9. Враг номер один

***

- Кому, скажи мне, ради всего святого, какому больному психопату, по которому давно плачет Азкабан, могло прийти в голову такое?!       Аластор нагнулся, опираясь на свой посох и осмотрел одного из пострадавших. Разорваны связки, сухожилия, множественные ожоги, переломы. Из шестнадцати живы четырнадцать. Двоим не повезло с разлётом осколков стекла. Тем самым двоим, которые сейчас лежали у входа в некогда оживлённый бар, представлявший из себя исключительно сломанную мебель и груду осколков. - Да их по кускам сшивать надо, Альбус! Посмотри на этого бедолагу! На нём нет живого места!       Дамблдор обводил взглядом помещение. Его не покидало ощущение, что подобное никак не могло быть творением рук волшебника. Разъярённого дракона, взбесившейся фантастической твари, но никак не человека. Колдомедики переходили от одного искалеченного мужчины к другому, обмениваясь информацией о том какие именно травмы надо излечить первыми. Под седыми волосами Директора выступил холодный пот. Такого не позволял себе даже Тёмный Лорд, в былые годы могущества. Где-то вдалеке проблеснула мысль о том, что делать Гарри Поттера чудовищем было не самой лучшей его идеей. Решение, которое в моменте казалось таким простым, уже демонстрировало свои изъяны: штурм Министерства и убийство предшественника Артура Уизли, атака на Хогвартс, и множество других инцидентов, вроде увечий Виктора Крама, множественных убийств и похищений. Мальчик стлал свою дорогу отборным насилием, не скупясь на масштабность. Животный, практически инстинктивный страх всё сильнее скрёб своими когтями в его голове. Страх того, что своими руками он сделал себе противника куда страшнее, чем мог представить. Дамблдор закрыл глаза.       Он - величайший маг современности. Он знает о таких тайнах искусства плести чары, которые неподвластны кому-либо ещё. Он победил Геллерта Грин-Де-Вальда и без труда мог держать напор Тома Реддла, даже защищённого всеми семью крестражами. Для него не существует слова "поражение". В конце - концов, кем был его противник? Ещё не окончивший даже базовых курсов магии подросток. К тому же, не настолько сильный в магии, насколько способными были другие ученики, навроде мисс Грейнджер или Тома Реддла...       Альбус осёкся. Не талантлив - да, но его подчерк становился все более разрушительным. Он явно учился у кого-то новым заклинаниям, ведь Альбус своими глазами наблюдал молнии Круциатуса, которые колдовались исключительно без палочки. Гарри становился угрозой. Угрозой, которая могла выйти из под контроля, если уже не вышла. Высокие кабинеты затуманивали возможности Директора видеть картину отстранённо, в отрыве от того, что он сидит в своём замке. И мальчик отлично пользовался этим преимуществом, нанося свои удары то здесь, то там. И если вначале все его потуги можно было бы посчитать обычной шалостью и "игрой в агентов", то теперь это становились мастерские удары нескрываемого террора. - Скажи мне, что мальчишка не имеет к этому филиалу ада на земле никакого отношения. - Грюм ковылял к Директору, хрустя стеклом, перемалывающимся железной ногой, - Посмотри мне прямо в глаз и скажи, что хотя бы в этот раз мы не нажили себе проблем в виде ещё одного ученика школы, подавшегося в рецидивисты! - Это не может продолжаться... - пробормотал Дамблдор. - Ты чертовски хорошо выразился, Альбус, для настолько хреновой ситуации! - Не будь столь эмоциональным, мой друг. - Альбус вышел из небольшого транса бурного водоворота мыслей, - На выходе лежат два тела, а не шестнадцать...       Аврор поравнялся с седым волшебником. Глаз, который всегда жил отдельной жизнью, неподвижно завис в одной точке. Носогубки натянулись и задрожали, точно стальные цепи, удерживавшие разъярённого дракона. Зубы плотно сжались, подбородок смотрел строго вперёд, придавая профилю Грюма особую суровость. - А мы что... - отрывисто начал он, - Будем дожидаться, пока он устанет оставлять в живых свидетелей? Мы что и без того мало страдали? Наши люди зря умирали? Дети оставались сиротами, жёны - вдовами, а старики - встречали последний час в одиночестве, оплакивая тех, кто к ним уже не вернётся, только ради того, чтобы очередной выскочка вбил себе в голову, что он - Господь Бог и волен вершить чужие судьбы, выбирая кто будет жить, а кто - нет?       Он круто обернулся, направляясь к тому месту, на шатких петлях покоилась дверь, чудом уцелевшая в этом погроме. - Это - твой лучший мир?! - раскатился громом вопрос Грюма, отстукивавшего походкой секунды, точно стрелка часов.       Он оперся на уцелевшую дверную панель и вытащил из-под плаща трубку, заранее туго забитую табаком. Слегка встряхнув её, он позволил засушенным листьям размеренно тлеть, скапливая над собой тонкие струйки терпкого дыма. - Это - наш лучший мир? - значительно тише повторил вопрос Аврор, а затем сделал долгий затяг.       Альбусу было нечего ему ответить. Иногда, для того, чтобы построить что-то действительно внушительное, требовалось пожертвовать столь многим. Пытаться объяснять Грюму всю суть своего сложного плана и механизмов столь тонких, что увидеть их мог только сам Директор, было бы пустой тратой слов. Аластор был воякой, мягким в душе, тем самым, который шёл за ним, потому что верил, что жертва не бывает напрасной. Такие люди, как Грюм, готовы были броситься в адское пекло, ведомые верой в то, что тем, кто будет жить после них, станет хоть на йоту легче дышать. Но именно это желание никогда не примирило бы их. Его - расчётливого и холодного стратега и его друга, старого льва, с пылким сердцем в груди. Что-то холодное скопилось в уголке правого глаза Дамблдора и тут же сорвалось по морщинистой щеке вниз к подбородку. Слеза. Слеза человека, обречённого быть одному, в своём видении мира. - Так больше продолжаться не может... - снова повторил он. - Тогда, может признаем то, чего мы так боимся? - ответил Грюм даже не обернувшись, - Признаем, что мы попытались, честно - попытались сделать всё, как нужно, но в очередной раз стоим на руинах собственных дурацких надежд? Несбыточных...       Грюм кивнул в сторону двух тел, накрытых брезентом. - Таких же... - он зажевал нижнюю губу и всеми силами попытался унять дрожь в руке, - Таких же мёртвых...       Стоны смешивались с быстрым перешёптыванием медиков, выставлявших быстрые диагнозы. Кто-то взял щётку и скрёб лакированные доски, сгребая осколки и серую пыль в едины кучки, которые создавались лишь для того, чтоб двинуться дальше, соединяясь с другими. Погоняемые прочь, они останавливались у стены, не мешая собравшимся в некогда оживлённом баре. Останавливались и навсегда замирали, тускло поблёскивая в свете исцеляющих заклинаний.

***

      Невилл шёл вперёд, не чувствуя веса собственного тела. Всё казалось совершенно оторванным от реальности, вымышленным, безумным. Ненастоящим. Рука инстинктивно скользнула в карман и нащупала знакомый предмет - фольгированный фантик, один из тех, что его родители собирали у себя и хранили, как ценнейшее из сокровищ. Большой палец потёр лёгкий металлический листок, прижимая к указательному. Рядом шли Гермиона, Рон и Джинни Уизли. Никто из ребят не проронил ни слова. В центре Министерской трибуны стоял Артур Уизли, ссутулившийся и с посеревшим лицом. Длинная мантия волочилась за ним по полу, а короткие рыжие волосы были нетипично взъерошены. Завидев их, он попытался улыбнуться, но кривая гримаса дрожащих губ не имела ничего общего с фирменной ослепительной улыбкой главы семейства. - Привет, ребятки. - он тянул каждое слово, - Вы как раз... Вовремя. Оно вот-вот начнётся...       Группа поплелась за мужчиной, выходя на всеобщее обозрение собравшихся в зале суда. Пока они шли, Артур положил Невиллу руку на плечо и слегка его потрепал, а затем чуть наклонился. - Ты как, дружок? - Бывало и лучше. - безэмоционально ответил гриффиндорец, смотря на собравшихся внизу репортёров и приглашённых на заседание магов, - Их так много... - Это - деловая необходимость, не более. Я скажу тебя так: вот эта толпа - ещё вполне себе "узкий" круг приглашённых. В основном - крупнейшие газетчики со всего мира, которые к вечеру должны передать все материалы заседания в свои редакции. Постарайся держаться от них как можно дальше, хорошо? Я не хочу, чтобы они докучали тебе провокационными вопросами в такой... Сложный момент твоей жизни. Как только всё закончится - держись рядом с ребятами, Дамблдор заберёт вас обратно в школу.       Невилл кивнул, а Артур, не найдя, что добавить, несколько раз похлопал того по плечу, а затем удалился в направлении ближайшей лестницы к трибуне выше. Гермиона попыталась взять ладонь Невилла в свою, но он лишь убрал руку, даже не удостоив девушку ответным взглядом. Прикусив губу, она переключилась на Рона, слегка мотнув головой, в спину Лонгботтома. Рон надул щёки и нахмурился. В планы парня явно не входило утешать друга. От раздражения девушка запрокинула голову и беззвучно выругалась. Джинни оттеснила брата, пролезая между двумя парнями, с чётким намерением взять ситуацию под своё управление. - Скучаешь? - Что? - По Гарри?       Невилл повернулся к рыжей девушке, а затем, заставил себя улыбнуться. - А, Джинни, я что-то задумался, извини... - Да ничего, я понимаю. - она слегка кивнула в ответ. - А я - как-то уже ничего не понимаю. - Невилл вновь сосредоточился на множестве лиц перед ним, - Всё выглядит как-то... - Нереально? - Угу. - парень перестукивал кончиками пальцев по ограждению трибуны, - Не таким я видел свой седьмой курс... - Я тоже хотела бы, чтобы всё это оказалось кошмаром и я, наконец, проснулась где-то лет через пять, рядом с человеком, которого люблю...       Невилл слегка хихикнул. - А ты, как оказывается, очень романтичная натура, для одной из самых главных сердцеедок Хогвартса. - Эй! - Джинни шутливо ударила его кулачком, - Я вовсе не собираюсь ходить, задрав голову, как какая-нибудь Пэнси! Мой галстук всё ещё красно-жёлтый, а не зелёно-серебристый!       Невилл обхватил Джинни за плечи. - Знаю. Повезло Гарри с тобой...       В миг, Уизли сделалась мрачнее тучи. Невилл уловил это и поспешил как можно скорее убрать свою руку. - Оу... Извини... Я правда не хотел напоминать...       Она отмахнулась. - Да ничего, ведь именно за этим мы и здесь, верно? - Я - нет! - горячо возразил парень, стараясь отвлечь девушку от негативных мыслей, одолевавших её, - Мне плевать, что говорит Министерство, Гарри был и остаётся невиновен, мне нужно только доказать это! - Ты сам всё прекрасно видел в школе. Имей это хоть какой-то смысл, он бы дал нам знак. - Он и дал! Ты и Гермиона, понимаешь? Он бросился спасать вас, едва подвернулась возможность и я уверен, что это самый лучший сигнал, которой мы должны понимать от него. Он никогда не пойдёт на такую низость, чтобы служить Тёмному Лорду или Беллатрисе Лестрейндж. Просто что-то ему мешает... И только мы сумеем ему помочь, понимаешь? Именно поэтому нельзя терять надежду! У нас нет...       Голос, усиленный Сонорусом перебил его последнюю реплику. Деревянный молоток трижды ударил о круглую доску, призвав всех собравшихся к тишине. - Дисциплинарное слушание от двадцать девятого декабря, о нарушениях, совершённых Гарри Джеймсом Поттером, проживающим... - речь прервалась, когда один из секретарей нагнулся к Артуру Уизли, чтобы что-то быстро шепнуть, - Не имеющий установленного текущего места проживания! Сторона обвинения, в лице Аластора Грюма - действующего сотрудника отделения магического правопорядка. Свидетели, в лице учеников школы Хогвартс... Министерство приняло во внимание действующее законодательство и наделила участников слушания правом голоса, вне зависимости от их возраста...       Артур перевернул лист протокола. - Действующий Министр Магии - Артур Септимус Уизли. И конечно же... - Свидетель защиты! Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор!- провозгласил Директор, выходя на площадку перед пустым стулом, - К сожалению, я не смог доставить подозреваемого, господин Министр, поэтому ходатайствую о проведении заочного слушания по делу.       Артур снова ударил молотком. - Ходатайство удовлетворено, Министерство согласно проводить слушание в заочном закрытом формате, в связи с недавними событиями, повлекшими за собой риски для жизни присутствующие при проведении открытого заседания. Прошу господ журналистов обратить внимание, что перед сдачей материалов в редакции изданий, вам необходимо получить соответствующую печать в отделе магического делопроизводства. В противном случае, все колдографии и иные материалы будут у вас изъяты, в соответствии с пунктом двенадцать, статьи двадцать семь действующего законодательства закона "О разглашении информации процессуальных дел Министерства Магии Великобритании". - Уизли слегка отдышался, а затем продолжил, - Итак, если никаких предварительных возражений не имеется, мы можем начинать! Слово предоставляется стороне обвинения.       Аластор Грюм вытянулся во весь рост. - Уважаемые присутствующие, господин Министр... - аврор сделал почтительный кивок, - Я вынужден констатировать, что слухи, ходившие о Гарри Поттере и его причастности к группировке Пожирателей Смерти имеют под собой доказательную основу. Как показало заседание от двадцать седьмого декабря, на котором при попытке дать важные для следствия показания, был жестоко убит ученик школы Хогвартс, Теодор Нотт, чей отец имел прямую доказанную связь и группировкой Тёмного Лорда и на текущий момент содержится в Азкабане, Гарри Джеймс Поттер прибег к помощи подельников, чтобы устранить особо ценного свидетеля. В процессе специальной операции по задержанию двух подозреваемых, возглавляемой Гавейном Робардсом, колдомедики провели необходимые обследования, захваченного подозреваемого. Их рапорт - перед вами, господин Министр. - Да, спасибо, Аластор. - Секретарь передал нужную папку Артуру и тот поспешил её открыть, - Заключение за номером двести двадцать один, от двадцать седьмого декабря... Результаты проверок показывают, что заключённый является Гарри Джеймсом Поттером. Проверку на отмену эффекта оборотного зелья - провалил. Для уточнения экспертизы непростительного заклятья Империо требуется допуск к полученным воспоминаниям подозреваемого. Необходимые следствию материалы прошу недоставить в самом скором времени.       Артур отложил бумагу. - Воспоминания подсудимого... Где они?       Гавейн Робардс вышел на свою трибуну. - Воспоминания были изъяты или уничтожены во время побега подозреваемого. Информация подтверждена ответственными сотрудниками. - Как вы это допустили?! - Аластор возопил, выпучив не пострадавший глаз. - Выходит,- уточнил Артур Уизли, - На текущий момент мы не располагаем не только самим подсудимым, но и необходимыми материалами, для вынесения приговора? - Требую отменить заседание! - Один из судей встал, - Вести заседание на основании одних лишь свидетельских показаний - прямое нарушение делопроизводства. В таком случае мы не защищаем закон и не учитываем множество обстоятельств, которые могу быть, как смягчающими, так и отягощающими. - Протестую! - возразил Грюм, - В зале суда был убит человек, а также оказано сопротивление при аресте, с применением силы к сотрудникам аврората! Мы не можем рассматривать предыдущие дела мистера Поттера, но можем работать с тем, что имеем на руках сейчас! Более того, за минувшую ночь, у нас появились дополнительные свидетели массового нападения и двойного убийства, связанного с группировкой Пожирателей Смерти, произошедшего в Годриковой Впадине! Ходатайствую о рассмотрении этих трёх конкретных ситуаций, на причастность Гарри Джеймса Поттера!       Артуру хотелось провалиться под землю. От его текущего решения могло зависеть куда большее, чем видел статистический журналист. Если вина Гарри будет доказана - его ждёт то же обращение, что и любого пожирателя Смерти. Если же он откажется... Потенциальный убийца рискует остаться на свободе. Более того, многие из Министерства смогут воспользоваться его ошибкой для того, чтобы самим продвинуться выше по карьерной лестнице. Министр магии в данной ситуации был самой безвольной фигурой. Его загнали в угол. - Суд... - он замялся, - Суд видит возможным рассмотрение трёх конкретных дел, в рамках расследования против Гарри Джеймса Поттера!

***

      Северус Снейп сидел, крепко сжимая кулак, наполняемый внутренней злобой. Присутствие на этом заседании стало возможным за счёт куда более тесного взаимодействия между зельеваром и Директором, чем многие предполагали. Он всё ещё оставался лучшим агентом Альбуса, выполнявшим свою миссию в стане врага, чем воспользовался, оказавшись в роли нескольких приглашённых. Шёл второй час разбирательства и негодование Снейпа всё активнее бурлило в глубине непроницаемой маски, за которой скрывалась душа. Чёрные сальные локоны, выеденные реагентами, частично пересекали лицо и не имели ничего общего с теми волосами, что он носил во времена ученичества. Разминая затёкшие от напряжения пальцы, он быстро перебирал им, стараясь не отвлекаться от общей повестки. - Подтверждаете ли вы, что видели Гарри Джеймса Поттера в эту самую ночь? - Подтверждаю. - Подтверждаете ли вы, что события, имевшие место в Годриковой Впадине, повлекшие за собой смерть владельца заведения, а так же одного из посетителей, имели прямое отношение к фигуре подозреваемого? - Подтверждаю, господин Министр. Я своими глазами видел, как парень в компании двоих Пожирателей Смерти находился на месте происшествия и применял оглушающие заклинания по отношению к тем, кто прибывал в сознании после этой ужасной атаки. - Скажите, конкретно к вам применялись какие-либо заклинания, которое вы могли бы идентифицировать? - Не могу быть уверен, сэр. Я был парализован и оглушён, после того, как выдал себя. Полностью я овладел своим телом, примерно через час, после совершённого налёта. - Суд получил ваши воспоминания, переданные добровольно, в рамках проводимого следствия. Я благодарю вас за предоставление столь необходимой информации и прошу вас никуда не уезжать из города, пока мы не закончим с их изучением. Вы можете сесть. - Спасибо, господин Министр.       Два часа. Два часа, за которые Директор не обронил ни слова, хоть и взял на себя роль свидетеля защиты. Снейпу хотелось сплюнуть горькой слюной. Всё это представление было не более чем ширмой, за которой скрывалась только одна реальная цель - провести суд, на самых шатких доказательствах, которые только можно было собрать на скорую руку. На лицо прослеживалась типичная "партия Дамблдора". Зельевар повернулся к одному из балконов, на котором стояли четверо гриффиндорцев. Два лучших друга, романтический интерес и "Новый Избранный" отлично сыграли свои подготовленные роли, не имея права даже возразить на выдвинутые обвинения. Они в очередной раз рассказали о налёте на Хогвартс, о том как Гарри бился бок о бок с Беллатрисой Лестрейндж. У Снейпа дрогнули уголки губ, попытавшиеся сложиться в улыбку. Он знал.       Знал, что Гарри Поттер, исчезнув из колонок газет продолжал одно из самых тяжёлых противостояний, на которое только способен был пойти. Он собственными руками, помог им с Лестрейндж добраться до искомой цели - крестража Волан-Де-Морта. И как оказалось, даже такой безрассудной идее сопутствовала удача, ведь если все эти сплетни из Паучьего Тупика имели хоть какую-то долю правды - Волан-Де-Морт лишился больше чем половины сторонников и понёс одно из самых сокрушительных поражений с тех самых пор, как попытался убить ребёнка, защищённого любовью Лили Эванс. Кто-то, говорил о том, что тёмный волшебник был во второй раз развоплощён. Кто-то, к числу которых себя относил и Снейп, склонялись к тому, что Том Реддл был слаб и обезображен, хоть и жив. Мужчина готов был спорить на свою палочку, большинство, если не все артефакты Тёмного Лорда были уничтожены. Уничтожены тем самым человеком, которому в зале суда "шили" отличное дело, для того, чтобы пожизненно упрятать в Азкабан. А Дамблдор молчал.       Молчал, потому что всё, что видел Северус за восемнадцать лет - собственные интересы. Не то чтобы он сам не грешил подобным, нет. Он не станет оправдываться, что ценой верности была забота о мальчике. Хотя - нет. Не просто мальчике... Её сыне.       Глаза Лили, доставшиеся Гарри, были самым страшным испытанием Северуса. Те самые глаза, за которые он так и не смог заставить себя бороться с Джеймсом. Да и смог бы ли он? Вряд ли. Старший Поттер не был носителем блестящих идей, но этот расчёт ему удался до последней детали. Хотя, учитывая текущие обстоятельства, Снейп рискнул бы предположить, что Джеймс сейчас крутится в гробу, ведь один из тех, кто заботится о безопасности его ребёнка - человек, к которому он испытывал наибольшее презрение. Эта мысль увлекла зельевара. Забери я ребёнка себе... Как бы оно повернулось?       Он быстро одёрнул себя. Никаких мечтаний - только то, что есть здесь и сейчас. А здесь и сейчас он делал всё возможное, чтобы Блэк оставался на плаву, даже если это включало в себя надеть проклятую маску. Хотя, если брать во внимание все доказательства Министерства, союзников Гарри умел выбирать и сколотил себе вполне достойную команду... - Министерство принимает во внимание ваши показания, мистер Фрэм, как и прочие предоставленные улики. - Артур отложил очередную папку сверху приличной стопки, - Господа, я думаю, что настало самое время дать слово свидетелю защиты обвиняемого! Господин Дамблдор, Министерство предоставляет вам право слова... - Благодарю вас, Артур! - Дамблдор любезно улыбнулся и оперся на перекрытия перед собой. - Давай, солги им что-то правдоподобное. - тихо проговорил Северус. - Я взялся защищать Гарри Джеймса Поттера и терпеливо выслушал все обвинения, которые были выдвинуты на текущий момент! В связи с тем, что я считаю их наиболее обоснованными, мне нечего добавить, кроме как то, что защита признаёт вину в полном объёме. И я хочу, чтобы господа репортёры очень чётко записали всё то, что я скажу сейчас...       Множественные вспышки фотоаппаратов засверкали внизу, сосредоточившись на фигуре Директора, а колдографы настраивались на запись, под будущие вырезки. - Гарри, мой мальчик! Я своими глазами видел тебя не в один злополучный день! Я хочу, чтобы ты понял, что если ты добровольно придёшь, без оружия и с полной готовностью сдаться, то я лично готов быть гарантом того, что тебя ждёт честный и справедливый суд! Мы внимательно выслушаем твою точку зрения на произошедшие события и добьёмся освещения твоей истории в наиболее достоверном и полном объёме! Не позволяй манипулировать собой, ведь Пожиратели Смерти действительно способны на это, что мы неоднократно видели в этом самом зале. Будь в первую очередь благоразумен. Хогвартс был и будет с тобой, несмотря на любые возможные последствия. Я буду с тобой, мой мальчик! И я говорю это прямо здесь, сейчас и во всеуслышанье!       Зал взорвался аплодисментами, а Директор наигранно поднял обе руки, стараясь успокоить необъятный шум. Естественно, исключительно показательно. Старому интригану нравилась слава, нравилась власть. Северус сморщился и встал со своего места, направившись к выходу. Звуки его уверенных шагов утонули в несмолкаемых хлопках. Ему было тошно смотреть на это и никакого желания и дальше слушать то, как Альбус продолжит врать, у Снейпа не было. Он не уберёг ни Джеймса с Лили, ни Лонгботтомов, чьим ребёнком теперь активно пользовался. Ему было плевать и на Гарри, на всех. Вообще на всех, кроме себя самого. Даже если Хогвартс завтра сгорит от башен до подземелий, Альбусу Дамболдору будет начхать. С каждым шагом Снейпа едва ли не трясло от скопившегося гнева.       Он снова обернулся, но лишь затем, чтобы увидеть Альбуса позирующим для колдографий. - Сукин сын. - всё так же тихо шикнул Снейп и нырнул в ближайший выход.       Артур трижды постучал молотком о деревянную дощечку, пока толпа не стала переговариваться на таком уровне громкости, сквозь которою могли быть услышаны его дальнейшие слова. - Гарри Джеймс Поттер признаётся виновным в совершении ряда преступлений, которые Министерство Магии Великобритании не может оставить без внимания. Все действующие сотрудники аврората должны расценивать подозреваемого, как особо опасного Пожирателя Смерти и прикладывать максимальные усилия для его задержания и последующей передачи под суд. Протокол заседания будет составлен секретариатом, заверен действующими печатями и подписями. Приенение... - Артур, казалось подавился последней фразой, слегка откашливаясь, - Применение всех необходимых заклинаний в рамках самообороны - разрешаю.       Снизу снова понеслась волна сверкающих вспышек. Джинни плотнее прижалась сбоку от Невилла, стараясь сдержать проступавшие слёзы. Альбус Дамблдор же стоял прямой, как статуя, внимательно вглядываясь в лица тех, кто собрался в зоне приглашённых. В глубине белоснежной бороды расползалась хищная усмешка. - Давай же, мальчик. Твой ход.

***

- Хвост... - тихое шипение из-под чёрной мантии сопровождалось вытянутой рукой.       Длинные ногти, больше похожие на звериные когти украшали мертвенно бледные пальцы. На кисти виднелись тёмные нити, жидкость в которых больше походила на смолу, чем на кровь. Сам же Тёмный Лорд скрывался за плотной тканью, старательно избегая света.       Питер Петтигрю затрусил, а затем припал на колени перед хозяином. - Мой Лорд... - пылко шептал пожиратель, - Вы желаете чего-то?       Чёрная мгла, скрываемая капюшоном слегка двинулась вперёд, обдавая Хвоста ледяным холодом. - Наши шпионы смогли что-то разузнать? - О да, Повелитель! - крысоватый мужчина противно хихикнул, - Гарри Поттер осуждён! Осуждён и брошен всеми своими союзниками! Это великая победа...       Волан-Де-Морт не дал ему договорить, обхватив рукой за пухлое лицо. Острые кончики ногтей впились в мягкие щёки, выпуская на свободу горячие струи крови. Питер завизжал и попытался вырваться, но железная хватка Тёмного Лорда лишь плотнее стиснулась, вызвав куда большую порцию боли. Хвост что-то прочавкал, силясь объясниться, но всё закончилось ударом об подлокотник стула, на котором восседала фигура в мантии. - Победа? Победа?! - с шипящей ненавистью вырывались слова из темноты, - Мои пожиратели предали меня! Если старик и прочие так легко бросили его, значит он был не с ними, дурья твоя башка! Не с ними, понимаешь?! А если Гарри Поттер был не с ними и не с нами, значит - он сам по себе! Значит, все они - сами по себе! Я больше не чувствую их меток, не могу видеть их глазами, слышать их ушами! Это ты называешь победой, Питер?! Может мне прямо сейчас оторвать тебе голову, раз ты всё равно не способен ей думать?!       Новый удар пришёлся на голову Хвоста, вновь сблизив его с подлокотником. Когтистая рука, однако, всё же отпустил его и толкнула прочь от себя, оставив тихонько хныкать на ковре. - Против меня бросили моих же слуг, Хвост! Мальчишка вызнал мои секреты и воспользовался моей слабостью... Я был самонадеян, беспечен... Невнимателен... На стороне этого дерзкого сопляка теперь одни из самых сильных чистокровных магов! Он уничтожил десятилетия трудов!       Теперь когти скребли подлокотник, всё сильнее размазывая кровь Хвоста по лакированному дереву. - Повелитель... - просопливил Хвост, пытаясь прижаться к его ногам. - Заткнись и встань! Мне ни к чему бесхребетная тряпка, которая впадает в истерики при малейшем поводе! - Какие будут приказания? - Отправляйся и собери всех тех, кто остался мне верен. Увидишь хоть намёк на измену - убей на месте... Нет. Убей даже истинно верных! Пусть до каждого дойдёт весть о том, что Волан-Де-Морт жив! Пусть знают, что я в ярости! Пусть боятся и в страхе своём служат нашей цели на пределе своих сил! Мы готовимся, Хвост! - К чему, господин?       Волан-Де-Морт сбросил капюшон. Тело, которое и раньше невозможно было назвать близким к человеческому, теперь было обожжено в тех самых местах, где адский огонь, смешавшийся с последней частью души, соприкоснулся с ним. Кожа отслаивалась, а сама рана почернела. Треть лица была изуродована, похожим образом. Целого куска плоти не хватало у левой скулы. Челюстная кость, остро выпиравшая вперёд, была обуглена. Один глаз оставался всё таким же красным, а другой сиял ярко-золотым светом, казалось прожигавшим насквозь. То немного, что осталось от Тома Реддла оголило свои острые гнилые зубы и приблизилось максимально близко к Петтигрю.       Животный страх охватил Хвоста и он отступил на несколько шагов. Тёмный Лорд же, вновь набросил капюшон и позволил темноте скрыть обезображенный облик. - К войне, мой дорогой Хвост... Мы готовимся к войне... А теперь - бегом!       Ему не требовалось никаких дальнейших приказов. Питер растаял в клубах чёрного дыма, а Том соединил кончики пальцев в "клин" и глубже забился в кресло. Гарри мог украсть его славу, верность его людей... Но готов ли он к тому, чтобы использовать такую же силу террора?       Ярко-золотой глаз блеснул под темнотой ткани, а затем - вновь погас.