1 Глава "То, что было у нас"

Вселенная необъятная и бесконечная. Человечество убедилось в этом, когда вышло за границы собственной системы. Люди устремились изучать другие галактики, они хотели найти другие жизни, и у них это даже получилось. Решимость — одно из качеств человека. Амбициозность всегда помогала не останавливаться на достигнутом. Однако причиной тому были далеко не только мирные желания. Их мир иссяк из-за жадности, людям стало тесно на собственной планете. Они поселились на других, познакомились с иными жизнями и там стали сеять свои идеи. Вместе с открытиями другие миры насытились злобой людской. Человечество хотело подчинить себе Вселенную, что никогда им не принадлежала. Объединённые в коалиции монстры смогли образовать магическое кольцо и назвали себя «Подземелье». Пройти внутрь кольца было возможно только через Тобийскую систему, которая носила название «Южное Кольцо». Люди же создали свою коалицию и назвали её «Империей». Они приветствовали в своих рядах существ разных рас, однако лицемерно предпочитали свой собственный вид. С того момента началась Великая война. Империя стремилась захватить Подземелье, пропагандируя, что то есть ради общего процветания. Они говорили, что принесут местному населению — монстрам — новую эпоху, новый уровень жизни. Монстры разделялись на два лагеря. С одной стороны, они не хотели страдать в этой войне и их виду было проще подчиниться. А с другой — это был их мир. Южное Кольцо представляло из себя гелиосферу, где было всего три планеты. Людей безвозвратно увлекала возможность того, что они находились на одной звёздной орбите. Хотленд — самая горячая планета, первая и приближённая к общему их богу — Тоби. Вотерфол — вторая по счёту планета, наполненная водой, тропическими лесами и вечными дождями, но главная гордость — прочный ресурс, носящий название «новМеталл». Сноудин — третья планета, здесь самые большие вечные мерзлоты, снег практически круглый год, и он больше других планет наполнен загадкой и магией. У Хрустального дворца в самом центре столицы Вотерфола происходил большой праздник, участниками которого являлись столичные и провинциальные граждане. К сожалению, все не могли бы собраться на территории поместья, поэтому были вынуждены наблюдать за происходящим иначе. Громоздкие хлопушки пускали в воздух конфетти и блёстки. Оркестр играл торжественную симфонию, многочисленные знатные лица стояли в парадных костюмах вокруг крыльца, что выглядело как сцена для концерта. На ясном небе изредка появлялись перистые тонкие облака. Погода ещё была тёплой и сухой. Инки — одна из королевских представителей в личной армии королевы — стояла впереди. Да, она Черниль, дочь первых помощников правящей семьи Сноудина, была витязем королевы Вотерфола. Рядом с ней стояли новые союзники. Например, высокий, крепкий парень с пепельными волосами точно родом из Вотерфола. Даст был ранее инквизитором и врагом, сменил сторону. Обычно он скуп на слова. Будучи пилотом и мечником, Даст оставался крайне тактичен и не позволял эмоциям взять верх в те моменты, когда был не уверен в своей победе. Сейчас же он с трудом сдерживал слёзы. Рядом с ним стояла Киллер. Ещё один новый союзник и бывший враг. Девушка тоже была из Вотерфола, хотя по волосам так и не скажешь. Они у неё были снежные, словно первый снег. Киллер холодно стояла подле друга, не хотела, наверное, излишне привлекать к его эмоциям внимание. На неё то и дело поглядывал Оутер. Или, точнее сказать, король Сноудина Оутер Лютен. Та самая королевская персона, которой Инки должна была беспрекословно служить, ведь таков был между их семьями давний уговор. Золотые кудри парня покачивались от лёгкого порыва ветра, и только они так же безбрежно обрамляли череп, пока сам Оутер был одет с иголочки. Среди них могло быть больше монстров, но они не смогли явиться, к сожалению. — Блу Ягодноликая должна была получить свой титул после победы над Империей. Но она героически отдала свою жизнь на поле боя, — королева Дрим грустно опустила глаза. Рядом с ней стоял её нынешний теперь уже муж — Кросс. Парень держался молодцом, пусть члены его семьи и стали шельмами — бывшими знатными монстрами. Он старался оставаться серьёзным, спрятать свою мягкость к королеве. Их брак — просто очередной договор. Без особой любви и привязанности. В тех обстоятельствах между ними что-то и вправду родилось, но оно могло так же быстро потухнуть. Инки это чувство знала как нельзя лучше. Ведь Эррор не явился на мероприятие вручения титула. Дрим осторожно поднесла к одному плечу меч и продолжила пламенную речь: — Раз так случилось, я имею полное право даровать её сестре — Свап Ягодноликой, заслуженный Блуберри Ягодноликой титул баронессы и земельный участок с поместьем. Баронесса Ягодноликая отныне может выбрать своё ремесло и послужить на благо планеты. Вы вернулись из Звёздной полосы, чтобы похоронить свою сестру, но более Вам убегать не обязательно. Память о Вашей сестре стала частью почвы, по которой мы все с вами ходим. Дрим прикрыла глаза. Золотые пошивы платья королевы ложились на мрамор, пока на голове она держала тяжёлую сияющую корону. Блондинистые локоны подхватывал ветер и путал их между собой. Девушка повернулась к знатным людям, представляя высшему обществу нового члена светского коллектива. Была бы здесь Блу. Она была бы счастлива. Вместе со всеми Инки захлопала. Аплодисменты по большей части были не от чистого сердца, но такие громкие и внушающие, что Черниль предпочла опустить своё неодобрение. Таковы знатные монстры. Мало в них искренности. Она уже не злилась на это, просто тоска брала. Но не только для этого приехала Свап. Праздник в честь этой значительной победы в битве отмечали все три планеты достаточно скромно, ведь на том не заканчивалась война. И пока праздник продолжался, охрана держала всё под контролем. Когда всё закончилось, королева Дрим и остальные друзья собрались на уединённом разговоре в зале дворца. Инки молчала по большей части. Местные потолки были такими высокими, не то что привычные комнаты. Статуи, сделанные из гипса известными авторами и скульпторами,  украшали помещение. Через большие окна брезжил дневной свет. Диваны, что выставлены полукругом вокруг камина, были такие же белые, как и пол из полированных плит. Мраморные колонны в стиле барокко сходились в арке, и стоило признать, что всё выглядело эстетично. Но Инки всё равно было некомфортно. Как будто не хватало... хаоса в этом порядке. Да, здесь была своеобразная заполненность, но её мало. Была бы возможность, Инки бы разбрызгала краски и оставила так. — Будьте любезны, расскажите, что произошло, когда умерла моя сестра, — попросила Свап. Девушке было где-то шестнадцать? Но она повзрослела раньше, чем должна была. Такое случается, к сожалению, в последнее время часто. Дрим сняла с себя головной атрибут и положила корону на стол. Разговор был тяжёлый, они ведь росли с Блу долгое время. А теперь нужно было вскрыть моменты тех дней. — Как Вы знаете, Ваша сестра стала частью "Звёздной команды" после удачного завершения миссии по краже опасного оружия в империи, когда ей было всего лет семь. С той миссии она училась со мной. Но договор между нами был заключён немного раньше. Всё, чего она хотела, — это дать Вам лучший дом. Даже если это означало участие в войне, где умереть... можно в любой момент. Когда стало ясно, что новое оружие, которое насильно принудили сделать Мехе, должно было притянуть к себе метеориты, а не другие планеты, как мы думали, мы постарались их уничтожить. Вышло это сделать только на Сноудине. В Вотерфоле я потратила много сил, чтобы создать защитное поле и противостоять разрушению. У королевы Нега же не было столько сил. Или возможности, как знать? Но защитить Хотленд уже не мог никто. Мы сделали всё возможное, чтобы отвести метеориты в пустыню Дейд, что является самой большой пустыней на планете. Мне пришлось использовать жизненные силы, из цели спасти и вторую планету, но этого не хватило. Когда я потеряла сознание, меня спасла Блу. К большому сожалению, мои травмы оказались слишком критичными... — девушка болезненно укрыла глаза от лишнего взора, стыдясь того, над чем не была властна. — Благодаря нашему договору, она решила забрать на себя мои раны. И умерла. Это моя вина... Век мне не будет покоя... Кросс положил на плечо девушки руку и ободрил: — Ты ни в чём не виновата! — Верно, это не её вина! — добавил эмоционально Даст, держа ладони в кулаках. — Я был рядом. Я мог спасти королеву Дрим! Всё равно я сделал слишком много плохого... Лучше бы я там оказался, она бы не смогла забрать мои травмы. Парень отвернулся и поджал губу. Инки сочувственно смотрела на то, как Даст прятался за капюшоном и старался держать себя под контролем. Инквизитор был лишён любви, он рос сначала без должного родительского внимания, потом в детском доме, а после его гоняли на арене смерти. Только затем он стал инквизитором, где так же ему не давали продыху. Блу могла вырастить в любом монстре нежный цветок, который хотелось оберегать, как и её. Однако боевая натура подруги и всеобъемлющая невинная любовь к миру привели её к могиле. Нет. Не они. Просто так вышло. Но кто они теперь без неё? — Я всё поняла, — отстранённо добавила Свап, осторожно держа в руках медальон. — Тогда я сделаю всё возможное, чтобы она не разочаровалась во мне. Однако, скажите. Что будет дальше? Королева Дрим утёрла с щёк слёзы и тяжело вздохнула. Это был непростой вопрос. — Дальше война продолжится. Они нас не оставят в покое. Но Вам не нужно становиться её участником, баронесса. — А если кто-то снова умрёт? Неужели нет варианта договориться? — взгляд Свап стал таким серьёзным. Инки нахмурилась. Какие, к черту, договоры с агрессором? Сдать Южное Кольцо и позволить Империи проникнуть внутрь Подземелья? Замечательная идея. — Смерть — неотъемлемая часть войны, — жестоко, но правдиво сказала Яблочная. — Если кто-то умрёт, мы похороним его так же достойно, как Меха и Вашу сестру. Договоры могут означать лишь добровольную сдачу Тобийской системы, всего Подземелья, а значит, и всех других систем, что являются непосредственной частью коалиции. Нельзя это допустить, Свап Ягодноликая. Взгляд королевы изменился. Она была уверена в своих словах. Инки не понимала сомнения, касательно этого вопроса. Точнее, нет, она понимала. Монстры устали. А Империя ложно кормит их и дальше завтраками о лучшем будущем. Монстры этим от людей и отличаются. В них нет той решимости идти до самого конца. Они просто хотят жить спокойно, даже если это значит расстаться с привычной жизнью. Смирение с любой ситуацией делает их лёгкой мишенью для людей. Королева Дрим поднялась, смахнув с себя руку мужа, и строго проводила всех светлыми глазами: — На том мы закончим. Благодарю за посещение мероприятия, король Оутер, Киллер, Даст. Прошу по случаю посетить наши целебные источники, чтобы излечить раны перед новым боем. Инки, тебя это тоже касается. Все вокруг так же поднялись и поклонились королеве. Свап всё ещё сидела в лёгком смятении, однако вовремя опомнилась и поклонилась представительнице королевской династии. — Прошу простить, меня и Киллер ждёт работа в Белом дворце, — король Оутер легко улыбнулся и протянул Киллер руку, на которую она нехотя положила свою. — Я тоже откажусь... Хотел сходить на могилу Блу, — неловко отозвался Даст, даже не зная, как нужно общаться с кем-то таким высокопоставленным. Брови королевы тоскливо изогнулись: — Ты ведь уже там был сегодня два раза. — Лишним не будет третий, да? — отшутился парень. Все отказались от предложения и не только из уважения, но и по собственному желанию, а Инки решила с большой охотой согласиться: — Я пойду. Благодарю Вас, Ваше Величество. Вотерфол и вправду славился своими источниками. Целебные воды лечили тяжёлые раны за несколько часов. Если в Хотленде магия витала в воздухе, а в Сноудине скрывалась в пещерах и лесах, то в Вотерфоле она наполняла бескрайние источники глубин. А лучше всего было то, что найти их, как правило, было несложно. За час с небольшим Инки добралась до назначенного места и уже предвкушала отдых. Долгожданный. Витязь поправила полотенце у себя на груди и смахнула упавшие на лицо локоны с естественным голубым переливом на концах. За это время её короткая стрижка успела сильно отрасти и сейчас была чуть ниже аккуратных плеч. Жаль, что расти уже было некуда, и она была вынуждена остаться коротышкой. Позади располагался небольшой четырёхугольный домик с закруглёнными крышами и такими же закруглёнными вверх концами, что помогало дождю не просачиваться на каменный пол. Известняковые столбы выстроились вокруг озера и стремились ввысь, подобно местным растениям с кривыми стволами. Девушка находилась здесь одна. Сам источник располагался недалеко от столицы и по приказу самой королевы был забронирован на целый день. Скорее всего, Дрим хотела бы забронировать источник куда больше, но учла, что Инки не любит большие и пустые пространства, да и тем более она была тут совсем одна. Очень внимательно со стороны королевы. Витязь в который раз осмотрела участок и всё, чем он был наполнен, пока не решилась зайти в воду. Горячая вода обволокла ноги. Инки медленно села на ближайший камень в воде и позволила себе расслабиться, прикрыв глаза. Как будто находилась в большой ванне, что так любезно ей могла наполнить теперь Мила. Черниль много училась, и такие прелести ей были недоступны. Единственный монстр, с кем она иногда на последние деньги посещала источники, была Блу. Но теперь подруга закопана в земле. Это сильно выбивало из колеи. Зелёные глаза закрылись окончательно, вспоминая те моменты. Блу была самым позитивным и весёлым монстром, кого только могла знать Инки. Тёплый пар от воды обдавал и обогревал скулы, шею легким прикосновением. Будучи дочерью знаменитого и не последнего рода во всём Южном Кольце, Инки сделала много ужасных вещей. Она не только не оправдала своей фамилии, но и испортила честь семьи. В детстве, преследуя только свои цели, Инки обманула Эррора и воспользовалась им. Тогда он ещё был обычным мальчишкой, добрым и наивным. Инки же, наоборот, проявляла коварство. Спустя много лет они снова столкнулись и поменялись местами. Но злобу Эррора можно было понять, а её поступки нельзя просто простить. Сейчас Инки могла лишь винить себя в этом. Эррор неоднократно пытался её убить, обманывал и использовал так же, как это делала она. В конечном итоге переломным моментом стала его собственная семья, что отчасти осталась жива. Фреш и Гено объединились с другими жителями Хотленда в сопротивление. Пока Империя наносила удары по жилым домам, находя множество оправданий своей агрессии, они делали всё, чтобы Хотленд не пал окончательно. Нега ведь тогда помогала Империи. Нет, даже почти сдала планету, которую обязывалась защищать и оберегать. Теперь уже Инки не могла винить себя и проливать слёзы в очередной раз. В душе девушки осталась дыра. Когда её отношения с Эррором стали теплее, она поддалась своему демону и поцеловалась с Найтмером, главой отряда Месяца, который должен был привести Империю к полному захвату Южного Кольца. Черниль сразу за это поплатилась, и тьма расползлась в её груди, лишив самого важного для витязя — эрца. Никто, кроме Эррора, ещё не знал, но она более не могла обнажить свой клинок. Девушка приподняла руки, по которым вода стекала вниз и возвращалась к озеру. Всю свою жизнь она посвятила битвам со злом, но настоящей тьмой оказалась она сама. Теперь же это только подтверждалось. Если всё пережитое было кармой, то она это заслужила. — ОдНа тУт? — узнаваемый голос раздался за спиной. Инки резко повернулась. Эррор всё ещё был слеп. Это произошло после того, как он воспользовался своей магией, чтобы спасти планету, которую хотел сначала уничтожить. Его наказание как будто было практически за просто так. — А... — Инки смущённо прикрылась руками. Чего она смущалась? Она же в полотенце. Тем более парень ничего не видел. Эррор, так и не дождавшись ответа, вздохнул и молча прошёл вперёд. Инки хотела что-то сказать, но Глючный и шанса ей не дал, продемонстрировав невероятную самостоятельность. Уселся прямо напротив неё. На теле Глюка виднелись самые разные шрамы. Он почти сразу прикрыл их полотенцем, но девушка всё равно была удостоена короткой возможности наблюдать тело нового друга, что заставило Черниль постыдно отвернуться. Что она себе только позволяет? Да, он не был чрезмерным качком. Да и вообще им не был. Но по крепким плечам было ясно, что Эррор так же убил жизнь на тренировки. — ЧеГо УсТаВиЛаСь? Инки недоумевающе похлопала глазами. Во-первых, она уже не смотрела. Во-вторых, как он узнал? Эррор положил локти на бортики источника и закатил глаза: — Я вИжУ тЕбЯ бЛаГоДаРя ТьМе. ВсЁ нАпОлНеНо ЭнЕрГиЕй, и Ты тОжЕ. — Когда ты этому научился? — изумилась Инки. — Не ТаК дАвНо. ДоГаДаЛсЯ. Вот оно как. Девушка выдохнула. Значит, он видел разве что её образ. И отличал по тому, что она состояла из энергии. — Тогда зачем было спрашивать, одна я тут или нет? — не поняла Инки. Эррор едва видно подавил раздражение: — ЧтОбЫ тЫ сПрОсИлА. Инки это на удивление даже не задело, но желание пообщаться отбило точно. Между ними повисло долгое молчание. Инки не была тихоней, тем более интровертом. Чуть что — она была рада поболтать. Но как и чем разбавить эту тишину? Как будто ей было совершенно не о чем говорить с Эррором. Чуть что — он бы прекратил попытки разговора сразу. И в тишине сидеть тоже не хотелось. — Как... Почему у тебя такой голос? — А чТо с НиМ нЕ тАк? — огрызнулся Глюк, явно намекая, что разговаривать он не хочет. Инки поджала губу, натягивая на себя улыбку. Вот и поговорили. Ожидаемо. — Ну... Знаешь... Заметила, что он... Такой же непостоянный как и ты! — попытка отшутиться вышла не самая удачная. Эррор устремил глаза строго на говорящую. И долго. Очень долго молчал, как будто пытался понять подтекст или просто не считал нужным что-то отвечать. — Ты ЧтО, пОшУтИтЬ пЫтАлАсЬ? — Не получилось? — всё так же держала свою улыбку сноудивинка. — ЛуЧшЕ тЕбЕ пЕрЕсТаТь. В сЛеДуЮщИй РаЗ я нЕ бУдУ СнИсХоДиТеЛеН. — Оу, так мило, что ты сдерживаешься ради меня! — состроила уморительную гримасу Инки, что заставило Эррора чуть не встать от злости. — ИнК! Черниль на секунду замерла, а потом как звонко засмеялась. Давно она себе такого не позволяла. Атмосфера могла быть расслабляющей, если бы Эррор не был готов утопить её прямо здесь и сейчас. Об этом говорил его оскал, что с трудом парень скрывал. — Прости-прости. Раньше.. Только Блу знала об этой моей стороне. Я поддалась ностальгии. Но... Мне всё же интересно. Есть ли моя вина в том, что... Твое тело так изменилось? Эррор выпустил пар через нос и вернулся на своё место, закинув руки туда же, где они были раньше. — Я нЕ тВоЯ пОдРуГа. И в ЭтОм НеТ тВоЕй ВиНы, — помимо шрамов, у Эррора от самых глаз до подбородка тянулись голубые линии. Красные белки глаз и жёлтая радужка на одном из них, внутри которого синий центр. Правый глаз был больше и полностью белый. Жёлтые пальцы с красными концами дополняли образ. Обычно хотлендовщане имели тёмный цвет кожи и жёлтые или совсем чёрные глаза. Эррор же выглядел так, как будто пользовался гримом, но, к сожалению, это был не он. — ЭтО пОсЛеДсТвИя ПоСлЕ тЕсТа. КоГдА тЫ мЕнЯ пОдСтАвИлА, вО МнЕ оТкРыЛаСь ТьМа. Я пРоШёЛ тЕсТ и СтАл ИнКвИзИтОрОм. Инки понимающе кивнула. Теперь было понятно, что произошло. Видимо, то, что у Даста, Киллера и остальных тоже стало его результатом. — А Найтмер тоже? — КаК я ЗнАю, Он СтАл ТаКиМ РаНьШе. Если тест изменял внешность инквизиторов, то как Найтмер смог это сделать самостоятельно? Или же это произошло вне официального теста? Так или иначе, Эррор, похоже, не хотел об этом говорить. Инки виновато понурила голову. — Это моя вина... На сей раз молчание Эррора и вправду было, потому что парень пытался сообразить, что ответить. — НеТ, эТо Не ТвОя ВиНа. ЕсЛи Бы Ты ТоГдА пОсТуПиЛа По-ДрУгОмУ, я Бы УмЕр КаК рЯдОвОй РаНьШе, ЧеМ дОшЁл До ЭтОгО мОмЕнТа. Инки грустно отвела глаза: — Разве не этого ты хотел? Чтобы я.. Погрязла в вине? Эррор убрал руки и, кажется, стал даже более сосредоточен и спокоен в этот не самым приятный разговор. — ХоТеЛ. Но Я... МнОгО дУмАл о ТоМ, чТо БыЛо, — отвернувшись, он с трудом проговаривал слова: — Но ВыНуЖдЕн ПрИзНаТь, Ты БыЛа Не ЕдИнСтВеНнОй ПрИчИнОй. ТоГдА мНоГо ЧтО пРоИзОшЛо. МоИ дРуЗьЯ мЕнЯ пРеДаЛи нА иСпЫтАнИи, я ПоСтОяНнО бЫл РаЗдРаЖёН. ТьМа Не МоГлА пОяВиТьСя Из-За МоНсТра, КоТоРоГо Я с ТрУдОм ЗнАл. Ты ПрОсТо СтАлА ДоБиВаЮщЕй ПрИчИнОй. Но Ты ИзМеНиЛа МоЮ жИзНь. МоЖнО сКаЗаТь, ЧтО... СпАсЛа МеНя. Я нЕ иСпЫтЫвАю НеНаВиСтИ к ТеБе, ИнКи. Это было подобно упавшему грузу с плеч. Инки поджала колени и сгорбилась, выдохнув от облегчения. Кажется, ей стало немного легче. Да, Черниль не могла просто взять и простить себе всё, что случилось, но теперь она знала, что не была главной виновницей ненависти Эррора. Он... Кажется, простил её. — А... Как прошёл тот тест? — вопрос был совершенно случайный. Просто, чтобы продолжить разговор. Даже если он был такой, он был необходим ей как вода. Эррор прокрутил в голове события тех дней. Что он чувствовал? Боль. — ЭтО бЫлО бОлЬнО. У МеНя ГоРеЛи ГлАзА, кАк БуДтО иХ пОдОжГлИ. От БоЛи Я нАчАл ПлАкАть, И тАк ПоЯвИлИсЬ эТи ЛиНиИ... — парень дотронулся до щёк и провёл вдоль синих полос. — ПоТоМ рУкИ. Их КаК бУдТо ЛоМаЛи НеСкОлЬкО рАз. Я чУтЬ нЕ пОтЕрЯл СоЗнАнИе. Посвящение в витязи не было таким болезненным. — Почему так происходило? — искренне обеспокоилась Черниль. Эррор небрежно махнул рукой: — СкОрЕе ВсЕгО, нУжНо БыЛо ВыЗвАтЬ сИлЬнЫе НеГаТиВнЫе ЭмОциИ и ЗаПеЧаТаТь Их В вИдЕ зНаКоВ нА тЕлЕ. ОнИ вСе ЧтО-тО зНаЧаТ. Я нАдЕюСь, ЧтО вОпРоСы ЗаКоНчИлИсЬ. Но вопросы были! Инки с трудом сдерживала своё любопытство. Что тогда значили его следы? Может быть, было в них что-то такое, очень важное! Кроме того, как он жил всё это время? Чем занимался помимо учёбы? Да и ребята же должны были стать ему близкими друзьями. Кроме того, для чего он вообще сюда пришёл? Может быть, он хотел увидеться с Инки? Поговорить? От одной это мысли она заливалась румянцем. Разговоры практически нагишом были очень странными и трепетными. Инки до сих пор не могла свыкнуться с тем, что видела парня в раздетом виде. Но он оборвал витязя уже на уровне мыслей: — С ТоГо ДнЯ, кАк ПрОшЁл ТеСт, МнЕ сНиЛсЯ оДиН и ТоТ жЕ сОн. ТоТ сАмЫй ДеНь, КоГдА тЫ мЕнЯ пОдСтАвИлА. МнОгО РаЗ я ПыТаЛсЯ иЗмЕнИтЬ еГо. Но ЧеМ дАлЬшЕ я ЗаХоДиЛ, тЕм БоЛьШе ПрОхОдИлО вРеМеНи. Я дАжЕ нЕ мОг ПрЕдПоЛаГаТь, ЧтО мОи СнЫ нЕ сВяЗаНы С тОбОй НаСтОяЩеЙ. Это было неожиданное признание для Инки. Что это было? Неужели это тьма? Она каждый раз открывала раны Эррора и подпитывала его обиду, тем самым превратив её в ненависть. А значит, тьма воспользовалась тем злополучным днём. Она лишь непредусмотрительно подстегнула это. В любом случае как бы тьма ни работала, всё закончилось. Витязь мягко улыбнулась и снова запрокинула голову, ощущая, как на лицо попадают капли от пара. Тело настолько привыкло к тёплой воде, что вылезать уже не хотелось. А раны и вправду заживали. Стоило только посмотреть на туловище, как шрамы стягивались. Нужно было что-то так же сделать с рубцом на шее. Инки привстала и окунулась в воду. Волосы вошли внутрь жидкости самыми последними и исчезли. — ИнК! — Эррор испугался, что девушка решила утопиться. Или вдруг перегрелась? Парень подскочил на месте и был готов собственными руками спасать бывшего врага от глупой попытки наложить на себя руки. Из воды на поверхность выплыл целый ряд пузырьков. Черниль высунула голову и схватилась за живот, не в силах проглотить смех. Это было так смешно, что Эррор настолько беспокоился о ней. — ЭтО нЕ сМеШнО! — разозлился Эррор и плеснул в девушку водой, после чего покинул источник и положил руки на грудь. Он и вправду был зол, но это только забавляло витязя. — Я пРиШёЛ сЮдА, чТоБы ТеБе НаПоМнИтЬ пРо ДоГоВоР. Ты ПоМоГаЕшЬ мНе вЕрнУтЬ зРеНиЕ, я ПоМоГаЮ тЕбЕ уДоЧеРиТь Ту СиРоТкУ. — Ах, да, касательно этого. Хорошо, что напомнил. А то Инки совсем забыла. Во-первых, их договор. Пока есть время, нужно этим заняться. А во-вторых, у Эррора была магия. А он обладал тьмой! Только королевские семьи могли обладать и эрцом, и магией. Не могло же у инквизиторов всё быть значительно иначе? — Раз такое дело, то пошли к моим родителям! Сейчас Дрим, Оутер, Нега и Эхо ведут переговоры. Империя молчит, так что время у нас есть. Уверенность Инки отражалась в её сияющих глазах. К большому сожалению, Эррор не относился к этой идее с тем же энтузиазмом. — БеЗ нИх СоВсЕм НиКаК? НаВрЯд лИ вСеМи УвАжАеМыХ гЕрЦоГа и ГеРцОгИнЮ уСтРоИт ИнКвИзИтОр, — парень демонстративно закатил глаза, проговорив это таким тоном и сделав акцент на родителях Инки, как будто предпочёл бы всё решить на уровне одной подписи. Черниль пыталась прочитать Эррора, понять связь его эмоций и прийти к логичному ответу, почему он так считал. Вопросы глючный все равно не любил, чего его мучить ими? Хотя такие выводы совсем не в стиле Инки. — С чего ты это взял? Как и ожидалось, Эррор тяжело вздохнул, будто объяснял ребёнку, почему дважды два — четыре и никак иначе. — ПоТоМу ЧтО вО мНе ТьМа. ОнА, в ОтЛиЧиЕ оТ эРцА, пИтАеТсЯ нЕгАтИвОм. ВаМ нУжНо ПрОкРуЧиВаТь в ГоЛоВе ПоЛоЖиТеЛьНыЕ вОсПоМиНаНиЯ, а МнЕ — нЕгАтИвНыЕ, сРеДи КоТоРыХ еСтЬ тЫ. — Но разве ты не говорил, что простил меня? — Инки подобно щеночку опустилась в воду по самый нос. Получается, не до конца он её простил? Иначе зачем ему испытывать негативные эмоции от мыслей о ней? У Эррора не было желания возиться с этой ошибкой. Такое детское поведение девушка впервые перед ним демонстрировала. Вот почему всё происходящее казалось ему странным. Если бы не война, Инки вела бы так себя постоянно? Тогда ей точно герцогиней не быть. — ЧёРт... КаК тЕбЕ... — Глюк воздержался от нелестных слов. Парень обошёл девушку и сел на каменный бортик источника, опустив ноги в горячую воду. Она полезно влияла и на его раны, не нужно быть зрячим, чтобы это понимать. А может быть, ему просто нравилось проводить время в таких местах. Невольно расслабляешься. Когда он ещё мог себе такое позволить? — Ты УжЕ пОпЛаТиЛаСь За СвОи ПоСтУпКи, ТаК чТо БоЛьШе Ты Ни В чЁм Не ВиНоВаТа. Я тЕбЯ нЕ вИнЮ, яСнО? Да Ты ХоТь ПрЕдСтАвЛяЕшЬ, кАк СлОжНо ЭтО гОвОрИтЬ? Инки понимала. Но кто знает, когда она сможет простить это самой себе? Эррор, вероятно, это почувствовал по молчанию Черниль. Она слушала, но не отвечала, а ведь являлась той ещё болтуньей. — Я вИнОвАт ПеРеД тОбОй. Из-За МеНя... Ты Не МоЖеШь ПрОсТиТь СеБе ЭтО... Я жЕ сКаЗаЛ нЕ вИнИтЬ сЕбЯ! Я зАсТаВиЛ тЕбЯ пОгРяЗнУтЬ в ЭтОм, ТеПеРь Я зАсТаВлЮ тЕбЯ пРоСтИтЬ сЕбЯ! Попытки Эррора извиниться были такими смешными. Что ни делай, но самая частая его эмоция заставляла Инки смеяться. Раздавшийся хохот снова начал раздражать Эррора, но Инки было не остановить. Она снова схватилась за живот и выгнулась в обратную сторону, облокотившись на край источника. — ИнК! ХвАтИт! — Прости-прости. Ха-ха-ха, ты заставляешь меня? Ха-ха, — хорошо, что Эррор не видел, как Инки чуть не падает со смеху. Возможно, идея её утопить не была такой уж бессмысленной. Чтобы не раздражать больше друга, витязь попыталась успокоиться. — Я... Буду стараться, правда. Не наступать на те же грабли. Эррор хотел съязвить. Что надо сделать, чтобы эта мелкая выскочка, наконец, замолчала? А стоит ли злиться, если она от этого смеётся сильнее? — Я пОмОгУ тЕбЕ, — внезапно предложил парень, протянув руку, что с его стороны было очень смело. — МеЛкАя. Инки изумилась от такого обращения: — Мелкая?! Да.. Да! Да мой рост ни о чём не говорит! — Да-Да... МеЛкАя, КаК сКаЖеШь. РуКу БрАтЬ бУдЕшЬ? — наконец удовольствие начал получать и Эррор. Он и не планировал заканчивать дразнить подругу, подцепив её на росте. — Да ты мстишь за шутку про голос! Мне обидно, вообще-то! — РуКу-у-у-у, — пропел Эррор, игнорируя Инки настолько искусно, что его ехидству не было предела. — УжЕ уБиРаЮ. И ведь вправду потянул ладонь к себе. Инки резко схватила парня за руку. У Эррора была тёплая кожа, шершавые от тренировки и длинные, в отличие от неё, пальцы. Ладонь немного шире по сравнению с ней, Инки заметила это только сейчас. В голове возникло странное желание изучить его получше. Не так, зрительно или на словах, а почувствовать прикосновением. Из-за гаптофобии Эррор избегал всяческих физических контактов, редко мог сам кого-то за шкирку встряхнуть. Подняв осторожный взгляд на парня, Инки думала, что тот корчится от дискомфорта, но, кажется, он был спокоен. Не то, чтобы ему это нравилось, но и сильного отвращения не наблюдалось. Что-то простучало в груди и вырвалось выдохом из лёгких. Возможно, между ними что-то зародилось в тот день. Или же нет. В ту же секунду Инки вырвало чёрной субстанцией, целым водопадом. Эррор подскочил от ужаса и начал прыгать в панике, пытаясь смахнуть руками с себя несуществующие последствия конфуза. — И-и-ИнК! Фу! Фу! КаК эТо ОтВрАтИтЕлЬнО! ЭтО пРоСтО оТвРаТиТеЛьНо! — Хе-хе... — грамотно всё испортить — это надо уметь. Эррор её убьёт. — Я нЕнАвИжУ тЕбЯ! НеНаВиЖу ТеБя! УчИсЬ сДеРжИвАтЬ сВоИ рВоТнЫе ПоЗыВы! Ах, да. Он же слепой, не понимал, есть на нём что-то или нет. — О чём мы только что говорили? — с виноватой улыбкой спросила Инки, от её губ до подбородка тянулась чёрная жижа. — НеНаВиЖу ТеБя! НеНаВиЖу! — пуще прежнего залился Эррор, пока Инки не понимала, что снова сделала. Ребята стояли посередине парадного зала поместья герцогства Черниль. Эррор всё ещё был раздражён от неприятности, которую вытворила Инки, а девушка так и не смогла вспомнить, о чём они говорили. Однако кое-что она всё же запомнила. Им нужно навестить её родителей и получить их одобрение на брак. Это необходимо, чтобы Инки смогла удочерить Пиджи, девочку из Хотленда. Она была сироткой и гладиатором на арене. После того, как Южное Кольцо начало разбираться с аренами смерти, которые предназначались для выявления тьмы в молодых монстрах, детей распределили в детские дома. Пиджи случайно стала временным заложником ситуации и какое-то время провела с витязями, благодаря чему Инки к малышке привязалась. Её уже успела изменить тьма, как Эррора. Чёрные руки покрылись розово-жёлтыми цветами на кончиках пальцев. Белки глаз стали розовые. У правого глаза жёлтый зрачок, а у левого — жёлто-синий. Теперь, когда Инки знала, что подобные изменения имели под собой подоплёку, ей было интересно знать, что значили знаки на теле Пиджи. Особенно милыми казались пятна на лице, как будто от краски, как родовой след Черниль. — Это бред, — возразила герцогиня, на что очень настойчиво согласился герцог, убрав руки назад. Эррор скептично приподнял бровь. — Но почему?! Это потому, что Эррор был инквизитором?! Сейчас он не такой! Он не хочет использовать тьму! Или это потому, что он не сноудивин?! Это ничуть не очернит нашу репутацию! — сразу же воскликнула Инки. — Инки, вам не нужен брак, чтобы удочерить Пиджи. Это можем сделать мы, — объяснил герцог и мягко улыбнулся девочке, что предпочла спрятаться за спиной витязя. — Мы не относимся с пренебрежением к хотлендовщанам. К тому же так или иначе, твой брат будет наследником. А вам двоим лучше сосредоточиться на текущих целях, — строго добавила герцогиня. — НаДо жЕ. ЗдРаВыЙ сМыСл, — и свои пять медяков вставил Эррор. — Что?! Эррор! — Инки надеялась найти в парне поддержку, но это было бесполезно. Родители были правы, да и инквизитор не горел желанием приходить к браку в таком виде. — ОнИ пРаВы, — спокойно добавил Эррор. Этот разговор должен был продолжиться. Эррор бы начал дразнить Черниль за излишнюю настойчивость и с издёвкой подозревать в скрытых замыслах, пока Инки не понимала бы, как так вышло, что всё получилось так просто. Да и чего скрывать, ей и вправду хотелось замуж. Есть в этом что-то необычное, неопробованное. Но это скорее юношеская дурость. Двери приоткрылись, Мила отскочила в сторону. Охрана пропустила внутрь Даста, который подбежал к Эррору первым делом и стал быстро перебирать языком: — Я точно видел... Найтмера видел... — КаК тЫ мОг ЕгО вИдЕтЬ? — удручающе спросил Эррор. Честное слово, общался как с детьми, что с Инки, что с Дастом. — ИмПеРиЯ сЕйЧаС нАкАпЛиВаЕт РеЗеРвЫ дЛя СлЕдУюЩеГо НаСтУпЛеНиЯ, а НаЙтМеР иХ еДиНсТвЕнНыЙ иЗбРаНнЫй. НаВрЯд Ли оНи ЕгО мОгЛи КуДа-То ПуСтИтЬ, а Он Не МоГ мГнОвЕнНо ОкАзАтЬсЯ в ВоТеРфОлЕ. У Даста бегал взгляд из стороны в сторону, и дрожали руки. Сиреневый оттенок глаз еле видно отсвечивал из-под капюшона, за которым пилот прятался, как будто был готов бежать в бой прямо сейчас. Пыльный был уверен в своих словах. Инки тоже сомневалась в возможности услышанного, но её это напрягло. Найтмер уже создал ей одну проблему, вдруг с ней ещё не покончено? Для чего он мог шастать по трём планетам? Герцогиня лёгким жестом руки подозвала к себе Пиджи. В её руках заблестел большой леденец на палочке. Взгляд девочки смягчился, стал детским и наивным. — Вам пора идти, — напомнила герцогиня, погладив сиротку по голове и вручив ей заветную конфету. — Мы займёмся Пепер Джем. — Через несколько дней будет бал, посвящённый спасению Хотленда и новому союзу трёх планет. Подготовьтесь, потому что вы тоже приглашены, — закончил герцог. Первый бал Эррора, на который его пригласили. Это было волнительно, ведь он слишком долго не был на Южном Кольце. Да и как давно его семья — шельмы? Вот так становится званным гостем? А что касалось Инки, она была представительницей своей семьи. Витязь совсем не умела правильно себя показать. Элегантность, сдержанность и чуткость не её конёк. На таком важном мероприятии она должна выжать из себя по максимуму. Одна лишь Пиджи знать не знала о всяких балах. Девочка слышала о них только в книжках, и представления её были самыми сказочными. К счастью, пока ей не светило лицезреть реальность.