Глава III. В глубине

      Идиотка! Взрослый человек и так деньги пропила?       Юна пластом лежала на двуспальной кровати в одном только нижнем белье. Нет, мысли старушки не сбылись и она не переспала с первым встречным. Просто девушка напрочь забыла про сменную одежду, и пришлось спать раздетой под тонким одеялом. Мда, ещё заболеть не хватало. С другой стороны, у неё же идеальное здоровье! А значит, и иммунитет должен быть хороший. Настроение было «отличное». За окном издевательски чирикали птицы и светило солнце.       Девушка, пошатываясь, встала с кровати, переживая последствия спонтанной попойки, и направилась в ванную. Там было сыро и не особо комфортно, но что поделать? Она сбросила остатки одежды и зашла в душевую кабинку.       Твою мать!       Температура воды практически не поддавалась контролю, из-за чего Юнами получила контрастный и, спасибо, блять, большое, освежающий душ. Нет, две тысячи иен за такую комнату были грабежом! Её нагло надули!       Раздражённая, девушка вышла из душа и воспользовалась гостиничным феном. Его еле хватило, чтобы высушить волосы и влажную после вчерашнего дождя одежду.       Нет, ну что за жизнь, а? Зачем она здесь? Почему просто не умерла тогда в больничной палате и не отправилась к праотцам? С каждой минутой всё меньше верилось, что это сон, и только за эту ниточку ещё держался её здравый рассудок.       Девушка закрыла комнату, бросила ключи на стойку администратора и вышла на улицу. Дороги были мокрые, но дождя, судя по небу, в ближайшее время не ожидалось. Деньги. Нужны деньги и жильё, а значит, прохлаждаться некогда. Что за нестабильность? Да, до сорока лет она существовала, но существовала стабильно! Со стабильным жильём, доставшимся по наследству, дипломом и лицензией на работу в медицине и, как следствие, стабильной работой со стабильной, мать её, зарплатой. А теперь её выкинуло в начало и нужно крутиться как белке в колесе? Жестокий сон!       Решительно шагая по улице, Юнами замедлилась, а потом и вовсе замерла на месте.       Может, если я умру во сне, то всё закончится? В этом нет никакого смысла, я давно не хочу жить… А существовать? Нет, только не после того, как была готова к смерти.       Прохожие ворчали на неё, обходили стороной, что-то говорили, но девушка не реагировала. Город был слишком шумным для человека, привыкшего к тишине Канадзавы. Если… действительно начать жизнь с начала? Нет, у неё ноги подкашиваются от одной этой мысли.       У Юны Кадзумэ нет на это сил.       Хочу уйти.       Убежать.       Хоть куда-нибудь.       Вернуться в Канадзаву…?       Ну вернётся она, а дальше?       Нет. Ничего не хочу.       Отвратительная.       Слабая.       Мерзкая.       Мысли съедали восприятие окружающего. Она не слышала, не видела и не хотела замечать происходящее.       — Берегись!       Чья-то рука крепко схватила её за предплечье и отбросила в сторону.       — Вы в порядке? — крикнул кто-то издалека.       В мозг медленно начала поступать информация. Вот она стояла посреди улицы, а в следующий момент какой-то прохожий оттолкнул её.       Почему?       Вывеска?       Огромная вывеска какого-то бара чуть не размазала её по асфальту, и рабочий на крыше, который только что с ней возился, сейчас прокричал ей свой вопрос.       Показалось? Нет, точно была чья-то рука.       Она растерянно посмотрела на своё предплечье. На месте касания отчётливо чувствовалось тепло.       Кто-то лишил меня возможности умереть.       Юна сидела на мокром асфальте и начала смотреть по сторонам на редких зевак и равнодушных прохожих. Нет, правда, какого черта? Это была такая хорошая возможность прервать поток мыслей в её голове, шум по сторонам и само её существование. Может, она бы проснулась?       Раздался нервный смешок.       Какой-то абсурд.       «Если так хочешь умереть, то иди и утопись прямо сейчас.»       Да, эта мысль была ей близка и уже звучала в её голове.       Но это был не её голос.       Юна резко вскинула голову на крышу бара, откуда пару секунд назад рухнула вывеска, и увидела белого журавля. Он сверлил её взглядом, и она почему-то не могла не то что оторваться от него, но и вообще пошевелиться.       «Ты уверена, что он этого хотел?»       Глубоко в груди что-то ухнуло.       Почему птица смотрит на неё с таким видом, будто всё знает? Хотя, может, это просто журавль посреди Токио, а у неё поехала крыша и в голове чужие голоса?       Существо встрепенулось, бросило последний взгляд на Юну и улетело.       Какой дружелюбный. И что это было?       Девушка встала и отряхнулась, отгоняя все предыдущие мысли на задворки сознания. Интересно, кто тот благородный прохожий-спаситель? В мире и так мало таких людей, а он наткнулся на ту, кому спасение точно было не нужно. Глаза не успели рассмотреть ни лица, ни даже клочка одежды — он и след простыл.       — Эй! Вы в порядке? — Юна подняла голову и отчего-то вздрогнула. Она увидела парня, смотрящего на неё со смесью любопытства и раздражения.       — Да, всё хорошо. — Девушка осмотрела его с ног до головы: короткие светлые волосы, какие-то нахальные зелёные глаза, пирсинг в ушах, белая рубашка, открывающая вид на острую ключицу и часть груди, а также татуировка в виде терновой ветви на левом худощавом предплечье. Он был старше неё лет на пять? — Это вы меня оттолкнули?       Парень недоумённо смотрел на неё, отчего Юне захотелось ткнуть ему в глаз. Раздражал.       — Нет, я управляющий в этом баре и увидел, что вы чуть не попали под вывеску. — Большим пальцем он указал на здание за своей спиной. — Я не знаю, кто вас спас, но если бы вы не застыли тут минут на десять, то этого бы не случилось.       У Юны дёрнулась бровь. Нахал, она тут чуть не пострадала, а он её обвиняет.       — Какая разница? Стояла и стояла. Зачем вообще пялиться на незнакомцев? Работы другой нет? — Девушка вспылила. Почему-то её бесил этот парень.       Управляющий её тона не оценил.       — Чего?! Да вас рабочие раз пять просили отойти, а вы и виду не подали! — Юна сбилась. Она не обращала внимания на происходящее, поэтому даже не слышала людей. Парень нагло ухмыльнулся и ткнул себя в грудь. — Я тут по доброй воле узнать ваше самочувствие хотел. — Затем ткнул в неё. — Но, как я погляжу, вы полны энергии, так что не смею задерживать.       О, она могла бы давно уйти, но с самого утра настроение было ужасным, так что он сам напросился.       — Как мило с вашей стороны! — Юна ударила его по пальцу, который тыкался в её лоб. Парень с нарочито оскорблённым видом схватился за свою ладонь. — Тогда я с огромной благодарностью приму компенсацию в денежной форме и личные извинения от вас за такой тон и поведение! Да, я не услышала рабочих, но это не значит, что меня нужно за это упрекать! Может, у меня проблемы со здоровьем и, например, сердце прихватило? Да и в конце концов, они сами уронили эту вывеску, а она могла упасть на кого-то другого! А тут стояла я, которую люди обходили, так что их почти не задело. Так что будьте мне благодарны! У меня есть связи в органах, и, быть может, я натравлю на ваше заведение бог знает сколько проверок. Может, не только вывеска людей убить пытается? — Да, приврала, ну и что? У девушки сдают нервы после последних событий!       — Да если у вас и есть проблемы, то только с головой! Я не собираюсь вам потакать, можете стоять тут дальше! — Он выплюнул эти слова, развернулся на сто восемьдесят градусов, но не успел ступить и шагу, как вдруг застыл.       Юна сначала не поняла причину остановки, поэтому выглянула из-за его спины. Взгляд упал на высокого мужчину, опиравшегося о дверной косяк. У него был недовольный вид и требовательно вздёрнутая бровь. На самом деле красивый, но почему в официальном костюме? Впрочем, он выгодно подчёркивал его фигуру и сочетался с аккуратно уложенными волосами и очками на переносице.       — Мэтт, — Из этого прекрасного тела раздался низкий баритон. — Что ты делаешь? — Мужчина звучал тихо и спокойно, но напор чувствовался.       — А… Ну… Я… — Мэтт занервничал, глаза заметались.       Ого, он что, так его боится?       На плечах Юны заплясали черти. Она сделала шаг вперёд и мягко улыбнулась. Паренёк странно покосился на её действия, а от пронзительного взгляда, который она бросила на него, поёжился.       — Здравствуйте! Вы производите впечатление серьёзного и ответственного человека, поэтому надеюсь, мы с вами сможем уладить этот неприятный инцидент. — Она подошла ещё ближе и теперь могла разглядеть его чёрные глаза. Мужчина сменил позу и теперь стоял ровно, сцепив руки за спиной и совсем немного наклонившись вперёд, чтобы лучше её слышать.       — Да, вы правы. Меня зовут Хьюго, я являюсь директором этого заведения. — Он сделал шаг в сторону и приглашающим жестом указал внутрь. — И если вы никуда не спешите, приглашаю вас войти, чтобы вы отошли от шока и мы с вами обсудили компенсацию.       Компенсация — это хорошо. Особенно когда мало средств для существования в этом странном сне.       — Благодарю. — Она продолжала держать формальную улыбку и зашла внутрь.       Мужчина выпрямился и взглянул на светловолосого парня, поправляя очки на переносице.       — Ты тоже идёшь. Не смей «уходить на склад за продуктами». — Сказав это, он развернулся и ушёл.              Парня передёрнуло, спина ссутулилась, и он грустно поплёлся за директором.       Внутри было элегантно. Всё выполнено в относительно тёмных тонах, с золотой фурнитурой, бархатно-изумрудными стульями с высокими спинками и сияющими люстрами. Юна проследовала к барной стойке и присела чуть поодаль от центра. Мэтт устроился через стул, а Хьюго встал за барную стойку и подал Юне бокал с водой.       Девушка поблагодарила его и сделала небольшой глоток. Прохладная влага коснулась губ и потекла дальше по горлу, освежая его.       — В первую очередь приносим свои извинения за этот инцидент. Мы открылись совсем недавно и вывеску меняем только сейчас. — Мужчина также налил бокал Мэтту и достал третий для себя.       — Вот как, поздравляю с открытием. — Она ещё раз внимательно осмотрела помещение. Действительно, мебель выглядела как новая, и было довольно чисто. — В таком случае я понимаю ваше беспокойство. Эта ситуация может отпугнуть потенциальных гостей, так что лучше сильно не распространяться.       Мужчина кивнул, а затем сделал глоток воды.       — Да, всё верно. Это также одна из причин, по которой мы не можем предоставить вам должную компенсацию. Средства рассчитаны строго по пунктам, и такие неожиданные траты могут быть затруднительны. — Глаза следили за выражением её лица в поисках понимания. Юна кивнула, и мужчина опустил взгляд, принимаясь протирать бокалы. — Тем не менее, мы выделим вам разумную в наших рамках сумму и искренне надеемся на вашу снисходительность.       Девушка опустила глаза на бокал с водой, глядя, как там отражаются лампочки люстры. Задумавшись о чём-то своём, её палец гипнотически скользнул по ободку стекла, а затем остановился.       — Скажите, — Юна подняла взгляд на мужчину. — С учётом того, что вы недавно открылись, не нужны ли вам рабочие руки? — Компенсация это хорошо, но, может, у неё появится возможность заработать? — Хьюго внимательно посмотрел в её золотые глаза, и Юна встретила его взгляд с уверенностью. Их зрительный контакт затянулся, пока слева кто-то не булькнул. Оба повернули головы на звук и наконец обратили внимание на Мэтта, который только что поперхнулся водой и теперь неистово кашлял. Хьюго устало вздохнул, вышел из-за барной стойки и быстрым движением жёстко ударил парня по спине.       — Запей и прочисти горло.       — Придурок… кхе-кхе… больно же. — Мэтт был не в восторге от такой помощи и болезненно зашипел.       Мужчина лишь закатил глаза и присел с другой стороны от Юны.       — Что ж, нам стоит обдумать ваше предложение. Какой у вас домашний номер? — Он дотянулся до своего бокала и сделал новый глоток.       Номер? Ох, в 1999-м ведь в основном стационарные телефоны, а сотовые пока для неё дорогие.       — Ммм… Я на данный момент живу в гостинице и местным телефоном не пользуюсь, а потому номера не знаю. — Она отвела взгляд, будто Хьюго с его-то ракурса мог заглянуть ей в глаза.       — О, так вы приезжая? — Мэтт откашлялся и подал свой наглый голосок.       Паршивец. Бровь Юны непроизвольно дёрнулась, и она спрятала лицо в бокале, делая глоток.       — О да, внезапные жизненные обстоятельства заставили меня сменить место жительства, поэтому я даже не успела рассмотреть варианты для съёма жилья и заселилась в гостиницу.       — Ого! Неужели вы беглянка? — Паршивец наигранно удивился и состроил хитрую рожу. — Как же нам принимать вас на работу? Вдруг вы в розыске или, хуже того, за вами охотятся якудза? «Связи в органах» не особо помогли устроиться?       Козёл. Но и она хороша — впервые за столько лет вырыла себе яму. И зачем только полезла.       — В таком случае вам нужна помощь? — Теперь голос раздался справа. Боже, да её окружили! Хьюго смотрел на неё серьёзно и так же внимательно, а Мэтт — с усмешкой на губах и издёвкой в глазах.       — Если точнее, то мне нужны работа и жильё. И нет, я не в бегах и не на прицеле у всяких типов. — Помощь из жалости ей не нужна. Юна сделала последний глоток воды, громко поставила бокал на стойку и… — Если вам не нужны сотрудники, то предлагаю закончить этот диалог… — Встала с барного стула. — По поводу инцидента можете не переживать, распространяться или жаловаться я не буду. — Она развернулась спиной к этим двоим и направилась к выходу. Прямо сейчас было ощущение, что она сбегает от дальнейшего разговора.       Нет, эмоций девушка выразила на неделю вперёд и изрядно от этого устала, а ведь ей ещё нужно найти работу с жильём. Не оборачиваясь, Юна покинула бар, и в помещении воцарилась тишина.       Стук.       Бокал Хьюго опустился на столешницу. Мужчина повернул голову к парню и сверлил его взглядом. Мэтт старательно его игнорировал, но давление было невыносимым.       — Ну чего?! — Парень не выдержал и развернулся к «герою офисной дорамы».       — Ты был слишком груб. — Спокойно отчеканил второй.       — Да ты видел её?! Она же подозрительная, странная и плюсом ко всему лгунья! Нам не нужны такие люди!       Хьюго шумно вздохнул, а Мэтт становился всё недовольнее.       — Тем не менее, ты не знаешь её обстоятельств. — Он посмотрел на её пустой бокал и оперся щекой на руку. — К тому же врать она явно не умеет. — Последняя фраза сопровождалась короткой улыбкой в уголках губ. — Найди её, извинись и скажи, что мы ждём её завтра в полдень на собеседование.       — Но, Хью! — Мэтт опрокинул стул. — Она не вызывает доверия! Ты видел её глаза, когда вывеска чуть не пришибла её? С не…       — В том-то и дело. — Перебил его серьёзный мужчина. — Это взгляд человека без места и опоры в жизни. Такие либо ломаются, либо становятся самыми преданными работниками, потому что держатся за шанс зубами.       Мэтт скептически хмыкнул.       — Или обкрадывают и сбегают в первую же неделю.       — Поэтому… — Хьюго поправил очки, — Мы не дадим ей ключи от кассы, зарплату будем выдавать минимальную, поселим у себя и будем присматривать. Если окажется порядочной, то получим толкового сотрудника, который будет благодарен нам до конца жизни. Если нет — ничего не потеряем.       — Ха! Поселим у себя? — Мэтт всё ещё был настроен скептически. — А я уж думал, ты в ангела превратился.       — За это короткое знакомство уже стало ясно, что она вполне вменяемый и понимающий человек. А ты её просто взбесил своим наглым видом, вот она и ответила.       — Эй! — Парень обиженно насупился и скрестил руки на груди, но его явно проигнорировали.       — Дай ей шанс. — В этот раз Хьюго спокойно посмотрел на Мэтта. — Прошу тебя.

• ────── ✺ ────── •

      Мэтт чертыхнулся, в сотый раз оглядывая прохожих. Хьюго сказал найти эту психованную до вечера, а её след простыл. Он уже пару часов мотался по району, заглядывая в каждую забегаловку и вглядываясь в макушки людей. Даже если директор объяснил всё с практической точки зрения, парню совершенно не хотелось связываться с этой девицей. Она была сухая, грубая и похожа на оголённый провод.       — Да чтоб тебя… — Прошипел он, выходя к набережной. Глаза скользнули по округе, а затем застыли в немом шоке.

• ────── ✺ ────── •

      Этого белобрысого петуха судьба ещё накажет, а у меня нет на это времени.       Девушка шла по улице, постепенно приходя в себя и возвращая привычное хладнокровие. Как бы глупо это ни было, но взбесилась она по одной причине — этот Мэтт на миг был похож на Мамору. Вот только потом его образ исчез. У того волосы были до плеч и без тату, ещё, возможно, он был не таким нахальным, как этот, но это не важно. Да, может, она его спровоцировала. Но не нужно было лупить своими наглыми глазёнками и говорить таким тоном.       Всё. Успокойся.

      Вдох.

      Девушка наконец заглянула в табачный. Купила пачку, вышла и закурила. Сладостный и знакомый дымок проник в голову, горло обжигало, лёгкие наполнялись.

      Выдох.

      Вывески сменялись, менялись и лица прохожих, их одежда, возраст. Юна проходила по улицам и видела изменения в окружающем, только вот она была не в себе. Юнами застряла в том дне и до последнего не отпускала все плохие воспоминания. Как бы иронично это ни звучало, но очнулась девушка как будто только сейчас — во сне. Только сейчас у неё случилась такая буря эмоций. Только сейчас обстоятельства вынуждали её больше контактировать с незнакомыми людьми в незнакомом городе, и теперь ещё с незнакомыми духами, которые тоже маячили по перекрёсткам и улицам Токио.       Она проходила по улочкам, заглядывала в разные заведения в поисках работы, но надолго там не задерживалась. «Мы не ищем», «У нас хватает кадров», «У вас нет образования», «Вы не замужем», «Вы нам не подходите» — и так по кругу.       Когда солнце начало клониться к горизонту, Юна перестала искать. Она просто бесцельно бродила, в очередной раз уйдя куда-то в себя. Прошла мимо кафе, в котором сидела шумная компания и бурно обсуждала экономику и судьбу страны. Мимо цветочного магазина, где рослый парень смущённо выбирал букет. Мимо продуктового ларька, в котором полуглухая бабушка торговалась за мандарины. Вокруг было так много звуков и людей, да только в душе пусто. Больная дыра, которую она сама выбрала не зашивать и не исцелять, в конце концов расширилась и сожрала её полностью. Юна почувствовала тяжесть на шее. Она по привычке коснулась холодного медальона, не позволяя себе забывать и вспоминая с его помощью.       В реальной жизни девушка топила себя работой в больнице. Смена за сменой, день за днём. Если работы не было, то закрывалась в квартире, задёргивала шторы и выключала свет, закуривала очередную пачку сигарет. К концу дня заваривала лапшу быстрого приготовления, засыпала на диване в пепле и думала о том, что когда-нибудь уснёт, забыв потушить сигарету, и всё вспыхнет. Вспыхнет, как её сердце когда-то, и сгорит дотла.

      Толк.

      Тело пошатнулось.       Кто-то бежал, не глядя по сторонам, и толкнул фигуру.       Но в этот раз не для того, чтобы спасти.       Тело окутал поток ледяной воды, и Юна погрузилась в толщу реки. Она не сразу сообразила, что происходит. Впрочем, как и всегда в последнее время. А когда осознала — стало всё равно. Может, сейчас всё закончится? Она проснётся дома в истерике, в её комнату вбежит сонный и обеспокоенный Минору, заключит в крепкие и надёжные объятия и скажет, что это просто кошмар, что теперь всё хорошо. В конце ведь всегда всё хорошо? Сейчас настанет и её конец, после которого всё будет хорошо.       Кислород заканчивался и лёгкие заполнялись водой. Ну вот, сейчас она станет русалочкой, которую так любила в детстве. Забавно. Даже сейчас сил хватало на излюбленный сарказм. Тело тонуло всё глубже, и зрение плыло, вторя ему. Лёгкие сжимались, выталкивая последний воздух.

      Ярко.

      Свет пробивался даже сквозь закрытые веки, заставляя жмуриться, но всё же открыть глаза. Что-то светлое и тёплое расплывалось большим пятном перед ней. Потом Юна увидела силуэт и чьи-то тянущиеся к ней руки. И вдруг… улыбку. Мягкую, знакомую и такую родную. Впервые за время пребывания в воде тело девушки дёрнулось в попытке всплыть. И без того мокрые глаза распахнулись, наполнились горькими слезами, а изо рта начали с силой вырываться пузыри последнего воздуха. Юна хотела что-то сказать.       — Живи, Юми.       Тело окутало что-то тёплое и помогло вырваться из-под толщи воды.       — Кха! Кха-а! — Вода выходила из лёгких с громким кашлем. Кто-то давил на корень языка, вызывая рвотный рефлекс. Сознание с трудом держалось, пока кто-то старался до неё докричаться.       — Эй! Эй?! Ты как?! Ты меня слышишь?!       Девушка смогла сама оттолкнуться от чьего-то тела, опереться на корточки и выблевать остатки воды. Горло горело, лёгкие разрывались, голова кружилась, а глаза жгло. Глаза, из которых не переставая текли горячие слёзы. Кашель сменился тихим всхлипом, а затем превратился в полноценные рыдания. Сердце разрывало от тоски и горя, всё тело хотелось разорвать на куски от переполнявших чувств, которые раньше сидели где-то внутри. Родной голос бился в черепной коробке, отражаясь от стенок и звуча с новой силой.              Живи, Юми.       Живи, живи, живи.       Почему?! Почему ты не позволяешь мне вернуться к тебе?! Почему?!       Горькие и громкие всхлипы прорывались наружу, царапая горло. Ногти впивались в траву, врывались в землю, пальцы до боли в костяшках сжимались и раздирали кожу на ладонях. Сил не было, слёзы продолжали течь по лицу, падать на скулы, врезаться в землю под ней, как булыжники, сброшенные с высоты.       Потом голос пропал.       Всхлипы и крики превратились в сухие и ещё более болезненные хрипы. Так могло продолжаться ещё очень долго, если бы чья-то рука не легла ей на плечо.       Девушка замерла, а затем подняла взгляд и встретилась с встревоженными зелёными глазами.       — Я!.. — Со светлых волос стекала та же вода и капала на бледное от ужаса лицо. — Эм! Прости меня! — Она продолжала глупо и удивлённо смотреть на испуганного парня, не проронив ни слова. — Эй! Ты меня слышишь?! Ты в порядке?.. Хотя о чём я?! Придурок! Ты же явно не в порядке! Эй! Приём!       Возгласы парня так ясно доходили до мозга, что было непривычно. Юна в панике продолжала смотреть на него не мигая, пока за спиной блондина не возник тот журавль. Он смотрел на неё долго, непонятно. Почему его глаза были полны эмоций, которых она не могла разобрать? Перед глазами щёлкнули.       — Приём! Давай, вставай! Я сейчас отведу тебя к нам домой. Там сухо, тепло и вкусные суши есть. Ну же, приходи в себя! Эй! — Испуг прошёл, и теперь Мэтт нервно махал перед её глазами.       Она перевела взгляд на парня. Моргнула, и затем в глазах потемнело.