен был оказаться в руках таких, как ты. Ричардс почувствовал, как его тело постепенно теряет контроль. Мышцы стали похожи на желе, мысли — на осколки разбитого зеркала. Его сознание погружалось в бездну. Малкадор подошёл ближе, словно тень, скользящая по воздуху. Его шаги были бесшумными, как у призрака. Он протянул руку, и кинжал выскользнул из онемевших пальцев Ричардса, упав на пол с тихим звоном. — Это тебе больше не пригодится, — произнёс Император, и Ричардс понял, что его жизнь больше никогда не будет прежней. Ричардс рухнул на колени, его тело дрожало от страха и отчаяния. Сердце билось, как молот, готовый пробить грудь. — Это была ошибка… — прошептал он, пытаясь оправдаться. — Это подстава. — Нет, — отрезал Малкадор, его голос был холоден, как лёд. — Ты сам сделал этот выбор. Ты только что совершил покушение на убийство на территории Чёрного Дворца. Ты воспользовался запрещённым оружием, данным теми, кто погубил твой мир. Каким же ты станешь после этого? Ричардс попытался подняться, но его ноги не слушались. Он шипел и кряхтел, собирая последние силы, чтобы подняться на четвереньки. — Император… — прошептал он, его голос был едва слышен. Малкадор наклонился к нему, его лицо было скрыто в тени. — Ты совершил непоправимую ошибку, — повторил он. — Не уверен, хочешь ли ты её искупить. С этими словами Император развернулся и исчез, оставив Ричардса одного в пустоте, где тьма и свет переплетались в бесконечный танец. — Ты смеешь читать мне нотации, старик?! Кто ты такой, чтобы судить меня? — голос Рида дрожал от ярости, но в нём звучала и боль, словно он сам не верил в свои слова. Его глаза горели, но это был не огонь гнева, а огонь отчаяния. — Довольно! — властно воскликнул Малкадор, поднимаясь по десятиметровой лестнице, что вела к ониксовому трону Императора. Его шаги были тяжёлыми, но уверенными, как поступь титана. В воздухе повисло напряжение, словно перед бурей. Рид наконец-то смог подняться на ноги, но слабость всё ещё сковывала его тело. Он чувствовал, как каждый шаг давался ему с трудом, будто он был ранен. Его глаза всё ещё оставались затуманенными, словно он только что очнулся от глубокого сна. — Вы не можете просто нас выгнать отсюда?! — пророкотал он, его голос был полон ярости и отчаяния. — Не для того же мы шли сюда, чтобы потом вы нас выпроводили, как каких-то паршивых псов. Император и Малкадор проигнорировали его слова, как будто они были всего лишь комариным писком. Их лица оставались холодными и непроницаемыми, как две каменные маски. — Не смейте меня игнорировать, самодовольные твари! — Рид снова закричал, его голос дрожал от ярости. — Лицемеры поганые! Малкадор наконец-то повернулся к нему лицом, но не для того, чтобы ответить. Его взгляд был холодным и безжалостным, как лезвие ножа. — Молчать! — произнёс он, чуть поморщившись. Его голос был похож на удар хлыста, и в этот момент Рид почувствовал, как невидимая сила отбросила его к стенам автоматических золотых ворот. Те издали громкий грохот, эхом разнёсшийся по всему залу. Сьюзан сделала ещё один шаг вперёд, её лицо было бледным, но в глазах горел огонь решимости. Она словно шла навстречу к судьбе, не зная, что её ждёт впереди. — Я прошу прощения, он сейчас… — начала она, но её слова были прерваны холодным голосом Малкадора. — Извинения не нужны, — отрезал он. — Вам лучше уходить, сейчас же. Ваш муж будет взят под стражу за покушение на убийство. К тому же вы не знали, что ваш муж впал под влияние Хаоса. А это совершенно серьёзный неопровержимый повод для ареста и допроса. Слова Сигиллита потрясли всю четвёрку, как удар молнии. Сьюзан вскрикнула, её лицо исказилось от боли и отчаяния. Джонни и Бен попытались удержать её, но она вырвалась из их рук. — Взять Ричардса! И не спускайте с него глаз, — приказал Малкадор. Золотые бугаи, словно тени, двинулись к Риду. Их руки были железными, как гравитация чёрной дыры, и они схватили его за предплечья. Его тело безвольно обмякло, когда его потащили в сторону глубин гигантского Дворца. — Уберите руки от меня! Вы не можете… — пытался кричать Рид, но его голос тонул в грохоте золотых ворот. — Вы не можете так с ним поступить! — всхлипывая, кричала Сьюзан. — Умоляю, отпустите его! Её слёзы падали на холодный мраморный пол, но никто не обращал на них внимания. Джонни и Бен стояли рядом, но они были бессильны. Они знали, что ничего не могут сделать. — Рид! — уже плача, ревела Сьюзан. — Рид! — Успокойся! — пытался удержать её Бен, но его каменные руки были мягкими, как шёлк. — Успокойся, Сьюзан. — Нам лучше уходить, — сказал Джонни, его голос был ровным, но в нём слышалась тревога. С трудом вырвавшись из рук Джонни и Бена, Сьюзан сделала несколько шагов вперёд. Но как только она отошла на пять шагов, её тело застыло на месте. Она почувствовала, как невидимая сила сковала её движения. Император встал со своего трона, его фигура была величественной и пугающей. Он медленно спускался вниз, к Сьюзан, словно древний бог, спускающийся с небес. Его шаги были тихими, но в них чувствовалась мощь, способная разрушить всё на своём пути. Подойдя к Сьюзан, Император протянул руку к её лицу. Его пальцы были холодными, как лёд, но в них было что-то успокаивающее. — Я поговорю с твоим мужем, — произнёс он, его голос был мягким, но в нём чувствовалась сталь. Кончиком указательного пальца он вытер слёзы с лица Сьюзан. — Но он потерян, навсегда. Ты должна быть лучше. Не повторяй его ошибки. Твои товарищи это уже знают. Слушайся их. Слушайся голоса сердца. С этими словами Императора пространство вокруг них исказилось, будто сама ткань реальности разорвалась. Воздух замер, а время замедлилось, позволяя увидеть мельчайшие детали происходящего. В воздухе повисла напряжённая тишина, нарушаемая лишь едва слышным шёпотом ветра. Внезапно мир взорвался ослепительной вспышкой белого света, настолько яркой, что она затмила собой всё вокруг. Свет был настолько плотным, что казался осязаемым, словно он был соткан из тысяч крошечных звёзд. Он окутал Императора и его спутников, словно тёплое одеяло, и на мгновение всё погрузилось в ослепительную белизну. Но свет не был бесконечным. Он начал рассеиваться, превращаясь в тысячи мельчайших частиц, которые напоминали пену на молоке. Эти частицы медленно оседали на землю, оставляя за собой лёгкий туман, который висел в воздухе, словно призрачный след их присутствия. И вот, когда свет почти полностью исчез, воздух разорвался едва слышным хлопком, который прозвучал как последний аккорд в симфонии исчезновения. Трое исчезли, словно их никогда и не было. Остались только следы света и лёгкий туман, которые вскоре растворились в воздухе, оставив после себя лишь тишину и пустоту.

***

Наконец, они достигли порога своего дома. Сьюзан первой вошла внутрь, её шаги эхом разнеслись по пустым комнатам. Джонни и Бен последовали за ней, но в воздухе витало нечто незримое, что делало это место чужим. Сьюзан села на диван в гостиной, её плечи поникли. Джонни и Бен устроились рядом, но не решались начать разговор. Молчание становилось невыносимым, и в какой-то момент Бен не выдержал. — Нет больше Фантастической Четвёрки, — тихо произнёс он, глядя в пол. Сьюзан подняла голову и посмотрела на него с грустью в глазах. — Я знаю, — ответила она, её голос дрожал. — Но я буду помнить каждый момент, проведённый с вами в те славные времена. Джонни вздохнул и, собравшись с духом, произнёс: — Я тоже буду помнить. И я надеюсь, что где бы мы ни были, наши сердца всегда будут вместе. — И я тоже, — добавил Бен. Они обнялись, и в этом объятии было больше смысла, чем в любых словах. Время шло, но боль не утихала. Каждый из них знал, что их пути как героев навсегда разошлись, но в глубине души они надеялись, что однажды смогут снова найти друг друга, пусть даже в самых далёких уголках своих воспоминаний. Джонни и Бен переглянулись, но не нашли ответа. Их взгляды пересеклись, как два осколка зеркала, отражая тревогу и неопределенность. В этом мраке, где реальность размывалась, они ощущали, как время сжимается, а пространство расширяется, словно невидимая сила тянет их в неизвестность. Они знали, что впереди их ждут не просто испытания, а нечто большее — тьма, которая поглощает свет, и неизвестность, которая стирает границы. Тени вокруг них казались живыми, шепчущими на незнакомом языке, и каждый шорох заставлял их сердца биться быстрее. Они стояли на пороге чего-то великого и ужасного, и вопрос заключался не в том, смогут ли они выдержать, а в том, смогут ли они остаться собой. В этой чужой вселенной, где законы природы искажались, а законы логики не действовали, они чувствовали себя потерянными. Но в их взглядах читалась решимость — не просто выжить, а понять, что скрывается за этой тьмой. Ведь именно в такие моменты человек раскрывается по-настоящему, и именно в такие моменты рождаются герои. Сьюзан, Бен и Джонни разошлись по своим комнатам, каждая из которых была окутана своим уникальным настроением. Сьюзан, с её тонкими пальцами и мягким голосом, исчезла в своей спальне, где на стенах висели портреты её предков. Бен, напротив, предпочитал тишину и уединение, и его комната всегда была заполнена книгами и загадочными артефактами. Джонни же, с его неугомонным характером, сразу же направился в свою мастерскую, где его инструменты ждали своего часа. Только у Рида комната оставалась пустой. Её стены были голыми, а мебель — простой и неприметной. Рид редко появлялся здесь, предпочитая проводить время в лаборатории или на крыше, откуда открывался вид на город. Но даже в этой тишине чувствовалось что-то особенное, словно сама комната ждала его возвращения. Император перенёс сломленных бедняг обратно в их дом, где царила тишина и спокойствие. Он предварительно погрузил их в состояние исцеляющего долгого сна, чтобы их израненные души могли обрести покой. Его руки, словно крылья, окутали их, и боль, терзавшая их сердца, исчезла, растворившись в бездне его бесконечной силы. Император снял их страдания, поглотив их, как тьма поглощает свет. Теперь их раны заживут, а души обретут мир. Тройке героев предстояло восстановить силы, ведь впереди их ждали новые испытания, требующие не только физической, но и душевной крепости. Троица заснула долгим беспробудным сном.