Глава 6

Глава 6 Стояла глубокая, прохладная ночь. Лишь лунный свет озарял комнату, погрязшую в темноте и затаенной боли. Руки парня плавно скользили по ее фарфоровой коже, двигаясь так осторожно, словно малейшее нажатие могло оставить след. Рэнди, подобно скульптору, вырисовывал губами невидимые узоры на ее теле, создавая свое собственное произведение искусства. Казалось невероятным, что кто-то столь холодный и отстраненный способен на такую обжигающую нежность. Дыхание Ширли участилось. Рядом с ним она чувствовала себя в безопасности и почти перестала контролировать собственное тело. Выпитый алкоголь лишь обострял сладкое тянущее чувство внизу живота. Она податливо извивалась под уверенными руками брюнета. Приоткрыв затуманенные страстью глаза, Ширли наблюдала за его движениями. Губы Рэнди спустились от ключиц к груди, и девушка неожиданно ахнула, когда холодный металл его пирсинга коснулся напряженного соска. Только сейчас она осознала, какой сводящий с ума контраст могут создавать гладкая сталь и горячий, влажный язык. В этих прикосновениях Рэнди забывался, пытаясь заполнить зияющую внутри пустоту. Его сильные руки уверенно, но бережно сжали ее бедра, плавно стягивая кружевное белье. Ширли осталась полностью обнаженной. Его губы обжигали живот, оставляя за собой влажную дорожку поцелуев, и девушка, окончательно сдавшись, перестала сдерживать тихие стоны. Хмель в крови растворял последние барьеры, превращая воздух в спальне в густой, наэлектризованный туман. Рэнди отстранился лишь на мгновение. Его пальцы нетерпеливо схватились за край собственной футболки, стягивая ее через голову и отбрасывая куда-то в темноту. В бледном свете луны рельеф его мышц казался высеченным из мрамора. Возбуждение пульсировало в нем натянутой струной, читаясь в потемневшем, почти зверином взгляде. Его рука снова легла на ее тело, опускаясь все ниже. Горячие пальцы дразняще скользнули по самому краю ее чувственности, заставляя Ширли выгнуться навстречу. — Ах... Рэ.. — судорожный выдох сорвался с ее губ, превращаясь в мольбу. Она вцепилась пальцами в простыню. — Тише, — хрипло шепнул он, и звук его голоса вибрировал от сдерживаемого желания. Он не любил разговаривать во время секса или прелюдий, для него это была немая игра, единственное поле где можно не нужно говорить, где каждый должен понимать друг друга по тембру стонов, по языку тела, по взгляду, по дыханию. В тишине комнаты раздался резкий, отрезвляющий звук разрываемой фольги он достал презерватив. Эта короткая заминка лишь сильнее распалила их. Наконец, Рэнди навис над ней, накрывая ее хрупкое тело своим. Он переплел их пальцы, прижимая ее ладони к подушке, и заглянул прямо в ее расширенные, пьяные от страсти глаза. Он наклонился к ней и выдохнул прямо в ее губы, прежде чем податься вперед и войти, стать с ней единым целым. Холодный шарик пирсинга снова скользнул по ее языку, смешивая вкус алкоголя, ночи и абсолютной, всепоглощающей близости. Этот чувственный танец, казалось, длился целую вечность. Рэнди, как очень опытный любовник, никуда не спешил, намеренно растягивая удовольствие и заставляя каждый нерв Ширли звенеть от напряжения. Лунный свет, пробиваясь сквозь полуоткрытые шторы, играл на их разгоряченной коже причудливыми тенями. Прохладный ночной ветер изредка залетал через приоткрытую балконную дверь, но этот мимолетный холод лишь усиливал тот пожар, что бушевал между ними. Спустя долгое время ритм изменился. Рэнди властно перевернул девушку. Теперь Ширли лежала на животе, утопая лицом и руками в сбитых подушках, а он навис позади нее. Его обжигающее, прерывистое дыхание опаляло ее шею. Губы скользнули к самому уху, и раздался его низкий, сдержанный стон — звук, от которого по спине Ширли пробежала дрожь. Тишину ночи нарушал лишь шум ветра да ритмичный, жалобный шорох влажных скомканных простыней. Темп неумолимо нарастал. Ширли больше не могла и не хотела сдерживаться ее громкие, протяжные стоны эхом метались по темной спальне. Волна ослепительного, пронзительного оргазма накрыла ее первой, заставив выгнуться и судорожно сжать ткань под руками. Она сорвалась в этот сладкий полет, растворяясь в собственных криках удовольствия. Но Рэнди на этом не остановился. Почувствовав ее дрожь, он на несколько секунд остановился, позволяя девушке утонуть в оргазме, затем начал двигаться быстрее резче, первобытнее, выбивая из Ширли последние искры наслаждения. Лишь доведя себя до абсолютного предела, он хрипло, сорвано выдохнул. Сильная судорога пронзила его тело, и, закончив, он обессиленно рухнул на спину рядом с ней. Ширли лежала с закрытыми глазами, пытаясь выровнять дыхание. Внутри все еще пульсировало сладкое, тянущее тепло, разливаясь по венам чистым счастьем. Ей было невероятно хорошо. В этой долгой, дикой близости она почувствовала нечто большее, чем просто физическую разрядку. Ее сердце замирало от радостной, робкой надежды: ей казалось, что эта ночь разрушила ледяную стену между ними, что за этим последует что-то новое, настоящее. Начало тех самых отношений, о которых она так тайно мечтала. Она медленно повернула голову, чтобы посмотреть на него, готовая счастливо улыбнуться. Но улыбка так и не коснулась ее губ. Профиль Рэнди в бледном свете луны снова казался высеченным из холодного, равнодушного камня. Он тяжело дышал, устремив в потолок абсолютно пустой, отстраненный взгляд. Эйфория испарилась так же быстро, как и нахлынула. Физическая близость принесла лишь мимолетное забвение, а на смену ему тут же вернулась привычная, зияющая внутри пустота. Девушка, лежащая рядом, в этот момент не волновала его совершенно. В голове брюнета билась только одна четкая, безжалостная мысль как бы поскорее найти свою одежду, встать и уйти, сбежав от этой ненужной привязанности. Рэнди повернулся к девушке. На его губах скользнула дежурная, ничего не выражающая улыбка. — Я пойду покурю, а ты поспи, — негромко бросил он. — Угу, хорошо, — сонно пробормотала она. Слабо улыбнувшись, девушка послушно смежила веки и поглубже зарылась в теплое одеяло, прячась от ночной прохлады. Оставшись в одних спортивных штанах, брюнет вышел на балкон. Щелкнула зажигалка, на мгновение выхватив из мрака резкие черты его лица, и тлеющий огонек сигареты стал единственным ярким пятном в темноте. Рэнди оперся о перила, вглядываясь в спящий частный сектор. Ему всегда нравились такие моменты: сидеть вот так, в тишине, наблюдая, как в домах один за другим гаснут желтые квадраты окон. В этом процессе угасания чужой жизни была своя мрачная, отстраненная эстетика. Лишь спустя двадцать минут, когда погас последний фонарь и ночной холод окончательно пробрался под кожу, он затушил окурок, вернулся в кровать и попытался уснуть. Утро ворвалось в дом бесцеремонно и резко. Первым от пронзительного звона будильника проснулся Лукас. Спутанные рыжие пряди лезли в глаза, мешая сфокусироваться, и парень несколько раз раздраженно ткнул пальцем мимо экрана, прежде чем телефон наконец замолчал. Тяжело вздохнув, он сел на кровати. Дом Рэнди, находившийся на приличном расстоянии от университета, казался неестественно тихим: большинство гостей разъехались еще до рассвета, а самые стойкие уже успели проснуться и уехать. Сладко потянувшись, Лукас поплелся в душ. Сквозняк подхватил дверь ванной, и та захлопнулась с оглушительным грохотом. Этот звук разорвал тишину гостиной, где на диване спала Хлоя. Девушка издала тихий, полный боли стон. Она совершенно не планировала просыпаться так рано. Состояние было катастрофическим: виски сдавило железным обручем, а эхо от хлопнувшей двери, казалось, все еще металось внутри черепной коробки. Серые глаза медленно, с неохотой приоткрылись, уставившись в белый потолок. Дневной свет резал сетчатку, словно пересвеченный кадр, а в голову тут же хлынул поток тяжелых мыслей. «Боже, как же паршиво... И зачем я вообще вчера решила пить?» — мысленно простонала она. Сквозь пульсирующую головную боль пробилось ледяное щупальце тревоги: память услужливо подкинула вчерашние слова Рэнди о ее коте. Внутри все сжалось от липкого страха. Хлоя считала, что этот парень абсолютно непредсказуем. От него можно было ожидать чего угодно — от грязного шантажа до внезапного удара в спину. Но уже через секунду страх отступил, уступая место обжигающей, яростной защитной реакции. «Да пошел он к черту! Пусть только попробует. Я никому не позволю тронуть мое самое родное существо», — она и сама не заметила, как до побеления костяшек сжала в руках черную ткань. Хлоя опустила взгляд. Ткань оказалась чужой мужской футболкой. «Кто-то укрыл меня ночью? Кто бы ты ни был — спасибо тебе, добрый человек». Озноб по-прежнему колотил тело, и девушка, недолго думая, натянула черную ткань на себя. «От мужского оверсайза сейчас точно не откажусь». Взгляд упал на экран телефона: десять утра. По-хорошему, давно пора было выметаться в общежитие. Услышав шум воды в ванной, Хлоя не стала дожидаться своей очереди. Она тихо проскользнула на кухню, умылась ледяной водой прямо над раковиной и критически осмотрела себя. Волосы лежали небрежными волнами, расчески с собой, разумеется, не было. «Да плевать, все равно на такси поеду», — махнула рукой брюнетка и решительно шагнула за порог. Яркое утреннее солнце заставило ее сильно зажмуриться, а от резкого порыва ветра кожа мгновенно покрылась мурашками. Открыв глаза, Хлоя сфокусировала взгляд на подъездной дорожке. Возле массивного белого джипа стоял парень и неспешно протирал лобовое стекло. «Похоже, не одна я сегодня ранняя пташка», — пронеслось в голове. Словно услышав ее мысли, незнакомец обернулся. Высокий, с короткими темными волосами, одетый со стильной, приятной глазу небрежностью он моментально вызвал в груди Хлои странное чувство теплоты и доверия. Когда она сделала неуверенный шаг навстречу, в глаза бросились детали, делающие его лицо кинематографичным: изящная родинка прямо над верхней губой и серебряный пирсинг на нижней. — Эй, тоже рано проснулась? — его голос звучал бархатно, а на губах играла легкая улыбка. — Тебя подвезти до общаги? Стив оценивающе скользнул по ней взглядом. «Мужская футболка на голое тело? Похоже, у кого-то выдалась крайне бурная ночка», — пронеслось у него в голове. Фантазия тут же дорисовала пару горячих, откровенных сцен, но ни один мускул на его лице не дрогнул. Он продолжал смотреть на нее с безупречной вежливостью. — Привет. Было бы просто здорово, — выдохнула Хлоя, подходя ближе. Ей пришлось слегка задрать голову — парень был очень высоким, ничуть не уступая Рэнди. — Меня, кстати, Хлоя зовут. А тебя? — Стив. Приятно познакомиться, — он распахнул перед ней дверцу пассажирского сиденья. Затем Стив посмотрел ей прямо в глаза, выдержал крошечную, интригующую паузу, словно взвешивая слова, и добавил: — С такой красивой девушкой. Его улыбка стала чуть шире. Хлоя замерла. Она часто слышала комплименты, но сейчас, стоя перед ним без капли косметики (если не считать размазанных остатков вчерашней туши под глазами), с растрепанными волосами, кончики которых упрямо вились во все стороны, она чувствовала себя максимально неловко. Тело сковал укол стыда казалось, в таком неопрятном виде она совершенно не заслуживает подобных слов. Щеки предательски вспыхнули румянцем. — Э-э… неожиданно, — только и смогла выдавить она, поспешно ныряя в салон автомобиля. Стив захлопнул за ней дверь, быстро обогнул машину и сел за руль. Пристегнувшись, он снова повернулся к ней. — Я говорю правду, — мягко произнес он, словно прочитав ее неуверенность. — Для утра после такой вечеринки ты выглядишь прекрасно. «Я что, мысли вслух произношу? Или у меня все на лице написано крупным шрифтом?» — мысленно усмехнулась девушка. Настроение стремительно ползло вверх. «А что, утро начинается не так уж и плохо». Всю дорогу они непринужденно болтали о прошедшей вечеринке. Стив вел машину на удивление плавно и аккуратно, притормаживая перед каждой ямой. Однако в какой-то момент Хлоя периферийным зрением уловила, как его взгляд на долю секунды метнулся к ее коленям. Осознание ударило током: оверсайз-футболка задралась так сильно, что создавалась полная иллюзия, будто под ней совершенно ничего нет. Вспыхнув, она торопливо отстегнула ремень и принялась одергивать край ткани. — Лучше заправлю… — неловко пробормотала брюнетка, поспешно пряча футболку под юбку. — Да, конечно, как тебе удобно, — невозмутимо отозвался Стив. Как истинный джентльмен, он тут же отвел взгляд, тактично давая ей время, и взял в руки телефон. На экране высветилась целая вереница непрочитанных сообщений, но парень лишь сбросил их, заблокировал устройство и вновь сосредоточился на дороге. Оставшуюся часть пути они перебрасывались незначительными фразами, пока за окном не показались знакомые корпуса университета. — Вот и приехали, — плавно заглушив мотор, парень выставил ладонь, останавливая девушку. — Подожди. Он проворно выскочил из джипа, обошел его кругом и галантно распахнул перед Хлоей дверь. — Ой, спасибо, — пораженная такими манерами, она вышла из машины, смущенно заправляя непослушный локон за ушко. — Слушай, — Стив посмотрел на нее с абсолютно спокойной уверенностью, не разрывая зрительного контакта. — Может, дашь свой номер? Пообщаемся. Хлоя на секунду замялась, по привычке прокрутив тонкое серебряное колечко на пальце — она всегда так делала, когда волновалась или чувствовала неловкость. — Да, конечно. А ты, кстати, с какого факультета? — спросила она, достав телефон и вновь посмотрев на брюнета. — А я здесь не учусь. Я из Йеля, — ответил Стив, с легкой улыбкой наблюдая за ее реакцией. — Из Йеля? Ничего себе, — Хлоя удивленно приподняла брови. — Я думала, на вчерашней тусовке были чисто студенты Гарварда… — Ну, я приехал за компанию с другом, а вот он как раз учится здесь, — пояснил парень, пожимая плечами. Хлоя взяла из его рук телефон и начала вбивать цифры. — А-а-а, точно, я совсем забыла про правило «плюс один», ха-ха. Держи номер, — она протянула мобильный обратно. — Отлично, — Стив быстро пробежался взглядом по экрану и убрал телефон в карман. — Был очень рад познакомиться, Хлоя. Надеюсь, еще увидимся! — Пока-пока, я тоже! Махнув ему на прощание рукой, Хлоя зашагала в сторону своего общежития, то и дело оборачиваясь назад. «Новые знакомства за пределами моего университета это вообще прекрасно! — ликовала она про себя. Но сейчас надо скорее бежать в комнату. Мой Крис, наверное, уже с ума сходит от скуки». Уходя на вечеринку, она хорошенько покормила кота и попросила соседку присмотреть за ним вечером, так как та возвращалась пораньше. Оставаться на ночь в доме Рэнди Хлоя совершенно не планировала, но коварный алкоголь решил иначе. Теперь же ей не терпелось оказаться дома, в безопасности.