Часть 22

В номере собралась четвёрка магов. Двое из них в полном недоумении смотрели на остальных. — Зачем мы тебе, Паркинсон? — немного угрюмо спросила Джинни и покосилась на брата, которого позвали вместе с ней. Младшая Уизли недолюбливала Пэнси. Она была убеждена: Гермиона когда-то призналась подруге, что хочет исчезнуть, а та её отпустила. Эти подозрения подпитывались реакцией слизеринки после пропажи Грейнджер: Пэнси хоть и стала холоднее, но не выказывала особого горя. В отличие от того же Малфоя, который из-за исчезновения Гермионы совершенно утратил навыки окклюменции и едва не выдал себя как шпиона Ордена. Джинни просто не понимала, что Паркинсон не привыкла демонстрировать чувства на людях. Наедине же с близкими… Гарри с трудом вытащил возлюбленную из пучины боли. — У меня есть важная информация, касающаяся Грейнджер, — твердо произнесла Персефона, надеясь, что голос не дрогнет. — Какая информация? — в глазах рыжей ведьмы вспыхнул интерес. Она подалась вперед, сидя на кровати и пристально глядя на Пэнси, замершую у стены. — Она может оказаться… живой, — на последнем слове голос миссис Поттер всё же предательски дрогнул, став выше. Рон, до этого спокойно сидевший рядом с сестрой, резко вскочил. Он уставился на слизеринку так, будто она только что объявила о воскрешении Волдеморта. Он перевел ошарашенный взгляд на Гарри, но Поттер лишь поднял руки в оборонительном жесте: — Я считаю, что это неправда. Пэнси одарила мужа яростным взглядом. — Но… как? — потерянно выдохнула Джинни. — Серафина. — Встретив непонимающие взгляды Уизли, Пэнси продолжила: — Серафина может оказаться Гермионой. Сейчас объясню… Брюнетка принялась мерить комнату шагами, излагая свои подозрения, догадки и факты. Поначалу Рон и Джинни слушали со скепсисом, но когда речь зашла о крестражах, их зрачки расширились от шока. — Откуда она знает о крестражах? — недоумение захлестнуло Джинни. — О них знали только я, потому что была под воздействием одного из них, ты, — Уизли указала на Пэнси. — Тебе Гарри рассказал. Знали Гарри, Рон и сама Гермиона, потому что искали их. И Драко — ему Гермиона доверилась. Насколько я помню, Теодор и Дафна понятия не имели об их существовании. Других вариантов просто… нет. — Джинни на мгновение замолчала, погружаясь в свои мысли. — А как она вообще тебе проговорилась? Пэнси воскресила в памяти разговор на мосту. — Ну… Я расспрашивала её о чувствах к Малфою. Она сказала, что «что-то есть», но она обижена. Клянусь, никакой обидой там и не пахло! Потом она заявила, что обиделась , потому что во время поцелуя Малфой назвал имя Гермионы… — Они целовались?! — в один голос выкрикнули все присутствующие. — Ой, да… В общем, я спросила, откуда она знает Гермиону. Она ответила, знает её , потому что та была подругой Гарри и… — Пэнси сделала драматическую паузу, — искала с ним крестражи. — Это очень странно… — прошептал Рон. — Вот именно! Поэтому я и утверждаю: Серафина — это Минни! — воскликнула Пэнси. Джинни удивилась тому, как неистово Персефона цепляется за идею, что Гермиона жива. В голову закралась мысль: а что, если Гермиона всё-таки ничего не говорила Паркинсон перед уходом? — Мне нравится эта теория. И… скорее всего, она правдива, — едва слышно прошептала Джинни. Она сама почти не верила в то, что её лучшая подруга могла выжить. Столько лет она приучала себя к мысли о её гибели, что иной исход казался невозможным. Но теперь все ниточки вели к тому, что Грейнджер никуда не исчезала навсегда. — Офигеть… — тихо выдохнул шокированный Рон. — Давайте расскажем остальным. Всем, кроме Серафины и Драко, — Джинни уже не терпелось обсудить это с Блейзом. — Да. И мне кажется, тянуть не стоит, — ответила Пэнси. *** Сон начал медленно окутывать сознание Малфоя. Весь вечер в баре он просидел в тени, думая о Гермионе. Она внезапно ворвалась в его мысли и наотрез отказалась их покидать. В последние дни эта девушка буквально поселилась в его голове. Драко понимал: виной всему Серафина. Ведь каждый раз, когда он смотрел на эту танцовщицу, он видел в ней Гермиону, и в его сердце что-то с треском рвалось по швам. Малфой надеялся отдохнуть от шатенок хотя бы во сне, поэтому искренне обрадовался, когда его сознание наконец погрузилось в царство Морфея. *** Тук-тук. Пауза. Тук-тук-тук. Пауза. Тук-тук-тук-тук. Ожидание. Драко сразу распознал код, который слышал чуть ли не ежедневно, и поспешил открыть дверь. После трех неудачных рейдов он отчаянно хотел передать Гермионе добытые сведения, а затем — просто утонуть в её объятиях. Он с нетерпением распахнул дверь, но тут же нахмурился. На пороге стоял Гарри Поттер, весь измазанный кровью. Сердце блондина ушло в пятки. — Малфой… — Чёрт возьми, Поттер, что случилось?! Что с Грейнджер?! — в панике выпалил Драко. Он ворвался обратно в хижину, схватил мантию Пожирателя смерти и уже был готов ринуться в бой. В своих мыслях он уже вызволял Гермиону из вражеского плена. — Малфой, стой. Нет смысла бежать, — устало произнес Гарри и, задев Драко плечом, вошел внутрь. Малфой недоуменно посмотрел ему вслед и зашел следом. Гарри обессиленно опустился на диван, а Драко встал напротив него, опершись о стену. — Где Грейнджер? — твердо спросил он. — Кхм, тут такое дело… Она пропала. У Драко резко закружилась голова. Он ухватился рукой за стену, чтобы удержаться на ногах. В разуме начали лихорадочно выстраиваться стены окклюменции. Гарри видел, как Малфой возводит ментальные щиты, и молча ждал, пока тот закончит. — Сначала мы подумали, что она ушла проверить родителей, но… её не было уже десять рейдов подряд. Десять! Она никогда не пропускала больше двух. Проблема в том, что никто из нас не знает, где живут её родители. И если с ней что-то случилось, мы даже не представляем, где её искать… — Гарри сделал паузу, давая Драко время переварить информацию. — Мы надеялись, что хотя бы ты знаешь этот адрес. — Не знаю, — отрезал Малфой и, не желая больше терять ни секунды, вылетел из хижины. Он трансгрессировал прямиком в Малфой-Мэнор и сразу же наткнулся на компанию громко хохочущих Пожирателей смерти. — Ты бы слышал, как она орала! Жаль, что я не уделил ей больше времени. Уверен, что её ротик был способен на большее, — раздался омерзительный гогот. — Но Тёмный Лорд приказал сразу же отправляться в другое место, а там шлюшка оказалась посимпатичнее, так что я не сильно расстроился. Горло Малфоя словно сжали тисками. К горлу подступила тошнота, но нужно было держать лицо. Драко натянул на лицо ленивую усмешку и подошел к Пожирателям. На его появление никто не обратил особого внимания. — А мне вот не дают наслаждаться трофеями. Тёмный Лорд приказывает сразу пускать их в расход. Но один раз он всё же разрешил мне забрать девку домой. Теперь она скрашивает мои серые будни, — мужчина похабно провел языком по губам. — Хм… И где вы только находите красивых? — небрежно бросил Драко, вклиниваясь в разговор. — На каждом рейде попадаются одни уродки, даже смотреть противно. И вообще, дело не только в красоте, я люблю тех, кто сопротивляется. Мне нравится их ломать. Но они почти сразу сдаются.  — Согласен. Куда веселее сначала поиграть с добычей… — ухмыльнулся Пожиратель. — Сильнее всех всегда сопротивляются грязнокровки и маглы, — подал голос самый пожилой из компании. — Кстати о грязнокровках. Я давно хочу поймать Грейнджер, упертая и горячая штучка. Думаю, если я её выслежу, Тёмный Лорд позволит оставить её мне. Только вот я давно не видел её на рейдах… Один из Пожирателей издевательски заржал: — Да прижали её давно. Майклсон хвастался, что славно поразвлекался с одной кудрявой девкой, думает, это была Грейнджер. Но он её сразу же прикончил, поэтому предпочел умолчать об этом перед Тёмным Лордом. Драко сделал медленный вдох. Нужно держать себя в руках. Чего бы это ни стоило. — Жаль. Придется искать замену. Спасибо за приятный разговор. Малфой резко развернулся на каблуках и зашагал прочь. Окклюменция рушилась на глазах, еще секунда — и он сорвется. Драко влетел в свою комнату, запечатал дверь запирающим заклинанием, наложил заглушающие чары и… *** Драко резко сел на постели, проснувшись от собственного крика. Мозг снова подсунул ему самое жуткое воспоминание из прошлого. Блять.