1.Начало новой жизни

Маленькая четырнадцатилетняя девочка бежала ночью вдоль дороги. Фонари в этой местности были большой редкостью, поэтому дальше вытянутой руки было трудно что-либо рассмотреть. Ей это не мешало, ведь было не важно, куда она направляется. Главное – как можно дальше от приюта. В него девочка попала ещё младенцем. А всё потому, что родителям был не нужен слабый и больной ребёнок – они хотели, во-первых, мальчика, а во-вторых – здорового и крепкого. Но разве она виновата, что родилась такой? Нет. Конечно, нет. Но уже в осознанном возрасте сверстники твердили ей, что она – ходячий скелет; что она – хоббит, так как была маленького роста для своих лет; что она – четырёхглазое чудище, ведь носила очки. Также говорили, что она ужасно глупа, а потому недостойна играть и дружить с ними. Однако это было не так – девочка была умнее многих одногодок, но постоянный стресс и неуверенность в себе мешали нормально заниматься. И чем старше они становились, тем сильнее проявлялась травля. К концу восьмого класса их агрессия стала невыносимой, и в ночь первого дня каникул она сбежала. Сейчас же она пересекла дорогу между полем, и начался лес. Асфальт был грязнее, чем на открытой местности, что немного расстроило беглянку. Но назад возвращаться нельзя – её по-любому уже хватились и начали искать. Девочка почти не волновалась, что её догонят – она сбежала больше часа назад, а значит находится от детдома достаточно далеко. Мышцы ног ныли, но останавливаться было нельзя. Стиснув зубы, она быстро бежала, оглядываясь по сторонам – слишком темно, однако очертания огромных величественных деревьев можно было рассмотреть. Она не боялась темноты, и всё же ночной лес выглядел достаточно пугающе, поскольку не известно, что он в себе таит. И как же хорошо, что у неё всегда был при себе чёрный нож-бабочка, который она ещё в девять лет спёрла в магазине. Навык незаметного воровства был развит до профессионализма, ибо по-другому желаемого просто не получить. Хочешь жить – умей вертеться. Этот самый нож лежал в застёгнутом кармане куртки, тыкая её в живот при каждом движении. Сначала это отдавалось дискомфортом, но после первых тридцати минут бега она стала просто не замечать это и двигаться всё дальше и дальше. Ноги уже отказывались держать её, бок сильно болел, а дышать было практически невозможно. Пришлось остановиться и немного передохнуть, а потом продолжить путь шагом, восстанавливая дыхание. В ушах пульсировала кровь, заглушая все посторонние звуки, в глазах темнело, но она чётко увидела промелькнувшую слева тень. Только девочка потянулась к карману куртки, как её отбросило от мощнейшего удара в кювет, где она пару раз перевернулась, скатываясь вниз. Остановившись, она встала на четвереньки и попыталась подняться. Впрочем, ей это не удалось – пинок в живот заставил завалиться и отлететь ещё на несколько метров. Идею принять вертикальное положение девочка сразу отбросила, дабы больше не получить по рёбрами, и лишь перелегла с живота на спину. Медленно приближаясь, к ней шли четыре парня лет семнадцати. Они были абсолютно разные по своим природным особенностям, однако кое-что их всё-таки объединяло: бледность кожи и стремительно темнеющие глаза. — А-ХА-ХА-ХА, кто это тут у нас, а? Джефри? — Маленькая сладенькая де-е-евочка. — ответил ему друг. — Есть ещё какие-нибудь варианты? — первый посмотрел на остальных двоих парней. — Блиц, Приам? — Свежий кусок мя-я-яса ... — Е-да ... — Правильно, друзья мои. — первый подошёл ещё ближе к девочке и наступил на руку, которой она сжимала нож в кармане. — Ну-ну, деточка. Не стоит доставать этот жалкий кусок металла – не поможет. — Леви, тебе не кажется, что мы слишком долго ведём беседу? — сказал, судя по всему, Блиц. — Может, уже приступим? — Ты прав, друг мой, но сперва мы как следует повесилимся. — Леви убрал ногу и взял её за предплечье рукой. — Блюдо должно быть хорошо приготовленным, вы так не считатете? — хищно оскалившись, он резко вывернул ей руку. Раздался смачный хруст ломающихся костей, нарушивший звенящую тишину леса. Девочка изо всех сил пыталась сдержать крик, рвущийся из её груди наружу. Это было почти невозможно, и хруст смешался со здавленным, полным боли стоном. Четверо юношей громко рассмеялись, и к первому подключился второй – Джефри. Он проделал то же самое, что и первый. Из глаз девочки текли слёзы, и всё же крики боли она пыталась подавить. — Хей, Леви, у неё там ножик в кармане, да? — приторно-сладким голосом проговорил Приам. — Ага. — он извлёк его из куртки и покрутил, рассматривая. — Обычная бабочка. — Как насчёт подправить её, а? Пара порезов, я думаю, не помешают. — А сможем ли мы сдержаться и не вцепиться в неё клыками? — спросил Блиц, которому уже не терпелось испробовать её крови. — Нужно о-о-очень сильно постараться. Лично я не хочу заканчивать веселье так рано – у неё ещё не все кости сломаны. — Джефри начал стягивать с девочки одежду, и уже через пару минут она лежала полностью обнажённой. — Приступай, Приам. Приам не стал медлить и выхватил у Леви нож. Схватив её за шею, он поднял её и бросил в дерево, молниеносно двигаясь и орудуя бабочкой на лету. Впечатавшись в ствол огромной ели, маленькое тело тряпичной куклой упало на землю, заливая её кровью из многочисленных глубоких порезов. Весь её торс был покрыт красными линиями, что повергло в шок. В голове метались мысли: кто они? Откуда такая сила и скорость? Осознание пришло тут же, но верить в это совершенно не хотелось, так как все считали этих тварей лишь выдумкой. Неужели они действительно существуют? — Эй, ты! Вставай! — крикнул Приам. — Я ещё не закончил! Он в тот же миг оказался перед ней, вцепился пальцами в её обездвиженную руку и с разворота хлопнул спиной о дерево. Позвоночник остался цел, но ломота от удара была невыносимой. Не услышав хруста, он разозлился и проделал всё ещё раз, вот только удар о ствол пришёлся на ноги. Точнее, на одну – левую. Резкая боль пронзила её, и раздался столь сладостный для кровососов треск костей и рвущейся плоти. Лёжа на боку в состоянии болевого шока, девочка посмотрела на ногу и увидела открытый перелом кости голени. Тошнота подступила к горлу, и вот её уже почти вырвало, как по рёбрам ударил тяжёлый ботинок, ломая кости. Тело девочки не выдержало, и она потеряла сознание, а когда вновь открыла глаза – увидела существо, похожее на волка, но оно стояло на массивных задних лапах, по-любому достигая трёх метров ростом, а передние конечности были более человеческими и с огромными острыми когтями. Ими зверь рвал на клочья парней-вампиров, что ужасным образом глумились над девочкой. К лапам он подключил массивную пасть, сомкнувшуюся на шее Блица. Тело Приама лежало возле того самого дерева. И всё бы ничего, вот только живот был вспорот, грудь истерзана, а голова не на плечах, а рядышком. Переведя взгляд обратно на вервольфа, она обнаружила позади него такое же тело Джефри, а сам ликантроп мчался вслед за последним парнем – Леви, что был главарём их банды. Девочка хотела встать, но ни руки, ни ноги не слушались. Все движения сопровождались сильнейшей острой болью, и это было не удивительно. И больше всего на свете ей хотелось умереть ... Больное с рождения сердце продолжало медленно биться, легкие отчаянно хватали воздух, что обжигал их изнутри своим холодом. Было тяжело, и всё же девочка попыталась ползти, правда, не понимая, куда именно. Она захлёбывалась собственной кровью, тело было измученно до предела и дрожало от слабости и боли. В конце концов, она сдалась и перестала ползти. Тогда-то и вернулся оборотень, весь измазанный в крови. Он стремительно приблизился к девочке, и она почувствовала, как плечо пронзается острыми клыками. А затем тьма ... *** Перестройка организма заняла три недели, и происходила она крайне болезненно. Подвергся мутациям состав костей, крови и даже внутреннее строение мозга – физиология вервольфов уникальна. Для того, чтобы трансформация в другую физическую форму была возможна, тело девочки перетерпело множество внутренних изменений. Во время превращения она теряла способность мыслить по-человечески, становилась просто агрессивным зверем. Всё это время новообращённая находилась в подвале дома, а спустя три недели её перенесли в комнату на первом этаже частного дома. За ней стала ухаживать миловидная девушка Саския. Она была на год или два старше девочки, но справлялась со своей задачей достаточно умело и по-взрослому. Ещё неделю девочка провела в постели, не вставая. Саския понимала всю произошедшую с ней ситуацию и делал всё возможное, чтобы помочь, но искренне недоумевала, почему новообращённая не разговаривает. Она не оставляла попытки заговорить с ней и рассказывала разные истории. Чаще всего смешные – для поднятия настроения. Однако на лице девочки не вздрагивал ни один мускул, показавший бы её одобрение и улыбку. После этого девушка стала меньше донимать её бессмысленными речами и притащила в её комнату плазменный телевизор. Она решила включить детский канал с мультиками, и ей хватило увидеть лишь слегка сдвинутых на переносице бровей девочки, чтобы переключить на что-то более подобающе возрасту. Так беглянка проводила день, а ночью начинался настоящий кошмар – снился один и тот же сон, в точности повторяющий события судьбоносного побега. Одно отличие всё же было – она не сдерживала себя и кричала, причём не только во сне. В реальном мире она так же душераздирающе вопила. Каждый раз новообращённая просыпалась, садилась на кровати и долго выглядывалась в кромешную темноту, в которую была облачена выделенная комната. И почему-то именно ночью ей становилось холодно. Сама она этого не замечала, зато, когда Саския, пришедшая на её крик в первый раз, дотронулась до костлявой маленькой руки – обомлела, ведь плоть на конечности была просто ледяной. Но сделать она с этим ничего не смогла, так как ни второе, ни третье одеяло не помогало, и беглянка ночью становилась ледышкой. Тогда Саския рассказала всё своему старшему брату. Он внимательно её выслушал, и в его голове даже появилась идея, но осуществить её решил именно после пробуждения новообращённой от кошмара. *** Снова лес ... Снова четыре фигуры перед ней ... Снова пытка ... Вот Леви ломает ей руку ... Джефри ломает вторую ... Изрезанное Приамом тело ... Перелом ноги ... Сломанные рёбра ... Ликантроп ... Укус в плечо ... Схватившись за голову, девочка закрыла глаза и приняла сидячее положение. Мысленно отсчитала 10 секунд и уставилась в непроглядную тьму. Со временем глаза привыкли, и она смогла различать очертания предметов. Судорожно сглотнув, беглянка достала со стола около кровати стакан с водой и отпила, переводя взгляд на тихо открывающуюся дверь. В комнату вошёл парень с сильно отросшими за время волосами, которые так и норовили попасть в глаза. Ему было от силы лет двадцать, но сложен физически он довольно неплохо. Из одежды на нём была белая майка и домашние спортивные штаны, явно повидавшие жизнь, ибо выглядели они так себе. — Привет. — лицо парня озарила тёплая улыбка, хоть и немного печальная. — Меня зовут Тилль, а тебя? — в ступать в разговор с этим подозрительным типом ей не очень хотелось, поэтому она молча следила за тем, как он садится на край кровати. — От сестры я знаю, что ты не говоришь. Может, ты изменишь своё решение? Парень осторожно взял её за ладонь и стал поглаживать кончики пальцев. Этот жест был по-своему и странный, и приятный, а когда его вторая рука переместилась на её впалую щёку, девочка завороженно замерла. — У тебя очень холодные руки, и я не удивлюсь, если ещё и ноги. — он поднялся и снял с себя майку со штанами, оставив одни чёрные боксеры. — Не волнуйся, у меня и в мыслях ничего плохо не было. Температура нашего примерно 42 градуса по Цельсию, вот только ты совсем недавно стала оборотнем, и ещё не всё проявилось должным образом. — новообращённая с прищуром покосилась на него и отодвинулась ближе к стене. — Без одежды я смогу быстрее согреть тебя. Ты позволишь мне это сделать? — она осмотрела его и, не найдя во взгляде похоти, неуверенно кивнула. Тилль лёг и прижал к себе маленькое хрупкое тело, и при этом ужасно холодное. — Так как же тебя зовут, Малыш? — Н-надя. — тихо ответила она, смирившись. — Приятно познакомиться, Надя. — парень нежно погладил её по спине. — Как же ты оказалась в том лесу? — Сбежала из приюта, который находится на окраине Мекленбурга. — Почему? — Я устала от нескончаемых издевательств со стороны сверстников. — призналась Надя. — А те четверо в лесу ... Это ведь были вампиры, да? — Вампиры. — с отвращением подтвердил Тилль её слова. — А тот огромный волк – ты? — Я. — Зачем ты укусил меня? — она глянула на плечо, под футболкой на котором был здоровенный шрам. — Это было единственным способом тебя спасти. — парень пожал плечами. — Лучше бы ты этого не делал. — отвернувшись от него, Надя забралась под одеяло с головой. — Хей, ты что, вздумала стянуть с меня трусы? — он хотел разрядить шуткой накалившуюся обстановку. — Проказница. — Было бы на что смотреть под твоими трусами. — хмыкнула беглянка. — Ну всё, теперь я в депрессии ... — Ничего страшного, такое бывает. — Доязвилась. Хана тебе, Малыш. — с этими словами Тилль начал щекотать её. Девочка вырывалась из крепкой хватки, и через несколько мгновений ей это удалось. Спрыгнув с кровати, она открыла дверь и выбежала из комнаты. На шум в гостиной вышла Саския и замерла у стены, наблюдая за вот такой вот картиной: новообращённая бегала вокруг стола от её старшего брата, который был в одном нижнем белье. — Саския, помоги пожалуйста! — крикнула ей беглянка, заметив ту в коридоре. — Э, так не честно. — возмутился парень. — Это против правил! — Какие, к чёрту, правила?! — она усмехнулась ему в лицо, уперевшись в стол руками. — Ты меня чуть до смерти не защекотал! — Тилль, ну вот что ты устроил, а? Взрослый же человек. — девушка подошла к девочке. — Это не я, а Надя. — указал на неё пальцем вервольф. — Так тебя зовут Надя. — Саския улыбнулась. — Красивое имя. — Спасибо. — новообращённая попыталась выдавить из себя ответную добрую эмоцию, но не получилось. — Прости за то, что не разговаривала с тобой. Мне и сейчас это тяжело даётся. — Не переживай, я не в обиде. — она приобняла беглянку за плечи и повела в сторону комнаты. При беге этого не было заметно, однако при обычном шаге была отчётливо видна хромота на левую ногу. Надя удивилась не меньше брата с сестрой и задрала штанину пижамы. Кроме характерного рубца на голени ничего не было. — Что у неё с ногой? — девушка обратилась к старшему брату. — Был открытый перелом. — нахмурившись, сказал парень. — Возможно, это пройдёт. Поспешных выводов делать не стану. Он посмотрел на девочку. Та поджала губу и, освободившись от рук Саскии, пошла в свою комнату, стараясь не хромать. Девушка проводила её сочувствующим взглядом и ушла, а ликантроп последовал за новообращённой. Закрыв за собой дверь, Тилль обнял её со спины и положил подбородок на голову беглянки. — Не грусти, Малыш. Теперь всё будет хорошо. — его голос был тихим и бархатным, чем непроизвольно вызвал у девочки мурашки. — Я никому не позволю причинить тебе вред. Обещаю. Развернув новообращённую лицом к себе, он поцеловал её в лоб и повёл к кровати. Парень удобно устроился и притянул беглянку к себе. Они пожелали друг другу спокойной ночи и стали потихоньку погружаться в царство Морфея. *** В первые за столько дней Надя проснулась в чудесном настроении. Благодаря спокойному сну, она вдоволь выспалась, и тёплые лучи утреннего солнца, теперь не казались ей неким издевательством природы над её душевным состоянием. Сладко потянувшись, беглянка распахнула глаза и невольно улыбнулась. Голова была приятно пуста, а постель маняще нежна и хорошо нагрета. Ленивое утро как никогда располагало к себе, настаивая никуда не торопиться и подремать ещё пару часиков. Опустив руку, девочка ожидала ощутить прохладный шёлк простыни, но прикоснулась к чему-то горячему и гладкому. Отдёрнув руку, она тут же устремила свой взгляд на противоположную сторону кровати. Это был Тилль, а именно – его плечо, на которое она наткнулась. Во сне его отточенные черты смягчились, а лицо было расслабленным и невероятно притягательным. Длинные чёрные ресницы слегка подрагивали, густые брови не хмурились. Новообращённая села, уже готовая опустить ноги на пол и прошагать до двери, но остановилась. К её несчастью, оборотень разложился по всей длине кровати, тем самым пресекая возможность для капитуляции. Выход был один: нужно перелезть через своеобразную "преграду" и при этом умудриться не разбудить вервольфа. Этот способ показался ей довольно смущающим, но деваться было некуда. Глубоко вздохнув, беглянка встала на колени и поближе придвинулась к парню. Она отметила, что с такого ракурса он выглядел ещё более симпатичным. Одна рука была поднята и лежала под головой, а вторая покоилась на его животе. Вид был прелестный, но нужно было действовать. Повернувшись бочком, Надя нагнулась и нависла над Тиллем, упираясь руками о кровать и молясь о том, что он не чутко спит. Выждав пару мгновений, дабы убедиться, что ликантроп не проснулся, девочка вытянула ногу. Стараясь не прикасаться к нему, она принялась медленно опускать ногу, ища носком пол. Но тут новообращённая услышала тихий смешок, и мужские руки внезапно схватили девичьи бёдра, заставив ту сесть на него сверху. От неожиданности она вскрикнула, выпрямилась и упёрлась ладонями о широкую волосатую грудь. Подняв глаза, она увидела заспанное, и всё же прекрасное лицо оборотня, на котором красовалась наглая усмешка. — Доброе утро, Малыш. — Какое, нафиг, доброе?! Отпусти меня, маньячелла! — беглянка дёрнулась, но парень её удержал. — Хей, ты думаешь, я педофил? — его брови взметнулись вверх. — Ну, да, есть такое. — Я бы никогда и ни за что не изнасиловал ребёнка. — он погладил её по щеке и улыбнулся. — И тем более тебя. А теперь пойдём чего-нибудь поедим. Я голодный, как волк. — М-да, смешная шутка. — девочка закатила глаза, всё-таки сползла на пол и кинула вервольфу его одежду. — Одевайся, а я пока что пойду умоюсь. Новообращённая покинула парня и по знакомому пути направилась в ванную комнату. Всякий раз смотря в заркало, она не узнавала себя: кожа перестала быть болезненно бледной, тело чуть обросло мышцами и стало рельефным, однако сильная худоба всё ещё присутствовала. Но что больше всего удивляло, так это увеличение в росте – с 153 до 172 сантиметров. Это было просто фантастикой, и Надя не могла нарадоваться такой прибавке. Остужало пыл то, как выглядело её усыпанный шрамами тело, и это было ужасно. Большие и маленькие рубцы, покрывающие весь торс. Смотреть на себя поначалу было очень неприятно. Со временем это перестало быть обузой и осталось воспоминанием о том, с чего началось глобальное изменение её жизни. Возможно, быть оборотнем не так уж и плохо, но это ещё предстоит узнать и проверить на собственном опыте. Умывшись и заплетя волосы в тугой высокий пучок, беглянка двинулась в кухню, где вовсю хозяйничала Саския. Стол уже был накрыт, и за ним сидел Тилль, поглядывая на часы. Заметив девочку, он жестом указал ей на место напротив него. Новообращённая села, и в ту же секунду девушка поставила перед ней огромную миску пасты. Блюдо выглядело и пахло очень аппетитно, особенно густой мясной соус, налитый сверху. — Это ... Всё для меня? — беглянка выпучилась на миску. — Конечно. Если не наешься, я приготовлю что-нибудь ещё. — она лучезарно улыбнулась. Поначалу казалось, что девушка шутит ... Но она совершенно серьёзна. — Ты ещё вчера поила меня куриным бульоном, а сегодня целой горой пасты! — девочка была явно ошеломлена таким поворотом. — Этого хватит, чтобы накормить целый взвод! — Я понимаю твоё удивление. Знаешь, бывают вечера, когда Тилль готов съесть всё, что не приколочено. А если честно ... Он так делал. И не раз. — Спасибо, Саския. — парень смерил её недовольным взглядом. — Очень мило с твоей стороны рассказывать такое. Девочка же не слушала их перепалку. Она пялилась на гигантскую порцию пасты с мясным соусом, от великолепного запаха которой у неё требовательно заурчал живот. Отбросив мысли, новообращённая начала есть, но тут она почувствовала чьё-то постороннее присутствие. Кто-то, не постучавшись, проник в дом и вальяжной походкой вошёл в кухню. Незваным гостем оказалась невысокая темноволосая девушка. Она смотрела на беглянку, что-то бормоча себе под нос. Девочка бросила взгляд на Саскию, которая лишь пожала плечами. Атмосфера в помещении испортилась, и новообращённой сделалось неуютно. — Привет, Тилль. — девушка нацепила на лицо фальшивую улыбку и поцеловала ликантропа в губы. — Познакомишь нас? — Марика, это Надя. Та самая девочка, которую я спас в лесу. — было видно, что парню данная ситуация и поведение гостьи тоже не нравится. — Надя, это Марика. Моя ... — Я его девушка. — она резко перебила Тилля и повисла на его шее, как бы показывая, кому принадлежит этот оборотень. — Приятно познакомиться. — прожевав, проговорила беглянка. Марика давила лыбу, вот только девочка по-прежнему чувствовала её раздражение. — И мне. — задумавшись на пару мгновений, девушка обратилась к парню. — Вожак требует встречи с новообращённой. Вервольф протяжно выдохнул и поджал нижнюю губу. — Это должно было произойти, так что не удивительно. — он посмотрел на напрягшуюся Надю и подмигнул ей. — Не нервничай ты так, Малыш. Вожак всего-навсего хочет поговорить. Так что сейчас мы по-быстрому доедаем, переодеваемся и выдвигаемся. Настроение девочки упало ниже плинтуса, но что поделать: надо так надо. От этого никуда не денешься.