Глава 7

Глава 7 Прохладный душ — именно то, что было нужно Лукасу, чтобы смыть с себя липкость прошедшей ночи и снова почувствовать себя бодрым. В отличие от Рэнди, которому хватало пяти минут, чтобы просто ополоснуться, Лукас любил подолгу стоять под струями воды, собираясь с мыслями. Выйдя из ванной, он поплелся на кухню. Сложив руки на груди, парень окинул взглядом последствия вчерашней вечеринки и усмехнулся: «Ну что ж, пора доделать начатое». Он прекрасно знал: Рэнди проснется в абсолютно невменяемом состоянии. А зная гордый и упрямый характер друга, тот скорее сдохнет под горой пустых бутылок, чем попросит о помощи, даже если будет в ней отчаянно нуждаться. Вооружившись плотным мусорным пакетом, Лукас начал с кухни, святая святых, где по его меркам всегда должна царить стерильная чистота. Включив на телефоне тихий, ненавязчивый инди-рок для атмосферы, он принялся за дело. В это же время на втором этаже Рэнди резко распахнул глаза и тут же пожалел, что вообще проснулся. Вчера он выпил непозволительно много только это и помогло ему отключить мозг и провалиться в тяжелый сон без сновидений. Сейчас же голова раскалывалась, мысли путались в вязкий клубок, а события прошлой ночи после игры в бутылочку всплывали лишь мутными, рваными обрывками. Он бы ни за что не поднялся с кровати, если бы не раздражающие шорохи, доносящиеся снизу. Двадцатью минутами ранее. Лукас тихо подпевал себе под нос, мастерски орудуя тряпкой по кухонной столешнице и методично распыляя чистящее средство. Услышав позади тихие шаги на лестнице, он обернулся с приветливой улыбкой, ожидая увидеть помятого друга, но осекся. Это был не Рэнди. Зеленые глаза парня скользнули по фигуре Ширли, подметив, что на ней нет ничего, кроме безразмерной черной футболки. — Привет... — блондинка неловко заправила прядь волос за ухо, подходя ближе к кухонному островку. — Ты что... все убрал? А я-то лежу и думаю, кто тут так шумит. — Привет. Да, прости, если разбудил. Тут было слишком много стекла, решил не оставлять, — Лукас с удвоенной силой принялся тереть одно и то же пятно на столе, старательно отводя взгляд. Он понимал, насколько неловко ей может быть сейчас стоять перед ним в таком виде. Заметив эту перемену и трогательный румянец, проступивший сквозь его веснушки, Ширли лишь лукаво улыбнулась и сладко потянулась. Ей, казалось, даже доставляло удовольствие вгонять этого скромника в краску. — Слушай, давай я помогу? А то как-то неудобно, ты тут один возишься, — сказала она, опускаясь на колени у журнального столика в гостиной, примыкающей к кухне, и начиная собирать разбросанные пластиковые стаканчики. — Да не стоит, правда... Спасибо. Сейчас еще Рэнди проснется, будет на меня ругаться, что я заставил его знакомую убираться, — на последнем слове лицо Лукаса едва уловимо дрогнуло, и он поспешно отвернулся, делая вид, что отчаянно ищет что-то в нижнем ящике. — Знакомую? — Ширли непонимающе вскинула брови. «Он что, настолько невинный мальчик, что не понимает, чем мы занимались этой ночью?» — пронеслось у нее в голове. Девушка мысленно усмехнулась: «Вот простак, что с него взять?» Но она ошибалась. Лукас сказал так вовсе не из наивности. Он просто слишком хорошо знал Рэнди. Тот редко кого удостаивал даже статусом «подруги», а девушек, с которыми проводил ночи, и вовсе старался не обременять никакими ярлыками, называя их в лучшем случае по имени, а чаще — просто «ну, та девчонка». «Вот идиот, ляпнул не подумав, — мысленно ругал себя Лукас, подходя к мусорным пакетам. — Настолько привык к манере Рэнди, что сам перенимаю его привычки? А как я должен был ее назвать? Она ему явно не девушка, и я больше чем уверен, что он сейчас даже не вспомнит, с кем именно спал». Ширли тем временем подошла к нему, держа в руках стопку собранного пластика, и потянулась к открытому черному мешку. В ту же секунду Лукас перехватил ее запястье. Ширли приоткрыла губы от неожиданности. В нос тут же ударил терпкий, будоражащий запах корицы. Мужская ладонь, накрывшая ее руку, оказалась пугающе горячей и твердой. Голубые глаза девушки распахнулись, встретившись с его потемневшим зеленым взглядом. Лукас смотрел на нее сверху вниз, его брови были слегка нахмурены, а на обычно приветливом лице застыло холодное, почти надменное выражение. В этом жесте не было ни капли привычной мягкости. Ширли вдруг накрыло осознанием: человек, которого она всегда считала безобидным и уютным, прямо сейчас излучал властную, подавляющую энергию. Это ощущалось не физически, а на каком-то глубинном, эмоциональном уровне — пространство вокруг них словно сжалось и наэлектризовалось. Она замерла, абсолютно загипнотизированная этой внезапно прорвавшейся тяжелой мужской сексуальностью, совершенно не ожидая встретить ее в Лукасе. Он же, не сводя с нее пронзительного взгляда, принялся мучительно медленно, палец за пальцем, разгибать ее ладонь. Лукас делал это так неспешно и сосредоточенно, будто забирал у нее не пластиковые стаканчики, а контроль над ситуацией, внимательно следя за ее реакцией и словно проверяя, посмеет ли она воспротивиться и кинуть мусор не в тот мешок. Как только стаканчики оказались у него, хищная аура растворилась так же внезапно, как и появилась. Опасный незнакомец исчез, и перед ней снова стоял милый, спокойный Лукас. — Ты хотела кинуть стаканчик в мешок, куда я стеклянные бутылки и все стеклянное сложил, — произнес он с интонацией «это же очевидно» и аккуратно отправил пластик в средний пакет. — Что? А... да. Хорошо, — Ширли с полным недоумением начала быстро моргать. Сглотнув тугой комок в горле, она натянула улыбку и поспешно решила поменять тему, всё ещё чувствуя, как колотится сердце. — Это так мило с твоей стороны — вот так убирать за ним. Вы с Рэнди давно друзья? Я еще вчера заметила, как ты ходил с мешком в самый разгар тусовки, и не поняла зачем... через секунду ведь снова намусорили. Она нервно хихикнула, садясь на пол и принимаясь собирать разбросанные картонные пачки от стиков. — Да, мы лучшие друзья. Лет с десяти, наверное, — ответил Лукас. Убирая мусор, он тепло, почти ностальгически улыбнулся. — Меня в школе часто задирали. Я был щуплым, а Рэнди — высоким и сильным. Он всегда защищал слабых. Помню, как-то раз я даже накричал на него из-за этого... Он повернулся к Ширли, которая, замерев в позе лотоса, ловила каждое его слово. — Я тогда кричал ему: «Я тебя не просил! Зачем ты вообще лезешь?!» — Лукас активно зажестикулировал, надув губы и комично изображая себя в детстве. — Аха-ха, боже, это так мило! — Ширли искренне рассмеялась, прикрыв рот ладошкой, но их веселье прервал звук тяжелых шагов на лестнице. Настоящее время. Рэнди спускался медленно, морщась от яркого света. Его взгляд блуждал по комнате, а выражение лица становилось все более растерянным по мере того, как он замечал отсутствие привычного после вечеринок хаоса. — Какого... ху... — прохрипел брюнет, застыв посреди гостиной. — О, ты проснулся. Как самочувствие? — непринужденно перебил его Лукас, откладывая пакет и подходя ближе. — Лукас, ты что... все это время тут убирался? — Рэнди, находясь в легком шоке, оперся руками о кухонную стойку и нервно прикусил нижнюю губу. — А ты думал, я уеду и брошу тебя одного разгребать этот мусор в таком состоянии? — Да! То есть... конечно! Это же не твоя обязанность, я бы сам... Блин, ну блин! — Рэнди включил свою привычную драму, будто уборка была золотой медалью, которую Лукас коварно увел у него из-под носа. На самом деле внутри Рэнди сейчас сжирало токсичное чувство вины. Он ненавидел быть должным. Даже понимая, что Лукас делает это бескорыстно, Рэнди всегда пытался откупиться дорогими подарками за любую поддержку, так как, по другому он не мог выражать благодарность. Он искренне считал себя никчемным другом, приносящим одни разрушения, и этот заботливый жест Лукаса только усиливал его внутреннюю ненависть к себе. — Ага, конечно, сам бы он убрался. В таком-то состоянии. Держи, — Лукас достал из холодильника заранее заготовленную бутылку ледяной воды, а из кармана — блистер аспирина, и положил перед другом. Рэнди молча уставился на таблетки. Повисла секундная, слишком теплая пауза. Воздух стал густым от невысказанной благодарности. Градус заботы внезапно превысил допустимую норму суровости, и они оба это почувствовали. Нужно было срочно спасать ситуацию, пока не стало совсем неловко. Лукас прочистил горло и резко сменил тон на деловой: — Короче, так. Не думай, что все так просто. Я подготовил три мешка. Строго: пластик, стекло, бумага. Мы сейчас остатки вместе... — Ну е-мое! — Рэнди закатил глаза и с тяжелым вздохом плюхнулся на барный стул, радостно хватаясь за возможность поворчать. — Ты серьезно думаешь, что мусорщики потом не сбрасывают все это в одну кучу? Я бы на их месте делал именно так! Он залпом выпил таблетку, осушив половину бутылки. — Рэнди, я с тебя поражаюсь, — фыркнул Лукас, махнув рукой, и вернулся к уборке. Островок неловкости был успешно пройден. Всё это время Ширли сидела на диване, до побеления костяшек сжимая в руках плотную ткань черной футболки. Ее сердце билось где-то в горле. Она неотрывно смотрела на Рэнди. «Почему он не смотрит на меня? Почему не подошел? Не сказал доброе утро? Не поцеловал? Не спросил, как мне спалось?» — паника холодной змеей сворачивалась в животе. Она лихорадочно искала ему оправдания. «Может, он меня еще не заметил? Да, точно, ему же просто плохо после алкоголя. Сейчас он попьет воды, придет в себя и подойдет...» Надежда, глупая и слепая, цеплялась за любые соломинки. Ширли прожигала взглядом брюнета, который сидел, подперев щеку кулаком, и скучающе крутил полупустую бутылку по столешнице, наблюдая, как плещется вода. Для парней в этой комнате все было в порядке. Лукас просто убирался, а Рэнди... Рэнди всё прекрасно видел и понимал. Он знал, что она сидит там и ждет. Но если бы он сделал то, о чем она сейчас мечтала, он бы дал ей надежду. Показал бы, что прошлая ночь имела для него значение. А это противоречило всем его правилам. Брюнет вздохнул и поднялся. В одних спортивных штанах, с голым торсом, он облизал пересохшие губы и неспешным шагом подошел к девушке. — Эээ... ты в моей футболке, — просто показав на неё пальцем, парень лениво улыбнулся и привычным жестом почесал затылок — он всегда так делал, когда нервничал или чувствовал себя загнанным в угол. — А? Да... я могу вернуть, — девушка попыталась взять себя в руки, радуясь, что он все-таки подошел, а затем смущенно добавила: — Рэнди... мне вчера было очень... — Тише, — сухо и резко перебил ее брюнет, словно лезвием отсекая любую возможность для откровений. Опустившись к ней, Рэнди склонился к самому уху, обжигая кожу горячим дыханием. — Оставь футболку себе, — он подмигнул ей, понизив голос до интимного шепота. — Можешь надеть на нашу общую пару. Тогда я пойму, понравилось тебе... или нет. Где-то у мойки тихо закатил глаза Лукас. Ширли замерла. Рэнди прекрасно видел, как она напряжена и как отчаянно ищет в его глазах хоть каплю взаимности. Но ему абсолютно не нужна была ни она сама, ни её надежды на что-то большее. Чужая привязанность и тяжелые выяснения отношений только душили его. Перевести всё в дерзкую, сексуальную провокацию это был его излюбленный, эгоистичный способ заткнуть ее признания. Он не пытался ее утешить по-настоящему; он просто хотел сбросить напряжение, оставить всё на уровне легкой интрижки и избежать драмы, не скатываясь при этом в откровенное хамство. — Какой ты романтик, конечно, — девушка нервно рассмеялась, глотая обиду, и легонько, в шутку, толкнула его кулаком в плечо. И тут Рэнди включил актера. Он резко отшатнулся, картинно схватившись за руку, и скривил лицо в гримасе невыносимой боли. — Ай-яй-яй! Блин, ты что творишь?! — завыл он, комично сгибаясь. — Капец ты сильная, женщина! Ты мне кость сломала! Он так нелепо тер свое «ушибленное» плечо и строил такие страдальческие рожи, что Ширли не выдержала напряжения и залилась громким, звонким смехом. Услышав этот смех, Рэнди немного расслабился, игра продолжается по его правилам Самодовольно подмигнув ей, уже без всякой боли в плече, он медленно поплелся наверх одеваться. — Странный ты все-таки, Рэнди, — тихо шепотом про себя сказал Лукас, легонько улыбаясь. Втроем они быстро закончили с остатками мусора, вынеся мешки на улицу. Когда Ширли привела себя в порядок, они сели в машину и доехали до кампуса. Выйдя из авто, девушка чмокнула Рэнди в щеку, помахала Лукасу и направилась в сторону женского общежития. Рэнди проводил ее взглядом, затем сунул руки в карманы штанов и кивнул другу: — Ну что, погнали в комнату?