Часть 12

Оставшаяся Четвёрка на машине Мегавольта мчалась к загородному дому.  -Мне нельзя было оставлять Квагу одного! Там нет электричества!-в отчаянии кричал Мегавольт. В его нервном состоянии его не пустили за руль, машину вёл Ликвигад, шатко, как по волнам. Бушрут поглаживал Мегавольта по плечу в попытках успокоить.  -Он же наверно сможет включить плиту, он не замёрзнет.-всё повторял Бушрут, но повелитель электричества был глух к его словам.  -НЕЕЕЕЕТ!-пищал Мегавольт, дёргая ногами.-Я не разрешал ему самому включать плиту!  -Он же непослуха, он бы включил.-всегда строгий тон Антиплаща в этот раз был даже ласковым и успокоительным.-Не удивлюсь, если он не выключил газ. Однако, я не могу его осуждать. Даже если он всё взорвёт, я буду рад. Это значит, что он всё также весел.  -Ох, не знаю. Квага бы своим вредить не стал ни за что.-Бушрут вздохнул и вырастил-таки немного валерианы.-Давайте все успокоимся, а то так и завять недолго.-  Уже через минуту все ехали, спокойные внешне, но беспокойные внутри. Мегавольт был совершенно раздавлен, а вдобавок разряжен. А подзарядка дома не светила…. Но Элмо твёрдо решил делать вид, что он полон сил. Если друзья будут волноваться ещё и за него, им никаких сил не хватит.  -Вот сейчас мы заберём Квагу, отправимся на новое убежище, заживём по-прежнему.-в четверть голоса успокаивал себя Мегавольт, однако неясная тревога посверливала его сердечко под розеткой. Мегавольт положил лапку в резиновой перчатке на грудь, не вполне зная, где находится сердце, но, кажется, более-менее попадая по нужному месту. Да, пожалуй, аптекарь был очень прав: Мегавольт был страшно нервный, как наэлектризованный. Но даже когда заряда не было, он откуда-то брал силы волноваться и нервничать. Может, дело всё же не в его батарейке, а в его характере? И он всегда таким был, просто не помнит?-  Машина остановилась, проскользив перед этим тормозной путь. Мегавольт мысленно рассчитал, сколько они должны были проехать по инерции и, выйдя из машины, убедился в полной своей правоте. Только это не принесло ему никакой радости. Он рванул в дом, не замечая припорошенную снегом цепочку следов.  -Квага, я вернулся!- закричал что было мóчи Элмо, но даже это не ответило ему.-Квага? Ты обиделся, что я тебя оставил? Умоляю, прости меня! Мне пришлось, пришлось!-  Мегавольт обыскал весь дом, но нигде не было Кваги. Только в лаборатории Бушрута одиноко лежали два пледа, а в комнате совсем не было вещей.  Опустошенный окончательно, Мегавольт забрал все свои инструменты и вернулся к машине.  -Нету. Его нигде нету! Забирайте вещи, мы едем на маяк. Он наверняка пошёл за мной. Уж я его знаю…-Мегавольт нежно прижимал к груди два пледа: свой и Кваги. Хотелось плакать, но позориться перед друзьями он не собирался.-  Квага же в это время, всё ещё дрожа от холода, ехал в незнакомой машине. Старый пёс, сидевший за рулем, сразу выключил радио, когда Квага рухнул в транспорт, видя усталость пассажира, но заговаривать не торопился.  -Простите, кто Вы такой?-тихо спросил Квага почти что сквозь сон.  -Я аптекарь, фамилия моя очень вряд ли о чем-то Вам скажет, сэр.-водитель ехал очень осторожно и плавно, совсем не как Мегавольт.-Куда Вам нужно попасть?  -На заброшенный маяк.-совсем слабым голосом сказал Квага, больше всего на свете желая вздремнуть хоть пару часов.  -Зачем же Вам туда? Довольно рано, да к тому же холодно.-пёс нажал пару кнопок, чтобы печка заработала сильнее.  -Мне больше некуда идти. Я остался без тёплого крова и рискую остаться совсем один на свете.-жалостливо говорил Квага, прижимаясь всем телом к подогреваемому сиденью.  -Несчастный Вы…-вздохнул аптекарь.-А поедем ко мне? Я сейчас в город только потому, что вещи на работе оставил, а потом домой. А завтра и до маяка дойдёте. Согласны? Я там не очень далеко живу.  -Все равно идти некуда.-кивнул Квага.  -Вы тогда подождите немножко, я заберу вещи, и мы поедем домой.-пёс отключил дальний свет.-А то оставить Вас одного на улице в таком состоянии—преступление. Оставление в опасности.  -Вы так добры ко мне…-удивился Квага, пытаясь завернуться в пальто, не очень-то дававшее тепло.-Я Вам дам денег, всё, что есть отдам!  -Нет, нет, не надо! Вы что! Это долг каждого—помочь бедствующему.-стал убеждать его аптекарь, всё ещё оставаясь спокойно-меланхоличным.-Я уверен, Вы на моем месте сделали бы для бредущего и бездомного меня то же самое.  -Пожалуй…-Квага стыдливо зарылся лицом в ладошки и почувствовал, что снова плачет.-Вы знаете, отец всегда говорил мне не связываться с бедными и бездомными, хотя мы и сами были очень небогаты, говоря, что они притягивают неудачу. И я всегда думал, что никто не поможет, это доля моя, и умел положиться только сам на себя. У меня была семья, а чувствовал я себя совершенным сиротой в этом мире…   -Ваш отец, сэр, был, видимо, ужасно жестоким, если мог внушать подобные мысли маленькому ребёнку.-участливо вздохнул пёс, включая поворотник. Негромкий щелчок переключателя будто вторил его словам.-Мне очень жаль, что Вам пришлось пережить такое обращение с собой. Но теперь Вы видите, что я протянул Вам лапу помощи, ничуть не брезгуя Вами. Мне бы очень хотелось помочь Вам убедиться, что не все люди на свете такие, как Ваш отец.  -Спасибо Вам…-только и смог сказать шут, давясь рыданиями. Ему вдруг показалось, будто чья-то рука лежит на его горле. Квага положил ладонь на шею. Конечно, никто его не держал. Но что это тогда было? Дышать, дышать, воздуха… снова это проклятое удушье! Неужели Буш был прав, и передозировка ибупрофеном произошла? Ведь говорил же он об ухудшении состояния астматиков. Астмой Квага, вроде как, не болел, но было страшно. От страха дышать было только тяжелее. Квага подвигал рукой шею. От этого тошнило, но это было хоть что-то. Начинала кружиться голова. А ведь раньше он мог часами подряд смеяться и не задыхаться при этом. Что с ним стало?  -Да не за что. Это мой гражданский долг. Да и вообще, декабрь—трудная пора. Рождество близится, а мороз крепчает. Вы бы знали, сколько пьяных замерзает на морозе, и рождественское чудо их не спасает. Знаю не понаслышке, в медицинской сфере все таки тружусь…-пёс грустно улыбнулся.-Забавно, я в детстве хотел быть военным. Не смог, правда, здоровье не позволило, но ведь хотел. И не знаю, почему уж я так. Хотел нести смерть, а несу жизнь.  -Мой отец был военным. Не советую.-Коротко сказал Квага, когда наконец смог сделать полноценный вдох. Было чувство, будто в горле застрял комок из бумаги и шерсти. Тошнило. Признаться было даже страшнее, чем молчать. Решит ещё, чего доброго, что Квага больной, отправит его в больницу. А документы, какие были у шута, все у Мегавольта на маяке. Принесут документы, опознают его — да сразу в тюремный госпиталь. Такая перспектива ему очень не нравилась.  -Он ещё и военный…-пёс опять вздохнул.-Военные не все жестокие люди, поверьте мне. Но я пойму, если Вы их боитесь.  -В детстве очень боялся немецких солдат.-Квага развёл руками, всем своим видом показывая, что считает этот страх глупым.-Сейчас полицейских, раз тоже военные почти. Я вообще трус. Даже Санту в детстве боялся, думал, он во мне разочаруется.  -Кто же так испортил Вам впечатление о светлом празднике?-с искренним сочувствием спросил аптекарь, останавливаясь на светофоре.-Опять отец?  -Да… мы не праздновали Рождество до тех пор, пока мне не исполнилось шесть. За месяц до Рождества мама сказала, что Санта не любит плохих детей и что за каждый мой плохой поступок у меня будут отбирать игрушку и продавать её. Я очень испугался, идеально себя вёл первые две недели. Но потом я нечаянно провалился в сугроб во дворе и пробежал так часа два. Конечно, я сильно вымерз, меня едва вытащили потом. Но дома вместо ласки и сочувствия я получил только нагоняй от мамы с отцом. Немедленно все мои игрушки были проданы, а деньги спрятаны. Никогда не забуду мрачные дни моей болезни. Приходилось постоянно сидеть дома, где не осталось ничего родного и привычного мне. И ничего святого не было у моего отца, который пообещал мне на эти деньги подарок. Я так радовался, так ждал, наивный дурак… на Рождество пришел отец в шапке Санты, сказал, что Санта во мне разочарован, что я был ужасным ребёнком, и что отцу моему Санта подарил ремень, чтобы меня наказывать. И как раз на деньги от моих игрушек. И я, больной и слабый, был выпорот с особой жестокостью. На следующий день ребята во дворе хвастались новыми игрушками, а я мог похвастать только следами избиения да выпавшими перьями. К слову, ими набили мою подушку потом. До этого времени вместо подушки у меня было свернутое мамино платье.  -Много же с Вас тогда нападало…-отметил аптекарь, снова трогаясь с места. Было слышно, как машина рассекала воздух. Завывание за окном напоминало соло на больной скрипке. Квага действительно слышал мелодию, очень заунывную, как у стариковской песни, но звон бубенчиков больше не скрашивал этой печали.  -Да ладно, что было, то прошло.-попытался утешить сам себя Квага, но слёзы все не прекращались. Сдерживать рыдания и при этом говорить было самым трудным в его шутовской карьере.  -Вы плачете?-аптекарь повернул зеркало заднего вида, чтобы посмотреть на Квагу. И правда, кукольник старательно скрывал слёзы.-Простите, если это я привёл к такому месту в диалоге… Хотя очень вряд ли я мог на что-то повлиять.  -Да, кажется, плачу.-почему-то Кваге очень захотелось улыбнуться, но, побоясь боли, он сдержал свой порыв.  -Бедняга…-пёс остановился на парковке у аптеки.-Сейчас, я заберу сумку с вещами и приду. Подождите немного, хорошо?  -Угу…-кивнул Квага и растянулся на заднем сидении. Пёс вышел из машины, оставив Квагу совсем одного. Аптекарь не заглушил двигателя, поэтому было всё ещё тепло. Но Кваге казалось, что кругом нестерпимый холод. Когда холодно внутри, невольно дрожишь, будь хоть тридцать градусов тепла.  -Одиночество невыносимо…-прокашлял Квага, кладя кружащуюся голову на сложенные руки.-А друзья далеко…-  Но Квага и предположить не мог, что друзья как никогда рядом! Машина Мегавольта вновь неслась по улицам по направлению к маяку.  -Быстрее, Ликви, прошу, может, он уже там!-причитал Мегавольт, пока Бушрут показывал Ликвигаду карту города.  -Не думаю, что он бы добрался раньше нас. Он же пешком шел до моста, потом, может, сел на автобус… нет, они сейчас не ходят. Он идёт пешком…-ужасался Анти, представляя Квагу, замерзающим в сугробе у обочины.  -Обещай, что мы найдём его живым и здоровым!-требовал Мегавольт, весь дрожа от нетерпения.  -Успокойся, мы его обязательно найдём, и всё станет по-прежнему.-Анти приобнял друга за плечо.-А ты не мог бы ускорить машину?  -А? Да, да, конечно…-Мегавольт положил руку на коробку передач и принялся разряжаться. Он чувствовал, что вот-вот останется совсем без энергии и понимал, что рискует упасть без сил, но в обществе друзей его не пугала эта перспектива. Машина тут же ускорилась и помчалась как на крыльях.  -Спасибо, Мегс!-поблагодарил Ликви и положил свою руку на переключатель скоростей. Мегавольт одернул лапку.  -Осторожнее, меня же закоротит!-Мегавольт вжался в сиденье и даже пристегнулся. И вовремя! Резкий поворот—и Мегавольт едва не вылетел в окно.  -Да, только Квага с таким стилем вождения не терял оптимизма.-Мегавольт загрустил еще сильнее и приложился головой на Анти.-Голова кружится.  -Это всё от сильных разрядов. На маяке отдохнёшь, поспишь, а там, гляди, и Квага наш вернется.-ободрял его Антиплащ, но в первую очередь ободрял себя.  -А вернется ли он прежним?-беспокойно спросил себя Мегавольт. Никто не нашелся, что ответить.