ГЛАВА 9 — ЕСЛИ У ВОСКА ЕСТЬ НЕРВЫ, Я ИХ НАЙДУ

1. ВОСКОВОЙ ЛАБИРИНТ. Даша шла, цепляясь рукой за холодные стены, пока сердце колотилось где-то в горле.       — Ну… — выдохнула она, — класс… музей воска, воск, восковая жопа… всё по плану. Зал был огромным. Тени плясали от мерцающих свечей, фигуры стояли вокруг — слишком реалистичные. Она ткнула одну пальцем. Тепло.       — Ааа… фу… она ТЁПЛАЯ?! — дёрнула руку. — Ладно, Даша, дыши. Может, это просто новая технология. «Organic Dead Inside Edition». Сзади донёсся шаг. Один. Второй. Она необорачивается.       — Нет, я тебя не вижу, — шепчет она, — значит, тебя нет. Это базовая логика выживания. Тяжёлое дыхание. Совсем рядом. Даша резко поворачивается — и Винсент уже стоит перед ней, маска поблёскивает в полутьме.       — Ну здравствуй, мой молчаливый психотерапевт, — сказала она, пытаясь улыбнуться. — Давай обсудим мои ошибки жизни? Начнём с того, почему я вообще смотрела этот фильм? Он делает шаг ближе.       — Так, подожди, не подходи, — поднимает руку. — Я знаю, как это заканчивается. Ты — скульптор, я — сырьё. Мне не подходит такая карьера! Она пятится. Он тоже. Молчаливый, как смерть, красивый, как грех. Даша вдруг говорит: — А может, у нас просто… культурный конфликт? Ты — художник, я — хаос. Совместимы только в аду. Он останавливается. Она ловит этот микросекундный момент и шепчет: — О, Господи, ты сейчас смутился? Ты, убийца с ножом, покраснел? Обожаю этот эффект. Пауза. И вот, казалось бы, сейчас он бросится — но нет. Винсент просто смотрит. Долго. Как будто не может решить: убить её или нарисовать. 2. В ТО ЖЕ ВРЕМЯ — ПОДВАЛ. Бо стоит, прислонившись к стене, смотрит на привязанную Карли. В его глазах — раздражение и усталость. Но в глубине — тревога. Не из-за Карли. Из-за другой. Он достаёт рацию? (Серьёзно?), хрипло: — Винс… ты там закончил? Пауза. Шум. Тишина. Бо прищуривается. — Винс?Отзовись. Ничего. Только слабое потрескивание эфира. Бо выдыхает сквозь зубы, сжимает челюсть.       — Чёрт… что она там творит?.. 3. ВИНСЕНТ И ДАША — НЕ ПЛАНОВАЯ СЦЕНА. Даша, уставшая, садится прямо на пол, скрещивает ноги. — Ну всё, я устала от драм. Если ты собираешься меня прибить, сделай красиво. Без моих воплей. Просто фоновая музыка, свечи и титры. Он подходит ближе, приседает перед ней. Молчит. Смотрит. Она, наклонив голову: — Что, думаешь, что я сумасшедшая? Он чуть склоняет голову.       — Отлично, взаимно. Даша мягко касается пальцами его перчатки, потом тут же убирает руку.       — Ты весь такой… идеальный, да? Тихий, загадочный, страшный. — она молчит, но спустя не долгую паузу продолжает — Только знаешь, в чём проблема? Я — это сбой в твоей идеальной системе. Он не двигается. Но внутри, под маской, у него — смятение. Эта девушка не боится. Не умоляет. Она смеётся. Живёт. В его мире, где всё — воск и смерть, она единственная дышит по-настоящему. 4. РЕАКЦИЯ БРАТЬЕВ — ОТ ТРЕТЬЕГО ЛИЦА. Позже. Ночь. В мастерской — Бо и Винсент. Молчание тянется густое, как мёд. Бо стоит у стола, скрестив руки на груди:       — Ну? — хрипло. — Ты должен был её остановить, а не сидеть с ней, будто на свидании. Винсент молчит. Лёгкий наклон головы — я пытался. Бо сжимает кулак:       — Она ходит по городу, болтает, ржёт, трогает всё подряд… — Ты вообще видел, что она творит? Люди должны бояться нас, а не флиртовать! Винсент переводит взгляд, будто говорит: она другая. Бо фыркает:       — Да, "другая". Проклятая туристка с языком, как нож. — шепчет он.— Вечно усмехается, будто жизнь — шутка. Думаешь, я не заметил, как ты на неё смотрел? Пауза. Винсент не двигается. Бо хрипло добавляет: — Она сведёт тебя с ума, брат. Нас обоих. Он поворачивается, смотрит в окно на ночную улицу, где мерцают огни. И, сам того не осознавая, усмехается краем губ.       — И ведь, чёрт возьми… она мне уже нравится. Винсент поворачивает голову — в глазах блеск. Не злости. Любопытства. Смятения. И капельки… тепла.