Глава V

Ты глупец, сын мой. Этот мальчик станет великим королём — и он не может быть вторым своего имени.

Королевская Гавань, 116 год от З.Э. Утро только начинало подниматься над Чёрноводной, окрашивая небо в бледное золото. Город ещё не проснулся окончательно, но уже жил — лениво, тяжело, будто огромный зверь, ворочающийся перед пробуждением. Тишину разорвал рёв. Карексес рассёк небо над столицей, его длинное алое тело извивалось, словно живая трещина в воздухе. Тень дракона скользнула по крышам, башням и узким улицам. Люди внизу поднимали головы — кто-то в страхе, кто-то с благоговением, кто-то спешил укрыться. Дракон сделал круг над городом, затем второй — ниже, медленнее, позволяя рассмотреть багровую чешую, блестящую в свете рассвета. На третьем круге порыв ветра от его крыльев сорвал ткани с верёвок, поднял пыль и заставил толпу пригнуться. После этого Карексес пошёл на снижение. Его когти коснулись земли с глухим ударом, от которого дрогнул камень. Дракон сложил крылья, но его хвост ещё лениво двигался, а из пасти вырывался горячий пар. Деймон Таргариен спрыгнул на землю легко и уверенно. Карексес сразу повернул к нему голову, и принц, не колеблясь, подошёл ближе, проводя ладонью по тёплой чешуе. — Хорошо летал, — тихо сказал он. Дракон выдохнул, обдав его жаром. — Мой принц! Деймон обернулся. У входа в логово уже ждали стражники. — Король ждёт вас. Он усмехнулся, но спорить не стал. Ему подвели коня, и через мгновение он уже сидел в седле, всё ещё в своей грубой деревянной короне. Они выехали в город. Королевская Гавань встретила его привычным хаосом. Узкие улицы наполнялись людьми, шум постепенно нарастал. В воздухе смешивались запахи дыма, рыбы, грязи и пота. Сточные канавы были переполнены, вода в них почернела. Дети бегали босиком по камням, не замечая ни холода, ни грязи. Женщины кричали с окон, мужчины уже пили, сидя прямо у дверей домов. Деймон смотрел на всё это молча. За эти годы город не стал лучше. Если быть честным — он стал хуже. Когда-то его племянник пытался навести здесь порядок: золото текло в казну, стража патрулировала улицы, а преступники боялись выходить из тени. Но стоило этому вниманию ослабнуть — и всё вернулось на круги своя. Грязь. Нищета. Хаос. Королевская Гавань снова стала той самой помойкой, какой была раньше. Деймон скривил губы. Его брату, казалось, до этого не было никакого дела. Визерис предпочитал уют своих покоев, общество молодой жены и радости семейной жизни заботам о городе и королевстве. Слишком мягкий. Слишком слепой. И слишком… отвлечённый. Деймон сжал челюсть. Каждый новый ребёнок королевы лишь сильнее расшатывал положение Рейнора. Это было очевидно любому, кто хоть немного понимал игру престолов. И уж тем более — ему. Он ни на мгновение не сомневался: Отто Хайтауэр не упустит этот шанс. Старый змей слишком долго ждал. Слишком терпеливо плёл свою паутину. И теперь, когда его кровь оказалась рядом с троном, он сделает всё, чтобы однажды посадить на него своего внука. В обход Рейнора. — Не выйдет, — тихо пробормотал Деймон. Он прекрасно помнил, как всё начиналось. Сначала попытка приблизить дочь к принцу. Не вышло. Тогда Отто пошёл другим путём. Более прямым. Более опасным. И, как оказалось, более успешным. Он отдал её королю. Деймон усмехнулся, но в этой усмешке не было ни капли веселья. — Хорошо сыграно, старик… — тихо сказал он. Но игра ещё не закончена. И он не собирался уступать. Тяжёлые ворота Красного замка медленно раскрылись. Деймон въехал внутрь, не сбавляя шага. Его взгляд был острым, почти хищным, а на губах играла лёгкая, опасная усмешка. Он спрыгнул с коня ещё до того, как тот полностью остановился, и, не оборачиваясь, направился внутрь замка. Каменные стены встретили его прохладой и полумраком. Шаги гулко отдавались под сводами. Он уже собирался подняться по лестнице к своим покоям, когда за спиной раздался голос: — Мой принц. Король приказал, чтобы вы немедленно явились в тронный зал. Деймон остановился. Медленно обернулся. В его глазах мелькнуло раздражение. — От меня всё ещё несёт драконом, — спокойно сказал он. — Я не предстану перед королём в таком виде. Не дожидаясь ответа, он развернулся и продолжил путь вверх по лестнице. В его покоях уже всё было готово. Служанки сновали по комнате, меняли постель, раскладывали чистую одежду. В воздухе витал лёгкий запах трав и горячей воды. Деймон, не обращая на них внимания, отстегнул ножны с мечом и бросил их на стол. Затем медленно начал снимать доспех — тяжёлый, пропитанный пылью, потом и дымом. Одна из служанок поспешила помочь, но он остановил её коротким жестом. — Оставь. Ему не нужна была помощь. Когда доспех был снят, он избавился и от остальной одежды и шагнул в ванну. Горячая вода обволокла тело, смывая с него пыль дороги, запах дыма и крови. Он закрыл глаза. На мгновение позволил себе расслабиться. Но ненадолго. Мысли всё равно возвращались к одному и тому же. Деймон взял ткань и провёл по плечам, смывая остатки грязи.Когда он вышел из ванны, служанки тут же подали полотенце и чистую одежду. На этот раз он не возражал. Он оделся быстро. Пояс с мечом лёг на привычное место, словно продолжение его самого. Он накинул плащ, провёл рукой по волосам и направился к двери. Деймон шёл по коридорам Красного замка, сжимая в руке свою деревянную корону. Грубая, неровная, вырезанная скорее из насмешки, чем из тщеславия, она всё же значила для него больше, чем золото и драгоценности — потому что её дали ему не лорды, а люди, прошедшие с ним кровь и огонь. На губах Деймона играла лёгкая, почти хищная усмешка. Он уже предвкушал лицо Визериса, когда тот увидит его — и не увидит рядом Рейнора. Король, без сомнений, ожидал увидеть сына. Наследника. Мальчика. Но Рейнор давно перестал быть мальчиком, и это мысль приятно грела Деймона. Его племянник рос быстро — слишком быстро для своего возраста. В нём было много от Бейлона их с Визерисом отца: серебряные волосы, мягкие черты, даже походка, но куда больше в нём было от их матери. Особенно взгляд. Деймон помнил этот взгляд ещё с детства — спокойный, глубокий, будто видящий насквозь, и в то же время полный жажды. В хрупком теле той женщины скрывался настоящий воин, и теперь тот же огонь жил в Рейноре. Иногда, когда тот смотрел так же прямо и холодно, у Деймона по спине пробегал неприятный холод — слишком знакомый, слишком живой. Этот мальчик мог стать кем угодно… но слабым — никогда. Подойдя к дверям тронного зала, Деймон на мгновение остановился, затем медленно надел корону. Створки распахнулись, и его встретил гул голосов и десятки взглядов. Зал был полон — лорды, рыцари, придворные дамы, все ждали зрелища. На Железном троне восседал Визерис, в руке его покоился Тёмное Пламя, словно напоминание о власти, которую он держал… и о той, которую постепенно терял. Рядом стояла Алисента в алом платье, и её спокойствие было слишком выверенным, чтобы быть искренним. Деймон скользнул по ней взглядом — коротким, холодным, почти презрительным — и пошёл вперёд, не удостаивая вниманием ни стражу, ни шёпот вокруг. Он остановился у подножия трона. Визерис смотрел на него долго, внимательно, будто пытаясь понять, с чем именно пришёл его брат — с покорностью или с вызовом. — Ты являешься ко мне в короне, — наконец сказал король. Деймон чуть склонил голову, но в его глазах не было ни тени покорности. — Народ сам короновал меня, — спокойно ответил он. — Меня зовут Королём Ступеней и Узкого моря. По залу прокатился тихий шёпот. Деймон позволил ему прозвучать, позволил всем прочувствовать момент, затем пожал плечами, словно это не имело особого значения. — Я лишь пришёл поприветствовать брата. Визерис уже открыл рот, но Деймон шагнул вперёд, не давая ему перехватить разговор. — Я знаю, что в Семи Королевствах есть только один король, — произнёс он чуть громче, чтобы услышали все. И, не отрывая взгляда от трона, медленно опустился на одно колено. Движение было плавным, почти ленивым — но в нём чувствовалась сила. Он протянул вперёд свою корону. — И он стоит передо мной. Корона и Ступени — ваши. Тишина в зале стала тяжёлой. Даже дыхание, казалось, замерло. Визерис поднялся с трона и начал спускаться вниз, не отрывая взгляда от брата. Он остановился перед ним, взял корону и на мгновение задержал её в руках, будто взвешивая не металл, а смысл этого жеста. Затем протянул Деймону руку. Тот принял её и поднялся. В следующее мгновение Визерис обнял его. Зал взорвался аплодисментами — громкими, почти облегчёнными, словно люди ждали именно этого исхода. Но для них двоих шум исчез. Визерис наклонился ближе, его голос стал тихим, почти резким шёпотом, лишённым всякой торжественности: — Деймон… ответь мне. Короткая пауза. — Где, во имя богов, Рейнор?

***

Высокий Прилив показался из утреннего тумана — башни замка поднимались над морем, освещённые мягким золотистым светом рассвета, а волны с шумом разбивались о скалы у его подножия. Сиракс первой вырвалась вперёд, её золотые крылья разрезали воздух, и она пронеслась над Морским Дымом, почти касаясь его крылом, словно дразня. Серебристый дракон недовольно взревел и резко ускорился, пытаясь обойти её с боку, но Сиракс не уступила, только сильнее вытянула шею и рванула вперёд, словно играя в гонку, которую не собиралась проигрывать. Рейнор усмехнулся, чувствуя её азарт. — Даже не думай проигрывать, девочка, — тихо сказал он, похлопав её по чешуе. Когда впереди показался замок, Сиракс резко пошла на снижение, и ветер ударил в лицо с новой силой. У драконьего логова уже лежала Мелеис — алая королева. Она подняла голову, встречая их глубоким гулким звуком, от которого по спине пробегала дрожь. Морской Дым ответил ей громким, почти вызывающим рёвом, словно напоминая о себе. Через мгновение оба дракона тяжело приземлились, камень под их лапами дрогнул, а воздух наполнился запахом дыма и жара. За эти годы на воле они заметно выросли — шире в крыльях, тяжелее, опаснее. Рейнор быстро отстегнул ремни и спрыгнул на землю, чувствуя, как после полёта немного кружится голова. Сиракс тут же потянулась к Мелеис, мягко толкнув её мордой, и он только закатил глаза, услышав тихий смешок Лейнора. — Она скучала, — заметил тот, спрыгивая со своего дракона. — Или просто хочет показать, кто здесь главная, — усмехнулся Рейнор. Они вместе направились вниз по тропе к замку, и шаги их эхом отдавались между скал. — Эй! Вы двое! Звонкий голос раздался раньше, чем они увидели её. Лейна бежала им навстречу, приподняв подол платья, чтобы не споткнуться, волосы развевались за спиной, а лицо сияло такой искренней радостью, что Рейнор невольно улыбнулся. Не сбавляя шага, она влетела в них и обняла сразу обоих, крепко, почти до боли. — Я так рада вас видеть! — засмеялась она, не отпуская. — И что вы живы, наконец-то! Она прижалась к Лейнору сильнее, будто боялась, что он исчезнет, если ослабит хватку. — Ты пропал на целую вечность! — Всего несколько лет, — усмехнулся он. — Для меня — вечность, — упрямо ответила она и только потом отпустила его. Рейнор не стал ждать — он подхватил её и закружил, легко, будто она ничего не весила. — Кузина, — сказал он с улыбкой, — я тоже скучал. Особенно по твоему острому языку. — Конечно, — фыркнула она, закатывая глаза, но улыбка никуда не делась. Когда он поставил её на землю, разница в росте сразу стала заметна — он был выше её больше чем на голову, хотя Лейна и сама была высокой. Она посмотрела на него внимательнее… и вдруг нахмурилась. — Боги… Рейнор, что это? Её пальцы осторожно коснулись шрама на его брови. Он лишь слегка улыбнулся, будто это была пустяковая вещь. — Говорят, шрамы украшают мужчину. — Кто это тебе сказал? — прищурилась она. Лейнор усмехнулся, скрестив руки. — Наш кузен стал ещё красивее. Даже с этим шрамом. — О, замолчи, — бросил Рейнор, но без злости. Лейна покачала головой, но в её взгляде читалось облегчение — настоящее, живое. Она ещё раз быстро обняла его, уже тише, почти осторожно. — Пойдём, — сказала она наконец, отступая на шаг. — Мама ждёт вас. И, не дожидаясь ответа, схватила их за руки и потянула за собой к замку.Лейна шла впереди, почти таща их за собой, но, не выдержав, резко остановилась и развернулась к ним лицом, складывая руки на груди. В её глазах уже плясал знакомый огонёк. — Я жду, — сказала она с притворной строгостью. — Чего именно? — лениво протянул Лейнор. — Рассказа, конечно же, — фыркнула она. — Вы двое там воюете, с драконами, с пиратами, а мне что остаётся? Читать скучные письма? — Мы, между прочим, писали, — заметил Лейнор. — Писали, — передразнила она, сморщив нос. — Письма! Она махнула рукой, будто отгоняя что-то ненужное. — Я хочу слушать. О доблести. О сражениях. О том, как вы героически всех побеждали… Она чуть наклонилась ближе и с хитрой улыбкой добавила: — И можете даже побольше упоминать о нашем «Порочном принце». Лейнор закатил глаза. — Боги, Лейна… А Рейнор тихо усмехнулся и подмигнул ей. — Осторожнее, кузина. Если будешь слушать слишком внимательно, сама захочешь на войну. — Я и так хочу, — тут же ответила она, не задумываясь. Лейнор тяжело вздохнул. — Конечно, хочешь… — Мне куда интереснее другое, — внезапно сменил тему Лейнор, его голос стал более серьёзным. Лейна сразу насторожилась. — Что? Он нахмурился, бросив взгляд сначала на неё, потом на Рейнора. — Где наша младшая сестра? Короткая пауза. — И какого черта… — продолжил он уже тише, но с явным раздражением, — она ни разу не прислала мне ни одного письма? Он ткнул пальцем в Рейнора. — Ему писала. Потом в себя. — А родному брату — нет? Лейна невольно улыбнулась, но быстро попыталась скрыть это, поджав губы. — Она писала, — сказала она осторожно. — Не мне, — резко ответил Лейнор. — Ты просто слишком редко отвечаешь, — парировала она. — Это не повод забывать о моём существовании, — фыркнул он. Рейнор тихо усмехнулся, наблюдая за ними. — Возможно, — сказал он спокойно, — она просто знает, кому писать, чтобы получить ответ. Лейнор бросил на него взгляд. — Очень смешно. — Я и не шучу, — пожал плечами Рейнор. Лейна рассмеялась. — О, боги, вы оба невыносимы. Она покачала головой, но в глазах у неё всё ещё плясал смех. — Пойдёмте уже, пока вы тут не начали ссориться как дети. Идя по коридорам Высокого Прилива, где каменные стены хранили прохладу, а шаги гулко отдавались под сводами, Лейна вдруг снова схватила обоих за руки, словно боялась, что они исчезнут, если отпустит. — Рейнор, — сладко протянула она, повернув к нему голову, — скажи, тебе же не терпится увидеть свою младшую сестру? Он едва заметно напрягся. — Спустя четыре года, — продолжила она, с улыбкой наблюдая за его реакцией, — поверь мне… она само очарование. Такая маленькая, такая милая… иногда мне кажется, что если бы я могла, я бы её просто съела. Рейнор тихо усмехнулся, но в груди уже начинало сжиматься. — Кузина, ты как всегда… проницательна, — ответил он. Но его голос был чуть тише обычного. Сердце билось быстрее. С каждым шагом. Они подошли к дверям зала Девятерых. Лейна отпустила их руки и, не скрывая своей радости, толкнула тяжёлые двери. Они распахнулись. И в этот момент Рейнор почувствовал, как сердце начинает стучать так громко, будто его могут услышать все вокруг. Они вошли. Зал был просторным, наполненным мягким светом, проникающим через высокие окна. Воздух был тёплым, спокойным, почти домашним — резко отличался от холода каменных коридоров. Они сделали несколько шагов вперёд, обходя зал по кругу. И Рейнор остановился. Его взгляд сразу нашёл её. Чёрные волосы. Принцесса Рейнис. Она стояла чуть в стороне, и рядом с ней… Рейнор задержал дыхание. Мир на мгновение словно сузился до одной точки. Принцесса Рейнис улыбнулась, её взгляд был тёплым и спокойным. — Добро пожаловать домой. На её руках сидела девочка, уткнувшись лицом ей в плечо, будто прячась от всего мира. Рейнис мягко опустилась на колено и осторожно поставила её на пол, затем что-то тихо прошептала ей на ухо. Девочка на мгновение обернулась в их сторону… но тут же снова спрятала лицо, прижавшись к Рейнис. — Алисса, — мягко позвала та, её голос был почти шёпотом. Девочка снова повернулась. На этот раз — внимательнее. Она сделала несколько маленьких шагов вперёд, неуверенно, будто боялась, но всё же шла. Подняла голову… и её взгляд встретился с взглядом Рейнора. Он замер. Она была… прекрасна. Серебряные волосы мягко спадали на плечи, чуть темнее у корней, словно в них смешалась кровь двух домов. Глаза — глубокие, тёмно-фиолетовые, почти синие в этом свете — были отцовскими. Но выражение… доброта, тихая мягкость — это было от матери. Рейнор не мог отвести взгляд. В груди что-то болезненно сжалось. Девочка сделала ещё шаг. Потом ещё один. И вдруг, словно вспомнив, чему её учили, остановилась, выпрямилась и сделала аккуратный реверанс. — Я Алисса из дома Таргариен, — тихо, но старательно произнесла она. — Приветствую вас, брат Рейнор. Он не сдержал улыбки. Медленно опустился перед ней на одно колено и раскрыл руки. — Иди сюда. Алисса на мгновение замерла… затем осторожно подошла ближе. Её шаги были маленькими, но уверенными. И вдруг — она обняла его за шею. Рейнор замер на долю секунды. А потом крепко прижал её к себе.

***

Алисса уснула у него на руках. Рейнор осторожно поднялся, стараясь не разбудить её, и перенёс на кровать. Она едва заметно шевельнулась, но не проснулась, только глубже уткнулась в подушку. Он на мгновение задержался, поправил одеяло и тихо выдохнул. Это было правильное решение. Просить помощи у тётки. Иначе он бы не справился. Он ещё раз посмотрел на сестру, затем тихо вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь. Коридоры Высокого Прилива встретили его прохладой и тишиной. Шаги глухо отдавались по камню, пока он спускался по лестнице и направлялся в зал Девятерых. Там его уже ждали. Лейна стояла у окна, сложив руки на груди, а Лейнор лениво опирался о стол. В его руках был меч Рейнора в ножнах. — Может, отдохнёшь, кузен? — спросила Лейна, едва он вошёл. Рейнор покачал головой. — Сожалею, моя милая кузина, — спокойно ответил он. — Чем быстрее я получу своё наказание, тем быстрее смогу его выполнить. Он сделал шаг вперёд. — А потом покину Королевскую Гавань. Драконий Камень… с шестнадцати лет принадлежит мне. Лейнор усмехнулся и подмигнул. — Уже делишься планами, не дождавшись разрешения? Он подошёл ближе и протянул ему пояс с мечом. Рейнор принял его. Лейнор тут же помог закрепить ремни. Рана неприятно тянула, но уже не так, как раньше. — Может, всё же мейстеру тебя показать? — спросил Лейнор. Рейнор резко дёрнул пояс, затягивая его сильнее. — Не нужно. Тон был таким, что дальше спрашивать не хотелось. Лейнор только цокнул языком и замолчал. Рейнор наклонился к Лейне, собираясь что-то сказать— И в этот момент воздух рассёк свист. Что-то пронеслось мимо. С глухим ударом. Все трое резко обернулись. В деревянной колонне, всего в нескольких сантиметрах от лица Лейнора, дрожал клинок — метательный нож с тёмной рукоятью. Повисла тишина. Рейнор медленно повернул голову в сторону, откуда он прилетел. Он уже знал. — Ну что, брат… — раздался знакомый голос. — Я могу забрать у тебя реванш? Джозелин. Она стояла на ступенях у Плавникового трона, легко, почти небрежно, словно всё происходящее было игрой. В руках у неё был короткий меч, а на поясе висели ещё ножны. Её глаза блестели. Она вытащила клинок из ножен и крутанула его в руке. — Или ты всё ещё занят нянчиться? Лейнор фыркнул. — Ты чуть мне нос не отрезала! — Чуть — не считается, — спокойно ответила она. Рейнор медленно выпрямился. И впервые за всё это время по-настоящему улыбнулся. — Джозелин… Теперь стало интересно.Лейнор вытащил меч из ножен и усмехнулся. — Покажи, на что ты способна, младшая сестра. — О, с удовольствием, — тут же ответила Джозелин, делая шаг вперёд. — Ставлю пять золотых на Джозелин, — лениво протянула Лейна, опираясь на плечо Рейнора. — Она, между прочим, очень хороша с мечом. Рейнор ничего не ответил. Он не отрывал взгляда от Джозелин. За эти годы она сильно изменилась. В свои пятнадцать она уже была выше Лейны почти на полголовы, хотя та и сама была высокой. Движения стали уверенными, лёгкими, без прежней детской резкости. Её волосы — чёрные, как воронье крыло — теперь спадали волнами, и среди них местами пробивались серебристые пряди. Глаза горели. В них не было сомнений. Только азарт. — Начали, — тихо сказал Рейнор. И бой вспыхнул мгновенно. Джозелин первой пошла в атаку. Резкий выпад. Лейнор легко отбил удар, но она не остановилась — сразу же перевела клинок в сторону и ударила снизу. Сталь зазвенела. — Быстро, — хмыкнул Лейнор. Она ответила молча. Удар. Ещё один. Связка. Она двигалась стремительно, почти не давая ему пространства для манёвра. Лейнор отступил на шаг. Потом ещё. — Неужели это всё? — усмехнулся он. В следующий момент он резко контратаковал. Сильный удар сверху. Джозелин отбила, но сила удара заставила её отступить. И тут Лейнор сделал то, чего она не ожидала — выбил меч из её руки. Клинок с глухим звуком отлетел в сторону. — Всё? — усмехнулся он. Но Джозелин уже двигалась. Она резко ушла в сторону, скользнула мимо него и сделала подсечку. Лейнор не удержался. На мгновение потерял равновесие. Этого было достаточно. Она проскользнула за его спину, подхватила свой клинок у колонны и, развернувшись, снова пошла в атаку. Быстро. Точно. Она нанесла удар — он отбил. Ещё один — он ушёл. Но на третьем она просто пнула его в бок. — Эй! — выдохнул он. Он быстро восстановился и, воспользовавшись моментом, перехватил её за запястье. Рывок. Разворот. И вот уже его клинок у её горла. Лейнор победно улыбнулся. — Ну что, младшая сестра? Победа моя. Лейна тихо рассмеялась за спиной Рейнора. Но Джозелин даже не вздрогнула. Она стояла спокойно. Слишком спокойно. Лейнор нахмурился. — Ты слишком уверен, — тихо сказала она. И в этот момент Рейнор заметил. Её вторая рука. Клинок. Прямо у бедра Лейнора. Опасно близко. Очень. Джозелин едва заметно улыбнулась. И резко дёрнула руку вверх. Лейнор замер. — …чёрт. Лейна уже не сдерживала смех. А Рейнор только усмехнулся. — Ничья, — спокойно сказал он. Лейнор убрал меч, и в тот же миг Джозелин отпустила кинжал — сталь звякнула о каменный пол. Но она даже не посмотрела на него. В следующую секунду она уже была рядом, обвила руки вокруг шеи Лейнора и буквально запрыгнула на него. — Наконец-то! — выдохнула она. Лейнор только рассмеялся и крепко прижал её к себе, легко удерживая, будто она ничего не весила. Рейнор наблюдал за ними молча. Он давно понял одну простую истину: как бы Джозелин ни пыталась это скрыть, больше всего на свете она любила Лейнора. В каждом её письме, которое он получал, почти всегда было одно и то же — «как он?», «где он?», «он жив?». И будь он проклят, если ошибался. Джозелин наконец отпустила его, но не отошла далеко. — Ты стал медленнее, — фыркнула она. — А ты — наглее, — тут же ответил Лейнор. — Это называется мастерство. Она развернулась и подошла к Рейнору. Тот раскрыл руки, и она без колебаний обняла его. Он прижал её к себе, чуть крепче, чем собирался. Она действительно выросла. Теперь она доставала ему почти до подбородка — слишком высокая для своих лет, слишком уверенная, слишком… Таргариен. — Кузен, — сказала она тихо. Рейнор провёл рукой по её волосам, слегка растрепав тёмные пряди с серебристыми отблесками. — Кузина, — ответил он с лёгкой улыбкой. Она отстранилась, но не сразу, будто не хотела отпускать. Лейна, наблюдая за этим, только усмехнулась: — Боги, вы все такие драматичные. Лейнор фыркнул: — Ты просто завидуешь. — Конечно, — спокойно ответила она. — Мне тоже хочется, чтобы меня так встречали после войны. Джозелин закатила глаза, но улыбка всё равно не исчезла.

***

Королевская Гавань. Поздняя ночь. Визерис сидел в своих покоях, склонившись над макетом Старой Валирии. Маленькие башни и улицы, вырезанные из дерева и камня, тянулись перед ним, как призрак утраченного мира. В свете свечей всё это казалось почти живым. Он осторожно передвигал одну из башен, погружённый в свои мысли. Сон не шёл. В последнее время он приходил всё реже. Визерис тихо выдохнул, потёр виски и снова вернулся к работе — к тому единственному, что приносило ему хоть какое-то спокойствие. Стук в дверь разорвал тишину. Он замер. Медленно поднял глаза. — Войдите. Дверь открылась, и в покои вошёл стражник. Он поклонился. — Ваша Светлость. Визерис устало посмотрел на него. — Что ещё могло случиться в такой час? Стражник на мгновение замялся. — Мой король… Сиракс недавно приземлилась в Драконьем логове. Визерис замер. На секунду в комнате стало абсолютно тихо. Он не сразу ответил. Будто не поверил. — Сиракс?.. — тихо переспросил он. В его глазах мелькнуло что-то — тревога, надежда, страх. Он резко поднялся. — Приведите моего сына. Короткая пауза. — К черепу Балериона. Его голос стал твёрдым. И в нём больше не было усталости. Визерис резко поднялся и, не сказав больше ни слова, вышел из покоев. Он шёл быстро, почти не разбирая дороги, и стража лишь поспешно расступалась перед ним. Коридоры Красного замка тянулись один за другим, свечи дрожали от сквозняка, а шаги короля гулко отдавались в камне. Он не остановился ни разу — ни чтобы перевести дыхание, ни чтобы подумать. Лишь когда он начал спускаться вниз, под замок, туда, где воздух становился холоднее и тяжелее, его шаг замедлился. К драконьим останкам. К черепу Балериона. Когда он вошёл в зал, тишина обрушилась на него, словно волна. Огромный череп Чёрного Ужаса возвышался в полумраке, его пасть была приоткрыта, а пустые глазницы смотрели в никуда — или во всё сразу. Визерис остановился. Медленно поднял взгляд. И на мгновение перестал быть королём. Он снова был мальчиком. Он помнил жар дыхания Балериона. Помнил, как дрожала земля под его шагами. Помнил страх — и восхищение, которые невозможно было разделить. Тогда казалось, что драконы вечны. Что сила Таргариенов — неоспорима. Что всё это никогда не закончится. Тихий звук шагов за спиной разрушил воспоминание. Визерис не обернулся. — Скажи мне, Рейнор… — произнёс он негромко, но в тишине слова прозвучали отчётливо. — Что ты видишь, когда смотришь на драконов? Шаги приблизились. Остановились. Пауза. Только дыхание. Только тишина. Визерис медленно повернулся. И увидел его. Сын. Он вырос. Это было видно сразу. Плечи стали шире, движения — увереннее, а в глазах исчезла детская растерянность. Вместо неё там была сталь. Слишком рано. Слишком резко. Взгляд Визериса остановился на шраме у брови. Небольшом. Но заметном. И что-то в его груди болезненно сжалось. — Ответь мне, — повторил он. Рейнор чуть наклонил голову, будто обдумывая слова. — Я вижу нас, отец. Визерис внимательно всмотрелся в него. — Объясни. Рейнор сделал шаг вперёд. — Многие говорят, что Таргариены ближе к богам, чем к людям, — начал он спокойно. — Но это ложь. Он поднял взгляд. — Без драконов мы ничем не отличаемся от остальных. Тишина стала глубже. — Мы связываем с ними свои жизни. Свою кровь. Свою судьбу. Мы не просто управляем ими… мы становимся с ними единым целым. Он на мгновение замолчал. — Когда я смотрю на дракона… я вижу не зверя. Я вижу то, что делает нас сильнее всех остальных. Визерис кивнул. Медленно. — Хорошо сказано. Но в его голосе уже не было прежней мягкости. Он сделал шаг ближе. — Именно поэтому каждый король должен это понимать. Его взгляд стал жёстче. — А ты — нет. Пауза. — Ты ослушался меня. Слова прозвучали тихо, но тяжело. — Ты не подчинился приказу. Оставил столицу без дракона… и отправился на войну, в которую я тебя не посылал. Рейнор не отвёл взгляда. — Это была моя война. Визерис резко нахмурился. — Это было моё решение. Они стояли друг напротив друга. Как равные. И это злило короля больше всего. — Я должен был лишить тебя титула наследника, — сказал он. Тишина. Даже воздух будто застыл. — Но трон… по праву твой. Эти слова дались ему тяжелее. Он медленно выдохнул. Визерис на мгновение замолчал, словно собираясь с мыслями, затем его голос стал тише, глубже — в нём появилась память. — Когда ты родился… ты был очень слаб. Он отвёл взгляд, будто снова видел тот день. — Если честно, мейстеры не верили, что ты выживешь. Они говорили, что ты не проживёшь и нескольких дней. Пауза. — На следующий день прилетел твой дед… Бейлон. Прямо с Драконьего Камня. Визерис едва заметно улыбнулся. — Я никогда не видел его таким. Он был в восторге, когда взял тебя на руки. Сказал, что в тебе есть сила… даже если мы её ещё не видим. Он перевёл взгляд на сына. — Он положил в твою колыбель золотое яйцо. Короткая тишина. — Когда пришло время дать тебе имя, мы с твоей матерью хотели назвать тебя Эйгоном. Лёгкая тень прошла по его лицу. — Но твой дед пришёл в ярость. В голосе мелькнуло что-то похожее на уважение. — Он сказал, что такой принц… и будущий король не может быть вторым с этим именем. Визерис сделал шаг ближе. — И тогда он дал тебе имя Рейнор. Он смотрел прямо в глаза сыну. — В честь королевы Рейнис Таргариен. Первой своего имени. Тишина. — Он сказал, что ты будешь таким же сильным. Таким же… непокорным. Визерис выдохнул. — Он пророчил тебе великое будущее. Его голос стал тише. — И хотел научить тебя всему, что знал сам. Он замолчал. И в этой тишине было больше, чем в словах. Визерис достал кинжал. Лезвие блеснуло в тусклом свете. Он на мгновение задержал его в руке, затем медленно подошёл к свечам и провёл сталью сквозь пламя. Огонь отразился на металле, словно оживляя его. Король смотрел на клинок, будто видел в нём нечто большее, чем просто оружие. Затем он продолжил говорить. — Потому что я больше не понимаю, кем ты становишься. Он сделал шаг ближе и протянул кинжал вперёд. Не угрожая. Но и не просто так. — Ты идёшь по опасному пути, сын. Его голос стал тише. — И если ты не остановишься… я не смогу тебя спасти. Рейнор не отступил. Он смотрел прямо в глаза отцу. — Я могу постоять за себя сам, отец, — спокойно ответил он. — Этот мир жесток. И я знаю это не понаслышке. Он сделал шаг вперёд. — Доверие нужно заслужить. Клятвы лордов и леди изменчивы. В любой момент они могут всадить нож в спину. Его голос стал твёрже. — Я хочу, чтобы народ видел меня настоящего. Чтобы, если придёт время… я не боялся оседлать Сиракс и встать в бой, защищая своё наследие. Визерис долго смотрел на него. Потом медленно кивнул. — Всё-таки… ты больше похож на своего деда, чем я думал. Он сделал ещё один шаг и протянул кинжал. Лезвие уже остыло, но на нём всё ещё играли отблески огня. Рейнор взял его. Пальцы сомкнулись на рукояти. И в этот момент слова сами всплыли в его памяти. Старые. Знакомые. Из прошлой жизни. Он знал их. — От моей крови родится принц, который был обещан… — тихо произнёс он. — И его будет Песнь Льда и Пламени. Визерис резко поднял взгляд. — Сон Эйгона, — сказал он. Его голос стал почти шёпотом. — Эйгон Завоеватель видел сон… который заставил его завоевать Вестерос. Не из жажды власти. Он посмотрел на череп Балериона. — Как Дейнис предсказала гибель Валирии… так и Эйгон увидел гибель мира людей. Тишина. — С севера придёт тьма. Холод. То, что нельзя победить в одиночку. Он перевёл взгляд на сына. — Чтобы выжить… Вестерос должен объединиться. Пауза. — И на Железном троне должен сидеть Таргариен. Он сделал ещё шаг ближе. — Эту тайну передали мне. — И теперь… я передаю её тебе. Его голос стал твёрдым. — Ты передашь её своему сыну. — Как и все мы… из поколения в поколение. Тишина стала глубокой. — Ты мой наследник, Рейнор. Взгляд Визериса был тяжёлым. — И этого… никто не изменит.Визерис долго смотрел на сына, затем тяжело выдохнул и отвёл взгляд. — А теперь иди, — сказал он тише. — Тебе нужно отдохнуть. Рейнор не сдвинулся с места. — Завтра, — продолжил Визерис, будто не замечая его взгляда, — я отправлю ворона. Я призову лорда Корлиса… и принцессу Рейнис ко двору. Он сделал паузу. — С их старшей дочерью. Рейнор сразу понял. Его пальцы невольно сжались на рукояти кинжала. — Отец— — И если боги будут милостивы, — перебил его Визерис, — она станет твоей королевой. Тишина. Слова прозвучали как приговор. Рейнор сделал шаг вперёд, готовый возразить, но Визерис даже не дал ему открыть рот. Он поднял руку. — Это твоё наказание. Голос короля стал жёстким. — И оно не обсуждается, Рейнор.