Агент

      Айла отдыхала на крыше, когда это произошло. Она боролась изо всех сил, брыкалась, царапалась, кусалась… Но эта недавняя рана… из-за неё всё вышло так. Она закричала, когда агент придавил её плечо к бетону, и её руки инстинктивно потянулись схватиться за больное место… тогда она и ошиблась. Браслеты наручников безжалостно защёлкнулись на запястьях. Она была схвачена.       — Ты, чёртово армейское дерьмо, что тебе до меня?! Я всё равно ничего не скажу!       Агент, всё ещё сидя на ней, касается своей щеки у кромки маски, где оставили глубокие царапины её ногти. Айла смотря, как он кривит губы, усмехается:       — Что, больно тебе, ушлёпок?! Пока ты доведёшь меня до своего штаба, я уж позабочусь, чтобы стало больнее! Но солдат, будто не обращает на неё внимание.       — Ты что, язык проглотил?       — Нет. — Айла понимает, что это женский голос и теперь замечает, что у агента собраны сзади длинные волосы, и черты лица, пусть и грубоватые, но всё же молодой женщины — Поднимайся!       Агент встаёт с неё, не отворачивая головы. Смотрит, пусть и верхняя часть лица скрыта маской. Айла упирается руками в бетон и, приподнявшись, изловчается пнуть противницу, но та успевает поднять ногу невозмутимо. Даже не перенеся веса. Будто стоит на тренировке на плаце.       «Чёрт бы побрал эту службу внутреннего порядка. Высокомерные ублюдки.»       — Кто бы говорил про высокомерие…       «Чёрт, я ещё и сказала это вслух.»       — Вставай, «героиня». Твоя миссия на сегодня окончена… — говорит девушка-агент с полуулыбкой.       — Ну помоги мне! Неудобно это вообще-то!       Агент делает шаг к ней и протягивает руку.       Айла хватается за неё и, уже почти поднявшись, с силой дёргает на себя.       Агентша оступается и Айле хватает этого, чтобы вырвать руку и бежать. К краю крыши… на пристройку… она скатывается по наклонному навесу и соскальзывает вниз. Приземлившись, она перекатывается и, встав, пускается прочь.       Бежать, скорее бежать. Иначе пытки, тюрьма… а возможно и… прощай жизнь и мечты о лучшем. Поэтому только бежать. Не останавливаться. Если это шанс, то она обязательно его использует…       Айла с треском проламывается сквозь кусты. Ветки хлещут и царапают лицо и шею, из-за одышки она почти не слышит, что позади, но и не решается обернуться.       Выбежав на поляну, она резко сворачивает. Надо бежать к пещерам. Там точно можно затеряться.       Но до туда далеко. Минут 10 до водопада, потом спуск… спуск она не одолеет без рук. Чёрт!       На бегу она оглядывается и видит силуэт преследовательницы.       И как она её только нашла? И как сейчас не отстаёт и ещё не потерялась в лесу?       Профи, как и все в «службе». Не повезло ей наткнуться на такую.       Но что с водопадом? Свернув сейчас, она только поможет себя догнать. И слева, по направлению к городу, болота, в которых в опускающихся сумерках можно совсем сгинуть…       Ладно, водопад, так водопад… Там вроде был ещё путь…

***

      Айла уже слышит шум низвергающейся воды. Совсем уже близко… А дыхание уже подводит. Холодом обжигает вечерний воздух её пересохшее горло.       Агент отстала, но всё ещё где-то позади, Айла оборачивалась иногда на бегу. Эта девушка из «службы» будто нарочно не торопится. Знает, что здесь тупик?       Айла помнит, что эта тропа выводит прямо к спуску и ныряет в кусты рядом, чтобы срезать дорогу.       Она выбегает на открытое место около водопада и тормозит, ища глазами ориентир. И вот она видит на одном из деревьев повязанную красную ленточку и припускает туда.       Уже у спуска она оценивает обстановку и понимает насколько ошиблась. Это был спуск не «проще», а «короче», более крутой, но при умении преодолеваемый быстрее.       Краем глаза она замечает, как агентша выбегает к водопаду дальше, попавшись на её уловку, как она, оглянувшись, замечает её и на бегу достаёт пистолет.       Пистолеты со снотворным… «Гуманное отношение даже к внутренним врагам» — как говорили пропагандисты. Ага, гуманное. Настоящая пуля сейчас была бы куда более «гуманна», по сравнению с ждущей её судьбой…       Единственный вариант… Река.       Девушка бежит к реке и по сухим камням перепрыгивает ближе к её середине… И оборачивается.       — Если ты выстрелишь сейчас, то уже никак не сможешь отчитаться начальству о поимке «угрожающего элемента», ты ведь понимаешь? — она стоит на камне перед обрывом, куда низвергается водопад.       Агент выругивается и говорит:       — И что теперь? — она ловко запрыгивает на один из выступающих из течения камней — Тебе некуда деваться больше.       — Если ты посмеешь подойти, то я столкну тебя в чёртову реку. Это ты в плохом положении, солдатишко.       — Поверь, уж в лучшем, чем ты. — ступив на следующей камень, она проверяет заряд пистолета — Я успею тебя поймать.       «Нет, нет, нет.» — Айла смотрит на падающие с грохотом потоки воды. Она чувствует как накатывает страх. Животный такой, древний страх смерти… А быть пойманной, всё равно что смерть.       Оглянувшись она видит, как агентша заряжает пистолет.       Последний шанс...       — Нет, не успеешь! — выкрикивает она и, зажмурившись, прыгает вперёд.       Всего пара секунд ветра в ушах, и она оказывается в воде. Её тянет вниз, но скованными руками не пошевелить привычно, одежда, намокая, становится тяжёлой. Она идёт ко дну.       Когда она уже успевает запаниковать, ноги касаются дна и она толкается изо всех сил. Если сейчас она не вынырнет… то воздух кончится…       Она пытается подгребать руками, шевелит ногами, но вот одна нога на очередную команду к движению отзывается болью, напряжённая до предела… судорога.       Она ведь бежала…       Айла видит как всего лишь какой-то метр остаётся до поверхности воды, но как бы она уже ни старалась тело тянет вниз.       Она зажмуривается и, когда уже больше не может задерживать дыхание и чувствует, как впервые вдыхает воду, её тянет за скованные руки куда-то вбок…