Матч Слизерин-Гриффиндор

Первую тренировку в итоге действительно провели в воскресенье 8 сентября сразу после завтрака. В тот день было, в отличие от субботы, солнечно, малооблачно и относительно тепло, что способствовало и бодрости, и какому-то энтузиазму в плане тренировки. Как заметили одетые в квиддичную форму слизеринские игроки при появлении на тренировочном поле, там уже была рэйвенкловская команда в тёмно-синей под стать основному цвету их факультете квиддичной форме. Заметив слизеринцев, семеро рэйвенкловских игроков поочерёдно снизились, их капитан, первый загонщик Джейсон Сэмюэлс с седьмого курса снизился прям резко, и с метлы слез тоже резко - судя по всему этому и раздражённому лицу, появление команды соперников ему явно не понравилось. Сэмюэлс, светлый блондин с некоторой щетиной, пониже ростом, чем Ургхарт, и не такой мускулистый, подошёл к Ургхарту, на ходу спрашивая: - Ургхарт, какого лешего? Сейчас наше время, я специально забронировал поле на самую рань, и у меня разрешение профессора Флитвика, мне надо тренировать двух новичков! - Двух? - переспросил Ургхарт явно насмешливо. - А мне всю команду с нуля тренировать надо, из прошлогоднего состава только Вейзи остался, да и тот с опытом выступления только на одном матче. Стало быть, мне стадион нужнее. - Ну уж нет, так просто вы нас не выкурите, вот, читай! - Слушай, у меня есть похожая бумажка с подписью профессора Снейпа, но от этого обмена бумажками и их чтения ни моим, ни твоим толку нет, а какая-то отдача будет только при возможности тренироваться. Понимаешь, к чему я? Знаешь, поле-то большое, так что, думаю, нам всем на нём места хватит. Если хотите, можем даже тренировочный матч сыграть, ну или типа того… В дальнейшем Ургхарт старался выпрашивать у Снейпа бронирование поля именно на выходные и именно на утреннее время, ведь такие дни и такое время были наиболее удобными для всех игроков команды Слизерина - в конце концов, и в выходные у многих свои дела есть, а уж в учебные-то дни… Вот и имелась необходимость прям прорываться на тренировочное поле в выходные да в самое раннее время, даже до завтрака, к 07:30, тогда как подъём в Хогвартсе был в 07:00. Часто удавалось тренироваться и в пятницу вечером. Снейп, к счастью, последовательно бронировал поле для команды своего факультета именно на такие дни и на такое время, и ему редко, когда не удавалось забронировать поле для своих так, как им было бы удобно. Столь частое бронирование слизеринцами поля, да ещё и в наиболее удобные дни недели и в наиболее удобное, пожалуй, время естественным образом вызывало как минимум раздражение у других команд, что ничуть не удивляло Ургхарта - вне Слизерина слизеринскую команду всегда не любили, не за всё это дерьмо с бронированием, так ещё за что-нибудь. Больше всех злились, естественно, гриффиндорцы со своим ловцом и капитаном в лице, конечно же, Гарри Поттера - кому ж ещё теперь быть капитаном гриффиндорской команды? Как следствие, после одного мутного, даже жуткого, пожалуй, происшествия в субботу 12 октября, Ургхарт и его команда были удовлетворены, ведь по итогам этого происшествия отправлена была на лечение, явно надолго выбыв и из квиддича, и из всего остального, Кэти Белл - однокурсница Ургхарта и третий охотник гриффиндорцев, которая по состоянию на осень 96-го была самым опытным и лучшим бомбардиром своей команды. Ну что слизеринцы, не могли быть удовлетворены тем, что серьёзный, даже опасный соперник не у дел? К тому же вместо Белл Поттер взял какого-то явно неопытного, ранее не состоявшего в гриффиндорской команде Дина Томаса, одного из своих однокурсников. Это решение Поттера, кстати, подпортило отношение к нему со стороны немалого количества гриффиндорцев - они бурчали, что Поттер взял в команду уже второго своего однокурсника, да ещё и в обход испытаний, словно исключительно по дружбе. Может, среди гриффиндорцев были и такие, которые считали, что Поттер держит в команде исключительно по дружбе и вратаря Рона Уизли - с этим Поттер вообще был не разлей вода. В свою очередь, в Слизерине склонны были считать, что Поттер взял в команду по дружбе и первую охотницу, сестру Уизли-вратаря Джиневру «Джинни» Уизли - запал, мол, на неё. Короче говоря, как-то так получилось, что слизеринская и гриффиндорская команды словно местами поменялись - считавшаяся блатной и чрезмерно ориентированной на силу и габариты команда слизеринцев теперь была набрана на совершенно других, лучших началах, в гриффиндорскую же был как будто взят по блату по меньшей мере 1 игрок, как раз этот Дин Томас. Положение слизеринской команды было и тем хорошо, что в ней не было жутко нервных от неуверенности в себе игроков - на тренировках все держали себя в руках и играли, что есть мочи, в то время как вратарь гриффиндорцев Уизли по мере приближения ноябрьского матча Слизерин-Гриффиндор всё чаще стрессовал, даже психовал, неадекватно себя вёл… Откуда об этом знал Ургхарт? А он на тренировки гриффиндорцев своих наблюдателей отправлял, каждого за небольшую сумму, и ему потом сообщали, что да как, а всё потому что Ургхарт верно считал, что для успешного противостояния соперникам соперников надо знать, как и их слабости. В случае с командой гриффиндорцев Рон Уизли как раз был самым слабым, самым больным местом. Так было и в прошлом году, но если тогда слизеринцы предпочитали изводить и деморализовывать Уизли одной токсичной песенкой-кричалкой, величая её королём отнюдь не из уважения, то сейчас, по мнению Ургхарта, будет достаточно только мастерства слизеринских охотников, и всё - Уизли быстро размякнет без всяких выкриков и песен. - «Уизли…», - подумал Ургхарт как-то в октябре. - «То ли дело мои - ни одного невротика с комплексами и неуверенностью в себе!» Это и вправду было так - никто из людей Ургхарта низкой самооценкой и стрессом на этой почве не страдал, за счёт чего работать с этими людьми было нетрудно. Дисциплина была, единство было, моральная поддержка факультета, что важно, тоже была, игроки, в свою очередь, умели ставить квиддич и необходимость работать в команде выше личных отношений, ведь близняшки Кэрроу, судя по молчаливым выражениям лиц, несильно жаловали Макхилл, тогда как Макхилл лишний раз не общалась с Причардом и ограничивалась лишь нужным взаимодействием с ним в рамках тренировок, словно между ними когда-то были какие-то тёрки. Всем, впрочем, хватало элементарного соображения в голове, чтобы ничего друг другу не выказывать на тренировках и думать только о квиддиче и необходимости работать слаженно. Впрочем, вне квиддича и вне тренировок между теми же Кэрроу и Макхилл не было какой-то напряжённости - просто мирно друг друга игнорировали, и всё, а как надо было взаимодействовать на квиддичном поле, так взаимодействовали. Друзьями слизеринские игроки друг другу не стали, но Ургхарту пока было достаточно и нормальных коллегиальных отношений. В принципе, Ургхарт смог найти подход к каждому товарищу по команде по отдельности, так как в целом понял характер Макхилл, близняшек… Макхилл вне тренировок была, похоже, одиночкой, может, даже чуток интроверткой, с коллегами по команде общалась сухо, коротко, большей частью только по делу, как охотник, ориентировалась на быстроту, юркость и быстрый прорыв в тыл противника, что было возможно за счёт того, что она была невысокая, худая и нетяжёлого веса. Как-то, когда Причард обмолвился, что хотел бы стать преподавателем истории магии, Макхилл усмехнулась и сказала, что у Причарда, похоже, невысокие амбиции. Её амбиции, в свою очередь, были связаны в квиддичем - Макхилл намерена была стать профессиональным игроком и играть в полностью женской команде «Холихедские гарпии». Совершенно неотличимые друг от друга Флора и Гестия Кэрроу со странной привычкой здороваться и прощаться одновременно, в свою очередь, привлекли внимание старого Слагхорна и были введены в его Клуб слизней - объединение перспективных, примечательных чем-нибудь старшекурсников. Интерес к ним Слагхорна был, как считали близняшки, вызван их значительными успехами в трансфигурации, их постоянной бодростью на встречах Клуба, харизмой, чётким понятием, где они хотят работать (а работать они хотели ни больше, ни меньше, как в одном из престижнейших департаментов британского Министерстве магии, а именно в Департаменте международного магического сотрудничества) и что им для этого нужно, ну и, может, ещё тем, что они близняшки. Забини тоже был любимец Слагхорна, состоя в Клубе слизней и отзываясь о встречах Клуба как о «скучных процентов на 60 и интересных процентов на 40». В общении Забини был то сух, то наоборот эмоционален, весел, за счёт чего сблизился с Ургхартом и стал участником пятничных если не попоек, то точно посиделок со старым добрым сливочным пивасом с участием прежде всего Ургхарта и Вейзи. Забини мог быть ироничен, а иногда и пошловат, когда рядом не было явно запавшей на него однокурсницы Дафны Гринграсс, на удивление часто и как-то раздражённо говорил о Джиневре Уизли, как и о желании «утереть ей нос на матче» и «поставить её на место». - «Бесится от неё, значит, любит», - подумал однажды Ургхарт на этот счёт. Прям в преддверии матча Слизерин-Гриффиндор, назначенного на субботу 2 ноября, вратарь гриффиндорцев стал, как сообщали наблюдатели, особенно сильно неистовствовать на тренировках, что явно плохо сказывалось на настрое Поттера, который, однако, неизменно оставлял своего друга Уизли в команде. Положение слизеринской команды тем временем было несомненно лучше, хотя тренироваться теперь приходилось при даже самой паршивой, мерзко-серой, к тому же, погоде. В то время как Уизли-вратарь в неуравновешенном состоянии рявкал на товарищей, между слизеринскими игроками наметилось какое-никакое сближение - 30 октября вместе отметили за слизеринским столом день рождения Причарда, ему исполнилось 14. Как казалось Ургхарту, такая вот посиделка это хороший знак, а при победе над гриффиндорцами 2 ноября команду удастся ещё сильнее сплотить, сблизить. К тому моменту наметилось ещё кое-что - рэйвенкловцы и хаффлпаффцы, традиционно всегда болевшие за команду гриффиндорцев при их противостоянии с командой слизеринской, сейчас как-то разделились между собой, ведь некоторому проценту учащихся этих двух факультетов как будто чем-то импонировала и новая слизеринская команда, и честные начала, на которых она была набрана, и новый капитан их, хоть с его стороны в своё время и был произвол как члена Инспекционного отряда, входили в который только слизеринцы. Такого на памяти Ургхарта никогда ещё не было, но он рад был бы увидеть среди болеющих за его команду и ребят с Рэйвенкло и Хаффлпаффа - почему бы и нет, собственно, говоря? Что касается непосредственно слизеринских болельщиков, то 26 октября, за неделю до матча Слизерин-Гриффиндор, к Ургхарту как-то подошла своего рода делегация наиболее горластых и заядлых болельщиков, после чего поинтересовалась у Ургхарта, а не спеть ли снова ту песню про Уизли-короля. - Думаю, в этом нет необходимости, - ответил Ургхарт, - мастерство и меткость наших охотников деморализуют Уизли никак не меньше этой песни. Болельщики, казалось, расстроились. - Впрочем, можно спеть кое-что другое, хоть во всё горло, - сказал Ургхарт. Это болельщиков воодушевило - они сразу заинтересовались, что именно они могли бы спеть, Ургхарт же поделился соответствующей своей идеей… Последняя тренировка перед матчем в пятницу 1 ноября была, несмотря на омерзительную и холодную погоду, лучшей - Ургхарт никому не сделал каких-либо замечаний. Потом, вечером, после ужина в гостиной Слизерина было суетливее обычного - Вейзи играл с друзьями в карты на деньги, весьма при этом шумя, Ургхарт тем временем сидел в стороне и думал о чём-то своём, близняшки Кэрроу демонстрировали друзьям смешные, по их мнению, применения трансфигурации, весёлый Забини говорил Дафне Гринграсс что-то в духе «Попа становится грязной, только когда в неё вставляют кое-что длинное на букву «ч»»… Все с облегчением вздохнули, когда Ургхарт встал и скомандовал: - Команда, отбой! Субботним, солнечным и безоблачным утром 2 ноября (какая редкость для ноября!), когда Ургхарт с товарищами по команде Слизерина вошёл в Большой зал, их встретили оглушительными аплодисментами. Ургхарта удовлетворило, что аплодировали не только слизеринцы, но и некоторое количество рэйвенкловцев и хаффлпаффцев, чего не представить было ещё год назад. За завтраком Ургхарт потребовал от всех игроков поесть как можно плотнее, хотя сам так и не притронулся к еде, а затем, не дав никому доесть, поспешно вывел команду из зала, прежде, чем оттуда вышел хоть 1 человек - Ургхарт хотел, чтобы они первыми узнали, в каких погодных условиях им предстоит играть. Когда они выходили, снова разразились аплодисменты. - Видимость отличная, в кои-то веки никакого ветра… - бормотал Ургхарт, прохаживаясь по полю взад и вперёд, и озираясь по сторонам. - Прекрасно, самое то… Наконец слизеринские игроки увидели, как вдалеке распахнулись ворота замка, и вся школа высыпала на лужайку. - В раздевалку! - скомандовал Ургхарт напряжённым голосом. Молча переоделись Ургхарт и его люди в квиддичную форму, после чего скучковались, а Ургхарт, дабы озвучить последние указания перед матчем, заговорил: - Леди и джентльмены, пробил наш час. Кажется, сама природа благоволит нам отличными погодными условиями. Мы все тренировались, как безумные, я был суров с вами, но всё это очень даже стоит того, когда речь идёт о противостоянии гриффиндорцам. Уделаем же их! Мы все на это способны, мы подготовлены, уверены в себе, ориентированы на мастерство. Сейчас мы взлетим и разобьём их наголову, я знаю. Вейзи, Макхилл, наша с вами задача забить как можно больше голов до появления снитча - мы должны победить с впечатляющим счётом, отрывом… Кэрроу, покажите всем, на что вы способны, пусть хоть проср*тся от шока. Забини, выведи из себя Уизлетту и её напарников своей зоркостью, ловкостью, меткостью и надёжностью как вратаря, и верни слизеринским болельщикам уверенность в безопасности, надёжности их ворот, их тыла, ну а ты, Причард, лови снитч немедля по его появлении, едва завидев, ни о чём ином не думай и не поддавайся на провокации Поттера - наверняка он попытается отвлечь тебя выкриками типа «Сколько тебе заплатил Малфой, чтобы ты играл вместо него?», чем-нибудь в этом роде… Покажем им, как иметь дело с новым составом команды Слизерина! Ургхарт с товарищами вышли на квиддичное поле под оглушительный рёв слизеринских болельщиков и свистки болельщиков гриффиндорских. Одна половина большущего квиддичного стадиона была алой с золотом, другая - сплошь тёмно-зелёной с серебром, слизеринцы были одеты в тёмно-зелёное, как и их декан, временно простившийся со своей повседневной чёрной мантией и надевший плотный тёмно-зелёный свитер, а поверх него - такого же цвета куртку с такого же цвета длинным шарфом. Рэйвенкловцы и хаффлпаффцы не бездействовали, болея за ту или иную команду. Пока слизеринские игроки шли к центру поля, зазвучал непривычный голос комментатора - прежний, крикливый истеричка Ли Джордан из Гриффиндора, выпустился из Хогвартса, а теперь вместо него был некий совсем другой человек, более спокойный, и вот он объявил в усиленный специальной магией микрофон: - Итак, добро пожаловать на первый матч по квиддичу этого учебного года, противостоять друг другу будут команды Слизерина и Гриффиндора. Вот, кстати, на поле вышла команда Слизерина, впереди всех, естественно, их новый капитан Аргус Ургхарт. Он круто поменял состав команды, оставив из прошлогоднего состава только Эньюрина Вейзи. Ургхарт, Вейзи, Макхилл, Кэрроу, Кэрроу, Забини, Причард - таков новый состав команды Слизерина. Хммм, интересно, может, такой состав поможет слизеринцам справиться с гриффиндорцами. Это был Закариас Смит - напыщенного видка блондин с шестого курса Хаффлпаффа, Ургхарт его знал, так как тот состоял в хаффлпаффской команде на позиции первого охотника. Сейчас, казалось, Смит комментировал в поддержку команды Слизерина. Если так, контраст с ярым гриффиндорцем Джорданом был сильный. Ургхарт подошёл к судье квиддичных матчей и по совместительству школьной преподавательнице полётов на мётлах мадам Хуч. Мадам Хуч была старая (за 90), но вполне бодрая, среднего роста стройная светлая женщина с довольно короткими седыми волосами и жёлтыми, словно у ястреба, глазами. Она, в отличие от участников матча Слизерин-Гриффиндор, была в мрачноватой чёрной мантии. В один момент семеро гриффиндорцев в форме алого и жёлтого цветов, и столько же слизеринцев выстроились в ряд параллельно друг другу. - Капитаны, пожмите друг другу руки, - скомандовала мадам Хуч, и Ургхарт пожал руку вышедшему вперёд Поттеру, который был среднего роста, черноволосый, бледноватый, с тёмно-зелёными глазами и в простых прозрачных очках круглой формы. После рукопожатия двух капитанов мадам Хуч напомнила игрокам, что от всех и каждого требуется красивая и честная игра, а затем скомандовала: - Все на мётлы! Все оседлали свои мётлы. - По свистку! - распорядилась мадам Хуч. - Три! Два! Один! Прозвучал свисток, после чего 14 игроков взлетели, как и судья матча. Вскоре после этого вновь заговорил Смит: - И вот, игра началась, и, думаю, нас всех удивил состав команды, которую набрал в этом году Поттер. Многие считали, что Рональд Уизли не войдёт в команду, учитывая его крайне неровные выступления на позиции вратаря в прошлом году, но, конечно, тут сыграла свою роль давняя личная дружба с капитаном… Слизеринские болельщики встретили эти слова издевательскими выкриками и аплодисментами. - А вот и первая атака слизеринцев, - объявил Смит, - Ургхарт мчится через поле, маневрирует, уклоняется от корявого бладжера Кута, он всё ближе к гриффиндорским кольцам, справа его прикрывает Вейзи, пас Вейзи, Вейзи уже недосягаем для бладжеров, перед ним только вратарь гриффиндорцев… И он переигрывает Уизли, распечатывая гриффиндорские ворота и открывая счёт! 10:0, ведут слизеринцы. Вейзи таким образом оправдал репутацию лучшего слизеринского бомбардира текущего состава, а болельщики змеиного факультета слаженно и громко заголосили: Слизерин кипуч, Слизерин могуч, Слизерин силён, Слизерин - чемпион! - Попытка контратаки со стороны гриффиндорцев, - продолжил комментирование Смит, когда восстановилась относительная тишина, - квоффл у Робинс, уже у Томаса… О, его настигает бладжер Флоры Кэрроу! Или Гестии… В общем, кого-то из них, квоффл выронен, уже у Уизли, первой охотницы гриффиндорцев, она маневрирует резко влево, снижается, маневрирует уже вправо, взлетает вверх, приближается к кольцам слизеринцев… Вот и первое испытание для Забини, посмотрим, кто кого… Слизеринские болельщики запели громче прежнего, а Забини с издёвкой крикнул Уизли: - Эй, Уизлетта, как дела? В результате Уизли промахнулась, а Забини взял квоффл под довольные аплодисменты бесчисленных слизеринцев. - Забини берёт мяч, - сообщил произошедшее Смит, - пасует Макхилл, мяч у Макхилл, маневрирование, уверенная атака при поддержке одной из загонщиц, пас Ургхарту, маневрирование, Ургхарт уже на гриффиндорской половине поля, левее него одна из Кэрроу, правее - Макхилл, пас Макхилл, Макхилл летит влево, прорывается к воротам гриффиндорцев, залетает за пределы ворот, Уизли из ведомых только ему соображений оставляет центральное кольцо, летит к Макхилл… Вот это передача издалека! Мяч у Ургхарта, и он успешно забрасывает его в центральное кольцо, а слизеринцы ведут со счётом уже 20:0. Всё та же песня из уст слизеринских болельщиков, разочарованные вздохи и печальные лица болельщиков гриффиндорских… Через полчаса после этого слизеринская команда вела со счётом 70:0, а Смит то и дело язвил то об Уизли-вратаре, то об Уизли-охотнице, в чём был явно солидарен с болельщиками Слизерина. В один момент Флора Кэрроу слишком уж сильно направила бладжер в Томаса - в крестец долбанула, а это было не по правилам. Как следствие, слизеринская команда была оштрафована, а гриффиндорская получила право пенальти - штрафного броска квоффла. Пробивала это пенальти Уизли, слизеринские болельщики попытались вывести её из себя своей песней, а Забини смотрел на неё с насмешливым выражением лица. Уизли, однако, смогла пробить пенальти и забила для своей команды первый гол, что вмиг воодушевило грустных болельщиков Гриффиндора. - Уизли пробивает пенальти, и счёт становится 70:10, - сухо объявил Смит. - Ну, лучше так, чем проиграть всухую. Вскоре Уизли, хоть и надрываясь, забила ещё гол, и счёт стал 70:20. При последующей её атаке вовсю голосили уже гриффиндорские болельщики - они кричали: Гриффиндор идёт в атаку, Береги, Забини, ср*ку! И Уизли снова забила, несмотря на то, что Гестия Кэрроу успела попасть ей бладжером в левую руку. - Ещё один гол Уизли, - прокомментировал Смит как-то равнодушно, - и счёт становится 70:30. Ранее язвя о гриффиндорской команде, Смит, похоже, переключился на слизеринскую, сказав: - Что-то, я смотрю, слизеринцы подрасслабились, я бы на их месте уже насторожился. Затем, по итогам поистине напряжённой борьбы между как охотниками, так и загонщиками гриффиндорцы смогли сократить отрыв от слизеринцев до 30 игровых очков - гол забила вторая охотница Демельза Робинс. - Эмм, да, - сказал Смит, объявив о голе Робинс и счёт 70:40, - а ведь начали слизеринцы хорошо… Последующую попытку контратаки со стороны слизеринцев отразил внезапно воспрянувший духом вратарь Уизли - видно, голы сестры воодушевили. - Уизли берёт мяч, - сухо проговорил в микрофон Смит. - Что ж, всем когда-то везёт. Гриффиндорские болельщики запели песню о короле, только не оскорбительную по отношению к Уизли, а наоборот с восхвалениями, из уст их раздавалось: Голы Уизли отбивает, И кольцо он защищает, Поэтому весь Гриффиндор и напевает: Уизли - наш король! Вратарством он живёт, Квоффл точно отобьёт, Точно нам победу принесёт, Уизли - наш король! Уизли - наш король! Уизли - наш король! Всегда он квоффлы отбивает, Уизли - наш король! Вскоре, правда, Ургхарт успешно контратаковал, увеличив отрыв своей команды от гриффиндорской до 40 очков, и воодушевив этим учащихся Слизерина и заодно Смита, сказавшего: - Кажется, Уизли повезло только единожды - Ургхарт забивает ещё 1 гол, счёт 80:40, ведут слизеринцы. Вскоре тот же Смит объявил: - По-моему, Причард заметил снитч! Да, заметил, а Поттер всё хлопает ушами! Противостояние охотников и загонщиков прекратилось само собой - все стали наблюдать за противостоянием Причарда и Поттера, и только Макхилл, пользуясь тем, что все про всё время позабыли, без лишнего шума и привлечения к себе внимания подлетела с квоффлом к правому кольцу гриффиндорцев, успев беспрепятственно забить 2 гола и увеличив отрыв своей команды до 60 очков - теперь счёт был 100:40. Её однокурсник Причард, в свою очередь, смог поймать снитч первым, не поддавшись на выкрик Поттера, а Смит вскоре после этого объявил: - Причард ловит снитч, и слизеринская команда побеждает гриффиндорскую со счётом 250:40, побеждает впервые с 90-го года! Похоже, Ургхарт изменил слизеринскую команду, изменил в лучшую сторону! - «Да уж, изменил…», - нехотя и раздражённо признал впервые проигравший слизеринскому ловцу Поттер.