Глава 19. ЭМОЦИОНАЛЬНЫЙ ПОГРОМ, ДВОЙНАЯ РЕВНОСТЬ И ДАША-КАТАКЛИЗМ

Городок снова был тихим. Подозрительно тихим. Тем временем Даша уверенно маршировала между домами Синклеров, как будто прожила здесь всю жизнь и знает, где чей тайник с психологическими травмами. А вот братья — наоборот. Винсент шёл по улице, как пробуждённый кот, который впервые понял, что у него есть чувства. Молчаливо. Напряжённо. И, что пугало Бо, с сильнейшим внутренним кризисом. Поэтому он шёл рядом и бурчал:       — Если она снова сделает что-то сумасшедшее — я её свяжу.       — Ты уже пытался, — напомнил Винсент. Бо замолчал. Потому что да… Даша разнесла ему верёвки как соплячка из токсичного ТикТока.       — Она маленькая… и неадекватная, – продолжил Бо. — И… почему она мне нравится? Винсент посмотрел на брата так, как будто впервые задумался об этом и понял: чёрт, Даша и его головой играет не хуже ножей. А Даша в этот момент… Она стояла посреди пустой улицы с руками на бёдрах и вопила:       — АУУУ, МОИ ЛЮБИМЫЕ СЕМЕЙНЫЕ ТРАВМЫ! Я ТУТ! Тишина.       — Ладно, — кивнула она. — Или я потерялась, или меня проигнорировали. Хотя, учитывая мужчин Синклеров — первое опаснее. Она вдохнула глубоко… И тут… Позади раздались шаги. Медленные. Тяжёлые. Очень «я сейчас морально тебя зарежу» шаги. Даша развернулась с улыбкой:       — А, вот вы где, мои сломаные кукольники! Бо и Винсент остановились, оба одинаково мрачные.       — Где ты была? — спросил Бо, будто отец, правда хуже и сексуальней.       — Вы же всё равно меня найдёте, — пожала плечами Даша. — Так что решила не напрягаться. Винсент шагнул к ней ближе. Ближе, чем обычно. Ближе, чем комфортно для психики. Он наклонился, посмотрел сверху вниз… И шёпотом, низко:       — Ты ранена? Даша расплылась в улыбке:       — Ты что, волнуешься?       — …       — Не отвечай, и так вижу. Ай, какой милый псих. Бо вскинул руки:       — Винсент, НЕТ! Не влюбляйся в неё сильнее, нам ВСЕМ ПИЗДЕЦ! Даша:       — Ага, понятно. Пацаны — ревнуют. Оба. К одной мне. Вот это я понимаю характер. Внезапно Даша схватила их обоих за предплечья и потянула ближе:       — Так, я вам новости принесла. Они синхронно:       — Какие?       — Ник и Карли живы. Братья переглянулись. Винсент — недовольно. Бо — раздражённо. Даша, шикнув:       — НЕ ДЕРГАТЬСЯ! Это хорошие новости. Для меня. А для вас — ну, так себе. Бо потерял терпение:       — Где они?       — Прячутся в доме. Дрожат. Паника. Драма. Нервные клетки умерли. Короче, обычные люди. Бо выдохнул:       — Значит… ты вернулась сама? Даша смело посмотрела ему в глаза и сказала:       — А куда я денусь? Вы без меня даже ссориться нормально не умеете. – но подумала другое: не было ли у мужчин склероза, ведь они сами забрали её. Наверное возраст так сказывается на них. Винсент отвернулся, будто скрывая улыбку под маской. Но плечи его дрогнули. Бо звучал тихо, почти обиженно:       — Мы… не потеряли тебя? И вот тут Даша почувствовала, как в груди у неё что-то хрустнуло. Но она, конечно, не подала вида. Она — Даша. Поэтому ответила:       — Да куда вы денетесь. Вы ж… Она задумалась на секунду. И добила:       — МОИ СЕМЕЙНЫЕ ПСИХИ. Оба братья замерли. Даже Винсент, этот ходячий монумент молчания. Бо приподнял бровь:       — То есть… ты с нами? Даша, театрально:       — Ну, не с умом уж точно. И слегка ткнула Винса пальцем в грудь:       — А ты перестань так тревожиться. От этого у меня… ну… Она задумчиво смотрит вниз себе под рёбра.       — Становится тепло. Ненавижу. Винсент буквально отступил назад, как будто она ударила его эмоциональным топором. Бо рассмеялся хрипло:       — Ты его ломаешь.       — Я всех ломаю, — гордо сказала Даша. — Такая уж суперспособность. И где-то далеко… в доме… Карли подошла ближе к брату:       — Ник… мне кажется… Даша всё-таки перешла на сторону психов. Ник:       — Она на их стороне с того момента, как увидела Бо.