Спасение Железного Дровосека

Примечание: Держите под рукой платок _____________________________________________ В лесной чаще, спрятанный за деревьями и кустами, у подрубленного дерева стоит человек, целиком сделанный из железа, с занесённым топором, медной воронкой на голове вместо шапки и железным галстуком на шее. Если бы кто-то осмелился подойти поближе и посмотреть ему в лицо, он бы увидел большие, печальные глаза, при взгляде в которые, даже самое чёрствое сердце наверняка бы защемило от жалости. А временами, из железной груди вырывались стоны, полные отчаяния и боли... К сожалению, в глухой лесной чаще было некому увидеть этих глаз, некому услышать этих стонов, некому помочь Железному Дровосеку. Так его прозвали, когда... Впрочем, обо всём по порядку. Не так уж и давно, Дровосек был самым обычным Жевуном, из плоти и крови. Он носил голубую, широкополую шляпу, с хрустальным шариком на макушке и серебряными бубенчиками под полями. Каждое утро он умывался, расчёсывал непослушные кудри, завтракал, а после брал топор и шёл в лес, рубить деревья. У него были друзья, уютный домик и любовь. Такая нежная, такая искренняя, такая тёплая любовь. Они встретились вечером, когда дровосек, уставший и голодный, возвращался домой из леса. Проходя мимо одной поляны, он вдруг услышал тихое пение. Заинтересовавшись, он немного раздвинул кусты и увидел хорошенькую девушку, собиравшую ягоды. Это она напевала своим нежным голоском незатейливые песенки, привлёкшие внимание дровосека. От увиденного, дровосек забыл и про голод, и про усталость. Девушка настолько ему понравилась, что он решил попробовать познакомиться с ней. Набравшись смелости, он вышел из кустов и поздоровался. Девушка немного испугалась, когда из кустов вышел незнакомый молодой Жевун, но вежливо поприветствовала его. Молодые люди разговорились, дровосек помог ей наполнить корзину и проводил до дома. Парой дней позже, они встретились снова. Потом ещё раз, и ещё, и ещё. Они встречались, долго беседовали и всё больше и больше нравились друг другу. Со временем, их дружба переросла в любовь. Вдвоём им было так хорошо, что голова шла кругом. И не было ничего удивительного в том, что когда дровосек сделал своей любимой предложение руки и сердца, она ответила "Да". Дровосек стал трудиться не покладая рук, чтобы скопить побольше денег на свадьбу и более просторный дом для себя и своей дорогой невесты. Редкие дни отдыха он проводил с ней и влюблённые мечтали о том, какой прекрасной будет их супружеская жизнь, а на сельских праздниках они танцевали веселее всех. Дровосеку тогда казалось, что нет на свете человека счастливее, чем он. Ведь он любил и был любим в ответ. К сожалению, их счастье было недолгим. У дровосековой невесты была тётка, на редкость злая женщина, для которой девушка была, скорее, бесплатной прислугой, чем любимой племянницей. А неумолимо приближающаяся свадьба означала, что старухе придётся расстаться с ней, а этого она не желала. Не сумев самостоятельно придумать способ расстроить планы молодых, она пошла к Гингеме. Гингемой звали злую фею, самопровозглашённую правительницу Голубой страны, явившуюся сюда много столетий назад. Обычно, старая колдунья не лезла в дела своих подданных, лишь бы дань, в виде змей, пауков и другой гадкой живности, платили вовремя, а дальше хоть трава не расти. Тётка дровосековой невесты это знала и потому пообещала расплатиться с колдуньей целой корзиной самых жирных пиявок, чтобы та расстроила свадьбу. Как вы понимаете, Гингема не устояла перед таким соблазном. В то утро дровосек, как и много раз до этого, пришёл в лес, рубить дрова. Перехватив рукоять топора поудобнее, он замахнулся и ударил по дереву. Но внезапно, вместо того, чтобы пробить кору, инструмент отскочил... И отрубил хозяину левую ногу! Несчастный дровосек до сих пор содроганием вспоминает разлившуюся по его телу боль, собственный крик и кровь, которая текла рекой... Дровосек с огромным трудом добрался до деревни, где ему помогли другие Жевуны. Он был ужасно расстроен, ведь став калекой, он не мог работать. Тогда, к нему на помощь пришёл кузнец, сковав прекрасную железную ногу и подарив маслёнку. —Следи, чтоб на твою новую ногу не попадала вода, а то заржавеет.—наказал кузнец—А если всё же не уследишь, смазывай её маслом. Тётка невесты не смогла сдержать язык, когда дровосек явился к их дому с железной ногой и всё рассказала о том, что попросила Гингему разлучить молодых людей и та заколдовала топор бедняги, чтобы он покалечил его. Страшно подумать, в каком ужасе была девушка. Она знала, что её тётушка не фунт изюму, но никогда бы не предположила, что она способна на такое. Однако, не смотря на произошедшее, девушка не отказалась от своего любимого. Тётка невесты и Гингема этому не обрадовались, ведь для первой это означало, что ей всё равно придётся расстаться с девушкой, а для второй, что не видать ей корзины пиявок, как своих ушей. Колдунья снова заколдовала топор дровосека и лишила его правой ноги. И кузнец снова помог ему, сковав новую железную. А девушка по-прежнему не отказывалась выйти за него. —Зато, мы много сэкономим на сапогах и брюках.—сказала она с улыбкой, когда дровосек пришёл к ней, после случившегося. Какой же сильной и крепкой была их любовь... Проклятая ведьма Гингема снова закодовала топор и дровосек остался без рук. Кузнец снова взялся за молот и выковал для него железные. И тогда заколдованный топор отрубил дровосеку голову. "Это мой конец..."—успел подумать дровосек, перед тем, как его глаза заволокло тёмной пеленой. Очнулся он в кузне. Как выяснилось, кузнец узнал о новой беде и сковал для дровосека железную голову. Сложно представить, что бедняга почувствовал, когда увидел своё новое лицо в зеркале. Оно напугало его, да так сильно, что вернувшись домой, он избавился от зеркала, что висело над умывальником. Дровосек не решался показаться на глаза своей невесте и она сама к нему пришла. Увидев новое лицо своего возлюбленного, девушка не испугалась. —Я всё равно люблю тебя и с радостью стану твоей женой.—говорила она, ласково гладя его железные щёки—В моём сердце никогда не будет и тени страха перед тобой. Тогда он расплакался, отчего его челюсти заржавели. Хорошо, что маслёнка была при нём. К сожалению, другие Жевуны пугались, когда дровосек шёл по улице со своей новой головой. Ему было больно от напуганных взглядов, следящих за ним из-за заборов, кустов и дверей голубых домиков и тревожных перешёптываний, в которых родилось его прозвище—Железный Дровосек. А ещё больнее было то, что среди этих напуганных Жевунов, были и те, кого он раньше звал своими друзьями. Они стали как-то неохотно общаться с ним, ещё когда железными у него были только ноги и одна рука, а когда железной стала и голова, начали избегать его. Дровосек не винил их, ведь и сам испугался своего лица. И ради своей невесты, он готов был терпеть эти взгляды хоть всю оставшуюся жизнь. Тогда Гингема заколдовала топор в пятый, последний раз. И инструмент разрубил туловище Дровосека напополам, уничтожив сердце. Кузнец узнал об этом и сковал для друга новое железное туловище. Оно гармонично смотрелось с железными руками, ногами и головой. Кроме того, кузнец учёл, что Дровосек любил носить галстук и сделал ему замечательный железный, который сидел на нём идеально, не сбивался в сторону и который не надо было снимать. С новым телом, Железный Дровосек перестал нуждаться в питье, пище и сне и больше не боялся заколдованного топора. Но теперь, у него не было сердца, кузнец не смог его выковать. Дровосек решил, что без сердца, он больше не имеет права любить. Он не хотел, чтобы его невеста жила с бессердечным мужем и принял тяжёлое решение оставить её и уйти. К его удивлению, теперь уже бывшая невеста не обрадовалась этому. Со слезами на глазах, она умоляла его не уходить, твердила, что любит его даже таким, но дровосек был непреклонен. Поняв это, девушка сказала: —Ладно... Иди. Но я буду ждать, когда ты одумаешься и вернёшься, потому что люблю тебя... Какой же она была странной. Железный Дровосек ушёл в лес, подальше, чтобы не попадаться на глаза невесте и Жевунам, страх которых продолжал причинять ему боль, даже не смотря на отсутствие сердца. Он построил возле дороги из жёлтого кирпича небольшую хижину и поселился в ней. Хижина была круглой с остроконечной крышей, как домики Жевунов, но её стены были темно-коричневыми, а не голубыми. И выглядела она угрюмой и неуютной, а в ночной темноте даже зловещей. Внутри не было печки, так как Железный Дровосек не боялся холода и ему не надо было готовить еду, не было шкафов ни для одежды, ни для посуды, не было умывальника, ибо вода стала злейшим врагом для Дровосека и не было зеркал. Всё что здесь было, это кровать из сухой травы и мха, стол, стул и полка. Кровать он сделал лишь потому, что у него осталась привычка ложиться в постель с наступлением темноты, стол и стул были нужны, потому что сидя было удобнее наполнять маслёнку маслом из фляги. А полка нужна была, чтобы было куда ставить флягу и маслёнку, когда они были не нужны. Хижина была совсем не похожа на прежний милый и уютный домик Дровосека, но ему казалось, что такое жилище подходит ему больше. Ведь он считал себя таким же пугающим и пустым... Днём Железный Дровосек рубил деревья, не покладая рук, а ночью, или когда шёл дождь, что в Волшебной стране случалось довольно редко, сидел в хижине. Тогда его одолевали воспоминания, о несчастной бывшей невесте, её злой тётке, Гингеме, бывших друзьях Жевунах, что отвернулись от него из-за страха. На самом деле, их пугал не сам Дровосек, а колдовство Гингемы, жертвой которого он стал. Они боялись, что павшее на его плечи проклятье коснётся и их. Но Дровосек этого не знал и был уверен, что причина их страхов—его внешность... Слёзы были единственным, что осталось Дровосеку от старого тела и он плакал. Плакал каждую ночь, когда воспоминания одолевали его. Плакал и ждал утра. Когда оно наступало, он смазывался маслом, брал топор и шёл в лес, рубить деревья. Это позволяло ему отвлечься и не думать о грустном прошлом. Шло время. Боль от воспоминаний начала притупляться и Дровосек стал реже плакать по ночам и начал потихоньку привыкать к отшельническому образу жизни. Ему даже стало казаться, что живёт он вполне неплохо, пусть и одиноко. И смазка требовалась ему редко, так как дожди в Волшебной стране шли совсем нечасто. Из-за этого, в один день, он забыл маслёнку, и оставил её в хижине, на полке. Эта простая оплошность обернулась несчастьем. Погода была солнечной, ничего не предвещало беды. Железный Дровосек занёс топор, ударил по дереву раз, другой... И пошёл дождь. Это был ливень невиданной силы, и пошёл он настолько неожиданно, что Дровосек в первую секунду растерялся, а когда понял что произошло, было поздно. Всё его тело заржавело, он больше не мог пошевелиться и замер с занесённым топором. Железный Дровосек застонал, вспомнив тот ливень. Вспомнил он и то, что первое время, после ливня кричал, зовя на помощь. Это было так глупо: Звать на помощь в глухом лесу, где не было ни души. Дровосек это понимал, но всё равно звал, надеясь, что его услышат. Увы, его голос, отражаясь эхом от деревьев, тонул в лесной тишине, никем не услышанный. Последнее "Помогите, пожалуйста", он уже не прокричал, а проговорил. В этих словах не было ни страха, ни надежды. Лишь отчаяние, за которым последовало смирение. Он здесь один. Сюда никто не придёт. Ему не помогут. Железный Дровосек знал, что Гингема способна управлять ветрами и вызывать дожди и был уверен, что ливень обрушила на него она. Злая фея добилась своего, она победила. Теперь Дровосек, одинокий и несчастный, будет стоять здесь, а ржавчина будет медленно разъедать его тело, пока от него не останется только пыль. С того дня прошёл год и за это время так никто и не пришёл. У Железного Дровосека не было возможности отвлечься на работу, поэтому горькие воспоминания раз за разом возвращали его в то время, когда он потерял всё. Прежнюю жизнь, друзей, счастье и любовь... Дровосек издал ещё один стон, более протяжный и жалостливый, чем предыдущий и закрыл глаза, слушая лесную тишину. И вдруг, в ней раздались шорох травы и треск веток. Что это? Сюда кто-то идёт? Или одиночество и отчаяние свели Дровосека с ума и ему просто мерещатся эти звуки? Внезапно, раздался изумлённый вскрик, а за ним последовал другой звук, громкий и стремительно приближающийся. У самых ног Дровосека звук прервался и раздался скрежет по металлу и визг. Железный Дровосек опустил глаза, настолько, насколько это было возможно и изумился. В траве, у его ног, сидела какая-то неведома зверушка, с чёрной шерстью. Она потирала передней лапой пасть и тихо скулила. Видимо, она попыталась укусить Дровосека и её ждал неприятный сюрприз. Она подняла на него взгляд, полный недовольства и громко возмутилась: —Что за безобразие, ав-ав-ав! Разве можно подставлять порядочной собаке железные ноги? Железный Дровосек ничего не ответил зверьку, он был слишком удивлён. К тому же, почти сразу раздался чей-то хрипловатый голос: —Наверное, это лесное пугало. Не пойму только, что оно здесь охраняет. Снова зашуршала трава. Кто-то осторожно подходил к Железному Дровосеку. Всё ближе и ближе, и наконец, он впервые за долгое время увидел перед собой человеческое лицо. Это была маленькая девочка. Очень странная, маленькая девочка. С виду ей было то ли восемь, то ли девять лет, но рост у неё был, как у взрослых женщин из Голубой страны. Русые волосы девочки были заплетены в косички и украшены красными бантиками, одета она была в красный жилет, из-под которого виднелись воротник и рукава белого в красный горошек платья. Глаза девочки были карими и в них было видно изумление и любопытство. Дровосек потрясённо уставился на неё. —Это ты стонал?—спросила девочка, глядя в глаза Дровосека. Изумление тут же пропало, так как Железный Дровосек вспомнил, отчего он тут стоит. Его глаза и душа снова наполнились печалью. С трудом челюсть поддалась и он заговорил: —Да...—ответил он девочке, немного дрогнувшей от неожиданности—Уже целый год никто не приходит мне помочь... Голос его был наполнен болью и горечью, что преследовали его на протяжении всего года. На лице девочки появилась жалость и она спросила: —А что нужно сделать? Скажи и мы поможем тебе. Железный Дровосек не мог поверить своему счастью. Неужели ему всё-таки помогут? —Мои суставы заржавели, и я не могу двигаться.—ответил он—Но если меня смазать, я буду как новенький. Ты найдёшь маслёнку в моей хижине, на полке. А хижина находится недалеко отсюда, у жёлтой дороги. —Элли, это же та хижина, где мы ночевали!—воскликнул черный зверёк—Скорей, туда! Элли и её зверёк убежали, а Дровосек прикрыл глаза, выдохнул и даже слабо улыбнулся. Наконец-то кто-то пришёл. Сейчас ему помогут, осталось подождать совсем чуть-чуть. Вдруг, трава снова зашуршала и к нему подошёл кто-то в голубой широкополой шляпе. Дровосек решил, что это Жевун и удивился тому, что не слышал звона бубенчиков, но тут незнакомец поднял голову и посмотрел на него. И это странное утро принесло ему новую причину для удивления. На него смотрело живое пугало. У него была голова сделанная из мешочка, старая шляпа без бубенчиков, из-под которой торчала солома, изображающая волосы, поношенный кафтан и смешное лицо. Нос пугала был сделан из заплатки, большие глаза были нарисованы голубой краской, щёки розовой, а рот чёрной. Пугало рассматривало Дровосека с любопытством, а затем заговорило хрипловатым голосом: —Скажи, друг, год это долго?—поинтересовалось оно. Дровосек немного помолчал, скованный удивлением, затем ответил: —Ещё бы! Год— это долго, очень долго! Это целых триста шестьдесят пять дней. —Триста... шестьдесят... пять...—задумчиво повторило пугало—А что, это больше, чем три? Дровосека слегка возмутил этот глупый вопрос. —Какой ты глупый!—ответил он—Ты, видно, совсем не умеешь считать! Пугало вдруг выпрямилось и заявило: —Ошибаешься! Я очень хорошо умею считать!—оно начало загибать пальцы—Хозяин сделал меня—раз! Я поссорился с вороной—два! Элли сняла меня с кола—три! А больше со мной ничего не случилось, значит, дальше и считать незачем! Пугало широко улыбнулось, а Железный Дровосек был слишком удивлён, чтобы хоть как-то ответить. Тут вернулись Элли и зверёк, с заветной маслёнкой. —Где смазывать?—спросила девочка, едва отдышавшись. —Сначала шею.—ответил Железный Дровосек. За год стояния на одном месте, не имея возможности укрыться от дождей, Дровосек проржавел чуть ли не насквозь, и с шеей пришлось повозиться. Девочка старательно капала маслом в скрипящую шею, а её набитый соломой спутник старательно поворачивал голову Дровосека то вправо, то влево, пока скрип не смолк. Дровосек повертел головой вправо и влево, будто осматриваясь по сторонам. На самом деле, он просто хотел насладиться первыми движениями. Но одна голова ничто без тела, поэтому он попросил смазать ему руки. Суставы рук тоже были сильно поедены ржавчиной, но благодаря смазке и они пришли в движение. Дровосек вздохнул и бросил топор, немного напугав своих спасителей. —Ух, как хорошо.—сказал он—Я поднял вверх топор, прежде чем заржаветь, и очень рад, что могу от него избавиться. Ну, а теперь, дайте мне маслёнку, я смажу себе ноги и всё будет в порядке. Элли отдала ему маслёнку и Дровосек принялся за дело. Вскоре и ноги пришли в движение и он почувствовал себя полностью свободным. —Большое спасибо вам.—сказал он, обернувшись к девочке и её спутникам—Если б не вы, я бы стоял здесь до тех пор, пока не обратился бы в железную пыль. Вы спасли мне жизнь. —Не за что.—улыбнулась ему девочка. —Могу ли я узнать, кто вы?—спросил Дровосек—Не расскажете о себе? —Я Элли.—представилась девочка—А это мои друзья... —Тото!—ответил чёрный зверёк, подняв голову повыше. —Страшила!—весело сказало пугало и зачем-то добавило—Я набит соломой! —Об этом не трудно догадаться по твоим разговорам.—заметил Дровосек—Но как вы сюда попали? —Мы идём в Изумрудный город, к Великому Волшебнику Гудвину!—ответил Страшила. —И мы переночевали в твоей хижине.—добавил Тото. —Гудвину Великому и Ужасному?—удивился Дровосек—Зачем? —Я хочу, чтобы он вернул меня в Канзас, к папе и маме.—промолвила Элли. —А я хочу попросить у него немножечко мозгов, для моей соломенной головы.—сказал пугало. —А я иду, потому что люблю Элли и мой долг—защищать её от врагов.—закончил зверёк. Железный Дровосек задумался. Когда он был ещё из мяса и костей, он слышал много разных историй о Великом и Ужасном Волшебнике Гудвине и его могуществе и если им верить, то основатель Изумрудного города мудрец, способный на что угодно. А что, если... —Как вы полагаете, Гудвин может дать мне сердце?—спросил он, положив руку на грудь. Элли и её друзья переглянулись, затем девочка ответила: —Думаю, что может. Ему это не труднее, чем дать Страшиле мозги. Страшила активно закивал, подтверждая её слова. —Так вот, если вы примете меня в компанию, я пойду с вами в Изумрудный город и попрошу Великого Гудвина дать мне сердце.—промолвил Дровосек—Ведь иметь сердце—моё самое заветное желание. Стоило Железному Дровосеку закончить, как лицо Элли просияло и она воскликнула: —Ах, друзья мои, как я рада! Теперь вас двое, и у вас два заветных желания! —Поплывём... то бишь, пойдём с нами!—согласился Страшила с дружелюбной улыбкой. —Только скажи, как тебя зовут.—попросил Тото—Мы-то тебе свои имена сказали, а ты своё не назвал. —Меня зовут...—начал Железный Дровосек и осёкся. Он вдруг осознал, что совсем не помнит своего имени. Как будто его забрали вместе со старым телом и оставили только прозвище, которое напуганные Жевуны произносили шёпотом за его спиной. Элли, Страшила и Тото выжидающе смотрели на него. Дровосек вздохнул и сказал: —Зовите меня—Железный Дровосек. Прежде, чем отправиться в путь, Железному Дровосеку нужно было наполнить маслёнку, на всякий случай, вдруг снова пойдёт дождь. Если это случится, он снова заржавеет и без маслёнки ему придётся худо. Когда Дровосек и его новые знакомые подошли к хижине, он заметил, что верхушка крыши немного обломилась, отчего так стала походить на воронку, только без ручки. Смешно. Уже в хижине, пока Дровосек наполнял маслёнку, Тотошка решил спросить: —Слушай, Дровосек, а почему у тебя в хижине так пусто? Дровосеку стало немного стыдно и он смущённо ответил: —Извините. Я не думал, что у меня когда-нибудь будут гости. В эту часть леса, обычно, никто не ходит, ни из Голубой страны, ни откуда-то ещё. —Зачем же ты поселился в этой глуши, где даже поговорить не с кем?—удивился Страшила. Железный Дровосек ничего не сказал в ответ, а только вздохнул. Он протянул маслёнку Элли: —Положи её на дно корзинки, пожалуйста. Я уже забыл её один раз и не хочу, чтобы это повторилось. Добрая девочка выполнила его просьбу и они отправились в путь. Тотошка то и дело оглядывался на Страшилу и Дровосека, тихонько бормоча себе под нос: —Хорошенькая компания у нас собирается. Один из тряпья и соломы, второй из железа. Из чего же будет третий? Из дерева? Из глины? Из камня? Дровосек оглядывал своих спутников и его взгляд задержался на корявой палке, о которую опирался Страшила. —Скажи-ка, Страшила,—обратился он к пугалу—Зачем тебе эта палка? Вместо него голос подал Тотошка: —Он на ногах не держится вообще! Падает через каждые три шага! —Тотошка!—прикрикнула на него Элли. —Да всё в порядке.—отмахнулся Страшила—Я ведь в самом деле плохо хожу и часто спотыкаюсь. Железный Дровосек призадумался, потом попросил друзей подождать и сошёл с дороги к деревьям. Отыскав прямую ветку, он срубил её с дерева, обтесал от сучьев и немного укоротил. Получилась неплохая трость и довольный Дровосек вернулся к спутникам. —Вот, возьми.—сказал он, протягивая трость Страшиле—Об это опираться будет поудобнее, чем о корявую дубину. Пугало бросил старую палку и взял трость Дровосека. Пройдя с ней пару шагов и убедившись, что она и вправду удобнее, он вдруг обнял железного друга, немного удивив и смутив его. —Спасибо, друг!—сказал Страшила, как и всегда, широко улыбаясь. Хоть у Железного Дровосека и не было сердца, отчего-то в груди у него потеплело и он улыбнулся. —Не за что... друг.—ответил он Страшиле. Они продолжили свой путь. Элли шла задумавшись, как и Железный Дровосек, а Тотошка бежал впереди, принюхиваясь к лесным запахам и смотря по сторонам, поэтому никто не заметил, как Страшила упал в яму и все испугались, когда он начал кричать: —Элли! Дровосек! Тотошка! Я не могу вылезти! Помогите, пожалуйста! Железный Дровосек первым оказался у ямы, схватив Страшилу за руку, он с лёгкостью поднял его и аккуратно поставил на жёлтые кирпичи. —Почему ты не обошёл кругом?—спросил Дровосек, отряхивая костюм друга от пыли. —Не знаю!—признался пугало—Понимаешь, у меня голова набита соломой, и я иду к Гудвину попросить немножечко мозгов. —Так!—сказал Дровосек—Во всяком случае мозги—не самое лучшее на свете. —Вот ещё!—удивился Страшила—Почему ты так думаешь? И Железный Дровосек поведал новым друзьям свою историю. —Когда меня любили, я был счастливейшим человеком.—вздохнул Дровосек—Если Гудвин даст мне сердце, я вернусь в страну Жевунов и женюсь на девушке. Может быть, она всё-таки ждёт меня… —А я всё равно предпочитаю мозги!—упрямо заявил Страшила—Когда нет мозгов, тогда и сердце ни к чему! —Ну, а мне нужно сердце!—возразил Железный Дровосек—Мозги не делают человека счастливым, а счастье—лучшее, что есть на земле. Элли молчала, так как не знала, кто из них прав. —Ну, вот.—проворчал себе под нос Тотошка—Теперь у нас тут два беспрестанно болтающих рта. Наступил обеденный час и компания остановилась у лесного родника, чтобы Элли с Тотошкой могли перекусить и попить. Страшила от нечего делать бродил взад-вперёд, а Железный Дровосек сидел на траве, подальше от воды. Он смотрел по сторонам, то на деревья, то на родник, то на Элли с Тотошкой и Страшилой и в какой-то момент, посмотрел вверх, на небо. Он и забыл какое оно красивое. Улыбнувшись, железный лёг на траву и стал смотреть на небо и облака. И вдруг, над ним навис Страшила. —Ты чего лежишь?—озадаченно спросил соломенный—Спать хочешь? —Нет.—спокойно ответил Железный Дровосек—Я смотрю на небо. Страшила посмотрел на небо, потом на лежачего друга и чуть подумав, тоже лёг рядом на траву. —Ух ты, а так удобнее, чем задирать голову!—заметил пугало—Знаешь, мне тоже нравится смотреть на небо. Оно красивое и ещё цвет меняет. Ты знал, что когда наступает вечер, или утро оно становится розовым и фиолетовым? —Знал.—ответил Дровосек—И согласен с тобой. Оно действительно красивое. И очень напоминает мне о Голубой стране и Жевунах... Внезапно, лицо железного стало грустным и он отвернул голову чуть в сторону. —Что такое?—удивился Страшила. —Жевуны стали бояться и избегать меня, когда я стал железным.—печально ответил Дровосек—Даже те, что были моими друзьями. Мне было так плохо и больно в душе от этого... Оттого-то я и поселился в глуши. Чтобы некому не попадаться на глаза. —Но ты же совсем не страшный.—возразил пугало—Элли! Девочка подошла к ним. —Элли, Дровосек рассказал мне, что когда он стал железным, его начали бояться Жевуны.—рассказал пугало—Скажи, Дровосек ведь не страшный? Железный Дровосек поднял на неё взгляд. —Нет, он ты страшный.—ответила Элли—И по-моему, даже красивый. Дровосека удивили её слова. Его невеста, тоже говорила ему, что он красив, даже когда он стал железным. Но одно дело невеста, другое—малознакомая девочка. —Я тоже не вижу в тебе ничего страшного.—вставил Тотошка—Страшный тут—только твой топор, а ты сам нет. Удивлённые глаза Дровосека переходили от одного его собеседника к другим. Лица девочки, пугала и зверька не показывали и тени лжи. Дровосек грустно опустил голову. —Жаль, что мои старые друзья так не думали...—вздохнул он. Элли что-то прошептала Страшиле и Тотошке, затем села рядом с Железным Дровосеком и обняла его. Пугало сделал тоже самое, а пёсик забрался к нему на колени. —Не грусти Дровосек.—сказала Элли—Мы правда совсем не считаем тебя страшным. —Вообще не считаем!—подтвердил Страшила. Тотошка утвердительно гавкнул. Смущённый Дровосек хотел поблагодарить их, но тут девочка придумала ещё кое-что: —Попробуй погладить Тотошку!—предложила она—Когда я грущу, я его глажу и мне становится легче. Услышав слово "погладить" Тотошка с готовностью подставил спину и нетерпеливо завилял хвостом. —Элли, ты уверена?—занервничал Железный Дровосек—Он такой маленький, вдруг я сделаю ему больно? Вместо ответа, Элли взяла железную руку Дровосека и аккуратно положила её на спину Тотошки. Дровосек дрогнул, но под ободряющим взглядом девочки всё же решился и аккуратно провёл рукой по чёрной шёрстке. Потом ещё раз и ещё. Тотошка вилял хвостом и жмурил чёрные, блестящие глазки от удовольствия. В груди Железного Дровосека снова потеплело, да так сильно, что он немножко всплакнул. Он не думал, что однажды снова почувствует себя так хорошо. —Спасибо вам большое, друзья.—тихо сказал Дровосек, улыбаясь.