2. Царица

Она вошла в съемную квартиру, которую ей оформили пару дней назад на работе. Все документы «чистые», оформлены на её новую личность. Офисные специалисты занимались документами так, будто от этого зависела не жизнь Ангелины, а их собственная. Изосимова принципиально отказалась менять свое имя на чужое, хоть ей и читали лекцию длинной в сорок пять минут о важности конспирации. Смена имени — самый важный пункт в работе под прикрытием, ведь первым делом объект слежки пробивает своих новых знакомых, что появляются в его окружении. Но перечить Ангелине не решился ни один специалист.  Итогом стала новая личность по имени Андреева Ангелина Юрьевна. Возраст: 35 лет.  Статус: не замужем.  Место работы: ломбард в г. Санкт-Петербург. В рамках подготовки операции личное дело Ангелины было засекречено во всех сферах Федеральной службы. Почищены любые упоминания майора в статьях, новостях, публичных мероприятиях. Её личность была просто стерта. Изосимовой Ангелины больше не существовало. Только Андреева.  В квартире был отличный интерьер, хоть выбирать и ее не пришлось. Вещи женщина уже успела перевести, оформила её так, будто действительно хотела жить в ней. Перевезла свои атрибуты, который делали квартиру живой, чтобы приятно было находиться там на время этой спецоперации.  Квартира была на одной лестничной площадке с личной квартирой Барона. Это им удалось узнать в последний момент. Так и возник план «сближения» с подозреваемым.  Новая личность Ангелины представляла из себя женщину, которая уехала от гражданского мужа в другой район. Её основная деятельность — курирование ломбардов. Этот пункт Изосимова подбирала сама, она должна быть профессионалом во всем: в своей профессии майора она уже преуспела, но наглое действительно занималась ломбардами. Правда скрыла это от службы безопасности, что штудировала их личные дела. Поэтому новая работа была у Ангелины вовсе не «новая», и в случае допроса от объекта она могла обширно пересказать ему все «прелести» профессии.  Личностные качества ФСБ разрешили не менять, согласно плану, именно её характер должен зацепить Максима Левина. На этом пункте она закатывала глаза. Ей не по статусу было «цеплять» мужчин, но формулировка не была основной проблемой. Проблемой была вся ситуация, в которой она оказалась.  Первую встречу планировать не стали. Должно было получится естественно. На это ответили целый месяц. Ангелина должна каждый день ходить на работу: с утра подольше находиться в общем элитном подъезде, вечером тоже не спешить заходить домой. Прикуривать сигарету у входа в подъезд, не спеша подниматься на третий этаж пешком. Проверять почту на первом этаже. В общем, находить на общей с Бароном территории как можно дольше, чтобы спровоцировать случайную встречу.  Но Ангелина еще тогда решила, что месяц — это слишком долгий срок. Она его обязательно сократит. И оповещать об этом не посчитала нужным. Она — главная в этой операции, это она наживка. Хоть что-то то имеет право сделать, не спрашивая руководство.  В третий день своего переезда она решила действовать. Оделась так, будто собиралась порвать мир напополам. Черная атласная блузка с вырезом, обтягивающие джинсы того же цвета и сапожки на каблуке. Волосы трогать не стала, просто про сушила и уложила на фен. Макияж тоже сделала собственный: черные графичные стрелки, который подчеркивали глаза, нюдовая помада и немного блеска на глаза. Накинула сверху кожаную куртку, сентябрь уже дал о себе знать своей прохладой и переменчивой погодой.  Съездила на свою воображаемую работу. Ей выделили там целый кабинет и даже дали право подписи. И у нее был секретарь — настоящий директор ломбарда, который приносил документы на подпись со-владельцу компании.  Ангелина зашла бар после работы. Он был недалеко от новой квартиры, которая располагалась в элитном жилом комплексе Петербурга. Заказала себе пару коктейлей, да таких, чтобы был аромат поярче. Напиваться она не собиралась, но дышать алкоголем было нужно. Выпила «мохито» и «секс на пляже», оплатила наличными и дала бармену на чай. Как только почувствовала легкое головокружение — отправилась на первую встречу. Бедный Барон даже не подозревал о том, что его ждет.  Изосимова, вернее теперь Андреева, шатаясь, дошла до своего подъезда. По плану закурила сигарету, смотря куда-то вдаль. Набирала воздух глубоко в легкие и сделала шаг вперед. С этого момента игра началась. Она вошла в подъезд, еле перебирая ноги. Медленно поднялась, держась за серые железные перила. Окинула взглядом лестничный пролет: все чисто. По собственному плану начала напевать. Тоже было отличным вариантом, ведь голос у Ангелины низкий, бархатный. Мужчины сходили с ума. Это был а-ля её козырь.  — Мальчик поплыл, мальчик попааал, — протягивала она строчку за строчкой в подъезде.  Акустика была то что надо. Казалось, её голос проник в каждую квартиру вдоль пяти этажей. Это она и планировала. Вызвать интерес. Дошла до своей квартиры. Начала искать ключи в большой женской сумке.  — Теперь он пьяный по твоей винеее, — протянула она уже чуть тише, — царицаааааа.  Ангелина рассмеялась сама с себя. Подучилось натурально. Все еще играла в то, что не могла найти ключи. Оперлась спиной на стену, скинула кожаную куртку — необходимо было произвести впечатление сразу. Ведь было же чем. Это она скрывать не собиралась.  Уронила сумку. Следующий шаг в действии. Она играла так, будто уже минимум шесть раз была в роли агента под прикрытием. Сумка с громким грохотом упала на пол.  — Блять такая, — выругалась Ангелина.  Подняла её с пола и продолжила искать ключи. Нашла. Достала связку ключей, но снова уронила. Еще один шаг к цели. Хихикая подняла. Подошла к своей двери и начала пытаться открыть её. Естественно не получалось. Снова громко выругалась.  — Ммм, — промычала она, когда в основной раз не получилось вставить ключ в замочную скважину. Обернулась на дверь Барона. Пора было переходить к основному этапу её тщательно спланированного спектакля. Подошла к его двери, нажала на звонок. Противная мелодия полилась до хозяина квартиры. Он был дома, это она знала точно. Во-первых, ей отправили график его «работы», поставили жучок возле двери, чтобы отслеживать движения. Во-вторых, она банально увидела включенный свет с улицы, когда курила у подъезда.  Послышались шаги за дверью. Ангелина приготовилась. Для убедительности алкогольного опьянения нажала еще раз на звонок. Максим открыл дверь. На лице читалось раздражение. Час был не поздний, но такому беспокойству он был явно не рад, что и выражал на своем лице. Поднял одну бровь наверх, когда увидел перед собой женщину, что едва стояла на ногах. Ангелина попыталась выпрямится, как бы наверняка сделала, если бы была в стельку пьяная. Барон оглядел её с ног до головы, задержал взгляд на лице, а не на зоне декольте, как планировала Ангелина.  — Привет, а-ээ, здравствуйте! — начала Ангелина, — я ваша новая соседка.  Хихикнула и показала на свою дверь. Максим не повернул головы. Пристально смотрел, что же необходимо этой женщине.  — Добрый вечер, — поздоровался прилично он. — У меня тут проблема, знаете, — хихикнула глупо Ангелина, — я не могу эээ, не получается попасть. Ключи! Открыть дверь в общем.  Изосимова состроила для него щенячьи глазки. Улыбнулась своей широкой улыбкой, которую обычно не доводилось видеть никому из коллег.  Она впервые смотрела на Левина вживую. Точь-в-точь как с фотографии. Суровый. Брутальный. Жестокий. Со своим «фирменным» шрамом сбоку от лица. Он был в черной футболке и таких же шортах. Расслаблен. Она тихонько заглянула ему за спину: пыталась понять, есть ли кто-то еще в квартире, есть ли там животные. Или может у него там гости. Но никаких признаков всего выше перечисленного не нашла. Вернула взгляд ему на лицо. Снова глупо улыбнулась.  — Не могли бы вы мне помочь, — протянула кокетливо она. Получилось практически искренне.  Барон вздохнул, но не отказался. Надел тапочки, которые стояли у дверного коврика. Пока он отворачивался, чтобы попасть в них ногами, Ангелина снова бросила взгляд в его квартиру. В коридоре стоял комод, на нем были ключи, видимо от квартиры, какая-то фотография в рамке. Рядом висели крючки для одежды: там она увидела мужские куртки, кожаную, коричневое пальто и кепку. Женских вещей в его коридоре не было. Как и женской обуви.  Максим вышел из квартиры, прикрыл дверь. Еще раз бросил взгляд на Ангелину. В этот раз на секунду остановил взгляд на женских бедрах.  — Ага, — подумала Ангелина, — любитель задниц значит. Запомним.  Изосимова снова кокетливо ему улыбнулась. Протянула связку ключей. Совершенно «случайно» уронила её на пол. Наклонилась, расширяя ему обзор на область декольте. Не принимала поражения, что он даже не взглянул. Максим тоже наклонился за ключами. Взгляд чисто геометрически, потому что больше некуда было, упал в её декольте. Победа. Ангелина подняла ключи, передала Максиму в руки.  Он взял их и сделал шаг к её двери. Ангелина встала возле него, слегка пошатываясь для образа. — Ангелина, — вдруг представилась она, протягивая ему руку. Движение вышло неловким, но искренним. — Максим, — сказал он, отвлекаясь от единственной задачи: открыть чертову дверь. Протянутую руку оставил без ответа.  Изосимова промолчала. В голове обдумывала свой следующий шаг. Что же делать? Диалог откровенно не клеился.  — Нет, я если бы знала, что здесь такие красивые соседи, я бы раньше переехала, — рассмеялась она в конце с собственной фразы.  Максим улыбнулся. Засчитано. Вставил ключ, несколько раз прокрутил. Открыл для нее дверь.  — Боже, спасибо! — чуть крикнула она, — мне было тяжело с этим справиться. Хихикнула.  Максим встал, чтобы она могла пройти перед ним. Но Ангелина специально обошла слишком близко и задела его бедром. Барон протянул ей связку ключей, она забрала. Тихо хихикнула. Наконец на лице мужчины снова появилась маленькая улыбка. Изосимова вошла в квартиру, бросила сумку на пуфик и снова развернулась к нему лицом, чтобы попрощаться. Специально сделала вид, что забыла про свою кожаную куртку. Мужчина наклонился за ней и подал в руки.  — Ой, — посмеялась, — спасибо!  — Доброй ночи! — пожелал Левин и развернулся к себе в квартиру. Захлопнул дверь. Ангелина закрыла свою. Молча плюхнулась на тот же пуфик, куда минутой ранее бросила сумку. Первый пункт плана выполнен. Формально они познакомились. Начало положено. Вроде не заметила на его лице подозрений, но её проинструктировали, что Максим начнет пробивать сразу же. Такие, как он, обычно сразу заказывают информацию про любого вхожего в круг общения человека. Так что оставалось ждать. Если он что-то заподозрит — сразу станет ясно, он пропадет.  Изосимова прошла в ванную, разделась. Смыла макияж, отправила одежду в корзину для белья. Набирала себе ванну и плюхнулась туда с превеликим удовольствием. Не важно, что сегодня нужно еще подать «сигнал». Каждое утро и вечер нужно было отписываться, что с ней все в порядке. Она жива, следует плану. Ванна с пеной всегда расслабляли женщину. Это был её способ успокоить нервы, обдумать произошедшее и накинуть дальнейший план действий. Следующим шагом нужно было также попадаться на глаза Максиму. Написать что-нибудь в домовой чат, куда её уже добавил другой сосед. Можно даже конфликт устроить с кем-нибудь, чтобы привлечь внимание. Но она хотела чего-то другого. Конфликта с ним. Это был опасный и чертовски рисковый шаг, но в её голове именно он давал быстрый старт дальнейшим этапам. Оставалось только придумать причину конфликта.