Chapter 4

- Мама? - Шота окликал ее, бродя по дому. Он только что проснулся после одного из частых дневных снов и рассчитал время так, чтобы Мама уже закончила свои домашние дела. А это значило, что настало время обнимашек - того, что она назвала так. - Мам, ты где? - он позвал ее снова, осматривая её спальню и лениво направляясь на кухню. Дом был не очень большой - всего три комнаты. Спальня, ванная, гостиная и кухня, которые были совмещены. Поэтому ему было достаточно один раз позвать её, чтобы быть услышанным. В обычный день это также означало, что он мог найти её за считанные секунды, но сейчас её нигде не было. Он сел на небольшой границе между кухней и гостиной, сворачивая хвост вокруг лап. Он, в целом, не волновался, потому что был достаточно взрослым, чтобы позаботиться о себе, если надо, но... Даже если у Мамы были человеческие дела, то ей несвойственно было уходить в это время. Обычно она не работала допоздна, а если отклонялась от графика, то сообщала ему - за что ее светловолосая подружка подшучивала над ней, но Шота это ценил. Хмм... Он спал всё это время, так что, возможно, она что-то говорила, а он не услышал. Неважно. Нет ничего, что ещё один небольшой сон не мог бы исправить. Шота потянулся, прежде чем запрыгнуть на диван в их привычное уютное местечко, и свернулся клубочком, чтобы вздремнуть. Он прижался носом к обивке дивана, чтобы вдохнуть умиротворяющий аромат дома. Аромат искуственных цветов и пуха одуванчика. Шота проснулся от того, что входная дверь открылась. Он мгновенно поднял голову, прислушиваясь, как в замке поворачивается ключ. Он спрыгнул с дивана и пошел к двери, находившейся рядом с кухней, чтобы промяукать "Добро пожаловать домой!", как он обычно это делал. В тот момент, когда дверь открылась, в его нос ударил отвратительный запах гнили. Словно это была заплесневелая еда, провалявшаяся в мусорке очень долго. Он бросился обратно в гостиную, но ни на секунду не отрывал взгляд от двери, наблюдая за происходящим острым, подозрительным взглядом. Мама вошла первой, но с ней что-то было не так. Она не улыбалась, как обычно, не приветствуя его, ее глаза были стеклянными, а движения - скованными. Оттуда исходил отвратительный запах, но источником была не Мама. Нет. Источником запах была женщина позади. У неё были темно-фиолетовые волосы, а кожа покрыта пятнами зеленой и коричневой шерсти, что напомнило Шоте сгнивший персик. - У тебя есть кот? - женщина удивленно вскинула брови. - Черт, он довольно большой. Мама не ответила. - Эй, котя-котя, - женщина поманила его рукой, как делало большинство людей. Он ответил ей низким рычание. Она остановилась, опуская свою руку. - А, тоже иди нахуй, - женщина осталась в квартире и посмотрела в сторону Мамы. - Ты же позволишь мне немного посидеть здесь, да? - Конечно, чувствуй себя как дома, - ответила Мама непривычно монотонным голосом. Что-то было не так. Несомненно, ужасно неправильно. Его Мама вела себя странно, и он подозревал, что виной тому вонючая женщина. Шота издал угрожающее низкое рычание. Незнакомка поморщилась. - Кот-идиот привлечет слишком много внимания, - пробормотала она. - Эй, выкинь-ка кота на улицу. - Хорошо, - просто ответила Мама. Она подошла к Шоте, наклоняясь, чтобы взять его на руки, но замерла на середине действия. Ее руки тянулись к нему, но еще не коснулись. Шота с тревогой наблюдал за ней, замечая, как дрожал ее руки, а на глазах наворачиваются слезы. - Выкинь кота на улицу, - решительно произнесла незнакомка. - Ага, - ответила Мама, снова сопротивляясь. Это выглядело так, словно она сражалась сама с собой. - Блядь, ненавижу, когда это происходит, - сказала женщина, направляясь к ним. Шерсть на участках ее кожи начала пушиться, и неприятный запах стал сильнее. - Выкинь кота на улицу, - снова повторила она. И только в этот момент Шота осознал, что происходило. У этой женщины была болезнь,и она контролировала его Маму. Шота не позволит этому продолжаться. Ему было легко выбраться из напряженных движений, когда Мама пыталась его взять. Он резко рванулся в сторону, зашипев на незнакомку. Шерсть встала дыбом, и он активировал свою болезнь. Его глаза вспыхнули смертоносным красным,, заставив женщину в шоке отступить назад. - Чего нахуй? Внезапно Мама глубоко вздохнула, приходя в себя, и споттыкаясь отступила от женщины, от нарушительницы. Женщина еще больше запаниковала, когда посмотрела на Маму. - Как ты... Чёртов кот отвлек меня. Простите, леди, мне придется снова взять вас под контроль. Женщина просто стояла на месте, когда на ее лице отразился ужас, когда она посмотрела на свою кожу. Пятна плесени... уменьшались. - Моя причуда?! Шота воспользовался этой реакцией как своим шансом. Он набросился на женщину, оскалив зубы и вытянув когти. В следующее мгновение раздались вопли, когда Шота позволил своему желанию защитить взять контроль над его телом. Он впивался зубами в ее плоть и рвал когтями кожу. Он держал глаза широко раскрытыми, и благодаря ближнему бою он мог не выпускать нарушительницу из поля зрения. Он не позволит ей использовать свою болезнь, и она ни за что ей не воспользуется, потому что он не собирается моргать. Моргание было для ленивых дней и для того, чтобы сказать Маме, что он её любит. Женщине удалось схватить Шоту за туловище, что причинило ей еще больше вреда. Она отодрала его от себя и швырнула в стену. Он ударился о нее с глухим стуком, но боль была ничтожна в его слепой ярости. Когда гравитация одержала верх, он приземлился на лапы и побежал вслед за женщиной, убегавшей к входной двери. Её скорость была ничтожно маленькой по сравнению с его, и он точно рассчитал следующий прыжок так, чтобы она споткнулась и упала со ступеней, ведущим к лифту, в коридоре. Шота в довесок укусил ее за шею и поцарапал спину. - НИКТО не смеет обижать Маму! - закричал он. Ей удалось подняться и с силой удариться спиной, в которую цвепился кот, о стену, и в этот раз она оглушила его. Он упал на пол, ему потребовалось несколько мгновений, чтобы подняться, но когда он это сделал, то двери лифта уже закрылись. Он не позволит ей уйти. Вспомнив, как Мама использовала лифт, он подпрыгнул, доставая до кнопки "вниз". Лифт открылся, и он проскочил внутрь, используя ту же тактику, чтобы нажать кнопку "лобби". Сидя в центре лифта, он благодарил свои большие лапы. Кто бы мог подумать, что они пригодятся, став предвестниками большого роста. Шота занимался выслеживанием, но совершенно не ожидал дождя, полившегося с небес. Отчетливый запах плесени становилось всё труднее отследить, и в конце концов он обнаружил, что возвращается назад, повернув в неправильном месте. Его хвост раздраженно дернулся, он игнорировал воду, отяжелившую его шерсть. Он потерял след. Какой позор. Он еще не закончил с ней. Ну, по крайней мере, вода смыла с него ее кровь. Но привкус плесени во рту остался, и он не хотел продлевать его, принимая душ. На пару минут он залез под сухую скамейку, чтобы успокоиться, прежде чем отправиться домой. Он осознал, что устал, что было вполне объяснимо - он был весьма ленивым котом, поэтому подобная нагрузка быстро его вымотала. Возможно, ему стоит уделять больше времени активности. Вдруг на Маму снова нападут? Люди остаются людьми, в конце концов. Просто потому что кто-то был добрым ещё не означало, что они перестанут вредить друг другу. Шота вздохнул, опуская голову. Он смотрел, как по улице проходя люди и проезжают машины. Последний раз, когда он был снаружи, был до того, как Мама нашла его. И это было целых два года назад. Он, кстати, спал большую часть этого времени. Как и положено коту, подумал он самодовольно. После небольшого отдыха он размял спину и лапы. У него немного болели мышцы и голова, но в целом он чувствовал себя хорошо. Он внимательно следил за тем, куда идет, преследуя нарушительницу, поэтому начал возвращаться домой. Шота был всего в одном или двух кварталах от Мамы, когда услышал это. Слабое, тихое мяукание. Что-то, что могло бы услышать только существо с острым слухом. - Дай мне еще шанс... - послышалось откуда-то снова. - Малыш? - Шота позвал его. - Где ты, малыш? Он пытался понять, откуда шел звук. - Мама, пожалуйста... - она снова звала, и Шота почувствовал ее запах. Ох... Она была маленькой, слишком маленькой, намного меньше чем был когда-то он. Его сердце заболело, когда он почуял болезнь в ее запахе. - Привет, малышка, - мягко промяукал Шота, когда нашел котенка, прижавшегося к колесу мусорного бака. Она была насквозь промокшая, но это всё равно никак не влияло на ее размер. Одна его лапа была больше, чем ее голова, а две - больше всего тела. Дождик смыл с нее всю грязь, показывая ее красивую белую шерстку. - Мама? - вскрикнула она усталым голосом. - Боюсь, она не вернется, -мягко сказал Шота, ложась рядом с ней. -...Я знаю, - тихо ответила она, и он понял эту боль. Его тепло привлекло малышку, и она, собрав последние силы, залезла к нему на лапы и прижалась к груди. - Я болею, и это опасно, - сказала она, а потом она повернула голову и принюхалась. - И ты тоже. - Ага. - Тогда почему ты еще жив? - Мне повезло. Меня нашла новая Мама, - ответил он. - Ты моя новая Мама? - я не подхожу на эту роль, - с улыбкой произнес Шота, лизнув котенка. Он заметил маленькие бугорки, которые шли вниз от ее головы. После небольшого исследования, он заметил, что они ведут дальше, вдоль позвоночника к хвосту. Он снова обнюхал ее, пытаясь определить второй запах болезни. Его было трудно описать. Он был острым, но очаровательно опасным. Была странная элеганстность в этом запахе. - Значит, я останусь без Мамы, - проскулила она. - Я не говорил такого, - промурчал он, прижимаясь поближе к ней. Он мог чувствовать, как ее трясло. - Я помогу тебе, малышка, но сначала надо согреться. Потом я отнесу тебя к моей Маме. - Я хочу есть. - Скоро мы это исправим, - Шота огляделся, пока вокруг них шел дождь. Ему никогда не приходило в голову, что есть такие же, как он. Если подумать логически, это имело смысл. ... Шота заметил вспышки красно-синего цвета, когда подходил к своему дому. Дождь прекратился, оставляя после себя только влажную землю и рассеивающиеся облака. Опасная Леди уснула на его лапах, она была очень слаба, и он переживал за неё. Он хотел как можно быстрее вернуться к Маме ради малышки. Но полиция создавала сложности. Ну, или нет. Мама стояла на тротуаре, укрывшись одеялом, с покрасневшими от слёз глазами, разговаривая сполицейским и держа в руках блокнот. Когда Шота подошёл ближе, он увидел , как полицейский положил блокнот в карман и ободряюще похлопал Маму по плечу. Она выглядела расстроенно, но когда её взгляд встретился с Шотой, она сразу оттолкнула полицейского, бросившись к нему. - Шота! - воскликнула она, падая на колени и обнимая его. Шоте пришлось извиваться, чтобы не раздавить Опасную Леди, которая всё ещё висела у него во рту, схваченная за загривок. Маме потребовалось всего мгновение, чтобы увидеть котенка. - Что... ох. Она посмотрела на мокрый комок белой шерсти и нерешительно похлопала по земле. - Шота, можешь положить это, пожалуйста? Ах, она, должно быть, подумала, что это мышь. Ей не понравилось, когда он в прошлый раз поймал ей мышку и сразу сунуе ей в руки. Шота просто посмотрел на нее, он не хотел класть малышку на землю, Маме всего лишь надо протянуть руки. Ну, она знала, что он заупрямится. - Пожалуйста, пусть ты не будешь мышью, - пропищала Мама. Она протянула руку. Он положил Опасную Леди ей на ладонь, и котенок в этот момент издал тихий звук. - Помоги ей, - попросил Шота. Мама посмотрела на него глазами, полными благоговейного понимания, и осторожно обхватила руками котёнка.