Вечер в компании друзей и ночь наедине

Я проснулся от странного ощущения тяжести и полной беспомощности: тело будто налилось свинцом. Повернув голову, я увидел Катю: она закинула на меня ногу и вцепилась мертвой хваткой в мою руку, словно боясь, что я растворюсь во сне. Освободить ногу удалось относительно легко, а вот с рукой пришлось повозиться — пальцы жены сжались так крепко, что казалось, будто суставы сейчас затрещат. С горем пополам выпутавшись из ее объятий, я осторожно поднялся, оделся и на цыпочках заглянул в детям. Кирилл еще сладко сопел в колыбели, а Кира спала, раскинув руки по подушке. Спустившись на кухню, я застал за утренним чаем родителей и неожиданно — Олю. — Доброе утро! Оль, вот уж не думал, что ты приедешь, — улыбнулся я. — А где Илья и племянники? — Привет, Тош, — объяснилась она, грея ладони о чашку. — Илья на работе, а парнишка с девчонкой пока в садике. Через пару минут на кухню спустилась заспанная Катя. — Привет, Оль, как дела? — сонно поинтересовалась она. — Привет, Кать. Да потихоньку, всё хорошо. Ты как? — Тоже нормально, выспалась наконец-то. Мы сидели за столом, лениво потягивая чай, когда спустя пару часов сверху послышался топот — проснулась Кира. Она сонной птичкой впорхнула на кухню: — Доброе утро, теть Оль! — Доброе, солнышко, как спалось? — тепло улыбнулась Оля. — Хорошо. А братишка с сестренкой где? — оглядевшись, спросила девочка. — В садике, но сегодня вечером уже будут дома, — ответила Оля. — Ура! — радостно подпрыгнула Кира. В этот момент в кармане тихо звякнул телефон. На экране высветилось сообщение от Ромы: «Тохич, доброе утро! Скажи Кате, чтобы надевала платье — мы сегодня в три часа едем в ресторан». Я коротко ответил «окей», убрал смартфон и, слегка подтолкнув жену за плечо, кивнул на коридор: — Пойдем на секунду, надо кое о чем сказать. Катя удивленно приподняла брови, но вышла за мной. — Что такое? — Рома только что написал. Говорит, мы сегодня в ресторан едем. У тебя есть какое-нибудь платье с собой? — Было одно красное, а что? — Вот его и надевай, — улыбнулся я. — Нас зовут развеяться. — А дети? — тут же встревожилась она. — С родителями побудут, они всё равно по внукам соскучились. Я вернулся на кухню, подошел к отцу и тихонько позвал его в прихожую: — Пап, мы тут с решением нарисовались... Рома в ресторан позвал, а потом мы с Катей хотели бы вдвоем побыть, дома у себя. Дети у вас переночуют? Вы не против? — Да пусть остаются, конечно, я маму предупрежу, — отмахнулся отец. — Спасибо, пап. Вернувшись за стол, я застал сборы. Мама заглянула на кухню с сумкой в руках: — Антон, мы сейчас с папой в город уедем с ночевкой к друзьям. Вы же к вечеру вернетесь? — Я понял. Честно говоря, пока не знаю, как получится, — ответил я. — Ну ладно, мы тогда поехали. Хорошего вам отдыха, детки! — мама тепло улыбнулась и вышла из дома. Оля тоже встала из-за стола: — Ребят, я за детьми в садик поехала. — Теть Оль, а можно с вами? — тут же заканючила Кира. — Спроси у родителей, если разрешат — с радостью возьму. Катя, стоявшая у гладильной доски и разглаживающая складки на том самом красном платье, кивнула: — Можешь ехать, Кир. — Спасибо, мамуль! — Кира живо оделась, и они с Олей уехали. К слову, Илья недавно сделал Оле шикарный подарок — новенький Volkswagen Polo, на котором она теперь с удовольствием рассиживала по делам. Мы с Катей принялись собираться. Ровно через десять минут телефон снова ожил — звонил Рома: — Привет, Тох! Мы через десять минут будем у вас, выходите. — Понял, скоро будем, — бросил я трубку и крикнул жене: — Кать, быстрее! Ребятки уже подъезжают! — Сейчас, погоди, губы только докрашу! — отозвалась она из спальни. В этот же момент во двор зарулил автомобиль Оли — дети шумно высыпались из машины и с радостным криком побежали в ее старую комнату. Катя выглянула с лестницы: — Оль! — Слушаю! — Если Кирилл проснется, сможешь его покормить? — Своей? — с наигранным возмущением уточнила Оля, приложив руку к груди. — Ой, дурочка! — рассмеялась Катя. — Там баночка со смесью стоит, разведешь теплой водой и всё. — Ладно, справлюсь, — улыбнулась Оля. Спустя пять минут мы с Катей уже спускались вниз. У калитки нас ждала машина, а в ней: Рома с Полиной и Бяша с Соней. — Тох, слушай... — виновато замялся Рома, выходя из салона. — А можно детей у вас оставить? Их реально не с кем пристроить. — Да без проблем, только родителей нет, дома одна Оля. Сейчас я с ней договорюсь. Я быстро сбегал в дом, перекинулся с Олей парочкой слов, получил добро и помог ребятам перевести дух. Мальчик и девочка с дорожными рюкзачками робко зашли в дом, разделись и побежали наверх, к Кире. Мы наконец погрузились в машину. — Всем привет! — радостно бросил я, устраиваясь на сиденье. — Привет, Тохич! — отозвался Бяша с заднего ряда. — Привет-привет, — хором улыбнулись Полина и Соня. — Ребята, привет! — помахала рукой Катя. — Куда путь держим, капитан? — повернулся я к Роме. — В ресторан, куда же еще, — подмигнул он. Я хитро улыбнулся и извлек из сумки бутылку хорошего шампанского вместе с пластиковыми стаканчиками. — Ого! Ты когда успеть-то сориентировался? — удивилась Катя. — Вчера, пока в магазин ходил, — подмигнул я. — Ну, за встречу! Я начал аккуратно разливать шипучий напиток по стаканам. — Эх, облом мне, — вздохнул Рома с грустью, глядя на дорогу. — Ты за рулем, Ром, тебе нельзя, — строго, но с нежностью напомнила Полина. — Знаю-знаю... Ладно уж, полетели. Рома чуть сильнее надавил на газ, машина резво помчала вперед. — Ромыч, помедленнее! Тут гаишники по кустам прячутся, — напрягся Бяша, заметив фигуру в форме. — Да не боись, прорвемся, — уверенно бросил Рома и тут же затормозил по требованию патрульного. Из темноты обочины вышел инспектор: — Здравствуйте. Ничего себе мы летим, превышаем, товарищ водитель. Рома приоткрыл окно, окинув его вальяжным взглядом: — Здравствуй, Менкалов. Мы отдыхать едем, сбавь обороты. Инспектор вгляделся в лицо водителя, мгновенно вытянулся по струнке: — Ой... Товарищ капитан, виноват, не признал впотьмах. Хорошего отдыха! — Давай, удачи на посту, — кивнул Рома и плавно тронулся с места. — Ромыч, мать твою... это что сейчас было? — ошарашенно выдохнул Бяша. — Да этот мент у меня в подчинении, у него рыльце в пушку, вот и молчит в тряпочку, — хохотнул Рома. Спустя двадцать минут бутылка была пуста, а уставшие от задорной болтовни девочки тихонько задремали на задних сиденьях. — Ромыч, кажется, отбой по женской части, вырубились они, — шепнул я, глядя на мирно спящую Катю. — Нормально, как раз на месте, — Рома аккуратно заглушил мотор на парковке. — Буди всех, приехали. Три часа пролетели как одно мгновение — за вкусной едой, смехом и воспоминаниями. На выходе из ресторана ночной воздух приятно остужал разгоряченные лица. — Слушайте, а давайте по парку прогуляемся? Ночь теплая, грех в четырех стенах сидеть, — предложил Рома. — Я только за, — поддержал я. — Девчонки, вы как, осилите прогулку? — крикнул Бяша. — Ой, давайте пройдемся, свежий воздух не помешает, — сонно, но с улыбкой согласились они. Мы шли по аллее: мы с парнями шагали чуть позади, обсуждая какие-то свои дела, а наши жены шли впереди, щебеча о женском. Но спустя еще пару часов ноги стали гудеть. — Всё, ребят... Мы больше не можем, ноги отваливаются, — простонали в один голос девочки, останавливаясь. — Домой, срочно домой! — Ладно, уговорили, карета будет подана, — смеясь, согласился Рома, и мы повернули к стоянке. Пока ехали, я достал телефон и набрал Оле: — Оль, привет. Слушай, мы детей Пятифана и Будаева оставим до утра у себя, ладно? — Ну ладно, пусть ночуют, мне не жалко, — сонным голосом отозвалась сестра. — И еще... мы с Катей поедем к нам домой, не к родителям. Ходим побыть вдвоем, понимаешь. Заберу детей завтра утром, и остальные тоже подъедут. — Поняла тебя. Родителям передать? — Обязательно. Спокойной ночи, Оль. — И вам того же, давайте аккуратнее. Я положил трубку и тронул Рому за плечо: — Ром, нас к нам домой кинь, не к родителям. Сначала Будаевых завезем, а потом нас. — Без проблем, поехали. Дорога заняла немного времени. Соня уснула прямо в машине, и Бяше пришлось аккуратно, на руках, нести ее до самой квартиры. К слову, жизнь у каждого сложилась по-своему. Родительский дом Бяши после ухода родителей опустел, и он продал его, купив уютную квартиру прямо здесь, в селе. Рома же поступил иначе: после смерти родителей они с Полиной решили сделать там капитальный ремонт. Полина сама настояла на этом — она наотрез отказывалась переезжать в другое место, желая навсегда стереть тяжелые детские воспоминания, связанные с Харитоном. Мы с Катей тоже обосновались неподалеку, купив квартиру на окраине села. Наши дети теперь ходили в ту же самую школу, где когда-то учились мы сами. Только теперь всё изменилось: Катя преподавала там русский язык и литературу, Лилия Павловна занимала пост директора, а Бяша нашел себя в роли учителя труда. Когда мы наконец добрались до нашей квартиры, Полина уже мирно спала. Мы тепло попрощались с Ромой и поднялись на этаж. — Тош, а давай по чуть-чуть выпьем? Чего-то так хорошо на душе, уходить спать не хочется, — предложила Катя, едва заперев дверь. — А давай, — согласился я, подыскивая напиток. Буквально за полчаса мы выпили половину бутылки водки. Я держался бодро, а вот Катя... Катя явно расслабилась. Щеки ее раскраснелись, глаза блестели озорным и пьяным блеском. — Тош... ик — протянула она, обвивая руками мою шею. — А я тебе... я тебе когда-нибудь говорила, как сильно я тебя люблю? — Говорила, и не раз, но я готов слушать еще, — улыбнулся я, прижимая ее к себе. — Спасибо тебе за всё... Если бы ты тогда, одиннадцать лет назад, не переехал в наше село, я даже боюсь представить, как бы сложилась моя жизнь... — Брось ты это, глупышка, — тихо ответил я, зарываясь носом в ее волосы. Катя хитро прищурилась, качнулась вперед и шепнула прямо в губы: — А теперь... я хочу, чтобы ты был во мне целиком... С этими словами она поцевала меня так жарко и страстно, что весь мир вокруг разом перестал существовать. Подхватив ее на руки, я понес свою любовь в спальню.