Часть 2

Раннее утро. Это, правда говоря, можно определить только по часам. Рассвет… Начнется где то через несколько минут, наверняка Ник успеет выйти как раз в самый разгар цветения первых лучей нового дня. А в бункере темно, всегда темно. Что днем, что ночью… Ник тихонько взял сумку, бросил туда ОБД**, а остальное, что может понадобиться в пути, уложено с вечера. **Орудие Быстрого Действия. Тусклый свет лампы оставлял тусклые же тени по уголкам и полкам склада, тени же от коробок и под полками оставались вечно густыми. На картонных и металлических ящиках сделана маркировка как от тех, кто некогда заполнил кладовую, так и выполненная маркером ребятами. Пометки, где запасы уже начаты, где их нет, что стоит в какую очередь открывать… Так же стоял стенд с оружием, под ним: отдельные коробки со снарядами. Парень огляделся, на секунду поймав какую-то туманную мысль, но та ловко ускользнула в тень, и он развернулся, сделал пару шагов, вышел из комнаты, легким касанием к клавише выключателя погасил свет, закрыл дверь. Теперь везде темно, от кирпичных стен веет холодом: обогреваются лишь склад, казарма и тех. пункт, коридоры, тренировочный зал были рассчитаны так, что, по идее, их должно было прогревать от теплых отапливаемых помещений. Ну, когда то так и было. Теперь земля слишком промерзла. Каждый шаг эхом отдается от стен и длинных переходов, так, что можно услышать человека еще на расстоянии метров так двадцати. Тишина вокруг, не считая звуков от самого Ника, создавала ощущение полного одиночества. Даже если понятно, что это вовсе не так. В конце коридора металлическая лестница, ведущая вертикально вверх - на улицу. Точнее, на “веранду”. Ник поправил маску на лице, застегнул костюм, похожий на космический чем-то, закрепил сумку на поясе специальным креплением, полез наверх. Люк, открытый, очевидно, Кадо совсем недавно, легко поддался и поднялся, пропуская на свободу. Ник закрыл глаза, чтобы не слепнуть от того, как даже на рассвете светло, ногой легко толкая люк, дабы его закрыть. Улица встречает тишиной, но иной, не такой, как в коридорах: холодной, немного ветреной, опустошенной тишиной. Ник открывает глаза, щурясь. Поликарбонат пропускает, даже приумножает свет. Знакомая уже до мелочей “веранда” предстает все такой же. Вместо выбитых когда-то стекл парни год назад поставили найденный поликарбонат, который был здесь для постройки теплиц, и здесь из-за этого почти нет снега, да и теплее, чем на улице. Обычно даже на градусов двадцать. И может, здесь было бы хотя бы минус десять, если бы не постоянное “проветривание” Кадо, да и тонкого слоя снега бы здесь не было бы… Кадо и сейчас здесь, с раскрытыми створками входа сидит, смотрит на играющий рассвет и бесконечную белую гладь снежной пустыни. Голубые, холодные и безразличные глаза прекрасно отражают схожую по настроению картину, только сигаретный дым с рассветом и кажутся живыми. Побледневшая от долгого нахождения под землей кожа, отросшие темные волосы… Кадо, кажется, только этим и отличается от себя в начале их пути. А, конечно. Еще когда то его холодные глаза кололи живым светом, горели и идеями. Теперь же остался только холод. Ник вздохнул, стянул маску для дыхания на подбородок. – Ты чего даже без шапки вылез? Ладно что только кашель прошел, а ты снова куришь, так и заболеть снова хочешь… Сигареты то через пару месяцев такой жизни кончатся, Кадо. – подошел, посмотрел на товарища. – Слышишь? – Тот вяло кивнул, выпуская облачко ароматного - вонючего - дыма. – … Кадо, пожалуйста, иди домой. Покурить ты еще успеешь. Мх, ладно, ну хоть когда эту сигарету докуришь, иди. Хорошо? – Ник несколько обеспокоенно опустился на корточки рядом, хоть и успел невзлюбить запах сигаретного дыма. Кадо устало вздохнул, сделал очередную затяжку, выпустил следующее облачко. – Это место нам не дом… – Неохотно, словно лениво проговорил, так и не посмотрев на Ника. – Хорошо, докурю и пойду внутрь. – Хоть в начале и возразил, но согласился, словно не хотел тратить слова на ответ. А ведь мог бы. Ник немного подождал. Ну же, чувствуется, что… Хотя, кого тут обманывать. Кадо давно не хочет говорить с Ником. – … Ну, славно. Тогда, поверю тебе на слово, а сам пойду. – Небольшая пауза, как бы чтобы дать Кадо ответить, но наполненная в итоге тишиной. – … Что, даже не спросишь, куда я собрался? – Не выдерживает, хмурится. – Далеко – Снова дымное облако, выпархивающее вместе со словами. – Не уйдешь. – только и ответил Кадо. – Там минус сорок. Днем. К вечеру - когда градусов шесят будет - вернешься в любом случае. – – Хех, ну да… – Ник усмехнулся, после сразу тяжело вздохнул, выпуская облачко пара от теплого дыхания. – Не думал о том, что нам пора уйти отсюда? – Спрашивает вдруг. Они уже недели три ни о чем не говорили, кроме коротких бытовых тем. Где какая вещь, что готовить. – Нет. Тмида скоро вернется. – Прозвучало отрешенно, словно и сам Кадо не то, чтобы в это верит. – Да не вернется она. Три с половиной года прошло, а ее все нет и нет. – Ник поднялся, отвел взгляд на красивый, яркий, оранжево-розовый рассвет. – Пора бы нам это понять. Она не справилась. – – Если бы она не справилась, сейчас было бы минус четыреста, а не какие-то сорок градусов. Тем более не разово, за несколько суток, как предполагалось, а за несколько лет. Она справилась. Просто к нам почему то не вернулась.– – Ладно, не буду спорить. Но даже если справилась, то не факт, что вернется. У высших наверняка лучше, чем у нас. А если и вернется, то мы то не обязаны тут сидеть безвылазно столько времени! – Ник чуть было не перешел на крик, потом сделал вдох и выдох, только затем продолжив. – Я уверен, что остались еще люди. И мы можем найти их, договориться о том, чтобы здесь были всякие вахтеры, по сменам. У нас же тут и запасы скоро кончатся. – – Еще на год есть. Не о чем переживать. Топлива для обогрева вообще так на лет пять хватит. Сомневаюсь, что у других на этой планете есть такая роскошь. – Кадо затянулся, встал. – В любом случае, транспорта у нас нет. Будем ждать. – Сказал резко, выдохнув на Ника дым. Тот зажмурился, потом нахмурился, прикусил губы. – Ладно. Как скажешь. – Натянул маску. – Тогда удачи тебе тут. Не морозься. – И стал вылазить на улицу, в сугроб, доваливший на постоянном уровне до окон. Кадо только вяло махнул рукой, безмолвно развернулся и направился к люку. Ожидаемо, что тут сказать. Ник только подождал, когда хлопнет металл, а потом пошел по снегу. Вообще, когда он выходил в прошлый раз, то сквозь снег провалился по пояс. Кадо тогда с тихим смехом помог выбраться… Теперь же снег превратился в твердую, видимо, заледеневшую поверхность. Ноги проваливались всего лишь по бедра, но Ник был к этому готов. Сегодня у него и есть цель: проложить начало пути к людям. Сделать хоть что-то, чтобы покинуть это одинокое и горькое царство ожидания и холода. Дальше, примерно через несколько километров, Ник перестал проваливаться под снег. Судя по солнцу, поднявшемуся почти до самой верхушки неба, прошло часов пять или шесть с момента, когда парень ушел из бункера. Честно сказать, это совсем нелегко, пробираться сквозь толщи снега в никуда… Насколько это было тяжело, настолько удивительно встретить твердый панцирь наста всего в нескольких часах пути. Точнее, вообще его встретить. Ник неуверенно потоптался, ожидая, что ноги провалятся обратно в толщу сугроба, но наст не тронулся под весом парня. Так что теперь он решил оглядеться по сторонам, чтобы решить, куда двигаться дальше. Вокруг простиралась бесконечная, до самого горизонта, снежная гладь. Базу надежно скрыли из поля зрения холмы снега, которые обходил Ник. Если бы не очки, нацепленные почти сразу после выхода, его бы сейчас слепило от того, как это все пространство сияло отражением солнечных лучей. Наверное, стоит или пойти обратно, ведь путь до сюда вполне проложен, и можно рассказать об этой аномалии Кадо, он же типа главный. Но с другой стороны, Кадо наверняка скажет, что ему это не интересно и не важно, и получится, что Ник просто так вернулся. Не, лучше пойти дальше, попробовать увидеть на горизонте хоть что-нибудь. Море, маяк, до которых было всего около двадцати километров от базы, сосновый лес… В общем, все что угодно. Может, даже повезет наткнуться на что-то стоящее. Ник вздохнул, в который раз огляделся вокруг, просто с надеждой “а может море уже само ко мне пришло?”, как вдруг замечает движение где-то на пять часов от себя, вздрагивает. Руки почти автоматически, словно Ник не прекратил тренироваться полгода назад, достали ОБД, отключили защиту и приготовились к стрельбе. Парень резко повернулся, немного подпрыгнув, направляет ОБД на место, где всколыхнулся сугроб. Сердце тихо и гулко бухнулось куда-то в ребра. Небольшой, как будто слепленный из только что упавшего снега зайка непонятливо хлопал словно нарисованными черными глазками. Носа не было, только тонкая полосочка рта. Длинные, тонкие и массивные в сравнение с размером тела и головы уши висли вниз. Форма головы овальная, лапки словно капельки, хвост размером с половину головы, пушистый такой… Ник резко вздохнул, не опуская пока что оружия. Вот, что-то интересное пришло само, как по заказу, конечно. Уф, и что теперь с этим делать. – Ушастик тут такой, бесшумно еще подобрался. А я тут из-за тебя пугаюсь… – Пробормотал, усмехнувшись. – Чудо такое. – Просто для себя замечает, потому что никого, кто услышит, рядом нет. Вроде бы. – Меня зовут Альф. Не “Ушастик”. А тебя как зовать? – Вполне серьёзно отвечает снежный комочек. Ник даже как то ОБД опустил, руки немного онемели. А. О. А? – Ахуеть … – Он покачал головой, потом как-то на автомате ответил. – Меня зовут Ник. Приятно познакомиться, Альф. – Говорящий… Подождите, а не послышалось ли? – И мне приятно познакомиться с тобой, Ник. – Заяц улыбнулся. Альф, точнее. – Не видел людей так далеко от гнезд, ты что, потерялся? Ты не похож на маленькую особь. – Гнезда? Маленькая особь? Так, ладно. – Да нет, я знаю откуда я. Не потерялся. – Ответил Ник,чуть склоняя голову вбок. – Я уже взрослый. Мне… Уже девятнадцать. – – Ну, это еще не совсем большой. Мне вот ваших лет… Гораздо больше. – Альф посмотрел на снег куда-то. – Очень хорошо, что ты не потерялся, Ник. Куда ты идешь? – Хороший вопрос. – Да, просто исследую местность. Хочу увидеть, живут ли другие люди. – Отчего то честно все говорит этому снежному комочку. – Ты их не видел? – – Видел. Целые скопления ваших гнезд. Только я туда не хожу, слишком горячо там. Тепло. Растаю. – Малыш снова поворачивает голову к парню, подходит ближе. – А можно мне пойти с тобой? Я тут давно живу. И где люди живут знаю, вон там. – Лапку поднимает, указывает куда-то за спину. Ник осторожно убрал ОБД в сумку, краем глаза наблюдая за Альфом. Вообще, предложение звучит заманчиво. И ладно, что оно звучит от странного существа. Видно же, что вреда принести не хочет, значит все хорошо, верно? – Да, давай, я не против. Погуляем. – Все равно думать это не работа Ника. Думать - работа Кадо. А Ник что, Ник делает “ебуньк”. Так что сомневаться будет Кадо. Ну, потом когда узнает. И думать. – Альф, а ты снеговик, получается? – – Нет. Я ольваст. Мы живем с водой, а когда хорошо можем и ходить. Давно хорошо не было, слишком горячо. – Альф повернулся и куда-то тихонько почапал. – А людям не очень нравится, когда нам хорошо. Вам горячо хорошо. – – Ну да, мы, люди, такие. – Ник уловил, что прогулка уже началась, поэтому неспешно пошел за новым знакомым. – А кто такие ольвасты? Много вас? – – Да вроде нет, но нам хорошо и так. Кто-то снежком остался, кто-то на дерево похож, таких как я, кто ходить любит, так вообще немного… – – Понятно. Спасибо, что на все отвечаешь. С тобой приятно поговорить, Альф. – ник улыбнулся, чего, наверное, и не видно под маской. Да, с Кадо давно простой и приятный разговор не складывался. – И с тобой, Ник, весьма приятно вести беседу. – Альф щурит глаза довольно, словно кот. – Мои друзья не особо разговорчивые, они не ольвасты, им сложно. Куф так вообще говорить не умеет, хоть и все понимает. А Снёлле тяжело говорить, она птица. – Куф, Снёлла… Какие то еще местные живые существа. Кто ж живет при минус сорока днем, да еще и в мае? Полярные медведи и пингвины, но их не должно быть на Ту-564, про их существование известно лишь из книг. Последние сто лет на ней даже в холодные зимние месяца не опускалась температура ниже минус пятнадцати. Так что откуда здесь взяться полярным животным? Будет интересно посмотреть на друзей этого снежного чуда. – Пх, на удивление хорошо тебя понимаю, хоть мой… Друг и не птица, не ольваст, а тоже человек, а все равно со мной почти не говорит. А ты и отвечаешь, и разговор поддерживаешь. – Ник улыбнулся, все забывая, что этого не видно. Только вот Альфу кажется все равно заметно, по голосу, похоже. – Уф, вы люди вообще такие существа… Хорошо, что ты нашел во мне разговороника. Будем с тобой разговаривать вместе. – – С удовольствием, Альф. Только у нас не говорят “разговорник” про того, с кем мы говорим. “Разговорник” - Книжка такая, где перевод нужных для разговора на другом языке слов, вроде. А тот, с кем говорим - Собеседник. – Мягко поправил, чуть усмехнувшись. – А… Понял, запомню такую ошибку. Я просто сам учил ваш язык, могут быть ошибки, может быть и много ошибок. – Пожал плечами Альф, а потом, видимо что-то впереди увидев, улыбнулся, его уши встрепенулись. – О, Куф! Куф, иди сюда. Смотри, кого я нашел! – громко так кого-то зовет, машет лапкой. Ник смотрит в ту же сторону, и сначала ничего не может увидеть. Так, а… А, вон. Белое, невысокое, где-то по грудь, мохнатое, все, кроме небольших рожек похожих на оленьи, скрытое длинной шерстью существо топало в их сторону. Видимо, это и есть Куф. – Ого… А он не похож на тебя. – негромко говорит уже знакомому Альфу. – Конечно. Я ольваст, а Куф - ольвед. Он не из снега. – сразу пояснил, а потом засеменил навстречу другу, обнял своими снежными лапами товарища. – Куф, привет! Как дела? – – Ур-р-р. – Радостно ответил мохнатик, обнимая Альфа в ответ. – уг, Ур! – – Это хорошо, что у тебя все в порядке. А насчет покататься… Ник, хочешь прокатиться с нами на санях? – Альф отстранился от друга, посмотрел на человека. – Куф просто попросил. – Ник вздохнул. А, ну Альф говорил, что Куф не умеет разговаривать. А все равно странно. – Ну, а почему бы и нет?... – неуверенно начал парень. – Хотя я хотел исследовать местность. – – Это гораздо интереснее делать на санях, да и игра немного слишком долгая, если просто идти. – Альф задумчиво хлопнул лапами, отчего с них посыпались мелкие снежиночки. – Исследование же можно много с чем совместить. А то скучно ж. – Так прозвучало, будто это просто прогулка… Хотя для него это, похоже, действительно так. – А мы не отвлечемся на что-то ненужное, если поедем кататься? – Попробовал Ник. Правда же. Все же может Кадо ждет, будет волноваться, если Ник задержится. По ночам все же гораздо холоднее чем днем. Так что совсем ненадежно. – А что может быть ненужным в исследовании? Ты же наверняка раньше здесь не ходил, все будет полезно. Да и на санях быстрее будет, сможем больше посмотреть. – Альф отошел немного, пока говорил, поднял лапки. Рядом собирались из крупинок снега сани. Большие… – Будет и быстрее, и веселее. Поиграем! – Хм. Вообще правда, пешком долго ходить. А эти товарищи явно намерены поехать кататься. Одному теперь скучно. Ник как-то устал чувствовать себя совсем одиноким. Кто знает, встретит ли он еще потом кого-то такого дружелюбного, как Альф? – Ладно, ты прав. К вечеру мы же успеем вернуться? – – Конечно, если тебе нужно, то легко. На санях вообще очень быстро можно туда сюда. – Альф отпрыгнул, а сани совсем стали видные. Большие, полупрозрачные. Из льда сделаны получается. А Ника выдержат? – Запрыгиваем, пора отправляться! Куф, давай тоже. – Прямоугольные сани, с удобным сиденьем и поручнями. Четыре места, два спереди, два сзади. – Ник, ты там сзади сядь. – Альф уже устроился спереди, а к нему неловко немного забирается внутрь его мохнатый товарищ. Ник вздохнул, потом улыбнулся. Правда, чего сомневаться. Что он потеряет, если попробует просто делать, что хочется. Подходит, осторожно, боясь сломать хрупкий на вид лед, устраивается в сани. Они не трещат, не хрустят под весом Ника. Это хорошо. – А как они поедут? Может мне выйти, потолкать? – Вот так конечно будет дольше, гораздо дольше, чем просто гулять. Потому что правда, как они собираются кататься? – Сейчас увидишь, подожди. – Альф что-то делал, что не видно за его большой головой. Только и можно понять, что что-то происходит по тому, как шевелятся плечи снежного зверька. – Все, держись. Куф, ты тоже! – Ник и сказать ничего не успел, как вдруг сани довольно быстро качнулись, и сами собой двинулись вперед. Парень замер, только провожая взглядом отдаляющийся холм снега. Куф радостно уркнул, а Альф звянькнул льдом. – Ну что, нравится, Ник? Видишь, сами едут! – Альф быстро повернулся, почти сразу вернул взгляд куда-то обратно. – Уф, чуть не улетели… – – Да, мне очень нравится. Аккуратнее там. – Приглушенно, почти пришибленно отвечает, оглядываясь. Улыбается вдруг. Получается немного похоже на мультики из детства, где главные герои - веселые и умные звери. – Следи за дорогой, Альф. – – Слежу, слежу. А улететь то куда-то можно всегда. Это тоже весело. – Сани меж тем едут быстро довольно, или это Ник отвык от транспорта. В последнее время даже на своих двоих не разогнаться, в бункере не так уж много пространства. Захотелось снять маску и защитные очки, чтобы почувствовать ветерок, свежесть воздуха, хоть и заранее ясно, что это плохая идея. – Это хоть и весело, но можно же пораниться- – Начал Ник, как вдруг под ними заскрипел снег, и мир удивительным круговоротом опрокинулся куда-то вниз. Хотя показалось, что наоборот, вверх, к небесам. Куф заурчал возмущенно, громко так, а Альфа и не слышно было. А Ник уткнулся в неожиданно мягкий по сравнению с недавним ледяным панцирем снег. Сани, что удивительно, на спину не упали, не придавили сверху. Снег острыми краешками маленьких снежинок впился в открытые места кожи на лице, Ник успел почувствовать, прежде чем поднялся, отряхиваясь. Огляделся, и вдруг улыбка сама собой наплыла на губы. Альф, неловко растянувшийся рядом, похож на звезду. Уши раскинуты, как и лапы. Куф рядом недовольно ворчал, отряхиваясь от снега. – А я говорил следить за дорогой. – Ник усмехнулся по-доброму. – А я говорил, что так будет не так весело. – Отстраненно заметил Альф, так и не поднимаясь пока. – У-у-у! – Куф резко поднялся на свои ноги, а потом завалился назад. Как-то неожиданно для себя Ник рассмеялся, сначала даже не опознав в судорожной тряске ребер смех. Давно его не слышал. Уже начало темнеть, когда вспомнилось, что пора возвращаться домой. Ник весь день, как ребенок, катался с новыми приятелями, помогал им, немного даже покатал, а Альфа вообще ловил во время головокружительных полетов. Куф все же слишком тяжелый для этого, его и пытаться поймать не имеет смысла. Даже как-то сегодня не было холодно, слишком много Ник двигался. Вот сейчас он полулежал - насколько позволяла ширина саней - высунув ноги за борт. Небо такое красивое, наполняющееся золотистыми красками. Густые, большие облака похожи на пушистых и ярких сказочных существ. Даже как то жарко после недавней игры в снежки. – Ник. Останешься переночевать у Снёллы? У неё теплое гнездо. Тебе там будет тепло. – Вдруг прямо у уха звучит голос Альфа. Ник поворачивает голову от неба, все еще слишком отвлеченный усталостью после долгого и весёлого дня. А?... А. А как же Кадо? Нет, надо отказаться. – Почему это надо? – он смотрит на спокойного снежного приятеля. Его опущенные уши, тёмные и глубокие глаза. – Тучи. Буря будет. Не успеешь вернуться. Мы далековато от твоего гнезда. Мы то с Куфом не боимся бури, а ты можешь замерзнуть и остыть. А ты нам понравился.– Объяснил. Все просто и чётко. – А потом, через пару дней, мы тебя вернём к гнезду. Домой. – Не успеет? Но Кадо… Хотя, так Кадо просто отдохнет от Ника, может, хоть поговорит наконец-то с ним потом. А если есть риск "остыть" - похоже, умереть - то лучше не допустить его. А то Кадо останется совсем один ещё надолго. Тмида то когда ещё вернётся. Вернётся ли она? – Эх… Ладно, ты прав. Поехали к Снёлле. – Легко согласился Ник. Тут хотя бы ему рады, с этими странными ребятами весело. – Славно. Может, тогда, ещё до больших человеческих гнезд тебя сводим. Отдохнешь. Ты весёлый. Мне нравится с тобой. – Альф щурится в улыбке, и это странно. Он же снеговик зайка, не должен шевелиться. А все же шевелится. Парень тянет осторожно руку, касается снежной макушки. Альф настоящий. Ник улыбается ему, хоть и не видно этого под маской. – Мне тоже с тобой нравится. – И правда. Тут его, кажется, ценят. А к Кадо он успеет вернуться.