Глава 24: Искра и дым

Дверная ручка дрогнула — нерешительно, будто тот, кто стоял снаружи, тоже боялся того, что ждало внутри. Кевин замер у верстака. Плаф стоял по другую сторону двери, прижавшись спиной к стене и держа в лапах конец провода, подсоединённого к аккумулятору. Алан сидел на корточках за штабелем коробок, сжимая в руках импровизированный огнемет— баллончик с пропаном, перехваченный изолентой к зажигалке. Тишина растянулась на бесконечную секунду. А потом дверь резко распахнули — не осторожно, не вполовину, а одним грубым рывком, явно рассчитывая застать врасплох. Первый силуэт шагнул через порог, ухватился за металлическую ручку изнутри — и в тот же миг по корпусу пробежала ослепительно-синяя дуга. Ловушка сработала. Но не так, как они планировали. Вспышка — и вместо того, чтобы отбросить противника, разряд ушёл в дверную коробку, замкнулся о старую проводку, и по всему гаражу пронеслось низкое гудение. Лампы мигнули в последний раз и погасли, уже окончательно. В темноте что-то заискрило и запахло палёной изоляцией. Аккумулятор закоротило, и он затих, исчерпав себя в одной единственной вспышке. Нападающий вскрикнул — не раненый, а скорее ошарашенный этим — отшатнулся обратно, за дверной проём, где его уже прикрывали двое других. — Свет! — рявкнул кто-то снаружи. Голос был искажён — то ли шлемофоном, то ли простым напряжением. — У нас связь не работает, — ответил ему второй, чуть дальше. — Глушилка или что-то такое. Командир не отвечает. Кевин услышал это, и мысленно поставил галочку: шумовая завеса всё ещё держалась. Но восемь минут — не вечность. Он вызвал консоль чипа перед внутренним взором. Таймер обратного отсчёта пульсировал на краю интерфейса: [NOISE BROADCAST: 2 MIN 14 SEC] Меньше трёх минут. Алан щёлкнул зажигалкой. Маленький огонёк осветил его лицо — спокойное, сосредоточенное, слишком взрослое для шестнадцатилетнего подростка, который пять минут назад признался, что у него нет огнестрела. Теперь оно у него было — правда кривое и нелепое, но способное выбросить метровый язык пламени. — Они не стреляют, — прошептал Плаф, не отлипая от стены. — Почему? — Потому что хотят взять живым, — ответил Кевин. — Я им нужен. Вы — нет. Снаружи послышался шорох, быстрые переговоры шёпотом. Потом тот же голос, что командовал, произнёс громче, явно обращаясь внутрь: — Кевин. Мы знаем, что ты здесь. Маячок снова активен, мы видим твои координаты с точностью до метра. Выходи сам — никто не пострадает. Окажешь сопротивление — пеняй на себя. Маячок снова активен?.. Кевин замер. Он перевёл взгляд на угол интерфейса, где раньше висело [BEACON_V3: DISABLED]. Теперь горело совсем другое: [BEACON_V3: ONLINE] [SIGNAL: TRANSMITTING] [RECIPIENT: ████████] Глушилка не помогла — она лишь на время забила частоту, но едва шум начал стихать, чип автоматически восстановил протокол отслеживания. Временная деактивация, которую провёл Алан, не выдержала после болевого шока. И теперь каждый их шаг был виден тем, кто ждал снаружи. — Они блефуют насчёт «никто не пострадает», — тихо произнёс Плаф. — Мы оба знаем, что бывает, когда они говорят «выходи сам». Кевин знал. И Алан, хоть и не был в лаборатории, тоже, кажется, понял — по тому, как побелели костяшки его пальцев на баллончике с пропаном. — Не выходим, — сказал Кевин. — Тогда пусть заходят, — кивнул Плаф, и в его голосе не было ни страха, ни смелости — только холодный расчёт, тот самый, который когда-то позволил ему передавать учёным информацию о Кевине. Первый нападающий, тот, что получил разряд, оправился. Кевин видел его силуэт в дверном проёме — высокий, в лёгкой броне, без шлема, но с гарнитурой на ухе. В руках — шоковая дубинка, не автомат. Значит, действительно хотят взять живым. По крайней мере, пока. Он шагнул внутрь, уже осторожнее, держась подальше от дверной коробки. — Не глупи, Кевин. Ты окружён. У тебя нет оружия, нет выхода, а через десять минут здесь будет подкрепление. Ты же умный, сам понимаешь — это конец. Кевин вышел из-за верстака. Медленно, держа лапы на виду, не делая резких движений. Чёрная шерсть на загривке стояла дыбом, оранжевые глаза не мигая смотрели на противника. — Если я умный, — сказал он, — то ты должен понимать, что я не верю ни одному твоему слову. Нападающий усмехнулся. — А у тебя есть выбор? — Всегда есть. И в этот момент Алан нажал на клапан пропана и щёлкнул зажигалкой. Метровый язык пламени с рёвом вырвался из импровизированного сопла, осветив гараж как дневным светом. Нападающий отшатнулся, прикрывая лицо рукой. Двое за его спиной вскинули дубинки, но не стреляли из автоматов — то ли боялись поджечь что-то важное, то ли у них действительно был приказ не повреждать «ценный груз». — Назад! — крикнул Алан, и голос у него сорвался на высокой ноте, но факел держал ровно. Плаф использовал секунду замешательства. Он метнулся вдоль стены, схватил канистру с ацетоном и одним движением плеснул содержимое на бетонный пол перед дверью, вычерчивая неровную дорожку от порога к центру гаража. Едкий запах ударил в нос мгновенно. — Если вы войдёте, — произнёс он, переводя дыхание, — мы подожжём ацетон. И тогда здесь не выживет никто. Включая ваш «ценный груз». Нападающие переглянулись. Тот, что был главным, медленно опустил дубинку и поднял пустую ладонь — жест, который Кевин слишком хорошо знал. Не капитуляция. Попытка выиграть время. — Вы же понимаете, что это бессмысленно. Даже если мы не войдём сейчас, через десять минут здесь будет группа с полным снаряжением. Против газовых гранат и штурмовых щитов ваш огонёк не поможет. Кевин не ответил. Вместо этого он снова заглянул в консоль. Таймер глушилки показывал сорок секунд. Маячок всё ещё передавал координаты. И где-то на грани восприятия, в самой глубине чипа, он почувствовал это — лёгкое, почти незаметное копошение чужой воли. Словно кто-то провёл пальцем по оголённому нерву. [EXTERNAL ACCESS ATTEMPT] [MODULE: OVERRIDE_PROTOCOL] [STATUS: INITIALIZING…] Его сердце пропустило удар. — Нет, — выдохнул Кевин, не успев подумать, что говорит это вслух. Плаф обернулся к нему, но Кевин уже закрыл глаза, полностью уйдя в консоль. Он видел, как чужая команда пытается проникнуть в его моторные функции — разблокировать доступ к мышцам, к голосовым связкам, к конечностям. Сделать его куклой. Орудием против своих же. [OVERRIDE_PROTOCOL: ACTIVATING…] [NEURAL MATCH: INCOMPATIBLE] [ERROR: TARGET STRESS LEVEL CRITICAL — ENGAGEMENT LOCK] [PROTOCOL TERMINATED] Консоль мигнула и погасла. Чужая воля отступила — не побеждённая, но неспособная пробиться сквозь хаос нервных импульсов, которые сейчас затопляли мозг Кевина. Он был слишком напуган, слишком напряжён, слишком "нестабилен", чтобы им можно было управлять. Стресс, который чуть не убил его сотни раз, впервые сработал как щит. Кевин открыл глаза и осознал, что стоит на коленях. Когда он вообще успел упасть? Плаф уже был рядом и держал его за плечо. — Что случилось? Чип? Override? — Да, — Кевин сглотнул. — Попытались активировать. Но не вышло. Слишком сильный стресс, они не могут захватить контроль. — Значит, у нас есть ещё немного времени. — У нас его нет, — перебил Алан. Его самодельный огнемет начал плеваться и гаснуть — пропан заканчивался. — Ещё минута, и я не смогу их сдерживать. Кевин заставил себя подняться. Таймер глушилки показывал ноль. Тишина в шлемофонах снаружи сменилась помехами, а затем — чётким голосом, который даже через стены было слышно: — Группа два, приём. Маяк видим. Подтверждаю координаты. Начинаем заход через три минуты. — Всё, — сказал Кевин. — Пора уходить. — Через что? — спросил Плаф. — Задняя дверь ведёт во двор, а двор окружён. Алан бросил догорающий самодельный огнемет на пол и метнулся к дальнему углу гаража. За штабелем коробок обнаружилась небольшая, почти незаметная дверца — низкая, обитая старым железом. — Подпол. Отец делал на случай ураганов, — бросил он на ходу. — Там узко, но вроде пролезем. Она выводит в дренажную канаву за забором. — Значит, вперёд, — сказал Кевин и, уже не раздумывая, подтолкнул Плафа к лазу. — Ты первый. Алан за тобой. Я прикрою. — Ты с ума сошёл? — Плаф резко обернулся. — Если ты останешься- — Я не останусь. Я задержу их хотя-бы на минуту и догоню. Плаф хотел возразить, но Алан уже открыл дверцу и потянул его за собой. Белый хвост исчез в темноте проёма. А Кевин остался один — в гараже, пропахшем ацетоном и палёной проводкой, под светом единственного тусклого индикатора на обесточенном аккумуляторе. Он поднял с пола канистру с остатками ацетона. На донышке плескалось совсем немного. Затем взял с верстака моток проволоки — тот самый, что они не успели использовать — и зажигалку Алана, брошенную возле коробок. На то, чтобы соорудить простейший фитиль, ушло меньше пятнадцати секунд. Проволока, пропитанная ацетоном, протянутая от лужи на полу к подполу. Огонь не остановит их — но даст ровно столько дыма, чтобы Кевин успел нырнуть в лаз. Он поджёг фитиль. Пламя побежало по проволоке — быстро, жадно, как живое. Кевин не стал ждать, пока оно достигнет лужи. Он бросился к подполу и протиснулся в узкий лаз плечами вперёд, захлопнув за собой железную дверцу. Сверху, уже приглушённый бетонной толщей, донёсся хлопок — ацетон вспыхнул, и гараж наполнился огненной вспышкой. Крики, топот, звон разбитого стекла — смешались в один далёкий гул. А потом — только темнота, сырой запах земли и звук торопливого дыхания впереди. — Кевин! — голос Плафа из темноты. — Я здесь. — Ты… Мы думали, ты не успел. Кевин не ответил. Его лапы дрожали, хвост мелко подрагивал. Но сознание, всё ещё наполовину в консоли, фиксировало одну-единственную строчку, которая имела значение: [STATUS: ALIVE] Всё остальное — потом. И где-то позади, в горящем гараже, уже выли сирены чужого подкрепления. А впереди, в конце дренажной канавы, брезжил слабый свет — не свободы, но хотя бы следующей минуты.