Страшила

Фермер шёл по полю пшеницы, неся на плече только что сделанное пугало, а другой рукой он тащил по земле длинный кол. При каждом шаге серебряные бубенчики подвязанные под поля широкополой голубой шляпы издавали мелодичный звон. Дойдя до изгороди, Жевун прочно вкопал кол в землю, предварительно посадив на него пугало. Убедившись, что столб стоит крепко, фермер снял шляпу: —Ну, бывай, Страшила.—попрощался он с пугалом—Уверен, с птицами ты как-нибудь справишься. Надев шляпу, Жевун побрёл прочь, не замечая, что пугало медленно поворачивает голову, наблюдая за ним. Страшила внимательно слушал удаляющийся звон бубенчиков, а когда он стих, подумал: "Эх, жаль, что с моей шляпы срезали бубенчики". Страшила посмотрел вниз, на своё набитое соломой тело, затем поднял правую руку и стал рассматривать ладонь, которой ему служила старая фермерская перчатка, пришитая к рукаву кафтана. Левой ладошкой была такая же перчатка. Затем соломенный пошевелил ногами в воздухе. "Интересно, а смогу ли я ходить, если меня поставят на землю?"—задался вопросом Страшила, посмотрев вниз, на землю. Немного поразмышляв, он предпринял первую попытку слезть с шеста. Но как бы старательно он не дёргался, кол даже не шелохнулся. Чуть расстроившись из-за этого, пугало стал осматриваться по сторонам. Он увидел золотистые колосья зрелой пшеницы, старенькую изгородь, выкрашенную в голубой, вымощенную жёлтым кирпичом дорогу, маленький пенёк, траву и цветы. В момент, когда Страшила рассматривал один из цветов, на изгородь, прямо перед его взором села галка и с подозрением уставилась на него. Соломенный человечек установился на неё в ответ, но не с подозрением, а с любопытством. Вскоре, ему надоела эта игра в гляделки и он решил попробовать поздороваться с птицей. Но стоило ему только поднять руку, как птица упала с забора, взлетела и завопила: —Беспреде-е-е-ел! Соломенные пугала оживают! Галка эта, ещё будучи в полёте, издали заметила что Страшила шевелится. Она думала, что это ей показалось и спустилась проверить. Убедившись, что пугало действительно движется, она пришла в ужас и полетела предупреждать об этой встрече других птиц. Мало ли, вдруг чучело умеет не только двигаться? После неё, к полю прилетали еще птицы, но улетали, стоило соломенному на них посмотреть. Страшила сначала наблюдал за улетающей галкой, потом обратил внимание на небо. Его он сначала не замечал, так как его ещё не посещала мысль посмотреть вверх. Теперь же, пугало рассматривало небесную лазурь, всё выше и выше задирая голову. Попутно, с него чуть не упала шляпа, к счастью, почувствовав, что она съезжает, он успел схватить её за поля. Придерживая головной убор, Страшила с широкой улыбкой рассматривал небо, облака и солнце. К счастью, его нарисованные глаза не болели и не слепли от света и он мог любоваться им очень долго. Когда же ему надоело, он снова перевёл глаза на дорогу. Вскоре по дороге мимо прошли мужчина и маленький мальчик. Мужчина нёс на спине мешок, а мальчик шёл вприпрыжку чуть впереди, громко распевая: —Эй-гей-гей-го! Мы идём с папой домой! Эй-гей-гей-го! Мы идём с папой домой! Страшиле очень понравилась эта нескладная, но весёлая песенка и он её запомнил. Возможно, он бы прокричал её, вместе с мальчиком, но побоялся напугать его и его отца. Пугать их соломенный человечек не хотел, его ведь сделали чтобы он пугал птиц, а не людей. Спустя время, мимо изгороди снова прошли двое. Это были молодые парни, они возвращались с полей. —Смотри-ка, чучело.—сказал один из них—В обносках каких-то. —Ясное дело, в обносках.—сказал второй—Зачем на него новые вещи надевать? Оно ж не пойдёт ни к кому-то в гости, ни на пляски. Парни рассмеялись и пошли дальше. Страшилу немного расстроило их замечание. Посмотрев на свой кафтан, в прорехах и заплатках и ботфорты, с местами потрескавшейся кожей он припомнил, что видел новенький кафтан в прихожей, на вешалке. Ох, что это был за кафтан! Ни единой заплатки, или прорехи! Загляденье! И уж точно ни в какое сравнение не идёт с кафтаном пугала. Долго расстраиваться Страшила не стал, потому что заметил, что с небом что-то не то. Оно, как будто изменило цвет. Посмотрев вверх, он убедился, что так и есть. Небо стало немного розовым, а солнце как будто сдвинулось с места. Удивившись этому событию, он стал неотрывно смотреть на небо и убедился, что так оно и есть. Солнце медленно опускалось, окрашивая небо из голубого в розовый, а затем в фиолетовый цвета. Одновременно с этим, мимо изгороди проходило всё больше и больше людей. Они говорили, что наступает ночь и надо поскорее дойти до дома, пока не стемнело. Так же, прощаясь, они говорили друг другу "До завтра" и "Спокойной ночи". Спустя время небо из фиолетового стало тёмно-синим, почти что чёрным и покрылось звёздами, а на место солнца встала луна. Страшиле луна и звёзды понравились ничуть не меньше, чем солнце и он долгое время с интересом рассматривал их. Когда же ему надоело, он снова осмотрелся по сторонам. Так как его глаза были нарисованы, он видел ночью так же хорошо, как и днём, с той лишь разницей, что теперь всё было не такое яркое, а какое-то посеревшее. Шло время, Страшиле постепенно становилось скучно. Мимо не проходили люди и не пролетали птицы и было совсем тихо. Пугало снова предпринял попытку слезть с шеста, но естественно у него не получилось. Так он и висел, пока не начало светать. Прошло время и небо снова начало меняться. Сначала медленно пропали звёзды и луна спустилась куда-то за горизонт, после чего небо стало красным, а затем начало понемногу розоветь. Страшила снова с неподдельным интересом наблюдал за небом и постепенно поднимающимся солнцем. А тем временем, чуть поодаль, за ним наблюдала стая птиц, среди которых была вчерашняя галка-паникёрша. —Вон оно!—указала галка—Видите, говорила же, оно шевелится! Вперёд вышла ворона, по имени Кагги-Кар. Ещё юная (по вороньим меркам), немного сварливая, но имевшая жизненный опыт побольше, чем у большинства товарок. —Нашла чего пугаться!—насмешливо каркнула она—Да вы гляньте на него! Оно ж не страшное вовсе! Вон, какое лицо глупое! —Так оно же живое!—возразила та же галка. —И что?—развела крыльями ворона—Что оно нам сделает? Думаешь, оно с шеста слезет? Ха! Если б могло, наверняка давно бы слезло! Птицы немного покумекали и решили, что Кагги-Кар права. Страшила был в недоумении, когда увидел, что стая птиц налетела на поле и клюёт пшеницу. Большинство птиц держались от пугала на расстоянии, немного боязливо глядя в его сторону, но была среди них одна ворона, большая и взъерошенная, которая сидела прямо перед ним и даже не клевала пшеницу, а выбивала из колосьев зёрна. Это была та самая Кагги-Кар. Она настолько не боялась Страшилу, что даже села ему на плечо и клюнула в щёку... (Разговор Страшилы и Кагги-Кар мы с вами пропустим, потому что глава и без того длинная) —Кагги-Кар!—расхохоталась ворона—Коли нет мозгов, так и не будет! Кагги-Кар! Страшила расстроенно посмотрел вслед улетающей птице. Только что у него с ней вышел спор, в ходе которого выяснилось, что он может говорить. Не очень хорошо правда, но всё же. Так же, он выяснил, что если бы у него были мозги, он был бы как все люди. По словам вороны, это была единственная стоящая вещь у человека. Быть может, будь у Страшилы мозги, он бы даже додумался, где ему раздобыть новые сапоги с кафтаном и бубенчики на шляпу. —"Коли нет мозгов, так и не будет!"—передразнил Страшила ворону—А вот, будет! Будет! Дай только с шеста слезть! Он задёргался как можно сильнее, стараясь раскачать кол и заставить его упасть. Да всё тщетно, кол был крепко вбит в землю. Птицы вокруг принялись хохотать, летать вокруг и дразнить бедного Страшилу: —Дурак! Чучело безмозглое! К пустой голове руку прикладывает! Пугало пытался отогнать их, размахивая руками и кричал: —Хватит! Перестаньте! Оставьте меня в покое! Пожалуйста! Но птиц это только сильнее раззадоривало. В конце-концов соломенный закрыл лицо шляпой и сжался, будто надеясь спрятаться от насмешниц. Они же продолжали кружить над ним, обзываться и то и дело клевали его, куда ни попадя. —Люди!—вдруг завопила одна из них и как по команде, птицы спрятались. И действительно, мимо изгороди снова стали ходить люди, они здоровались друг с другом, интересовались как прошла ночь и говорили о какой-то Фее Убивающего домика, которая прилетела из никому неизвестного Канзаса и—крак! крак!—раздавила злую Гингему. Страшила обратил внимание, что они говорили эту новость с большой радостью. Интересно, почему? После полудня долгое время никто мимо изгороди не проходил. Но к счастью, птицы к тому времени успокоились. Наверное, нашли себе занятие получше, чем дразнить Страшилу. Пугало задумчиво смотрел перед собой, как вдруг... —Смотри, здесь пенёк!—по жёлтой дороге, к пеньку, что находился возле изгороди, подбежал маленький, чёрный зверёк с острыми ушками и закрученным в кольцо хвостом—Присядь здесь. К пеньку подошла девочка и устало опустилась на него. Зверёк же растянулся на траве. Девочка выглядела необычно, чем сразу заинтересовала Страшилу. Во-первых, ростом она была со взрослых Жевуний, но было видно, что она ещё ребёнок. Во-вторых, одета она была не как местные. На ней был красный жилет, а под ним белое, в красных горошинах платье. Русые волосы девочки были заплетены в косички, а в них были вплетены красные ленточки. Страшила улыбнулся, потому что девочка ему понравилась. Вдруг, она подняла глаза и внимательно посмотрела на лицо чучела. Потом она тоже улыбнулась. В отличии от насмешливых ухмылок, которые Страшила видел до этого, её улыбка была более тёплой и доброй. "Наверное, я ей нравлюсь!—подумал Страшила—Она мне тоже нравится. А если мы друг другу нравимся, то наверное, можно попробовать познакомиться. И как знать, может она поможет мне раздобыть мозги!" Пугало подмигнул девочке правым глазом. Она удивилась, протёрла глаза кулаками и снова посмотрела на него. Тогда соломенный человечек закивал. Девочка испугалась и присела за пеньком, будто надеясь спрятаться, а чёрный зверёк бросился на изгородь, издавая громкий звук, названия которого Страшила еще не знал. —Спокойной ночи!—громко сказал Страшила, сняв шляпу и наклонив голову. Зверёк замолчал и удивлённо поднял мордочку на небо: —Разве сейчас ночь? Страшила понял, что перепутал слова и поспешил поправиться: —Простите, я хотел сказать—добрый день! Девочка поднялась из-за пенька и обратилась к пугалу: —Ты умеешь говорить? Соломененный подумал, что наверное, на первом знакомстве лучше быть честным и потому признался: —Не очень хорошо, ещё путаю некоторые слова, ведь меня так недавно сделали.—он ненадолго замолк, раздумывая, как бы продолжить беседу—Как ты поживаешь? —Спасибо, хорошо!—ответила девочка, вежливо улыбнувшись. Потом она отвела взгляд, будто задумавшись, а после спросила—Скажи, нет ли у тебя заветного желания? —У меня? О, у меня целая куча желаний!—ответил Страшила и начал перечислять—Во-первых, мне нужны серебряные бубенчики на шляпу, во-вторых, мне нужны новые сапоги, в третьих... Тут девочка его перебила: —О, хватит, хватит.—сказала она и уточнила—Какое из них самое-самое заветное? —Самое-самое?—Страшила призадумался, а затем вспомнил о своём затруднении—Чтобы меня посадили на кол! Новая знакомая рассмеялась, как и её четверолапый спутник. —Да ты и так сидишь на колу!—смеясь, сообщила девочка. —А ведь и в самом деле.—согласился Страшила, тоже хихикнув от сказанной глупости—Видишь, какой я путник... то есть нет, путаник. Значит, меня нужно снять. Очень скучно торчать здесь день и ночь и пугать противных ворон, которые кстати сказать, совсем меня не боятся. —Неудивительно.—усмехнулся зверёк. Девочка цыкнула на него и подошла поближе к изгороди. —Сейчас я сниму тебя.—сказала она Страшиле. —Правда?!—обрадовался пугало—Спасибо! Большое-пребольшое спасибо! Девочка наклонила шест и вцепилась в соломенного человечка обеими руками. Тот, в свою очередь, схватился за её жилет. Вышло не очень крепко, так как его руки были слишком мягкие для этого. Новая знакомая, с трудом, стащила пугало с шеста. Они оба упали, но особого вреда это никому не причинило. —Чрезвычайно сознателен... то есть, признателен.—пропыхтел Страшила, поднимая с земли слетевшую шляпу—Я чувствую себя прямо новым человеком. Ещё бы получить серебряные бубенчики на шляпу, да новые сапоги! Соломенный встал на ноги, чуть не упал, но удержал равновесие, отряхнул кафтан от пыли и соломинок, затем повернулся к девочке и шаркнув ножкой представился: —Страшила! —Что ты говоришь?—не расслышала девочка. —Я говорю: Страшила. Это меня так назвали: ведь я должен пугать ворон. А тебя как зовут? —Элли.—представилась девочка. —Красивое имя!—восхитился чучело. Девочка разглядывала его с недоумением, а Страшила смотрел на неё с дружелюбной улыбкой. Тут чёрный зверёк громко возмутился: —А почему ты со мной не здороваешься? Ав-ав! —Ах, виноват, виноват!—спохватился Страшила чуть нагибаясь и протягивая четверолапому другу руку—Честь имею представиться: Страшила! Зверёк подал ему лапу и дал её пожать. —Очень приятно!—сказал он вежливо—А я Тото! Но близким друзьям позволительно звать меня Тотошкой. —Ах, Страшила, как я рада, что исполнила твоё самое заветное желание.—улыбнулась Элли. Страшила тут же спохватился, вспомнив, что слезть с кола для него было, скорее, вторым по заветности. —Извини, Элли.—смущённо сказал он, снова шаркая ножкой—Но я, оказывается, ошибся. Моё самое заветное желание—получить мозги! Опустим рассказ Страшилы и перейдём к той части, за которой последует отправление в путь-дорогу. —...Видишь ли.—доверчиво рассказывал Страшила—Меня нельзя ранить, так как я набит соломой. Ты можешь насквозь проткнуть меня иглой и мне не будет больно. Но я не хочу, чтобы люди называли меня глупцом, а разве без мозгов чему-нибудь научишься? —Бедный!—сказала Элли—Пойдём с нами! Я попрошу Гудвина помочь тебе. —Здравствуйте!..—обрадовался Страшила, снова перепутав слова и тут же поспешил поправиться—Ох, спасибо! Соломенный человечек раскланялся и тут же голос подал Тотошка. —Погоди-ка, Элли! Какое ещё "с нами"? Об этом разговора не было! —Тотошка, ну ты сам подумай.—Элли присела перед щенком на корточки—Чтобы вернуться домой, мы должны помочь трём существам добиться исполнения их заветных желаний. А как мы исполним желание Страшилы? Не можем же мы дать ему мозги. —Мне и обычные, не говорящие пугала никогда не нравились!—фыркнул пёсик—А этот! Двигается, болтает так, как будто вчера родился... —Так и есть!—вставил Страшила—Фермер сделал меня вчера. Элли рассмеялась, а Тотошка зарычал, грозно оскалив зубы. —Я хвост даю на отсечение, у него под кафтаном мышиное гнездо!—заявил он. Пугало немного расстегнул кафтан и запустил руку вовнутрь, повозившись немного в соломе, он сказал: —Тут нет никакого гнезда. Только солома. На последних словах, он распахнул кафтан пошире и небольшая часть его содержимого выпало на дорогу. Пугало тут же в испуге запахнул кафтан. —Наверное, лучше так не делать.—хихикнув, сказал он, нагибаясь и подбирая выпавшую солому. Элли помогла ему набить выпавшее обратно и застегнула кафтан. —Перестань ворчать, Тотошка.—сказала она, недовольному пёсику—Страшила идёт с нами и это не обсуждается. Она взяла чучело за руку и хотела повести за собой, но новый знакомый упал. —Прости, Элли.—пропыхтел Страшила, поднимаясь с земли—Я забыл сказать, что не умею ходить. Тотошка рассмеялся, Элли цыкнула на него и ласково сказала пугалу: —Не волнуйся, я тебя научу. В этом нет ничего сложного. Взяв соломенного за руку, она начала обучение: —Смотри, сначала переставляешь вперёд правую ногу, вот так. —Так?—Страшила неуверенно переставил ногу. —Верно.—кивнула девочка—Теперь левую, вот так. Хорошо. Теперь снова правую. Молодец. Теперь опять левую. Умница. Теперь попробуй сам. Она отпустила руку пугала и чуть отошла. Соломенный сделал свой первый, неуверенный самостоятельный шаг, за ним второй, третий. На четвёртом он стал чуть увереннее, а после ещё пары шагов осмелел окончательно и побежал. —Эй-гей-гей-го!—радостно прокричал он—Вперёд, в Изумрудный город! Не заметив камень на дороге, он споткнулся и упал, но быстро вскочил и снова побежал: —За мной, Элли!—крикнул он новым друзьям—Тотошка, не отставай! Смеясь, Элли поспешила за ним. Тотошка побежал следом, проворчав себе под нос: —Ну, в одном он на людей точно похож. Они тоже не учатся ходить сами. В пути, Страшила часто задавал Элли разные вопросы, из-за чего Тотошка злился и ворчал. Девочка же напротив, терпеливо объясняла пугалу всё, что тот хотел знать. Даже если спрашивал он глупости. —Элли, скажи, а почему глаза два, а рот один?—спросил пугало. Тотошка тихо заворчал, а Элли ответила: —Потому что один глаз это неудобно. Попробуй, закрой ладонью правый глаз. Соломенный попробовал сообщил: —И вправду, неудобно. Я теперь не вижу что творится справа. Он убрал руку с правого глаза и закрыл левый. —А теперь право вижу, лево нет. Девочка хихикнула, а пёсик крикнул: —А рот один, потому что некоторые так много болтают, что будь у них два, они были бы совершенно невыносимы! Страшила рассмеялся, не поняв, что это камень в его огород и пошёл дальше, продолжая задавать вопросы. Элли отвечала ему, в душе чувствуя себя, как старшая сестра, или даже, учительница. На ночь, путники остановились в одинокой лесной хижине, Элли с Тотошкой уснули, а Страшила, который не нуждался во сне всю ночь просидел у порога, охраняя их покой. Настало утро и когда Элли встала, Страшила возбуждённо воскликнул: —Элли, а знаешь, что случилось ночью?! —Что случилось?—чуть встревоженно спросила девочка. —К хижине приходил какой-то зверь!—принялся рассказывать соломенный—Весь чёрный, толстый, с белыми полосками на спине и морде и с круглым носом, с двумя дырками. Он подходил всё ближе и ближе к хижине, принюхивался, как будто хотел напасть на тебя. А я затаился, подпустил его поближе и кааак стегну его прутом! Он сразу завыл и убежал! Я думал, он разбудил вас с Тотошкой, но вы продолжили спать. —А я думала, что мне приснился этот вой.—усмехнулась Элли—Судя по твоему описанию, это был барсук. —Барсук?—переспросил Страшила. —Да, барсук.—кивнула девочка—Они не слишком опасны для людей. Наверное, его привлёк запах еды из моей корзинки. —Не опасный?—пугало чуть расстроился. —Но ты всё равно молодец.—утешила его Элли—Ты не знал, что это за зверь, но не испугался и защитил меня. Спасибо тебе. Она обняла своего друга, вызвав у того лёгкое недоумение, так как он ещё не знал, что такое объятие. —Элли, что ты делаешь?—спросил он. Девочка немного отстранилась и объяснила: —Это объятие. Друзья обнимаются, когда встречаются после разлуки, прощаются, или хотят поблагодарить друг друга. —Друзья?—переспросил Страшила и у него расширились глаза от радости—То есть, мы друзья? Получив кивок в качестве подтверждения, пугало вдруг обнял девочку настолько крепко, насколько ему позволяли его мягкие руки. —Спасибо, Элли, что сняла меня с кола и взяла с собой в Изумрудный город!—сказал он. —Не за что, Страшила.—хихикнув, ответила девочка, обняв его в ответ.