Глава 1. Сон Полины

Мост был длинный и узкий, словно он висел над пропастью. Здесь не было ни машин, ни фонарей, ни людей – только бледный свет луны, который рассеивался в пелене тумана – такого густого, что руки, вытянутые перед собой, исчезали в молочно-белой пелене уже по локоть. Вцепившись в перила, Полина медленно и осторожно шагала по мокрым доскам, которые противно скрипели при каждом ее шаге. Куда она шла и зачем она туда шла, девочка не знала. Так же как не имела понятия, что это за мост, где у него начало и где конец. И даже как она тут оказалась, тоже не помнила. Единственное, что она знала – надо идти вперед. Просто потому что у нее не было выбора. Оглядываться назад было еще страшнее. Спиной она чувствовала, что нечто пугающее, огромное и безликое, нависало там, в тумане. Остановиться тоже не получалось – ноги сами несли ее, подчиняясь какому-то внутреннему инстинкту выживания. Единственным светом в этой беспросветной пелене был призрачный, размытый свет луны. Он не освещал путь, а лишь подчеркивал непроглядность тумана, окрашивая его в жутковатый перламутровый оттенок. В ушах стояла оглушительная тишина, прерываемая лишь собственным неровным дыханием и глухим стуком сердца где-то в висках. Вдруг впереди мелькнула темная фигура. Полина резко остановилась и, судорожно сжав перила так сильно, что костяшки ее пальцев побелели, уставилась в пелену тумана. Судя по всему, эта фигура принадлежала девушке. Она стояла, держась за перила обеими руками, и смотрела вниз. Плечи девушки были опущены, будто она устала держать себя прямо. Одета она была в легкое платье, которое трепетало в, казалось, неподвижном воздухе, а ее длинные волосы были влажными от тумана. Девушка, судя по ее виду, не представляла опасности. Скорее наоборот. Облегчение нахлынуло на Полину, когда она поняла, что не одна на этом странном мосту. Она сделала еще пару шагов вперед, наступив на гуляющую доску. Мост под ногами скрипнул. Девушка оторвалась от перил и обернулась. Сердце Полины ёкнуло и бешено забилось. Это была Настя, её лучшая подруга. Ее лицо, такое знакомое и родное, было бледным и странно бесстрастным. Ни удивления, ни радости. Просто взгляд, пустой и направленный сквозь Полину. Но почему она здесь? Почему она смотрит в воду? Девушка отвернулась и снова уставилась вниз. – Настя?.. – позвала Полина. Ответом ей была тишина. – Настя! – громче крикнула Полина. Девушка развернулась и пошла прочь, ее шаги были беззвучными и быстрыми. Туман мгновенно поглотил её фигуру. – Настя, стой! – закричала Полина, и ноги сами понесли ее вперед. Страх сменился отчаянной, липкой паникой. Она не могла потерять подругу – единственную точку реальности в этом непонятном месте. Полина бежала, ее легкие горели, а туман, казалось, стал еще гуще, словно пытался ее замедлить. Шёпот. Он возник из ниоткуда, сразу повсюду, как будто и сам мост, и воздух вокруг одновременно начали говорить: – …не спасешь… не успеешь… не пройдешь… ещё рано… Полина продолжала бежать, прижимая ладони к ушам, но шёпот проникал в голову. Она бежала и бежала, но ничего не менялось. В зоне видимости не было ни Насти, ни берега. Только один сплошной туман. Даже собственные ноги девочка не видела. Шёпот стал громче, теперь он звучал, как хор голосов: – …она не сможет… не успеет… где ключ… не спасешь… И тут она увидела Настю. Та стояла посредине моста, смотря вперед и словно раздумывая о чем-то. Полина резко остановилась. – Настя! Иди ко мне! – закричала она, протягивая руку. Сердце ее сжималось от страха. Подруга обернулась. На её лице было странное спокойствие. Она шепнула: – Прости. Я не могу. Я не должна быть с тобой. Мне здесь нет места. Не тяни меня за собой. Она развернулась и сделала шаг вперед. Ее фигура на миг замерла, а затем бесшумно скрылась в белой пелене тумана. У Полины перехватило дыхание, и мир остановился. В тот же миг под ногами послышался низкий, угрожающий гул. Доски под ногами затрещали и вдруг начали ломаться одна за другой. Мост стал рушиться. Полина почувствовала, как пол уходит из-под ее ног. Чувство невесомости, смешанное с леденящим душу ужасом, подбросило ее вверх, а затем понесло вниз. Она летела в этой молочной пелене тумана, но ничего не менялось. В лицо бил холодный ветер, а в ушах стоял оглушительный вой. «Какая же высота у этого моста?» – мелькнула в голове глупая мысль. Туман внезапно рассеялся. Берегов вокруг так и не было видно – мост простирался на километры в обе стороны. Но зато внизу была видна черная вода, которая быстро и неумолимо приближалась. Полина вдруг поняла, что это конец. Сейчас она ударится об эту черную воду, как об асфальт, и разобьется. А шепот вокруг не смолкал. Черная гладь была уже совсем рядом, девочка уже чувствовала ее прохладу. Внезапно Полина ощутила дыхание приближающейся смерти. Она прикрыла веками слезящиеся глаза, ожидая удара, и вдруг услышала четкий мужской голос: – Она еще не готова. Полина резко распахнула глаза. Комната была тёмной и тихой. Через окно лился тусклый свет фонарей. Она лежала в своей кровати, но сердце стучало так, словно она действительно падала. Тело ее было покрыто холодным потом, руки дрожали, а рот хватал воздух, как будто она только что пробежала стометровку. Волосы прилипли к вискам и лбу. Подушка под ее головой была почему-то мокрая. Полина провела по щеке рукой, обнаружив на ней слезы. Девочка села на кровати, спустив ноги на пол, но тут же снова поджала их под себя и спрятала под одеялом. Это так глупо и по-детски, но она боялась, что кто-то может схватить ее ноги, если она спустит их вниз. Полина обняла колени руками, пытаясь убедить себя, что это был просто сон. Просто страшный сон, который бывает у всех. Особенно, если перед сном посмотреть очередной ужастик. Вот только отчего-то ноги были ватными, а ощущение падения никак не отпускало. Да и всё вокруг казалось слишком тихим, будто мир затаил дыхание. Полина решилась и, протянув руку, быстро схватила с тумбочки телефон. Дрожащими пальцами нажала на кнопочку включения экрана. Яркий свет от устройства ослепил ее, и она зажмурилась. Затем, прищурившись, осветила тусклым светом всю комнату. Конечно, комната была пуста. «Дурочка, – отругала сама себя девочка. – Сначала насмотришься всякой ерунды, а потом спать боишься!» Полина повернула телефон экраном к себе. Полчетвертого утра. Она устало откинулась на подушку и натянула одеяло до подбородка, убедившись при этом, что ни одна часть ее бедных ног не торчит из-под одеяла, привлекая к себе внимание чего или кого бы то ни было. Но закрывать глаза не хотелось. Стоило ей прикрыть веки, как тут же воспоминания сна наваливались с новой силой: ощущение сырого тумана на коже, зыбкость исчезающей из-под ног опоры, бездонная чернота падения. А еще странное ощущение присутствия. Казалось, что в углу, там, где сливались тени от шкафа и стены, кто-то замер, притаился. Что за дверью в коридор стоит тишина, слишком неестественная и глубокая. Что если она откроет глаза, то увидит у кровати бледный силуэт в легком платье. Воображение, разбуженное кошмаром, рисовало картины одна страшнее другой. В конце концов, не выдержав, девочка снова схватила телефон и включила фонарик. Положив телефон на тумбочку, она повернулась к нему спиной, чтобы слишком яркий свет не бил в закрытые веки розовым свечением, и натянула одеяло до самого подбородка. Батарейка, конечно, сядет к утру, но зато она хоть заснет. А утром перед школой успеет зарядить. Можно, конечно, было бы и сейчас поставить телефон заряжаться. Но зарядное устройство лежало на столе. А до стола еще нужно было дойти. При этом еще и спустить ноги на пол и пройти мимо шкафа с зеркальной дверцей. Нет, успеет зарядить телефон утром. А даже если и не успеет… Вылезти из кровати и в темноте пройти до стола за зарядником казалось большим подвигом, чем провести день в школе без телефона. Видимо, на этой мысли девочку все же сморил сон, потому что, когда она открыла глаза, комната ее утопала в полумраке из-за темных штор, но за окном было уже светло. Телефон ее молча лежал на тумбочке, фонарик уже не горел. Девочка вылезла из-под одеяла и прошлепала к столу за зарядным устройством. Но перед этим распахнула шторы на окнах. Утро встретило её привычной ноябрьской серостью. Солнечный свет едва пробивался сквозь плотные облака, капли дождя стучали по подоконнику. Полина жила в двухкомнатной квартире вместе с мамой и отчимом. Комната ее была завалена книгами, тетрадями и несколькими старыми мягкими игрушками, от которых она почему-то никак не могла избавиться. – Полина, вставай, а то опоздаешь! – раздался из кухни голос мамы. – Уже! – хрипло ответила девочка и потянулась за зарядником. Поставив телефон заряжаться, она включила его и проверила соцсети и мессенджеры. Сообщений не было, только непрочитанный мем от Насти, отправленный поздно ночью. Полина машинально улыбнулась, но сон сразу всплыл в памяти. Настя на мосту. Ее пустые глаза. Шёпот. Туман. Настя, шагающая прочь в пелену тумана. Её улыбка погасла. Сон был пугающе реальным. «Хватит себя пугать! – рассердилась Полина на саму себя. – Это всего лишь сон. Очень реалистичный, но сон!» На всякий случай, она взяла телефон и отправила Насте сообщение, где пожелала доброго утра и спросила, какой первый урок. Она отлично знала, что первым уроком была математика, но ей нужен был повод, чтобы Настя ей ответила. Сообщение от подруги пришло спустя пару минут. Она сообщила, что первым уроком стоит математика и пожаловалась, как можно вообще такие предметы ставить на утро, когда дети еще в сонном состоянии. Следующим сообщением шел мем про невыспавшегося школьника. Полина улыбнулась. Вернув телефон на тумбочку заряжаться, девочка быстро оделась, закинула в рюкзак тетради с учебниками и вышла из комнаты. На кухне пахло кофе и немного подгоревшими тостами. Мама, как всегда собранная и строгая, привычно спешила, а отчим сидел за столом и листал новости в телефоне. Полина села за стол и придвинула к себе стакан с какао. – Ты выглядишь усталой, – заметила мама, ставя перед ней тарелку. – Опять с Настей сидела в телефоне до поздней ночи? – Не-а, просто сон странный приснился, – ответила Полина, ковыряя вилкой омлет. Аппетита сегодня не было от слова совсем. Перед глазами все еще стояла приближающаяся черная вода и ощущение, что это конец ее существования. – Вот и перестань перед сном смотреть всякие ужастики, – буркнул отчим. – Сначала насмотришься всякой ерунды. А потом кошмары снятся. Полина лишь усмехнулась, но внутри было тревожно. Сон казался слишком реальным. Слишком ярким. Слишком эмоциональным. Слишком… Какое же это ужасное чувство, когда ты летишь вниз и понимаешь, что через пару минут тебя больше не будет существовать в этом мире.

***

Девочки встретились в школьном дворе. – Привет! – подруги обнялись. – Ты жутко бледная сегодня, – Настя ткнула её локтем. – Все нормально? – Да просто сон приснился, – отмахнулась Полина. – Я вчера перед сном не удержалась и посмотрела тот фильм, о котором ты говорила. Потом ночью приснился кошмарный сон. Про то, что Настя была главным действующим лицом этого сна, Полина решила не рассказывать. Настя бы только посмеялась. Или, что еще хуже, испугалась бы. – Кстати, ты помнишь, что у Даньки скоро день рождения? А мы еще ему даже подарок не выбрали! – многозначительно произнесла Настя, откидывая назад длинные черные волосы. Даниил Сахаров был их лучшим другом. Это был тихий, спокойный парень, который, тем не менее, мог постоять за себя и подруг. Они дружили с самого первого класса – Полина, Настя и Данька. Других друзей у Даниила, казалось, и не было. Он ровно относился ко всем в школе – и к мальчикам и к девочкам, и к задирам и к тихоням. И, возможно, эта его независимость и равнодушие привлекали к нему внимание всех – кто-то высмеивал его за дружбу с девчонками и намекал на нетрадиционные ценности; кто-то, наоборот, уважал за спокойный нрав и сохранял с ним хорошие отношения; кто-то из девчонок мечтал, чтобы он обратил свой взор на них. Всё-таки он был высоким симпатичным парнем. Даня же ни на кого не обращал внимания и ни с кем больше не дружил, за исключением ровного делового общения. Так они и росли вместе – яркая, красивая Настя, серая мышка Полина и спокойно-независимый Данька. – У него день рождения через неделю, – отмахнулась Полина. – Еще успеем. – А если не успеем, то всегда можно воспользоваться экспресс-вариантом, – захихикала Настя. – Ты опять об этом? – недовольно покосилась на подругу Полина. – Сколько раз повторять, что Даня – мой друг!? И уж тем более я не пойду на свидание с кем-то в качестве подарка на день рождения. Я что, похожа на женщину легкого поведения? – Слушай, женщина легкого поведения, – рассмеялась Настя. – Сколько тебе твержу уже, что Данька в тебя по уши влюблен. Это же видно невооружённым взглядом! Поэтому уже то, что ты придешь на его вечеринку, будет для него подарком. – Да ну тебя, – отмахнулась Полина. Как-то ей слабо верилось, что кто-то может быть влюблен в нее. Уж в кого влюбляются парни, так это в Настю. А удел Полины – быть ее невзрачной подругой для контраста. – А у тебя-то самой как с тем парнем, с которым ты познакомилась позавчера? – спросила она, чтобы перевести тему. – Да никак, – закатила глаза Настя. – Он оказался придурком! – Не купил тебе мороженку? – усмехнулась Полина. – А чего ты иронизируешь? – приподняла левую бровь подруга. – Между прочим, это сразу дает тебе понять, кто перед тобой. Точнее, стоит ли тратить время на этого парня или нет. – Но разве он обязан покупать тебе что-то, тем более на самой первой встрече? – не согласилась с ней Полина. – Не обязан, – пожала плечами Настя. – Но он должен хотеть меня порадовать. Запомни, если парень жалеет на тебя денег – не связывайся с ним. Потом сама жалеть будешь. Полина лишь плечами пожала. Ей-то такое вообще не светило. Настя – красивая, стройная девчонка с длинными черными волосами и темно-карими глазами. Яркая, заметная. Парни вокруг нее так и вьются. А она, Полина – простая худенькая девочка невысокого роста, со светлыми волосами средней длины, с серо-голубыми глазами. Все у нее какое-то среднее и серое – глаза, внешность, рост, длина волос, оценки в школе. Все ещё погруженная в свои невесёлые мысли, Полина почувствовала, как Настя взяла ее под локоть и девочки пошли по направлению к дверям школы. Осень уже чувствовалась в воздухе: было промозгло, листья шуршали под ногами, ветер то и дело срывал с деревьев жёлтые клочки. Влажный, холодный воздух, казалось, забирался под кожу и разносился по всему телу. – Так что там с тем парнем? – напомнила Полина. – В общем, мы вчера встретились, – начала рассказывать Настя. – Сначала погуляли. Вроде все было хорошо. Он рассказывал какие-то истории. Вроде даже забавные. Потом я замёрзла и предложила ему зайти куда-нибудь. И ты знаешь, что он выбрал? – Что? – с интересом спросила Полина. – Пиццерию! – с праведным возмущением воскликнула Настя. – Да ладно бы хоть какую-нибудь нормальную выбрал! Так ведь повёл меня в обычную забегаловку! – И ты пошла? – усмехнулась Полина. – Пошла, а куда мне было деваться, – фыркнула подруга. – Но дальше ещё больше. Он сделал себе заказ и оплатил его. И показывает мне на кассу – выбирай, типа. – Неужели ты не ушла оттуда в тот же момент? – захихикала Полина. – Ну я решила все же дать ему шанс, – закатила глаза Настя. – Всё-таки он симпатичный очень, как ни крути. Девочки вошли в школу и направились к гардеробу. Отстояв, как обычно, огромную очередь, они сдали курточки и направились к кабинету математики. До начала урока оставалось еще десять минут. Устроившись у окна в коридоре, они продолжили разговор. – В общем, я заказала себе салат. Ну ты же знаешь, что я не ем фастфуд, – рассказывала Настя. – Мы поели. Он все о чём-то рассказывал. Я, честно сказать, уже порядком устала от его болтовни. Потом мы вышли на улицу. Было уже темно, моросил дождь. Я надеялась, что он меня хотя бы домой проводит. А он проводил меня только до автобусной остановки. Ну, говорит, дальше сама доедешь? Полина, не выдержав, расхохоталась. – Ну и фрукт, – сквозь смех выдавила она. – Привет! – к ним подошел парень с короткими темными волосами. – Привет, Дань! – кивнула ему Настя. Полина скромно улыбнулась и тоже кивнула в знак приветствия. – Что обсуждаете с таким интересом? – поинтересовался Даня. – А ты как думаешь? – усмехнулась Полина. – Неужели твоего очередного парня? – с улыбкой спросил тот у Насти. – Мы не обсуждаем, – закатила глаза та. – Я просто жалуюсь Полине на придурка, с которым познакомилась позавчера. – Так что дальше-то? – Полине очень хотелось узнать, чем закончилось свидание подруги до того, как прозвенит звонок на урок. – Он проводил тебя до остановки. А дальше что? – А дальше он мне говорит: «Дашь денег в долг до выходных?» – развела руками Настя. – И вот тут я уже не выдержала. Я ему говорю: «Я что, на наивную дурочку похожа? Я тебе не то что в долг не дам, я с тобой вообще никогда видеться больше не буду. Забудь меня и сотри мой номер телефона». – И что, он забыл? – хмыкнул Даня. – Ну, учитывая, что я его в блок закинула, то у него особо нет выбора, – проворчала Настя. – А как ты домой добралась? – поинтересовалась Полина. – А вот тут со мной произошла неприятная вещь, – поежилась Настя. – Я сначала хотела вызвать такси, но потом вспомнила, что есть одно платье, которое я очень хочу купить, и решила сэкономить. Поэтому я пошла пешком. Уже стемнело. Я дошла до автомобильного моста через реку и пошла по нему. А, видимо, от воды, на мосту был жуткий туман. Вот прям настолько густой, что руки собственные не видно. – Что? – распахнула глаза Полина. – Мост? Туман? – Ага! И вот, представляете, иду я вчера вечером по этому мосту, – продолжала Настя. – А туман такой плотный, что хоть ножом режь. Красота, конечно, но ничего не видно. И страшно до одури. Я музыку погромче врубила, ну чтобы хоть немного отвлечь себя, и… Ну в общем, там, видимо, то ли арматура торчала, то ли камень большой валялся. Я запнулась об него и упала. Джинсы на коленке разодрала. Полина резко повернула к ней голову. – Упала? Настя кивнула и скривилась. – Да, дура полная, я знаю! Мало того, что ничего не видно, так еще и музыка в ушах орет. Я задумалась. Потом уже осознала, что если бы кто-то решил бы на меня напасть, то он мог бы спокойно ко мне подойти, я бы его просто не услышала. Ну и не заметила этот камень или арматуру. Я так и не поняла. Поняла только, что одна моя стопа внезапно затормозила, и я уже лечу вниз и падаю коленкой на доски. – Она махнула рукой, отгоняя неприятные мысли. – Ну да ладно! Джинсы не главное. Тем более сейчас это модно. Пусть дыра будет. Главное, что на коленке всего лишь небольшая ссадина. Ничего серьезного. Настя выставила вперед ногу, чуть согнув ее, и показала друзьям содранную кожу, виднеющуюся сквозь колготки. Даня сочувственно пробормотал что-то. У Полины же пересохло во рту. Она смотрела на подругу и чувствовала, как холод расползается по спине. Сон. Мост. Туман. Настя. И тот миг, когда она шагнула вперёд и исчезла в пелене тумана… «Это не может быть просто совпадением», – промелькнуло у неё в голове. – Полина? – Настя заметила её бледность. – Эй, ты чего? Я же в порядке. Полина заставила себя выдавить улыбку. – Просто… ты меня напугала. Но внутри всё перевернулось. Девочка обхватила себя руками, стараясь скрыть дрожь. Сон был предупреждением? Она видела во сне то, что произошло наяву? Ну примерно то же, хоть и не совсем совпадало в деталях. Тем не менее, в груди росло ощущение тяжести, будто кто-то незримый смотрел прямо на неё. А еще этот шепот из сна. Что там шептали? Что она что-то там не успеет? Не пройдет? Куда не пройдет? Что не сможет? Полина судорожно сглотнула. Она не знала, что происходит. Но знала одно: это был не просто сон – это было что-то большее. – Полина, ты в порядке? – Данька осторожно приобнял ее за плечи? – Эй, тебе что, холодно? – Нет, все хорошо, – помотала головой девочка. – Пойдем лучше в класс. Тут правда немного прохладно. Ребята вошли в кабинет математики и расселись на своих местах.