Глава 14. Слой грима

Ночь после "Клетки" была тихой, но это была тишина перед обвалом. Мое плечо горело — Лавэй все-таки задел меня, когда я блокировал его удар, и теперь там расцветал безобразный иссиня-черный синяк. В оригинале Рико бы выплеснул эту боль на Жана. Я же просто сидел на полу своей комнаты, прислонившись спиной к холодной стене, и пытался не думать о том, как сильно меня тошнит от этого места. Дверь ванной открылась. Нил вышел оттуда, окутанный паром, в растянутой черной футболке. Он выглядел... живым. Измотанным, злым, но живым. — У тебя кровь на джерси, — сказал он, останавливаясь в паре шагов. — Ерунда. Царапина. Нил молча подошел к шкафчику, достал аптечку и сел на пол напротив меня. Его движения были точными, почти механическими — привычка человека, который всю жизнь штопал себя сам в дешевых мотелях. — Сними это, — скомандовал он. Я не стал спорить. Стащил через голову черную ткань, шипя от боли, когда она задела плечо. Нил замер, рассматривая мои татуировки — эту проклятую единицу и символы клана. Но его взгляд задержался не на них, а на свежей гематоме. — Ты подставился под Лавэя специально, — Нил начал обрабатывать ссадину антисептиком. Его пальцы были холодными. — Зачем? Я бы увернулся. — Ты бы увернулся один раз. На второй он бы тебя достал. Мне нужно было показать им, что за каждый удар по тебе они будут иметь дело со мной. Это... инвестиция в дисциплину. — Ты лжешь даже самому себе, — Нил поднял глаза. — Ты сделал это, потому что тебе было тошно смотреть, как его клюшка летит в мое колено. Я промолчал. Сложно спорить с тем, кто видит тебя насквозь. — Жан прислал сообщение, — Нил заклеил пластырь и начал убирать бинты. — Тэцудзи заперся у себя. Он звонил кому-то. Не Ичиро. Кому-то из "старой гвардии" клана в Японии. Похоже, он хочет признать тебя... нестабильным. — Старая песня, — я откинул голову назад, закрывая глаза. — Если он докажет Ичиро, что я "сломался", меня просто заменят. Найдут другого племянника, другого "Короля". — Я не дам им этого сделать, — голос Нила прозвучал тихо, но в нем было столько веса, что я невольно открыл глаза. — Вот как? И что сделает беглый нападающий против целого клана якудза? Нил усмехнулся — впервые за все время, и это была опасная, хищная улыбка Натаниэля Веснински. — Я умею исчезать. Но я также умею делать так, чтобы исчезали другие. Если Тэцудзи станет слишком большой проблемой... я напомню ему, чья кровь течет в моих жилах. Мой отец научил меня не только бегать, Рико. В этот момент я понял, что мой план по «очеловечиванию» Нила работает слишком хорошо. Он больше не был жертвой. Он становился союзником. — Не торопись с мокрыми делами, Абрам, — я протянул руку и слегка толкнул его в здоровое плечо. — У нас есть еще один козырь. Завтра прилетает пресса для официальной фотосессии сезона. И там будет один человек, которого Тэцудзи боится больше, чем Ичиро. — Кто? — Журналистка, которая когда-то знала правду о матери Кевина. Если мы дадим ей правильную зацепку, "Гнездо" станет слишком публичным местом для убийств. Нил внимательно посмотрел на меня, убирая аптечку. — Ты играешь с огнем. — Я в нем живу с тех пор, как очнулся в этом теле, — ответил я, вставая. — Спи. Завтра нам нужно выглядеть как идеальная команда. Нанесем побольше грима на наши грехи.